Определение от 16 июля 2025 г. по делу № А40-162814/2022

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 305-ЭС25-2839(2)


ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва17 июля 2025 г.

Судья Верховного Суда Российской Федерации Самуйлов С.В., изучив с материалами истребованного дела кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью "Специализированное предприятие "Подъем" (далее – общество "Подъем"),

на постановление Арбитражного суда Московского округа от 6 марта 2025 г. по делу № А40-162814/2022 о банкротстве общества "Подъем",

установил:

23 октября 2014 г. зарегистрировано общество "Подъем".

До 2 августа 2017 г. его участником являлся ФИО1 с долей 10% и затем он вышел из этого общества. Стоимость его доли на тот момент составляла 9 231 000 руб.

Общество стоимость доли не выплатило, в связи с чем ФИО1 взыскал её в судебном порядке (решение Арбитражного суда города Москвы от 10 августа 2020 года по делу № А40-256422/2019).

С 25 ноября 2021 г. по 28 января 2022 г. со счета общества "Подъем" в банке "Промсвязьбанк" ФИО1 перечислено 1 228 416,95 руб. в счет исполнения судебного решения, а затем со 2 марта по 20 мая 2022 г. со счета в банке АКБ "Авангард" перечислено еще 4 623 660,05 руб.

8 июля 2022 г. общество "Подъем" отказалось от моратория на возбуждение дел о банкротстве, введенного постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2022 г. № 497 и действовавшего с 1 апреля по 1 октября 2022 г.

13 июля 2022 г. опубликовано заявление кредитора общества "Подъем" о намерении обратиться с заявлением о банкротстве этого общества.

29 июля 2022 г. в арбитражный суд поступило заявление кредитора о банкротстве должника, 5 сентября 2022 г. возбуждено дело, а 14 октября 2022 г. введено наблюдение. Таким образом, дело о банкротстве общества "Подъем" возбуждено в период действия моратория.

8 июня 2023 г. общество "Подъем" признано банкротом, введено конкурсное производство.

20 февраля 2024 г. в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего о признании недействительными перечислений должником в пользу ФИО1 4 623 660,05 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16 сентября 2024 г., оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 13 декабря 2024 г., требование удовлетворено: сделки признаны недействительными за весь заявленный период по пунктам 2 и 3 статьи 61.3 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Закон о банкротстве); с ФИО1 в конкурсную массу должника взыскано 4 623 660,05 руб. и проценты за пользование чужими денежными средствами на взысканную сумму с даты вступления в законную силу судебного акта по дату фактического исполнения; восстановлено требование ФИО1 к должнику на взысканную сумму.

Суды исходили из того, что в результате совершения сделки ФИО1 оказано предпочтение в отношении удовлетворения его требований перед другими кредиторами, так как на момент совершения оспариваемых сделок, не относящихся к обычной хозяйственной деятельности должника, у должника имелись неисполненные денежные обязательства перед иными кредиторами, требования которых впоследствии были включены во вторую и третью очередь реестра требований кредиторов должника. Суды учли, что ФИО1 знал о фактической неплатежеспособности должника, а его требование о выплате доли в уставном капитале подлежало удовлетворению позже всех кредиторов за счет непроданного или оставшегося имущества при распределении ликвидационной квоты.

Разрешая вопрос о периодах подозрительности, предусмотренных статьей 61.3 Федерального закона от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", суды с учетом и отказа должника от моратория по причинам, не связным с улучшением его экономического положения, исчислили эти периоды с 1 апреля 2022 г., т.е. с даты введения моратория, и признали, что спорные платежи попадают в месячный период подозрительности. Суды исходили из того, что в отношении общества "Подъем" сначала по общему правилу действовал мораторий и кредиторы не имели возможности требовать в суде банкротства должника. Их права обеспечивались тем, что по окончании моратория в случае банкротства общества периоды подозрительности исчислялись бы с даты введения моратория и полностью включали бы в себя установленные законом периоды до введения моратория, период моратория, а также один год с момента прекращения действия моратория, но не позднее даты возбуждения дела о банкротстве (пункты 2, 3, подпункт 1 пункта 4 статьи 9.1 Федерального закона

от 26 октября 2002 г. № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)").

Общество "Подъем" воспользовалось своим правом на отказ от моратория. Этот отказ вступил в силу со дня опубликования заявления должника и влек неприменение к нему преимуществ и ограничений, предусмотренных законом, со дня введения моратория в действие (пункты 4, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 г. № 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", далее – постановление № 44).

В то же время суды полагали, что период подозрительности сделок в отношении кредитора, отказавшегося от моратория уже после его введения, должен исчисляться также с даты введения моратория, так как такой кредитор частично воспользовался преимуществами моратория (избежал на какой-то срок возбуждения дела о банкротстве по инициативе кредиторов). При исчислении периодов с момента отказа должника от моратория (а он вправе это сделать в любой момент во время действия моратория) или с момента возбуждения дела о банкротстве после такого отказа периоды подозрительности уменьшаются исключительно по воле должника в ущерб интересам кредиторов, которые никак не могли на это влиять. Изменение периода подозрительности не может быть поставлено в зависимость от волеизъявления должника.

Суды указали, что действие пункта 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве об исчислении сроков подозрительности в мораторий связывается законодателем исключительно с моментом возбуждения дела о банкротстве относительно момента прекращения действия моратория и распространяется на всех лиц, пострадавших в результате обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, для поддержки которых он был введен. Предусмотренные этим пунктом особенности рассмотрения дел о банкротстве применяются и в случае возбуждения таких дел в течение срока действия моратория. При оспаривании сделок проверкой охватываются периоды, установленные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве (один месяц, шесть месяцев, год или три года), предшествующие дню введения моратория (пункты 10, 13 постановления № 44).

Целью такого регулирования являлось исключение предоставления неоправданных преимуществ и воспрепятствование изменению периода подозрительности для оспаривания сделок должника, обладающего признаками неплатежеспособности, не восстановившего свое экономическое положение и признанного банкротом несмотря на действие моратория.

В данном случае должник сначала воспользовался мораторием в силу его автоматического распространения на широкий круг лиц, а затем отказался от него. После этого незамедлительно было возбуждено дело о его банкротстве. Волей должника момент возбуждения в отношении него дела о банкротстве был оттянут применением моратория, тем самым периоды подозрительности сделок фактически были искусственно изменены не в пользу кредиторов. Исчисление указанных периодов с даты введения моратория, то есть по

правилам пункта 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве, не позволяет должнику извлекать неоправданные преимущества и восстанавливает баланс интересов сторон.

Обжалуемым постановлением окружной суд изменил судебные акты судов первой и апелляционной инстанций в части, признал недействительными перечисления ФИО1 4 589 333,15 руб. с 5 марта по 20 мая 2022 г. и проценты за пользование чужими денежными средствами на взысканную сумму.

Суд округа не согласился с выводами судов в части исчисления периода подозрительности (предпочтения). Суд исходил из того, что в связи с отказом общества "Подъем" от моратория на него не распространяется правовое регулирование моратория с момента его введения, в том числе и пункт 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве об исчислении сроков подозрительности. Как следствие, периоды подозрительности должны рассчитываться по общему правилу, то есть со дня возбуждения дела о банкротстве, то есть с 5 сентября 2022 г. При таком подходе в данном случае все платежи не подпадают в месячный период, а часть из них и в шестимесячный. Выводы окружного суда в целом основаны на содержании абзаца второго пункта 4 постановления № 44.

Конкурсный управляющий в кассационной жалобе требует отменить постановление суда округа в той части, в которой были измены судебные акты судов нижестоящих инстанций, и оставить в силе определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда. Заявитель считает, что суд округа неправильно применил (ошибочно истолковал) абзац 3 пункта 1, абзац 5 пункта 3.5, пункт 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве, не применил пункты 10, 13 постановления № 44.

Доводы кассационной жалобы сводятся к тому, что предусмотренные пунктом 4 статьи 9.1 Закона о банкротстве особенности рассмотрения дел о несостоятельности применяются и в случае возбуждения дела о банкротстве в течение срока действия моратория (пункт 10 постановления № 44). Однако, банкротство в течение срока действия моратория могло быть возбуждено только в случае отказа лица от его применения. Отказ от моратория влечет неприменение к отказавшемуся лицу всего комплекса преимуществ и ограничений со дня введения моратория в действие. Так, ограничения в отношении должника (запрет на выплату дивидендов, распределение прибыли) и преимущества (запрет на возбуждение дела о банкротстве по заявлению кредитора, освобождение от уплаты финансовых санкций и пр.) к нему не применяются с даты введения моратория. В то же время периоды подозрительности для последующего банкротства должника должны исчисляться с даты введения моратория, как это предусмотрено для лица, воспользовавшегося мораторием в полном объему (пункт 13 постановления № 44), так как отказавшийся от моратория должник фактически частично уже им воспользовался по крайней мере в том, что какой-то период кредиторы были лишены возможности заявить о его банкротстве. Такой подход является гарантией соблюдения прав кредиторов и конкурсного управляющего на оспаривание сделок по банкротным основаниям за соответствующие периоды

подозрительности как для случаев, когда должник полностью воспользовался периодом моратория, так и частично.

Иной подход, по мнению заявителя, влечет нелогичные последствия: если должник не откажется от моратория, то период подозрительности будет рассчитываться с момента введения моратория, а если откажется, например, в последний день моратория, то фактически на весь период действия моратория уменьшатся сроки подозрительности. Таким образом, должник своей волей и в своих интересах, но в ущерб интересам кредиторов мог манипулировать нормативно установленными сроками, что недопустимо.

Основанием для отмены или изменения судебных актов в порядке кассационного производства являются существенные нарушения норм права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод, законных интересов в сфере экономической деятельности, а также защита охраняемых законом публичных интересов (часть 1 статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Приведенные доводы кассационной жалобы заслуживают внимания и требуют проверки в судебном заседании.

Руководствуясь статьей 184, пунктом 2 части 7 статьи 291.6 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

определил:

кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью "Специализированное предприятие "Подъем" с делом № А40-162814/2022 передать для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Назначить судебное заседание по рассмотрению указанной кассационной жалобы на 28августа 2025 г. на 15 часов 00 минут в помещении суда по адресу: <...>, зал № 3048 (подъезд 5).

Судья С.В. Самуйлов