Определение от 21 сентября 2025 г. по делу № А40-37525/2020

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ № 305-ЭС23-308 (2)


ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва Дело № А40-37525/2020

Резолютивная часть определения объявлена 18 сентября 2025 г.

Полный текст определения изготовлен 22 сентября 2025 г.

Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего судьи Шилохвоста О.Ю., судей Зарубиной Е.Н., Капкаева Д.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ткачевой Д.Н. –

рассмотрела в открытом судебном заседании с использованием веб- конференции кассационную жалобу финансового управляющего гражданина ФИО1 ФИО2 на определение Арбитражного суда города Москвы от 2 октября 2024 г., постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16 декабря 2024 г. и постановление Арбитражного суда Московского округа от 26 марта 2025 г. по делу № А40-37525/2020 о несостоятельности ФИО1.

В заседании приняли участие:

финансовый управляющий гражданина ФИО1 ФИО2 (в режиме онлайн);

индивидуальный предприниматель ФИО3 (в режиме онлайн);

представитель гражданина ФИО4 – ФИО5 (по доверенности от 24 апреля 2025 г.).

Заслушав и обсудив доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Шилохвоста О.Ю., а также объяснения представителей финансового

управляющего и конкурсных кредиторов должника, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации

установила:

решением Арбитражного суда города Москвы от 18 декабря 2020 г. гражданин ФИО1 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден ФИО2. Информация о признании должника банкротом опубликована в № 234 газеты «Коммерсант» от 19 декабря 2020 г., реестр требований кредиторов закрыт 19 февраля 2021 г.

3 апреля 2024 г. общество с ограниченной ответственностью «Коммунальные технологии» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлением о восстановлении срока на предъявление требования о включении в реестр требований кредиторов должника и о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника 25 285 579 руб. 90 коп. задолженности.

25 июня 2024 г. индивидуальный предприниматель ФИО3 (далее – предприниматель) обратился в арбитражный суд с заявлением о процессуальной замене взыскателя с общества на правопреемника – предпринимателя.

Протокольным определением Арбитражного суда города Москвы от 18 сентября 2024 г. заявления общества и предпринимателя объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 2 октября 2024 г., оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 16 декабря 2024 г. и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 26 марта 2025 г., произведена процессуальная замена кредитора в деле о банкротстве должника с общества на его правопреемника – предпринимателя; восстановлен срок на предъявление требования о включении в реестр требований кредиторов должника; требование предпринимателя в сумме 25 285 579 руб. 90 коп. основного долга признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Финансовый управляющий 11 апреля 2025 г. обратился в Верховный Суд Российской Федерации с кассационной жалобой, в которой просит определение от 2 октября 2024 г., постановление от 16 декабря 2024 г. и постановление от 26 марта 2025 г. отменить в части восстановления срока и включения требования в третью очередь реестра требований кредиторов должника, ссылаясь на существенные нарушения судами норм материального права, повлиявшие на исход дела, и принять в этой части новый судебный акт об отказе в восстановлении срока на предъявление требования о включении в реестр требований кредиторов должника и о признании требования предпринимателя подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в

реестр требований кредиторов должника (пункт 4 статьи 142 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

В кассационной жалобе финансовый управляющий, не возражая по существу заявленного предпринимателем требования, ссылается на то, что раз на момент привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества сведения о банкротстве должника были опубликованы в официальном издании и в ЕФРСБ, то в силу пункта 6 статьи 61.16 Закона о банкротстве арбитражный управляющий в деле о банкротстве контролируемого лица обязан в двухмесячный срок от имени контролируемого лица предъявить в деле о банкротстве контролирующего должника лица требование о включении в реестр требований кредиторов, основанное на заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности.

С учетом разъяснений, содержащихся в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», финансовый управляющий настаивает на том, что срок на предъявление настоящего требования истек 20 марта 2023 г., а, следовательно, не мог быть восстановлен по заявлению, поданному обществом 3 апреля 2024 г., вследствие чего в силу пункта 4 статьи 142 Закона о банкротстве настоящее требование подлежит удовлетворению за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

Определением Верховного Суда Российской Федерации от 14 июля 2025 г. (судья Шилохвост О.Ю.) кассационная жалоба финансового управляющего с делом переданы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Финансовый управляющий в судебном заседании подтвердил доводы кассационной жалобы и просил обжалуемые судебные акты отменить в части и принять в этой части новый судебный акт.

Конкурсный кредитор ФИО4 в отзыве на кассационную жалобу и его представитель в судебном заседании поддержали доводы кассационной жалобы, просил ее удовлетворить в полном объеме.

Индивидуальный предприниматель ФИО3 в отзыве на кассационную жалобу и в судебном заседании возражал против доводов кассационной жалобы, обжалуемые судебные акты просил оставить без изменения как законные и обоснованные.

Проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационной жалобе и в выступлениях финансового управляющего, предпринимателя и представителя конкурсного кредитора ФИО4, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации считает, что определение от 2 октября 2024 г., постановление от 16 декабря 2024 г. и постановление от 26 марта 2025 г. подлежат отмене в части по следующим основаниям.

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, определением Арбитражного суда Московской области от 5 сентября 2019 г. по

делу № А41-6952/18 в отношении общества введена процедура банкротства – наблюдение. Решением Арбитражного суда Московской области от 27 февраля 2020 г. общество признано несостоятельным (банкротом). Определением Арбитражного суда Московской области от 10 июня 2020 г. конкурсным управляющим общества утвержден ФИО6.

20 января 2023 г. ГУП Московской области «Коммунальные системы Московской области» (далее – предприятие) в деле о банкротстве общества обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц. Определением Арбитражного суда Московской области от 8 февраля 2023 г. указанное заявление принято к производству, назначено предвари тельное судебное заседание. Определением Арбитражного суда Московской области от 26 июля 2023 г. с ФИО1 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам общества взыскано 27 364 368 руб. 93 коп.

Определением Арбитражного суда Московской области от 30 января 2024 г. утвержден отчет о результатах выбора кредиторами общества способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности. Предприятие заявило о выборе способа в виде уступки кредитору части требования в размере требования кредитора – 2 078 789 руб. 3 коп.

3 апреля 2024 г. общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Определением Арбитражного суда Московской области от 16 апреля 2024 г. конкурсному управляющему обществом выдан исполнительный лист на принудительное исполнение требования о взыскании 25 285 579 руб. 90 коп. с ФИО1 в пользу общества.

Указанная дебиторская задолженность реализована с открытых торгов в форме публичного предложения, победителем которых согласно протоколу от 5 июня 2024 г. признан предприниматель, который 6 июня 2024 г. заключил с обществом договор уступки прав требований, согласно которому общество (цедент) уступило, а предприниматель (цессионарий) принял право требования к ФИО1 в размере 25 285 579 руб. 90 коп.

Удовлетворяя заявление предпринимателя о восстановлении срока и о включении в третью очередь реестра требований кредиторов должника 25 285 579 руб. 90 коп. задолженности, суды руководствовались пунктом 3 статьи 61, пунктом 5 статьи 100, пунктом 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и учитывая, что в случае предъявления в деле о банкротстве контролирующих должника лиц требования о возмещении вреда в порядке субсидиарной ответственности, кредиторы контролируемого лица как правило объективно лишены возможности предъявления требования в двухмесячный срок, пришли к выводу о том, что вследствие привлечения должника к субсидиарной ответственности определением от 25 июля 2023 г. и

выдачи исполнительного листа на взыскание 25 285 579 руб. 90 коп. с должника в пользу общества определением от 16 апреля 2024 г. причина пропуска срока на предъявление требования о включении в реестр требований кредиторов должника является уважительной.

Кроме того, судом округа указано, что с учетом закрытия реестра требований кредиторов ФИО1 как на момент обращения предприятия о привлечении его к субсидиарной ответственности (20 января 2023 г.), так и на момент обращения общества в суд с настоящим требованием (3 апреля 2024 г.), предпринимателем не приведены доводы и не представлены доказательства осведомленности предприятия о процедуре банкротства ФИО1

Между тем, судебная коллегия полагает, что судами нижестоящих инстанций не учтено следующее.

Порядок и условия привлечения к субсидиарной ответственности руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве, а также порядок рассмотрения заявлений о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности регулируются главой III2 Закона о банкротстве. Согласно пункту 1 статьи 6116 Закона о банкротстве указанные заявления подлежат рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника, за исключением случаев, предусмотренных названным Законом.

По смыслу пункта 2 статьи 6116 Закона о банкротстве заявление о привлечении к субсидиарной ответственности должно содержать сведения, позволяющие с минимально необходимой степенью достоверности сделать обоснованное предположение о том, что ответчик, указанный в заявлении, является или являлся контролирующим должника лицом. Поскольку поданное предприятием 20 января 2023 г. в рамках дела № А41-6952/18 Арбитражного суда Московской области о несостоятельности общества заявление о привлечении к субсидиарной ответственности участника общества ФИО1 как контролирующего общество лица, было определением от 26 июля 2023 г. удовлетворено, у конкурсного управляющего обществом отсутствовала неопределенность как в отношении оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица, так и в отношении личности привлекаемого к ответственности субъекта.

Согласно абзацам первому и второму пункта 6 статьи 6116 Закона о банкротстве если в отношении лица, привлекаемого к ответственности, также возбуждено дело о банкротстве, вопрос о привлечении к ответственности такого лица не может быть рассмотрен (передан на рассмотрение) в деле о его банкротстве. При этом лица, участвующие в деле о банкротстве контролирующего должника лица, вправе участвовать в деле о банкротстве, в котором рассматривается вопрос о привлечении к субсидиарной ответственности, в качестве третьих лиц на стороне лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности.

Соответственно, абзацем третьим пункта 6 статьи 6116 Закона о банкротстве на арбитражного управляющего в деле о банкротстве контролируемого лица возлагается обязанность в течение установленного пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве срока (два месяца) от имени

контролируемого лица – должника предъявить в деле о банкротстве контролирующего должника лица требование о включении в реестр требований кредиторов, основанное на заявлении о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности. Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при установлении в деле о банкротстве контролирующего должника лица требования о возмещении им вреда в порядке субсидиарной ответственности названный двухмесячный срок начинает течь не ранее начала течения срока исковой давности по заявлению о привлечении такого контролирующего лица к субсидиарной ответственности. В настоящем споре срок исковой давности по заявлению о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности начал течь со дня подачи предприятием названного заявления, то есть, с 20 января 2023 г.

Следовательно конкурсный управляющий обществом обязан был до 20 марта 2023 г. предъявить основанное на заявлении о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности требование о включении в реестр требований кредиторов в деле о банкротстве ФИО1 Между тем, соответствующее заявление подано 3 апреля 2024 г., то есть по истечении установленного пунктом 6 статьи 6116 Закона о банкротстве срока.

Согласно пункту 4 статьи 142 Закона о банкротстве требования конкурсных кредиторов, заявленные после истечения предусмотренного пунктом 1 названной статьи срока или в случае отказа в удовлетворении ходатайства о восстановлении срока на заявление требования о включении в реестр требований кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

В то же время, согласно разъяснению, содержащемся в пункте 53 вышеназванного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, понижение очередности удовлетворения требований кредиторов (пункт 4 статьи 142 Закона о банкротстве), применяется только в случае, когда возможность предъявления требований в двухмесячный срок (пункт 1 статьи 142 Закона о банкротстве), объективно существовала, но не была своевременно реализована кредитором.

В развитие указанного подхода в практике Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации сформулирован ряд условий, безусловно свидетельствующих о том, что возможность предъявления требований в двухмесячный срок объективно отсутствовала и по этой причине не была реализована кредитором, ввиду чего такой кредитор не должен нести негативные последствия (в виде понижения очередности) за несовершение тех действий, совершить которые он был не в состоянии. В этих случаях Судебной коллегией используется юридический прием, согласно которому требование кредитора (несмотря на хронологическое

опоздание) считается как бы заявленным в срок, то есть де-факто, такой срок восстанавливается ввиду наличия у кредитора уважительной причины опоздания, находящейся вне его воли (определение от 1 апреля 2019 г. № 304-ЭС17-1382(8))

Между тем, при разрешении настоящего спора суд первой инстанции в обоснование уважительности опоздания сослался на определение от 25 июля 2023 г., которым ФИО1 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам общества, а также на определение от 16 апреля 2024 г., которым выдан исполнительный лист на принудительное исполнение требования о взыскании задолженности с ФИО1 в пользу общества. Однако ни одно из названных обстоятельств не свидетельствует об уважительности пропуска срока конкурсным управляющим контролируемого лица.

Учитывая, что на момент подачи предприятием заявления о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности (20 января 2023 г.), сведения о его банкротстве были в установленном порядке опубликованы (19 декабря 2020 г.) и содержались в ЕФРСБ, обосновывая настоящее заявление, предпринимателю следовало доказать, что при той заботливости и осмотрительности, которые требовались от конкурсного управляющего, как профессионального участника соответствующих отношений, он был объективно лишен возможности до 20 марта 2023 г. от имени общества предъявить в деле о банкротстве ФИО1 требование о включении в реестр требований кредиторов, основанное на заявлении предприятия о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности. Однако, на такие обстоятельства ни общество, обратившееся с заявлением о восстановлении срока, ни предприниматель, как правопреемник общества в указанном требовании, не ссылались. Ссылку общества на то, что главным основанием для включения требования о привлечении ФИО1 к субсидиарной ответственности в реестр требований кредиторов ФИО1 являлось определение от 25 июля 2023 г. о привлечении его к субсидиарной ответственности, в связи с чем конкурсный управляющий обществом был лишен возможности обратиться с требованием в дело о банкротстве должника до 20 марта 2023 г. Судебная коллегия считает ошибочной.

Согласно абзацу третьему пункта 6 статьи 6116 Закона о банкротстве основанием для подачи соответствующего требование является заявление о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности, а не судебный акт в деле о банкротстве контролируемого лица об удовлетворении этого требования. На невозможность предъявления спорного требования до 20 марта 2023 г. на основании заявления предприятия от 20 января 2023 г. ни общество, ни предприниматель не ссылались.

Таким образом, у судов отсутствовали предусмотренные законом основания для удовлетворения заявления предпринимателя о восстановлении срока и включения требования предпринимателя в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1 Ввиду пропуска указанного абзацем третьим пункта 6 статьи 6116 Закона о банкротстве двухмесячного срока настоящее требование подлежит удовлетворению за счет оставшегося после

удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

Поскольку судами первой и апелляционной инстанций было допущено существенное нарушение законодательства о банкротстве, а судом округа эти нарушения не были исправлены, обжалуемые судебные акты подлежат отмене в указанной части.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 184, 291.13 – 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Судебная коллегия по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации

определила:

определение Арбитражного суда города Москвы от 2 октября 2024 г. по делу № А40-37525/2020, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 16 декабря 2024 г. и постановление Арбитражного суда Московского округа от 26 марта 2025 г. отменить в части восстановления срока и включения требования индивидуального предпринимателя ФИО3 в размере 25 285 579 руб. 90 коп. в третью очередь реестра требований кредиторов должника - гражданина ФИО1.

В восстановлении срока на предъявление требования индивидуального предпринимателя ФИО3 в размере 25 285 579 руб. 90 коп. в третью очередь реестра требований кредиторов должника - гражданина ФИО1 отказать. Признать указанное требование подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Председательствующий судья О.Ю. Шилохвост

Судья Е.Н. Зарубина

Судья Д.В. Капкаев