Решение от 20 марта 2020 г. по делу № А23-7533/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КАЛУЖСКОЙ ОБЛАСТИ

248600, г.Калуга, ул.Ленина, д.90; тел: (4842) 505-902, 8-800-100-23-53; факс: (4842) 505-957, 599-457;

http://kaluga.arbitr.ru; е-mail: kaluga.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ



Дело № А23-7533/2019
20 марта 2020 года
г. Калуга
Резолютивная часть решения объявлена 13 марта 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 20 марта 2020 года.

Арбитражный суд Калужской области в составе судьи Чехачевой И.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1 с использованием системы видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Самарской области, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску публичного акционерного общества «Калужский завод автомобильного электрооборудования», 248017, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>, в лице его законного представителя ФИО2, 443001, г. Самара, к обществу с ограниченной ответственностью «Самара-Авиагаз», 443022, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>, при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, акционерного общества «Автоком», 443080, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>, о признании сделки недействительной,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2 - представителя ФИО3 по доверенности от 25.06.2019 сроком на пять лет,

от ответчика – представителя ФИО4 по доверенности от 20.06.2019 сроком на один год,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО2 (далее – истец) в интересах публичного акционерного общества «Калужский завод автомобильного электрооборудования» (далее – ПАО «КЗАЭ») обратился в Арбитражный суд Калужской области с иском к акционерному обществу «Автоком» (далее – первый ответчик) и обществу с ограниченной ответственностью «Самара-Авиагаз» (далее – второй ответчик) о признании соглашения о новации №6151 от 30.09.2014 недействительным.

Суд, с учетом разъяснений, изложенных в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», 24.12.2019 вынес протокольное определение об установлении процессуального статуса публичного акционерного общества «Калужский завод автомобильного электрооборудования» в качестве истца, а ФИО2 на законного представителя публичного акционерного общества «Калужский завод автомобильного электрооборудования».

На основании ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено акционерное общество «Автоком».

Третье лицо, своих представителей в судебное заседание не направило, о времени и месте судебного заседания с учетом ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считается уведомленным надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд рассматривает дело отсутствие представителей третьего лица.

На основании ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании был объявлен перерыв.

Представитель ФИО2 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержал в полном объеме по основаниям, изложенным в иске и дополнительных пояснениях. Указала, что ФИО2 в момент совершения спорной сделки являлся акционером ПАО «КЗАЭ», а с июня 2019 является членом Совета директоров ПАО «КЗАЭ», об оспариваемой сделки ему стало известно после возбуждения дела №А55-21133/2019 по иску ООО «Самара-Авиагаз» к ПАО «КЗАЭ» о взыскании задолженности.

Представитель ответчика в судебном заседании заявленные исковые требования не признал по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, заявил о пропуске истцом срока исковой давности, указал на непредоставление доказательств того, что оспариваемой сделкой ПАО «КЗАЭ» были причинены убытки; пояснил, что в период с 2013 по 2015 между ПАО «КЗАЭ» и ООО «Самара-Авиагаз» были заключены 10 договоров займа (два из которых были новированы в заемные обязательства), следовательно совершение оспариваемой сделки было обычной хозяйственной деятельностью; указал на недобросовестное поведение истца, ПАО «КЗАЭ» на протяжении длительного периода времени подтверждала действительность спорного договора, оплачивая задолженность, подписывая акты сверки.

Изучив материалы дела, выслушав пояснения истца, ответчика, суд считает исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, между ООО «Самара-Авиагаз» (Покупатель) и ОАО «Калужский завод автомобильного электрооборудования» ( ПАО «КЗАЭ», поставщик) 17.06.2014 был заключен договор поставки № 228/14.

Во исполнение условий договора поставки ООО «Самара-Авиагаз», как покупатель, произвело предоплату за товар в размере 6 500 000 руб., что подтверждается платежными поручениями: № 2692 от 04.07.2014 на сумму 5 000 000 руб. и № 2724 от 07.07.2014 на сумму 1 500 000 руб.

30.09.2014 между сторонами было заключено соглашение о новации № 6151, согласно которому первоначальное обязательство ОАО «КЗАЭ», как поставщика, вытекающее из договора поставки №228/14 от 17.06.2014, было прекращено в связи с заменой на другое заемное обязательство.

Согласно новому обязательству ответчик взял на себя обязательство по возврату истцу суммы займа в размере 6 500 000 руб.

Пунктом 3.3 соглашения о новации (с учетом дополнительных соглашений от 30.06.2015, 31.03.2016, 31.12.2016) установлен срок возврата займа – 31.10.2017.

Сумма займа по соглашению о новации была погашена ответчиком в полном объеме путем взаимозачета, о чем свидетельствует подписанный обеими сторонами акт зачета взаимных требований от 31.10.2017.

Ссылаясь на то, что в указанное соглашение заключено с нарушением требований ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, ФИО2 обратился в суд с иском о признании сделки недействительной.

Гражданские права и обязанности возникают из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему (подпункт 1 пункта 1 статья 8 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ).

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 указанного Кодекса, а также иными способами, предусмотренными законом. При этом способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения. Необходимым условием применения того или иного способа защиты гражданских прав является обеспечение восстановления нарушенного права обратившегося в суд лица (пункт 1 статьи 1 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В силу ст. 69 Федеральный закон от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах» Уставом общества может быть предусмотрена необходимость получения согласия совета директоров (наблюдательного совета) общества или общего собрания акционеров на совершение определенных сделок. При отсутствии такого согласия или последующего одобрения соответствующей сделки она может быть оспорена лицами, указанными в абзаце первом пункта 6 статьи 79 настоящего Федерального закона, по основаниям, установленным пунктом 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Поскольку ФИО2 принадлежит 18,21818% доли уставного капитала ПАО «КЗАЭ» (12 800 000 акций), истец в силу указанных норм вправе обращаться в арбитражный суд с иском о признании недействительной оспариваемой сделки.

Статьей 174 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если полномочия лица на совершение сделки ограничены договором или положением о филиале или представительстве юридического лица либо полномочия действующего от имени юридического лица без доверенности органа юридического лица ограничены учредительными документами юридического лица или иными регулирующими его деятельность документами по сравнению с тем, как они определены в доверенности, в законе либо как они могут считаться очевидными из обстановки, в которой совершается сделка, и при ее совершении такое лицо или такой орган вышли за пределы этих ограничений, сделка может быть признана судом недействительной по иску лица, в интересах которого установлены ограничения, лишь в случаях, когда доказано, что другая сторона сделки знала или должна была знать об этих ограничениях.

В силу части 2 ст. 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Как усматривается из материалов дела в период совершения оспариваемой сделки действовала редакция Устава ОАО «КЗАЭ», утвержденная решением общего собрания акционеров ОАО «КЗАЭ» 09.04.2010 (протокол №07 от 09.04.2010).

Согласно пп. 24-26 п. 15.2. Устава к компетенции Совета директоров отнесены вопросы: одобрение крупных сделок в случаях, предусмотренных главой Х Федерального закона «Об акционерных обществах»; одобрение крупных сделок, предусмотренных главами XI, XI.I Федерального закона «Об акционерных обществах»; одобрение сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо или косвенно любого недвижимого имущества, а также движимого имущества, стоимость которого составляет от 1 000 000 (одного миллиона) рублей до 50 (пятидести) процентов балансовой стоимтси активов Общества, определенной по данным бухгалтерской отчетности на последнюю отчетную дату, за исключением сделок, совершаемых в процессе обычной хозяйственной деятельности.

Обращаясь с настоящими исковыми требованиями ФИО2 ссылается на совершение оспариваемой сделки с нарушением ограничений, установленных упредительными документами.

В ходе рассмотрения спора ответчиком было заявлено об истечении срока исковой давности.

В силу ст. 195 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Иной момент течения срока исковой давности установлен в п. 2 ст. 200 ГК РФ, согласно которому по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В силу п. 2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Иски о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности могут предъявляться в течение срока, установленного пунктом 2 статьи 181 ГК РФ для оспоримых сделок (одного года).

Согласно разъяснениям изложенным в п. 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 №28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» срок давности по иску о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее одобрения, исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать о том, что такая сделка требовала одобрения в порядке, предусмотренном законом или уставом, хотя бы она и была совершена раньше. Предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка одобрения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, если из предоставлявшихся участникам при проведении этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом).

Сумма займа по соглашению о новации была погашена ответчиком в полном объеме путем взаимозачета, о чем свидетельствует подписанный обеими сторонами акт зачета взаимных требований от 31.10.2017.

Поскольку оспариваемая сделка заключена в 2014 году, то о ее совершении истец должен был узнать не позднее 2015 года (проведение общегодового собрания по итогам 2014 года).

Кроме того, ФИО2 являясь акционером общества в силу положения пункта 7 части 1 статьи 91 ФЗ «Об акционерных обществах» имел право знакомиться с документами общества.

При добросовестном отношении ФИО2 к своим правам и обязанностям акционера он вправе был обратиться в общество за получением документов о деятельности общества для последующего ознакомления с ними и получения конкретной информации об обществе и его деятельности.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что истец при добросовестном и разумном поведении и реализации своих прав как акционера Общества должен был узнать о существовании и реальном исполнении оспариваемого соглашения не позднее 2015 года.

В силу специального правового регулирования, предусмотренного статьей 84 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах», срок исковой давности по требованию о признании сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, недействительной в случае его пропуска восстановлению не подлежит.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Истец обратился в суд с настоящим иском 23.09.2019, что подтверждается штампом суда.

На основании изложенного, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований на основании п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 92 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" пунктом 1 статьи 174 ГК РФ установлены два условия для признания сделки недействительной: сделка совершена с нарушением ограничений, установленных учредительным документом (иными корпоративными документами) или договором с представителем, и противоположная сторона сделки знала или должна была знать об этом. При этом не требуется устанавливать, нарушает ли сделка права и законные интересы истца каким-либо иным образом.

В пунктах 3, 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 N 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" (далее - Постановление N 28) разъяснено, что лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее:

1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки;

2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников (акционеров), т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них. В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Об отсутствии нарушения интересов общества и его участников (акционеров) может свидетельствовать, в частности, следующее:

1) предоставление, полученное обществом по сделке, было равноценным отчужденному имуществу;

2) совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для общества;

3) сделка общества, хотя и была сама по себе убыточной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых общество должно было получить выгоду.

Таким образом, при рассмотрении требования о признании крупной сделки недействительной бремя доказывания обстоятельств, связанных с наличием у сделки признаков крупности и нарушением сделкой прав общества или его участников, лежит на истце, а наличие одобрения сделки - на обществе. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о ее совершении с нарушением порядка одобрения крупных сделок, судам следует учитывать то, насколько это лицо могло, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие у сделки признаков крупной сделки и несоблюдение порядка ее одобрения. В частности, контрагент должен был знать о том, что сделка являлась крупной и требовала одобрения, если это было очевидно любому разумному участнику оборота из характера сделки, например, при отчуждении одного из основных активов общества (недвижимости, дорогостоящего оборудования и т.п.). В остальных случаях презюмируется, что сторона сделки не знала и не должна была знать о том, что сделка являлась крупной (абзац пятый пункта 4 Постановления №28).

Судам также следует учитывать, что если невыгодность сделки для общества не была очевидной на момент ее совершения, а обнаружилась или возникла впоследствии, например, по причине нарушения контрагентом или самим обществом возникших из нее обязательств, то она может быть признана недействительной, только если истцом будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения. Оценивая наличие негативных последствий совершения крупной сделки основным обществом в отношении дочернего общества при рассмотрении требования о признании такой сделки недействительной по иску участников (акционеров) основного общества, следует учитывать, что отчуждение имущества в пользу дочернего общества, в том числе такого, акции (доли) которого полностью принадлежали основному обществу, может свидетельствовать о нарушении прав и законных интересов миноритарных участников (акционеров) основного общества, если оно направлено на лишение их на будущее возможности принимать управленческие решения в отношении данного имущества и получать выгоды от его использования в своих интересах.

Вместе с тем, в материалы дела не представлено доказательств причинения убытков обществу и его акционеру, в том числе чрезмерного размера процентов 12, 5% при сравнимых рыночных условиях.

Таким образом, доказательств несоответствия спорной сделки рыночным условиям либо заключения их на невыгодных для общества условиях с целью причинения вреда, а также того, что такой вред был причинен, в материалы дела не представлено.

На основании вышеизложенного исковые требования удовлетворению не подлежат.

В силу ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после принятия в Двадцатый арбитражный апелляционный суд путем подачи жалобы через Арбитражный суд Калужской области.

Судья подпись И.В. Чехачева