Постановление от 18 августа 2023 г. по делу № А07-6343/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-4787/23

Екатеринбург

18 августа 2023 г.


Дело № А07-6343/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 14 августа 2023 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 18 августа 2023 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Оденцовой Ю.А.,

судей Шавейниковой О.Э., Тихоновского Ф.И.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании, проведенном в режиме веб-конференции (онлайн-заседание), кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «5 капель» (далее – общество «5 капель», должник) ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 02.03.2023 по делу № А07-6343/2020 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2023 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством веб-конференции приняли участие: представитель ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 06.04.2021 серия 02АА № 5506650); конкурсный управляющий ФИО2

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.03.2021 общество «5 капель» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2

На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило заявление конкурсного управляющего ФИО2 о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника и взыскании с нее в конкурсную массу 1 465 410 руб. 36 коп.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 02.03.2023 заявление управляющего удовлетворено частично; с ФИО3 в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам должника взысканы денежные средства в сумме 1 110 030 руб. 67 коп.; в удовлетворении остальной части заявления отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2023 определение суда первой инстанции от 02.03.2023 частично отменено; в удовлетворении требований управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за неподачу заявления о банкротстве должника отказано; в остальной части определение суда от 02.03.2023 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО2 просит определение суда первой инстанции от 02.03.2023 и постановление апелляционного суда от 18.05.2023 отменить, удовлетворить требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности в полном объеме. Заявитель полагает, что вывод суда первой инстанции о передаче всей необходимой и запрошенной документации должника управляющему, неверен, поскольку денежные средства от возврата финансовых вложений, сведения о которых содержатся в бухгалтерском балансе должника за 2015 год, должнику не поступали, документы и сведения в отношении указанных финансовых вложений управляющему не переданы, что затрудняет проведения конкурсных процедур, при этом суды также не учли, что рассмотрении заявлении об истребовании документов ФИО3 отрицала факт наличия у нее документов, а при рассмотрении спора о недействительности сделки представила дополнительные документы. По мнению заявителя, согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в пункте 29 Обзора судебной практики № 3 (2018), утвержденной Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2018, разумный руководитель в отсутствии намерения продолжать деятельность в прежнем режиме должен был обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании банкротом, а не принимать новые обязательства, создавая тем самым видимость имущественной состоятельности, в то время как, несмотря на возникновение на протяжении 2016 года у должника долгов перед поставщиками, которые впоследствии включены в реестр в общем размере около 500 000 руб., ФИО3 вышеназванные действия не совершала, а наращивала долги, скрывая от кредиторов сведения о финансовом состоянии должника.

ФИО3 в отзыве (возражениях) на кассационную жалобу просит суд округа оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как уже ранее указывалось, решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 09.03.2021 общество «5 капель» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должником утвержден ФИО2

В ходе конкурсных процедур управляющим выявлено, что согласно данным бухгалтерского баланса за 2017 год общество «5 капель» обладало активами на сумму 00 руб., в то время как по балансу на 31.12.2015 у должника имелись активы, включая финансовые вложения.

Ссылаясь на непередачу ФИО3 полного объема документации общества «5 капель» и отсутствие сведений об основаниях выбытия активов должника, числящихся по балансу за 2015 год, а также не неисполнение ответчиком обязанности по подаче заявление о банкротстве общества, возникшей 20.03.2016 – по истечении месяца с даты возникновения задолженности перед заявителем по настоящему делу о несостоятельности (банкротстве) – обществом с ограниченной ответственностью «Башспирт» (далее – общество «Башспирт»), конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Удовлетворяя требования управляющего в части неподачи ответчиком заявления о признании общества «5 капель» банкротом, суд первой инстанции исходил из того, что указанная обязанность возникла у ФИО3 после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в связи с чем у должника образовалась новая кредиторская задолженность на сумму 1 110 030 руб. 67 коп.

Отказывая в удовлетворении заявления управляющего в остальной части, суд указал на отсутствие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за не передачу документов должника.

Пересматривая обособленный спор в порядке апелляционного производства, апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по статье 61.11 Закона о банкротстве, но отменил определение суда первой инстанции в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом, придя к выводу об отсутствии соответствующих оснований.

Принимая обжалуемое постановление, апелляционный суд исходил из следующего.

Руководствуясь положениями Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)», статьей 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 22.04.2014 № 12-П и от 15.02.2016 № 3-П), учитывая, что конкурсное производство в отношении должника открыто 09.03.2021, апелляционный суд пришел к выводу, что к спорным правоотношениям в части доводов о непередаче документов подлежат применению нормы главы III.2 Закона о банкротстве.

В подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица при непередаче им документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска, при этом как ранее, так и в настоящее время действовала презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что, скрывая, уничтожая, искажая, производя иные манипуляции с названной документацией, руководитель утаивает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение управляющего и кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. Непосредственно причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 или 61.12 Закона о банкротстве (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

В пункте 16 Постановления № 53 разъяснено, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, приняв во внимание, что вступившим в законную силу определением суда от 22.10.2021 отказано в удовлетворении заявления управляющего об истребовании у ФИО3 документов должника, поскольку все запрашиваемые документы за три предшествующих года до введения процедуры наблюдения переданы управляющему в полном объеме, а представление отдельных истребуемых документов объективно невозможно по причине истечения срока их хранения, учитывая, что вступившим в законную силу определением суда от 23.06.2022 отказано в удовлетворении заявления управляющего о взыскании с ФИО3 убытков, со ссылкой на то, что факты совершения ФИО3 каких-либо неправомерных действий по выводу активов должника не доказаны, а также, приняв во внимание, что как следует из материалов дела и установлено апелляционным судом, факт совершения ФИО3 каких-либо неправомерных действий по выводу активов должника материалами дела не доказан, а само по себе выявленное изменение состава активов по итогам 2015 - 2017 годов не является достаточным основанием для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности, при том, что, как установлено апелляционным судом и следует из материалов дела, структура активов и пассивов баланса должника находилась в постоянной динамике в связи с осуществлением должником в 2015 - 2016 года соответствующей хозяйственной деятельности, апелляционный суд пришел к выводу о недоказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом факта неисполнения ФИО3 обязанности по передаче управляющему документации должника, а также о недоказанности материалами дела, что поведение ФИО3 в данной части обусловило невозможность полного погашения требований кредиторов должника.

В части требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче заявления должника о признании банкротом, суд апелляционной инстанции исходил из того, что с учетом указанной управляющим даты возникновения такой обязанности (20.03.2016), к рассматриваемому требованию подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве, нарушение обязанности по подаче заявления должника в суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 данного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Перечень оснований, при наличии которых руководитель должника обязан обратиться в арбитражный суд с заявлением должника, установлен в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, при этом к числу таких оснований относится наличие у должника признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, а соответствующее заявление должника должно быть направлено в суд в случаях, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, 5 седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Таким образом, неподача заявления после возникновения обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если: эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника; и эти обстоятельства как внешние признаки объективного банкротства воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Высшими судебными инстанциями неоднократно излагалась правовая позиция о недопустимости отождествления неплатежеспособности с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 № 18245/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 25.01.2016 № 310-ЭС15-12396).

В обоснование заявленных требований управляющий ссылается на то, что обязанность подать заявление о банкротстве должника возникла у ФИО3 в феврале 2016 года – в момент наступления обязанности по оплате товара, поставленного обществом «Башспирт», при том, что наличие этого долга установлено решением суда от 20.03.2017 по делу № А07-1504/2017, данный долг не погашен должником в период более трех месяцев, и неоплата поставленной продукции связана исключительно с недостаточностью средств должника.

Учитывая изложенное, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все доказательства, исходя из конкретных обстоятельств дела, установив, что задолженность перед обществом «Башспирт» образовывалась постепенно, а из сформированного реестра требований кредиторов должника следует, что в течение 2016 года должник исполнял обязательства по погашению долгов перед кредиторами вплоть до ноября 2016 года, и при этом кредиторская задолженность перед обществом с ограниченной ответственностью «ВВК «ДАСКО-опт» по договору поставки от 01.12.2011 № 34/7 в сумме 140 000 руб. образовалась в период после 15.08.2016, а перед обществом с ограниченной ответственностью «Компания «Даско-Алко» задолженность в размере 53614 руб. 27 коп. возникла в период с 27.05.2016, в то время как по истечении названного периода должник не принимал никаких новых обязательств, и иное не доказано, а также, исходя из того, что само по себе возникновение долга перед отдельным кредитором обществом «Башспирт» не свидетельствовало о наличии у должника признаков неплатежеспособности в феврале 2016 года, а долг перед кредиторами формировался по нарастающей (постепенно), и расчеты с кредиторами производились должником до ноября 2016 года, при том, что изменение динамики состава активов по итогам 2015-2017 годов само по себе не является достаточным основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, апелляционный суд пришел к выводу о доказанности материалами дела, что в данном случае с высокой степенью вероятности обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника возникла у ФИО3 по итогам 2016 года, а новых обязательств позже названного срока должник не принимал, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства, и, свидетельствующие об ином, в материалы дела не представлены.

Таким образом, отказывая в удовлетворении требований управляющего, апелляционный суд исходил из совокупности установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, а также из отсутствия доказательств иного (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы кассационной жалобы судом округа отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемого судебного акта, а выражает несогласие с произведенной апелляционным судом оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для настоящего дела, апелляционным судом установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом округа не установлено нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом изложенного, обжалуемое постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2023 по делу № А07-6343/2020 Арбитражного суда Республики Башкортостан следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.05.2023 по делу № А07-6343/2020 Арбитражного суда Республики Башкортостан оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «5 капель» ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Ю.А. Оденцова


Судьи О.Э. Шавейникова


Ф.И. Тихоновский