Постановление от 30 сентября 2025 г. по делу № А03-20074/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А03-20074/2022

Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 октября 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе: председательствующего Зюкова В.А.,

судей Атрасевой А.О., Казарина И.М. -

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 (далее - ответчик) на определение Арбитражного суда Алтайского края от 18.04.2025 (судья Жигжитова Н.Б.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2025 (судьи Сбитнев А.Ю., Иванов О.А., Логачев К.Д.) по делу № А03-20074/2022 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «БизнесЛогистик» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее - ООО «БизнесЛогистик», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО2 к ФИО1 о признании недействительными сделками перечислений денежных средств в период с 11.12.2020 по 05.05.2022 на общую сумму 833 370 руб. и применении последствий недействительности сделок путем взыскания перечисленных денежных средств в пользу должника.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве ООО «БизнесЛогистик» управляющий 11.07.2023 обратился в Арбитражный суд Алтайского края с заявлением о признании недействительными сделками перечисления должником в период с 11.12.2020 по 05.05.2022 денежных средств в общем размере 833 370 руб. в пользу ФИО1, применении последствий недействительности сделок путем взыскания перечисленных денежных средств в пользу должника.

Определением Арбитражного суда Алтайского края от 26.12.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2024, заявление управляющего удовлетворено, признаны недействительными сделки по перечислению должником в период с 11.12.2020 по 05.05.2022 денежных средств в общем размере 833 370 руб. в пользу ФИО1, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу ООО «БизнесЛогистик» 833 370 руб.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа постановлением от 11.09.2024 отменил определение Арбитражного суда Алтайского края от 26.12.2023 и постановление

Седьмого арбитражного апелляционного суда от 27.05.2024, дело направил на новое рассмотрение в Арбитражный суд Алтайского края.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Алтайского края от 18.04.2025, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2025, заявление управляющего удовлетворено, признаны недействительными сделки по перечислению должником в период с 11.12.2020 по 05.05.2022 денежных средств в общем размере 833 370 руб. в пользу ФИО1, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в пользу ООО «БизнесЛогистик» 833 370 руб.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ответчик обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда, заявление отставить без удовлетворения.

В обоснование доводов кассационной жалобы ответчик указывает на отсутствие договора займа от 17.04.2020 № 25, ссылка на него в назначениях платежа является ошибочной, в материалы дела представлены письма об уточнении назначения платежей на предоставление займов ООО «БизнесЛогистик» ФИО1 по иным договорам займа, денежные средства по которым возвращены должнику, что подтверждается выпиской по счету. По мнению кассатора, судом первой инстанции не дана надлежащая оценка доказательствам, представленным при новом рассмотрении дела ФИО1, не проведен анализ всех договорных отношений по предоставлению и возврату займов; суд апелляционной инстанции не дал надлежащей оценки тому факту, что денежные средства по оспариваемым перечислениям ИП ФИО1 позже были возвращены должнику и направлены на нужды общества; указывая на компенсационную природу финансирования, апелляционный суд не дал оценку тем обстоятельствам, что ИП ФИО1 осуществляла именно возврат займов, полученных от общества.

В отзыве на кассационную жалобу ООО «Электрополе» просит оставить без изменения обжалуемые судебные акты.

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, учредителем должника с момент создания и до настоящего времени является ФИО3 (размер доли – 100 %), руководителем – его супруга ФИО1 (с 2014 года и до введения процедуры конкурсного производства).

В период процедур банкротства в реестр требований кредиторов должника включено требование единственного кредитора ООО «Электрополе» в размере 13 909 068,39 руб., с отнесением требования к третьей очереди удовлетворения, из которых: 11 781 500 руб. – основная задолженность (11 700 000 руб. стоимость утраченного груза, 81 500 руб. – расходы по государственной пошлине; 2 127 568,39 руб. подлежащих отдельному учету в составе третьей очереди реестра требования кредиторов должника (1 078 566,62 руб. – проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации), 1 049 001,77 руб. индексации присужденных сумм).

Погашение требования единственного кредитора ООО «Электрополе» в ходе

процедур наблюдения и конкурсного производства не производилось.

Конкурсным управляющим, исходя из включения в реестр требования только одного

кредитора ООО «Электрополе», имущественные притязания которого к должнику

вытекают из факта утраты груза стоимостью 11 700 000 руб. при перевозке должником

по договору-заявке на оказание транспортно-экспедиционных услуг от 30.11.2020 (срок

доставки до 08.12.2020), оспорены платежи, совершенные с расчетного счета должника

в период с 11.12.2020 по 05.05.2022 в пользу ФИО1 на общую сумму 833 370 руб.: 11.12.2020 на 350 000 руб. (возврат займа по договору займа 25 от 17.04.2020);

31.03.2021 на 50 000 руб. (возврат займа по договору займа 25 от 17.04.2020); 23.04.2021 на 30 000 руб. (возврат займа по договору займа 25 от 17.04.2020); 30.04.2021 на 20 000 руб. (возврат займа по договору займа 25 от 17.04.2020); 06.05.2021 на 40 000 руб. (возврат займа по договору займа 25 от 17.04.2020); 24.06.2021 на 60 000 руб. (возврат займа по договору займа 25 от 17.04.2020); 07.10.2021 на 1 000 руб. (возврат займа по договору займа 25 от 17.04.2020);

11.10.2021 на 5 000 руб. (возврат займа по договору займа 25 от 17.04.2020); 20.10.2021 на 5 000 руб. (возврат займа по договору займа 25 от 17.04.2020); 14.01.2022 на 20 000 руб. (возврат займа по договору займа 25 от 17.04.2020);

06.04.2022 на 39 270 руб. (возврат займа по договорам займа 7, 12-з, 21-з, 24-з, 26);

07.04.2022 на 195 000 руб. (возврат беспроцентных займов по акту сверки

от 07.04.2022);

05.05.2022 на 3 100 руб. (возврат беспроцентных займов по акту сверки

от 04.05.2022).

Все платежи, кроме последних двух, совершены должником на счет

ИП ФИО1, а последние три – на счет гражданки ФИО1

Полагая, что указанные сделки совершены в целях причинения вреда

имущественным правам кредиторов должника, управляющий обратился в арбитражный

суд с настоящим заявлением.

Суд первой инстанции, чьи выводы поддержал апелляционный суд, удовлетворяя

заявление, пришел к выводу о недействительности перечислений на основании пункта 2

статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности

(банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве).

Суд кассационной инстанции полагает выводы судов первой и апелляционной

инстанций соответствующими примененным нормам права и фактическим

обстоятельствам дела.

В соответствии с положениями статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки,

совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны

недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые

указаны в Законе о банкротстве.

Направленность сделки на уменьшение имущества должника или увеличение

его обязательств в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника

в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала

об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующей сделки недействительной по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки; недоказанность хотя бы одного из которых является основанием для отказа в признании сделки недействительной по данному основанию (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В данном случае, исследовав и оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, приведенные сторонами спора доводы, возражения и объяснения, суды установили, что спорные платежи имели место в трехгодичный период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, при этом сделки совершены в пользу заинтересованного по отношению к должнику лица.

Судами установлено, что из представленной конкурсным управляющим банковской выписки со счета должника следует, что между должником и ответчиком в период с 2017 года по 2022 год имели место заемные отношения по договорам денежного займа (том 1, листы дела 95-95а). Имели место также встречные перечисления ФИО1 в пользу должника.

Кроме того, в дело представлены кассовые книги должника за 2017-2021 годы со сведениями о принятии от ФИО1 в кассу общества денежных средств по договорам займа (копии кассовых книг представлены конкурсным управляющим через систему «Мой арбитр» 14.12.2023 (за 2020-2021 годы) и ФИО1 28.01.2025 (за 2017-2019 годы).

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 31.01.2022 по делу № А03-6052/2021, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного

апелляционного суда от 21.04.2022, с должника в пользу кредитора взыскана стоимость груза, утраченного при перевозке должником по договору-заявке на оказание транспортно-экспедиционных услуг от 30.11.2020.

Согласно решению Арбитражного суда Алтайского края от 31.01.2022 по делу № А03-6052/2021 утраченный груз принят к перевозке должником 03.12.2020 с согласованием срока доставки 07-18.12.2020; 11.12.2020 представитель ООО «Электрополе» информировал должника по телефону о неприбытии груза в место разгрузки; 13.12.2020 в полицию подано заявление о хищении груза (КУСП № 20030 от 13.12.2020); 29.12.2020 составлен акт об утрате груза.

Таким образом, денежное обязательство ООО «БизнесЛогистик» по возмещению причиненных убытков возникло не позднее дня их обнаружения кредитором 11.12.2020.

Из сопоставления сведений о движении денежных средств следует, что до декабря 2020 года, когда имели место обстоятельства утраты груза, принадлежавшего кредитору ООО «Электрополе», перечисление должником в пользу ФИО1 денежных средств производилось в незначительных суммах от 100 руб. до 100 000 руб., при этом такой платеж был совершен единожды (14.09.2020 – 100 000 руб.), остальные перечисления составляли значительно меньшие суммы. В день, когда об утрате груза стало известно должнику (11.12.2020), общество совершило перечисление ФИО1 крупной суммы 350 000 руб. с назначением «возврат займа по договору займа 25 от 17.04.2020», единовременно уменьшив объем задолженности общества перед ФИО1 практически до нуля (2 960 руб.).

Судами верно установлено, что об осведомленности должника об утрате (хищении) принадлежавшего единственному кредитору груза стоимостью 11 700 000 руб. 11.12.2020 свидетельствуют представленный кредитором 13.12.2023 протокол осмотра доказательств нотариусом (переписки в востап) (том 1, лист дела 144), а также протоколы допросов свидетелей ФИО4 от 20.02.2021 и ФИО5 от 21.05.2021 из материалов уголовного дела, возбужденного 11.02.2021 по результатам рассмотрения сообщения о преступлении КУСП № 5315 от 16.12.2020.

В последующем в течение 2021-2022 годов ФИО1, являясь заинтересованным лицом, продолжила перечислять денежные средства должнику со ссылкой в назначении на выдачу займа по договору займа 25 от 17.04.2020, которые через короткие промежутки возвращались обществом со ссылкой на возврат по этому же договору займа 25 от 17.04.2020.

Установив, что в собственности ООО «БизнесЛогистик» отсутствует какое-либо движимое или недвижимое имущество, оказывая транспортно-экспедиционные услуги, должник всегда прибегал к услугам других перевозчиков в качестве субисполнителей, в его владении не имелось и не имеется каких-либо транспортных средств (тягачей) для осуществления основной деятельности, по пояснениям ответчика должник выступал посредником между грузоотправителем и фактическим перевозчиком, зарабатывая на разнице, судами сделан обоснованный вывод о том, что поступавшие на счет должника денежные средства являлись его единственным активом.

Из анализа движения денежных средств по счету должника следует, что полученные

от ФИО1 денежные средства практически сразу после зачисления расходовались обществом на осуществление текущей деятельности (оплата транспортных расходов, услуг по перевозке, авансовые платежи по счету в банке, банковские комиссии, оплата лицензии на доступ к базе данных «Автотрансинфо» и пр.) либо выплату заработной платы.

Исследовав в порядке статьи 71 АПК РФ представленные по делу доказательства, установив наличие аффилированных связей между заемщиком и займодавцем, приняв во внимание, что последний очевидно осознавал, что изъятие денежных средств из оборота (выручки предприятия) в счет возврата займа при условии предоставления этого займа на фактическую докапитализацию общества и поддержания его экономической и хозяйственной жизни за счет предоставленных заемных денежных средств, в отсутствие достигнутого должником необходимого экономического результата от своей деятельности в виде получения чистой прибыли и возврата займа за счет прибыли, неминуемо причиняет имущественный вред должнику, а соответственно, и его кредиторам, суды обеих инстанций констатировали, что спорные перечисления отвечают критерию недействительности, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, с учетом чего правомерно признали их недействительными, правильно применив последствия их недействительности.

Изъятие вложенного мажоритарным участником (акционером) (в рассматриваемом случае ответчик является супругой руководителя и участника должника) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом.

Если мажоритарный участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

В частности, в деле о банкротстве требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала.

Исследовав и оценив сложившиеся между должником и ответчиком правоотношения, учитывая аффилированность сторон, установив, что перечисление денежных средств производилось в ситуации, когда стороны уже были извещены об утрате груза и скором взыскании убытков, суды пришли к последовательному выводу о том, что перечисления денежных средств фактически являлись изъятием ранее представленной докапитализацией активов.

Ввиду изложенного, учитывая, что ответчик, являясь аффилированным с должником лицом, знал о финансовом положении последнего, правомерно констатировав, что последующие спорные перечисления должником в адрес ответчика представляют собой действия, совершенные в обход закона о порядке распределения прибыли, т.е. фактическое изъятие компенсационного финансирования, предоставленного ранее, вместе с тем, верно указав, что требование ответчика о возврате денежных средств, не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов, не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами, следовательно, спорной сделкой нарушен баланс интересов вовлеченных в процесс банкротства участников корпоративных отношений и кредиторов должника, суды обоснованно признали сделку по перечислению должником ответчику денежных средств недействительной.

Доводы заявителя об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной не могут быть приняты во внимание судом кассационной инстанции, как противоречащие совокупности установленных судами обстоятельств и имеющихся в деле доказательств.

Доводы ФИО1 о том, что займы обществу были целевыми и предоставлялись должнику для выплаты заработной платы сотрудникам путем внесения в кассу предприятия наличными, два последних платежа должника в пользу ФИО1 по платежным поручениям № 16 от 07.04.2022 на сумму 195 000 руб. и № 19 от 05.05.2022 на сумму 3 100 руб., являются возвратом займа ФИО1 как физическому лицу за предоставленный заем должнику на выплату заработной платы за период с 11.09.2014 по 02.04.2019, обоснованно отклонены судом первой инстанции, поскольку из содержания приказов, предоставленных в материалы дела конкурсным управляющим следует, что в указанный период единственным работником должника являлась ФИО1 (приказ о приеме на работу от 02.09.2014). Равным образом она являлась единственным работником должника о на момент двух спорных перечислений.

Также суды верно критически оценили представленные ответчиком письма об уточнении платежей с учетом длительного перечисления денежных средств ответчику со ссылкой на возврат займа от договора от 17.04.2020 № 25 на протяжении практически двух лет, заинтересованности ответчика ФИО1 (бывшего руководителя общества «БизнесЛогистик»), являющейся контролирующим должника лицом, и непредставления таких писем в банк согласно ответу АО «Альфа-Банк» от 10.07.2023 (лист дела 58). По этой причине суд отклонил составленные ответчиком пояснения и таблицы со сведениями о займах и в оценке правоотношений сторон и верно исходил из составленного управляющим сквозного анализа движения денежных средств по контрагенту «Петрова Веорика Владимировна».

Доводы кассационной жалобы об ошибочности выводов суда о наличии оснований для признания спорных перечислений недействительным судами оценены и отклонены по изложенным выше основаниям.

Кассатор не опровергает выводы судов о том, что договоры займа фактически заключались не в коммерческих интересах кредитора и должника, а в целях финансирования деятельности последнего путем наделения имуществом для ее осуществления. Дополнительное финансирование в виде предоставления денежных средств по договорам займа, с учетом доказанности факта заинтересованности должника и ответчика, необходимо рассматривать именно как выбранную сторонами сделки форму выхода должника из кризисной финансовой ситуации путем увеличения оборотных средств общества (докапитализация).

Конкурирование такого кредитора-ответчика с иными независимыми кредиторами за распределение конкурсной массы (получение активов должника) недопустимо, поскольку последние не могли повлиять на принятие ключевых решений в определении стратегии экономической деятельности должника.

Как указано в пункте 11 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2024 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.04.2025, при оспаривании сделок по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, истец должен доказать факт нарушения сделкой имущественных интересов кредиторов должника. В данном случае ответчиком и должником созданы условия для максимально возможного погашения обязательств, возникших из отношений по компенсационному финансированию (для изъятия этого финансирования) в ущерб интересам независимых кредиторов, то есть для переложения на последних риска утраты компенсационного финансирования, что очевидно свидетельствует о нарушении их имущественных интересов.

Суды, исследовав с достаточной полнотой и оценив представленные сторонами доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения и установили имеющие существенное значение для дела обстоятельства.

Аргументированная оценка судами относимости, допустимости, достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании, позволила суду прийти к выводам об обоснованности заявленных требований.

Подобная оценка доказательств находится в пределах установленной законом судейской дискреции, принадлежащей исключительно судам факта, к каковым относится и суд апелляционной инстанции.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, сводятся к несогласию с выводами судов, направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств. Между тем полномочия суда округа по пересмотру дела должны осуществляться в целях

исправления судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела по существу (статья 286 АПК РФ, пункты 1, 28, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Таким образом, поскольку суд округа не усмотрел нарушения судами норм материального и (или) процессуального права, а также несоответствия выводов, изложенных в судебном акте, фактическим обстоятельствам дела, кассационная жалоба признается полностью необоснованной, а определение и постановление по настоящему делу подлежат оставлению без изменения (пункт 1 части 1 статьи 287 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Алтайского края от 18.04.2025 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 17.07.2025 по делу № А03-20074/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.

Председательствующий В.А. Зюков

Судьи А.О. Атрасева

И.М. Казарин