Постановление от 15 октября 2019 г. по делу № А19-19637/2016

ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Ленина, дом 100б, Чита, 672000, http://4aas.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело № А19-19637/2016
г. Чита
15 октября 2019 года.
Резолютивная часть постановления объявлена 10 октября 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 15 октября 2019 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Даровских К.Н.,

судей Барковской О.В., Мациборы А.Е.

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 25 апреля 2019 года по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью сельскохозяйственное предприятие «Маяк» ФИО3 к ФИО2 (г. Тайшет) о привлечении к субсидиарной ответственности, по делу № А19-19637/2016 по заявлению акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» о признании общества с ограниченной ответственностью сельскохозяйственное предприятие «Маяк» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 665002, <...>) несостоятельным (банкротом),

при участии в судебном заседании:

лица, участвующие в деле, отсутствуют, уведомлены

установил:

определением Арбитражного суда Иркутской области от 28.02.2017 (резолютивная часть объявлена 21.02.2017) в отношении общества с ограниченной ответственностью сельскохозяйственное предприятие «Маяк» (далее – ООО СХП «Маяк») введена процедура банкротства – наблюдение сроком до 18.07.2017; временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 25.07.2017 (резолютивная часть оглашена 18.07.2017) в отношении ООО СХП «Маяк» введена процедура банкротства – конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО3.

Конкурсный управляющий ООО СХП «Маяк» ФИО3 16.01.2019 обратился в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности и взыскании с ФИО2 в пользу ООО СХП «Маяк» суммы в размере 153 152 697 руб. 55 коп.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 23.01.2019 к участию в обособленном споре по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ООО СХП «Маяк» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен финансовый управляющий гражданина ФИО2 – ФИО4.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 25 апреля 2019 года признано доказанным наличие оснований для привлечения бывшего руководителя должника (общества с ограниченной ответственностью сельскохозяйственное предприятие «Маяк») ФИО2 к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным статьями 61.11, 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Производство по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью сельскохозяйственное предприятие «Маяк» ФИО3 в части определения размера субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

ФИО2 в лице представителя ФИО5, не согласившись с определением суда от 25.04.2019, обратился с апелляционной жалобой. В обоснование жалобы заявитель указывает, что судом не учтен тот факт, что ФИО2 с сентября 2017 года находится исправительном учреждении. Определение суда от 13.02.2018 об обязании передать документацию должника ФИО2 физически исполнить не мог, так как в данный момент уже находился в исправительном учреждении. При этом, представитель ФИО2 сообщал суду указанную информацию, а также о введении в отношении ФИО2 процедуры банкротства и об утверждении финансового управляющего. Конкурсный управляющий ООО СХП «Маяк» к финансовому управляющему ФИО2 с запросом о предоставлении документации не обращался.

Лица, участвующие в обособленном споре, уведомленные в установленном порядке, явку представителей не обеспечили.

В материалы дела из ФКУ ИК-19 ГУФСИН России по Иркутской области поступил ответ на запрос суда от 30.08.2019.

В судебном заседании 03.10.2019 был объявлен перерыв до 10.10.2019 до 09 час. 05 мин.

После перерыва лица, участвующие в деле, явку представителей не обеспечили.

В порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционная жалоба рассматривается в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте рассмотрения дела.

Дело рассмотрено в порядке главы 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей пределы и полномочия апелляционной инстанции.

Рассмотрев доводы апелляционной жалобы, исследовав материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 11.04.2017, руководителем ООО СХП «Маяк» являлся ФИО2.

Конкурсный управляющий ООО СХП «Маяк», обращаясь с требованием о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в обоснование заявления указал, что ФИО2 не исполнил обязанность по подаче не позднее 29.08.2015 в арбитражный суд заявления о признании ООО СХП «Маяк» несостоятельным (банкротом); что бывшим руководителем должника ФИО2 не исполнена установленная законом обязанность по передаче арбитражному управляющему документации должника; что в результате совершения руководителем должника ФИО2 сделок должника от 21.01.2015 и 02.09.2015 причинен существенный вред имущественным правам кредиторов.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства Арбитражный суд Иркутской области, пришел к выводу о наличии совокупности условий для наступления субсидиарной ответственности бывшего руководителя ООО СХП «Маяк» ФИО2 на основании пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и в связи с тем, что мероприятия по формированию конкурсной массы и расчетам с кредиторами не завершены, производство по заявлению конкурсного управляющего ООО СХПК "Маяк" ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности приостановил до окончания расчетов с кредиторами должника.

Четвертый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи со следующим.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно Федеральному закону от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях (далее - Закон N 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2, регулирующей ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве.

По пункту 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ.

В соответствии с пунктом 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", а также исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ.

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве (в настоящее время статьи 61.11, 61.12 Закона о банкротстве) в части норм материального права зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности, а не от того, когда было подано заявление о привлечении к субсидиарной ответственности, а нормы процессуального права подлежат применению в редакции, действующей на дату обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Аналогичный подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности закреплен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757 (2, 3) по делу N А22-941/2006.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 28.02.2017 (резолютивная часть объявлена 21.02.2017) в отношении общества с ограниченной ответственностью сельскохозяйственное предприятие «Маяк» (далее – ООО СХП «Маяк») введена процедура банкротства – наблюдение сроком до 18.07.2017; временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 25.07.2017 (резолютивная часть оглашена 18.07.2017) в отношении ООО СХП «Маяк» введена процедура банкротства – конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО3.

Обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий в обоснование заявления о привлечении к субсидиарной ответственности ответчика, в части неподачи заявления, а также совершения сделок по отчуждению имущества должника имели место ранее 01.07.2017, соответственно, требования конкурсного управляющего подлежат рассмотрению применительно к нормам материального права, закрепленным в статье 10 Закона о банкротстве, а по основанию о непередаче документации конкурсному управляющему должника - по правилам Закона N 266-ФЗ, так как указанное основание имело место после 01.07.2017.

В силу пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

в иных случаях, предусмотренных Законом о банкротстве.

При этом заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных данной статьей, не позднее, чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

В силу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых данным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, к субсидиарной ответственности возникает одновременном наличии указанных в Законе о банкротстве условий: 1) возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 названного Закона обстоятельств; 2) момент возникновения данного условия; 3) факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; 4) объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

При исследовании совокупности указанных обстоятельств следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, упомянутых в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в обзоре Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016) (утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016), в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

Из представленной в материалы дела выписки из Единого государственного реестра юридических лиц по состоянию на 11.04.2017, судом установлено, что руководителем ООО СХП «Маяк» являлся ФИО2.

Материалами дела подтвержден факт того, что по состоянию на 28.07.2015 ООО СХП «Маяк» имело просроченную свыше трех месяцев задолженность по налогам в размере 562 711 руб. 36 коп.

В подтверждение факта того, что ФИО2 не позднее 29.08.2015 должен был обратиться с заявлением о признании ООО СХП «Маяк» банкротом представлено постановление о назначении административного наказания от 11.07.2016, которое вступило в законную силу.

Представленные конкурсным управляющим доказательства ФИО2 не опровергнуты, доказательств того факта, что по состоянию на 29.08.2015 финансовые затруднения носили кратковременный и устранимый характер не представлено. Документального подтверждения того, что ФИО2, являясь руководителем должника, пытался предпринимать своевременные эффективные действия руководителя для преодоления финансовых затруднений должника, исходя из его имущественных возможностей общества, не представлено.

При таких обстоятельствах имеются основания для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей на дату совершения сделок), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Иркутской области от 03.07.2018 признан недействительным договор купли-продажи транспортного средства №2 от 21.01.2015, предметом которого является мобильный комбикормовый завод МКЗ 3214, 2013 года выпуска, номер шасси УЗМ 5336 АЗС 0001680, номер двигателя С0507771, тех. паспорт 38 УР 326196, идентификационный номер Y393214M1D0080009, совершенный между ООО СХП «Маяк» и ООО «Теплоэнерго»; применены последствия недействительности сделки – взыскано с ООО «Теплоэнерго» в пользу ООО СХП «Маяк» – 9 522 420 руб.

Данная сделка признана недействительной по п.п.1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, также при рассмотрении указанного выше обособленного спора суд пришел к выводу о совершении сделки при злоупотреблении правом (ст. 10 ГК РФ).

Также постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09.11.2018 по настоящему делу признан недействительным договор №1/225 от 02.09.2015 между ООО СХП «Маяк» и ООО «Тагул» субаренды земельного участка с кадастровым номером 38:14:250128:1673. Дополнительным постановлением от 19.12.2018 применены последствия недействительности сделки: в виде обязания ООО «Тагул» возвратить ООО СХП «Маяк» земельный участок с кадастровым номером 38:14:250128:1673.

Данная сделка признана судом недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также судом сделан вывод о совершении сделки при злоупотреблении правом (ст. 10 ГК РФ).

Вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ, доказательств того, что в результате совершения рассматриваемых сделок кредиторам не был причинен существенный вред либо оспоренные платежи не повлекли выбытие активов должника без встречного предоставления, имели реальную экономическую обоснованность и целесообразность, ответчиками в материалы дела не представлено.

Исследовав представленные доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, апелляционный суд приходит к выводу о наличии совокупности условий для наступления субсидиарной ответственности бывшего руководителя ООО СХП «Маяк» ФИО2 на основании пункта п.4 ст. 10 Закона о банкротстве, так как доказана причинно-следственная связь между его действиями по заключению спорных сделок и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

В данном случае действия контролирующего должника лица свидетельствуют о неразумном, недобросовестном поведении, причинившем существенный вред имущественным правам кредиторов и приведшем к невозможности удовлетворения требований кредиторов.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Данное требование обусловлено, в том числе, и тем, что отсутствие необходимых документов не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (подпункт 2); документы, хранение которых являлось обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации об акционерных обществах, о рынке ценных бумаг, об инвестиционных фондах, об обществах с ограниченной ответственностью, о государственных и муниципальных унитарных предприятиях и принятыми в соответствии с ним нормативными правовыми актами, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют либо искажены (подпункт 4).

В пункте 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве указано, что положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям, конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

Законом о банкротстве, а также общими положениями о гражданско-правовой ответственности (статья 401 Гражданского кодекса Российской Федерации) установлена презумпция виновности лица, не исполнившего свою обязанность либо исполнившего ее ненадлежащим образом.

Согласно правовой позиции Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12 по делу N А40-82872/10-73-400"Б", ответственность, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Закона о банкротстве, является гражданско-правовой, и при ее применении должны учитываться общие положения глав 25 и 59 Гражданского кодекса об ответственности за нарушения обязательств и об обязательствах вследствие причинения вреда в части, не противоречащей специальным нормам Закона о банкротстве. Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения обязательства по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации, необходимо установить вину субъекта ответственности, исходя из того, приняло ли это лицо все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу пункта 2 статьи 401, пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации отсутствие вины доказывается лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности.

Из Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 20.10.2011 N 1361-О-О следует, что само по себе оспариваемое положение (пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве), корреспондирующее нормам об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (пункт 1 статьи 6, пункт 3 статьи 17 Федерального закона от 21 ноября 1996 года N 129-ФЗ "О бухгалтерском учете"), с учетом обязанности руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию должника (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"), направлено на обеспечение надлежащего исполнения руководителем общества указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть выше названную презумпцию, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Таким образом, именно на бывшего руководителя должника в силу статей 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и абзаца четвертого пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве возложено бремя опровержения данной презумпции, в частности, что документы в полном объеме переданы конкурсному управляющему либо их отсутствие не привело к существенному затруднению проведения процедур банкротства.

Согласно положениям статьи 7, пункта 4 статьи 29 Федерального закона "О бухгалтерском учете" руководитель организации является лицом, на которое возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета. При смене руководителя организации должна обеспечиваться передача документов бухгалтерского учета организации. Порядок передачи документов бухгалтерского учета определяется организацией самостоятельно.

Таким образом, именно на ФИО2 лежала ответственность по передаче документов конкурсному управляющему.

ФИО2 не представил надлежащих и бесспорных доказательств того, что он действовал добросовестно и разумно в интересах должника и предпринимал все возможные и зависящие от него меры для надлежащего исполнения обязательств по передаче документации конкурсному управляющему при должной степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота.

Доказательств того, что ФИО2 предпринимал действия по исполнению указанной обязанности в материалы дела также не представлено. Напротив определением Арбитражного суда Иркутской области по настоящему делу от 13.02.2018 подтверждён факт неисполнения обязанности по передаче документации и на ФИО2 возложена обязанность по передаче. Однако судебный акт исполнен не был.

Конкурсный управляющий должником указывает, что отсутствие первичных документов препятствовало формированию дебиторской задолженности.

Из бухгалтерской отчетности должника за 2016 год основные средства составляют – 20 984 000 руб., запасы – 2 343 000 руб., дебиторская задолженность составляет 114 150 000 руб., денежные средства и денежные эквиваленты – 10 000 руб.

Однако отсутствие первичной документации в отношении указанной дебиторской задолженности делает невозможным факт ее взыскания, также как и отсутствие документации по запасам и основным средствам не позволяет их включить в конкурсную массу.

Доказательств обратного ФИО2 не представлено.

Довод апелляционной жалобы о том, что ФИО2 не мог передать документацию в силу объективных причин по причине нахождения в местах лишения свободы, подлежит отклонению как несостоятельный.

Из ответа ФКУ ИК№19 на запрос апелляционного суда следует, что ФИО2 прибыл для отбывания наказания 12.01.2018. Тогда как обязанность по передаче документации конкурсному управляющему должна была быть им исполнена не позднее 22.07.2017. Доказательств того факта, что по состоянию 22.07.2017 ФИО2 в силу объективных причин не смог обеспечить передачу документации не представлено.

В соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Поскольку ФИО2, как руководитель должника, не обеспечил сохранность, восстановление (при необходимости) и передачу всей документации должника конкурсному управляющему, апелляционный суд признает его бездействие противоправным.

В отсутствие доказательств того, что формирование конкурсной массы в размере, недостаточном для погашения всех требований кредиторов, явилось не следствием уклонения ФИО2 от передачи документации должника, а по иным причинам, презумпция п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве данными лицами не опровергнута, что свидетельствует о наличии оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в порядке п.2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Учитывая, что конкурсная масса до конца не сформирована, суд первой инстанции правомерно приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего ООО сельскохозяйственное предприятие «Маяк» ФИО3, в части определения размера субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО2, до окончания расчетов с кредиторами.

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце 2 пункта 35 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28.05.2009 N 36 (в ред. от 10.11.2011) "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции", в случае несогласия суда только с мотивировочной частью обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного решения, суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит иную мотивировочную часть.

Учитывая, что выводы суда первой инстанции о доказанности оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по ст. ст. 61.11, 61.12 Закона о банкротстве не привели к принятию неправильного решения по существу спора и не повлияли на законность итогового вывода о доказанности наличия оснований для привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности и приостановлении рассмотрения настоящего заявления до окончания расчетов с кредиторами, то определение Арбитражного суда Иркутской области от 25.04.2019 подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба без удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда Иркутской области от 25 апреля 2019 года по делу №А19-19637/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение месяца.

Председательствующий К.Н. Даровских

Судьи О.В. Барковская

А.Е. Мацибора