Определение от 2 августа 2012 г. по делу № 2-21/11

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 56-012-47сп

КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 2 августа 2012 г. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской

Федерации в составе председательствующего Глазуновой Л.И., судей Фетисова СМ. и Чакар Р.С. при секретаре Ереминой Ю.В.

рассмотрела в судебном заседании уголовное дело по кассационным

жалобам осуждённых Тарасова А.В. и Мартехина А.В., адвокатов Зятькова

А.Я. и Нижникова И.Ю. на приговор Приморского краевого суда с участием

присяжных заседателей от 20 апреля 2012 года, которым

Мартехин А В

не судимый,

- осуждён по п.п.«а, ж, к» ч.2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального

закона от 13.06.1996 года № 63-ФЗ) на 18 (восемнадцать) лет лишения свободы

в исправительной колонии строгого режима.

Тарасов А В

судимый 23.05.2006

года по ч.З ст. 162 УК РФ к 7 годам лишения свободы,

- осуждён по п.п.«ж, к» ч.2 ст. 105 УК РФ (в редакции Федерального

закона от 13.06.1996 года № 63-ФЗ) на 10 (десять) лет лишения свободы.

В соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ путем частичного сложения с

наказанием по приговору от 23.05.2006 года окончательно назначено - 13

(тринадцать) лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.



В пользу потерпевших Л и Ф с Мартехина А.В. взыскана компенсация морального вреда в размере по рублей каждому.

Заслушав доклад судьи Фетисова СМ., выступления осуждённых Мартехина А.В. и Тарасова А.В., адвокатов Бондаренко В.Х.и Кротовой СВ., поддержавших кассационные жалобы, мнение прокурора Полеводова СП. об оставлении приговора без изменения, Судебная коллегия

установила:

на основании вердикта коллегии присяжных заседателей от 13 апреля 2012 года признаны виновными:

Мартехин А.В. - в убийстве Л

Мартехин А.В. и Тарасов А.В. - в убийстве Ф совершенном группой лиц по предварительному сговору, с целью скрыть другое преступление.

Судом установлено, что убийства совершены 18-19 июня 2000 года в городе края при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В кассационных жалобах и дополнениях к ним:

- осуждённый Тарасов А.В., считая приговор несправедливым, незаконным, излишне суровым, просит его изменить - снизить назначенное наказание, учесть смягчающие обстоятельства. Он ссылается на то, что суд проигнорировал его чистосердечное признание, активную помощь следствию в раскрытии преступления, решение суда присяжных о снисхождении, отсутствие исков потерпевших к нему.

- осуждённый Мартехин А.В. просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное рассмотрение. Он ссылается на то, что вердикт был вынесен с грубейшими нарушениями уголовно-процессуального закона - между свидетелем (экспертом) В и государственным обвинителем имелся сговор, поскольку обвинитель знала о содержании показаний свидетеля, так как 15 марта 2012г. после его допроса представила свои возражения против назначения дополнительной экспертизы по установлению точной даты смерти потерпевших с ответами эксперта. В судебном заседании 12 апреля 2012г. был допрошен свидетель К не заявленный в качестве свидетеля в обвинительном заключении. Сразу после его допроса, в письменном тексте речи государственного обвинителя в судебных прениях были указаны факты, о которых показал свидетель К из чего следует, что прокурор заранее знала о содержании показаний свидетеля.



- адвокат Зятьков А.Я., считая приговор в отношении Мартехина А.В. незаконным и необоснованным, просит его отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение.

В обоснование он ссылается на то, что ходатайство о тенденциозности сформированной коллегии присяжных заседателей оставлено без удовлетворения необоснованно, поскольку вследствие однородности её состава, возрастных, социальных и иных факторов она не была способна всесторонне и объективно оценить обстоятельства рассматриваемого уголовного дела и вынести справедливый вердикт.

Присяжным были представлены доказательства, полученные с нарушениями закона, которые суд не исключил.

В ходе судебного следствия в нарушение уголовно-процессуального закона были исследованы обстоятельства, не относящиеся к фактическим обстоятельствам уголовного дела - были допрошены свидетели М И К не являвшимися свидетелями факта, то есть обстоятельств, устанавливаемых судом и вменяемых подсудимому, которые показали об информации, ставшей известной в тот момент, когда Мартехин А.В. содержался вместе с ними. Содержание чистосердечного признания Тарасова А.В. в совершении преступления, оглашенного в присутствии коллегии присяжных заседателей, выходит за фактические обстоятельства уголовного дела, так как он указывал о совершении преступления не с Мартехиным А.В., а с группой иных лиц. Информация, содержащаяся в оглашенном протоколе допроса Тарасова А.В. от 21.04.2001 года (т.З л.д.43-49), о совершении им преступления в группе с двумя лицами, без Мартехина, выходит за пределы предъявленного обвинения и не входит в предмет исследования присяжных заседателей. Указанные обстоятельства повлияли на принятие присяжными необъективного вердикта.

Назначенное Мартехину А.В. наказание не соответствует тяжести им содеянного и является чрезмерно суровым.

- адвокат Нижников И.Ю. просит приговор в отношении Мартехина А.В. отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство.

Он считает, что при рассмотрении дела в суде были допущены грубые нарушения уголовно - процессуального закона.

При формировании коллегии присяжных заседателей ходатайство стороны защиты о мотивированных отводах кандидатов в присяжные заседатели Ч С В Ю в нарушение ч.З ст.326 УПК РФ не было удовлетворено, в связи с чем обвинительный вердикт подсудимым был вынесен незаконным составом коллегии присяжных заседателей.

В составе коллегии присяжных заседателей преобладали пожилые женщины, которые, по мнению адвоката, непримиримы к деяниям, вменяемым подсудимым, чья способность объективно разрешить уголовное дело у стороны защиты Мартехина А.В. вызывала сомнения, так как дело рассматривалось в отношении двух мужчин, обвиняемых в убийстве двух молодых девушек, а подсудимый Мартехин А.В. в июне 2000 года являлся капитаном милиции и участковым по месту жительства погибших и хорошим знакомым одной из них. Однако, в нарушение ч.ч. 1, 3 ст. 330 УПК РФ ходатайство о роспуске коллегии присяжных заседателей ввиду её тенденциозности оставлено без удовлетворения.

Обвинительный вердикт был вынесен коллегией присяжных заседателей на основании недопустимых доказательств: заключения эксперта № 512 от 03.08.2000 года в отношении трупа Ф и заключения эксперта № 515 от 01.08.2000 года в отношении трупа Л ходатайство о признании которых недопустимыми доказательствами не удовлетворено.

В указанных экспертных заключениях выводы о давности наступления смерти Ф и Л необоснованны и не соответствуют содержанию наружных исследований трупов.

Судмедэкспертом В при производстве судебно- медицинских экспертиз трупов Ф и Л были допущены нарушения положений приказа № 407 от 10.12.1996 года «О введении в практику правил производства судебно-медицинских экспертиз». Ответ на вопрос о давности наступления смерти в экспертном заключении № 515 (по трупу Л отсутствует. При ответе на вопрос о давности смерти Ф в связи с отсутствием протокола осмотра места происшествия и трупов эксперт не смог дать правильного, научно- обоснованного заключения, и вышел за пределы своих специальных познаний с использованием трупной флоры и фауны (живых личинок мух). Обнаруженные на трупах Ф и Л живые личинки мух эксперт не направил на лабораторное энтомологическое исследование. Устанавливая давность наступления смерти Л по аналогии с давностью смерти Ф эксперт использовал динамику развития трупного окоченения и трупных пятен, хотя в заключении № 515 указал, что трупное окоченение и трупные пятна не определяются ввиду полного обугливания трупа.

В удовлетворении ходатайства о назначении повторной комплексной судебно-медицинской экспертизы с привлечением специалиста - энтомолога постановлением от 15 марта 2012 года стороне защиты было отказано.

В возражениях государственный обвинитель Малецкая ВС. просит кассационные жалобы оставить без удовлетворения.

В заседании суда кассационной инстанции осуждённый Мартехин А.В., ссылаясь на свою невиновность, дополнил доводы своей жалобы, указав, что органы предварительного расследования изъяли из дела документы и доказательства, имеющие значение. Судом нарушено равенство сторон и его право на защиту, поскольку было отказано в допросе свидетеля Л в присутствии присяжных заседателей. Показания Тарасова во время предварительного следствия, предъявленные в судебном заседании, являются недопустимыми доказательствами, так как тот его оговорил вследствие применения к нему незаконных методов следствия. Показания Тарасова имеют неустранимые противоречия.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, Судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, процессуальные особенности и юридические последствия рассмотрения дела с участием присяжных заседателей, предусмотренные УПК РФ, обвиняемым разъяснялись.

Коллегия присяжных заседателей сформирована в соответствии с правилами ст.328 УПК РФ. Замечаний по процедуре отбора кандидатов в присяжные заседатели стороны не заявили.

Обстоятельств, исключающих участие присяжных заседателей, вошедших в состав сформированной коллегии, предусмотренных ч.2 ст.З, ст.7 Федерального закона Российской Федерации «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации» № 113-ФЗ от 20 августа 2004 года и ст.61 УПК РФ, не установлено.

Утверждение стороны защиты о нарушении ч.З ст.326 УПК РФ и вынесении вердикта незаконным составом коллегии присяжных заседателей, не основано на законе.

Согласно ст. 10 Федерального закона Российской Федерации «О присяжных заседателях федеральных судов общей юрисдикции в Российской Федерации» и ч.З ст.326 УПК РФ граждане призываются к исполнению в суде обязанностей присяжных заседателей один раз в год.

Кандидаты в присяжные заседатели Ч С В и Ю исполняли обязанности присяжных заседателей в 2011 году, то есть в другом календарном году, поэтому препятствий для их участия в качестве присяжных заседателей в феврале 2012 года в рассмотрении уголовного дела в отношении Мартехина и Тарасова не имелось.

Вопреки доводам защитника, подсудимым не инкриминировались преступления, связанные с посягательством на половую свободу или половую неприкосновенность потерпевших.

Оснований для признания тенденциозным состава коллегии присяжных заседателей у суда не имелось, поскольку те обстоятельства, что в составе коллегии преобладали пожилые женщины, а по делу по обвинению в убийстве двух девушек обвинялись двое мужчин, один из них - бывший сотрудник милиции, сами по себе не свидетельствуют о неспособности образованной коллегии в целом вынести объективный вердикт.

В соответствии со ст.334 УПК РФ в ходе судебного разбирательства уголовного дела присяжные заседатели разрешают только те вопросы, которые предусмотрены пунктами 1, 2 и 4 ч.1 ст.299 УПК РФ и сформулированы в вопросном листе. В соответствии с ч.2 ст.З79 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебных решений, вынесенных с участием присяжных заседателей, являются основания, предусмотренные пунктами 2-4 части первой этой статьи. Согласно ч.1 ст.339 УПК РФ вопросы о доказанности или недоказанности инкриминированных подсудимому деяний относятся к компетенции присяжных заседателей. В силу ч.4 ст.347 УПК РФ сторонам запрещается ставить под сомнение правильность вердикта, вынесенного присяжными заседателями. С учётом названных положений закона основанный на вердикте присяжных заседателей вывод суда первой инстанции о виновности или невиновности подсудимого в инкриминированных ему деяниях не может быть поставлен под сомнение и судом кассационной инстанции. Поэтому доводы осуждённого Мартехина А.В. о его невиновности не могут являться предметом кассационного рассмотрения.

Судебное следствие по настоящему делу проведено в соответствии с требованиями ст.ст.15, 335 УПК РФ на основе состязательности сторон с учетом особенностей судебного следствия в суде с участием присяжных заседателей.

Из протокола судебного заседания следует, что председательствующий судья создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все ходатайства сторон председательствующим рассмотрены и разрешены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Доказательства, об исследовании которых просили государственный обвинитель и сторона защиты, представлены. При этом каких-либо ограничений в исполнении ими процессуальных обязанностей и осуществлении предоставленных им прав не допущено. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание. Подсудимым была представлена возможность изложить коллегии присяжных заседателей свои позиции. Вопросы, возникавшие в связи с допустимостью доказательств, разрешались председательствующим в соответствии с уголовно- процессуальным законом. С учётом изложенного ссылки Мартехина о нарушении принципа состязательности и равноправия сторон нельзя признать состоятельными.

Вердикт коллегии присяжных заседателей основан на доказательствах, непосредственно исследованных в судебном заседании и признанных допустимыми доказательствами.



Вопреки доводам адвокатов Зятькова А.Я. и Нижникова И.Ю., данных о том, что в судебном заседании исследовались недопустимые доказательства, а также ошибочно исключены из разбирательства дела допустимые доказательства или необоснованно отказано сторонам в исследовании доказательств - не имеется.

Исследованные в судебном заседании с участием присяжных доказательства получены в соответствии с требованиями закона.

Доводы стороны защиты о признании недопустимыми доказательствами заключений судебно-медицинских экспертиз трупов потерпевших № 515 и № 512 в судебном заседании судом тщательно исследовались и отвергнуты с приведением мотивов, сомнений в их достоверности не вызывающих.

Указанные экспертизы проведены и соответствуют требованиям УПК РСФСР и УПК РФ. Экспертизы были проведены судебно-медицинским экспертом, имеющим высшее медицинское образование, специальную подготовку и стаж работы в качестве эксперта 5 лет. Выводы эксперта мотивированы и научно обоснованы, не противоречат данным исследования трупов.

Неполнота экспертного заключения трупа Л связанная с отсутствием ответа на вопрос о давности наступления её смерти, устранена путём допроса в судебном заседании эксперта, проводившего исследование. Допрошенный в судебном заседании судебно-медицинский эксперт В

показал о времени наступления смерти Л и пояснил о причине его отсутствия в резолютивной части экспертизы, допущенного вследствие технической ошибки.

Согласно заключений и показаний эксперта в судебном заседании следует, что давность наступления смерти потерпевших установлена по трупному окоченению, внешнему виду, состоянию органов и тканей; при этом использована методика определения давности по характеру, форме, цвету, интенсивности трупных пятен, характеру их изменений.

Эксперт показал, что объекты, представленные ему на исследование, были достаточными для проведения экспертиз и дачи заключений, для установления давности наступления смерти потерпевших дополнительные материалы, в том числе протокол осмотра места происшествия, ему не требовались.

То обстоятельство, что при судебно-медицинском исследовании принималось во внимание наличие на трупах живых личинок мух, не подвергает сомнению заключения и не свидетельствует о некомпетентности эксперта и выходе его за пределы своих специальных познаний.

Вопрос о проведении исследования обнаруженных на трупах личинок мух в постановлении о назначении экспертиз следователем не ставился, поэтому ссылки адвоката Нижникова И.Ю. о том, что эксперт не поместил их в пробирки и не направил на лабораторное энтомологическое исследование, нельзя признать состоятельными.

С учётом изложенного постановлением от 15 марта 2012 года суд обоснованно отказал в удовлетворении ходатайства о назначении повторной комплексной судебно-медицинской экспертизы.

В силу ч.1 ст.56 УПК РФ свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, и которое вызвано для дачи показаний.

Из материалов дела видно, что свидетелям М И и К непосредственно от Мартехина и Тарасова были известны обстоятельства знакомства между ними и совершённого ими убийства.

То, что данная информация стала известна свидетелям в период их совместного содержания с Мартехиным и Тарасовым в следственном изоляторе, не является основанием для признания показаний указанных свидетелей недопустимыми доказательствами.

В чистосердечном признании и протоколе допроса Тарасова в качестве обвиняемого содержались сведения о фактическом участии Тарасова в совершении преступления, поэтому суд обоснованно удовлетворил ходатайства адвокатов Ананьева А.Г. и Нижникова И.Ю. об их оглашении в присутствии присяжных заседателей.

Содержание в исследованных документах ссылок Тарасова на совершение преступления не с Мартехиным, а с другими лицами, не препятствовало их оглашению в присутствии присяжных заседателей.

Решение суда о частичном исследовании протокола допроса Тарасова без ссылки на участие в преступлении Минаева соответствует требованиям ст.З35 УПК РФ.

Поэтому утверждение адвоката Зятькова А.Я. о представлении присяжным заседателям доказательств, не подлежащих рассмотрению, нельзя признать состоятельными.

В соответствии со ст. 17 УПК РФ присяжные заседатели оценивают доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.

Поэтому ссылки Мартехина на оговор его Тарасовым и противоречивость его показаний во внимание не принимаются, поскольку с участием присяжных заседателей были исследованы все представленные сторонами показания Тарасова.

Вопросный лист сформулирован в соответствии с требованиями статей 338 и 339 УПК РФ, с учётом предъявленного подсудимому обвинения, результатов судебного следствия и прений сторон. Вопросы, в том числе №№ 2 и 5, поставлены в чётких и понятных присяжным заседателям формулировках, с отражением необходимых обстоятельств, вопреки доводам стороны защиты, противоречий не имеют.

Напутственное слово судьи соответствует требованиям ст.340 УПК РФ.

Вердикт коллегии присяжных заседателей отвечает положениям ст.ст.339, 343 УПК РФ.

Обвинительный приговор в отношении Мартехина А.В. и Тарасова А.В. постановлен в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей об их виновности, основанном на всестороннем и полном исследовании материалов дела, в соответствии с требованиями ст.ст.348, 350, 351 УПК РФ.

К обстоятельствам дела, как они были установлены вердиктом коллегии присяжных заседателей, уголовный закон применён правильно, действия осуждённых квалифицированы верно по указанным в приговоре признакам.

Обстоятельства дела, указанные в приговоре, соответствуют вердикту, который в силу ст.348 ч.2 УПК РФ обязателен для председательствующего.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не установлено.

Из протокола судебного заседания видно, что при допросе свидетеля А было выяснено, что он не располагал информацией о фактических обстоятельствах по существу предъявленного подсудимым обвинения, а показывал о нарушениях, допускаемых в следственном изоляторе. Поэтому суд обоснованно отказал стороне защиты в допросе А в присутствии присяжных заседателей, в связи с чем утверждение осуждённого Мартехина о нарушении его права на защиту признается несостоятельным.

Не могут быть приняты во внимание и доводы Мартехина о незаконном воздействии органов следствия во время предварительного следствия в отношении Тарасова, поскольку тот таких заявлений не делал, в судебном заседании указывал о добровольности своих показаний, в том числе во время предварительного расследования.

Вопреки доводам, изложенным в кассационной жалобе осуждённого Мартехина, его утверждение о сговоре государственного обвинителя с экспертом В и свидетелем К материалами дела не подтверждается.

Не свидетельствуют об этом и возражения государственного обвинителя против назначения дополнительной судебно - медицинской экспертизы и указание в судебных прениях на обстоятельства, показанные свидетелем К поскольку эксперт в судебном заседании допрашивался дважды в разные дни, а свидетель был допрошен в отсутствие присяжных заседателей, затем был объявлен перерыв, после которого он дал показания суду присяжных.

Как видно из материалов дела, при ознакомлении с материалами уголовного дела и выполнении требований ст.217 УПК РФ, проведении предварительного слушания и в ходе судебного разбирательства обвиняемый Мартехин не заявлял об исчезновении из дела каких - либо доказательств. По окончанию судебного следствия он также заявлений и ходатайств не имел, в том числе о дополнении судебного следствия иными доказательствами (т.6 л.д.142). С учётом этих обстоятельств коллегия не может считать состоятельными доводы Мартехина о том, что органы предварительного расследования изъяли из дела доказательства и документы, имеющие значение.

Наказание Мартехину А.В. и Тарасову А.В. назначено справедливое, в соответствии с требованиями закона, с учетом целей наказания, установленных ч.2 ст.43 УК РФ, характера и степени общественной опасности совершенных ими деяний, данных о личности, влияния назначаемого наказания на их исправление, решения суда присяжных о снисхождении к обоим подсудимым, обстоятельств, смягчающих наказание Тарасова - его активного способствования раскрытию и расследованию преступления, изобличению и уголовному преследованию других соучастников преступления.

При таких обстоятельствах оснований для удовлетворения кассационных жалоб у коллегии не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 377, 378 и 388 УПК РФ, Судебная коллегия Верховного Суда Российской Федерации

определила:

приговор Приморского краевого суда с участием присяжных заседателей от 20 апреля 2012 года в отношении Мартехина А В и Тарасова А В оставить без изменения, кассационные жалобы осуждённых Тарасова А.В. и Мартехина А.В., адвокатов Зятькова А.Я. и Нижникова И.Ю. - без удовлетворения.

ПредседательствующийСудьи