Определение от 19 июля 2011 г. Верховный Суд РФ

ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 205-011-5СП

КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 19 июля 2011 г.

Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Соловьёва А.И., судей Шалякина А.С., Королева Л.А. при секретаре Абсалямове А.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по кассацион- ному представлению государственного обвинителя подполковника юстиции Ингликова М.С. и кассационной жалобе потерпевшей З на приговор Северо-Кавказского окружного военного суда от 5 марта 2011 г., поста- новленный судом с участием коллегии присяжных заседателей, согласно ко- торому военнослужащий войсковой части рядовой

Морозов А В , г.

не -

имеющий судимости,

осужден за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 338 УК РФ, на 4 года лишения свободы в исправительной колонии общего режи- ма.

По обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «в», «з», «к» ч. 2 ст. 105 и п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, Морозов оправдан в соответствии с оправдательным вердиктом коллегии присяжных заседателей.



В удовлетворении гражданских исков потерпевшей З о компенсации морального вреда в размере рублей и возмещении

материального ущерба в размере рубля копеек отказано.

Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Соловь- ёва А.И., объяснение Морозова по системе видеоконференц-связи, выступ-

ление защитника-адвоката Астапова К.Г., возражавших против удовлетворе- ния кассационного представления и кассационной жалобы, и мнение военного прокурора управления Главной военной прокуратуры Мацкевича Ю.И., полагавшего необходимым отменить приговор и направить дело на новое

судебное рассмотрение, Военная коллегия

установила:

Морозов признан виновным в самовольном оставлении воинской части с целью вовсе уклониться от военной службы.

Согласно приговору, Морозов с целью вовсе уклониться от военной службы 9 мая 2004 г. самовольно оставил войсковую часть , дислоци- рованную в г. края, и проживал в различных на- селенных пунктах края до задержания 25 августа 2009 г. в г.

по подозрению в совершении другого преступления.

Коллегией присяжных заседателей Морозов единогласно признан винов- ным в совершении дезертирства и на основании обвинительного вердикта судом постановлен обвинительный приговор, в соответствии с которым осу- жденный лишен свободы сроком на 4 года в исправительной колонии обще- го режима.

В кассационном представлении государственного обвинителя подпол- ковника юстиции Ингликова М.С. указывается, что приговор в части осуждения Морозова за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 338 УК РФ, является несправедливым в связи с чрезмерно мягким наказанием. назначенным осужденном).

По мнению автора кассационного представления, суд не в полной мере учел отрицательные данные о личности осужденного, который ранее при- влекался к уголовной ответственности, более 5 лет находился вне части и не принимал мер к возвращению на военную службу, в момент задержания пы тался скрыться от сотрудников милиции.



Проверив материалы уголовного дела и доводы государственного обвинителя в части осуждения Морозова за совершение преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 338 УК РФ, Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации приходит к выводу, что назначенное ему наказание является справедливым.

Вопреки доводам государственного обвинителя, данные, отрицательно характеризующие Морозова, а также длительность уклонения от военной службы приняты судом во внимание при назначении наказания, что указано в приговоре.

Что касается доводов о том, что осужденный не принимал мер к добро- вольному возвращению на военную службу и пытался избежать задержания, то они, сами по себе, беспредметны, поскольку названные обстоятельства являются составной частью объективной стороны дезертирства и критерием определения того или иного размера наказания не являются.

Назначенное Морозову за дезертирство наказание явно несправедливым вследствие мягкости признано быть не может.

Кроме того, Морозов органами предварительного следствия обвинялся в умышленном убийстве двух лиц, одно из которых заведомо для него находи- лось в беспомощном состоянии, сопряженном с разбоем, с целью скрыть другое преступление, а также в разбое, совершенном с применением предме- та, используемого в качестве оружия, с проникновением в жилище и с при- чинением тяжкого вреда здоровью потерпевших, то есть в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «в», «з», «к» ч. 2 ст. 105 и п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ.

Согласно обвинительному заключению, Морозов, ранее неоднократно посещавший квартиру В № расположенную на ул.

в г. в связи с производством там ремонта, знал о состоянии здоровья В года рождения, инвалида второй группы и о наличии у потерпевших денежных сбережений.

Решив завладеть ими, Морозов в период с 22 часов 30 минут до 23 часов 30 минут 16 августа 2009 г. незаконно проник в названную квартиру, нанес В строительной киркой 3 удара в лобную часть, удар в затылоч- но-теменную часть и 3 удара в левую височную часть головы, причинив от- крытые переломы, ушиб головного мозга с разможжением его вещества, со- провождавшиеся кровоизлияниями в твердую и мягкую мозговые оболочки и другие телесные повреждения, от которых В скончался на месте преступления.

Во время поиска денежных сбережений в квартиру вошла В и Морозов, опасаясь разоблачения, с целью лишения жизни нанес ей тем же предметом 2 удара в теменную часть и 6 ударов в теменно-затылочную часть головы справа, причинив переломы костей, ушиб головного мозга с размож- жением его вещества, сопровождавшиеся кровоизлияниями в твердую и мяг- кую мозговые оболочки, от чего В скончалась на месте преступления.

Согласно вердикту коллегии присяжных заседателей, факт убийства суп- ругов В доказан, однако на вопрос о причастности Морозова к его совершению 8 присяжных заседателей дали отрицательный ответ, а 4 присяжных заседателя - положительный ответ.

На основании такого вердикта коллегии присяжных заседателей суд оп- равдал Морозова по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «в», «з» и «к» ч. 2 ст. 105 и п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ.

В кассационном представлении государственного обвинителя указывается, что оправдательный приговор по обвинению Морозова в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «в», «з» и «к» ч. 2 ст. 105 и п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, подлежит отмене в связи с нарушениями уголовно- процессуального закона, ограничившими право стороны обвинения на представление доказательств и повлиявшими на постановку вопросов присяжным заседателям, а именно:

- Морозов неоднократно в присутствии присяжных заседателей заявлял о даче им показаний под воздействием сотрудников милиции, а также о г ом, что допрос в качестве подозреваемого и проверка его показаний на месте были произведены в ночное время;

- после оглашения показаний свидетеля М на предварительном следствии Морозов в присутствии присяжных заседателей заявил, что следо- ватель записал только нужные ему показания;

- стороной защиты ставились под сомнение результаты проведенных по делу экспертиз и предпринимались меры, направленные на дискредитацию доказательств;

- Морозов в суде заявлял, что у него есть доказательства его невиновно- сти, но ему не дают довести их до присяжных заседателей;

- несмотря на предпринимаемые председательствующим по делу меры присяжные заседатели не были ограждены от воздействия стороны защиты;

- Морозов, обращаясь к присяжным заседателям, просил учесть, чго в протоколе явки с повинной все неправда, а также то, в каких условиях он да- вал ее без участия защитника;

- Морозов в присутствии присяжных заседателей заявил, что его призна- тельные показания и показания свидетеля Х получены по просьбе следователя и под его давлением;



- защитник-адвокат Сученко в присутствии присяжных заседателей выяс- нял у свидетеля Б не видел ли он телесных повреждений у Морозова во время содержания в камере задержанных, и заявлял, что, кроме показаний оперативных работников, доказательств виновности Морозова сторона обвинения не представила;

- несмотря на нарушение Морозовым порядка в зале судебного заседа- ния, суд не удалил его из зала.

В заключение кассационного представления государственный обвинитель просит отменить приговор и направить дело на новое судебное рассмотрение.

В кассационной жалобе потерпевшей З в обоснование прось- бы об отмене оправдательного приговора указывается, что о его незаконно- сти свидетельствует голословное заявление Морозова о наличии у него доказательств невиновности, оказавшее воздействие на присяжных заседателей, а также необеспечение явки в судебное заседание свидетеля М , которо- му Морозов предлагал ограбить В .

Кроме того, потерпевшая в жалобе указывает, что доказательствами ви- новности Морозова в убийстве В являются пылевой отпечаток сле- да его обуви на месте убийства, наличие на перчатке, обнаруженной в квар- тире В , его гена, установление телефонного звонка Морозова по сотовой связи с ул. в период совершения преступления и его явка с повинной с видеозаписью следственного эксперимента.

Проверив материалы уголовного дела, доводы кассационного представления государственного обвинителя и кассационной жалобы потерпевшей о необходимости отмены приговора в части оправдания Морозова по обвинению в совершении преступлений в отношении В и В

. и направлении дела на новое судебное рассмотрение, выслушав объяс- нения Морозова и защитника-адвоката Астапова К.Г. в поддержание закон- ности и обоснованности приговора, выступление военного прокурора управ- ления Главной военной прокуратуры Мацкевича Ю.И., предложившего отменить приговор и направить дело на новое судебное рассмотрение, Военная коллегия Верховного Суда Российской Федерации приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 2 ст. 385 УПК РФ оправдательный приговор, поста- новленный на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей. может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевше- го или его представителя лишь при наличии таких нарушений уголовно- процессуального закона, который ограничили право названных участников уголовного судопроизводства либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными заседателями вопросов и ответов на них.



Одной из особенностей рассмотрения дела с участием присяжных заседателей является недопущение председательствующим попыток оказания неза- конного влияния на коллегию присяжных заседателей со стороны участни- ков уголовного судопроизводства, что не всегда соблюдалось при рассмот- рении данного дела.

Так, несмотря на то, что протоколы явки с повинной, допросов свидетелей К и Р - сотрудников милиции не признаны судом недопусти- мыми доказательствами, после их исследования в судебном заседании Морозов вместо коротких ответов о согласии или несогласии с ними, обращаясь к присяжным заседателям, подробно объяснял, что убийства В он не совершал, все, что написано в протоколе явки с повинной и рассказано сви- детелями, является ложью. Сотрудник милиции Р был на месте преступления и знал обстоятельства его совершения, поэтому в явке с повинной им описаны детали убийства со слов названного сотрудника ( л.д. 126, 210, 216 т. 16).

В нарушение требований уголовно-процессуального закона председатель- ствующий по делу не прерывал это объяснение Морозова и не разъяснил присяжным заседателям, что они не должны учитывать полученные от Морозова сведения при вынесении вердикта.

Такое же нарушение требований уголовно-процессуального закона допу- щено судьей и при даче Морозовым пояснений в присутствии присяжных заседателей о том, что данные, изложенные в протоколах его допросов в качестве подозреваемого, в том числе и с применением видеозаписи, оглашенных в судебном заседании протоколах допроса свидетеля М и очной став- ки между ним и Морозовым по обстоятельствам убийства В являются ложными (л.д. 173, 175 т. 15, л.д. 229 т. 16).

Председательствующим в нарушение требований ст. 281 УПК РФ не при- нято мер к устранению противоречий в показаниях Морозова, касающихся производства работ 16 августа 2009 г. в доме, где совершено убийство, места хранения Морозовым рабочего инструмента, что имеет существенное значе- ние для установления причин нахождения Морозова на месте преступления в период его совершения.

Судом также не был исследован вывод судебно-медицинского эксперта, согласно которому на 2 окурках сигарет « », окурках сигарет « » и , из числа 5 окурков, изъятых при осмотре места происше- ствия на лестничной площадке у квартиры потерпевших, обнаружены следы слюны, которая могла произойти от Морозова.



Данное обстоятельство имеет существенное значение для решения вопро- са о причастности Морозова к убийству В однако суд не принял надлежащих мер для установления факта возможного нахождения Морозова на месте преступления в момент его совершения, ограничившись лишь ог- лашением заключения судебно-медицинского эксперта.

Военная коллегия считает, что оказать воздействие на присяжных заседателей и вызвать у них предубеждение к погибшему В могло вы- яснение защитником вопросов об употреблении им спиртных напитков, о судимости и ее причинах, о взаимоотношениях с женой, которые председа- тельствующий не только не снимал, но и сам допускал постановку аналогич- ных вопросов потерпевшей (л.д. л.д. 173,177 т. 15).

Соглашаясь с доводом потерпевшей З в жалобе, следует признать, что в результате оглашения протокола допроса свидетеля М и прото- колов других следственных действий с его участием на предварительном следствии судом допущены нарушения уголовно-процессуального закона о непосредственном исследовании доказательств, что ограничило право стороны защиты, возражавшей против такого порядка исследования доказательств, и стороны обвинения на представление доказательств и могло по- влиять на содержание поставленных вопросов присяжным заседателям и ответов на них.

Из материалов дела видно, что суд, ограничившись неоднократными от- ветами сотрудника телеграфа о том, что жилое помещение по указанному адресу закрыто и свидетель не является за телеграммой, а также заявлением Морозова о намерениях М уехать на заработки на Север или на Урал, огласил названные процессуальные документы, не приняв надлежащих мер для обеспечения явки свидетеля М в судебное заседание.

Соглашаясь с доводами государственного обвинителя, изложенными в кассационном представлении, и мнением потерпевшей З в жалобе, а также принимая во внимание, что без устранения указанных выше наруше- ний судом требований уголовно-процессуального закона решить вопрос о законности и обоснованности оправдания Морозова по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «в», «з», «к» ч. 2 ст. 105 и п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ не представляется возможным, Военная колле! ия Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь ст. 377, ч. 3 ст. 378 и ст. 388 УПК РФ,

определила: приговор Северо-Кавказского окружного военного суда от 5 марта 2011 г., постановленный судом с участием присяжных заседателей, в части при-знания Морозова А В невиновным по обвинению в совершении преступлений, предусмотренных п.п. «а», «в», «з», «к» ч. 2 ст. 105 и п. «в» ч. 4 ст. 162 УК РФ, а также в части решения по гражданским искам потерпевшей З отменить и направить дело в этой части на новое судебное рассмотрение в тот же суд в ином составе суда со стадии предвари-тельного слушания.

Этот же приговор в части осуждения Морозова А В по ч. 1 ст. 338 УК РФ оставить без изменения, а кассационное представление государственного обвинителя Ингликова М.С. - без удовлетворения.

Меру пресечения в отношении Морозова А.В. - заключение под стражу оставить без изменения.

Председательствующий Судьи