Определение от 26 февраля 2014 г. по делу № 2-13/13

Дело № 37-АПУ14-1сп

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации

в составе: председательствующего Галиуллина З.Ф., судей Вал юшки на В.А. и Пейсиковой Е.В. при секретаре Маркове О.Е.

рассмотрела в судебном заседании 26 февраля 2014 года уголовное дело по

апелляционному представлению прокурора Дружинина ВС. на приговор Орлов-

ского областного суда от 13 декабря 2013 года, по которому

Шиловцев С.Е. несудимый,

оправдан по п. «в» ч. 2 ст. 112, п. «г» ч. 2 ст. 117, п. «б» ч. 2 ст. 111 и п. «в»

ч. 2 ст. 105 УК РФ на основании п.п. 2, 4 ч. 1 ст. 302 УПК РФ, в связи с вынесени-

ем коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта ввиду непричастности к совершению преступлений.

За Шиловцевым СЕ. признано право на реабилитацию. Мера пресечения в виде заключения под стражу отменена.

Постановлено уголовное дело направить руководителю СУ СК РФ по Орлов-

ской области для производства предварительного расследования и установления

лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого.

Заслушав доклад судьи Валюшкина В.А., выступление прокурора Телеше-

вой-Курицкой Н.А., поддержавшей апелляционное представление, и возражения адвоката Первых Ю.А., полагавшего, что оснований для отмены или изменения приговора по доводам, содержащимся в апелляционном представлении прокурора, не имеется, судебная коллегия

установила:

органами предварительного следствия Шиловцев обвинялся:

- в умышленном причинении средней тяжести вреда здоровью Х., <...> года, не опасного для жизни человека и не повлекше- го последствий, указанных в ст. 111 УК РФ, но вызвавшего длительное расстрой- ство здоровья, совершенном в отношении малолетнего, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии;

- в причинении физических и психических страданий путем систематическо- го нанесения побоев и иными насильственными действиями, если это не повлекло последствий, указанных в статьях 111 и112 УК РФ, совершенном в отношении Х. рождения <...> года, то есть, в отношении заведомо не- совершеннолетнего, лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии;

- в умышленном причинении тяжкого вреда здоровью Х. рождения <...> года, опасного для жизни человека, в отношении малолетнего, лица, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии;

- в умышленном причинении смерти Х. рождения <...> года, то есть, малолетнего, заведомо для виновного находящегося в беспомощном состоянии.

Совершение указанных преступлений, квалифицированных по п. «в» ч. 2 ст. 112, п. «г» ч. 2 ст. 117, п. «б» ч. 2 ст. 111 и п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ, инкримини- ровалось Шиловцеву при обстоятельствах, изложенных в постановлении о при- влечении его в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении.

По приговору суда, основанном на вердикте коллегии присяжных заседателей, Шиловцев оправдан в связи с вынесением коллегией присяжных заседателей оправдательного вердикта ввиду непричастности к совершению преступлений.

В апелляционном представлении прокурора Дружинина В.С. указывается на существенное нарушение норм УПК РФ, допущенных при судебном разбира- тельстве. Так, входившая в состав коллегии присяжных З. ранее носившая фамилию «<...>», скрыла факт ее условного осуждения 12 мая 2006 года по ч. 3 ст. 160 УК РФ. Учитывая обстоятельства дела, З. могла формиро- вать негативное отношение других присяжных к детям, семьям, имеющих труд- ности в воспитании детей, отрицательно высказываться о правоохранительной системе, проводить доводы по аналогии с обстоятельствами своего уголовного дела, быть предвзятой к стороне обвинения и ее аргументам. Таким образом, дело рассмотрено незаконным составом суда. На всем протяжении судебного разбирательства стороной защиты неоднократно нарушались требования ст. 335 УПК РФ, что в итоге повлекло принятие решения предубежденной коллегией присяжных заседателей. Сторона защиты в ходе судебного следствия и в прениях, несмотря на предупреждения председательствующего, делала заявления и допускала выска- зывания, смысл которых сводился к тому, чтобы опорочить свидетеля обвинения - Х. являвшуюся единственным очевидцем преступления, и указать на ее причастность к причинению телесных повреждений ребенку. В частности, Шиловцев в присутствии присяжных заявил о применении Х. наси- лия к сыну и ее намерении «прибить его и куда-нибудь сдать», тем самым под- черкнул ее склонность к агрессии. Защитник с той же целью ставил под сомнение достоверность сообщенных Х. сведений, ссылался на наличие в них противоречий, опорочивал доказательства, признанные судом допустимыми. Им же выяснялась и процедура ее допроса, высказывались предложения сопоставить ее показания с результатами судебно-медицинской экспертизы. Обращалось вни- мание, что с заставки ее мобильного телефона исчезло изображение сына. Адво- кат Шиловцева ссылался на множество ошибок в речи прокурора при оглашении показаний Х.., комментировал показания свидетеля С., вы- сказывал суждения о неэффективном оказании медпомощи Х. Несмотря на то, что председательствующий принимал меры по прекращению указанных действий, их множественность и очевидность для коллегии не могли не повлиять на формирование у присяжных не беспристрастной позиции. В напутст- венном слове председательствующий не напомнил присяжным обо всех недозво- ленных высказываниях защиты. Упоминание адвоката в реплике о некоем «Д<...>- <...>, содержащемся в письме Х. является не только выходом за пределы судебного разбирательства, и давало основание для возобновления судебного следствия, но и ввело в заблуждение присяжных. В нарушение положе- ний ст.ст. 252 и 335 УПК РФ, несмотря на возражения государственного обвини- теля, судом допущено к исследованию в присутствии присяжных заседателей не- относимых доказательств, в частности, защите было разрешено выяснить обстоятельства обнаружения у Харитонова А. телесных повреждений в период, не отно- сящийся к инкриминируемым Шиловцеву деяниям. По этим же основаниям до сведения коллегии присяжных судом необоснованно были допущены показания свидетеля Е , видевшей летом 2012 года синяк на теле Х. Эти наруш ияли на содержание ответов присяжных на поставленные вопросы. Кроме того, ответив утвердительно на вопросы, касающиеся события преступлений ( № 1, 5, 9, 13), коллегия, тем не менее, дала отрицательные ответы на вопросы о доказанности совершения этих преступных действий Шиловцевым ( № 2, 6, 10,14). Поскольку присяжные сочли доказанным, что совершение всех противоправных действий лицом к не являющемуся ему родным ребенком, при невмешательстве матери ребенка, в условиях отсутствия иных лиц, способных воспрепятствовать таким действиям и, с учетом того, что сожителем Х.

и лицом, не состоящим в родстве с Х. являлся именно Шилов-

в С, выводы присяжных о непричастности Шиловцева С. к совершению дан-ных действий, полностью противоречат ответам на вопросы о событии преступлений. Просит приговор отменить, а уголовное дело направить на новое рассмот- рение в тот же суд в ином составе.

Адвокатом Первых Ю.А. в защиту оправданного Шиловцева СЕ. принесены возражения, в которых он считает доводы прокурора, содержащиеся в апелляционном представлении, неубедительными и просит оставить их без удовлетворе- ния.

Проверив дело, обсудив доводы прокурора и возражения на них адвоката, судебная коллегия не находит оснований для отмены приговора.

Как видно из материалов дела, нарушений уголовно-процессуального зако- нодательства в процессе расследования, в стадиях предварительного слушания, назначении судебного заседания и в ходе судебного разбирательства, влекущих в соответствии со ст. 389.25 УПК РФ отмену оправдательного приговора, поста- новленного на основании оправдательного вердикта присяжных заседателей, по данному делу не допущено.

Формирование коллегии присяжных заседателей проведено в строгом соответствии с требованиями закона, при этом, как следует из протокола судебного заседания, и сторона обвинения и сторона защиты в полной мере реализовали свои права, предусмотренные ст. 328 УПК РФ (т.7, л.д. 103-116).

Судебная коллегия находит несостоятельными доводы прокурора о незакон- ном составе суда со ссылкой на то, что кандидат в присяжные З. до замужества <...>, при формировании коллегии присяжных скрыла факт осуждения к условной мере наказания в 2006 году.

Из протокола судебного заседания следует, что при формировании коллегии присяжных заседателей никем из участников процесса не ставился перед канди- датами в присяжные вопрос в той редакции, при которой лица со снятой или по- гашенной судимостью должны были дать утвердительный ответ. Поэтому у при- сяжного заседателя З. не возникало обязанности сообщать о своей погашенной судимости.

Принесенные прокурором замечания на протокол судебного заседания в той части, что председательствующим был снят вопрос государственного обвинителя: « Кто из кандидатов в присяжные заседатели ранее привлекался к уголовной от- ветственности?», постановлением от 25 декабря 2013 года были отклонены (т.7, л.д.243).

Что касается доводов о возможном оказании З. воздействия на принятие решения присяжными в момент нахождения в совещательной комнате, то они не могут быть приняты во внимание, поскольку являются предположени- ем.



Из протокола судебного заседания не следует, что сторона защиты система- тически воздействовала на присяжных, что могло бы вызвать у них предубежде- ние и сказаться на их объективности.

Отступления от процедуры рассмотрения уголовного дела с участием коллегии присяжных заседателей, допускаемые, в равной степени, как стороной защиты, так и стороной обвинения, своевременно пресекались председательствующим путем объявления замечаний и недопустимости подобных действий, с разъясне- ниями, адресованными присяжным о том, что они не должны принимать во вни- мание эти действия или высказывания участников процесса при вынесении вердикта.

Шиловцев оправдан по п. «в» ч. 2 ст. 112, п. «г» ч. 2 ст. 117, п. «б» ч. 2 ст. 111 и п. «в» ч. 2 ст. 105 УК РФ ввиду непричастности к совершению преступлений в соответствии с вердиктом коллегии присяжных заседателей. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства. Каких- либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется.

Из протокола судебного заседания следует, что в судебном заседании было обеспечено равенство прав сторон, которым суд, сохраняя объективность и бес- пристрастие, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследо- вания обстоятельств дела. Все представленные суду доказательства были иссле- дованы, все заявленные ходатайства рассмотрены в установленном законом по- рядке.

Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что судебное разбирательст- во вышло за пределы, установленные ст. 252 УПК РФ, протокол судебного заседания не содержит.

Оснований для возобновления судебного следствия в связи с репликой адвоката, сославшегося на то, что в письме Х. к бабушке упоминается некий «Д<...>», у суда не было. Выступление адвоката было остановлено председательствующим, ему было сделано замечание, и даны соответствующие разъ- яснения присяжным заседателям (т.7, л.д.201).

При формулировании вопросов перед присяжными заседателями, стороны, как это следует из протокола судебного заседания, в полной мере реализовали свои процессуальные права, предусмотренные ст. 338 УПК РФ, при этом, как видно из протокола судебного заседания (т.7, л.д. 202) государственный обвини- тель не высказал никаких замечаний по содержанию и формулировке вопросов, не внес никаких предложений о постановке новых вопросов.

Вопросный лист составлен в соответствии с требованиями ст. ст. 338, 339 УПК РФ, с учетом предъявленного и поддержанного государственным обвини- телем объема обвинения. Вопросы в нем поставлены перед коллегией присяжных заседателей в отношении Шиловцева в понятных им формулировках, с учетом требований ст. 252 УПК РФ.

Напутственное слово, с которым председательствующий обратился к присяжным заседателям, соответствует требованиям ст.340 УПК РФ, в нем не выра- жено в какой-либо форме мнение председательствующего судьи по вопросам, по- ставленным перед коллегией присяжных заседателей.

Никаких замечаний по напутственному слову по мотивам нарушения прин- ципа объективности и беспристрастности участниками процесса высказано не было (т. 7, л.д. 202), в связи с чем и этот довод прокурора является несостоятель- ным.

Вердикт коллегии присяжных заседателей соответствует требованиям ст. 343 УПК РФ.

Судебная коллегия находит неубедительными доводы прокурора о противо- речивости вердикта, выразившееся, по его мнению, в том, что утвердительный ответ о доказанности факта событий преступлений (вопросы № 1, 5, 9, 13) не соответствует отрицательным ответам на вопросы о доказанности совершения этих действий Шиловцевым (вопросы № 2, 6, 10,14).

То есть, по мнению прокурора, установление присяжными того факта, что совершение в отношении малолетнего Х. противоправных действий лицом, не являющимся родным для него, при невмешательстве матери ребен- ка, учитывая отсутствие иных лиц, способных воспрепятствовать совершению противозаконных действий в отношении Х. исключало возмож- ность отрицательного ответа на вопрос о доказанности того, что эти действия со- вершены Шиловцевым.

Между тем, как следует из вердикта (т.7, л.д. 94-98), утвердительно ответив на 1-й, 5-й, 9-й и 13-й вопросы, касающиеся событий преступлений, присяжные, вместе с тем, установили иные обстоятельства, при которых в отношении Х. были совершены противоправные действия, о чем свидетельствуют фразы: « за исключением...», при ответе на каждый из вышеуказанных вопросов.

При таких обстоятельствах утверждение прокурора о противоречивости вердикта лишено всяких оснований.

Кроме того, по смыслу действующего законодательства утвердительный ответ на первый основной вопрос о доказанности события преступления, не исклю- чает возможности отрицательного ответа на вопрос о доказанности совершения противоправных действий подсудимым, и последствиями такого решения является его оправдание за непричастностью к совершению преступления.



Согласно ст. 389.25 УПК РФ оправдательный приговор, постановленный на основании оправдательного вердикта коллегии присяжных заседателей, может быть отменен по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя лишь при наличии таких сущест- венных нарушений уголовно-процессуального закона, которые ограничили право прокурора, потерпевшего или его законного представителя и (или) представителя на представление доказательств либо повлияли на содержание поставленных перед присяжными вопросов или на содержание данных ими ответов.

Такой приговор также подлежит отмене, если при неясном и противоречивом вердикте председательствующий не указал присяжным заседателям на неясность и противоречивость вердикта и не предложил им вернуться в совещательную комнату для внесения уточнений в вопросный лист.

Таких нарушений уголовно-процессуального закона по данному уголовному делу судом не допущено.

Поэтому оснований для отмены оправдательного приговора по доводам, со- держащимся в апелляционном представлении прокурора, не имеется.

На основании изложенного, и руководствуясь ст.ст. 389.20, 389.26. и 389.28 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Орловского областного суда от 13 декабря 2013 года в отношении Шиловцева С.Е. оставить без изменения, а апелляционное представление прокурора - без удовлетворения.

Председательствующий:Судьи: