Постановление от 5 июня 2020 г. по делу № А41-34824/2016

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

05.06.2020Дело № А41-34824/16

Резолютивная часть постановления оглашена 2 июня 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 5 июня 2020 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

в составе: председательствующего-судьи Тарасова Н.Н.,

судей Закутской С.А., Михайловой Л.В.,

при участии в судебном заседании:

ФИО1 – явился лично, предъявил паспорт;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Московской области от 30.08.2019,

на постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2019

принятое судьями Сафроновой М.С., Порывкиным П.А., Масловым А.С.

о признании недействительными сделками дополнительных соглашений от 01.03.2017 и от 23.01.2018 к трудовому договору от 16.06.2014 № 14/045, начислений заработной платы в пользу ФИО1 свыше 100 000 руб. ежемесячно (в том числе НДФЛ) в общем размере 585 568,65 руб., начисления ежемесячных премий с июня 2016 года в общем размере 187 600 руб.

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества «Московский комбинат хлебопродуктов»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Московской области от 11.04.2018 акционерное общество «Московский комбинат хлебопродуктов» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительными сделками дополнительных соглашений от 01.03.2017 и от 28.01.2018 к трудовому договору от 16.06.2014 № 14/045, заключенному между должником (работодателем) и ФИО1 (работником), а также действий по перечислению денежных средств в пользу работника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 30.08.2019, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2019, названные дополнительные соглашения, а также начисления заработной платы в пользу работника свыше 100 000 руб. ежемесячно (в том числе НДФЛ) в общем размере 585 568,65 руб. 65 коп.; начисления работнику ежемесячных премий с июня 2016 года в общем размере 187 600 руб., признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок в виде признания отсутствующей у должника задолженности в заработной плате перед работником в размере превышающем 616 950,74 руб. (в том числе НДФЛ), с работника в пользу должника взысканы суммы фактически выплаченных премий в общем размере 187 600 руб.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, ФИО1 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, определение и постановление отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

В судебном заседании ФИО1 доводы кассационной жалобы поддержал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив, в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из материалов дела, и было установлено судом первой инстанции, 16.06.2014 между должником и ФИО1 заключен трудовой договор № 14/045, в соответствии с которым ФИО1 принят на работу на должность юрисконсульта в юридический департамент с должностным окладом в размере 70 000 руб.

Сторонами заключены дополнительные соглашения к трудовому договору от 01.10.2015, которым должностной оклад работника установлен в размере 85 000 руб., от 01.09.2016 которым должностной оклад работника установлен в размере 100 000 руб., от 03.2017 которым должностной оклад работника установлен в размере 120 000 руб., от 23.01.2018 которым должностной оклад работника установлен в размере 140 000 руб.

ФИО1 28.06.2018 был уволен в связи с сокращением штата.

Вынося обжалуемое определение, суд первой инстанции исходил из следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Оспариваемые сделки совершены в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (01.03.2017) и после принятия данного заявления (23.01.2018), то есть в период подозрительности, установленный пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям высшей судебной инстанции, приведенным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление от 23.12.2010 № 63), для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Таким образом, по смыслу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания сделки недействительной значение имеет не факт возможности влияния стороны сделки на ее совершение, а факт осведомленности стороны сделки о цели ее совершения с целью нанесения вреда имущественным правам кредиторов или признаках неплатежеспособности.

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Суд первой инстанции, принявший во внимание что, в силу замещаемой должности юрисконсульта в юридическом департаменте и своих должностных обязанностей ФИО1 могло быть известно об обстоятельствах, свидетельствующих о признаках неплатежеспособности должника (значительное увеличение исковых требований, непогашенных в досудебном порядке и связанных с выплатами неустоек участникам долевого строительства), отклонил возражения работника, касающиеся отсутствии у него осведомленности о признаках неплатежеспособности должника.

Суд также отметил, что признак неплатежеспособности и недостаточности имущества должника подтверждается тем, что ряд показателей, характеризующих финансово-хозяйственную деятельность должника в периодс 2014 по 2015 годы значительно превысил нормативные показатели, установленные Постановлением Правительства Российской Федерации от 25.06.2003 № 367.

Показатель коэффициента текущей ликвидности – от 0,3 до 0,6 при нормативном показателе 2,5; показатель коэффициента платежеспособности по текущим обязательствам от 15 до 700, при нормативном показателе 3; показатель отношения дебиторской задолженности к совокупным активам свыше 0,7 при нормативном показателе менее 0,4.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что признаки неплатежеспособности должника возникли в период с 2014 по 2015 годы.

Судом также отмечено, что начисление и выплата премий носит стимулирующий характер и должна быть обусловлена результатами работы, как премируемого лица, так и организации в целом.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что показатели деятельности организации неуклонно ухудшались, сдача объектов строительства задерживалась, кредиторская задолженность, в том числе, перед участниками - строительства только возрастала.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что должник, действуя добросовестно, должен был удержаться от начисления ничем не обусловленных премий.

Указанные обстоятельства подтверждают, что на момент совершения оспариваемых сделок должник не обладал достаточными активами для удовлетворения всех требований кредиторов, имел значительные неисполненные, в том числе просроченные, обязательства по ранее заключенным сделкам, не обладал реальной возможностью для исполнения вновь принятых спорных обязательств.

Совершая оспариваемые конкурсным управляющим сделки, должник причинил значительный ущерб интересам иным кредиторам должника.

Названные обстоятельства свидетельствуют о совершении сделок с целью причинения вреда кредиторам должника, в результате которых на стороне должника возникли дополнительные обязательства.

В связи с чем, суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявленные требования конкурсного управляющего должника о признании вышеназванных сделок недействительными.

Доводы ответчика о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности, подлежат отклонению в связи со следующим.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ, срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

При этом, течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом, срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

В абзаце 2 пункта 32 постановления от 23.12.2010 г. № 63 разъяснено, что, в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве, срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях, само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности.

Однако, при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом, необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника, запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении прав.

Учитывая объем и сложность процедуры банкротства должника, а также то, что должник признан банкротом 05.04.2018, настоящее заявление подано 11.04.2019, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что годичный срок на обращение конкурсного управляющего с рассматриваемым заявлением не пропущен.

Более того, в настоящем случае, при определении начала исчисления срока исковой давности необходимо учитывать объективное знание конкурсного или внешнего управляющего о совершении оспариваемой сделки, суды не могут руководствовать формальным подходом и считать срок исковой давности с момента утверждения полномочий временного или конкурсного управляющего.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии оснований для признания спорных сделок недействительными.

Последствия признания сделок недействительными применены судом правильно.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым принят во внимание правовую позицию высшей судебной инстанции, приведенную в определении судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018 № 301-ЭС17-7613(3) по делу № А79-8396/2015, согласно которой системный анализ действующих положений об оспаривании сделок по специальным основаниям (например, сравнение пунктов 1 и 2 статьи 61.2 или пунктов 2 и 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве) позволяет прийти к выводу, что по мере приближения даты совершения сделки к моменту, от которого отсчитывается период подозрительности (предпочтительности), законодателем снижается стандарт доказывания недобросовестности контрагента как условия для признания сделки недействительной.

Учитывая, что оспариваемые соглашения заключены уже после возбуждения дела о банкротстве должника, квалификация поведения должника и работника на предмет недобросовестности (осведомленности о цели причинения вреда) должна была осуществляться исходя из такого пониженного стандарта доказывания.

Судебная коллегия также учитывает ссылки в материалах дела на наличие значительного количества судебных актов, вынесенных по искам самого работника к должнику, касающимся принудительного взыскания заработной платы.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Московской области от 30.08.2019 и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 18.12.2019по делу № А41-34824/16 – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:С.А. Закутская

Л.В. Михайлова