Кассационное определение от 23 декабря 2020 г. по делу № 2-1/2020

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 72-УД20-18-А5


КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Москва 23 декабря 2020 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего Зеленина СР.

судей Русакова ВВ. и Зыкина В.Я. при секретаре Малаховой Е.И.

рассмотрела в судебном заседании кассационные жалобы осуждённых ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4 и адвокатов Максимова М.В, Киселёва ЕВ, Воложанина В.А, Бриля А.Е Мартемьянова И.Ф. на приговор Забайкальского краевого суда от 11 марта 2020 года, апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 24 сентября 2020 года, по которым

ФИО5, <...>

осуждён по ч.1ст.209УК РФ(в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года Ф3- № 162) К двенадцати годам лишения свободы; по ч.2ст.17.1- п."з"ст.102УК РСФСР к тринадцати годам лишения свободы; по пп. "а","б","в","ж","з"ч.2ст.105УК РФ к двадцати годам лишения свободы; по п."а"ч.Зст.126УК РФ к девяти годам лишения свободы с освобождением от назначенного наказания за истечением срока давности.

На основании ч.1ст.40УК РСФСР, ч.Зст.69УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, окончательно ФИО5 назначено двадцать пять лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ФИО1, <...>

<...>

<...> судим 30 апреля 2010 года по

пп."а","б"ч.3ст.162; ч.Зст.222УК РФ к восьми годам

шести месяцам лишения свободы, освобождён 4 августа

2017 года по отбытии срока наказания

осуждён по ч.2ст.209УК РФ(в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года Ф3- № 162) к одиннадцати годам лишения свободы; по ч.2ст.17.1- п."з"ст.Ю2УК РСФСР к тринадцати годам лишения свободы; по пп. "а","б","в","ж","з"ч.2ст.Ю5УК РФ к двадцати годам лишения свободы; по п."а"ч.Зст.126УК РФ к девяти годам лишения свободы с освобождением от назначенного наказания за истечением срока давности.

На основании ч.1ст.40УК РСФСР, ч.Зст.69УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний назначено двадцать четыре года шесть месяцев лишения свободы.

В соответствии с ч.5ст.69УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору и по приговору Центрального районного суда г. Читы от 30 апреля 2010 года окончательно ФИО1 назначено двадцать пять лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ДЕГТЯРЁВ ИГОРЬ АЛЕКСЕЕВИЧ, <...>

<...>

<...> судим 30 июня 2011 года по

пп."а","б"ч.3ст. 162УК РФ к шести годам девяти месяцам

лишения свободы, освобождён 29 марта 2017 года

условно-досрочно на восемь месяцев двадцать четыре дня

осуждён по ч.2ст.209УК РФ(в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года Ф3- № 162) С применением ч.1ст.62УК РФ к десяти годам лишения свободы; по пп."а","в","ж","з"ч.2ст.105УК РФ к девятнадцати годам лишения

свободы; по п."а"ч.Зст.126УК РФ с применением ч.1ст.62УК РФ к восьми годам лишения свободы с освобождением от назначенного наказания в связи с истечением срока давности.

На основании ч.Зст.69УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний назначено двадцать два года лишения свободы.

В соответствии с ч.5ст.69УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору и по приговору Центрального районного суда г. Читы от 30 июня 2011 года окончательно ФИО3 назначено двадцать три года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ФИО2, <...>

<...> судим 21 февраля

2007 года по пп."а","б"ч.3ст.1б2; ч.Зст.222УК РФ к

восьми годам двум месяцам лишения свободы,

освобождён 22 апреля 2011 года условно-досрочно на

два года шесть месяцев двадцать девять дней

осуждён по ч.2ст.209УК РФ(в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года Ф3- № 162) С применением ч.1ст.62УК РФ к десяти годам лишения свободы; по ч.2ст. 17.1 -п."з"ст. 102УК РСФСР с применением ч..1ст.62УК РФ к десяти годам лишения свободы; по пп."а","ж","з"ч.2ст.Ю5УК РФ к девятнадцати годам лишения свободы.

На основании ч.1ст.40УК РСФСР, ч.Зст.69УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения наказаний, назначено двадцать два года лишения свободы.

В соответствии с ч.5ст.69УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору и по приговору Центрального районного суда г. Читы от 21 февраля 2007 года окончательно ФИО2 назначено двадцать три года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ФИО4, <...>

<...> ранее судим: 1). 29

сентября 2004 года по ч.Зст.30-п."в"ч.2ст.132УК РФ к

четырём годам лишения свободы условно с

испытательным сроком на четыре года; 2). 16 ноября

2017 года по ч.Зст.135; ч.1ст.135УК РФ к трём годам

лишения свободы

осуждён по ч.2ст.209УК РФ(в редакции Федерального закона от 8 декабря 2003 года Ф3- № 162) К одиннадцати годам лишения свободы; по пп."а","в","д","ж","з"ч.2ст.105УК РФ к девятнадцати годам лишения свободы; з

по п."а"ч.Зст.126УК РФ к девяти годам лишения свободы с освобождением от назначенного наказания в связи с истечением срока давности.

На основании ч.Зст.69УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний назначено двадцать три года лишения свободы.

В соответствии с ч.5ст.69УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору и по приговору Центрального районного суда г. Читы от 16 ноября 2017 года окончательно ФИО4 назначено двадцать четыре года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

ФИО6, <...>

<...> судим 30

сентября 2019 года по пп."а","б"ч.Зст.163УК РФ к

восьми годам шести месяцам лишения свободы

осуждён по ч.2ст.209УК РФ(в редакции Федерального закона № 162 от 8 декабря 2003 года) к одиннадцати годам лишения свободы; по пп."а","в","ж","з"ч.2ст.Ю5УК РФ к девятнадцати годам лишения свободы; по п."а"ч.Зст.!26УК РФ к девяти годам лишения свободы с освобождением от назначенного наказания в связи с истечением срока давности.

На основании ч.Зст.69УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний назначено двадцать три года лишения свободы.

В соответствии с ч.5ст.69УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору и по приговору Центрального районного суда г. Читы от 30 сентября 2019 года окончательно ФИО6 назначено двадцать четыре года лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

По делу разрешены гражданские иски в части компенсации морального

вреда потерпевшим.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 24 сентября 2020 года, приговор Забайкальского краевого суда от 11 марта 2020 года изменён:

- в отношении осуждённых ФИО3, ФИО4 по преступлению, предусмотренному ч.2ст.209УК РФ признано смягчающим наказание обстоятельством - несовершеннолетний возраст на момент их вступления в банду; смягчено ФИО2, ФИО3, ФИО4 наказание, назначенное по ч.2ст.209УК РФ с применением ч.1ст.62УК РФ до девяти лет девяти месяцев лишения свободы(ФИО2, ФИО3) и десяти лет девяти месяцев лишения свободы(Дяжур);

- осуждённый Непомнящий Д.В. от наказания, назначенного по ч.1 ст.209УК РФ, осуждённые Кудрявцев А.В, Гуськов А.Г, Дегтярёв И.А, Тюменцев А.А, Дяжур И.С. от наказания, назначенного по ч.2ст.209УК РФ освобождены на основании п.3ч.1ст.24; ч.8ст.302УПК РФ за истечением сроков давности уголовного преследования;

- исключено из приговора осуждение ФИО5 и ФИО1 по п."б"ч.2ст.105УК РФ по эпизоду убийства Ф.

смягчено назначенное осуждённому ФИО5 по пп."а","в","ж","з"ч.2ст.Ю5УК РФ наказание до девятнадцати лет десяти месяцев лишения свободы.

На основании ч.Зст.69УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч.2ст.17.1-п."з"ст.102УК РСФСР; пп."а","в","ж","з" ч.2 ст.105УК РФ, путем частичного сложения наказаний окончательно ФИО5 назначено двадцать четыре года лишения свободы.

смягчено назначенное осуждённому ФИО1 по пп."а","в","ж","з"ч.2ст.Ю5УК РФ наказание до девятнадцати лет девяти месяцев лишения свободы.

На основании ч.Зст.69УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч.2ст.17.1-п."з"ст.102УК РСФСР; пп."а","в","ж","з" ч.2 ст.105УК путем частичного сложения наказаний назначено двадцать три года шесть месяцев лишения свободы.

В соответствии с ч.5ст.69УК РФ, по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору и по приговору Центрального районного суда г. Читы от 30 апреля 2010 года окончательно ФИО1 назначено двадцать четыре года лишения свободы;

смягчено назначенное осуждённому ФИО3 по пп."а","в","ж","з"ч.2ст.105УК РФ наказание с применением ч.1ст.62УК РФ до тринадцати лет трёх месяцев лишения свободы;

- исключено назначение осуждённому ФИО3 наказания по правилам ч.Зст.69УК РФ.

В соответствии с ч.5ст.69УК РФ по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору и по приговору Центрального районного суда г. Читы от 30 июня 2011 года окончательно ФИО3 назначено девятнадцать лет шесть месяцев лишения свободы.

- смягчено назначенное осуждённому ФИО2 по ч.2ст.17.1- п."з"ст.102УК РСФСР наказание с применением ч.1ст.62УК РФ до девяти лет одиннадцати месяцев лишения свободы; по пп."а","ж","з"ч.2ст.Ю5УК РФ с применением ч.1ст.62УК РФ до тринадцати лет трёх месяцев лишения свободы.

На основании ч.Зст.69УК РФ по совокупности преступлений, предусмотренных ч.2ст.17.1-п."з"ст.102УК РСФСР; п."а","ж","з"ч.2ст.105УК РФ,

путем частичного сложения наказаний назначено двадцать один год лишения свободы.

В соответствии с ч.5ст.69УК РФ, по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору и по приговору Центрального районного суда г. Читы от 21 февраля 2007 года окончательно ФИО2 назначено двадцать два года лишения свободы.

- исключено назначение осуждённому ФИО4 наказания по правилам ч.Зст.69УК РФ.

В соответствии с ч.5ст.69УК РФ, по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору (пп."а","в","д","ж","з" ч.2 ст. 105УК РФ) и по приговору Центрального районного суда г. Читы от 16 ноября 2017 года окончательно ФИО4 назначено двадцать один год шесть месяцев лишения свободы;

- исключено назначение осуждённому ФИО6 наказания по правилам ч.Зст.69УК РФ.

В соответствии с ч.5ст.69УК РФ, по совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний, назначенных по данному приговору (пп."а","в","ж","з" ч.2 ст.105УК РФ и по приговору Центрального районного суда г. Читы от 30 сентября 2019 года окончательно ФИО6 назначено двадцать два года лишения свободы;

Признаны виновными и осуждены:

- ФИО5 - в руководстве устойчивой вооруженной группой (бандой), созданной в целях нападения на граждан и в участии в банде и в

совершаемых ею нападениях,

- ФИО1, ФИО3, ФИО2, ФИО4 и ФИО6 - в участии в банде и в совершаемых ею нападениях.

- ФИО5, ФИО1, ФИО2 - в умышленном убийстве двух лиц - Д. и К. в составе

организованной группы.

- ФИО5 — в убийстве Ф.А. П. в связи с выполнением лицом общественного долга,

сопряженное с похищением человека, совершенное организованной группой, из корыстных побуждений, сопряженное с бандитизмом;

- ФИО1 - в убийстве Ф.А. Д., К.А. Д.П. К.Ж. в связи с выполнением лицом общественного долга, сопряженное с похищением человека, совершенное организованной группой, сопряженное с бандитизмом;

- Дегтярев И.А. - в убийстве К.К. Д., П.К. Ж. сопряженное с похищением человека, совершенное организованной группой, из корыстных побуждений, сопряженное с бандитизмом;

- ФИО2 - в убийстве А.., Д.К.., Ж. совершенное организованной группой, сопряженное с бандитизмом;

- ФИО4 - в убийстве А.Д.., К.Ж. сопряженное с похищением человека, совершенное с особой жестокостью, организованной группой, сопряженное с бандитизмом;

- ФИО6 - в убийстве К.П. К.Ж. сопряженное с похищением человека, совершенное организованной группой, сопряженное с бандитизмом.

- ФИО5, ФИО1, ФИО3, ФИО4, ФИО6 - в похищении П. в составе организованной группы.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Русакова В.В, мнение прокурора Кривоноговой Е.А, полагавшей судебные решения в отношении всех осуждённых оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

В кассационных жалобах и в дополнениях к ним:

- осуждённый ФИО2 просит об отмене либо изменении судебных решений, в том числе, определения судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции о выплате вознаграждения адвокату Мосолову Е.Д, ссылаясь на то, что в банде он никогда не состоял и в совершении преступлений в составе банды не участвовал; показания в ходе предварительного следствия С., Т., с которыми заключено досудебное соглашение, а также его и ФИО3 показания, по мнению осуждённого, являются недопустимыми доказательствами, поскольку получены с нарушением уголовно-процессуального законодательства; огнестрельное оружие ему не принадлежало, в материалах дела нет доказательств его осведомлённости о наличии оружия; после задержания на него было оказано психологическое воздействие с целью написания явки с повинной; по эпизоду убийства Д. и К. у него не было умысла на совершение убийства, так как он вообще не знал этих лиц; причастность к убийству членов преступной группы, в которую входили Д. и К., органами предварительного

следствия и судом не проверялась; объективных данных о причине смерти потерпевших в материалах дела не имеется; полагает, что было нарушено его право на защиту, поскольку в конце судебного следствия его родственники заключили соглашение с адвокатом Нипианиди И.И, которому не дали возможности ознакомиться с материалами дела и полноценно подготовиться к судебным прениям; считает, что по преступлению, предусмотренному ст.102УК РСФСР должны быть применены положения ст.48УК РСФСР, регулирующей сроки давности уголовного преследования; оспаривает обоснованность взыскания процессуальных издержек в размере 43320(сорок три тысячи триста двадцать) рублей, поскольку у него тяжёлое материальное положение, на иждивении находятся двое малолетних детей, мать является пенсионером;

- осуждённый Дяжур и в защиту его интересов адвокат Воложанин В.А. просит либо отменить приговор, дело производством прекратить за отсутствием в действиях ФИО4 состава преступления, либо вернуть дело на новое судебное рассмотрение, ссылаясь на допущенные нарушения уголовно-процессуального закона; по мнению осуждённого и адвоката, в приговоре не отражены показания ФИО4 о том, что он отсутствовал на месте преступлений, суд ограничился лишь ссылкой на то, что подсудимые виновными себя не признали, утверждая, что лица, заключившие досудебное соглашение о сотрудничестве оговорили их; не приведя в приговоре показаний ФИО4 по каждому эпизоду обвинения и оставив их без надлежащей оценки, суд ограничил право ФИО4 на защиту от предъявленного обвинения; при описании преступного деяния по ч.2ст.209УК РФ судом не приведено совершение конкретных действий, образующих объективную сторону состава преступления, предусмотренного ч.2ст.209УК РФ; в приговоре не указано, какие именно нападения совершил Дяжур, являясь, по мнению суда, участником банды; в приговоре, как и в обвинительном заключении не нашло своего отражения, в чём выражались действия ФИО4 при захвате и удержании П., имеется лишь ссылка о доставлении потерпевшего П. на дачу ФИО4; нарушены требования ст.252УПК РФ при описании действий ФИО4 по эпизоду убийства потерпевшего Д.; сокрытие трупа и перевозка трупа к месту захоронения ФИО4 не предъявлялись; основной свидетель Т., заключивший досудебное соглашение о сотрудничестве был допрошен по решению суда, посредством системы видеоконференц-связи, что не соответствует требованиям ст.281.1УПК РФ; кроме того, подписка о разъяснении процессуальных прав отбиралась не судом, а инспектором исправительной колонии, где отбывает наказание Т.; суд как на доказательство сослался на показания другого обвиняемого, заключившего досудебное соглашение о сотрудничестве - С. в судебном заседании С. отказался от дачи показаний, воспользовавшись положениями ст.51 Конституции РФ, и по ходатайству государственного обвинителя были оглашены показания С. в ходе предварительного следствия; отказ от дачи показаний в судебном заседании должен

рассматриваться как нарушение обязательств, предусмотренных досудебным соглашением о сотрудничестве; сторона защиты была лишена возможности проверить и оценить правдивость показаний С. тем самым суд ограничил право Дяжура на исследование доказательств со стороны обвинения; в материалах дела отсутствуют доказательства осведомлённости Дяжура о том, что потерпевший А. будет расстрелян; выводы суда в этой части основаны на предположениях Т. и С.; также в деле отсутствуют доказательства причастности Дяжура к убийству Д., поскольку положенные в основу приговора показания Дегтярёва по данному эпизоду обвинения не свидетельствуют о доказанности вины Дяжура в убийстве потерпевшего Д.; противоречия в показаниях С. по данному эпизоду обвинения(убийство Д.) не проанализированы судом и надлежащая оценка показаниям С. в описательно-мотивировочной части приговора не дана; объективных доказательств того, что причиной смерти Д. явились термические ожоги от прикладывания кочерги к телу, в материалах дела не содержится; экспертиза о причинах смерти носит производный характер от показаний С. который неоднократно в своих показаниях указывал, что Д. вполне мог умереть от остановки сердца, либо от передозировки наркотиков; оспаривая обоснованность осуждения по ч.2ст.209УК РФ, осуждённый и адвокат ссылаются на неосведомлённость Дяжура о существовании хранилища с огнестрельным оружием и боеприпасами; выводы суда в этой части основаны на предположении; относительно вменённого Дяжуру эпизода участия в убийстве потерпевших Ж. и К. выводы суда о виновности обоснованы недопустимыми доказательствами - показаниями С. и Т., которые в нарушение установленного законом порядка были оглашены судом по ходатайству стороны обвинения; в приговоре при назначении наказания не указано, какое отягчающее обстоятельство учтено судом, что повлекло назначение чрезмерно сурового наказания; на момент вынесения приговора Дяжур полностью отбыл срок наказания по приговору Центрального районного суда г. Читы от 16 ноября 2017 года, поэтому назначение наказания по правилам ч.5ст.69УК РФ является необоснованным;

- осуждённый ФИО3 просит об отмене приговора и его оправдании, ссылаясь на то, что в приговоре отсутствуют доказательства его виновности в участии банды; считает, что его вина в убийстве 23 июня 1999 года К. не доказана, поскольку в основу приговора были положены противоречивые показания свидетелей К. и Ч.; настаивает на том, что объективных доказательств его вины в убийстве К., Д. в материалах дела не содержится, в основу обвинения положены показания С.Т., с которыми было заключено досудебное соглашение; выводы судебно- медицинской экспертизы являются сомнительными, поскольку отсутствовал объект исследования(трупы потерпевших); по мнению осуждённого, суд

необоснованно пришёл к выводу о доказанности его вины в совершении похищения П. в составе организованной группы; обращает внимание на недозволенные методы ведения следствия, в результате чего он вынужден дать показания, в которых он признавал себя виновным в совершении преступлений; выводы судебно-медицинских экспертиз по материалам дела в отношении П., К. и Д. являются сомнительными и не могут свидетельствовать о его виновности; по эпизоду убийства Ж. и К. в основу приговора положены показания С. и Т. которые другими объективными доказательствами не подтверждаются; указывает на то, что он не был полностью ознакомлен с материалами дела и с аудиозаписью судебного заседания, чем было нарушено его право на защиту; просит отменить решение суда в части компенсации морального вреда в размере 375000(триста семьдесят пять тысяч) рублей в пользу А. поскольку исковые требования не подтверждаются какой-либо документацией; считает себя невиновным, его вина в совершении преступлений не доказана;

- адвокат Киселёв Е.В. в интересах осуждённого ФИО3 просит приговор Забайкальского краевого суда и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции отменить, ФИО3 оправдать, либо направить дело на новое судебное разбирательство или возвратить прокурору в порядке ст.237УПК РФ, ссылаясь на то, что органами предварительного следствия и судом не добыто доказательств участия ФИО3 в устойчивой вооружённой группе(банде) и в части совершения ФИО3 убийств в отношении шести человек; в нарушение требований закона(ст.281-1 УПК РФ) был нарушен порядок допроса лиц, заключивших досудебное соглашение о сотрудничестве - Т. и С. допрос которых проведён путём видеоконференц-связи, что лишало возможности стороне защиты задать интересующие её вопросы до оглашения показаний указанных лиц; судом необоснованно признаны допустимыми доказательствами комиссионные судебно-медицинские экспертизы по материалам дела в отношении потерпевших, поскольку не содержат объективных сведениЩотсутствие медицинской документации), касающихся причин смерти потерпевших ввиду отсутствия их трупов; показания свидетеля С. не могут быть признаны в качестве допустимых доказательств, так как С. страдает рядом тяжёлых хронических заболеваний, в том числе, перенёс инсульт, имеет нарушение мозгового кровообращения, установлено снижение памяти на текущие события и на события прошлых лет, что ставит под сомнение способность данного лица объективно излагать обстоятельства происшедшего; по мнению адвоката, судом первой инстанции было нарушено право ФИО3 на защиту, выразившееся в ограничении времени(пять дней) для ознакомления с аудиозаписью судебного заседания и в том, что ФИО3 не реализовал своё право воспользоваться услугами защитника по соглашению(адвокат ФИО7); при назначении ФИО3 наказания по

ч.5ст.69УК РФ судом апелляционной инстанции в резолютивной части определения не указано, что отбытое наказание по предыдущему приговору Центрального районного суда г.Читы от 30 июня 2011 года засчитано в назначенный судом срок; решение суда о компенсации морального вреда в пользу А. немотивировано и необосновано;

- осуждённый ФИО8 просит об отмене судебных решениЩприговор, апелляционное определение) и направлении дела либо на новое судебное рассмотрение, либо возвратить прокурору в порядке ст.237УПК РФ, ссылаясь на то, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании; по делу допущены грубые нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов, повлиявших на принятые судами решения; неверно определено время окончания деятельности банды - 21 сентября 2005 года, с момента обнаружения и изъятия правоохранительными органами огнестрельного оружия и боеприпасов, тогда как последнее преступление было совершено в мае 2005 года(убийство К. и Ж.); судами неверно определён закон при квалификации его действий по ст.102УК РСФСР вместо ч.2ст.105УК РФ; обвинительное заключение в части квалификации его действий по ч.2ст.209УК РФ неконкретизировано и не обоснованно; показания засекреченного свидетеля "С<...>" по эпизоду убийства Ф. подлежат исключению из числа доказательств; допрос в судебном заседании лиц, заключивших досудебное соглашение о сотрудничестве проведён с нарушениями уголовно-процессуального закона, а именно - посредством видеоконференц-связи, тем самым суд воспрепятствовал стороне защиты в возможности проверки показаний Т. и С. с точки зрения их правдивости и достоверности, грубо нарушив принцип состязательности и равноправия сторон при рассмотрении дела; проведённые по материала дела судебно-медицинские экспертизы, относительно причин смерти потерпевших не соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона, носят предположительный характер, поэтому подлежат исключению из числа доказательств по делу; в ходе судебного следствия надлежаще не проверена версия о том, что потерпевшие Д. и К. могли по своей воле скрыться, либо могли стать объектом посягательства со стороны других лиц, поскольку входили в преступную группировку "Джекичановские" и занимались преступной деятельностью; в приговоре искажены показания свидетеля Ф в части принадлежности автомобиля марки "Нива" Т. в деле отсутствуют доказательства, подтверждающие показания Т. и Г о причастности потерпевших Д и К к совершению у Б (водитель К.); суд апелляционной инстанции игнорировал доводы защиты об обвинительном уклоне при рассмотрении данного дела; в судебном заседании ФИО2 не подтвердил свои показания в ходе предварительного следствия, объяснив это оказанным на него давлением со стороны оперативных сотрудников полиции; по эпизоду убийства А. и

Д<...> не установлены причины предполагаемой смерти потерпевших; трупы указанных лиц в ходе следствия обнаружены не были, поэтому убедительных доказательств того, что потерпевшие стали жертвами именно преступного посягательства в материалах дела не имеется; органами предварительного следствия надлежащим образом не проверены показания Гуськова; очная ставка между ним - Кудрявцевым и Гуськовым не была проведена; обращает внимание, что у него не было мотива к совершению убийства потерпевших, поскольку в конфликт вступил не он, а Дегтярёв; противоречия в показаниях Гуськова судом не устранены, в связи с чем они - показания не могли быть положены в основу приговора; выводы органов предварительного следствия и суда о его причастности к убийству К. не имеют под собой объективной основы ввиду отсутствия достоверных доказательств, в том числе экспертного заключения; судом не дана оценка показаниям С. о том, что именно он - С. задушил К. без участия Кудрявцева; обвинение, предъявленное по эпизоду убийства А. а равно приговор суда, по мнению осуждённого, практически идентичный в части описания обстоятельств происшедшего тексту обвинительного заключения и выводы суда основаны на показаниях лиц, заключивших досудебное соглашение о сотрудничестве(Тё<...>, С.); считает, что по эпизоду убийства Д. последний скончался в процессе пыток(прикладывание раскалённых предметов к телу), в результате причинения обширных ожогов тела; он участия в пытках не принимал и не совершал каких-либо иных действий, составляющих объективную сторону умышленного причинения смерти; вывод суда о наличии у Непомнящего корыстного мотива для устранения П не подтверждается доказательствами, рассмотренными в судебном заседании; по эпизоду убийства Ж и К в судебном заседании установлено, что причиной устранения потерпевших явилось опасение Т за свою жизнь; у него - Кудрявцева не имелось личных причин и мотивов изического устранения Ж и К полагает, что уголовное дело должно было быть снят апелл рассмотрения, поскольку он был ограничен во времени и не смог в полном объёме ознакомиться с протоколом судебного заседания и его аудиозаписью, тем самым было нарушено его право на защиту; также оспаривает отказ суда апелляционной инстанции в удовлетворении его ходатайства о допуске к участию в рассмотрении дела в качестве защитника Лещенко М.И; обращает внимание на то, что часть протокола не была подписана одним из секретарей и суд апелляционной инстанции по собственной инициативе организовал проведение служебной проверки, в ходе которой было устранено данное нарушение;

- адвокат Бриль А.Е. в интересах осуждённого ФИО8 просит об отмене судебных решениЩприговора, апелляционного определения) и оправдании ФИО8 по предъявленному обвинению, либо направлении дела на новое

судебное разбирательство или возвращении дела прокурору в порядке СТ.237УПК РФ, ссылаясь на нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов; выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствуют фактическим обстоятельствам, установленным в судебном заседании; по мнению адвоката, судами первой и второй инстанций неверно применён закон в части квалификации вменённых Кудрявцеву убийств потерпевших К.Д. и убийств других потерпевших; убийство двух и более лиц, совершённое одновременно или в разное время не образует совокупности преступлений и подлежат квалификации по п."а"ч.2ст.Ю5УК РФ; осуждение Кудрявцева по ст. 102УК РСФСР является излишним; полагает, что суд апелляционной инстанции, внося изменения в приговор суда первой инстанции, ухудшил положение осуждённого Кудрявцева без достаточных на то основаниЩотсутствие жалоб потерпевших и представления прокурора); суд апелляционной инстанции необоснованно отказал стороне защиты в допросе дополнительного свидетеля К. который мог сообщить обстоятельства, связанные с исчезновением К. и Д. 28 сентября 1995 года, тем самым лишил сторону защиты возможности в реализации права Кудрявцева на защиту и обязанности адвоката по сбору и собиранию доказательств в обоснование своей позиции - оговора Кудрявцева со стороны лиц, заключивших досудебное соглашение о сотрудничестве в совершении особо тяжких преступлений, при отсутствии в деле объективных доказательств его причастности к ним; кроме того, судом апелляционной инстанции было необоснованно отклонено ходатайство о вызове и допросе в качестве свидетеля стороны защиты Ц. отбывающего наказание в ФКУ ИК-<...> г. Нерчинска УФСИН РФ по Забайкальскому краю для предоставления доказательств, указывающих на незаконный способ привлечения к расследованию по уголовному делу засекреченных свидетелей; суд воспрепятствовал стороне защиты в представлении объективных доказательств, что указывает на явный обвинительный уклон и противоречит принципам уголовного судопроизводства; по мнению адвоката, отказ в удовлетворении ходатайства о повторном допросе лиц, заключивших досудебное соглашение о сотрудничестве - С и Т нарушает право на защиту Кудрявцева; выводы суда о вин Куд в совершении преступлений основаны исключительно на показаниях лиц, заключивших досудебное соглашение о сотрудничестве;

- адвокат Максимов М.В. в интересах осуждённого ФИО6 просит приговор Забайкальского краевого суда и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции отменить, прекратить производство по делу, ФИО6 оправдать, либо рассмотреть вопрос о возможном освобождении ФИО6 от наказания за истечением срока давности уголовного преследования, ссылаясь на то, что в ходе судебного следствия в суде первой инстанции ФИО6 были

приведены обоснованные доводы, подтверждающие его алиби по эпизодам убийства и похищения К. и П., убийства Ж. и К. которые не были надлежащим образом проверены и не получили надлежащей оценки при вынесении приговора, ограничившись ссылкой на непризнание подсудимыми своей вины и указанием, что лица, заключившие досудебное соглашение о сотрудничестве, оговорили их; показания С. и Т. не могли быть положены в основу обвинения из-за их противоречивости и несоответствия с материалами дела; план убийства Ж. и К. при Тюменцеве не обсуждался и последнему ничего не было известно о предстоящем убийстве потерпевших; суд в нарушение закона огласил показания С. в ходе предварительного следствия при отказе последнего дать показания в судебном заседании, поскольку С. как лицо, заключившее досудебное соглашение о сотрудничестве, обязан был давать правдивые показания в суде относительно совершённых преступлений; в основу приговора были также положены показания Гуськова и Дегтярёва в ходе предварительного следствия; однако, указанные лица неоднократно в судебном заседании поясняли, что оговорили Тюменцева и других подсудимых; каких-либо доказательств о причастности Тюменцева ко вменённым преступлениям в материалах дела не содержится; при отсутствии апелляционного представления и жалоб потерпевших суд апелляционной инстанции по своей инициативе ухудшил положение Тюменцева, назначив по ч.5ст.69УК РФ более строгое наказание, чем суд первой инстанции; также суд учёл, что убийства в отношении К и П совершены с дерзостью и цинизмом, а также то, что Т в в настоящее время отбывает наказание за совершение особо тяжкого преступления, однако, обвинение в совершении убийств с такими признаками Тюменцеву не предъявлялось, на момент совершения вменённых преступлений Тюменцев не был судим;

- адвокат Мартемьянов И.Ф. в интересах осуждённого ФИО5 просит отменить приговор Забайкальского краевого суда и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции и направить дело на новое судебное разбирательство, ссылаясь на то, что суд необоснованно отказал в удовлетворении заявленного стороной защиты ходатайства об отводе судьи; в обосновании заявленного ходатайства указывалось на то, что ранее в 2010 году судья принимала участие в рассмотрении уголовного дела в отношении Г. по факту убийства Л. где давалась оценка показаниям Ф. и Х., проходящих по данному делу в качестве потерпевшего и свидетеля, то есть, по мнению адвоката, судом нарушен принцип беспристрастности при рассмотрении данного дела; суд ограничил право защитника Пержабинского М.М. в выяснении вопроса, помогали ли следователи вспомнить картину происшедшего при допросе свидетеля Г. то есть суд ограничил сторону защиты в выяснении обстоятельств допроса свидетелей; суд первой инстанции при

разъяснении прав и установлении отношения допрашиваемых лиц к потерпевшим категорически указывает о наличии фактов убийств и похищений в отношении потерпевших и при этом не ссылается на то, что данные обстоятельства на данной стадии процесса только вменяются подсудимым согласно предъявляемому обвинению, называя потерпевших убитыми и похищенными, что явно свидетельствует о предрешении вопросов, связанных с доказанностью обвинения и исключает беспристрастное рассмотрение данного дела; обращает внимание на то, что протокол судебного заседания не был подписан одним из секретарей - Д. судом апелляционной инстанции была инициирована служебная проверка по факту отсутствия подписи в протоколе, который был подписан секретарём, явившейся в суд апелляционной инстанции, что не предусмотрено УПК РФ и не входило в полномочия суда апелляционной инстанции; органами предварительного следствия в обвинительном заключении не установлен и не указан срок начала и окончания руководства Непомнящим бандой; указанная судом дата 21 сентября 2005 года прекращения деятельности банды, в связи с обнаружением огнестрельного оружия сотрудниками правоохранительных органов, по мнению адвоката, не может быть связана с окончанием необоснованно установленного судом руководства бандой Непомнящим; кроме того, в апелляционном определении при решении вопроса об освобождении осуждённого Непомнящего от наказания, назначенного по ч.1ст.209УК РФ, в связи с истечением срока давности также не была определена и не указана дата, с которой исчислялись сроки давности; в приговоре судом не указано, какие конкретно принимал Непомнящий решения, какие распоряжения он давал участникам банды и какие действия совершал сам Непомнящий по руководству бандой; суду не представлено каких-либо данных, свидетельствующих о высоком уровне организованности преступной группы; судом первой инстанции Непомнящему не были созданы необходимые условия для ознакомления с материалами дела и суд необоснованно ограничил Непомнящего в ознакомлении, что лишило последнего возможности реализовать свои права, регламентированные п.17ч.4ст.47УПК РФ; суд апелляционной инстанции игнорировал законные требования Непомнящего об ознакомлении с материалами дела в полном объёме, чем препятствовал осуждённому довести свои доводы и законные основания для отмены обвинительного приговора; по мнению адвоката, обвинительное заключение составлено с нарушением требований ст.220УПК РФ, а именно: - существо обвинения и обстоятельства, имеющие значение для дела, не соответствуют формулировке обвинения, что является безусловным основанием для возвращения дела прокурору в соответствии со ст.237УПК РФ; в материалах дела имеется протокол очной ставки между Т. и К. от 20 апреля 2018 года(т.Ю, л.д.31-39), в котором часть текста не читаема, имеются дописки, при этом, кем они были сделаны и время их нанесения, обстоятельства, при которых они были сделаны судом не были установлены; судом не была дана оценка показаниям Непомнящего, Дяжура и

Гуськова в ходе судебного разбирательства о недозволенных методах ведения следствия, в связи с чем необоснованно показания указанных лиц в ходе предварительного следствия были положены в основу обвинительного приговора; выводы судебно-медицинских экспертиз по материалам дела основаны только на показаниях, имеющихся в материалах дела и носят вероятностный характер; суд не дал оценки показаниям свидетелей С и Н подтвердивших, что Непомнящий находился со С. на даче в период совершения, по версии следствия, убийства Ф., а поэтому не мог совершить данное преступление; суд апелляционной инстанции не предоставил возможности допросить в качестве свидетеля Щ. ограничив тем самым право Непомнящего на защиту и подтверждение его алиби; не указал в апелляционном определении факт заявленного такого ходатайства стороной защиты и основания отказа в его удовлетворении; в материалах дела содержатся документальные доказательства, свидетельствующие о том, что потерпевший Ф. сам лично совершал юридически значимые действия после своего исчезновения 3 июня 1998 года и опровергающие версию следствия, основанную лишь на показаниях С. о том, что Ф. был убит 3 июня 1998 года; при назначении вида и размера Непомнящему наказания суд учёл обстоятельства, отягчающие наказание, не указав, какие именно эти обстоятельства, вместе с тем, согласно своим же выводам суд указывает на отсутствие обстоятельств, отягчающих Непомнящему наказание.

В возражениях государственный обвинитель Алёхина И.П. просит приговор и апелляционное определение оставить без изменения.

Проверив материалы дела, выслушав объяснения осуждённых ФИО5, ФИО8, ФИО3, ФИО4, ФИО2, ФИО6 и адвокатов Кротовой СВ, Шевченко Е.М, Мартемьянова И.Ф, Киселёва Е.В, Бриля А.Е, Воложанина В.А, поддержавших доводы жалоб, по основаниям в них изложенным, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит приговор суда, апелляционное определение Пятого апелляционного суда общей юрисдикции законными и обоснованными.

В соответствии с требованиями ч.1 ст.401.15УПК РФ основаниями отмены или изменения судебных решений в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Таких нарушений закона по данному делу не допущено.

Виновность осуждённых ФИО5, ФИО8, ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО6 в совершении преступлений материалами дела установлена и подтверждается собранными в ходе предварительного следствия и

исследованными в судебном заседании доказательствами, которым дана надлежащая оценка.

Доводы кассационных жалоб о необоснованном осуждении за бандитизм, по мнению судебной коллегии, являются несостоятельными, поскольку вина осуждённых доказана совокупностью приведённых в приговоре доказательств.

Наличие в банде огнестрельного оружия и боеприпасов подтверждается материалами дела(протоколами осмотра и изъятия), а именно:

- автомат АКС-74 калибра 5,45 мм №<...>; - автомат АКС-74У калибра 5,45 мм №<...> - автомат АКС-74 калибра 5,45 мм №<...>

- автомат АКС-74 калибра 5,45 мм без идентификационного номера;

- самозарядный карабин конструкции ФИО9 (СКС) калибра 7,62x39 м, образца 1945 года, <...>;

- револьвер системы «Наган» калибра 7,62 мм образца 1895 года, <...>;

- револьвер, изготовленный самодельным способом под патрон калибра 5,6 мм из стандартного газового револьвера модели ТОЗ-105-3 <...>

- четыре пистолета, изготовленных самодельным способом под патрон калибра 9x18 мм из пистолетов ИЖ-79 без идентификационных номеров;

- пистолет, изготовленный самодельным способом под патрон калибра 9x18 мм из пистолета ИЖ-79 <...>

- изготовленное самодельным способом оружие под патрон калибра 7,62x54 мм с использованием основных частей винтовки ФИО10 (спускового механизма, затвора <...>, магазина <...> ствольной коробки<...>;

- ствол от пистолета конструкции ФИО11 образца 1933 года, калибра 7,62x25 мм №<...> магазин к пистолету конструкции ФИО11 образца 1930/1933 г. калибра 7,62x25 мм;

- два пистолета модели «ИЖ 78-7,6», без идентификационных номеров, переделанных под стрельбу боевыми патронами калибра 5,45 мм, снабженных двумя глушителями, изготовленными кустарным (самодельным) способом;

- шесть магазинов к 5,45 мм автоматам ФИО8; Взрывные устройства и взрывчатые вещества:

- два ручных противотанковых гранатомета РПГ-26, промышленного изготовления, снаряженных гранатой с кумулятивной боевой головкой, являющихся оружием военного назначения;

- самодельное взрывное устройство, состоящее из корпуса учебной противотанковой мины МОН-50 промышленного изготовления, снаряженного взрывчатым пластичным веществом на основе гексогена;

пять гранат ф-1 промышленного изготовления, снаряженными бризантным взрывчатым веществом - тротилом;

- три самодельных взрывных устройства, состоящих из промышленно

изготовленных корпусов гранат ф-1, снаряженных пластичным веществом, в

состав которого входит бризантное взрывчатое вещество гексоген;

- пять взрывателей ручных гранат УЗРГМ с маркировкой «<...>

<...>», «<...>», «<...>»; «<...>

<...>» (2) промышленного изготовления;

- электродетонатор типа ЭДП промышленного изготовления;

- подрывная машинка типа ПМ-4 с маркировкой <...>

промышленного изготовления;

- семь стандартных 200-грамовых, одна 400-грамовая тротиловая шашка и

кусок взрывчатого вещества - тротил, общей массой тротила 1846 граммов;

- самодельное взрывное устройство по типу магнитной мины, снаряженное

пластичным взрывчатым веществом на основе гексогена;

- самодельное взрывное устройство, снаряженное бризантным взрывчатым

веществом тротилом и пластичным взрывчатым веществом на основе гексогена; Патроны, являющие боеприпасами к нарезному огнестрельному оружию:

- 929 патронов калибра 7,62x54 мм образца 1908 года, изготовленные

промышленным способом;

- 1 патрон калибра 7,62x54 мм образца 1908 года с трассирующей пулей,

изготовленный промышленным способом;

- 3444 патрона калибра 7,62x39 мм образца 1943 года промышленного

изготовления;

- 78 патронов калибра 7,62x39 мм образца 1943 года с трассирующей пулей

промышленного изготовления;

- 9 патронов калибра 7,62 мм модели «СП-4» промышленного

изготовления;

- 57 патронов калибра 7,62 мм к револьверу системы Наган

промышленного изготовления;

- 4 патрона калибра 7,62 мм к револьверу системы Наган самодельного

изготовления;

- 62 патрона калибра 7,62 к пистолету конструкции ФИО11 модели «ТТ»; -22 спортивных патрона калибра 7,62 мм промышленного изготовления;

- 288 патронов калибра 5,45x18 мм промышленного изготовления;

- 96 патронов калибра 5,45 мм с трассирующей пулей промышленного

изготовления;

- не менее 3329 патронов калибра 5,45 мм промышленного изготовления; - 250 патронов калибра 5,45x39 мм;

- не менее 767 патронов калибра 9x18 промышленного изготовления; - 136 патронов калибра 9x19 мм промышленного изготовления;

- 8 патронов калибра 9 мм к пистолету модели «Парабеллум»

промышленного изготовления;

- 2 спортивно-охотничьих патрона калибра 5,6 мм;

- 99 охотничьих патронов калибра 5,6x39 мм промышленного изготовления;

- не менее 20-ти боевых малокалиберных пистолетных патрона центрального боя (МПЦ) отечественного производства калибра 5,45 мм, предназначенный для стрельбы из малогабаритного (ПСМ) пистолета.

Вышеуказанное оружие, боеприпасы, взрывные устройства и взрывчатые вещества участниками банды Непомнящим, ФИО8, ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО6 хранилось в тайниках, а также в гаражном боксе № 11, расположенном по адресу <...>(т.22,л.д.122-132; 146-152).

С учётом того, что виновные следили за потерпевшими, разрабатывали план нападений на них, тщательно готовились к нападениям, принимали меры к маскировке, имели оружие, при совершении преступлений их действия были согласованными и взаимообусловленными, а также принимая во внимание количество совершённых преступлений и постоянный состав участников преступлений, выводы суда о наличии банды и участия в ней осуждённых соответствует материалам дела.

Вся совокупность изложенных в приговоре доказательств безусловно свидетельствует о стабильности состава банды, в которую входили осуждённые, об организованности банды, о распределении ролей между осуждёнными при совершении преступлений, о руководящей роли ФИО5 в ней, о планировании и подготовке совершаемых преступлений, о наличии пригодного для стрельбы оружия и боеприпасов, которые использовались членами банды в ходе совершения преступлений.

С учётом того обстоятельства, что со дня совершения преступлений (ч.1ч.2ст.209УК РФ) истекли сроки давности привлечения к уголовной ответственности, суд апелляционной инстанции обоснованно, в соответствии с п.3ч.1ст.24, ч.8ст.302УПК РФ освободил осуждённых ФИО5, ФИО8, ФИО2, ФИО4, ФИО3, ФИО6 от назначенного по указанным нормам закона наказания. Ранее приговором суда за истечением срока давности освобождены от назначенного по п."а"ч.Зст.!26УК РФ наказания осуждённые ФИО5, Дяжур, ФИО3, ФИО8, ФИО6.

Постановленные судом приговор и последующее апелляционное определение соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона к их содержанию. В приговоре отражены обстоятельства, подлежащие доказыванию в соответствии со ст.73УПК РФ, проанализированы подтверждающие их доказательства, получившие надлежащую оценку с приведением её мотивов, аргументированы выводы, относящиеся к вопросу квалификации преступлений,

разрешены иные вопросы, имеющие отношение к данному делу из числа, предусмотренных ст.299УПК РФ.

Из протокола судебного заседания явствует, что судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст.273-291УПК РФ.

Представленные суду доказательства были исследованы, все заявленные сторонами ходатайства были судами первой и второй инстанций рассмотрены, по ним приняты решения в установленном законом порядке. Судами исследованы доводы осуждённых в свою защиту, которые получили правильную оценку в приговоре и в апелляционном определении.

Все доказательства, которые приведены в судебных решениях в обоснование вывода о виновности осуждённых, по мнению судебной коллегии, являются допустимыми, а доводы кассационных жалоб, в которых этот вывод оспаривается - несостоятельными.

По эпизоду убийства потерпевших Д. и К. в 1995 году, судом правильно установлено, что данное преступление в составе организованной группы совершили подсудимые ФИО5, ФИО8, ФИО2 совместно с лицом, дело в отношении которого выделено в отдельное производство в связи с заключением досудебного соглашения о сотрудничестве, а также с тремя руководителями банды, дела в отношении которых прекращены в связи со смертью.

В подтверждение выводов о виновности осужденных суд верно привел показания ФИО2 на досудебной стадии производства и показания Т., в которых указанные лица последовательно поясняли обстоятельства лишения потерпевших жизни совместно с другими участниками банды по решению её руководителей, в связи с подозрениями о причастности потерпевших к покушению на К. и к убийству Б.

Как верно указано в приговоре, согласно показаниям названных лиц, потерпевших на автомашине «Нива» забрали в районе места их проживания, привезли на дачу к ФИО8, добившись признания в убийстве, вывезли в лес, где убили. В числе соучастников убийства ФИО2 последовательно называл ФИО8 и ФИО5, при этом указывал, что с участием ФИО8, а также С. и Т. вывозили потерпевших на дачу ФИО8, где к ним присоединялся ФИО5, который приехал вместе с К., К. и Ж.. После состоявшегося разговора, совместно с Непомнящим, ФИО12 вывезли потерпевших в лес, где он вдвоем с ФИО8, ФИО5 - вдвоем с Т. убили потерпевших, накинув каждому удавку и затягивая ее с двух сторон.

Изложенные в ходе предварительного расследования Гуськовым и Т. обстоятельства убийства Д. и К. в полной мере согласуются с показаниями потерпевших Н. и Д.. об обстоятельствах безвестного исчезновения потерпевших 28 сентября 1995 года с места их жительства.

Обоснованными являются выводы суда о виновности осужденных ФИО5 и ФИО8 в убийстве Ф.

Совокупностью исследованных в судебном заседании доказательств правильно установлено, что убийство потерпевшего было совершено по указанию одного из руководителей банды - К., обвиняемого в убийстве Л. в связи с тем, что Ф. дал изобличающие К. показания по уголовному делу.

Как следует из показаний С. заключившего досудебное соглашение о сотрудничестве, последний принимал участие в убийстве Ф. вместе с Непомнящим и ФИО8. Давая подробные показания, последовательно указывал, что убийству предшествовала тщательная подготовка, заранее было спланировано, что потерпевшего необходимо вывезти на дачу к ФИО8. В целях осуществления преступных планов, ФИО8 был приобретен автомобиль «ВАЗ- 2105», на котором следили за потерпевшим, выжидая удобный момент, были вооружены пистолетами. В день преступления вдвоем с ФИО8 под надуманным предлогом заманили потерпевшего к себе в машину, угрожая пистолетом, привезли на дачу, где их ожидал ФИО5. На даче потерпевшего удерживали в бане, после чего на автомашине ФИО5 вывезли в лес к заранее подготовленному месту захоронения. На месте убийства ФИО8 нанес потерпевшему ножевое ранение в область груди, после чего они вдвоем с ФИО8 удавкой задушили потерпевшего.

Ссылка адвоката Мартемьянова И.Ф. на то, что суд отказал в истребовании документов о снятии с регистрационного учёта автомобиля, принадлежащего Ф., не свидетельствует о нарушении закона. Согласно ст. 123 Конституции Российской Федерации судопроизводство осуществляется на основе состязательности сторон. Как видно из материалов дела, по указанному вопросу сторона защиты не обращалась в соответствующие органы(инспекция ГИБДД). Суд оказывает соответствующую помощь сторонам в сборе доказательств, когда они сами не в состоянии этого сделать. По данному вопросу таких обстоятельств при судебном разбирательстве не установлено.

Вопреки доводам кассационных жалоб, следствием и судом с достаточной полнотой выяснялись обстоятельства бесследного исчезновения Ф..

Были проверены и отклонены, как несостоятельные версии о том, что Ф. скрылся, опасаясь за свою жизнь в силу возникших в его жизни проблем.

Выводы суда в этой части основаны на совокупности исследованных с участием сторон материалов дела, подробно мотивированы в приговоре и сомнений у судебной коллегии не вызывают. Достоверных сведений о том, что Ф. после 1998 года совершал юридические действия с принадлежащими ему транспортными средствами материалы дела не содержат.

Обоснованным и законным является приговор по эпизоду совершения ФИО3 убийства потерпевшего К.

Допрошенный по делу Т. пояснил, что в 1999 году ФИО8 с целью избавления от возврата долга дал ему задание убить К. Для совершения убийства он привлек ФИО3, с которым они вместе выехали в г.Иркутск, где в течение двух недель они вдвоем готовились к преступлению. К. в тот период всегда находился в компании своего водителя. Он не хотел, чтобы водитель К. его видел и мог впоследствии опознать. В один из дней ФИО3 по плану встретился с К. с целью убийства последнего. ФИО3 полностью был посвящен в преступные планы, знал о предстоящем убийстве К. по заказу К. из-за денежного долга. В соответствии с отведенной ему ролью ФИО3, встретившись с потерпевшим, под надуманным предлогом, приехал с ним на заранее оговоренное место нападения. Согласно плану, ФИО3 вышел с К. из машины и по его сигналу пытался ударить потерпевшего, однако тот начал убегать. Он, Т. догнал потерпевшего и нанес ему множественные удары ножом по телу.

Обстоятельства, при которых было совершено убийство К. и о которых показывали ФИО3 и Т. объективно соответствуют и согласуются с данными протокола осмотра места происшествия и с выводами судебно-медицинской экспертизы о характере, локализации и механизме образования обнаруженных у потерпевшего множественных ножевых ранений, повлекших его смерть.

Выводы суда о виновности осуждённых:

- ФИО5, ФИО8, ФИО4 - в убийстве А.

- ФИО8, ФИО3, ФИО4 - в убийстве Д.

- ФИО5, ФИО8, ФИО3, ФИО6 - в убийстве П.

- ФИО8, ФИО3, ФИО4, ФИО2, ФИО6 - в убийстве К.Ж.

- ФИО8, ФИО2 - в убийстве А.Д.

- подтверждаются совокупностью исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, которые подробно изложены в приговоре и которым дана надлежащая оценка.

Суд правильно оценил последующее изменение показаний ФИО2 и ФИО3. Их ссылки на незаконность методов расследования проверялись и обоснованно отвергнуты как несостоятельные. Показания " в ходе предварительного следствия ФИО2 и ФИО3 давали с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, при допросе с участием адвокатов отказывались от дачи показаниЩт.31 ,л.д. 170; т.53,л.д.240), что также не свидетельствует о применении незаконных методов расследования. При таких данных, указанная ссылка осуждённых ФИО2 и ФИО3 несостоятельна и показания каждого из них в ходе предварительного следствия правильно оценены как допустимые доказательства.

Доводы, содержащиеся в кассационных жалобах адвокатов и осуждённых на наличие противоречий в показаниях ФИО3 и ФИО2, которые в ходе судебного разбирательстве не устранены, не влияют на законность и обоснованность приговора. Показания ФИО2 и ФИО3 в ходе предварительного следствия исследовались в судебном заседании и получили оценку суда в приговоре. Действующее уголовно-процессуальное законодательство не предусматривает запрета менять свои показания, не предусматривает в этом случае недопустимости их предыдущих показаний и не предусматривает ни обязанности суда, ни способов устранения имеющихся противоречий в показаниях.

Судебная коллегия находит противоречащими материалам дела и протоколу судебного заседания доводы осуждённых о нарушении их права на защиту, путём ограничения во времени при ознакомлении с материалами дела. Судебная коллегия считает такое ограничение адекватным сложности, объёму данного дела и считает достаточным для того, чтобы подготовиться к защите в суде, что подтверждено и судебными решениями об ограничении времени для ознакомления с материалами дела осуждённых, которые неоправданно затягивали ознакомление.

Ссылка осуждённого ФИО2 о нарушении его права на защиту, выразившемся в не предоставлении адвокату Нипианиди И.И. достаточного 1/

времени для подготовки к выступлению в прениях не может быть признана состоятельной, поскольку уголовно-процессуальный закон не предусматривает обязанности суда выяснять у адвоката его готовность к судебному разбирательству. Как видно из протокола судебного заседания(лист протокола 827), по ходатайству Гуськова адвокат Нипианиди И.И. был допущен к участию в деле наряду с другим адвокатом, представляющим интересы ФИО2 -

Бояриновой В.А, при этом суд первой инстанции правильно исходил из того, что адвокат как профессиональный защитник при явке в судебное заседание должен быть к нему готов, а если такой возможности не имеется, обязан заявить перед судом соответствующее ходатайство, отсутствие которого свидетельствует об отсутствии препятствий к его участию в судебном заседании.

Доводы, изложенные в кассационных жалобах осуждённых и адвокатов о том, что имеющиеся по делу доказательства не подтверждают вины каждого из осуждённых, получили надлежащую оценку и в приговоре, и в апелляционном определении.

Все доказательства, которые приведены судом первой инстанции в своих выводах о виновности ФИО5, ФИО8, ФИО4, ФИО3, ФИО2, ФИО6, являются допустимыми и обоснованно оценены как достоверные.

Выводы суда о фактических обстоятельствах совершения преступлений, по мнению судебной коллегии, являются правильными, действиям осуждённых дана верная юридическая оценка, выводы суда мотивированы.

Доводы кассационных жалоб о необоснованном осуждении ФИО5, ФИО8 и ФИО2 по ст.102УК РСФСР, так как действия должны быть квалифицированы одной нормой уголовного закона - ч.2ст.105УК РФ, не могут быть признаны состоятельными, поскольку санкция ст. 102УК РСФСР является менее строгой по сравнению с ч.2ст.105УК РФ. В соответствии со ст.9УК РФ преступность и наказуемость деяния определяются уголовным законом, действовавшим во время совершения этого деяния.

Доводы кассационных жалоб о том, что в основу приговора положены недопустимые доказательства, а именно протоколы допросов лиц, с которыми заключены досудебные соглашения о сотрудничестве, не могут быть признаны состоятельными, поскольку указанные допросы органами предварительного следствия проведены в соответствии с нормами уголовно-процессуального законодательства, с участием адвокатов, изложенные в , показаниях обстоятельства происшедшего соответствуют имеющимся в материалах дела доказательствам. Содержащимся в показаниях некоторым неточностям и расхождениям по отдельным деталям и фактическим обстоятельствам, судами первой и апелляционной инстанции дана надлежащая оценка и это не влияет на законность и обоснованность приговора.

Что касается протокола судебного заседания и не указание в нём второго секретаря, то указанный протокол судебного заседания был своевременно изготовлен, проверен председательствующей по делу судьёй и подписан, что не оспаривается никем из участников судопроизводства. Кроме того, протокол

судебного заседания не изготавливался по частям, второй секретарь судебного заседания Д. принимала участие в судебном процессе в течение четырёх дней(с 28 по 31 января 2020 года) и отсутствие в протоколе её подписи(данное упущение было устранено в ходе служебной проверки судом апелляционной инстанции т.79,л.д.127-131) не может свидетельствовать о существенном нарушении уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора.

Как видно из протокола судебного заседания, суд не ограничивал прав участников процесса по исследованию имеющихся доказательств. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется. Из протокола судебного заседания не видно, чтобы со стороны председательствующего судьи проявлялась предвзятость либо заинтересованность по делу. Нарушений принципов состязательности и равноправия сторон в судебном заседании не допущено.

Судом первой инстанции тщательно проверялись доводы осуждённых о самооговоре(ФИО2 и ФИО3) и об оговоре их со стороны свидетелей и потерпевших, однако эти доводы оказались несостоятельными и суд правильно отверг их.

Изложенные в кассационных жалобах доводы в защиту осуждённых, в том числе об отсутствии организованной группы, тщательно исследованы судом первой инстанции и получили надлежащую оценку в приговоре с указанием мотивов их несостоятельности.

Доводы осуждённых ФИО5, ФИО8, ФИО4, ФИО3, ФИО2, ФИО6 о их непричастности к совершению преступлений, не могут быть признаны состоятельными, поскольку каждый из них являлся членом преступной организованной группы, независимо от того, какие при этом каждый из них совершал действия в процессе подготовки и совершения конкретных преступлений, они обоснованно признаны соисполнителями вменённых им преступлений.

Выводы суда по всем этим доводам основаны на конкретных доказательствах по делу, которым дана оценка в соответствии с требованиями ст.88 УПК РФ, поэтому у судебной коллегии правильность выводов не вызывает сомнений.

Доводы кассационных жалоб о недоказанности вины осуждённых в совершении преступлений, установленных судом первой инстанции, противоречат приведённым в приговоре доказательствам и на материалах дела

не основаны. Обстоятельства по делу исследованы в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства. Допустимость приведённых доказательств сомнений не вызывает, поскольку они добыты в установленном законом порядке.

Наказание назначено ФИО2, ФИО5, ФИО8, ФИО3, ФИО4 и ФИО6 в соответствии с требованиями закона, с учётом целей наказания, установленных ч.2ст.43УК РФ, соразмерно содеянному ими и с учётом всех конкретных обстоятельств дела.

Преступления, совершённые каждым из осуждённых, ответственность за которые предусмотрена ч.2ст.105УК РФ, представляют большую общественную опасность, относятся к числу особо тяжких уголовно-наказуемых деяний и свидетельствуют о повышенной опасности лиц, их совершивших.

Доводы адвокатов Воложанина В.А, Максимова М.В, Мартемьянова И.Ф. об учёте обстоятельств, отягчающих наказание в отношении осуждённых ФИО4, ФИО5, ФИО6, по мнению судебной коллегии, являются несостоятельными, поскольку в приговоре при определении вида и размера наказания указано об отсутствии отягчающих обстоятельств. Указание суда на совершение убийств с дерзостью и цинизмом, а также на отбывание ФИО4 наказания за совершение особо тяжкого преступления приведены в обоснование неприменения сроков давности за преступления, наказуемые смертной казнью или пожизненным лишением свободы и не связаны с назначением наказания.

Гражданские иски разрешены судом в соответствии с действующим законодательством.

Вынесенное судом апелляционной инстанции определение о взыскании процессуальных издержек(т.83л.д.218-219), обжалуемое осуждённым ФИО2, по мнению судебной коллегии, является законным, обоснованным и мотивированным, соответствует требованиям ст.7УПК РФ, а поэтому оснований к его отмене не имеется.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе адвоката Максимова М.В. о нарушении судом апелляционной инстанции требований ч.5ст.69УК РФ, являются несостоятельными и не основаны на требованиях закона, поскольку назначение наказания по принципу частичного сложения наказаний является исключительной компетенцией суда и данный принцип не тождественен принципу присоединения неотбытого наказания по предыдущему приговору.

Не соответствуют требованиям закона доводы адвоката Воложанина В.А. в защиту интересов осуждённого ФИО4 о том, что на момент вынесения

приговора Дяжур полностью отбыл наказание по предыдущему приговору, а поэтому назначение наказания по правилам ч.5ст.69УК РФ является необоснованным, по мнению судебной коллегии, не могут быть признаны состоятельными, поскольку все обстоятельства, имеющие правовые последствия, определяются на момент совершения преступления, а не на момент вынесения приговора.

За исключением вносимых апелляционной инстанцией изменений, данное дело органами предварительного следствия - расследовано, а судом первой инстанции - рассмотрено полно, всесторонне и объективно; выводы суда, изложенные в приговоре, соответствуют имеющимся доказательствам и надлежащим образом мотивированы. Оснований для отмены судебных решений, о чём содержится просьба в кассационных жалобах, судебная коллегия не усматривает.

Исходя из изложенного, руководствуясь СТ.401-14УПК РФ, судебная коллегия

определила:

Приговор Забайкальского краевого суда от 11 марта 2020 года, апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Пятого апелляционного суда общей юрисдикции от 24 сентября 2020 года в отношении ФИО5, ФИО1, ФИО4, ФИО3, ФИО2, ФИО6 оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.