Постановление от 1 августа 2019 г. по делу № А40-41171/2016

ПОСТАНОВЛЕНИЕ


Москва

01.08.2019 Дело № А40-41171/16


Резолютивная часть постановления оглашена 25 июля 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 1 августа 2019 года.


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего – судьи Тарасова Н.Н.,

судей Коротковой Е.Н., Холодковой Ю.Е.,

при участии в судебном заседании:

от ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 16.07.2019;

от Дивачевского – ФИО3 по доверенности от 12.11.2018;

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «»ЖК-Альянс – ФИО4 по доверенности от 05.12.2018;

от открытого акционерного общества Коммерческий банк «Компания Розничного Кредитования» – ФИО5 по доверенности от 28.03.2019;

от ФИО1 – явилась лично, предъявлен паспорт;

от ФИО6 – явился лично предъявлен паспорт;

рассмотрев в судебном заседании кассационные жалобы

ФИО6 и ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы от 25.03.2019,

вынесенное судьей Марковым П.А.,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2019,

принятое судьями Лапшиной В.В., Григорьевым А.Н., Гариповым В.С.

о привлечении солидарно ФИО6 и ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 4 257 366 422,03 руб.

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО ЖК-Альянс,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 16.01.2017 общество с ограниченной ответственностью ЖК-Альянс (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО7, соответствующее сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» от 21.01.2017 № 11.

В арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО6, ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно на сумму 4 257 366 422,03 руб.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 25.03.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2019, ФИО6 и ФИО1 привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника солидарно на сумму 4 257 366 422,03 руб., с них в пользу должника солидарно взысканы денежные средства в размере 4 257 366 422,03 руб.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО6 и ФИО1 обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просят удовлетворить кассационные жалобы, обжалуемые определение и постановление отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленного требования.

В судебном заседании ФИО6, ФИО1 и их представители доводы кассационных жалоб поддержали, а представитель конкурсного управляющего должника просил суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, указывая на их законность и обоснованность, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационных жалоб и возражений относительно них, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационных жалоб.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела и было установлено судами первой и апелляционной инстанций, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении должника с 11.03.2011 по дату признания должника банкротом ФИО6 являлся руководителем должника, а ФИО1 являлась его главным бухгалтером.

Согласно пункту 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Возможность определять действия должника может достигаться: в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

В соответствии с пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо: 1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; 2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника; 3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

В силу пункта 5 статьи 61.10 Закона о банкротстве, арбитражный суд может признать лицо контролирующим должника лицом по иным основаниям.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе, формирование и реализация конкурсной массы; документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены.

Согласно пункту 16 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление от 21.12.2017 № 53), под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы.

Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве устанавливает, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве устанавливает, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве, под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

При этом, недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Недостаточность имущества – превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Вместе с тем, судом первой инстанции, в том числе с учетом данных финансового анализа, проведенного временным управляющим должника, установлено, что на конец 2014 года даже без учета реальной стоимости активов должник не имел возможности погасить ликвидными активами свои текущие обязательства, имел не полное обеспечение собственных обязательств активами на конец анализируемого периода, его платежеспособность по всем своим обязательствам была утрачена.

При этом восстановить платежеспособность должника по своим обязательствам в короткий период времени не представляется возможным, предприятие имеет низкий уровень ликвидности, большинство коэффициентов ликвидности ниже нормативного значения, а кроме того, должник имеет несбалансированность запасов и кредиторской задолженности, а также дебиторской задолженности и краткосрочных обязательств.

Таким образом, отметил суд, на конец 2014 года анализируемого периода платежеспособность предприятия неудовлетворительна, а начиная с 2015 года, должник деятельность не ведет, что в частности, подтверждается не предоставлением им в органы налоговой инспекции бухгалтерской отчетности за 2015, 2016 годы.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» (ред. от 03.08.2018), юридическое лицо, которое в течение последних двенадцати месяцев, предшествующих моменту принятия регистрирующим органом соответствующего решения, не представляло документы отчетности, предусмотренные законодательством Российской Федерации о налогах и сборах, и не осуществляло операций хотя бы по одному банковскому счету, признается фактически прекратившим свою деятельность (далее - недействующее юридическое лицо).

Такое юридическое лицо может быть исключено из ЕГРЮЛ в порядке, предусмотренном указанным Федеральным законом.

В соответствии с указанной нормой права, не предоставление отчетности в течение 12 месяцев, говорит о фактическом прекращении деятельности юридического лица.

Как следствие, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что руководитель должника был обязан обратиться в суд с заявлением о банкротстве, однако, этого не сделал.

Кроме того, отметит суд первой инстанции, факт неплатежеспособности должника подтверждается определением Арбитражного суда города Москвы от 04.07.2016 о введении в отношении должника процедура наблюдения, включении требования открытого акционерного общества Банк «Российский кредит» в реестр требований кредиторов должника.

Поскольку из приведенных в финансовом анализе временного управляющего должника, проведенном в процедуре наблюдения, выводов усматривается, что неплатежеспособность должника возникла по состоянию на конец 2014 года, непосредственно на конец 2014 года бывший руководитель должника обязан был обратиться в Арбитражный суд с заявлением о банкротстве.

Между тем, отметил суд, ответчиками не доказано, что при исполнении функций органов управления юридического лица они фактически не оказывали определяющего влияния на деятельность юридического лица, не представлено сведений, благодаря которым можно установить фактически контролировавшее должника лицо, в том числе, отвечающее условиям, указанным в подпунктах 2и 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, и (или) обнаружено скрывавшееся последним имущество должника и (или) контролирующего должника лица, а именно документы, сведения о счете, куда были выведены денежные средства или сведения о месте расположения имущества должника, сведения о том, как и каким образом были произведены действия по выводу имущества должника на конкретных лиц с указанием их данных, документы, подтверждающие вывод имущества должника.

Приведенные в кассационной жалобе ФИО6 доводы о том, что он являлся номинальным руководителем и не оказывал влияние на хозяйственную жизнь должника, были предметом судебного исследования и отклонены судами, поскольку не освобождают его от субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Так, в соответствии с абзацами 1 и 2 пункта 6 постановления от 21.12.2017 № 53, в этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац 2 пункта 1статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Вместе с тем, в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве), размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя, суд учитывает, насколько его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

В соответствии пунктом 8 постановления от 21.12.2017 № 53, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 9 постановления от 21.12.2017 № 53, согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве, презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Таким образом, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что бывший руководитель должника не исполнил обязанность по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, в связи с чем, в соответствии со статьей 61.12 Закона о банкротстве, на него должна быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам должника.

Кроме того, в соответствии со статьей 61.11 Закона о банкротстве, руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по сбору, составлению, ведению и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Процедура конкурсного производства в отношении должника открыта решением от 16.01.2017.

В силу части 2 статьи 126 Закона о банкротстве, руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

По ходатайству конкурсного управляющего должника арбитражным судом 07.04.2017 выдан исполнительный лист для принудительного исполнения решения суда в части обязания руководителя должника передать конкурсному управляющему должника бухгалтерскую и иную документацию должника, печати, штампы, материальные и иные ценности должника, возбуждено исполнительное производство.

Доказательств передачи указанного в рамках исполнительного производства либо в добровольном порядке, суду не представлено, а из материалов дела усматривается, что запросы конкурсного управляющего должника о передаче необходимый документации должника были оставлены без ответа и реагирования.

Вместе с тем, действуя разумно и осмотрительно, в связи с подготовкой заявлений об оспаривании сделок должника, конкурсный управляющий должника 18.10.2017 направил дополнительный запрос в адрес бывшего руководителя должника, в целях предоставления оригинала векселя серия Э № 001 от 01.04.2013 на сумму 37 913 500 руб., по которому у должника есть право требования к ООО «Эффект» или документов подтверждающих его предъявление, соглашение о расторжении инвестиционного договора от 18.09.2013 № 05/ТА2013, заключенного между должником и ООО Торговый Альянс, договора уступки от 04.02.2013 № 01/02-2013, заключенного между должником и ИП ФИО8

ФИО6 запросы, направленные конкурсным управляющим должника, не исполнил, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Доводы о том, что непередача документов была связана не с злонамеренным уклонением от исполнения обязанности, а с отсутствием полученного требования в связи с фактическим проживанием по иному адресу, были оценены судом первой инстанции и правомерно отклонены, поскольку судами установлено что почтовая корреспонденция направлялась ФИО6 по адресу его государственной регистрации.

Между тем, сведения, указанные в выписке из ЕГРЮЛ в отношении должника предполагаются достоверными, государственные органы, суды, должные лица, руководствуются сведения указанными в ЕГРЮЛ, тем самым уведомления, запросы со стороны конкурсного управляющего и суда направлялись по надлежащему адресу.

Кроме того, судами отмечено, что сведения о банкротстве имеют общедоступный и открытый характер, размещаются на сайте http://kad.arbitr.ru/, в публикациях в газете «Коммерсантъ» и на соответствующем информационном сайте Единого федерального реестра сведений о банкротстве (далее – ЕФРСБ).

В соответствии со статьей 28 Закона о банкротстве, сведения, подлежащие опубликованию в соответствии с названным Федеральным законом, при условии их предварительной оплаты включаются в ЕФРСБ и опубликовываются в официальном издании, определенном Правительством Российской Федерации в соответствии с федеральным законом.

ЕФРСБ представляет собой федеральный информационный ресурс и формируется посредством включения в него сведений, предусмотренных названным Законом.

ЕФРСБ является неотъемлемой частью Единого федерального реестра сведений о фактах деятельности юридических лиц.

Сведения, содержащиеся в ЕФРСБ, являются открытыми и общедоступными, подлежат размещению в сети Интернет и могут использоваться без ограничений, в том числе путем дальнейшей их передачи и (или) распространения.

Вместе с тем, отмечено судами, ФИО6 до настоящего времени документы должника конкурсному управляющему должника не передал, хотя, заявление о привлечение бывшего руководителя должника было подано в суд уже 24.10.2018.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что убедительных и уважительных причин, препятствовавших передаче бывшим руководителем должника конкурсному управляющему должника соответствующих документов и сведений, материальных ценностей, суду не указано, а приведенный в кассационной жалобе ФИО9 довод о том, что должник входил в группу АО Алеутстрой (ЗАО Группа компаний Жилищный капитал), где и хранятся документы, документально не подкреплен, как следствие судом кассационной инстанции отклоняется.

Кроме того, в соответствии со статьей 6 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее – Закон о бухгалтерском учете), ответственность за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций несут руководители организаций.

Согласно статье 17 Закона о бухгалтерском учете, организации обязаны хранить первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерскую отчетность в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет.

Ответственность за организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности несет руководитель организации.

Как указал Конституционный суд Российской Федерации в определении от 20.10.2011 № 1361-О-О, само по себе оспариваемое положение пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве, корреспондирующее нормам об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Закона о бухгалтерском учете), с учетом обязанности руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию должника (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), направлено на обеспечение надлежащего исполнения руководителем общества указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Ответственность, установленная пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, направлена на защиту прав и законных интересов участников деле о банкротстве через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Данная ответственность является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 ГК РФ об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 ГК РФ).

Поскольку наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона, то бремя доказывания отсутствия вины, добросовестности и разумности действий контролирующих должника лиц возлагается на этих лиц, поскольку причинение ими вреда должнику и его кредиторам презюмируется.

Конкурсный управляющий должника не обязан доказывать их вину как в силу общих принципов гражданско-правовой ответственности (пункт 2 статьи 401, пункт 2 статьи 1064 ГК РФ), так и специальных положений законодательства о банкротстве (абзац 7 пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве).

Судами отмечено, что в результате не предоставления бухгалтерской отчетности должника, не передачи документов, печатей, штампов и имущества должника конкурсному управляющему должника, привело к невозможности обращения взыскания на дебиторскую задолженность и оспаривание сделок должника.

Таким образом, действия (бездействие) бывшего руководителя должника привели к невозможности погашения требований кредитора в полном объеме.

Поскольку бухгалтерская и иная документация не находилась в распоряжении конкурсного управляющего должника, последнему не представилось возможным взыскать дебиторскую задолженность, обнаружить приобретенное оборудование и иное имущество должника, а также оспорить сделки или проверить наличие оснований для перечисления денежных средств, перечисленных и снятых со счета должника, обнаружить запасы должника.

Не передача ответчиком бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему должника является самостоятельным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности.

Вопреки доводам ответчиков, налоговая отчетность за 2015 год со стороны бывшего руководителя конкурсному управляющему должника передана не была, о чем свидетельствует письмо ИФНС России № 6 по г. Москве, имеющееся в материалах дела.

По смыслу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, не предоставление бухгалтерской отчетности, не введение бухгалтерской отчетности является основание для привлечения главного бухгалтера к субсидиарной ответственности.

Не предоставление бухгалтерской отчетности является прямым умыслов контролирующих должника лиц - кем является главный бухгалтер, на сокрытие финансовой информации должника, в целях затруднения в дальнейшем возможности признания сделок недействительными, выявление фактов вывода имущества должника, взыскание дебиторской задолженности.

Судами отмечено, что действия (бездействия) главного бухгалтера должника ФИО1 привели к невозможности погашения требований кредитора в полном объеме.

Приведенный в кассационной жалобе ФИО1 довод о том, что на нее не возлагались обязанности по ведению и хранению бухгалтерской документации должника, что она не является лицом, контролирующим должника, судебной коллегией отклоняется, как документально не подтвержденный и противоречащий фактическим обстоятельствам дела.

Согласно трудовому договору от 19.05.2014 № 01/05-2014 (том 30, листы дела 119-120), ФИО1 назначена на должность главного бухгалтера должника.

Указанное обстоятельство ФИО1 не оспаривается.

Вопреки доводам ответчиков, отмена определения Арбитражного суда города Москвы от 26.02.2018 по делу № А40-41171/16 и признание недействительным договора от 16.903.2016 № 04-жк/01 купли-продажи квартиры заключенного между должником и ФИО10, с учетом установленных судом первой инстанции оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, не освобождает их от субсидиарной ответственности.

В соответствии с абзацами 13, 14 пункта 24 постановления от 21.12.2017 № 53, согласно подпунктам 2 и 4 пункта 2, пунктам 4 и 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если лица, на которых возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации (например, главный бухгалтер), также признаны контролирующими, то предполагается, что их совместные с руководителем должника действия стали необходимой причиной объективного банкротства при доказанности существенно затруднивших проведение процедур банкротства фактов непередачи, сокрытия, утраты или искажения документации.

По смыслу подпунктов 2 и 4 пункта 2, пунктов 4 и 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве, лица, не признанные контролирующими должника, на которых возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации (например, главный бухгалтер), несут солидарно с бывшим руководителем субсидиарную ответственность за доведение до банкротства как соучастники, если будет доказано, что они по указанию бывшего руководителя или совместно с ним совершили действия, приведшие к уничтожению документации, ее сокрытию или к искажению содержащихся в ней сведений.

Таким образом, ФИО1 солидарно с ФИО6 подлежит привлечению к субсидиарной ответственности за не представление бухгалтерской отчетности, что привело к невозможности полного удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в частности, причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Пунктом 10 ст. 61.11 Закона о банкротстве установлено, что контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов отсутствует.

Ответчиками не представлены доказательства отсутствия вины в соответствии с пунктом 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве, в связи с чем, суд пришел к выводу о привлечении ответчиков солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Таким образом, судом первой инстанции сделан обоснованный вывод о наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности.

Приведенные в кассационных жалобах доводы относительно необоснованного отказа судом в вызове свидетелей, судебной коллегией отклоняются.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 56, 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, отказал в удовлетворении ходатайства ФИО6 о вызове и допросе свидетелей, указав, что в данном случае свидетельские показания являются недопустимым доказательством.

В силу части 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном этим Кодексом и другими федеральными законами порядке сведения о фактах, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

Являясь одним из предусмотренных частью 2 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств, показания свидетеля исследуется наряду с другими доказательствами по делу.

В силу статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Суд на основании оценки всех доказательств по делу в их совокупности, с учетом их допустимости, определяет необходимость опроса свидетелей.

Как следствие, вызов лица в качестве свидетеля является правом, а не обязанностью суда.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка. Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационные жалобы не содержат указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационных жалоб аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалоб направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РоссийскойФедерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О,статьи 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса,регламентирующими производство в суде кассационной инстанции,предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актовправо оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами нормматериального и процессуального права и не позволяют ему непосредственноисследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оцениваютдоказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основепринципов состязательности, равноправия сторон и непосредственностисудебного разбирательства, что недопустимо.

Установление фактических обстоятельств дела и оценка доказательств отнесены к полномочиям судов первой и апелляционной инстанций.Аналогичная правовая позиция содержится в определении ВерховногоСуда Российской Федерации от 05.07.2018 № 300-ЭС18-3308.

Таким образом, переоценка доказательств и выводов суда первойинстанции не входит в компетенцию суда кассационной инстанции в силустатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, анесогласие заявителя жалобы с судебным актом не свидетельствует онеправильном применении судом норм материального и процессуального праваи не может служить достаточным основанием для его отмены.

Суд кассационной инстанции не вправе отвергать обстоятельства, которыесуды первой и апелляционной инстанций сочли доказанными, и приниматьрешение на основе иной оценки представленных доказательств, поскольку иноесвидетельствует о выходе за пределы полномочий, предусмотренных статьей 287Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о существенномнарушении норм процессуального права и нарушении прав и законныхинтересов лиц, участвующих в деле.

Между тем, приведенные в кассационной жалобе доводы фактическисвидетельствуют о несогласии с принятым судом апелляционной инстанции судебным актом и подлежат отклонению, как основанные на неверном истолковании сами заявителем кассационной жалобы положений Закона о банкротстве, а также как направленные на переоценку выводов суда по фактическим обстоятельствам дела, что, в силу статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, недопустимопри проверке судебных актов в кассационном порядке.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениямистатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судукассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматриватьфактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений,давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать илисчитать установленными обстоятельства, которые не были установлены вопределении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой илиапелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной впостановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РоссийскойФедерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенностиследует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном ивсестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отмененоисключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств,данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителями кассационных жалоб установленных судом фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной при рассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационные жалобы не подлежат удовлетворению.

Поскольку кассационные жалобы рассмотрены по существу, введенное приостановление исполнения обжалуемых судебных актов подлежит отмене в силу статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 25.03.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2019 по делу № А40-41171/16 - оставить без изменения, кассационные жалобы – оставить без удовлетворения.

Отменить введенное определением Арбитражного суда Московского округа от 26.06.2019 приостановление исполнения определения Арбитражного суда города Москвы от 25.03.2019 и постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 30.05.2019 по делу № А40-41171/16.


Председательствующий-судья Н.Н. Тарасов


Судьи: Е.Н. Короткова


Ю.Е. Холодкова