Постановление от 18 сентября 2019 г. по делу № А47-9343/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-5455/19

Екатеринбург

18 сентября 2019 г. Дело № А47-9343/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2019 г. Постановление изготовлено в полном объеме 18 сентября 2019 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Гавриленко О. Л., судей Вдовина Ю. В., Кравцовой Е. А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи

Кармацкой О.Л. рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу инспекции Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району города Оренбурга (далее – инспекция, налоговый орган) на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 17.01.2019 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2019 по тому же делу.

В судебном заседании, проведенном 11.09.2019 с использованием систем видеоконференц-связи, организованной Арбитражным судом Оренбургской области, приняли участие представители:

инспекции – Павельев И.О. (начальник инспекции, выписка из ЕГРЮЛ, приказ), Платонова Т.П. (доверенность от 11.01.2019 № 0301-28/1),

Кузнецова Е.В. (доверенность от 02.04.2019 № 0301-28/18), Дурасов П.Ю. (доверенность от 04.03.2019 № 0301-28/11).

общества с ограниченной ответственностью «Благоустроитель» (далее – общество, налогоплательщик, заявитель) - Павлов П.П. (доверенность

от 18.11.2017), Вирясов В.П. (доверенность от 06.12.2018).

В судебном заседании 11.09.2019 объявлен перерыв до 16.09.2019

15 час. 00 мин. Возобновленное после перерыва судебное разбирательство продолжено в обычном режиме при участии представителя инспекции – Кузнецова Е.В. (доверенность от 02.04.2019 № 0301-28/18).

Общество обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением о признании недействительным решения инспекции от 05.04.2018 № 13-24/747 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (далее – решение инспекции).

Решением суда от 17.01.2019 (судья Лазебная Г.Н) заявленные требования удовлетворены, решение инспекции признано недействительным в


части доначисления налога на добавленную стоимость (далее – НДС) в размере 17 672 690 руб., начисления пеней за несвоевременную уплату данного налога в сумме 7 607 546 руб. 73 коп., на налоговый орган возложена обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 22.05.2019 (судьи Костин В.Ю., Киреев П.Н., Плаксина Н.Г.) решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе и дополнениях к ней налоговый орган, ссылаясь на неправильное применение судами норм процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, просит названные судебные акты отменить в части удовлетворения заявленных требований, признать законным и обоснованным доначисление налогоплательщику спорных сумм НДС и налоговых санкций.

По мнению инспекции, суды не дали должной правовой оценки собранным ею доказательствам, в том числе указывающим на «номинальность» выбранных обществом контрагентов, их неспособность исполнить договорные обязательства, в частности по причине отсутствия производственных ресурсов и соответствующих расходов на приобретение необходимых материалов и привлечение третьих лиц.

Налоговый орган полагает, что недостатки представленных налогоплательщиком первичных документов, связанные с недостоверностью выполненных в них подписей и неуполномоченностью лиц, указанных от имени спорных контрагентов, являются невосполнимыми и исключают возможность принятия таких документов в качестве доказательств реальности совершенных сделок, даже в совокупности с показаниями Корешковой А.В., которые, по мнению налогового органа, следует оценивать критически ввиду косвенной взаимозависимости данного лица с налогоплательщиком. Наряду с изложенным обращает внимание судов на нехарактерность форм расчетов и сроков платежей, повлекших в результате вывод денежных средств из оборота путем их обналичивания. По взаимоотношениям с обществом с ограниченной ответственностью «ОренбургСтройСпецРесурс» инспекция акцентирует внимание на факте ликвидации данного общества и подписания части документов директором после назначения ликвидатора, а также внесения записи о ликвидации.

Объединяя вышеназванные обстоятельства с показаниями работников налогоплательщика, инспекция в итоге опровергает сам факт участия спорных организаций в выполнении ими подрядных работ и оказании услуг для общества, а также приводит доводы о непроявлении последним должной степени осмотрительности и осторожности при заключении названных сделок.

В отзыве на кассационную жалобу и дополнительно представленных письменных пояснениях общество просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, жалобу налогового органа – без удовлетворения. Полагает, что недостатки первичных документов, на которые ссылается инспекция, носят несущественный характер, являются единичными и не влияют на оценку


достоверности представленных сведений, дающих право на получение налогового вычета.

Суд кассационной инстанции, проверив законность обжалуемых судебных актов в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела, инспекцией проведена выездная налоговая проверка деятельности общества за период с 01.01.2013 по 31.12.2015, по результатам которой составлен акт от 15.11.2017 № 13- 24/0017дсп и вынесено оспариваемое решение. Данным решением налогоплательщику доначислен НДС в общей сумме 17 672 690 рублей, начислены соответствующие пени и штраф, предусмотренный

статьей 123 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс,

НК РФ), в размере 26 271 руб. Основанием для начисления вышеназванных сумм налога и пени послужили выводы налогового органа о необоснованном применении обществом налогового вычета по хозяйственным операциям с обществом с ограниченной ответственностью «ПК «Союз» и обществом с ограниченной ответственностью «ОренбургСтройСпецРесурс» (далее – общество «ПК «Союз», общество «ОССР», контрагенты, подрядчики), связанным с выполнением подрядных работ и оказанием услуг по перевозке грузов.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Оренбургской области от 09.07.2018 № 16-15/10464@ решение инспекции оставлено без изменения.

Общество, считая решение инспекции не соответствующим законодательству о налогах и сборах, нарушающим его права и законные интересы, обратилось с настоящим заявлением в арбитражный суд.

Суды удовлетворили требования заявителя в обжалуемой части, посчитав, что достаточных доказательств, бесспорно свидетельствующих об отсутствии исполнения по сделкам, либо о непроявлении обществом должной степени осмотрительности и осторожности при выборе контрагентов, инспекцией не представлено.

Выводы судов являются правильными, соответствуют материалам дела действующему законодательству.

В соответствии с пунктом 1 статьи 171 Кодекса налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьёй 166 Кодекса, на установленные настоящей статьей налоговые вычеты.

Пунктом 2 статьи 171 Кодекса предусмотрено, что вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг) сумм налога к вычету. Счета-фактуры, составленные и выставленные с нарушением порядка, установленного


пунктами 5 и 6 настоящей статьи, не могут являться основанием для принятия предъявленных покупателю продавцом сумм налога к вычету или возмещению.

Как указано в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиками налоговой выгоды» (далее - постановление № 53), судебная практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Налоговая выгода может быть признана необоснованной в случаях, если для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера). Налоговая выгода не может быть признана обоснованной, если получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности (пункты 3, 4 постановления № 53).

Согласно пункту 9 постановления № 53 установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

Если судом установлено, что главной целью, преследуемой налогоплательщиком, являлось получение дохода исключительно или преимущественно за счет налоговой выгоды при отсутствии намерения осуществлять реальную экономическую деятельность, в признании обоснованности ее получения может быть отказано.

Между тем, при отсутствии доказательств несовершения хозяйственных операций, в связи с которыми заявлено право на налоговый вычет, в получении налоговой выгоды может быть отказано при наличии обстоятельств, свидетельствующих о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о недостоверности (противоречивости) сведений. Данный вывод может быть сделан судом в результате оценки в совокупности обстоятельств, связанных с заключением и исполнением договора (в том числе с основаниями, по которым налогоплательщиком был выбран соответствующий контрагент), а также иных обстоятельств, упомянутых в постановлении № 53.


В соответствии с пунктом 10 постановления № 53 факт нарушения контрагентом налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Налоговая выгода может быть признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что налогоплательщик действовал без должной осмотрительности и осторожности, и ему должно было быть известно о нарушениях, допущенных контрагентом. Налоговая выгода может быть также признана необоснованной, если налоговым органом будет доказано, что деятельность налогоплательщика направлена на совершение операций, связанных с налоговой выгодой, преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.

Таким образом, выгода может быть признана необоснованной при доказанности отсутствия реальности операций, либо осведомленности налогоплательщика об указании контрагентом недостоверных сведений или о подложности представленных документов.

Как следует из материалов дела и установлено судами, в проверяемом периоде налогоплательщик в рамках основного вида деятельности заключил ряд договоров с обществом «ОССР» на выполнение субподрядных работ, в том числе по строительству и реконструкции зданий, автомобильных дорог, по благоустройству придомовых территорий и т.д., а также с

обществом «ПК «Союз» на оказание услуг по перевозке грузов (щебень, ПГС, песок).

В качестве подтверждения реальности выполнения контрагентами принятых на себя обязательств общество представило налоговому органу соответствующие первичные документы: договоры, счета – фактуры, карточки счета, акты о приемки выполненных работ (форма № КС - 2); справки о стоимости выполненных работ и затрат (форма № КС-3). Непредставление журналов учета выполненных работ формы КС-3 заявитель мотивировал их нахождением у заказчиков.

Инспекция, исследовав данные документы, пришла к выводу о том, что изложенная в них информация в силу своей противоречивости, учитывая отсутствие у контрагентов, обладающих многочисленными признаками «номинальных» структур, реальной возможности выполнения порученных субподрядных работ и оказания услуг, свидетельствует о фиктивном характере рассматриваемых хозяйственных операций, их направленности исключительно на получение налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.

Суды, однако, не поддержали указанной позиции, признав её необоснованной, так как указывая на то, что спорные контрагенты в действительности не обладали необходимым персоналом, техникой и иными материальными ресурсами, позволяющими выполнить весь объем принятых на себя обязательств, не несли расходов, характерных для нормальной хозяйственной деятельности, в том числе связанных с наймом третьих лиц, инспекция, тем не менее не опровергла наличие результата выполненных работ и оказанных услуг, его оприходование и использование заявителем в своей хозяйственной деятельности. Кроме того, инспекция не доказала, что результат


таких работ и услуг был получен обществом при участии иных контрагентов; доводы налогового органа о способности заявителя собственными силами исполнить спорные хозяйственные операции без сопоставления количества находящихся на обслуживании у общества объектов, штатных сотрудников и сроков, отведенных заказчиками, для выполнения подрядных работ, также основаны исключительно на предположении.

Опираясь на показания руководителей контрагентов - Тогаева Д.Н. и Корешковой А.В. однозначно подтвердивших факт взаимодействия с налогоплательщиком на протяжении длительного периода времени, в том числе в 2013-2014 годах, суды отклонили ссылки налогового органа на несоответствие подписей, выполненных от имени указанных физических лиц, в частности от имени Корешковой А.Н. в счетах-фактурах и иных первичных документов, представленных при проверке. Применительно к указанному выводу суды также обратили внимание на отсутствие результатов соответствующей почерковедческой экспертизы и существенность временного промежутка, прошедшего с момента совершения спорных хозяйственных операций до момента дачи показаний в рамках настоящей налоговой проверки, с точки зрения причин, по которым вышеназванные лица не смогли дать подробных пояснений относительно обстоятельств и личностей, задействованных в выполнении субподрядных работ и оказании услуг.

Аналогичным образом суды отклонили доводы инспекции, указывающей на нехарактерность расчетов, произведенных между заявителем и обществом «ОССР», в результате которых основная часть денежных средств по сделкам оказалась перечисленной на расчетный счет иной организации – общества с ограниченной ответственностью «СтройКомплект», не принимавшей участия в спорных хозяйственных операциях. Объясняя данное обстоятельство наличием соответствующих писем, направленных от имени контрагента с просьбой перечислить вознаграждение по договорам субподряда в адрес иного юридического лица, суды признали рассматриваемый способ расчета обычным для делового оборота, тем более что большая часть среди указанных поручений (за исключением двух, на которые ссылался налоговый орган в качестве обоснования своих подозрений) была датирована много ранее внесения записи о ликвидации общества «ОССР».

Учитывая фактический период выполнения данным контрагентом субподрядных работ, суды также не приняли во внимание претензии инспекции к ряду первичных документов (единичных, как и в предыдущем случае) составленных совместно с обществом «ОССР» в то время когда организация уже являлась ликвидированной.

Исходя из того, что недостатки первичных документов сами по себе не являются достаточным опровержением реальности рассматриваемых сделок, суды одновременно не разделили соответствующих сомнений налогового органа, основанных на фактах неосведомленности заказчиков о привлечении налогоплательщиком третьих лиц для выполнения порученных ему подрядных работ. В данном случае суды обратили внимание на недоказанность того, что извещение заказчиков о частичной передаче обществом своих обязательств


иным лицам, являлось обязательным, а отсутствие такого извещения препятствовало последнему в реальности прибегнуть к силам спорных контрагентов.

На основании изложенного, учитывая очевидную неполноту и неоднозначность показаний работников налогоплательщика, не подтвердивших, по мнению инспекции, факта выполнения рассматриваемых субподрядных работ и оказания услуг обществами «ПК «Союз» и «ОССР», поскольку большая часть среди сотрудников общества оказалась вовсе не опрошенной налоговым органом, суды не усмотрели оснований поддержать выводы налогового органа по причине их документальной необоснованности.

Несмотря на наличие ряда обстоятельств, с которыми инспекция связала свои подозрения относительно правомерности получения обществом соответствующих налоговых вычетов, суды в то же время не обнаружили среди них свидетельствующих о грубом непроявлении заявителем осмотрительности и осторожности при выборе контрагентов.

Суды установили, что, заключая рассматриваемые договоры, налогоплательщик уже имел длительные и успешные отношения с обществами «ПК «Союз» и обществом «ОССР». Более того последняя из указанных организаций в 2013-2014 годах являлась крупным предприятием строительного комплекса Оренбуржья, имела соответствующий персонал и технические средства, являлась членом саморегулируемой организации в области строительства, имела соответствующие допуски и свидетельства. Доказательств обратного инспекцией не представлено.

Таким образом, запросив у привлекаемых контрагентов минимально необходимый комплект учредительных документов и располагая достоверными сведениями о благонадежности их деловой репутации, полученными в ходе длительного хозяйственного взаимодействия с ними, налогоплательщик проявил достаточную степень осмотрительности при заключении спорных сделок.

Причин, по которым обществу следовало уделить повышенное внимание к обществам «ПК «Союз» и «ОССР», инспекцией не указано.

Следует учесть, что сам по себе факт последующего нарушения контрагентами своих налоговых обязательств не является основанием для возложения на налогоплательщика негативных налоговых последствий, и при отсутствии доказательств осведомленности последнего о подобном нарушении и не может служить причиной отказа в возмещении фактически уплаченных им сумм НДС.

В данном случае инспекция не подтвердила, что на момент совершения хозяйственных операций налогоплательщик знал или должен был знать, в том числе в силу отношений взаимозависимости или подконтрольности общества и спорных юридических лиц, о намерении последних в будущем уклониться от исполнения своих налоговых обязательств.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 25.07.2001 № 138-О и от 15.02.2005 № 93-О, следует, что для подтверждения недобросовестности налогоплательщика


налоговому органу необходимо представить доказательства совершения сторонами по сделке умышленных совместных действий в целях получения необоснованной налоговой выгоды, убыточности предпринимательской деятельности налогоплательщика, фиктивности хозяйственных операций, неосуществления налогоплательщиком экономической деятельности, для которой приобретались товары и другие доказательства.

При отсутствии данных доказательств в материалах рассматриваемого дела, суд кассационной инстанции полагает необходимым поддержать выводы нижестоящих судов о неправомерности оспариваемого решения инспекции.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, ранее были рассмотрены судами первой и апелляционной инстанции и отклонены ими при должной правовой оценке. Оснований не согласиться с результатами такой оценки у суда округа не имеется.

Нормы материального права применены судами по отношению к установленным ими обстоятельствам правильно, выводы судов соответствуют имеющимся в деле доказательствам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не выявлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба налогового органа – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 17.01.2019 по делу

№ А47-9343/2018 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2019 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу инспекция Федеральной налоговой службы по Дзержинскому району г. Оренбурга – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий О.Л. Гавриленко

Судьи Ю.В. Вдовин

Е.А. Кравцова