Определение от 27 июля 2006 г. по делу № 2-24/06

Дело № 20- 006-24

КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 27 июля 2006 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе

председательствующего Магомедова М.М. судей Истоминой Г.Н. и Старкова А.В.

рассмотрела в судебном заседании от 27 июля 2006 года кассационные жалобы осужденного Балагаева Ш.С. и адвоката Бейбутова А.И. на приговор Верховного суда Республики Дагестан от 31 марта 2006 года, которым

БАЛАГАЕВ Ш С

осужден к лишению свободы по п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ сроком на 14 лет, по ч. 1 ст. 222 УК РФ сроком на 2 года.

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ назначено 15 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Постановлено взыскать с Балагаева Ш.С. в пользу У и У компенсацию морального вреда в размере рублей.

Балагаев осужден за убийство на почве кровной мести У и за незаконное хранение и ношение огнестрельного оружия.

Преступления совершены им 14 декабря 2003 года

при обстоятельствах, изложенных

в приговоре.

Заслушав доклад судьи Истоминой Г.Н., мнение прокурора Гулиева А.Г., полагавшего приговор оставить без изменения, судебная коллегия

установила:

В кассационной жалобе и дополнениях к ней осужденный Балагаев Ш.С. указывает на то, что суд не учел обстоятельства, которые могли существенно повлиять на выводы о его виновности.


Мотив кровной мести убийства не подтвержден исследованными доказательствами. Об этом дали показания только заинтересованные в исходе дела потерпевшие.

Свидетель Д в судебном заседании не дал показаний о том, что слышал как он (Балагев) давал клятву мести на могиле брата, однако суд напомнил ему показания на предварительном следствии, и он стал утверждать, что слышал такую клятву. С учетом этого считает показания свидетеля Д ложными.

Не все свидетели, указанные в обвинительном заключении, допрошены судом. Не допрошена свидетельница А , которые якобы видела, как он давал клятву мести.

Его ходатайство о допросе эксперта в качестве свидетеля по вопросу о разъяснении заключения необоснованно отклонено судом.

Потерпевший У был психически болен, что и явилось причиной того, что он напал на него.

Его показания о защите от нападения потерпевшего не опровергнуты другими доказательствами. Выводы суда считает предположительными, а уголовное дело сфабрикованным.

Кроме того суд нарушил его право давать показания на родном языке. Переводчик ему не был предоставлен ни на предварительном следствии, ни в судебном заседании.

Необоснованно не признал суд явку с повинной в качестве смягчающего обстоятельства. Назначенное ему наказание является чрезмерно суровым.

Суд не учел наличие у него несовершеннолетних детей, судьбу которых не решил при постановлении приговора, не учел возраст его родителей, нуждающихся в его помощи и поддержке.

Просит отменить приговор и дело направить на новое судебное рассмотрение.

Адвокат Бейбутов А.И. в своей кассационной жалобе и дополнении к ней просит переквалифицировать действия Балагаева на ст. 108 УК РФ и снизить ему наказание в соответствии с санкцией этого закона.

По доводам его жалобы в материалах дела отсутствуют доказательства того, что Балагаев относится к группе населения, поддерживающей обычай кровной мести.

Допрошенные в судебном заседании потерпевшие, свидетели не подтвердили в судебном заседании наличие в селении

обычая кровной мести, о соблюдении жителями селения традиций ислама.

С учетом этого считает неправильным вывод суда о том, что является местом, где обычая кровной мести был широко распространен и до сих пор сохранился.


Не установлены и доказательства того, что осужденный после смерти брата объявил У ., убившему его брата, либо его родственникам о кровной мести.

Вывод суда о кровной мести основан только на показаниях потерпевших У . и У . о том, что осужденный на могиле брата поклялся о мести. Однако потерпевшие не смогли назвать источник осведомленности и не смогли сообщить суду, кто видел как Балагаев давал клятву.

Впоследствии потерпевшие стали утверждать, что об этом им стало известно от А ., однако эта свидетельница судом не допрошена.

С учетом противоречивости показаний потерпевших считает их недостоверными и недостаточными для вывода о мотиве убийства.

Необоснованно отвергнуты судом и утверждения Балагаева о том, что убийство произошло случайно, что он защищал свою жизнь от посягательства У ., который угрожал ему оружием и производил в его сторону выстрелы. В ходе драки ему удалось отобрать пистолет у У и произвести выстрелы.

Данные осмотра места происшествия об обнаружении следов выстрелов у автомашины и у трупа подтверждают показания Балагаева.

Анализируя заключение судебно-медицинского эксперта по результатам исследования трупа потерпевшего, указывает, что пуля в грудную клетку могла попасть из разных положений, а потому вывод суда о том, что осужденный не мог причинить ранения потерпевшему при указанных им обстоятельствах, является несостоятельным. Неправильным является и вывод суда о прицельности выстрелов.

Утверждение суда о том, что осужденный сначала произвел в потерпевшего два выстрела после чего догнал его, произвел выстрел в грудь и контрольный выстрел в голову носит предположительный характер. Доказательства этого отсутствуют.

Правильно, по мнению автора жалобы, действия осужденного надлежит квалифицировать по ч. 1 ст. 108 УК РФ.

Не имеется и доказательств того, что Балагаев имел огнестрельное оружие и боеприпасы хранил их и носил, в связи с чем он незаконно осужден его по ч. 1 ст. 222 УК РФ.

Просит переквалифицировать действия Балагаева на ст. 108 УК РФ и снизить ему наказание.

В возражениях на кассационные жалобы государственный обвинитель Алдиев М.Р., потерпевший У ., его представитель адвокат Зейналов З.Э. просят оставить приговор без изменения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, судебная коллегия находит выводы суда о виновности осужденного в содеянном правильными, основанными на исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательствах.

Доводы жалобы о непричастности Балагаева к убийству У на почве кровной мести, к незаконному хранению и ношению огнестрельного оружия не основаны на материалах дела и опровергаются следующими доказательствами.

Как установлено судом и следует из материалов дела, на месте преступления кроме осужденного и потерпевшего никого не было, а потому выводы об обстоятельствах случившегося, суд сделал, сопоставляя показания осужденного с данными осмотра места происшествия, заключениями экспертов.

При этом суд обоснованно отверг показания Балагаева о нападении на него с пистолетом У ., о том, что в процессе борьбы ему удалось отобрать пистолет у потерпевшего и с целью защиты произвести выстрелы в У .

Согласно этих показаний Балагаева, в момент производства выстрелов он стоял, а У , схватив его за ногу лежал, и он сверху вниз произвел выстрелы в У .

Сопоставив показания Балагаева с заключением судебно-медицинского эксперта и данными осмотра места происшествия, суд обоснованно отметил, что показания осужденного не соответствуют этим доказательствам.

Так, согласно заключению судебно-медицинского эксперта на трупе У обнаружено огнестрельное сквозное пулевое ранение головы с входным отверстием в теменной области и огнестрельное слепое пулевое ранение грудной клетки слева с повреждением легкого, откуда изъята пуля. Кроме того на трупе У обнаружены признаки воздействия пламени с разрушением мягких тканей пламенем.

Из протоколов осмотра места происшествия следует, что труп У был обнаружен на расстоянии 180 метров от чабанского дома, на трупе и вокруг трупа имеется зола от сгоревшего камыша, возле трупа обнаружено две гильзы, и две гильзы возле автомашины. При осмотре обгоревшего участка земли из почвы с использованием миноискателя извлечена пуля.

Таким образом, из выводов эксперта о расположении входных огнестрельных ранений на теле потерпевшего в момент получения ранения в грудную клетку У находился передней поверхностью тела к нападавшему, а выстрел в голову был произведен сзади, что как правильно отметил суд, убедительно свидетельствует о том, что указанные повреждения потерпевший не мог получить при обстоятельствах, о которых пояснил Балагаев.

Принимая во внимание нахождение пули в глубине почвы на расстоянии 12 см от поверхности, суд обоснованно пришел к выводу о том, что потерпевший в момент производства выстрела в голову лежал, в результате выстрела пуля прошла через голову и осталась в почве.

Довод осужденного о том, что он оказался на месте происшествия случайно, что он направлялся на чабанские кошары хозяйств « » и « » по вызову Ш для уточнения границ пастбищ, опровергается последовательными показаниями свидетеля Ш , который утверждал, что не просил Балагаева приехать на пастбище.

О том, что Балагаев прибыл на чабанскую кошару, которую сторожил У , с целью его убийства свидетельствует и последующее поведение Балагаева, а именно принятие им мер по сокрытию следов преступления, поджог трупа потерпевшего, сокрытие орудия убийства - пистолета, который не был обнаружен на месте преступления.

Правильным является и вывод суда о мотиве действий Балагаева, вызванных кровной местью за убийство брата, совершенное братом потерпевшего.

Этот вывод суда подтверждается копией вступившего в законную силу приговора от 23 августа 2005 года, из которого следует, что 14 декабря 2005 года в селе У - брат пострадавшего по настоящему делу У совершил убийство Б - брата осужденного; показаниями потерпевших У и У , которые пояснили в судебном заседании, что со слов А им стало известно, что Балагаев дал клятву на могиле брата отомстить за кровь брата, порезал свою руку и намазал кровью надгробный камень.

О том, что Балагаев высказался о намерении отомстить за брата, пояснил в судебном заседании и свидетели Д и У .

Суд не имел оснований не доверять показаниям потерпевших и свидетелей.

Какие-либо иные отношения не связывали Балагаева и У .

Факт хранения и ношения Балагаевым огнестрельного оружия подтверждается помимо приведенных доказательств заключением баллистической экспертизы, в соответствии с которым четыре гильзы и одна пуля, изъятые с места происшествия и пуля, изъятая при судебно- медицинском исследовании трупа У , являются частями 5,45 мм патронов «МПЦ» к пистолету «ПСМ», и были использованы при производстве выстрелов из одного экземпляра оружия - пистолета «ПСМ» калибра 5,45 мм.

При таких обстоятельствах суд обоснованно пришел к выводу о том, что Балагаев, вооружившись пистолетом, с целью убийства прибыл на чабанскую кошару, где находился потерпевший У и произвел в него выстрелы из пистолета, причинив ему смерть.

Действиям осужденного суд дал правильную юридическую оценку.


Нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, из материалов дела не усматривается. Обстоятельства содеянного Балагаевым исследованы судом с достаточной полнотой.

Тот факт, что свидетель А не была допрошена в судебном заседании, не может поставить под сомнение правдивость показаний потерпевших.

В основу приговора судом положены только допустимые доказательства.

Не нарушено судом и право Балагаева давать показания на родном языке. В судебном заседании Балагаев заявил, что русским языком он владеет хорошо и переводчик ему не нужен.

Вместе с тем, приговор в части наказания Балагаеву подлежит изменению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 9 октября 2005 года, Балагаев явился с повинной, о чем свидетельствует протокол явки с повинной.

Суд не признал данную явку с повинной в качестве смягчающего обстоятельства, сославшись на то, что к этому времени Балагаев 7 июля 2005 года задерживался в качестве подозреваемого, в отношении него избиралась мера пресечения в виде заключения под стражу, которая 17 июля 2005 года изменена на подписку о невыезде.

Однако, этот вывод суда сделан без учета всех обстоятельств. Суд правильно отметил, что в отношении Балагаева, как подозреваемого в убийстве, была избрана мера пресечения в виде заключения под стражу. Однако по истечении десяти дней Балагаев был освобожден из-под стражи, обвинение ему не было предъявлено связи с тем, что органы следствия не располагали достаточными доказательствами для предъявления обвинения. Не имелось таких доказательств и на момент оформления протокола явки с повинной Балагаева, который объяснил явку с повинной тем, что решил признаться в убийстве У , поскольку милиция стала беспокоить невиновных людей.

С учетом того, что на момент заявления осужденного о причинении смерти У органы предварительного следствия не располагали доказательствами его причастности к совершению преступления, сделанное Балагаевым заявление надлежит признать явкой с повинной.

Принимая во внимание наличие в действиях Балагаева смягчающего обстоятельства - явки с повинной, которое не было учтено судом при назначении ему наказания, Судебная коллегия находит необходимым снизить ему наказание.


На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Верховного суда Республики Дагестан от 31 марта 2006 года в отношении Балагаева Ш С изменить.

Назначенное ему по п. «л» ч. 2 ст. 105 УК РФ наказание снизить до 12 (двенадцати) лет лишения свободы.

По совокупности преступлений в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ путем частичного сложения наказаний окончательно назначить Балагаеву 13 (тринадцать) лет лишения свободы.

В остальном приговор в отношении Балагаева оставить без изменения, а кассационные жалобы осужденного и адвоката Бейбутова А.И. - без удовлетворения.

Председательствующий (подпись) Судьи: (подписи)

ВЕРНО: Судья Верховного Суда РФ Г.Н. Истомина