Постановление от 3 сентября 2025 г. по делу № А66-285/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ


04 сентября 2025 года

Дело №

А66-285/2017

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Яковца А.В., судей Бычковой Е.Н., Кравченко Т.В.,

при участии от ФИО1 представителя ФИО2 (доверенность от 17.02.2023), от ФИО3 представителя ФИО2 (доверенность от 18.11.2022), от конкурсного управляющего ФИО4 представителя ФИО5 (доверенность от 10.01.2025),

рассмотрев 25.08.2025 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 и ФИО3 на постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2025 по делу № А66-285/2017,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Тверской области от 20.01.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Крупнопанельное домостроение «Удомля-1», адрес: 171842, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество, должник).

Определением суда от 02.03.2017 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Решением суда от 08.08.2017 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника  открыто конкурсное производство.

Определением суда от 26.10.2017 конкурсным управляющим Обществом  утвержден ФИО4

Конкурсный управляющий ФИО4 17.01.2018 обратился в суд с заявлениями, в которых с учетом уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), просил привлечь контролирующих Общество лиц – ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 113 225 264 руб. 87 коп.

Определением суда от 02.10.2018 к участию в обособленном споре в качестве заинтересованного лица привлечена ФИО6.

Определением суда первой инстанции  от 12.12.2019 заявления конкурсного управляющего удовлетворены, признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества; производство по заявлениям приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлениями Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.03.2020 и Арбитражного суда Северо-Западного округа от 04.08.2020 указанное определение оставлено без изменения.

Определением суда от 17.11.2022 производство по обособленному спору возобновлено.

Конкурсный управляющий ФИО4 уточнил заявленные требования и просил взыскать с ответчиков в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 117 814 305 руб. 44 коп.

Определением суда первой инстанции от 03.10.2023 удовлетворены  ходатайства ответчиков о снижении размера субсидиарной ответственности до нуля руб.; в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2023 указанное определение оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 22.03.2024 определение от 03.10.2023 и постановление от 11.12.2023  отменены, дело направлено в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

В ходе нового рассмотрения конкурсный управляющий ФИО4 вновь уточил  размер требований к ответчикам и просил в порядке привлечения  к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества взыскать с ФИО1 и ФИО3  солидарно 105 164 572 руб. 22 коп.

ФИО1 и ФИО3  ходатайствовали о снижении размера  субсидиарной ответственности  до 100 000 руб.

Определением суда первой инстанции от 03.12.2024 ходатайство ответчиков удовлетворено, с ФИО1 и ФИО3 в порядке привлечения  к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества  взыскано солидарно 100 000 руб.

Постановлением апелляционного суда от 27.03.2025 определение от 03.12.2024 изменено, с ФИО1 и ФИО3 в порядке привлечения  к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества взыскано солидарно 60 029 000 руб.

 В  поданной в электронном виде кассационной жалобе ФИО1 и ФИО3  просят отменить  постановление от 27.03.2025.

Податели кассационной жалобы полагают, что в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора ответчиками доказана явная несоразмерность причиненного ими вреда общей сумме требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов Общества.

ФИО1 и ФИО3 считают необоснованным вывод апелляционного суда о том, что в конкурсную массу Общества не компенсированы негативные последствия совершения сделки, в результате которой был причинен вред имущественным правам кредиторов.

Податели кассационной жалобы также считают, что в случае, если конкурсному управляющему не были переданы документы должника, размер субсидиарной ответственности бывшего  руководителя должника должен быть ограничен балансовой стоимостью активов должника, в отношении которых бывшим руководителем не были переданы конкурсному управляющему финансовые  и бухгалтерские документы.

ФИО1 и ФИО3 также не согласны с выводами апелляционного суда о том, что  конкурсному управляющему не были переданы документы Общества, подтверждающие законность выбытия основных средств, запасов и дебиторской задолженности.

 По мнению подателей кассационной жалобы, апелляционный суд не дал должной оценки доводам ФИО1 о том, что большую часть предъявленных к ней требований в денежном эквиваленте составляют требования налогового органа, при этом вступившим в законную силу приговором Вышневолоцкого городского суда от 14.12.2028 по делу № 1-61/2028 ФИО1 по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а» и «б»  части 2 статьи 199  Уголовного кодекса Российской Федерации, оправдана  по  основанию, предусмотренному пунктом 3 части 2 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, – в связи с отсутствием состава преступления.   

В представленных в электронном виде отзывах конкурсный управляющий ФИО4 и Федеральная налоговая служба (далее – ФНС России, уполномоченный орган) считают обжалуемое постановление законным и обоснованным, просят оставить его без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ФИО1 и ФИО3 поддержал доводы, приведенные в кассационной жалобе.

Представитель конкурсного управляющего ФИО4 возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в соответствии со статьей 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, ФИО1 в период с 10.10.2006 по 12.10.2016 являлась единственным участником Общества; по договору купли-продажи от 05.10.2016 ФИО1 продала долю в размере 100% уставного капитала Общества ФИО6

В период с 07.11.2006 по 27.10.2016 ФИО1 также являлась директором Общества, а с 27.10.2016 до даты признания должника банкротом функции единоличного исполнительного органа Общества осуществлял ФИО3

В обоснование требований о привлечении ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества конкурсный управляющий ФИО4 сослался на совершение от имени должника сделки, причинившей вред имущественным правам кредиторов, и на неисполнение обязанности по передаче документов Общества  управляющему.

Суд первой инстанции заключил, что исходя из редакции Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), применяемой к спорным правоотношениям, ФИО1 как участник и руководитель должника и ФИО3 как руководитель Общества подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям.

Приняв во внимание, что на момент рассмотрения заявления конкурсного управляющего расчеты с кредиторами не завершены, суд приостановил производство по обособленному спору до окончания указанных расчетов.

Определением суда от 17.11.2022 производство по обособленному спору возобновлено.

Конкурсный управляющий ФИО4 уточнил заявленные требования и просил взыскать с ответчиков в порядке привлечения к субсидиарной ответственности 117 814 305 руб. 44 коп.

Ответчики ходатайствовали о снижении суммы заявленного требования до нуля руб., указав на отсутствие оснований для взыскания с них заявленных сумм.

Определением от 03.10.2023 суд первой инстанции удовлетворил  ходатайства ответчиков о снижении размера субсидиарной ответственности до нуля руб. и отказал в удовлетворении заявленных требований.

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции и постановлением от 11.12.2023 оставил  определение от 03.10.2023 без изменения.

Суд кассационной инстанции признал выводы судов первой и апелляционной инстанций  о наличии оснований для  полного освобождения ответчиков от субсидиарной ответственности по обязательствам должника не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и основанными на неправильном применении норм Закона о банкротстве, в связи с чем постановлением от 22.03.2024 отменил определение от 03.10.2023 и  постановление от 11.12.2023, направил  дело в суд первой инстанции  на новое рассмотрение.

В ходе нового рассмотрения настоящего обособленного спора конкурсный управляющий ФИО4 уточил  размер требований к ответчикам и просил в порядке привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества взыскать с ФИО1 и ФИО3  солидарно 105 164 572 руб. 22 коп.

ФИО1 и ФИО3  ходатайствовали об уменьшении размера  субсидиарной ответственности  до 100 000 руб.

Суд первой инстанции  пришел к выводу о наличии правовых оснований для снижения размера субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3, в связи с чем определением от 03.12.2024 взыскал с ответчиков  в порядке привлечения  к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества  солидарно 100 000 руб.

Апелляционный суд не согласился с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для снижения размера субсидиарной ответственности до 100 000 руб., в связи с чем постановлением от 27.03.2025 изменил определение от 03.12.2024, взыскал с ФИО1 и ФИО3 в порядке привлечения  к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества солидарно 60 029 000 руб.

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

Проверив законность определения от 03.12.2024 и постановления от 27.03.2025 исходя из доводов, приведенных в кассационной жалобе и в возражениях относительно указанной жалобы, Арбитражный суд Северо-Западного округа приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 9 статьи 61.19 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами арбитражный управляющий одновременно с отчетом о результатах проведения процедуры, примененной в деле о банкротстве, направляет в арбитражный суд ходатайство о возобновлении производства по рассмотрению заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 названного Закона, указав размер требований каждого кредитора, которые остались непогашенными в связи с недостаточностью имущества должника, а также отчет о результатах выбора кредиторами способа распоряжения правом требования о привлечении к субсидиарной ответственности.

Согласно пункту 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица подлежит соответствующему уменьшению, если им будет доказано, что размер вреда, причиненного имущественным правам кредиторов по вине этого лица, существенно меньше размера требований, подлежащих удовлетворению за счет этого контролирующего должника лица.

Как следует из разъяснений, приведенных в абзаце третьем пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), если банкротство наступило в результате действий (бездействия) контролирующего лица, однако помимо названных действий (бездействия) увеличению размера долговых обязательств способствовали и внешние факторы (например, имели место неправомерный вывод активов должника под влиянием контролирующего лица и одновременно порча произведенной должником продукции в результате наводнения), размер субсидиарной ответственности контролирующего лица может быть уменьшен по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

При первоначальном рассмотрении вопроса об определении размера субсидиарной ответственности в обоснование ходатайств об уменьшении размера субсидиарной ответственности до нуля ФИО1 и ФИО3 ссылались на то, что действия, в связи с совершениями которых они привлечены к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, фактически какой-либо вред должнику не причинили, документация должника передана конкурсному управляющему, в конкурсную массу Общества возвращено имущество, являющееся предметом сделки, совершение которой послужило основанием для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности.

Как видно из материалов дела, в период исполнения ФИО1 функций единоличного исполнительного органа должника  Общество, общество с ограниченной ответственностью «Русстрой» и общество с ограниченной ответственностью «Первая лизинговая компания» заключили договор от 02.08.2016 № ОР-1940/16ПЛ  перемены лиц в обязательстве по договору лизинга от 12.11.2014 № ОР-1940/14Л.

Вступившим в законную силу определением суда от 19.02.2019 договор от 02.08.2016 признан недействительным; при рассмотрении обособленного спора судами установлено, что сделка совершена заинтересованными лицами при неравноценном встречном исполнении, в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов.

Совершение Обществом данной сделки вступившим в законную силу определением суда от 12.12.2019 признано основанием для привлечения ФИО1  к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества.

При первоначальном рассмотрении вопроса об определении размера субсидиарной ответственности судом первой инстанции установлено, что в ходе конкурсного производства транспортные средства, являющиеся предметом лизинга и выбывшие из собственности Общества в результате заключения договора от 02.08.2016, возвращены в конкурсную массу и реализованы на открытых торгах, денежные средства, вырученные от их продажи, направлены на погашение задолженности перед лизинговой компанией и кредиторами.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к выводу, с которым согласился и апелляционный суд об отсутствии оснований для взыскания с ФИО1 денежной суммы, размер которой определен конкурсным управляющим по правилам пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции также установил, что обязанность руководителя Общества по передаче конкурсному управляющему документов должника исполнена в ходе исполнительного производства, что подтверждается подписанным 23.12.2021 конкурсным управляющим ФИО4 актом приема-передачи документов.

Принимая во внимание указанное обстоятельство, суд первой инстанции пришел к выводу, с которым согласился и апелляционный суд, об отсутствии причинно-следственной связи между непередачей конкурсному управляющему документации должника и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, в связи с чем заключил, что имеются оснований для освобождения ФИО1 и ФИО3 от субсидиарной ответственности и для снижения размера этой ответственности до нуля.

Вместе с тем в соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 29 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, основанием к уменьшению размера субсидиарной ответственности привлекаемых к ней лиц по правилам абзаца второго пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве могут служить, в частности, следующие обстоятельства:

- наличие имевших место помимо действий (бездействия) ответчиков обстоятельств, повлекших неплатежеспособность должника;

- доказанная ответчиком явная несоразмерность причиненного им вреда объему реестра требований кредиторов;

- проявление ответчиком деятельного раскаяния, например, погашение вреда в причиненном размере, способствование нахождению имущества должника или иных бенефициаров и т.д.

С учетом того, что наличие иных имевших место помимо действий (бездействия) ответчиков обстоятельств, повлекших неплатежеспособность должника,  суды первой и апелляционной инстанций не установили, а также принимая во внимание, что исполнение руководителем Общества обязанности по передаче конкурсному управляющему документов должника в ходе исполнительного производства уже после того, как вступившим в законную силу определением суда от 12.12.2019 признано доказанным наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в связи с отсутствием у конкурсного управляющего документов должника, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, применительно к  разъяснением, приведенным в абзаце десятом пункта 24 Постановления № 53, не может служить основанием для освобождения от субсидиарной ответственности, суд кассационной инстанции признал выводы судов первой и апелляционной инстанций  о наличии оснований для  полного освобождения ответчиков от субсидиарной ответственности по обязательствам должника не соответствующими фактическим обстоятельствам дела и основанными на неправильном применении норм Закона о банкротстве, в связи с чем постановлением от 22.03.2024 отменил определение от 03.10.2023 и  постановление от 11.12.2023, направил  дело в суд первой инстанции  на новое рассмотрение.

Основанием для снижения размера субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3 до 100 000 руб. по результатам нового рассмотрения настоящего обособленного спора послужил вывод суда первой инстанции о том, что вред, причиненный имущественным правам кредиторов в результате заключения должником договора от 02.08.2016 № ОР-1940/16ПЛ  перемены лиц в обязательстве по договору лизинга от 12.11.2014 № ОР-1940/14Л, в ходе конкурсного производства фактически возмещен, так как транспортные средства, являвшиеся предметом лизинга и выбывшие из владения Общества в результате заключения договора от 02.08.2016, возвращены в конкурсную массу и реализованы на открытых торгах, денежные средства, вырученные от их продажи, направлены на погашение задолженности перед лизинговой компанией и кредиторами.

Суд первой инстанции также отметил, что в ходе установления оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества заключение названного договора единственной причиной банкротства должника не признавалось, таким образом, последующая продажа возвращенных транспортных средств  на проводившихся в деле о банкротстве торгах по цене ниже рыночной стоимости не является последствием, наступившим в результате заключения должником договора от 02.08.2016 № ОР-1940/16ПЛ.  

Кроме того, суд первой инстанции посчитал, что имеющийся в материалах настоящего обособленного спора подписанный 23.12.2021 конкурсным управляющим ФИО4 акт приема-передачи документов подтверждает исполнение руководителем  должника  обязанности в течение трех дней обеспечить передачу конкурсному управляющему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему, установленной  решением суда от 08.08.2017.

Сомнения относительно полноты переданных документов, основанные на утверждении конкурсного управляющего о том, что ответчиками не  преданы  документы, касающиеся финансово-хозяйственной деятельности должника, в том числе, документы, подтверждающих выбытие основных средств, запасов и дебиторской задолженности в период с 2014 по 2016 годы, и документы, послужившие основанием для отражения в бухгалтерской отчетности Общества дебиторской задолженности на сумму 24 104 000 руб.,  суд первой инстанции признал не соответствующими имеющимся в материалах дела доказательствами.

С учетом изложенного суд первой инстанции заключил, что размер субсидиарной ответственности ответчиков в связи отсутствием на дату принятия решения о признании должника банкротом документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, должен быть ограничен балансовой стоимостью активов должника, в отношении которых бывшим руководителем не переданы конкурсному управляющему финансовые  и бухгалтерские документы.

Принимая во внимание сведения о балансовой стоимости активов Общества, содержащиеся в  бухгалтерском балансе за 2016 год,  и передачу конкурсному управляющему по акту приема-передачи от 23.12.2021 документов, подтверждающих отраженную в бухгалтерской отчетности за 2016 год  дебиторскую задолженность, а также учитывая, что транспортные средства и земельные участки, учтенные в бухгалтерском балансе Общества за 2016 год, были включены в конкурсную массу и реализованы конкурсным управляющим,  суд первой инстанции пришел к выводу о возможности  снижения размера субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3 до 100 000 руб.

Апелляционный суд, в силу части 1 статьи 268 АПК РФ повторно рассмотрев вопрос об определении размера субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО3, не согласился с указанными выводами суда первой инстанции.

Как установлено апелляционным судом, по акту приема-передачи от 23.12.2021, то есть  спустя 4,5 года после открытия в отношении Общества конкурсного производства  конкурсному управляющему передана часть документации в копиях, а именно: счета-фактуры, акты, датированные 2013 годом, товарные накладные (2013 год), договоры (2012 год).

С учетом того, что документы Общества переданы конкурсному управляющему 23.12.2021, то есть после установления оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, апелляционный суд пришел к выводу, что такая передача документов не может быть признана основанием для фактического освобождения ФИО1 и ФИО3 от субсидиарной ответственности, размер которой составляет более 100 000 000 руб.

Кроме того, апелляционный суд установил, что первичные документы, подтверждающие наличие и формирование дебиторской задолженности, а также документы, вследствие которых произошло уменьшение дебиторской задолженности, конкурсному управляющему не были переданы.

Документы, послужившие основанием для отражения в бухгалтерской отчетности  Общества запасов на сумму 17 210 000 руб. и позволяющие проверить основания и законность их выбытия в 2016 году, ФИО1 и ФИО3 конкурсному управляющему  также не переданы.

Апелляционный суд заключил, что отсутствие первичных бухгалтерских и иных финансовых документов  Общества лишило конкурсного управляющего возможности в полном объеме проинвентаризировать имущество, имущественные права, дебиторскую задолженность и денежные обязательства должника с целью их оценки и продажи для погашения требований кредиторов, сформировать конкурсную массу, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании задолженности, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок Общества.

Суд апелляционной инстанции указал, что при проведении в отношении Общества процедуры конкурсного производства конкурсный управляющий был вынужден руководствоваться лишь сведениями, имеющимися в общедоступных источниках, рискуя при этом упустить сделки, подлежащие оспариванию, дебиторскую задолженность, подлежащую взысканию, и иное имущество, принадлежащее должнику и подлежащее реализации.

Апелляционный суд посчитал, что отсутствие претензий со стороны конкурсного управляющего относительно полноты переданных документов само по себе не свидетельствует о добросовестном исполнении обязанности по передаче документов и имущества должника.

Апелляционный суд  также указал, что само по себе применение последствий недействительности договора от 02.08.2016 № ОР-1940/16ПЛ  перемены лиц в обязательстве по договору лизинга от 12.11.2014 № ОР-1940/14Л в виде возврата отчужденных должником транспортных средств в конкурсную массу не предотвращает негативных последствий, наступивших для Общества в результате совершения данной сделки, не является исчерпывающей мерой к восстановлению имущественных прав кредиторов и не исключает возможности привлечения контролирующего Общество лица к субсидиарной ответственности за совершение данной сделки.

Повторно оценив доказательства, представленные участвующими в рассмотрении настоящего обособленного спора лицами в обоснование своих требований и возражений, апелляционный суд пришел к выводу, что заявление конкурсного управляющего о взыскании солидарно с ответчиков в пользу Общества подлежит удовлетворению частично, в сумме 60 029 000 руб., в связи с чем постановлением от 27.03.2025 изменил определение суда первой инстанции от 03.12.2024, взыскал с ФИО1 и ФИО3 в порядке привлечения  к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества солидарно 60 029 000 руб.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы апелляционного суда, послужившие основанием для принятия обжалуемого постановления, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм Закона о банкротстве

Приведенный в кассационной жалобе ФИО1 и ФИО3 довод о том, что  апелляционный суд не дал должной оценки доводам ФИО1 о том, что большую часть предъявленных к ней требований в денежном эквиваленте составляют требования налогового органа, при этом вступившим в законную силу приговором Вышневолоцкого городского суда от 14.12.2028 по делу № 1-61/2028 ФИО1 по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а» и «б»  части 2 статьи 199  Уголовного кодекса Российской Федерации, оправдана  по  основанию, предусмотренному пунктом 3 части 2 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, – в связи с отсутствием состава преступления, не может быть принят.

В соответствии с подпунктом 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предполагается, что действия (бездействие) контролирующего должника лица стали необходимой причиной объективного банкротства, если требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности, выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.

 Вместе с тем презумпция, закрепленная в подпункте 3 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, при установлении оснований для привлечения ФИО1 и ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества не применялась.

То обстоятельство, что приговором Вышневолоцкого городского суда от 14.12.2028 по делу № 1-61/2028 ФИО1 по предъявленному ей обвинению в совершении преступления, предусмотренного пунктами «а» и «б»  части 2 статьи 199  Уголовного кодекса Российской Федерации, оправдана  по  основанию, предусмотренному пунктом 3 части 2 статьи 302 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, – в связи с отсутствием состава преступления, не опровергает презумпций, указанных в  подпунктах 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, примененных при установлении оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества, и не свидетельствует о неправильном определении апелляционным судом размера субсидиарной ответственности ФИО1

Иные доводы, содержащиеся в в кассационной жалобе ФИО1 и ФИО3, как полагает суд кассационной инстанции, не опровергают выводов апелляционного суда, послуживших основанием для принятия обжалуемого  постановления, а лишь выражают несогласие подателей жалобы с оценкой апелляционным судом обстоятельств, установленных при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Так как основания для иной оценки названных обстоятельств у суда кассационной инстанции отсутствуют, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Руководствуясь статьями 286, 287 и 289  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2025 по делу № А66-285/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу ФИО1 и ФИО3 – без удовлетворения.


Председательствующий

А.В. Яковец

Судьи


Е.Н. Бычкова

 Т.В. Кравченко