Определение от 13 октября 2011 г. по делу № 2-12/11

ВЕРХОВНЫЙ СУД

РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 8-ОП-12

КАССАЦИОННОЕ
ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Москва 13 октября 2011 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:

председательствующего - Старкова А.В., судей - Нестерова В.В. и Скрябина К.Е., при секретаре Волкове А.А.

рассмотрела в судебном заседании от 13 октября 2011 года кассационные жалобы осужденного Прохорова ЕЮ. и адвоката Смирновой Н.В. на приговор Ярославского областного суда от 11 августа 2011 года, которым

ПРОХОРОВ Е.Ю.

<...> не

судимый, осужден:

- по ст. 105 ч. 2 п.п. «а,д» УК РФ к 18 годам лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 год 6 месяцев, в течение которого осужденному установлены следующие ограничения: не уходить из дома (квартиры, иного жилища) с 22 часов до 6 часов; не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования; не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы; являться в указанный орган два раз в месяц для регистрации;



- по ст. ст. 30 ч. 3 и 105 ч. 2 п.п. «а,д» УК РФ с применением ст. 62 ч. 1 УК РФ к 9 годам лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 год, в течение которого осужденному установлены следующие ограничения: не уходить из дома (квартиры, иного жилища) с 22 часов до 6 часов; не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования; не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы; являться в указанный орган два раз в месяц для регистрации;

- по ст. 167 ч. 2 УК РФ с применением ст. 62 ч. 1 УК РФ к 2 годам лишения свободы.

В соответствии со ст. 69 ч. 3 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно назначено 20 лет лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы сроком на 2 года, в течение которого осужденному установлены следующие ограничения: не уходить из дома (квартиры, иного жилища) с 22 часов до 6 часов; не выезжать за пределы территории соответствующего муниципального образования; не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы; являться в указанный орган два раз в месяц для регистрации

Постановлено взыскать с Прохорова Е.Ю. в пользу К.рублей в счет возмещения расходов на погребение и <...>рублей в счет компенсации морального вреда.

Прохоров признан виновным в убийстве, то есть умышленном причинении смерти другому человеку, трех лиц, с особой жестокостью, в покушении на убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, двух и более лиц, с особой жестокостью, а также в умышленном уничтожении чужого имущества путем поджога, повлекшем причинение значительного ущерба.

Преступления совершены 1 января 2011 года в <...> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

Заслушав доклад судьи Старкова А.В., объяснение адвоката Каневского Г.В., поддержавшего доводы жалоб, мнение прокурора Гуровой В.Ю., полагавшей кассационные жалобы оставить без удовлетворения, судебная коллегия

установила:



В кассационной жалобе осужденный Прохоров Е.Ю. выражает несогласие с приговором в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам дела, неправильным применением уголовного закона и нарушением уголовно-процессуального закона. Утверждает, что преступлений, за которые осужден, он не совершал, а суд необоснованно положил в основу приговора его явку с повинной, полученную с грубым нарушением закона, так как при её получении он находился в сильном алкогольном и депрессивном состоянии, был невменяем и поэтому оговорил себя. Считает, что показания свидетеля С. о том, что он был допрошен после того, как протрезвел, не соответствуют действительности и противоречат показаниям свидетелей Ж. и Т. Указывает, что суд необоснованно не принял во внимание показания свидетелей о том, что когда загорелся дом П., он находился у С., а после случившегося рассказывал о причинах пожара всем по-разному, что по его мнению, свидетельствуют о том, что это были его предположения и догадки, и что в своих показаниях на следствии он себя оговорил. Обращает внимание на то, что пожарно-техническая экспертиза была проведена через месяц после его явки с повинной и очаг возгорания этой экспертизой установлен в том месте, на которое он указал, и где стояла тумбочка с краской и другими легковоспламеняющимися жидкостями, кроме того экспертиза была проведена без технического паспорта на дом, газовая плита и газовые баллоны не обследовались. Считает, что суд необоснованно не принял во внимание его показания в судебном заседании о том, что он пытался спасти П. поскольку несоответствие его показаний данным осмотра места происшествия объясняется тем, что все было в дыму, поэтому он мог ошибиться в месте, до которого дотащил потерпевшую. Просит приговор в отношении него отменить.

Адвокат Смирнова Н.В. в кассационной жалобе в защиту интересов осужденного Прохорова Е.Ю. указывает, что с приговором не согласна, считает его необоснованным, незаконным и необъективным. Полагает, что установленный судом мотив преступления несостоятелен, так как у Прохорова не имелось причин для ревности П. к П., поскольку последний пришел к ним вместе со своей сожительницей З. Считает, что не нашла своего подтверждения в судебном заседании и форма вины в виде прямого умысла на причинение смерти потерпевшим, так как когда Прохоров уходил из дома, потерпевшие не спали, один из выходов из дома был открыт и кроме того по заключению экспертиз смерть потерпевших наступила от острого отравления угарным газом, что позволяет усомниться в намерениях Прохорова причинить смерть находившимся в доме потерпевшим. Полагает, что достоверность и правдивость показаний потерпевшего П. также вызывает сомнения, так как его показания в части услышанных им криков потерпевших не конкретизированы, нет в них и пояснений о том, где находилась П. когда он проснулся и выбирался из дома, а также о механизме и локализации его повреждений. Указывает, что судом не доказано временное перемещение Прохорова от дома С. до дома П., не приняты во внимание показания свидетелей, находившихся в доме С. о том, что Прохоров ушел от них примерно в 3 часа 30 минут, не дано оценки противоречиям в показаниях свидетелей К. и С. о времени взрыва газа в доме П., не указано в приговоре, по каким причинам приняты показания свидетеля К., данные на следствии. Обращает внимание, что обвинительный приговор основан только на показаниях Прохорова, данных им в ходе предварительного следствия, от которых он в последующем отказался, а затем вновь подтвердил их и признал свою вину, что, по мнению адвоката, свидетельствует о психологическом давлении на осужденного. Считает, что такое поведение Прохорова связано также и с выявленным у него психическим расстройством в виде зависимости от алкоголя. Полагает, что критически следует относиться и к показаниям свидетелей Ж. и Т., так как об обстоятельствах пожара в доме П. они знают со слов пьяного Прохорова. Считает, что версия Прохорова о спасении им П. подтверждается заключением судебно- медицинской экспертизы о наличии у него термических ожогов кожи лица и обеих кистей. Указывает, что при проведении пожарно-технической экспертизы, выводы которой определены изложенными Прохоровым обстоятельствами, не был исследован технический паспорт на дом, который, как и имеющиеся в материалах дела акт о пожаре и протокол осмотра места происшествия, не были исследованы в судебном заседании и не учтены при проведении экспертизы. Кроме того обращает внимание, что договор купли- продажи дома П., на основании которого сделана оценка причиненного материального вреда, составлен в 2007 году, поэтому указанная в нем стоимость дома на 2011 год с учетом процента износа могла быть ниже. Просит приговор в отношении Прохорова отменить, уголовное дело прекратить за отсутствием в его действиях состава преступления по всем эпизодам.

В возражениях на кассационные жалобы осужденного Прохорова Е.Ю. и адвоката Смирновой Н.В. государственный обвинитель Рачинская Т.В. просит оставить жалобы без удовлетворения.

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений на них, судебная коллегия находит выводы суда о доказанности вины Прохорова в умышленном убийстве П.С. и З. и в покушении при этом на умышленное убийство П., а также в умышленном уничтожении чужого имущества, правильными, основанными на исследованных в судебном заседании доказательствах, полно и подробно изложенных в приговоре.

Приведенные в кассационных жалобах доводы о невиновности осужденного Прохорова в совершении указанных выше преступлений судом проверялись, нашли свою оценку в приговоре и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку опровергаются полученными в ходе судебного разбирательства доказательствами.



Как видно из материалов уголовного дела, в ходе предварительно следствия Прохоров в своих явках с повинной, а также при допросах в качестве подозреваемого, обвиняемого и при проверке показаний на месте указывал, что, вернувшись после ссоры с П. в её дом, и увидев, что она и П. спят вместе под одним одеялом, решил убить их обоих путем поджога дома, осознавая при этом, что в результате пожара могут погибнуть и спящие в другой комнате С. и З. но их судьба ему была безразлична. С целью поджога дома он разлил на пол в доме ацетон и поджог его, отчего пламя очень быстро стало распространяться по дому. После этого он хотел погасить огонь, но у него не получилось, при этом он обжог руки, затем решил вытащить из дома П., но когда вытащил её в коридор, раздался взрыв и он потерял сознание, очнулся уже на улице.

Приведенные выше показания осужденного Прохорова в части поджога им дома с целью убийства находившихся в нем потерпевших, вопреки доводам жалоб, подтверждаются показаниями потерпевших, свидетелей, данными протоколов осмотра места происшествия, выводами проведенных по делу судебных экспертиз.

Так, допрошенный в судебном заседании потерпевший П. подтвердил, что вместе с С., З., Прохоровым и П. в доме последней употребляли спиртные напитки, после того, как П. и Прохоров поругались, Прохоров ушел из дома, а сам он уснул из-за сильного алкогольного опьянения в кресле, когда проснулся уже на диване, в доме все горело и он смог выбраться из дома через окно, из соседней комнаты слышал крики С. и З..

Из показаний свидетелей С.С. Р. и К. следует, что Прохоров ушел из квартиры С. около двух часов ночи, а свидетели К.К. К.Д. П.А. С. подтвердили в судебном заседании, что пожар в доме П. был обнаружен около 4 часов утра.

Кроме того, данные в ходе предварительного следствия показания Прохорова о месте расположения потерпевших во время поджога дома и о способе поджога полностью соответствуют данным протоколов осмотра места происшествия, изъятия и осмотра вещественных доказательств, показаниям допрошенных в качестве свидетелей пожарных, принимавших участие в тушении дома, заключению пожарно-технической экспертизы о причинах и очагах возгорания в доме П..

В соответствии с выводами судебно-медицинских экспертиз, смерть потерпевших П.С. и З. наступила от острого отравления угарным газом, а потерпевшему П.были причинены ожоги волосистой части головы, лица, спины, правого плеча и предплечья, левого плеча и обеих кистей 2-3 степени общей площадью около 18 % поверхности тела.

Пожарно-техническая и судебно-медицинские экспертизы проведены в соответствии с требованиями закона, выводам этих экспертиз, суд дал оценку в совокупности с другими исследованными доказательствами, правильно признав выводы указанных экспертиз достаточно мотивированными и обоснованными. То обстоятельство, что при проведении пожарно-технической экспертизы не был исследован технический паспорт на дом, не свидетельствует о недостоверности и необъективности выводов экспертизы и не является оснований для признания их недопустимыми.

Приведенные в жалобах доводы о том, что явку с повинной Прохоров дал под давлением со стороны сотрудников милиции, находился при этом в состоянии сильного алкогольного опьянения, поэтому оговорил себя, судом также проверялись и обоснованно опровергнуты.

Как видно из материалов уголовного дела, явки с повинной, в том числе и от 18 января 2011 года, Прохоровым даны добровольно и приняты от него в соответствии с требованиями закона. Изложенные в явках с повинной обстоятельства совершенных преступлений Прохоров полностью подтвердил при допросах его в качестве подозреваемого, обвиняемого и при проверке показаний на месте. Каких-либо данных, свидетельствующих о том, что Прохоров находился в невменяемом состоянии, и что при этом на него оказывалось психологическое или физическое воздействие, не имеется, не указывается и в жалобах осужденного и его защитника, в чем выразилось это давление.

Данные обстоятельства подтверждаются показаниями допрошенного в качестве свидетеля участкового уполномоченного С. о том, что с повинной Прохоров явился, находясь в состоянии умеренного алкогольного опьянения, и рассказал ему об обстоятельствах поджога дома, протокол же явки с повинной Прохорова он оформил лишь спустя несколько часов, когда тот стал вести себя уже совершенно адекватно. Кроме того, из показаний свидетелей Ж. и Т. которые находились в здании РОВД, когда туда пришел Прохоров, следует, что Прохоров сообщил им, что пришел «сдаваться», так как это он из ревности поджог дом, сжег жену и других находившихся там лиц.

Из материалов дела видно, что показания этих и других приведенных выше свидетелей и потерпевших являются последовательными, подтверждаются совокупностью других исследованных судом доказательств, не установлено в судебном заседании и каких-либо данных, свидетельствующих об оговоре осужденного указанными свидетелями, а также об их заинтересованности в исходе дела, поэтому доводы жалоб о том, что суд необоснованно сослался в приговоре на показания указанных выше свидетелей, являются несостоятельными.

Причинам изменения осужденным Прохоровым показаний и его доводам о непричастности к убийству и поджогу дома, а также о том, что он пытался вытащить П. из горящего дома, но не смог этого сделать в связи с тем, что в доме взорвался газовый баллон, суд также дал надлежащую оценку, правильно указав в приговоре, что они являются несостоятельными, поскольку опровергаются совокупностью полученных в судебном заседании доказательств, в том числе показаниями свидетелей, из которых следует, что взрывы газовых баллонов произошли уже во время тушения пожара, когда Прохорова там не было, а также данными протокола осмотра места происшествия о месте обнаружения трупа потерпевшей П., и являются избранным Прохоровым способом защиты.

Таким образом, все доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности Прохорова, получены с соблюдением требований закона, оснований для признания их недопустимыми, как об этом ставится вопрос в жалобах осужденного и его защитника, у суда не имелось.

При таких данных, учитывая, что показания Прохорова, данные им в ходе предварительного следствия, полностью согласуются с показаниями потерпевших, свидетелей, данными протоколов осмотра места происшествия, иных следственных действий, выводами экспертиз и другими исследованными в судебном заседании доказательствами, суд обосновано признал их достоверными, соответствующими фактическим обстоятельствам дела и положил в основу приговора.

Судебная коллегия не может согласиться и с доводами кассационных жалоб о допущенных в ходе судебного разбирательства нарушениях уголовно- процессуального закона.

Как видно из протокола судебного заседания, судебное следствие проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, с достаточной полнотой и объективно. Стороны не были ограничены в праве представления суду доказательств, все представленные сторонами доказательства, в том числе акт о пожаре и протокол осмотра места происшествия, на которые адвокат Смирнова Н.В. ссылается в жалобе, судом исследованы, заявленные сторонами ходатайства судом разрешены в соответствии с требованиями УПК РФ, принятые по ним решения являются обоснованными и правильными, по окончании судебного следствия у сторон, в том числе и у стороны защиты, дополнений не было.



При таких обстоятельствах, судебная коллегия считает, что надлежащим образом оценив исследованные в судебном заседании доказательства, суд правильно установил фактические обстоятельства совершенных Прохоровым преступлений, в том числе и мотив этих преступлений, и дал действиям осужденного правильную правовую оценку.

При этом вопреки доводам жалоб, суд обоснованно указал в приговоре, что о наличии у Прохорова умысла на причинение смерти потерпевшим с особой жестокостью, помимо его собственных показаний, в которых он признавал свою вину, свидетельствует избранный им способ совершения преступления, который заключался в поджоге в ночное время деревянного дома, в котором заведомо для осужденного спали находящиеся в состоянии алкогольного опьянения четыре человека, и совершая действия, направленные на сожжение потерпевших заживо, Прохоров сознавал, что этот способ причинит им особые мучения и страдания.

Кроме того суд правильно указал в приговоре, что с учетом стоимости сгоревшего дома, которая подтверждается имеющимся в материалах уголовного дела договором купли-продажи, ущерб, причиненный в связи с уничтожением имущества потерпевших в результате совершенного Прохоровым поджога, является значительным.

Психическое состояние осужденного судом исследовано с достаточной полнотой. С учетом данных о личности и выводов судебно-психиатрической экспертизы Прохоров обоснованно признан вменяемым.

Наказание осужденному Прохорову назначено в соответствии с требованиями закона, с учетом характера и степени общественной опасности совершенных преступлений, данных о его личности, смягчающих наказание обстоятельств, является соразмерным содеянному и справедливым.

Исковые требования потерпевшего К. также разрешены судом в соответствии с требованиями закона, причиненный потерпевшему вред суд обоснованно взыскал с Прохорова, поскольку причинен в результате совершенных осужденным преступлений, размер имущественного вреда подтверждается имеющимися в материалах уголовного дела соответствующими документами, а размер компенсации морального вреда определен с учетом степени нравственных страданий потерпевшего и принципов разумности и справедливости.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 377, 378, 388 УПК РФ, судебная коллегия

определила: приговор Ярославского областного суда от 11 августа 2011 года в

отношении Прохорова Е.Ю. оставить без изменения, а

кассационные жалобы осужденного Прохорова Е.Ю. и адвоката Смирновой

Н.В. - без удовлетворения.Председательствующей Судьи