Постановление от 26 мая 2022 г. по делу № А75-10775/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А75-10775/2021


Резолютивная часть постановления объявлена 19 мая 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 мая 2022 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Мальцева С.Д.,

судей Туленковой Л.В.,

ФИО1,

при протоколировании судебного заседания с использованием средств аудиозаписи, рассмотрел кассационную жалобу акционерного общества «Югорская территориальная энергетическая компания - Региональные сети» на решение от 26.10.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры (судья Бухарова С.В.) и постановление от 02.02.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Рожков Д.Г., Солодкевич Ю.М., Сафронов М.М.) по делу № А75-10775/2021 по иску акционерного общества «Югорская территориальная энергетическая компания - Региональные сети» (628011, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) к акционерному обществу «Газпром энергосбыт Тюмень» (628426, Ханты-Мансийский автономный округ - Югра, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***>) о взыскании денежных средств.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - региональная энергетическая комиссия Тюменской области, Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, Ямало-Ненецкого автономного округа, акционерное общество «Россети Тюмень».

В судебном заседании приняли участие представители: акционерного общества «Газпром энергосбыт Тюмень» - ФИО2 по доверенности от 15.06.2021, акционерного общества «Россети Тюмень» - ФИО3 по доверенности от 26.05.2021.

Суд установил:

акционерное общество «Югорская территориальная энергетическая компания - Региональные сети» (далее – общество, истец) обратилось в Арбитражный суд Ханты-Мансийского автономного округа - Югры с иском к акционерному обществу «Газпром энергосбыт Тюмень» (далее – компания, ответчик) о взыскании 2 395 240 руб. 16 коп. неосновательного обогащения (стоимости услуг по передаче электрической энергии).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: региональная энергетическая комиссия Тюменской области, Ханты-Мансийского автономного округа – Югры, Ямало-Ненецкого автономного округа (далее - комиссия), акционерное общество «Россети Тюмень» (далее – общество «Россети Тюмень»).

Решением от 26.10.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры, оставленным без изменения постановлением от 02.02.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении иска отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, общество обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить решение и постановление, принять новый судебный акт об удовлетворении исковых требований.

В обоснование кассационной жалобы приведены следующие доводы: судами не учтено наличие различной судебной практики, которая в ряде случаев допускает взыскание платы за оказание услуг по передаче электрической энергии в пользу сетевой организации, приобретшей объекты электросетевого хозяйства в середине периода действия тарифного решения; в подобной ситуации основным критерием для определения исполнителя услуги по передаче электроэнергии является добросовестность поведения субъектов электроэнергетики, исключающая случаи приобретения сетевыми организациями объектов электросетевого хозяйства с целью неосновательного обогащения и причинения вреда иным хозяйствующим субъектам; приобретя спорные объекты, неся в связи с этим значительные расходы, в том числе затраты на содержание данного имущества, истец является ущемленной стороной, что требует обеспечения баланса интересов всех лиц, участвующих в процессе передачи энергоресурса конечным потребителям; вывод судов, указавших на отсутствие опровержения презумпции недобросовестности действий сетевой организации, является ошибочным.

Обществом «Россети Тюмень» представлен отзыв на кассационную жалобу, в котором возразило против приведенных доводов.

Учитывая надлежащее извещения общества и комиссии о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 Арбитражного кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), рассматривается в их отсутствие.

В судебном заседании представители компании и общества «Россети Тюмень» просили оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Рассмотрев кассационную жалобу в пределах ее доводов, которыми ограничивается рассмотрение дела судом кассационной инстанции (часть 1 статьи 286 АПК РФ, определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 302-ЭС15-17338), проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, суд округа не находит оснований для отмены либо изменения решения и постановления.

Судами установлено и следует из материалов дела, что отношения между компанией (заказчик) и обществом (исполнитель) урегулированы договором оказания услуг по передачи электрической энергии от 01.01.2016 № 11/16-У (далее – договор), в рамках которого стороны обязались предоставлять услуги по передаче электрической энергии (мощности) путем осуществления комплекса организационно и технологически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии, а также оплачивать услуги на согласованных условиях (пункты 2.1, 2.2 договора).

В связи с заключением между публичным акционерным обществом «Ростелеком» (арендодатель) и обществом (арендатор) договора аренды от 27.12.2019 № 0506/25/14/20, по которому обществу во временное владение и пользование предоставлено электротехническое оборудование (трансформаторные подстанции, комплексные трансформаторные подстанции, воздушные и кабельные линии, далее – спорное электросетевое имущества), у истца появились дополнительные точки поставки, в которых он начал оказывать ответчику услуги по передаче электроэнергии. Расходы на содержание спорного электросетевого имущества в тарифно-балансовой схеме, утвержденной на 2020, не учтены.

Общество направило ответчику дополнительное соглашение от 01.01.2020 № 86 к договору, включив арендованные объекты в качестве точек поставки с 01.01.2020.

Компания направила обществу протокол разногласий к дополнительному соглашению, согласно которому объемы потребления в отношении точек приема от сетей публичного акционерного общества «Федеральная сетевая компания Единой энергетической системы», опосредовано через сети акционерного общества «Транснефть-Сибирь» включаются в объем оказанных услуг обществом услуг только с 01.06.2020, в отношении всех остальных точек с 01.01.2021.

Направленные обществом балансы электрической энергии и акты оказания услуг по передаче электроэнергии за июль-декабрь 2020 года возвращены ответчиком с разногласиями, в результате которых объем электроэнергии, переданной по вышеуказанным точкам поставки, исключен из общего объема переданной электрической энергии, а сумма оплаты по договору уменьшена с июля по декабрь 2020 года на 2 395 240 руб. 16 коп.

Указывая на оплату за услуги по передаче электрической энергии, оказанные с использованием спорного электросетевого имущества в период с июля по декабрь 2020 года, истец, предварительно направив в адрес компании претензии от 12.01.2021, от 10.02.2021, обратился в арбитражный суд с иском.

Отказывая в иске, суд первой инстанции руководствовался положениями статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), статей 1, 23, 26 Федерального закона «Об электроэнергетике» от 26.03.2003 № 35-Ф3 (далее – Закон об электроэнергетике), пункта 42 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), пунктами 2, 7 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 (далее - Основы ценообразования), пунктами 19, 20, 49, 52 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных приказом Федеральной службы по тарифам от 06.08.2004 № 20-э/2 (далее - Методические указания), пунктами 1, 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), правовыми позициями, сформулированными в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 08.04.2015 № 307-ЭС14-4622, от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139, от 08.09.2016 № 307-ЭС16-3993, от 19.01.2017 № 305-ЭС16-10930 (1,2), от 04.09.2017 № 307-ЭС17-5281, от 28.12.2017 № 306-ЭС17-12804, от 04.06.2018 № 305- ЭС17-21623, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-20124, от 04.06.2018 № 305-ЭС17-22541, от 28.06.2018 № 306-ЭС17-23208, от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139, от 19.01.2017 № 305-ЭС16-10930(1,2).

Установив, что спорное электросетевое имущество перешло во владение общества с 01.01.2020, расходы на его содержание не учтены при утверждении тарифа на оказание услуг по передаче электрической энергии на 2020 год, в целях сохранения осуществления государственного регулирования стоимости услуг по передаче электрической энергии, суд первой инстанции пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований общества о взыскании неосновательного обогащения.

Поддерживая выводы суда первой инстанции, Восьмой арбитражный апелляционный суд указал, что приобретая объекты электросетевого хозяйства в середине периода тарифного регулирования, истец, являясь профессиональным участником розничного рынка электроэнергии, участвующий в тарифном регулировании, не мог не знать, что соответствующая сделка может привести к перераспределению «котловой» выручки с учетом новых объектов электросетевого хозяйства, не учтенных в тарифной модели.

Помимо изложенного апелляционной коллегией отмечено, что исчерпывающих доказательств, опровергающих презумпцию недобросовестности при принятии новых объектов в середине года, а также свидетельствующих о том, что истец действовал вынужденно, в материалы дела не представило.

По существу спор разрешен судами правильно.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 26.02.2018 № 10-П, содержащееся в главе 60 ГК РФ правовое регулирование обязательств вследствие неосновательного обогащения представляет собой, по существу, конкретизированное нормативное выражение лежащих в основе российского конституционного правопорядка общеправовых принципов равенства и справедливости в их взаимосвязи с получившим закрепление в Конституции Российской Федерации требованием о недопустимости осуществления прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц.

Пунктом 1 статьи 1102 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса.

Правила, предусмотренные названной главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2 статьи 1102 ГК РФ).

Из приведенных норм материального права следует, что приобретенное либо сбереженное за счет другого лица без каких-либо на то оснований имущество является неосновательным обогащением и подлежит возврату, в том числе, когда такое обогащение является результатом поведения самого потерпевшего. При этом в целях определения лица, с которого подлежит взысканию неосновательное обогащение, необходимо установить не только сам факт приобретения или сбережения таким лицом имущества без установленных законом оснований, но и то, что именно ответчик является неосновательно обогатившимся за счет истца и при этом отсутствуют обстоятельства, исключающие возможность взыскания с него неосновательного обогащения (пункт 16 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

По делам о взыскании неосновательного обогащения на истца возлагается обязанность доказать факт приобретения или сбережения имущества ответчиком, а на ответчика - обязанность доказать наличие законных оснований для приобретения или сбережения такого имущества либо наличие обстоятельств, при которых неосновательное обогащение в силу закона не подлежит возврату (пункт 7 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019).

Услуги сетевых организаций по передаче электроэнергии подлежат государственному ценовому регулированию (пункт 1 статьи 424 ГК РФ, статьи 4 и 6 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях», пункт 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике, пункты 6, 46 - 48 Правил № 861, подпункт 3 пункта 3 Основ ценообразования).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.12.2011 № 1178 утверждены Правила государственного регулирования (пересмотра, применения) цен (тарифов) в электроэнергетике (далее - Правила № 1178), в силу пункта 35 которых цены (тарифы) применяются в соответствии с решениями регулирующих органов, в том числе с учетом особенностей, предусмотренных нормативными правовыми актами в области электроэнергетики.

Конечные потребители оплачивают услуги по передаче электроэнергии по единому «котловому» тарифу, который гарантирует равенство тарифов для всех потребителей услуг, расположенных на территории субъекта Российской Федерации и принадлежащих к одной группе, и обеспечивает совокупную необходимую валовую выручку всех сетевых организаций региона, входящих в «котел».

Однако поскольку фактические затраты сетевых организаций в регионе различны, для получения положенной им экономически обоснованной необходимой валовой выручки (далее - НВВ) каждой паре сетевых организаций утверждается индивидуальный тариф взаиморасчетов, по которому одна сетевая организация должна передать другой дополнительно полученные денежные средства.

При этом тариф устанавливается так, чтобы обеспечить сетевой организации экономически обоснованный объем финансовых средств, необходимых для осуществления регулируемой деятельности в течение расчетного периода регулирования, то есть объем НВВ. Базовые величины для расчета ставок тарифов определяются исходя из характеристик объектов электросетевого хозяйства, находившихся в законном владении сетевой организации на момент принятия тарифного решения. Инициатором принятия тарифного решения является регулируемая организация, которая представляет в регулирующий орган исходные сведения для установления тарифа (Правила № 1178, раздел III Основ ценообразования, пункты 43, 44, 47 - 49, 52 Методических указаний).

Из указанных правовых норм следует, что в основе тарифа лежит экономическое обоснование НВВ регулируемой организации. Распределение совокупной НВВ всех сетевых организаций региона посредством применения индивидуальных тарифов для смежных пар объективно обусловлено составом электросетевого хозяйства сетевых организаций и объемом перетока электроэнергии через объекты электросетевого хозяйства.

По общему правилу сетевые организации получают плату за услуги по передаче электроэнергии по установленным им тарифам по тем объектам электросетевого хозяйства, которые учитывались регулирующим органом при принятии тарифного решения. Такой порядок распределения совокупной НВВ экономически обоснован и обеспечивает баланс интересов сетевых организаций.

Законодательство не запрещает сетевой организации получать плату за услуги по передаче электроэнергии с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в ее законное владение в течение периода регулирования, поскольку возникающий в этом случае дисбаланс корректируется впоследствии мерами тарифного регулирования (пункт 7 Основ ценообразования, пункт 20 Методических указаний).

Между тем, последствия поступления во владение сетевой организации объектов электросетевого хозяйства, состоявшегося после утверждения регулирующим органом тарифного решения на соответствующий период, и оказания сетевой организацией в этот период услуг по передаче электрической энергии, в том числе посредством использования таких объектов, находятся в зависимости от того, учтены ли расходы на содержание соответствующих объектов при установлении тарифов применительно к рассматриваемому периоду регулирования и, по сути, являются риском данной сетевой организации.

Если новые электросетевые объекты получены от иной сетевой организации (в порядке реорганизации юридического лица, по договорам купли-продажи, аренды, ссуды), являющейся участником того же «котла», то есть, когда при принятии тарифного решения регулятором устанавливался тариф на передачу электрической энергии в том числе посредством их использования, то предполагается, что затраты на их содержание и эксплуатацию у обеих сетевых организаций (правопредшественника и правопреемника) равны, пока не доказано обратное.

В ситуации, когда новые электросетевые объекты получены сетевой организацией от иного владельца, то есть, когда при принятии тарифного решения регулятором не устанавливался тариф на передачу электрической энергии, в том числе посредством их использования, это изменяет механизм распределения денежных средств по единому (котловому) тарифу - его получателем становится сетевая организация, приобретшая указанные объекты. При этом возникшая схема отношений не может повлечь за собой изменения утвержденной регулирующим органом котловой модели распределения денежных средств и ограничить получение смежными сетевыми организациями необходимой НВВ, учтенной при установлении тарифов.

Возможность субъекта электроэнергетики, являющегося лицом, обязанным оплатить услуги по передаче электрической энергии, оказанные сетевой организацией посредством использования новых электросетевых объектов, компенсировать незапланированные затраты в последующих тарифных периодах с использованием мер тарифного регулирования, не может служить мотивировкой допустимости нарушения сетевой организацией тарифно-балансового плана хозяйственной деятельности электросетевого комплекса региона. Иное правопонимание противоречит пункту 4 статьи 1 ГК РФ, поскольку поступление новых электросетевых объектов во владение сетевой организации находится в сфере субъективного контроля последней.

Кроме того, оплатив услуги по котловому тарифу, потребитель считается исполнившим свои обязательства, вследствие чего предъявление к нему требований об оплате услуг по передаче электрической энергии является необоснованным (определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2019 № 306-ЭС18-25562, от 28.06.2018 № 306-ЭС17-23208).

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств; каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (статьи 64, 65, 67, 68, 71 и 168 АПК РФ).

Оценив представленные в материалы судебного дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ в их совокупности и взаимной связи, установив, что перешедшее во владение общества с 01.01.2020 электросетевое имущество комиссией не учитывалось при утверждении тарифной схемы, регулирующей оказание услуг по передаче электрической энергии на 2020 год, приняв во внимание отсутствие объективных причин для неизбежного либо вынужденного приобретения истцом спорных объектов электросетевого хозяйства, исключающих возможность возложения на истца негативных последствий допущенного им делового просчета, обуславливающего невозможность включения расходов на содержание спорного электросетевого имущества в тариф, суды двух инстанций пришли к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для взыскания с ответчика в пользу истца платы за услуги по передаче электрической энергии с использованием спорных объектов электросетевого хозяйства и удовлетворения требований истца.

Суд округа считает, что при принятии обжалуемых решения и постановления судами с достаточной полнотой установлены все обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора, правильно применены нормы материального права, регулирующие отношения сторон, а также нормы процессуального права, устанавливающие принцип распределения бремени доказывания.

Оснований для иных выводов у суда округа не имеется.

Судами верно учтено отсутствие доказательств того, что истец действовал в ситуации вынужденности (судами явной необходимости и неизбежности в приобретении новых объектов электросетевого хозяйства у компании не установлено); недоказанность истцом экономической целесообразности сделки с точки зрения ожидаемого добросовестного и разумного поведения участника хозяйственного оборота, соответственно, не опровержение компанией обстоятельств, на которые аргументированно ссылался ответчик.

Суд округа отклоняет ссылку заявителя жалобы на судебную практику по другим делам, поскольку по каждому из них суды исходили из конкретных обстоятельств, не тождественных обстоятельствам рассмотренного спор.

Применяемая в регионе котловая модель «котел снизу» предполагала, что оплата услуг по передаче электрической энергии производится той сетевой организации, к сетям которой технологически присоединен потребитель, по единому котловому тарифу и с соблюдением правил, по которым устанавливался тариф. Получатель тарифной выручки от потребителя обязан перераспределять ее вышестоящей сетевой организации по индивидуальным тарифам.

В рассматриваемом случае, сознательно вступая в отношения владения спорными объектами электросетевого хозяйства в середине периода тарифного регулирования, что неизбежно приводит к изменению (нарушению) утвержденной тарифно-балансовой схемы региона на соответствующий период, территориальная сетевая организация - новый собственник таких объектов, как профессиональный участник соответствующего рынка, не может не осознавать, что данной тарифно-балансовой схемой не учтен ее экономический интерес на получение соответствующей платы (с учетом установленных судами обстоятельств отсутствия вынужденного характера таких действий по приобретению объектов), что является его предпринимательским риском.

В целом доводы, приведенные в кассационной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, направлены на переоценку доказательств по делу и оспаривание выводов судов по фактическим обстоятельствам спора, исследованных ими и получивших должную правовую оценку, тогда как в силу части 2 статьи 287 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке кассационного производства суд округа не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо были отвергнуты судом, либо предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими.

Нарушений при рассмотрении дела судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ являются безусловным основанием к отмене судебных актов, также не установлено. Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на подателя кассационной жалобы.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа,

постановил:

решение от 26.10.2021 Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры и постановление от 02.02.2022 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А75-10775/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий С.Д. Мальцев


Судьи Л.В. Туленкова


ФИО1