Определение от 3 февраля 2021 г. по делу № А32-45225/2016

ВЕРХОВНЫЙ СУДРОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

№ 308-ЭС20-18155


ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва

3 февраля 2021 года

Судья Верховного Суда Российской Федерации Букина И.А., изучив с материалами истребованного дела кассационную жалобу Управления Федеральной налоговой службы по Краснодарскому краю (далее – уполномоченный орган) на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.12.2019, постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.03.2020 и постановление Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 21.07.2020 по делу № А32-45225/2016 о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «НИПИ ИнжГео» (далее – должник),

по обособленному спору о включении в реестр требований ПАО «Газпромбанк» (далее – банк) в размере 1 875 140 326,59 руб., из которых 265 300 511,94 руб. как обеспеченные залогом имущества должника,

установил:

определением суда первой инстанции от 25.12.2019, оставленным без изменения постановлениями судов апелляционной инстанции от 18.03.2020 и округа от 21.07.2020, заявленные требования удовлетворены.

В кассационной жалобе, поданной в Верховный Суд Российской Федерации, заявитель просит обжалуемые судебные акты отменить.

По смыслу части 1 статьи 291.1, части 7 статьи 291.6, статьи 291.11 Арбитражного процессуального кодекса Российской

Федерации кассационная жалоба подлежит передаче для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации, если изложенные в ней доводы подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и (или) норм процессуального права, повлиявших на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Между тем таких оснований по результатам изучения материалов дела, судебных актов и доводов кассационной жалобы не установлено.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 309, 310, 334, 361-365, 809, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 16, 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и исходили из того, что требования банка в размере 1 021 780 428,71 руб. основного долга и 853 359 897,88 руб. процентов за пользование кредитом документально подтверждены, факт предоставления основному должнику кредитных средств в рамках кредитного соглашения подтверждается соответствующими заявлениями о предоставлении траншей, выписками по счету, решением арбитражного суда по иному делу. Суды отметили, что доказательства, свидетельствующие о погашении указанной задолженности, не представлены; представленный банком расчет задолженности проверен судами и признан верным.

По результатам изучения материалов дела оснований для того, чтобы сделать обратные выводы о неправильном применении судами норм материального или процессуального права, не имеется.

Фактически позиция уполномоченного органа сводилась к тому, что банк, кредитовавший общество «Виндор», являлся аффилированным лицом как по отношению к данному заемщику, так и к должнику, выдавшему поручительство за последнего. Вместе с тем, соответствующие доводы об аффилированности заемщика и кредитора не нашли своего подтверждения в материалах дела. Так, уполномоченный орган наличие контроля над заемщиком выводил из экономической зависимости общества «Виндор» от банка в рамках спорного кредитного соглашения (т. 2, л.д. 12). Однако само по себе кредитование заемщика и наличие требования о возврате финансирования не предоставляет кредитору над заемщиком контроль в том смысле, которое придается этому понятию, например, в пункте 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также не нашел своего подтверждения и тезис уполномоченного органа о том, что косвенные признаки предоставления финансирования указывают на нестандартный характер сделки. Как отметили суды, денежные

средства использовались в соответствии с целевым назначением, признаки вывода денежных средств отсутствуют.

Равным образом суды правомерно отклонили доводы уполномоченного органа о наличии у банка контроля над поручителем ввиду вхождения представителей банка в совет директоров последнего. Как правомерно отметил суд округа (абзац второй страницы 7 постановления), назначение представителей кредитных организаций в советы директоров организаций-заемщиков является распространенной практикой в сфере кредитных отношений, что направлено на контроль целевого использования представленных средств, недопущения вывода активов, наблюдения за финансовым состоянием заемщика.

При таких условиях доводы жалобы не свидетельствуют о наличии оснований для ее передачи на рассмотрение в судебном заседании.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 291.6, 291.8 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

определил:

отказать в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Судья Верховного Суда И.А. Букина Российской Федерации