Решение от 26 мая 2021 г. по делу № А53-42002/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А53-42002/20
26 мая 2021 г.
г. Ростов-на-Дону


Резолютивная часть решения объявлена 24 мая 2021 г.

Полный текст решения изготовлен 26 мая 2021 г.

Арбитражный суд Ростовской области в составе судьи Колесник И. В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы дела по заявлениям общества с ограниченной ответственностью «Центрнефтегазстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>) и акционерного общества «Независимая Энергетическая Компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Южному таможенному управлению, Московской таможне

о признании незаконными решений от 02.11.2020 по ДТ № 10313110/310518/0016949 и № 10311020/060616/0001672, уведомления от 26.01.2021 №10129000/У2021/0002134

при участии:

от ООО «Центрнефтегазстрой»: представитель по доверенности ФИО2;

от ЮТУ: представители по доверенности ФИО3, ФИО4;

от АО «Независимая Энергетическая Компания»: представитель по доверенности ФИО5 (веб-конференция);

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Центрнефтегазстрой» (далее – заявитель) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением к Южному таможенному управлению (далее – заинтересованное лицо, таможня) о признании незаконными решения от 02.11.2020 по ДТ № 10313110/310518/0016949 и № 10311020/060616/0001672. Возбуждено производство по делу № А53-42002/2020.

Акционерное общество «Независимая Энергетическая Компания» (далее – заявитель) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением к Южному таможенному управлению, Московской таможне (далее – заинтересованные лица) о признании незаконными решений от 02.11.2020 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары №10311010/310518/0016949 и №10311020/060616/0001672, уведомления о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней от 26.01.2021 №10129000/У2021/0002134. Возбуждено производство по делу № А53-3288/2021.

Определением от 21.04.2021 производства по делам № А53-42002/2020 и А53-3288/21 объединены в одно производство с присвоением делу № А53-42002/20.

Представители ЮТУ в судебное заседание явились, полагают требования заявителей необоснованными по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениях к нему.

Представители заявителей в судебное заседание явились, поддержали заявленные требования.

Московская таможня не направила в суд представителя, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом.

Дело рассматривается в порядке ст. 156 АПК Российской Федерации в отсутствие представителя Московской таможни.

Изучив материалы дела, выслушав представителей сторон, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, ООО «Центрнефтегазстрой» в рамках контракта № CNGS-AR-011 от 04.05.2016 , заключённого с компанией NCG Services Company LTD (г. Никосия, Кипр) на таможенную территорию Таможенного союза в регионе деятельности Астраханской таможни был ввезен комплект сваебойного оборудования, бывшего в эксплуатации и задекларирован по ДТ №10311020/060616/0001672, в том числе: товар № 1 – гидравлический молот IHC Hydrohammer, модель IHC-280, серийный номер 85220003, бывший в употреблении, для сваебойных работ; товар № 2 – контейнер офисного типа со встроенным пультом управления гидравлическим молотом IHC-280, серийный номер 6.4.0010.D09; товар № 3 – контейнер-корпус транспортировочный для перевозки гидравлического силового блока питания, серийный номер 264705.

Комплект сваебойного оборудования был ввезён 06.06.2016 в таможенной процедуре «временный ввоз» (ИМ 53), а 31.05.2018 вышеуказанные товары были задекларированы ООО «Центрнефтегазстрой» в таможенной процедуре «выпуск для внутреннего потребления» (ИМ 40) по ДТ №10311010/310518/0016949.

Основанием для декларирования как в первом, так и во втором случае послужил контракт №CNGS-AR-011 от 04.05.2016.

По условиям контракта арендатору (ООО «Центрнефтегазстрой») предоставляется во временное платное пользование (аренду) б/у комплект сваебойного гидравлического оборудования IHC S-280 с запчастями согласно спецификации, приведённой в приложении № 1 контракта. Цель аренды – выполнение работ по свайному креплению опорных блоков платформы ЛСП-2 и ПЖМ-2 (п.п. 1.1, 1.3 контракта).

Передача оборудования в аренду, а также возврат из аренды осуществляется сторонами на территории стройплощадки арендатора, расположенной по адресу: Россия, 414017, <...> (п. 2.1 контракта).

Согласно п. 2.8 контракта срок аренды оборудования предварительно – до 30.06.2017, но он может меняться по согласованию сторон, что будет оформлено дополнительным соглашением к контракту.

Ежемесячная ставка за аренду оборудования составляет 9830,00 долларов США за весь комплект, за каждый месяц аренды, что согласовано сторонами в п. 3.1 контракта. Дополнительным соглашением к контракту от 22.12.2016 № 1 ставка за аренду изменена на суточную и составила 1150 долларов США за весь комплект оборудования за каждые календарные сутки.

Пунктом 3.3 контракта предусмотрено, что общая оценочная стоимость оборудования по настоящему контракту, на условиях DAP-Астрахань, Россия (Инкотермс 2010) составляет 442000,00 долларов США.

При таможенном декларировании товаров по ДТ №10311020/060616/0001672 и ДТ №10311010/310518/0016949 ООО «Центрнефтегазстрой» таможенная стоимость товаров определена в соответствии с положениями статьи 10 Соглашения между Правительством Республики Беларусь, Правительством Республики Казахстан и Правительством Российской Федерации от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза» (далее - Соглашение от 25.01.2008), статьи 45 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) резервным методом. Таможенная стоимость товаров была определена и заявлена декларантом на основании цены, определенной в пункте 3.3 контракта № CNGS-AR-011 от 04.05.2016 и спецификации №1 к нему – в размере: товар № 1 – 20 055 870,00 руб., товар № 2 – 8 690 877,00 руб., товар № 3 – 635 102,55 руб.

Таможенное оформление по указанным ДТ было осуществлено таможенным представителем АО «Независимая Энергетическая Компания» (далее - АО «НЭК», общество) на основании договора № АФЗЗО/2/14/040 от 21.10.2014 о возмездном оказании транспортно-экспедиционных услуг и услуг по таможенному декларированию.

Должностными лицами отдела регионального курирования службы таможенного контроля после выпуска товаров Южного таможенного управления в соответствии со статьёй 332 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) проведена камеральная таможенная проверка ООО «Центрнефтегазстрой», по результатам которой составлен Акт №10300000/210/280820/А000039 от 28.08.2020.

Основанием к проверке, как пояснили устно представители заинтересованного лица, послужили документы, полученные от оперативной таможни - копии экспортных таможенных документов, поданных в таможенный орган Туркменистана при их вывозе.

Предметом проверки явилась достоверность сведений, заявленных в таможенных декларациях № 10311020/060616/0001672 и № 10311010/310518/0016949, а также в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенных декларациях (пп. 2 п. 6 ст. 331 ТК ЕАЭС).

В ходе камеральной таможенной проверки должностным лицом Южного таможенного управления сформирован следующий вывод: по результатам анализа документов, представленных при таможенном декларировании и в ходе камеральной таможенной проверки, установлены факты, свидетельствующие о том, что ООО «Центрнефтегазстрой» нарушен п. 10 ст. 38 ТК ЕАЭС, п. 3 ст. 2 Соглашения между Правительством РФ, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза» и п. 4 ст. 65 ТК ТС в части достоверности и документальной подтверждённости информации, относящейся к определению таможенной стоимости товаров, задекларированных по ДТ №10311020/060616/0001672, №10311010/310518/0016949.

В основу указанного вывода таможенным органом положены следующие обстоятельства, установленные в ходе проведения таможенной камеральной проверки:

- анализ технико-коммерческого предложения N.C.G. Services company Ltd на аренду оборудования от 01.02.2016 № 010216 показал, что в нём отражена лишь ставка за аренду оборудования в месяц, сведения о стоимости проверяемого оборудования отсутствуют;

- информационное письмо N.C.G. Services company Ltd от 18.02.2016 № 012/16 содержит сведения об оценочной коммерческой стоимости, носит исключительно справочный характер и не является документом, подтверждающим таможенную стоимость;

- ООО «Центрнефтегазстрой» представлено две проформы-инвойса с одинаковыми реквизитами от 04.05.2016 № I-AR-008-02, в которых различается стоимость и состав комплекта оборудования № 1, что не позволяет определить стоимость товаров на основе указанных документов;

- заключение эксперта о рыночной стоимости, справка об остаточной стоимости оборудования, экспортная декларация, прайс-листы изготовителя или поставщика товаров, анализ рынка стоимости товаров ООО «Центрнефтегазстрой» не представлены;

- таможенная стоимость проверяемых товаров, заявленная ООО «Центрнефтегазстрой», более чем в 3 раза ниже по сравнению со стоимостью товаров, указанной в копиях экспортных таможенных документов, поданных в таможенный орган Туркменистана при их вывозе;

- единственным платежом за проверяемые товары в адрес N.C.G. Services company Ltd является платёж от 17.12.2018, совершённый лицом, взаимосвязанным с ООО «Центрнефтегазстрой», в размере 1 221 518,61 Евро;

- ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» (ИНН <***>) и ООО «Центрнефтегазстрой» являются юридически признанными деловыми партнерами;

- ООО «Центрнефтегазстрой» и ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг», ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» и N.C.G. Services company Ltd являются взаимосвязанными лицами.

Учитывая изложенные обстоятельства, Южное таможенное управление пришло к выводу о том, что таможенная стоимость товаров, задекларированных ООО «Центрнефтегазстрой» по ДТ № 10311020/060616/0001672, № 10311010/310518/0016949 не может быть определена на основе представленных обществом документов; не может быть определена 1, 2, 3, 4 и 5 методами определения таможенной стоимости; за основу определения таможенной стоимости может быть принята сумма арендных платежей, уплаченных в пользу арендодателя за указанный товар ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг», как лицом, взаимосвязанным с ООО «Центрнефтегазстрой».

Южным таможенным управлением (далее - ЮТУ) в отношении данных ДТ была проведена камеральная таможенная проверка, по результатам которой 28 августа 2020 года был утвержден акт №10300000/210/280820/А000039.

На основании акта камеральной таможенной проверки № 10300000/210/280820/А000039 ЮТУ были приняты решения от 02 ноября 2020 года (далее также - Решения):

о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10311010/310518/0016949;

о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10311020/060616/0001672.

Согласно указанным решениям, в ДТ № 10311020/060616/0001672 и № 10311010/310518/0016949 необходимо внести изменения в части базы для исчисления таможенных платежей (таможенной стоимости) - вместо общей таможенной стоимости трех товаров в размере 29 381 849,55 руб. необходимо указать таможенную стоимость в размере 84 202 656,77 руб.

Указанные изменения влекут для ООО «Центрнефтегазстрой» и АО «НЭК» (в качестве лица несущего по закону солидарную обязанность по уплате таможенных платежей) обязанность дополнительно уплатить следующие таможенные платежи (без учета пени):

1.ДТ №10311020/060616/0001672:

-по товару №1 - 1347 151,09 руб. ввозной пошлины и 5 092 231,13 руб. налога на добавленную стоимость (НДС);

-по товару № 2 - 1 027 462,91 руб. ввозной пошлины и 2 286 571,67 руб. НДС;

-по товару № 3 - 85 224,53 руб. ввозной пошлины и 168 744,74 руб. НДС;

2.ДТ № 10311010/310518/0016949:

-по товару № 1 - 523 892,13 руб. ввозной пошлины и 1 980 312,08 руб. НДС;

-по товару № 2 - 399 568,78 руб. ввозной пошлины и 889 222,42 руб. НДС;

-по товару № 3 - 33 142,92 руб. ввозной пошлины и 65 622,89 руб. НДС.

ООО «Центрнефтегазстрой» и АО «НЭК» с решениями Южного таможенного управления от 02.11.2020 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10313110/310518/0016949, № 10311020/060616/0001672 в отношении таможенной стоимости товаров, не согласилось, что и послужило основанием для их обращения в суд с заявлением, при рассмотрении которого суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Статьей 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при рассмотрении дел об оспаривании решений и действий (бездействия) государственных органов, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли решение или совершили действия (бездействие).

Частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и пунктом 6 Постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» предусмотрено, что условиями принятия арбитражным судом решения о признании недействительными ненормативных правовых актов и незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов является наличие одновременно двух обязательных условий: несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, а также нарушение прав и законных интересов заявителя.

Как следует из материалов дела, таможенная стоимость товаров по ДТ №10311020/060616/0001672 и ДТ №10311010/310518/0016949 была определена декларантом 6 (резервным) методом.

На момент декларирования оборудования по ДТ №10311020/060616/0001672 в таможенной процедуре «временный ввоз» (ИМ 53) действовал Таможенный кодекс Таможенного союза (далее – ТК ТС в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений).

Согласно пункту 1 статьи 64 ТК ТС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию таможенного союза, определяется в соответствии с международным договором государств - членов таможенного союза, регулирующим вопросы определения таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу.

В соответствии с пунктом 1 статьи 2 Соглашения между Правительством Российской Федерации, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза» (далее – Соглашение от 28.01.2008) основой определения таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, установленном в статье 4 данного Соглашения.

Пунктом 1 статьи 4 Соглашения от 28.01.2008 предусмотрено, что таможенной стоимостью товаров, ввозимых на единую таможенную территорию таможенного союза, является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на единую таможенную территорию таможенного союза и дополненная в соответствии со статьей 5 Соглашения.

В силу статьи 5 Соглашения от 28.01.2008 при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются расходы по перевозке (транспортировке) товаров до аэропорта, морского порта или иного места прибытия товаров на единую таможенную территорию таможенного союза.

Как следует из части 3 статьи 2 Соглашения от 28.01.2008 и части 4 статьи 65 ТК ТС, таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. В случае невозможности определения таможенной стоимости по цене сделки с ввозимыми товарами применяется последовательно каждый из методов, перечисленных в статьях 6 - 10 Соглашения от 28.01.2008. При этом каждый последующий метод применяется, если таможенная стоимость не может быть определена путем использования предыдущего метода.

Согласно ч.1, 2 ст.10 Соглашения от 25.01.2008, в случае если таможенная стоимость товаров не может быть определена в соответствии со статьями 4, 6 - 9 настоящего Соглашения, таможенная стоимость оцениваемых (ввозимых) товаров определяется на основе данных, имеющихся на таможенной территории Таможенного союза, путем использования методов, совместимых с принципами и положениями настоящего Соглашения. Методы определения таможенной стоимости товаров, используемые в соответствии с настоящей статьей, являются теми же, что и предусмотренные в статьях 4, 6 - 9 настоящего Соглашения, однако, при определении таможенной стоимости в соответствии с настоящей статьей допускается гибкость при их применении.

01.01.2018 вступил в силу Таможенный кодекс Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) в редакции, действующей на момент возникновения спорных правоотношений, согласно которого осуществлялось таможенное регулирование при декларировании товаров ООО «Центрнефтегазстрой» 31.05.2018 в таможенной процедуре «выпуск для внутреннего потребления» (ИМ 40) по ДТ №10311010/310518/0016949.

Положения главы 5 ТК ЕАЭС закрепляют порядок определения таможенной стоимости товаров и условия применения методов определения таможенной стоимости.

В соответствии с п. 10 ст. 38 ТК ЕАЭС при использовании первого метода определения таможенной стоимости товаров декларант обязан выполнить условия о документальном подтверждении, количественной определенности и достоверности стоимости сделки с ввозимыми товарами и дополнительных начислений, включаемых в структуру таможенной стоимости.

Согласно ч.ч.1, 2, 3 ст.45 ТК ЕАЭС, в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 - 44 настоящего Кодекса, таможенная стоимость таких товаров определяется исходя из принципов и положений настоящей главы на основе сведений, имеющихся на таможенной территории Союза. Методы определения таможенной стоимости товаров, используемые в соответствии с настоящей статьей, являются теми же, что и предусмотренные статьями 39 и 41 - 44 настоящего Кодекса, однако при определении таможенной стоимости в соответствии с настоящей статьей допускается гибкость при их применении. В случае наличия возможности применения нескольких методов определения таможенной стоимости товаров в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи необходимо придерживаться последовательности их применения.

Таможня не оспаривает правомерность выбора обществом шестого (резервного) метода определения таможенной стоимости товара ввиду отсутствия фактической продажи сваебойного оборудования и ценовой информации для применения иных методов определения таможенной стоимости.

По мнению таможни, обществом нарушен пункт 3 ст. 2 Соглашения между Правительством РФ, Правительством Республики Беларусь и Правительством Республики Казахстан от 25.01.2008 «Об определении таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза», пункт 4 ст.65 ТК ТС и пункт 10 ст.38 ТК ЕАЭС в части документального подтверждения сведений, относящихся к определению таможенной стоимости товаров, задекларированных по ДТ № 10311020/060616/0001672, № 10311010/310518/0016949.

В пунктах 8-10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» разъяснено, что при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса судам следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара.

В то же время выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса.

Система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки. При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

В то же время отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

Принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и часть 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации) (пункт 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза»).

В пунктах 13, 14 названного Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 49 от 26.11.2019 также разъяснено, что при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

Непредоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Из материалов дела следует, что обществом в целях документального подтверждения применения метода по стоимости сделки представлены в таможенный орган все имеющиеся у него документы, подтверждающие таможенную стоимость.

Представленные документы содержат всю необходимую информацию как для определения таможенной стоимости, так и для проверки достоверности указанных сведений.

Так, на момент возникновения спорных правоотношений действовал Порядок декларирования таможенной стоимости товаров, утверждённый Решением Комиссии Таможенного союза от 20.09.2010 № 376 «О порядках декларирования, контроля и корректировки таможенной стоимости товаров».

Приложение №1 к указанному Порядку № 376 содержит Перечень документов, представляемых при определении таможенной стоимости по резервному методу, в частности, к таковым относятся: договоры аренды, содержащие сведения о стоимости ввозимых товаров; счета-проформы, спецификации, содержащие стоимостную оценку товаров; другие документы и сведения, которые может представить декларант для подтверждения заявленной таможенной стоимости.

Из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, что в подтверждение заявленной таможенной стоимости ООО «Центрнефтегазстрой» на этапе таможенного декларирования и при проведении камеральной таможенной проверки были представлены следующие документы:

-контракт от 04.05.2016 №CNGS-AR-011, на основании которого временно ввезенное оборудование было арендовано;

-спецификация № 1 от 04.05.2016 к контракту от 04.05.2016 №CNGS-AR-011;

-проформа-инвойс от 04.05.2016 №I-AR-008-02;

-информационное письмо N.C.G. Services company Ltd от 18.02.2016 №012/16.

Суд критически оценивает довод таможни о том, что информационное письмо N.C.G. Services company Ltd от 18.02.2016 №012/16 и две проформы-инвойса с одинаковыми реквизитами от 04.05.2016 № I-AR-008-02, в которых различается стоимость и состав комплекта оборудования № 1, невозможно считать документами, позволяющими определить и подтвердить таможенную стоимость.

Исходя из анализа Перечня документов, утверждённого Порядком № 376, суд приходит к выводу, что Информационное письмо N.C.G. Services company Ltd от 18.02.2016 № 012/16 по своей сути относится законодателем к числу документов, представляемых при определении таможенной стоимости по резервному методу.

Приведённая информационная справка, полученная декларантом от арендодателя, является частью коммерческой переписки сторон контракта, имеет непосредственное отношение к контракту от 04.05.2016 №CNGS-AR-011, ввезённым на основании этого контракта товарам и отражает согласование сторонами оценочной стоимости предмета аренды.

Суд также обращает внимание, что сведения о коммерческой стоимости товара, указанные в Информационном письме N.C.G. Services company Ltd от 18.02.2016 №012/16, нашли своё отражение и в положениях контракта, заключённого в последствии между контрагентами.

В частности, согласно п. 3.3 контракта от 04.05.2016 №CNGS-AR-011 предусмотрено, что общая оценочная стоимость оборудования по настоящему контракту, на условиях DAP-Астрахань, Россия (Инкотермс 2010) составляет 442000,00 долларов США.

Кроме того, таможенным органом ни в акте камеральной таможенной проверки, ни в оспариваемых решениях, ни в процессе судебного разбирательства не оспорена достоверность и документальная подтвержденность сведений, послуживших основанием для определения таможенной стоимости спорного товара, указанных в иных документах, имеющих прямое отношение к внешнеэкономической сделке – контракт от 04.05.2016 №CNGS-AR-011 и спецификация №1 от 04.05.2016 к нему.

Данные документы содержат сведения об оценочной стоимости предмета аренды - 442 000 долларов США.

Доводы таможни о том, что представление декларантом двух проформ-инвойсов с одинаковыми реквизитами от 04.05.2016 № I-AR-008-02, в которых различается стоимость и состав комплекта оборудования № 1, не позволяет определить стоимость товаров, отклоняются судом ввиду следующего.

Как следует из описательной части акта №10300000/210/280820/А000039 от 28.08.2020 и принятых на его основании оспариваемых решений, в представленном ООО «Центрнефтегазстрой» пакете документов содержатся две проформы-инвойса с одинаковыми реквизитами от 04.05.2016 № I-AR-008-02. Анализ данных документов показал, что стоимость комплекта №1 по одной проформе составляет 304 000 долларов США, а по другой проформе – 300 000 долларов США, при этом комплект № 1 дополнительно включает в себя: гидравлический силовой блок питания, IHC P 800 L, серийный номер 210800А01, 2004 г.в. – 1 шт., с вмонтированными транспортировочными скобами – 6 шт.

В ходе судебного разбирательства судом было установлено, что после получения арендуемого оборудования обществом до момента таможенного декларирования было установлено различие в перечне товаров, указанных отправителем в проформе-инвойсе и переданных арендатору товаров, имеющих вспомогательное значение, которые были указаны в коносаменте.

Из пояснений заявителей и материалов дела следует, что в целях проверки сведений о товарах, фактически прибывших в адрес ООО «Центрнефтегазстрой», и в связи с тем, что перечень оборудования, указанный в инвойсе, отличался от перечня, указанного в коносаменте, обществом был проведен предварительный осмотр товаров, находящихся на временном хранении, до их таможенного декларирования.

В результате было установлено, что в проформе-инвойсе отправитель указал не все товары, фактически прибывшие в порт Астрахань. В инвойсе не были отражены товары, имеющие вспомогательное значение (запчасти, инструменты, расходные материалы) по отношению к основным товарам.

После получения декларантом откорректированного инвойса от арендодателя в адрес начальников таможенных постов Астраханской таможни были направлены письменные обращения ООО «Центрнефтегазстрой» об использовании скорректированных инвойсов.

Первоначальная и скорректированная проформы-инвойсы содержат идентичные данные об общей оценочной стоимости оборудования – 442 000,00 долларов США, что коррелируется с данными преддоговорной коммерческой переписки и ценой оборудования, согласованной в контракте от 04.05.2016 №CNGS-AR-011 и спецификации к контракту.

Суд также принимает во внимание положения коносамента, согласно которому гидравлический силовой блок питания, IHC P 800 L, серийный номер 210800А01, 2004 г.в. транспортировался в составе комплекта № 2, а не № 1.

Однако, ошибочное указание данного гидравлического блока питания в составе комплекта № 1 в скорректированной проформе-инвойсе не может являться безусловным основанием для исключения проформы-инвойса от 04.05.2016 №I-AR-008-02 из перечня документов, учитываемых при определении таможенной стоимости.

Неточности в документе, допущенные контрагентом при переоформлении проформы-инвойса, не повлияли на общую оценочную стоимость оборудования.

Равно как и не могут повлиять на оценочную стоимость оборудования отличные от представленных при декларировании товаров сведения, которые были представлены арендодателем в таможенные органы Туркменистана, в части указания условий поставки FCA Хазар.

Так, из приобщённых к материалам дела таможенных деклараций (07313-11.02.1-000315; 07313-25.01.1-000110) и коммерческих инвойсов (№ I-00530-1, № I-00530-2), полученных от оперативной таможни, следует, что спорное оборудование ввозилось в 2011 году на территорию Туркменистана, стоимость комплекта указанного оборудования составляла 1 600 000 евро.

Заявитель через своего арендодателя запросил сведения у индивидуального предприятия «Азия-Улаглары», которое оказывало услуги по таможенному оформлению спорного груза при вывозе товара с территории Туркменистана, которое письмом исх. 162 от 20.02.2020 уведомило, что в рамках законодательства Таможенной Службы Туркменистана, стоимость товаров, ввезенных на территорию Туркменистана и задекларированных в режиме «временный ввоз», при обратном вывозе данного товара стоимость его должна соответствовать ввозной стоимости и оставаться неизменной согласно «Положения о таможенном режиме временного ввоза». Индивидуальное предприятие «Азия-Улаглары» имеет лицензию на осуществление деятельности по таможенному оформлению грузов, соответствующие сертификаты и разрешения.

Относительно таких нормативных установлений в законодательстве Туркменистана, возражений со стороны таможенного органа не поступило, то есть факт, что по закону Туркменистана ввозная стоимость должна соответствовать вывозной независимо от срока эксплуатации оборудования, не оспорен, что зафиксировано в аудио протоколе от 24.05.2021.

В свою очередь, таможенная стоимость комплекта бывшего в употреблении гидромолота IHC-280, который находился в эксплуатации в период с 2011 года по 2016 год на территории Туркменистана при вывозе составляла 1 600 000 евро, что не оспаривается сторонами и именно данные сведения и предоставила Южная оперативная таможня.

Учитывая, что по условиям п. 3.3 контракта №CNGS-AR-011 от 04.05.2016 доставка оборудования осуществлялась на условиях DAP-Астрахань, Россия (Инкотермс 2010) и, соответственно, декларант не понёс расходов, связанных с перевозкой оборудования, можно прийти к выводу, что таможенная стоимость товаров в размере 442 000 долл. США не подлежит дополнению расходами на перевозку.

Вместе с тем, выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС.

Из материалов дела следует, что ООО «Центрнефтегазстрой» при декларировании товаров были представлены основные документы, отражающие стоимость товаров, согласованную сторонами сделки, а именно: контракт от 04.05.2016 г. №CNGS-AR-011 и спецификацию №1 от 04.05.2016 к указанному контракту.

Указанные обстоятельства находят своё отражение в акте камеральной проверки, достоверность данных документов таможенными органами под сомнение не ставится.

Однако, ни в самом акте, ни в заключении по возражениям общества на акт камеральной проверки, представленным в ЮТУ, таможенным органом не указано, в силу каких обстоятельств стоимость оборудования, указанная в контракте и спецификации, не может быть учтена при определении таможенной стоимости декларируемых товаров.

Также отклоняются судом доводы таможни о взаимосвязи ООО «Центрнефтегазстрой» и ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг».

В основу указанного довода положены установленные таможенным органом обстоятельства, в частности, что данные компании:

- являются юридически признанными деловыми партнерами, то есть связаны договорными отношениями, действуют в целях извлечения прибыли и совместно несут расходы и убытки, связанные с осуществлением совместной деятельности (абз. 1 стр. 15 Акта, стр. 9 Решений);

- вместе прямо или косвенно контролируют третьих лиц (абз. 5 стр. 16 Акта, стр. 10 Решений).

Понятие «взаимосвязанные лица» закреплено в ст. 37 ТК ЕАЭС.

Из анализа указанной нормы следует, что для признания лиц взаимосвязанными последние должны отвечать хотя бы одному из признаков, приведённых в статье 37 ТК ЕАЭС, как-то: являться юридически признанными деловыми партнерами, то есть быть связанными договорными отношениями, действовать в целях извлечения прибыли и совместно нести расходы и убытки, связанные с осуществлением совместной деятельности; вместе они прямо или косвенно контролируют третье лицо.

Таможенным органом не представлено доказательств, подтверждающих, что декларант осуществляет совместную деятельность с ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг», действуя при этом совместно с целью извлечения прибыли, а также, что ООО «Центрнефтегазстрой» несёт при этом совместные с ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» расходы и убытки.

ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» и ООО «Центрнефтегазстрой» работают на объектах Лукойла, это российские юридические лица. В процессе работы заявитель выполнял субподрядные работы для ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг».

Таможенное законодательство применяет термин взаимозависимость только в отношении покупателя и продавца, то есть российского и иностранного юридического лица (ст. 39 ТК ЕАЭС), в отношении российский юридических лиц это понятие таможенным законодательством не регламентируется.

Довод таможни о том, что указанные лица несут солидарную ответственность на основании договора субподряда от 01.02.2017 № СП/16V0777-075 сделан таможенном органом без учёта следующих обстоятельств.

В силу положений п.п. 3.1, 3.3, 8.2, 13.1 Договора и с учётом положений дополнительного соглашения №1 от 28.04.2017 срок действия договора определяется временным промежутком с 01.02.2017 по 04.12.2017.

Таким образом, договорные отношения сторон, как подрядчика и субподрядчика на основании договора от 01.02.2017 № СП/16V0777-075 не могут учитываться в целях контроля таможенной стоимости товаров в силу того, что таможенное декларирование товаров по ДТ №10311020/060616/0001672 и ДТ №10311010/310518/0016949 имело место в другой период, а именно 06.06.2016 и 31.05.2018, когда ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» и ООО «Центрнефтегазстрой» подрядчиком и субподрядчиком не являлись.

При этом, довод таможенного органа о солидарной ответственности сторон договора субподряда от 01.02.2017 №СП/16V0777-075 сформулирован без проведения анализа иных условий договора, которые позволяют сделать вывод о том, что договор по сути разграничивает ответственность каждой стороны в том случае, если убытки причинены третьим лицам по вине одной из сторон либо убытки причинены одной стороной другой стороне (п.п.10.5, 10.6, 10.7, 10.8 Договора).

Судом отклоняется довод таможни о представлении беспроцентного займа, как основания полагать о взаимосвязанности лиц в понимании ст. 37 ТК ЕАЭС, поскольку заключение договора займа является общегражданской сделкой, регламентируемой пар. 1 гл. 42 ч. 2 ГК РФ, а указание или не указание в договоре процентов за пользованием займом является допустимой правовой конструкцией по смыслу ч. 1 ст. 809 ГК РФ.

В отношении ввезенного товара они покупателем и продавцом не являются.

Суд также не находит обоснованным довод таможенного органа о наличии в отношениях ООО «Центрнефтегазстрой» и ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» такого признака взаимосвязанности лиц, как осуществление совместного контроля третьих лиц.

Согласно ст. 37 ТК ЕАЭС, лицо считается контролирующим другое лицо, если оно юридически или практически имеет возможность ограничивать действия этого лица или управлять ими.

Вместе с тем, таможенным органом ни в акте, ни суду не приведены доказательства, подтверждающие осуществление вышеуказанными компаниями совместных управленческих и контролирующих функций в отношении третьего лица (которое также не казано и не поименовано) на момент таможенного декларирования товаров по ДТ №10311020/060616/0001672 и ДТ №10311010/310518/0016949.

Приведение в акте перечня физических лиц, которые в различные периоды времени являлись участниками и/или руководителями юридических лиц, без указания, в какой период и в отношении каких лиц ООО «Центрнефтегазстрой» и ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» имели юридическую или практическую возможность совместно ограничивать действия таких лиц или управлять ими, само по себе не свидетельствует о взаимосвязанности ООО «Центрнефтегазстрой» и ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг».

Таможенный орган в процессе судебного разбирательства не привел суду конкретных пояснений и доказательств того, в какой период времени и в отношении каких лиц ООО «Центрнефтегазстрой» и ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» вместе прямо или косвенно осуществляли контроль в какой бы то ни было форме.

Таким образом, отсутствие доказательств в подтверждение взаимосвязанности ООО «Центрнефтегазстрой» и ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» по признакам совместного контроля третьих лиц, в том числе на момент таможенного декларирования товаров 06 июня 2016 года и 31 мая 2018 года, указывает на необоснованность вывода таможенного органа о наличии условий взаимосвязанности лиц в понимании ст. 37 ТК ЕАЭС.

Проверив порядок определения таможенным органом таможенной стоимости оборудования, исходя из общей суммы платежей по договору аренды этого оборудования, заключенному между иными лицами без участия заявителя, суд приходит к следующим выводам.

В основу указанного вывода таможенным органом положена ссылка на письмо ФТС России от 19.11.2008 № 05-33/48386, в котором разъясняется возможность определения таможенной стоимости товара при резервном методе, исходя из суммы арендных (лизинговых) платежей, рассчитанная на весь срок полезного использования объекта аренды (предмета лизинга), если договором аренды (лизинга) не предусмотрен переход права собственности к арендатору (лизингополучателю).

Из преамбулы указанного письма следует, что указанные разъяснения касаются товаров, ввозимых по договору аренды, а, следовательно, и расчёт таможенной стоимости допускается производить исходя из договора аренды (лизинга), по которому указанный товар завозился.

Однако, таможенный орган, при определении стоимости оборудования принял во внимание сумму платежей за аренду указанного оборудования не по контракту, в рамках которого производился ввоз и декларирование товаров, а по иному договору аренды, заключённому в иной период, с иным лицом, а также на условиях, существенно отличающихся от контракта от 04.05.2016 №CNGS-AR-011.

Согласно ч. 11 ст. 38 ТК ЕАЭС процедуры определения таможенной стоимости товаров должны быть общеприменимыми, то есть не различаться в зависимости от источников поставки товаров, в том числе от происхождения товаров, вида товаров, участников сделки и других факторов.

Исходя из материалов камеральной таможенной проверки следует, что аренда задекларированного оборудования производилась компанией ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» по контракту от 16.01.2018 № CNGS-AR-020 в период с 01.06.2018 по 31.12.2018, ставка арендной платы – 9 060 долл. США/сут. (п. 3.1 контракта).

Стоимость аренды оборудования согласно актам о приёмке оказанных услуг составила 1 386 180 долларов США, которые 17.12.2018 были уплачены ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» в адрес N.C.G. Services company Ltd.

Сопоставляя произведённую оплату по договору с тем фактом, что ООО «Центрнефтегазстрой» в бухгалтерских документах 31.12.2018 отражён взаимозачет задолженности по контракту с N.C.G. Services company Ltd, таможенный орган пришел к выводу о том, что единственным платежом за проверяемые товары в адрес N.C.G. Services company Ltd является платёж от 17.12.2018, совершённый лицом, взаимосвязанным с ООО «Центрнефтегазстрой», в размере 1 221 518, 61 евро.

Из пояснений декларанта, представляемых также в таможенный орган в рамках возражений на акт камеральной таможенной проверки следует, что между ООО «Центрнефтегазстрой», ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» и N.C.G. Services company Ltd не существует соглашений о том, что платеж ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» от 17.12.2018 в размере 1 221 518,61 евро осуществляется в счет погашения долга ООО «Центрнефтегазстрой» перед N.C.G. Services company Ltd.

Судом исследовано соглашение о погашении долговых обязательств от 09.01.2019, заключённое между ООО «Центрнефтегазстрой» и N.C.G. Services company Ltd, по условиям которого стороны зафиксировали существующую задолженность перед N.C.G. Services company Ltd в рублях по курсу ЦБ РФ на 31.12.2018, в том числе по контракту от 04.05.2016 №CNGS-AR-011 в размере 45 822 020,66 руб. – эквивалент 659 588,67 долл. США. Срок погашения задолженности определён Сторонами до 31.12.2021.

Как пояснил представитель заявителя в заседании, данная операция проведена в бухгалтерском учёте как «взаимозачет задолженности», поскольку производилась смена валюты задолженности на рубли РФ, что следует также из представленной первичной документации по данной хозяйственной операции.

Кроме того, между ООО «Центрнефтегазстрой» и N.C.G. Services company Ltd заключён договор цессии № 03/2020 от 23.03.2020, по условиям которого ООО «Центрнефтегазстрой», имея задолженность перед N.C.G. Services company Ltd, в общем размере 245 534 193,37 руб. (в том числе по контракту от 04.05.2016 №CNGS-AR-011 в размере 45 822 020,66 руб.), уступает в счет указанной задолженности права требования к ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» по трем договорам на общую сумму 245 534 193,37 руб. В бухгалтерском учете ООО «Центрнефтегазстрой» кредиторская задолженность перед NCG Services Company Ltd. (Кипр, Никосия) списана в 3 квартале 2020 года.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что задолженность по арендной плате, возникшая из контракта, по которому был ввезён задекларированный товар, была погашена 23.03.2020 на основании договора цессии, а не платежом ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» в адрес N.C.G. Services company Ltd от 17.12.2018.

Платёж в сумме 1 386 180 долларов США производился не связанным с декларантом лицом, во исполнение обязательств этого лица по иному контракту на аренду оборудования, которое представлялось на иных условиях и в иной период времени. Оплата аренды производилась компанией ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» за период с июня по октябрь 2018 года, то есть уже после декларирования оборудования 31.05.2018 в таможенной процедуре «выпуск для внутреннего потребления» (ИМ 40) по ДТ №10311010/310518/0016949.

При этом, обязательства по оплате суточной ставки аренды, взятые на себя ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» и значительно превышающие ставку, по которой оборудование ранее было арендовано декларантом, не может являться основанием для вывода о недостоверности или занижении стоимости арендованного оборудования Обществом, отражённой в контракте от 04.05.2016 № CNGS-AR-011. Приведённые обстоятельства указывают на различные условия при осуществления коммерческой деятельности между несколькими хозяйствующими субъектами, а отсюда и не могут служить базой для корректировки таможенной стоимости товаров, ввозимых 06.06.2016 на таможенную территорию по иному контракту.

Таким образом, таможенным органом сделан ошибочный вывод о том, что операция по взаимозачету от 31.12.2018, отражённая в документах бухгалтерского учёта ООО «Центрнефтегазстрой» на сумму 659 588,67 долл. США может быть отождествлена с платежом ООО «Си Эн Жи Эс Инжениринг» в размере 1 386 180 долларов США, как зачётом в счет погашения долга Общества перед N.C.G. Services company Ltd по контракту от 04.05.2016 №CNGS-AR-011.

Проанализировав письмо ФТС России от 19.11.2018 № 05-33/48386, суд также пришел к выводу о том, что ссылка Южного таможенного управления на него несостоятельна по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст.4 Федерального закона от 27.11.2010 № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» (действовал на даты таможенного декларирования спорного оборудования) правовые отношения, связанные с перемещением товаров через таможенную границу Таможенного союза, регулируются в соответствии с таможенным законодательством Таможенного союза.

Согласно п.1 ст.3 Таможенного кодекса Таможенного союза (ТК ТС, действовал на даты таможенного декларирования спорного оборудования) таможенное законодательство таможенного союза состоит из:

- ТК ТС;

- международных договоров государств - членов таможенного союза, регулирующих таможенные правоотношения в таможенном союзе;

- решений Комиссии таможенного союза, регулирующих таможенные правоотношения в таможенном союзе, принимаемых в соответствии с настоящим Кодексом и международными договорами государств - членов таможенного союза.

Кроме того, статья 4 Федерального закона от 27.11.2010 № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации» содержала также следующие нормы:

- отношения в области таможенного дела в Российской Федерации регулируются таможенным законодательством Таможенного союза и законодательством Российской Федерации о таможенном деле. Законодательство Российской Федерации о таможенном деле состоит из настоящего Федерального закона и принимаемых в соответствии с ним иных федеральных законов (пункт 3);

- правовые отношения в области таможенного дела в Российской Федерации могут регулироваться также указами Президента Российской Федерации (пункт 6);

- на основании и во исполнение федеральных законов в области таможенного дела в Российской Федерации, указов Президента Российской Федерации Правительство Российской Федерации издает постановления и распоряжения в области таможенного дела в Российской Федерации (пункт 7);

- федеральные органы исполнительной власти принимают нормативные правовые акты по предмету регулирования настоящего Федерального закона только в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами, актами Президента Российской Федерации, Правительства Российской Федерации (пункт 8).

Согласно статье 112 Федерального закона от 27.11.2010 № 311-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации»:

- определение таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза при их ввозе в Российскую Федерацию, осуществляется в соответствии с международным договором государств - членов Таможенного союза, регулирующим вопросы определения таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза, с учетом особенностей его применения в случаях, установленных Таможенным кодексом Таможенного союза (п.1 ст.112);

- Правительство Российской Федерации устанавливает порядок определения таможенной стоимости товаров, вывозимых из Российской Федерации (п.2 ст.112);

- декларирование, контроль и корректировка таможенной стоимости товаров, перемещаемых через таможенную границу Таможенного союза при ввозе в Российскую Федерацию, осуществляются в соответствии с главой 8 Таможенного кодекса Таможенного союза (п.3 ст.112);

- федеральный орган исполнительной власти, уполномоченный в области таможенного дела, по согласованию с федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным в области финансов, устанавливает порядок контроля таможенной стоимости товаров, вывозимых из Российской Федерации (п.4).

Правовые нормы, аналогичные вышеизложенным, в настоящее время установлены статьями 4, 23 Федерального закона от 03.08.2018 № 289-ФЗ «О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации».

Из вышеизложенного следует, что Федеральная таможенная служба РФ не является субъектом, который вправе издавать нормативные правовые акты, а также письма и иные разъяснения по вопросам определения таможенной стоимости.

Учитывая, что судом признан необоснованным вывод таможенного органа об определении таможенной стоимости оборудования в размере 1 221 518,61 евро (как погашение задолженности в сумме 1 386 180 долларов США перед N.C.G. Services company Ltd по контракту от 04.05.2016г. №CNGS-AR-011), то и определение стоимости запчастей и комплектующих к проверяемому оборудованию, задекларированных по ДТ №10311010/070616/0002497 и ДТ №10311020/070616/0001681, путём вычета их стоимости из платежа в размере 1 221 518,61 евро – также является необоснованным.

При этом, таможенный орган, опровергая выводы о достаточности документов и сведений, представленных заявителем для подтверждения стоимости ввезённых товаров, не учитывает специфику, износ и амортизацию товаров на момент декларирования.

Так, из приобщённых к материалам дела таможенных деклараций (07313-11.02.1-000315; 07313-25.01.1-000110) и коммерческих инвойсов (№ I-00530-1, № I-00530-2), следует, что спорное оборудование ввозилось в 2011 году на территорию Туркменистана, стоимость комплекта указанного оборудования составляла 1 600 000 евро.

В свою очередь, таможенная стоимость комплекта бывшего в употреблении гидромолота IHC-280, который находился в эксплуатации в период с 2011 года по 2016 год на территории Туркменистана, определена таможенным органом в размере 1 221 518,61 евро, что составляет 76% стоимости этого оборудования при его ввозе в Туркменистан в 2011 году.

Указанный вывод таможенного органа является необоснованным в виду следующего.

Судом при рассмотрении дела исследовано заключение аудиторской компании WTORMA № 58 от 01.09.2020, коммерческие предложения на поставку новых и бывших в употреблении гидравлических молотов компании-производителя спорного оборудования IHC IQIP B.V. (Нидерланды), информационные письма официального представителя производителя оборудования в России – ООО «Тракоза Партс энд Сервисез» от 05.02.2021 №11\19\20И, письма компании-арендодателя оборудования, N.C.G. Services company Ltd.

Из анализа указанных документов следует, что спорное оборудование на протяжении пяти лет эксплуатировалось в Туркменистане и не подвергалось капитальному ремонту, в связи с чем снижение коммерческой стоимости такого оборудования составляет от 40% до 80% от цены нового оборудования, поставляемого производителем.

Суд также находит обоснованными доводы заявителей об истечении срока полезного использования оборудования, а также снижении его остаточной стоимости по истечении пяти лет эксплуатации, что следует из положений ч. 1 ст. 258, п. 2 ст. 259.1 Налогового кодекса РФ, постановления Правительства РФ от 01.01.2002 № 1 «О Классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы».

При этом, сведения об остаточной стоимости оборудования на момент ввоза на территории Таможенного союза, вопреки доводам таможенного органа, представлялись декларантом, а также арендодателем спорного оборудования, компанией N.C.G. Services company Ltd при проведении камеральной таможенной проверки, что подтверждается письмом ООО «Центрнефтегазстрой» № 2/2-20 от 28.02.2020, направленным в Южное таможенное управление.

Исходя из изложенного и учитывая, что в рассматриваемом случае договор аренды не предусматривал перехода права собственности на предмет аренды, фактическая продажа указанного объекта для ввоза на территорию Таможенного союза не осуществлялась, ценовая информация для применения методов с 1-го по 5-й отсутствовала, суд приходит к выводу о том, что адекватным (разумным) механизмом определения таможенной стоимости является цена товаров согласно сделке, которую доказал арендатор оборудования. Указывая на недостоверность заявленной арендатором таможенной стоимости, таможенный орган не опроверг доводы ООО «Центрнефтегазстрой» иными доказательствами, свидетельствующими об иной стоимости сделки для декларанта, которая соответствует критерию максимально возможной степени стоимости.

Кроме того, суд учитывает, что ссылаясь на письмо ФТС и Соглашение при расчете таможенный орган не использовал срок полезного использования оборудования и его не исчислили и не установил, то есть применив формулу, не использовал исходные данные для ее расчета.

Пояснить суду, почему не были истребованы какие-либо доказательства от оперативной таможни, кроме копий деклараций, послуживших основанием для проверки, согласно которым ввозная стоимость соответствует вывозной, почему применив формулу согласно письма ФТС, не установлен срок полезного использования оборудования, почему не было проведено экспертизы по вопросу определения рыночной стоимости оборудования и т.п. таможенный орган не смог. Согласно письма, на которое ссылается таможенный орган, а также решения № 23, таможенная стоимость может быть исчислена исходя из стоимости арендных платежей на весь срок полезного использования объекта аренды, а эти обстоятельства также не установлены и не использованы таможенным органом.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что оснований для корректировки заявленной обществом в ДТ №10313110/310518/0016949 и ДТ №10311020/060616/0001672 таможенной стоимости товара, у Южного таможенного управления не имелось.

При изложенных обстоятельствах требования ООО «Центрнефтегазстрой» и АО НЭК» о признании незаконными решений Южного таможенного управления от 02.11.2020 о корректировке таможенной стоимости товара, задекларированного по декларациям №10313110/310518/0016949 и №10311020/060616/0001672 законны и обоснованы, а, следовательно, подлежат удовлетворению.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что оснований для корректировки заявленной обществом в ДТ №10313110/310518/0016949 и ДТ №10311020/060616/0001672 таможенной стоимости товара у Южного таможенного управления не имелось.

При изложенных обстоятельствах, требования о признании незаконным решений Южного таможенного управления от 02.11.2020 о корректировке таможенной стоимости товара, задекларированного по декларациям №10313110/310518/0016949 и №10311020/060616/0001672 законны и обоснованны, а, следовательно, подлежат удовлетворению.

Учитывая, что уведомление Московской таможни основано на решении по ДТ № 10311010/310518/0016949, выставленное в адрес ООО «НЭК» о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней от 26.01.2021 №10129000/У2021/0002134, то оно также является незаконным.

Расходы по оплате государственной пошлины в силу ст. 110 АПК РФ подлежат отнесению на заинтересованное лицо.

В связи с этим с Южного таможенного управления в пользу общества с ограниченной ответственностью «Центрнефтегазстрой» следует взыскать в возмещение расходов по уплате государственной пошлины 6000 рублей, уплаченных обществом при обращении в суд по платежному поручению № 85 от 01.12.2020.

С Южного таможенного управления в пользу акционерного общества «Независимая Энергетическая Компания» подлежат взысканию судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 9000 руб.

Акционерному обществу «Независимая Энергетическая Компания» из федерального бюджета подлежат возврату 3000 руб. излишне оплаченной государственной пошлины платежным поручением № 351 от 29.01.2021 на сумму 12000 руб.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

Признать недействительными решения Южного таможенного управления от 02.11.2020 о внесении изменений в сведения, заявленные ООО «Центрнефтегазстрой» в декларациях на товары № 10311010/310518/0016949 и № 10311020/060616/0001672, уведомление о неуплаченных в установленный срок суммах таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней от 26.01.2021 №10129000/У2021/0002134, как несоответствующие Таможенному кодексу Евразийского экономического союза и законодательству Российской Федерации о таможенном деле.

Взыскать с Южного таможенного управления в пользу общества с ограниченной ответственностью «Центрнефтегазстрой» (ИНН <***>, ОГРН <***>) судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 6000 рублей.

Взыскать с Южного таможенного управления в пользу акционерного общества «Независимая Энергетическая Компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) судебные расходы по уплате государственной пошлины в размере 9000 рублей.

Возвратить акционерному обществу «Независимая Энергетическая Компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>) из дохода федерального бюджета 3000 руб. излишне оплаченной государственной пошлины платежным поручением № 351 от 29.01.2021 на сумму 12000 руб.

Решение суда по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия решения через суд, принявший решение.

Решение суда по настоящему делу может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу решения через суд, принявший решение, при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

СудьяИ.В. Колесник