Определение от 22 июля 2026 г. Верховный Суд РФ

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


Дело № 19-УД26-13-К5



ОПРЕДЕЛЕНИЕ СУДА


КАССАЦИОННОЙ ИНСТАНЦИИ


г. Москва 23 июля 2026 года


Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда

Российской Федерации в составе:

председательствующего Зеленина СР.


судей Червоткина А.С. и Шамова А.В.

при секретаре Калиниченко А.А. рассмотрела в судебном заседании

уголовное дело по кассационным жалобам

защитника Логунова Д.М. в интересах осужденного ФИО1,


защитника Половинской A.M. в интересах осужденного ФИО2 и защитника Арутюняна О.А. в интересах осужденного ФИО3

на приговор Ленинского районного суда г. Ставрополя от 01 октября

2024 года, апелляционное определение судебной коллегии по уголовным

делам Ставропольского краевого суда от 23 декабря 2024 года и

кассационное определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого

кассационного суда общей юрисдикции от 24 сентября 2025 года.

Приговором Ленинского районного суда г. Ставрополя от 01 октября

2024 года


ФИО2, <...>, несудимый

осужден по


ч. 1 ст. 210 УК РФ к 12 годам лишения свободы с ограничением

свободы сроком на 1 год,


по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ к 7 годам лишения свободы,

по ч. 4 ст. 159 УК РФ (по факту хищения имущества

<...> к 4 годам 6

месяцам лишения свободы,


по ч. 4 ст. 159 УК РФ (по факту хищения имущества Андроповского

муниципального округа Ставропольского края) к 4 годам 6 месяцам лишения

свободы,


на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем

частичного сложения наказаний назначено 12 лет 6 месяцев лишения

свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с

ограничением свободы сроком на 1 год с указанными в приговоре

ограничениями;


ФИО1, <...>, несудимый,

осужден по


ч. 2 ст. 210 УК РФ к 7 годам лишения свободы с ограничением

свободы сроком на 1 год,

пп. "а", "б" ч. 3 ст. 163 УК РФ к 7 годам лишения свободы,


на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем

частичного сложения наказаний назначено 7 лет 6 месяцев лишения свободы

с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением

свободы сроком на 1 год с указанными в приговоре ограничениями;

ФИО3, <...> несудимый

осужден по


ч. 2 ст. 210 УК РФ к 7 годам лишения свободы с ограничением

свободы сроком на 1 год,


по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ к 7 годам лишения свободы,

на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем

частичного сложения наказаний назначено 7 лет 6 месяцев лишения свободы

с отбыванием в исправительной колонии строгого режима с ограничением

свободы сроком на 1 год с указанными в приговоре ограничениями.


По данному уголовному делу осужден также по ч. 2 ст. 210, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ ФИО4, приговор в отношении которого не обжалован.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Ставропольского краевого суда от 23 декабря 2024 года приговор изменен:

из вводной части приговора исключено указание на участие государственного обвинителя Шалахова А.Н.;

описательно-мотивировочная часть приговора дополнена указанием о том, что в соответствии со ст. 15 УК РФ преступления, совершенные ФИО3 и ФИО1, относятся к категории тяжких и особо тяжких преступлений;

из описательно-мотивировочной части приговора исключена ссылка на наличие в действиях ФИО2, ФИО3 и ФИО1 квалифицирующего признака «с применением насилия» по эпизоду совершения преступления, предусмотренного пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ;

смягчающим наказание ФИО1 обстоятельством на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ признано оказание помощи несовершеннолетним детям Д.Н. и престарелой Г. являющейся инвалидом 1 группы.

В остальной части приговор оставлен без изменения.

Кассационным определением судебной коллегии по уголовным делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 24 сентября 2025 года приговор и апелляционное определение оставлены без изменения.

Заслушав доклад судьи Зеленина СР., выступления осужденных ФИО2, ФИО1, ФИО3, их защитников Половинской A.M., Вековой Э.Б., Логунова Д.М. и Арутюняна О.А., поддержавших доводы кассационных жалоб, выступления прокурора Генеральной прокуратуры РФ ФИО5, возражавшего

на кассационные жалобы, судебная коллегия


установила:


С учетом внесенных изменений признаны виновными:


ФИО2 в создании преступного сообщества (преступной организации), в вымогательстве под угрозой применения насилия организованной группой в особо крупном размере, в мошенничестве путем

обмана организованной группой в особо крупном размере;


ФИО1 в участии в преступном сообществе (преступной организации) и в вымогательстве под угрозой применения насилия организованной группой в особо крупном размере;

ФИО3 в участии в преступном сообществе (преступной организации), вымогательстве под угрозой применения насилия организованной группой в особо крупном размере,

при обстоятельствах, изложенных в приговоре.


В кассационной жалобе защитник Половинская A.M. просит отменить состоявшиеся в отношении ФИО2 судебные решения, уголовное преследование прекратить по ч. 1 ст. 210 УК РФ за отсутствием события преступления, по ч. 4 ст. 159 УК РФ за непричастностью, указывая на то, что в приговоре содержится противоречие относительно времени создания преступного сообщества; приговор повторяет обвинительное заключение; потерпевшими признаны лица, права и законные интересы которых не были нарушены; в ходе производства по уголовному делу не была определена стоимость чистых активов ООО <...> не назначена повторная судебная оценочная экспертиза; имеющиеся в доказательствах противоречия проигнорированы судом; суд не привел в приговоре мотивы, на основании которых отверг одни доказательства, а другие положил в основу приговора; место и время совершения вымогательства в приговоре не указаны; суд не указал способ совершения мошенничества, не дал оценки разговору между ФИО2 и А.в котором ФИО2 сообщает об отказе от участия в этом и требует вернуть денежные средства.

В кассационной жалобе защитник Логунов Д.М. просит отменить указанные судебные решения в отношении ФИО1., уголовное дело в отношении ФИО1 прекратить за его непричастностью к совершению преступлений, ссылаясь на то, что суд первой инстанции привел в приговоре взаимоисключающие выводы: о том, что преступное сообщество в виде двух обособленных структурных подразделений было сформировано в <...> о наличии сплоченности, четкой иерархии и устойчивом характере действий, так как участники сообщества, сохраняя прочные связи и стабильный состав, в течение длительного периода времени осуществляли согласованные спланированные преступные действия, притом, что ФИО1 признан виновным в совершении в <...>вымогательства, хищение земельных участков в <...>ему не вменялось; в деле нет доказательств, подтверждающих наличие преступного сообщества; с учетом позиции ФИО1 он подлежит оправданию за непричастностью к совершению преступлений; суд первой инстанции нарушил требования

уголовно-процессуального закона, не разъяснял права свидетелям, нарушал


порядок допроса, не оценил стоимость имущества ООО <...> отказал в удовлетоврении ряда ходатацств стороны защиты; показания А.Г. Н. и А. являются недопустимыми доказательствами; суд апелляционной инстанции, признав смягчающим наказание обстоятельством на основании ч. 2 ст. 61 УК РФ оказание ФИО1 помощи несовершеннолетним детям Д.Н. и престарелой Г. являющейся инвалидом 1 группы, не смягчил назначенное ему судом первой инстанции наказание; данная судами оценка доказательств является необоснованной.

В кассационной жалобе защитник Арутюнян О.А. просит отменить указанные судебные решения в отношении ФИО3, указывая на противоречивые сведения между временем создания преступного сообщества и участием в нем ФИО3 и невозможность участия в преступном сообществе до его создания; судами не установлена вина ФИО3 в совершении преступления, предусмотренного пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ, в приговоре не указаны место, время и способ совершения вымогательства, форма вины; постановление о возбуждении уголовного дела по п. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ вынесено с нарушением требований УПК РФ; дело рассмотрено судом с нарушением территориальной подсудности; суд не дал оценки представленным стороной защиты доказательствам, нарушил положения уголовно-процессуального закона; часть следственных действий по уголовному делу проводил следователь, не включенный в состав следственной группы.

Представитель потерпевшего К.адвокат ФИО6 возражает на кассационные жалобы стороны защиты, анализирует доказательства и делает вывод о законности состоявшихся по делу судебных решений.

Проверив материалы уголовного дела, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как указал суд, преступления совершены при следующих обстоятельствах.

ФИО2 в период с 1 января по 28 февраля 2018 года решил заняться преступной деятельностью, связанной с рейдерским захватом ООО <...> и хищением земель сельскохозяйственного назначения, расположенных на территории <...> и с этой целью создать

преступное сообщество (преступную организацию), которое будет иметь вид


структурированной организованной группы, состоящей из двух подразделений.

В период с 1 по 31 марта 2018 года ФИО2 предложил участие в преступном сообществе (преступной организации) знакомому ФИО3, родственнику ФИО1 и неустановленным лицам, которые согласились на его предложение. Данное структурное подразделение преступного сообщества (преступной организации) ФИО2 возглавил сам.

В период с апреля по ноябрь 2018 года ФИО2, ФИО3, ФИО1 и неустановленные лица под угрозами применения насилия выдвигали требования К.являвшемуся учредителем ООО <...> с долей уставного капитала в 51%, передать им право на указанное Общество и его имущество, в том числе посевы сельскохозяйственных культур, за меньшую сумму денежных средств, чем стоит это имущество.

В июне 2021 года ФИО2 предложил участие в преступном сообществе (преступной организации) своим знакомым Г. являвшейся кадастровым инженером, и А. которые согласились на данное предложение. После чего А. и Г. предложили ФИО4 участие в преступном сообществе (преступной организации), который согласился на данное предложение. Указанным структурным подразделением руководил А.

В период с <...> ФИО7 и ФИО4 путем обмана приобрели право на чужое имущество - земельные участки сельскохозяйственного назначения, принадлежавшие <...>, причинив указанным административным образованиям ущерб на 25 448 682,70 рублей и 34 619 705,40 рублей соответственно.

Квалифицируя указанные действия ФИО2 как создание преступного сообщества (преступной организации) в виде структурированной организованной группы, состоящей из двух подразделений, а ФИО1 и ФИО3 как участие в одном из структурных подразделений преступного сообщества (преступной организации), суд первой инстанции не учел следующих положений уголовного закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской

Федерации.


Согласно ч. 4 ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным преступным сообществом (преступной организацией), если оно совершено структурированной организованной группой или объединением организованных групп, действующих под единым руководством, члены которых объединены в целях совместного совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений для получения прямо или косвенно финансовой или иной материальной выгоды.

В соответствии с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, содержащимися в п. 3 постановления от 10 июня 2010 года № 12 «О судебной практике рассмотрения уголовных дел об организации преступного сообщества (преступной организации) или участии в нем (ней)», преступное сообщество (преступная организация) может осуществлять свою преступную деятельность в форме структурированной организованной группы.

Под структурированной организованной группой следует понимать группу лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких тяжких либо особо тяжких преступлений, состоящую из подразделений (подгрупп, звеньев и т.п.), характеризующихся стабильностью состава и согласованностью своих действий. Структурированной организованной группе, кроме единого руководства, присущи взаимодействие различных ее подразделений в целях реализации общих преступных намерений, распределение между ними функций, наличие возможной специализации в выполнении конкретных действий при совершении преступления и другие формы обеспечения деятельности преступного сообщества (преступной организации).

Таким образом, при квалификации указанных в приговоре действий, суд первой инстанции не учел, что группа, в которую вошли ФИО3, ФИО1 и ФИО2, организована последним в <...> а группа, в которую вошли ФИО8 М.В. и ФИО2 организована последним в июне 2021 года; между совершенным ФИО2, ФИО3, ФИО1 вымогательством у К. имущества ООО <...> и незаконным завладением ФИО7 и ФИО4 земельными участками, принадлежавшими муниципальным округам <...> имеется временной промежуток в два года; группа, состоявшая из ФИО9 Б .П., ФИО3, ФИО1, и группа, состоявшая из ФИО2 А.Г.и ФИО4,

не согласовывали свои действия и не взаимодействовали в целях реализации


общих преступных намерений, не распределяли между собой роли, между ними не было связи, они совместно не планировали и не участвовали в совершении преступлений.

Таким образом, выводы суда о том, что ФИО2 было создано организованное преступное сообщество (преступная организация), имеющее вид структурированной организации, состоявшей из двух подразделений, противоречат установленным судом фактическим обстоятельства дела.

Суды апелляционной и кассационной инстанций оставили указанное нарушение уголовного закона без внимания и не устранили нарушение уголовного закона.

При этом судебная коллегия находит обоснованными содержащиеся в приговоре выводы о совершении ФИО2 вымогательства и мошенничества организованной группой, а ФИО1 и ФИО3 вымогательства организованной группой.

Об этом свидетельствуют фактические обстоятельства содеянного, согласно которым ФИО2 создал организованную группу с привлечением ФИО1 и ФИО3 для вымогательства прав на ООО <...> и его имущество, разработал план достижения преступного результата, распределил роли участников организованной группы, обеспечил стабильный состав группы и поддержание внутри нее преступных связей в течение продолжительного времени с апреля по ноябрь 2018 года. При совершении вымогательства ФИО1 и ФИО3 согласно заранее распределенным ролям в составе организованной группы требовали у К. передачи прав на ООО и имущество, запугивая его, повреждая его имущество, угрожая физическим насилием, предпринимали попытку поместить К. в автомобиль.

Указанные действия осужденных правильно квалифицированы как совершение вымогательства по признаку организованной группы, поскольку они совершены устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения преступления (ч. 3 ст. 35 УК РФ).

Аналогичные обстоятельства установлены судом при совершении ФИО2 мошенничества с целью хищения земельных участков сельскохозяйственного назначения и приведены в приговоре.

Таким образом, действия осужденных по участию в преступлениях,

совершенных организованной группой, были излишне вменены им как


создание преступного сообщества (преступной организации), руководство таким сообществом и участие в нем, а потому осуждение ФИО2 по ч. 1 ст. 210 УК РФ и осуждение ФИО3 и ФИО1 по ч. 2 ст. 210 УК РФ подлежит исключению из приговора и последующих судебных решений.

Иных оснований для отмены или изменения судебных решений не имеется.

Виновность осужденных, за исключением указанных изменений, подтверждается совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств, которым дана в приговоре надлежащая оценка.

Описание признанных доказанными преступлений, приведенное в приговоре, соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, в нем указаны обстоятельства совершенных преступлений, насколько они установлены в ходе рассмотрения уголовного дела, в том числе время, место, способ совершения преступлений, иные обстоятельства, имеющие значение для правильной квалификации содеянного, в том числе стоимость имущества ООО <...>

Оснований для вывода о том, что потерпевшими признаны лица, права которых не были нарушены, не имеется. Так, приговором установлено, что именно потерпевшему К. осужденными предъявлялись незаконные требования передачи чужого имущества, принадлежащего ему и П. под угрозой насилия. Полномочия администраций Минераловодского городского и Андроповского городского округов Ставропольского края представлять интересы округов в связи с хищениями земель сельскохозяйственного назначения проверялись судом первой инстанции. Выводы суда по этому вопросу соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не противоречат закону.

Оснований для назначения повторной экспертизы для определения стоимости активов ООО <...> у суда не имелось, стоимость имущества определена на основании имеющихся в деле доказательств.

Существенных противоречий в исследованных в судебном заседании доказательствах, которые могли бы поставить под сомнение их достоверность, не имеется. Суд в приговоре дал оценку доказательствам, в том числе показаниям допрошенных в судебном заседании специалистов, в

соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ.


Квалификация действий осужденных, с учетом вносимых изменений, является правильной, соответствующей фактическим обстоятельствам дела.

Вопреки доводам стороны защиты, содержание разговора осужденного ФИО2 и А. не опровергает виновности осужденного в совершении инкриминированных ему преступлений.

В приговоре суда приведены и получили оценку доказательства причастности ФИО1 к совершению вымогательства у К. Доводы об обратном, изложенные в кассационной жалобе, опровергаются материалами уголовного дела.

При рассмотрении уголовного дела судом первой инстанции не допущено существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену судебного решения. Не является таким нарушением ознакомление обвиняемых с составом следственной группы лицом, не наделенным правом производства по уголовному делу.

Не могут быть признаны такими нарушениями отступление от порядка допроса потерпевших и свидетелей, поскольку такое отступление не было связано с необъективностью суда и не создавало препятствий в осуществлении сторонами своих процессуальных прав.

Доводы кассационной жалобы о допущенных по делу нарушениях уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, нельзя признать обоснованными. Доводы о необоснованном предъявлении обвинения ФИО3 по п.п. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ противоречат требованиям закона. Согласно ч. 1 ст. 175 УПК РФ, следователь выносит новое постановление о привлечении лица в качестве обвиняемого, если в ходе предварительного следствия появятся основания для изменения предъявленного обвинения. Таким образом, возбудив уголовное дело по п. «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ и предъявив первоначальное обвинение по указанной норме уголовного закона, следователь вправе был по мере установления фактических обстоятельств дела предъявить ФИО3 новое обвинение, включающее п. «а» ч. 3 ст. 163 УК РФ.

Оснований для утверждения о незаконности состава суда первой инстанции не имеется. Отводов председательствующему, рассмотревшему дело, не заявлялось, как и ходатайств о направлении уголовного дела по

подсудности.


Разъяснение свидетелям перед их допросом положений ст. 307, 308 УК РФ является требованием закона и включает в себя нормы, предусмотренные примечанием к ст. 308 УК РФ об отсутствии ответственности свидетеля за отказ от дачи показаний против себя самого, своего супруга или своих близких родственников, поэтому соответствующие доводы кассационной жалобы не могут быть признаны обоснованными.

Нарушений закона при допросе А. и Г. влекущих недопустимость их показаний, также не допущено.

Как видно из протокола судебного заседания, суд предоставил сторонам возможность реализовать свои процессуальные функции. Доводы о предвзятости и необъективности суда своего подтверждения не нашли. Все заявленные сторонами ходатайства были разрешены в соответствии с трепаниями закона, в том числе касающиеся недопустимости тех или иных доказательств. Оглашение показаний лиц, не явившихся в судебное заседание, проведено в соответствии с требованиями ст. 281 УПК РФ.

Назначенное осужденным наказание за совершение вымогательства, а ФИО9 - и за совершение мошенничеств, соответствует требованиям закона и является справедливым.

Признавая смягчающее наказание обстоятельство, ранее не учтенное судом первой инстанции при назначении ФИО1 наказания, суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии необходимости смягчения наказания, поскольку осужденному было назначено приговором минимальное наказание, предусмотренное ч. 3 ст. 163 УК РФ - 7 лет лишения свободы, а оснований для применения положений ст. 64 УК РФ не имеется.

Решения судов апелляционной и кассационной инстанций соответствуют требованиям закона и содержат мотивы, по которым доводы жалоб стороны защиты оставлены без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 40114 УПК РФ, судебная коллегия,

определила:


приговор Ленинского районного суда г. Ставрополя от 1 октября 2024 года, апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам

Ставропольского краевого суда от 23 декабря 2024 года и кассационное


определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого кассационного суда общей юрисдикции от 24 сентября 2025 года изменить, исключив осуждение ФИО2 по ч. 1 ст. 210 УК РФ и осуждение ФИО1 и ФИО3 по ч. 2 ст. 210 УК РФ.

Назначить ФИО2 по совокупности преступлений, предусмотренных пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163, ч. 4 ст. 159 и ч. 4 ст. 159 УК РФ, на основании ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательное наказание 11 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Считать осужденными ФИО1 и ФИО3 по пп. «а», «б» ч. 3 ст. 163 УК РФ к 7 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима каждого.

В остальной части кассационные жалобы защитников Логунова Д.М., Половинской A.M. и Арутюняна О.А. оставить без удовлетворения.

Председательствующий:


Судьи: