Определение от 5 марта 2026 г. по делу № А06-10690/2022

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 306-ЭС23-23161 (2)


ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 6 марта 2026 г.

Судья Верховного Суда Российской Федерации Самуйлов С.В., изучив с материалами истребованного дела кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Астраханской области от 24 марта 2025 г., постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 10 июня 2025 г. и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 19 сентября 2025 г. по делу № А06-10690/2022 о банкротстве акционерного общества "Сельскохозяйственное предприятие "Седлистое" (далее – общество "Седлистое")

по обособленному спору о привлечении ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

установил:

как следует из материалов дела и установлено судами, 25 декабря 2006 г. создано общество "Седлистое". Занималось оно рыболовством, животноводством, производством молочной продукции, выращиванием однолетних и многолетних культур, оптовой торговлей рыбой, животными, консервами и т.д. Владельцем всего пакета обыкновенных акций общества "Седлистое" являлось общество с ограниченной ответственностью "Производственно-коммерческая фирма (далее – общество "Спектр плюс").

До октября 2015 года по 50 % долей в обществе "Спектр плюс" принадлежали супругам ФИО5 и ФИО6

6 октября 2015 г. 50% доли ФИО5 передал ФИО6 С этого дня ФИО6 стала единственной участницей общества "Спектр плюс".

28 декабря 2017 г. ФИО6 продала 100 % доли в уставном капитале общества "Спектр плюс" ФИО7, а затем 26 июня 2019 г. он продал эту же долю ФИО2

С 26 июня 2019 г. по 14 сентябрь 2022 г. генеральным директором общества "Седлистое" являлся ФИО3, а с 15 сентября 2022 г. по настоящее время – ФИО2

ФИО4 – супруга ФИО2

В 2013-2014 годах ФИО1 (мать ФИО6) передала обществу "Седлистое" в краткосрочный заем (до одного года) совокупно 17 978 170,92 руб. В установленные договорами сроки должник деньги не вернул.

3 августа 2015 г. ФИО1 обратилась в суд, потребовала взыскать долг с общества "Седлистое" и ее требования были полностью удовлетворены (решение Арбитражного суда Астраханской области от 24 ноября 2015 г. по делу № А06-7073/2015). Впоследствии суд индексировал указанную денежную сумму, взыскав в пользу ФИО1 дополнительно 8 294 640,80 руб. (определение Арбитражного суда Астраханской области от 27 сентября 2022 г.).

С 2018 г. общество "Седлистое" осуществляло убыточную деятельность. С 2019 г. размер его обязательств превышал стоимость его активов. С 2019 г. общество "Седлистое" прекратило исполнять обязательства перед кредиторами. По итогам 2019 г. возникла задолженность по налоговым платежам и страховым взносам в размере 455 405,51 руб.

С 31 января 2020 г. (т.е. по истечении месяца с момента формирования бухгалтерской отчетности за 2019 г.) стало очевидно, что общество "Седлистое" не в состоянии рассчитаться в полном объеме со своими кредиторами. Однако, руководитель общества "Седлистое" ФИО3 не обратился в суд заявлением о банкротстве этого общества.

ФИО2 не потребовал проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, что должен был сделать до 10 февраля 2020 г. (10 календарных дней с 31 января 2020 г.).

В 2021-2022 г.г. общество "Седлистое" необоснованно списало свое имущество (основные средства) на 950 700 руб. по нулевой остаточной стоимости без его комиссионного обследования; утратило трубы, являющиеся частью рыбоводных прудов, стоимостью 5 004 000 руб.; расторгло договоры аренды земельных участков, стоимость прав аренды которых составляла 34 983 150 руб.; совершило 39 сделок по отчуждению имущества (крупного рогатого скота, сельскохозяйственной техники и оборудования) на 4 955 158 руб. по ценам, кратно ниже рыночных. Отчуждение основных средств значительно увеличило диспропорцию между стоимостью активов должника и размером его обязательств, не позволило должнику осуществлять свою деятельность, восстановить платежеспособность и погасить кредиторскую задолженность.

16 декабря 2022 г. по заявлению ФИО1 возбуждено дело о банкротстве общества "Седлистое".

17 марта 2023 г. с общества "Седлистое" в пользу ФИО1 взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 3 817 011,02 руб. за период с 17 октября 2019 г. по 17 октября 2022 г., а также

судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 25 285 руб. (решение Икрянинского районного суда Астраханской области по делу № 2-57/2023).

29 марта 2023 г. в отношении общества "Седлистое" введено наблюдение. Требования ФИО1 в размере 24 272 811,72 руб. – долг по договорам займа от 2013, 2014 г.г. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты. Понижая очередность удовлетворения требований ФИО1, суд исходил из того, что ФИО1 предоставляла деньги должнику, не рассчитывая на имущественную выгоду от этих действий. Целью выдачи займов являлось пополнение оборотных средств акционерного общества. Займы не истребовались, тогда как должник имел непокрытый убыток с 2018 года и находился в состоянии имущественного кризиса, переросшим впоследствии в объективное банкротство. О состоянии должника кредитор знал, так как предоставлял займы на необычных и недоступных для независимых лиц условиях. В связи с этим предоставление займов суды квалифицировали как компенсационное финансирование (определение от 29 марта 2023 г.);

В третью очередь реестра требований кредиторов общества "Седлистое" включены требования следующих лиц:

- публичного акционерного общества "Астраханская энергосбытовая компания": долг по договору энергоснабжения 241 599,97 руб. за период октябрь - декабрь 2020 г., пени – 37 254,18 руб. за период 19.11.2020г. - 25.08.2021г., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 4 289 руб.;

- требования ФНС России за период с 4 квартала 2018 г. по 2022 г.: долг – 2 309 180,96 руб., пени – 792 873,62 руб., штраф – 16 467,30 руб. (погашены третьим лицом, произведена замена кредитора на ФИО8);

- требования общества с ограниченной ответственностью "Бухгалтер - Аналитик": долг 230 000 руб. за 2021-2022 годы;

- требования ФНС России за период с 2019 г. по 2022 г.: долг - 179 078,88 руб., пени - 105 620,43 руб.

- требования ФИО1 в размере 4 393 297,59 руб.: проценты за пользование чужими денежными средствами с 17 октября 2019 г. по 22 марта 2023 г. и судебные расходы по оплате государственной пошлины (определение от 1 апреля 2024 г.).

Временный управляющий должником обратился в суд с заявлением о привлечении ФИО2, ФИО3 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

14 ноября 2023 г. общество "Седлистое" признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО9

Конкурсный управляющий поддержал заявление временного управляющего и настаивал на том, что к ФИО2 и ФИО3 предъявлены требования за неисполнение обязанности по своевременной

подаче заявления о банкротстве должника (статья 61.12 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", далее – Закон о банкротстве). ФИО3 должен был обратиться с заявлением о банкротстве 31 января 2020 г., ФИО2 – 10 февраля 2020 г. Коме того, требования к ФИО2, ФИО3 и ФИО4 предъявлены в связи с невозможностью погашения требований кредиторов за заключение невыгодных сделок и необоснованное списание имущества (статья 61.11 Закона о банкротстве).

Определением Арбитражного суда Астраханской области от 24 марта 2025 г., оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 10 июня 2025 г. и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 19 сентября 2025 г., признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3, ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества "Седлистое" перед его кредиторами: ФНС России, ФИО8, публичным акционерным обществом "Астраханская энергосбытовая компания", обществом "Бухгалтер-Аналитик". Производство в части определения размера ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В остальной части в удовлетворении требований отказано.

В частности, суды отказали в признании обоснованности привлечения ФИО11 к субсидиарной ответственности в отношении обязательств общества "Седлистое" перед ФИО1 Суды исходили из того, что требование о привлечении к субсидиарной ответственности принадлежит независимым от должника кредиторам и является исключительно их средством защиты. ФИО1 является заинтересованным к должнику лицом (очередность её требования понижена), поэтому не имеет права на удовлетворение своих требований за счет субсидиарных ответчиков. Суды указали, что отсутствие признаков аффилированности ФИО1 с ФИО11 не опровергает факта ее заинтересованности по отношению к должнику (обществу "Седлистое") и этого достаточно для исключения её требования из расчета субсидиарной ответственности.

Суды руководствовались абзацем 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве, правовыми позициями, изложенными в пункте 13 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4(2020) (утв. 23 декабря 2020 г., далее – Обзор № 4(2020)) и определении Верховного Суда Российской Федерации от 28 сентября 2020 г. № 310-ЭС20-7837.

Судами не установлено оснований для применения статей 15 и 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и взыскания с ФИО11 убытков. Суды исходили из того, что требования аффилированного с должником лица, не подлежащие учету при субсидиарной ответственности, не могут быть взысканы и в рамках общего института убытков ввиду их единой правовой природы.

Таким образом, кредитор предоставил обществу деньги в беспроцентный краткосрочный заем в период, когда это общество принадлежало родственнику этого кредитора. Впоследствии общество перешло во владение лиц, не

связанных с указанным кредитором. Под управлением этих лиц общество приведено в состояние неплатежеспособности. В деле о банкротстве общества кредитору отказано в его притязаниях на получение удовлетворения за счет лиц, контролировавших общество в тот период, когда кредитор уже утратил связь с обществом через родственные связи.

В кассационной жалобе ФИО10 просила отменить обжалованные судебные акты в части отказа в привлечении контролирующих должника лиц по имеющимся перед ней обязательствам, и включить её требования в объём ответственности привлеченных лиц.

Доводы заявителя кассационной жалобы сводятся к следующему:

1) Неправильно применен абзац 3 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Cуды необоснованно сослались на заинтересованность ФИО10 по отношению к должнику (аффилированность с ним), поскольку согласно диспозиции указанной нормы признак заинтересованности должен устанавливаться по отношению к контролировавшему должника лицу, а не к самому должнику. Это правило логично, так как при установлении такой заинтересованности взыскатель и ответчик по сути совпали бы в одном лице. В данном случае никаких признаков аффилированности между ФИО10 и ФИО11 не установлено. Указанные лица совершали противоправные действия с имуществом должника в 2020-2022 гг., когда у заявителя не было корпоративных связей ни с должником, ни с контролировавшими его лицами.

По мнению ФИО10, не всякая связь должника с кредитором лишает последнего возможности удовлетворить свои требования в порядке субсидиарной ответственности. Более того, сама по себе субординация требований кредитора по признаку предоставления компенсационного финансирования (даже если таковое имело место) не лишает его права на удовлетворение своих требований как за счет конкурсной массы, так и за счет лиц, которые виновны в её нехватке на удовлетворение требований кредиторов.

2) Суды необоснованно отказали во взыскании с ответчиков убытков (статьи 15, 53.1 ГК РФ).

ФИО10 полагает, что даже если согласиться с выводом судов о корпоративной природе её требований, то, вопреки выводам судов об обратном, она не лишена возможности требовать с контролировавших должника лиц (своих партнеров по корпорации) возмещения убытков, при установлении судами всех признаков состава деликтного правонарушения (последний абзац пункта 3 Обзора № 4 (2020)).

При этом, по мнению заявителя, суды установили все признаки состава деликтного правонарушения, достаточные для принятия решении о возмещении убытков:

а) противоправные действия Ж-вых (реализация имущества по заниженным ценам, безосновательное списание активов, расторжение выгодных договоров аренды);

б) вред имуществу должника – размер утраты превышает 38 млн руб.,

в) вред ФИО1 на сумму свыше 28 млн руб.

Основанием для отмены или изменения судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов (часть 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Приведенные доводы заявителя указывают на наличие таких оснований, заслуживают внимания и требуют проверки в судебном заседании.

Руководствуясь статьей 184, пунктом 2 части 7 статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

определил:

кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Астраханской области от 24 марта 2025 г., постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 10 июня 2025 г. и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 19 сентября 2025 г. по делу № А06-10690/2022 передать для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Назначить судебное заседание на 10 часов 30 минут 6 апреля 2026 г. в помещении суда по адресу: <...>, зал № 3048 (подъезд 5).

Судья Самуйлов С.В.