Апелляционное определение от 30 июля 2019 г. по делу № 02-10/18

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 46-АПУ19-7


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

город Москва 30 июля 2019 года Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской

Федерации в составе

председательствующего Колышницына А.С.,

судей Зателепина О.К., Эрдыниева Э.Б. при секретаре Сарвилиной Е.В.

с участием осужденной ФИО1, защитника - адвоката

Зайцевой А.А., прокурора Саночкиной Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

адвоката Горбачева СИ. в защиту интересов осужденной ФИО1 на

приговор Самарского областного суда от 8 июня 2018 года, по которому

ФИО1, <...>

несудимая, осуждена к лишению свободы

по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228! УК РФ к 12 годам, по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228' УК РФ к 14 годам,

на основании ч.2 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем

частичного сложения назначенных наказаний окончательно назначено

наказание в виде лишения свободы на срок 15 лет с отбыванием в

исправительной колонии общего режима.

Срок наказания постановлено исчислять с 8 июня 2018 года, в этот срок зачтено время содержания под стражей с 25 июля 2017 года по 7 июня 2018 года.

По делу осужден также ФИО2, в отношении которого приговор вступил в законную силу 5 декабря 2018 года.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Зателепина О.К., изложившего содержание приговора, существо апелляционной жалобы и возражений на нее государственного обвинителя, выступление осужденной ФИО1 и ее защитника - адвоката Зайцевой А.А., прокурора Саночкиной Е.А., Судебная коллегия

установила:

по приговору суда ФИО1 осуждена за покушение на незаконный сбыт наркотических средств в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, а также за покушение на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере.

Преступления совершены при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Адвокат Горбачев, в защиту интересов ФИО1, выражает несогласие с приговором и утверждает, что преступление по факту изъятия у ФИО1 героина массой 3,12 г полностью фальсифицировано. Из четырех рапортов сотрудника полиции О. о хранении ФИО1 по месту жительства наркотических средств зарегистрирован только один, осмотр квартиры, в которой проживала ФИО1 с сожителем ФИО2, проведен незаконно. Суд необоснованно сослался в обоснование виновности ФИО1 на показания О., а также допрошенных понятых М. и К.. Утверждает, что осмотренный телефон марки «Леново» его подзащитной не принадлежал. Находящиеся в телефоне СМС-сообщения появились после возбуждения уголовного дела, переписка ФИО1 и М., по показаниям которой она (М<...>) в течение 3 лет приобретала у осужденной наркотические средства, суду не представлена. По мнению адвоката, преступление, связанное с покушением на незаконный сбыт наркотических средств в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, является провокацией со стороны Б., который действовал под руководством сотрудников полиции. Суд в обоснование виновности ФИО1 по данному эпизоду сослался на недопустимые доказательства - показания наркоманов Б., В., Д., М., понятых М., С., К., К., А., Г. и заинтересованных в исходе дела сотрудников полиции. В обоснование своей позиции дает подробный анализ тому, как проводилось наблюдение за осужденными. Указывает на противоречивость показаний К., К., А., Г..

Обращает внимание на то обстоятельство, что в судебном заседании свидетель В. отрицал приобретение наркотических средств у Абросимова, Кичаевой и утверждал, что оговорил осужденных. Просит обвинительный приговор в отношении Кичаевой отменить и вынести оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Толмосов И.В. указывает на несостоятельность приведенных в них доводов, просит приговор суда оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

В судебном заседании адвокат Зайцева в своем выступлении указала, что материалы дела по преступлению, совершенному 21 марта 2017 года, фальсифицированы. В частности, обратила внимание на нарушения порядка рассмотрения сообщения о преступлении, выразившиеся в незарегистрированных рапортах сотрудника полиции О., на незаконные проведение осмотра квартиры ФИО1, выемку наркотиков, сбор образцов ногтей и смывов с рук, сомневалась в незаинтересованности понятых М. и К., полагала сомнительным доказательством протокол осмотра телефона «Леново». В отношении преступления, совершенного 25 июля 2017 года, адвокат обосновала позицию, согласно которой это преступление было спровоцировано сотрудниками полиции и свидетелем Б.. При этом адвокат в своем выступлении фактически переоценила доказательства, исследованные в суде по данному преступлению и положенные судом в основу приговора, и пришла к выводу об их недопустимости. Кроме того, обратила внимание на допущенные в ходе расследования нарушения УПК РФ в части изъятия и передачи уголовных дел, в результате которых необходимо признать недопустимыми доказательства, собранные по делу после 13 июня и 26 июля 2017 года.

Проверив материалы дела, обсудив доводы сторон, Судебная коллегия приходит к следующему.

Виновность ФИО1 в покушении на незаконный сбыт наркотических средств в крупном размере 21 марта 2017 года, несмотря на отрицание осужденной ФИО1 в судебном заседании своей причастности к этому преступлению и на утверждение адвокатов о фальсификации уголовного дела в этой части, подтверждается, в частности, следующими доказательствами:

показаниями О. о том, что 21 марта 2017 года им проводились проверочные мероприятия в рамках поступившей в дежурную часть информации о незаконном обороте наркотических средств в квартире ФИО1; в ходе проведения этих мероприятий присутствовали понятые М. и К.; ФИО1 добровольно написала расписку о том, что она не возражает о проведении осмотра ее квартиры; после этого она (ФИО1) добровольно выдала имеющееся у нее наркотическое средство героин,

который, как пояснила Кичаева, приобрела для своего личного употребления;

показаниями свидетелей М. и К., участвовавших в качестве понятых в ходе осмотра квартиры ФИО1, согласно которым осужденная добровольно впустила сотрудника полиции вместе с ними к себе в дом, а также написала разрешение на осмотр квартиры; на предложение сотрудника полиции выдать наркотические средства, ФИО1 сообщила о нахождении в квартире наркотического средства героин, который она готова выдать; после этого ФИО1 выдала пачку из-под сигарет, в которой находился сверток с порошкообразным веществом, которое со слов ФИО1 является героином; данный сверток был упакован и опечатан; какого-либо давления сотрудником полиции на ФИО1 не оказывалось;

показаниями свидетеля М. о том, что 2 года приобретает героин у ФИО2 и его гражданской жены ФИО1;

заключением эксперта от 5 апреля 2017 года № <...>, которым установлено, что изъятое из квартиры ФИО1 вещество является наркотическим средством героином массой 3,07 г, а на смывах с ее рук обнаружены остаточные следы героина;

протоколом осмотра места происшествия, из которого следует, что ФИО1 добровольно из верхнего ящика комода, расположенного в спальне, выдала пачку сигарет, внутри которой находился прозрачный полиэтиленовый пакет с порошкообразным веществом серо-белого цвета внутри; при этом ФИО1 пояснила, что в пакете находится героин.

Выводы суда о виновности ФИО1 в покушении 25 июля 2017 года на незаконный сбыт наркотических средств в особо крупном размере, группой лиц по предварительному сговору, вопреки доводам адвокатов, подтверждены исследованными в судебном заседании доказательствами, в частности:

показаниями свидетеля П., согласно которых он 25 июля 2017 года отвозил Б., ФИО1 и ФИО2 в г. Самара и обратно в пос. Новосемейкино; в городе ФИО2 выходил из автомобиля, а когда вернулся попросил отвезти всех обратно; в ходе следования в пос. Новосемейкино он (П<...>) видел, как ФИО2 что-то передал ФИО1, а та положила это себе в карман; в поселке ФИО2 и ФИО1 вышли из автомобиля и почти сразу их задержали сотрудники полиции;

показаниями свидетеля Б., из которых следует, что он видел, как ФИО2 что-то подбирал с обочины в г. Самара;

показаниями свидетелей Г. и А., которые участвовали в качестве понятых при изъятии свертка из кармана брюк ФИО1, о том, что они являлись очевидцами задержания ФИО1 и ФИО2, а также обнаружения свертка в карманах брюк ФИО1;

актом о результатах выявления и пресечения преступлений, в котором указано, что 25 июля 2017 года у ФИО1 из кармана джинсов изъят сверток с порошкообразным веществом, которое со слов ФИО1 является героином;

заключением эксперта от 10 августа 2017 года № 4/1320, из которого следует, что в свертке, изъятом у ФИО1, находилось порошкообразное

вещество массой не менее 49,08 г, содержащее наркотическое средство героин (диацетилморфин), и сверток из полиэтилена, в котором находилось порошкообразное вещество массой не менее 4,85 г, содержащее в своем составе наркотические средства героин (диацетилморфин) и карфентанил; на срезах ногтевых пластин Кичаевой обнаружены остаточные следы героина.

Все доказательства, относящиеся к предмету судебного разбирательства, подробно изложены в приговоре. Судом при постановлении приговора дана надлежащая оценка всем представленным сторонами доказательствам. При этом совокупность исследованных судом первой инстанции и проанализированных в приговоре доказательств является достаточной для признания ФИО1 виновной в совершении инкриминируемых ей преступлений.

Доказательства получены, вопреки доводам адвокатов, с соблюдением соответствующих требований уголовно-процессуального закона, согласуются между собой по фактическим обстоятельствам, дополняют друг друга и не содержат каких-либо существенных противоречий, в связи с чем, как не вызывающие сомнений в своей допустимости и достоверности, были обоснованно взяты судом за основу при постановлении приговора. Оснований для признания таких доказательств недопустимыми, как об этом просят адвокаты, не имеется.

Изучив материалы уголовного дела, Судебная коллегия приходит к выводу, что уголовное дело рассмотрено судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с соблюдением принципа состязательности сторон, поскольку председательствующий предоставил стороне обвинения и стороне защиты равные возможности по представлению и исследованию доказательств.

Судебная коллегия считает несостоятельными доводы адвокатов о фальсификации материалов уголовного дела по преступлению, совершенному 21 марта 2017 года, поскольку эти доводы проверялись в суде первой инстанции и не нашли подтверждения.

Вопреки утверждению адвокатов отсутствие регистрации некоторых рапортов сотрудника полиции О. само по себе не свидетельствует о фальсификации материалов уголовного дела.

Кроме того, изъятие 21 марта 2017 года вещественных доказательств из квартиры, где проживали ФИО2 и ФИО1, до возбуждения уголовного дела и в отсутствии ФИО2, не является незаконным, так как положения ч.2 ст. 176 УПК РФ допускают проведение осмотра места происшествия до возбуждения уголовного дела. Осмотр проведен в соответствии с ч.5 ст. 177 УПК РФ с разрешения проживающей в квартире ФИО1, о чем в протоколе

выполнена соответствующая запись, удостоверенная подписью осужденной, при таких обстоятельствах согласие Абросимова на проведение осмотра не требовалось. В ходе проведения осмотра Кичаевой добровольно выданы наркотические средства и иные предметы, ход осмотра и изъятые предметы отражены в протоколе, замечаний от участвующих в данном следственном действии лиц не поступило. Оснований для признания данного протокола, а также акта сбора образцов для сравнительного исследования, протокола осмотра предметов, изъятых у Кичаевой 21 марта 2017 года, недопустимым доказательством, как полагают адвокаты, не имеется. В судебном заседании исследовались не только акты о сборах образцов смывов и срезов ногтей с рук Кичаевой, но и по ходатайству стороны защиты вещественные доказательства в виде смывов и срезов с ее рук, при этом судом нарушений уголовно- процессуального законодательства не установлено. Отсутствуют основания не доверять и показаниям свидетеля М. о том, что она несколько лет приобретала наркотик у Кичаевой, поскольку эти показания являются последовательными как в ходе предварительного следствия, так и в судебном заседании.

Версия осужденной ФИО1 о том, что смывы с рук и срезы ногтевых пластин ею сделаны и упакованы О. до прихода понятых, сверток с наркотическим средством до изъятия смывов и срезов она не трогала, опровергается не только показаниями О. и понятых М. и К., но из заключением эксперта, согласно которому на смывах с рук осужденной обнаружены остаточные следы героина, что свидетельствует о несостоятельности ее версии о том, что она не трогала изъятый из квартиры сверток с наркотическим средством.

Не соответствуют материалам дела доводы адвокатов о том, что телефон марки «Леново» осужденной не принадлежал, а обнаруженные в нем сообщения появились лишь после возбуждения уголовного дела. Судом, в частности, установлено, что в телефоне имеются СМС-сообщения с номера, используемого М., которая в судебном заседании их подтвердила и пояснила смысл содержащихся в телефоне сообщений.

Судебная коллегия не находит оснований считать преступление, совершенное 25 июля 2017 года, провокацией со стороны Б., который действовал под руководством сотрудников полиции, как утверждают адвокаты. В частности, виновность ФИО1 подтверждается, не только показаниями свидетеля Б., которого сторона защиты считает заинтересованным лицом, но и показаниями незаинтересованных свидетелей П. (водителя такси), а также понятых К., К., А., Г., являвшихся очевидцами задержания ФИО1 и ФИО2, а также изъятия у осужденной свертка с наркотиками.

Судом после тщательной проверки признана несостоятельной версия

Кичаевой, что оперуполномоченный О. 25 июля 2017 года подбросил ей наркотические средства, понятые появились через 20 минут, а дознаватель через 35 минут после задержания, что она (Кичаева) «увязалась» в этот день за Абросимовым, чтобы не допустить употребления им наркотиков, и ничего не знала о приобретении им наркотических средств в г. Самара.

Как видно из материалов дела, при изъятии у ФИО1 свертка в качестве понятых присутствовали понятые Г. и А., которые в судебном заседании пояснили, что они являлись очевидцами задержания ФИО1 и ФИО2, сразу после задержания они совместно с женщиной - сотрудником полиции отошли в сторону от мужчин, где ФИО1 было предложено выдать запрещенные к обороту вещества, осужденная самостоятельно, добровольно выдала из левого кармана джинсов, надетых на ней, сверток, внутри которого находилось еще два свертка, один больше, второй меньше. Сотрудниками полиции составлены документы об изъятии данного свертка, они с ними ознакомились, после чего все участвовавшие в мероприятии лица в них поставили подписи. Какого-либо давления либо принуждения к ФИО1 не применялось.

Как видно из материалов дела, время появления понятых на месте задержания осужденных 25 июля 2017 года судом установлено.

Вопреки утверждению адвокатов показания свидетелей Б., П., Г., А., М. и К., М., М., В., Д., в том числе об обстоятельствах изъятия у осужденной ФИО1 наркотических средств 21 марта и 25 июля 2017 года, являются подробными, последовательными и согласующимися как между собой, так и с другими исследованными в судебном заседании доказательствами. Каких-либо оснований не доверять им не имеется. Оснований для оговора ФИО1 указанными свидетелями суд первой инстанции не установил. С таким выводом согласна и Судебная коллегия, которая не усмотрела в доводах адвокатов повода для иной позиции по этому вопросу.

В приговоре дана оценка непоследовательным показаниям свидетеля В., в том числе тем, в которых он отрицал приобретение наркотических средств у ФИО1 и утверждал, что оговорил осужденную, с которой согласна и Судебная коллегия.

Проведение подряд нескольких очных ставок не свидетельствует о фальсификации материалов уголовного дела.

Оперативно-розыскные мероприятия в отношении ФИО1, вопреки доводам адвокатов, проведены в соответствии с Федеральным законом «Об оперативно-розыскной деятельности».

Протокол судебного заседания соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ.

Содеянное ФИО1 с учетом установленных обстоятельств дела правильно квалифицировано судом.

Наказание осужденной ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст. 6, 60 УК РФ, оно является справедливым, соразмерным содеянному, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, личности виновной, влияния назначенного наказания на исправление осужденной, с учетом отсутствия смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств.

Суд обоснованно не нашел оснований для изменения категории преступлений в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, для назначения наказания с применением ст. 64 и 73 УК РФ, свое решение в приговоре мотивировал.

Вид исправительного учреждения ФИО1 назначен правильно.

Федеральным законом от 3 июля 2018 года № 186-ФЗ установлен иной порядок зачета времени содержания под стражей в срок лишения свободы.

В соответствии с п. «б» ч.З1 ст. 72 УК РФ, время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Вместе с тем согласно ч.З2 ст. 72 УК РФ время содержания лица под стражей засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день за один день в отношении осужденных за преступление, предусмотренное ст. 228 УК РФ.

Поскольку ФИО1 осуждена по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 2281 УК РФ и ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 2281 УК РФ, повышающие коэффициенты кратности, предусмотренные п. «б» ч.З1 ст. 72 УК РФ, к ней не применяются.

Положения нового уголовного закона, предусматривающие зачет времени содержания лица под стражей в срок лишения свободы из расчета один день за один день, не улучшают положение осужденной и согласно части 1 статьи 10 УК РФ обратной силы не имеют.

1П ЛЛ ЛО

На основании изложенного и руководствуясь ст. 389 , 389 , 389 и

1

9 определила:

приговор Самарского областного суда от 8 июня 2018 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу защитника - адвоката Горбачева СИ. - без удовлетворения.

Председательствующий Судьи