Решение № 2-2120/2020 2-95/2021 2-95/2021(2-2120/2020;)~М-2042/2020 М-2042/2020 от 17 марта 2021 г. по делу № 2-2120/2020

Мотивированное
решение составлено 18.03.2021

УИД 66RS0043-01-2020-002922-78

Дело № 2-95/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

11 марта 2021 года г.Новоуральск

Новоуральский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего судьи Калаптур Т.А.,

с участием помощника прокурора ЗАТО г.Новоуральск ФИО1,

при секретаре Федяковой Д.Д.,

с участием представителя истца (ответчика по встречному иску) адвоката Панченковой Ж.П., ответчиков (истцов по встречному иску) ФИО2, ФИО3, ФИО4, их представителя адвоката Загинайко О.В., третьего лица ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании утратившими право пользования жилым помещением, выселении, по встречному исковому заявлению ФИО2, ФИО3, ФИО4 к ФИО6 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратилась в суд с исковым заявлением, в котором, уточнив требования иска, просит признать ФИО2, ФИО3, ФИО4 утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: Х, со снятием их с регистрационного учета, а также выселить ответчиков из указанной квартиры.

В обоснование иска указано, что истец является собственником квартиры, расположенной по адресу: Х, в которой зарегистрированы прежний собственник ФИО2 и члены ее семьи ФИО3 и ФИО4, которые согласно п.8 договора купли-продажи обязались сняться с регистрационного учета по указанному адресу не позднее 10 дней с момента подписания договора. Переход права собственности в отношении спорного жилого помещения зарегистрирован в установленном законом порядке, однако по устной договоренности с истцом ответчикам разрешено временное пользование квартирой с оплатой жилищно-коммунальных услуг до требования ФИО6 В октябре 2020 года истец потребовала от ответчиков освободить спорное жилое помещение и сняться с регистрационного учета в нем, на что последние ответили отказом. Вместе с тем ответчики членами семьи истца как собственника квартиры не являются, соглашение о порядке пользования квартирой не заключалось.

ФИО2, ФИО3, ФИО4 обратились в суд со встречным исковым заявлением, в обоснование которого указали, что на основании соглашения от 07.02.2017, заключенного с администрацией Новоуральского городского округа, ФИО2 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: Х. В связи с нуждаемостью в денежных средствах в июле 2019 года по объявлению о выдаче займов под залог недвижимости ФИО4 обратился в агентство недвижимости «Гарант» к ФИО5, который согласился предоставить ему в долг денежную сумму в размере 140000 руб. сроком на 6 месяцев под залог квартиры его матери. После возврата займа обременение с квартиры подлежало снятию. 18.07.2019 ФИО2 пришла в МФЦ г.Новоуральска, где ее ждал ФИО5 вместе с ответчиком ФИО6 Однако вместо договора займа с залогом недвижимости между сторонами был подписан договор купли-продажи принадлежащей ФИО2 квартиры по адресу: г.Х. После подписания всех документов и сдачи их на регистрацию ФИО5 ФИО2 были переданы денежные средства в размере 140000 руб. Ни договор займа, ни договор купли-продажи истцу по встречному иску не передавался. Если бы ФИО2 изначально знала, что между сторонами заключается договор купли-продажи принадлежащего ей жилого помещения, она бы его не подписала. Истцы по встречному иску полагают, что ФИО2 была введена в заблуждение действиями истца относительно природы сделки, они обмануты ответчицей, поскольку намерения продавать квартиру ФИО2 не имела, истцы по встречному иску продолжают проживать в ней по настоящее время. Кроме того денежные средства за квартиру в сумме 1100000 руб. ФИО2 не передавались, в связи с чем заключенный договор купли-продажи является мнимым. Истцы по встречному иску, ссылаясь на обман, фактическое неисполнение указанной сделки, совершение ее без намерения создать соответствующие правовые последствия, введение в заблуждение относительно природы сделки, уточнив основания встречного иска, просили признать его недействительными, применить последствия недействительности.

Истец, надлежащим образом уведомленная о месте и времени рассмотрения дела, в судебное заседание не явилась, представив заявление о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель истца адвокат Панченкова Ж.П., действующая на основании ордера, исковые требования поддержала, встречный иск не признала, пояснив, что ее доверитель имела намерение приобрести квартиру, в связи с чем обратилась за помощью к своему сыну ФИО5, который предложил ей купить спорное жилое помещение, которое до заключения сделки было им осмотрено и сфотографировано. 18.07.2019 между истцом и ФИО2 был заключен договор купли-продажи, стороны которого согласовали все существенные условия, денежные средства в размере 1100000 руб. переданы ее доверителем ответчику, в подтверждение чего последней составлена расписка. Оспариваемый договор соответствует требованиям закона, письменная форма сделки соблюдена, ответчиками не представлено доказательств того, что между сторонами существовали иные обязательства, мнимости сделки, а также существенного заблуждения ФИО2 относительно природы заключаемого договора. Расчет между сторонами произведен в полном объеме, договор исполнен, произведена государственная регистрация перехода права собственности на спорную квартиру к ее доверителю.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО4 исковые требования не признал, встречный иск поддержал, пояснив, что в июле 2019 года нуждался в деньгах для открытия собственного бизнеса. В сети Интернет он нашел объявление о том, что агентство недвижимости «Гарант» предоставляет займы под залог недвижимости. По телефонному номеру, указанному в объявлении, он связался с ФИО5 В ходе встречи сын истца согласился предоставить ему займ в размере 140000 руб. сроком на 6 месяцев, но под залог ФИО4 должен был предоставить квартиру. Поскольку собственником жилого помещения являлась его мать, ФИО5 приехал к ним домой, осмотрел квартиру, сделал фото. В разговоре с ними ФИО5 говорил только о залоге квартиры, речи о продажи недвижимости не было. 18.07.2019 он вместе с матерью пришел в МФЦ, где находился ФИО5 и его мать ФИО6, которая должна была выступить займодавцем по договору, поскольку, со слов ФИО5, он от своего имени сделки не заключает. Его мать подписала договор, не читая его. После сдачи документов на регистрацию ФИО5 передал ему 140000 руб., которые он потратил на личные нужды. На протяжении 2019 года он возвращал ФИО5 долг ежемесячными платежами, однако в связи с возникшими трудностями не смог исполнять договорные обязательства. О том, что вместо договора займа его мать подписала договор купли-продажи, узнали в октябре 2020 года. Копию оспариваемого договора его мать получила в декабре 2020 года через МФЦ. С момента заключения сделки по настоящее время его семья проживает в квартире, несет расходы по оплате жилищно-коммунальных услуг, другого жилья у них не имеется, деньги в сумме 1100000 руб. ФИО6 за жилое помещение не передавала.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО2 исковые требования также не признала, встречный иск поддержала, пояснив, что ее сын ФИО7 с целью развития бизнеса договорился с ФИО5 о заключении договора займа на сумму 140000 руб. под залог принадлежащей ей квартиры. В июле 2019 года ФИО5 осмотрел квартиру, произвел ее фотографирование. 18.07.2019 она вместе с сыном пришла в МФЦ, где также находились истец и ФИО5 Она, не читая, подписала представленные ей документы, полагая, что это договор займа. Впоследствии ФИО5 в ее присутствии передал ФИО4 деньги в сумме 140000 руб. Ее сын и она на протяжении нескольких месяцев передавали ФИО5 денежные средства в счет возврата долга, однако никаких расписок он им не выдавал. В октябре 2020 года при оплате коммунальных услуг им стало известно о смене собственника принадлежащей ей квартиры. Намерения продавать квартиру она не имела, продолжает вместе с детьми проживать в спорном жилом помещении, нести расходы по оплате коммунальных услуг, иного жилья не имеет.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО3 первоначальный иск не признала, встречный иск поддержала, пояснив, что в июле 2019 года узнала, что ее брат намерен взять займ под залог квартиры, собственником которой является ее мать. ФИО5 осматривал квартиру, при этом разговоров о продаже недвижимости не было. Ей известно, что мать и брат ходили в МФЦ, ФИО5 предоставил ФИО4 займ в сумме 140000 руб., последний частями возвращал долг, расписки при этом ему не выдавались.

Представитель ответчиков (истцов по встречному иску) адвокат Загинайко О.В. требования первоначального иска не признала, поддержав встречный иск, указала, что оспариваемый договор заключен под влиянием заблуждения ФИО2 относительно природы сделки, обмана со стороны ФИО6 и ее сына, поскольку ее доверитель не имела намерения отчуждать принадлежащее ей жилое помещение, между ФИО5, ФИО4 и ФИО2 имела место договоренность о заключении договора займа с обеспечением в виде залога недвижимости. ФИО2 подписала оспариваемый договор, не читая его содержания, деньги в сумме 1100000 руб. за квартиру она не получала, продолжает вместе с детьми проживать в жилом помещении, оплачивать коммунальные услуги. При этом ФИО6 до заключения сделки квартиру не осматривала, жилое помещение ей не передавалось, полномочия собственника в отношении него не осуществляла, в связи с чем оспариваемая сделка также является мнимой. Полагает, что у ФИО6 отсутствовала денежная сумма в размере 1100000 руб., поскольку в течение года на имя истца приобретено несколько объектов недвижимости, два из которых, в том числе спорная квартира, в один день. В ходе проверки, проведенной полицией по заявлению ФИО4, было установлено, что при аналогичных обстоятельствах при обмане со стороны ФИО6 и ее сына жилого дома лишилась еще одна женщина.

Третье лицо ФИО5 в судебном заседании поддержал требования первоначального иска, встречный иск полагал необоснованным, пояснив, что ему позвонил ФИО4, заявив о намерении продать квартиру. В его офисе он встречался с собственником квартиры и ее сыном, которые представили все документы на жилое помещение. Впоследствии он осмотрел объект недвижимости, произвел его фотографирование. Ранее его мать изъявляла желание приобрести квартиру, в связи с чем он предложил ей спорное жилое помещение, показав сделанные фото. Поскольку ее устроила квартира, 18.07.2019 между ФИО6 и ФИО2 был заключен договор купли-продажи, который ответчик прочла перед подписанием. Расчет за жилое помещение был произведен в полном объеме. В долг денежные средства ФИО4 он не давал, от него денег не получал.

Поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

Рассмотрев требования иска, заслушав объяснения представителя истца, ответчиков (истцов по встречному иску) и их представителя, третьего лица, заключение прокурора, полагавшей заключенный договор соответствующим требованиям действующего законодательства, а требования иска о выселении обоснованными и подлежащими удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Из ст.ст.288 и 292 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

В силу п. 1 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам.

Согласно п. 2 ст. 292 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

В соответствии со ст. 30 Жилищного кодекса Российской Федерации собственник жилого помещения осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования.

Частью 2 указанной статьи предусмотрено, что собственник жилого помещения вправе предоставить во владение и (или) в пользование принадлежащее ему на праве собственности жилое помещение гражданину на основании договора найма, договора безвозмездного пользования или на ином законном основании, а также юридическому лицу на основании договора аренды или на ином законном основании с учетом требований, установленных гражданским законодательством.

На основании ч. 2 ст. 31 Жилищного кодекса Российской Федерации наравне с собственником жилого помещения имеют право пользоваться данным жилым помещением члены семьи собственника, если иное не установлено соглашением между собственником и членами его семьи.

Как следует из пункта 1 статьи 454 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу положений пунктов 1 - 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке. В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом. В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.

Как следует из материалов дела, на основании соглашения от 07.02.2017, заключенного с Новоуральским городским округом, ответчик (истец по встречному иску) ФИО2 являлась собственником квартиры, расположенной по адресу: Х (л.д. 89-90).

18.07.2019 между ФИО2 и ФИО6 был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: Х (л.д. 32). Регистрация права собственности произведена в установленном законом порядке.

По условиям договора (п.п. 3, 4) квартира продана за 1 100 000 руб., уплаченных продавцу до подписания договора. В подтверждение факта получения денежных средств стороной истца также расписка от 18.07.2019.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости от 02.12.2020, собственником спорной квартиры является ФИО6 (л.д. 19-22).

В настоящее время в квартире по указанному адресу зарегистрированы по месту жительства ответчики (истцы по встречному иску) ФИО2, ФИО3, ФИО4 (л.д. 9).

В обоснование доводов о недействительности договора купли-продажи от 18.07.2019 истцы по встречному иску указывают на совершение сделки под влиянием существенного заблуждения, обмана и по основанию ее неисполнения сторонами (мнимости).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В соответствии с положениями пункта 1, подпункта 5 пункта 2, пункта 3 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной.

В соответствии с частью 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

Исходя из смысла статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации под обманом понимается намеренное введение в заблуждение участника сделки его контрагентом или иным лицом, непосредственно заинтересованным в данной сделке. Обман может касаться не только элементов самой сделки, но и затрагивать обстоятельства, находящиеся за ее пределами, в частности, относиться к мотиву сделки.

Обман представляет собой умышленное введение другой стороны в заблуждение с целью вступить в сделку. Он приобретает юридическое значение тогда, когда к нему прибегают, как к средству склонить другую сторону к совершению сделки. Заинтересованная в совершении сделки сторона преднамеренно создает у потерпевшего не соответствующее действительности представление о характере сделки, ее условиях, личности участников, предмете, других обстоятельствах, влияющих на его решение.

Таким образом, при совершении сделки под влиянием обмана формирование воли стороны сделки (потерпевшего) происходит не свободно, а вынужденно, под влиянием недобросовестных действий другого лица (контрагента), заключающихся в умышленном создании у потерпевшего ложного (искаженного) представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки и ее предмете.

Как следует из правовой позиции, содержащейся в пункте 99 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане. Считается, в частности, что сторона знала об обмане, если виновное в обмане третье лицо являлось ее представителем или работником либо содействовало ей в совершении сделки (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следует учитывать, что закон не связывает оспаривание сделки на основании пунктов 1 и 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации с наличием уголовного производства по фактам применения насилия, угрозы или обмана. Обстоятельства применения насилия, угрозы или обмана могут подтверждаться по общим правилам о доказывании.

Исходя из смысла ст. 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

В нарушение ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцами по встречному иску не представлено доказательств, свидетельствующих о том, что при заключении оспариваемого договора подлинная воля обеих его сторон не была направлена на возникновение, изменение и прекращение прав и обязанностей, вытекающих из договора купли-продажи квартиры.

Кроме того, со стороны ФИО6, как покупателя, договор купли-продажи частично исполнен путем передачи денежных средств в размере 140000 руб., а также государственной регистрации перехода права собственности.

Факт получения указанной суммы в день подписания договора 18.07.2019 подтверждается объяснениями ответчиков (истцов по встречному иску), третье лицо по делу ФИО5 и представитель истца также настаивали на передаче денежных средств продавцу в соответствии с условиями договора.

Тот факт, что ответчики оставались проживать в спорной квартире, оплачивать жилищно-коммунальные услуги, учитывая частичное исполнение сделки, не свидетельствует о мнимости договора купли-продажи.

Вместе с тем, из материалов дела следует, что у ФИО2 не было намерения на распоряжение спорной квартирой по договору купли-продажи, сделка совершена под влиянием обмана со стороны третьего лица ФИО5, содействовавшего своей матери ФИО6, как покупателю, в приобретении объекта недвижимости.

Так, из представленных в дело доказательств, в частности материала проверки КУСП № Х, скриншотов объявлений из сети Интернет, копии заочного решения Новоуральского городского суда Свердловской области от 17.06.2020, следует, что ООО «Гарант», директором которого является ФИО5, предоставляло займы под залог недвижимости, контактный телефон, указанный в объявлениях, принадлежит третьему лицу по делу, что последним в судебном заседании не оспаривалось. В своих объяснениях, как данных в судебном заседании, так и сотрудникам полиции, ФИО4 и ФИО2 последовательно указывали, что в июле 2019 года ФИО4 нуждался в денежных средствах на развитие бизнеса, в связи с чем по объявлению в сети Интернет обратился в агентство «Гарант» к ФИО5 за предоставлением ему займа; ФИО5 согласился передать ему деньги в долг в сумме 140000 руб. под залог квартиры, принадлежащей его матери ФИО2, для чего сам осмотрел квартиру; на протяжении всего времени (с момента знакомства до заключения сделки) между ответчиками (истцами по встречному иску) и ФИО5 велись переговоры о выдаче займа под залог квартиры.

Вышеприведенные обстоятельства подтверждаются, в частности, показаниями опрошенной в ходе проверки ФИО8, которая также указала, что имела намерение получить займ у ФИО5 под залог принадлежащего ей жилого дома и земельного участка, однако впоследствии выяснилось, что между ней и его матерью ФИО6 заключен договор купли-продажи указанного недвижимого имущества.

Из поведения ФИО2 очевидно следует, что она не намерена была реально отчуждать квартиру, после совершения сделки вместе с членами своей семьи продолжает проживать в ней, нести в полном объеме бремя содержания своего имущества, обустраивать жилое помещение.

Суд критически относится к пояснениям представителя истца (ответчика по встречному иску) о наличии между ее доверителем и ответчиками соглашения о том, что ФИО2, ФИО3, ФИО4 продолжают проживать в квартире до первого требования и оплачивать жилищно-коммунальные услуги, поскольку это противоречит природе заключенного между сторонами договора. Доказательств заключения иных соглашений, в том числе предусматривающих сохранение за ответчиками права пользования жилым помещением, в материалы дела не представлено.

Из договора купли-продажи следует, что ответчики обязуются сняться с регистрационного учета в спорной квартире в срок, не позднее 28.07.2019. Между тем, истцы по встречному иску после сделки продолжали проживать в указанной квартире и нести бремя ее содержания в полном объеме; ФИО6 не предъявляла к бывшему собственнику и членам ее семьи требований о выселении, доказательств обратного в материалах дела не имеется.

Новым собственником ФИО6 квартира перед покупкой не осматривалась, она в нее не вселялась, до настоящего времени не проживает и не зарегистрирована, ее вещи в квартире отсутствуют, бремя содержания данного имущества продолжала нести только ФИО2, смена собственника в платежных документах и лицевом счете для оплаты коммунальных и дополнительных услуг произведена только в октябре 2020 года.

Также суд учитывает, что вопреки доводам представителя истца (ответчика по встречному иску) на момент совершения оспариваемой сделки в собственности ФИО6 имелось несколько квартир, в одной из которых она зарегистрирована по настоящее время, что, по мнению суда, свидетельствует о том, что в спорном жилом помещении как объекте жилищных прав, основным назначением которого является проживание в нем, истец (ответчик по встречному иску) не нуждалась.

Доказательств того, что ФИО2 обращалась в ООО «Гарант» с целью продажи своей квартиры, на чем настаивают представитель истца и третье лицо, в том числе соглашение об оказании риэлторских услуг, в материалах дела не имеется, судом не добыто.

В данном случае, по мнению суда, при совершении договора купли-продажи от 18.07.2019 воля ФИО2 не была направлена на безоговорочный отказ от своего права собственности на данное имущество, такая воля отсутствовала, сделка совершена вследствие оказания на истца воздействия (обмана) со стороны третьего лица ФИО5, состоящем в умышленном создании у ФИО2 ложного представления об обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки, без намерения произвести оплату по договору в пользу ФИО2 в полном объеме при отсутствии у ФИО6 необходимой денежной суммы для оплаты в счет цены по договору.

Так, из материалов дела, в том числе материала проверки КУСП № 544, проведенной по заявлению ФИО4, а именно содержащейся в нем информации из межрайонной ИФНС России № 28 по Свердловской области, заочных решений Новоуральского городского суда Свердловской области от 17.06.2019 и 23.04.2019 следует, что за 2018-2019 годы на имя ФИО6 зарегистрировано 5 объектов недвижимости, два из них (в том числе спорная квартира) - в один день 22.07.2019.

Оценивая представленные в дело доказательства, в том числе расписку от 18.07.2019 о получении денежных средств, справки о доходах физических лиц ФИО6 и ее супруга ФИО9 (л.д. 122-134), материал проверки КУСП № Х, по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд приходит к выводу о том, что на момент заключения оспариваемой сделки у истца ФИО6 отсутствовали денежные средства, достаточные для передачи ФИО2 стоимости квартиры по договору в полном объеме (1100000 руб.).

Поскольку указанная в договоре купли-продажи воля истца не совпадает с действительной волей истца, требование о признании сделки недействительной по пункту 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации является обоснованным и подлежит удовлетворению.

В результате указанной сделки были нарушены права и охраняемые законом интересы стороны ответчиков (истцов по встречному иску), они были лишены жилого помещения.

В соответствии с п. 1 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно п. 2 ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу п. 4 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, если сделка признана недействительной по одному из оснований, указанных в пунктах 1 - 3 настоящей статьи, применяются последствия недействительности сделки, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. Кроме того, убытки, причиненные потерпевшему, возмещаются ему другой стороной. Риск случайной гибели предмета сделки несет другая сторона сделки.

С учетом изложенного, суд считает необходимым применить последствия недействительности сделки, возвратив в собственность ФИО2 жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: Х.

Поскольку в судебном заседании установлено, что денежные средства в размере 140 000 руб. ФИО2 получила от ФИО6, то указанная сумма при признании сделки недействительной должна быть возвращена истцу (ответчику по встречному иску).

Поскольку судом признан недействительным договор купли-продажи квартиры от 18.07.2019, применены последствия недействительности сделки в виде возврата в собственность ФИО2 жилого помещения, расположенного по адресу: Х, оснований для признания ответчиков (истцов по встречному иску) утратившими право пользования спорной квартирой не имеется, в связи с чем требования первоначального иска ФИО6 удовлетворению не подлежат.

Согласно ст. 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации к издержкам, связанным с рассмотрением дела, а значит и к судебным расходам, относятся расходы на оплату услуг представителей, и другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

В связи с удовлетворением встречного иска с ФИО6 в пользу ФИО2 подлежат возмещению судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3400 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО6 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о признании утратившими право пользования жилым помещением, выселении оставить без удовлетворения.

Встречный иск ФИО2, ФИО3, ФИО4 к ФИО6 о признании договора купли-продажи недействительным, применении последствий недействительности сделки удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи жилого помещения – квартиры, расположенной по адресу: Х, заключенный 18.07.2019 между ФИО2 и ФИО6

Применить последствия недействительности сделки, возвратив в собственность ФИО2 жилое помещение – квартиру, расположенную по адресу: Х.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО6 140 000 руб.

Взыскать с ФИО6 в пользу ФИО2 в счет возмещения судебных расходов по оплате государственной пошлины 3400 руб.

Решение суда может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Новоуральский городской суд Свердловской области в течение месяца с даты составления мотивированного решения.

Председательствующий Т.А. Калаптур

Согласовано Т.А, Калаптур