Постановление от 3 сентября 2024 г. по делу № А70-10545/2019

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город ТюменьДело № А70-10545/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 28 августа 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 03 сентября 2024 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующегоДоронина С.А.,

судейЗюкова В.А.,

ФИО1-

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств веб-конференций при ведении протокола помощником судьи Канбековой И.Р. кассационные жалобы акционерного общества «Нефтяной поток» (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО2, ФИО3, коммерческого банка «Интерпромбанк» (акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>), ФИО4, ФИО5, ФИО6 на определение от 05.02.2024 Арбитражного суда Тюменской области (судья Атрасева А.О.) и постановление от 20.06.2024 Восьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Целых М.П., Брежнева О.Ю., Дубок О.В.) по делу № А70-10545/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нью Петрол Тюмень» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – общество «Нью Петрол Тюмень», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО7 о привлечении ФИО8, ФИО3, ФИО6, ФИО2, акционерного общества «Андреапольский нефтеперерабатывающий завод» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – общество «Андреапольский НПЗ»), коммерческого банка «Интерпромбанк» (акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее - банк) ФИО4, ФИО5, акционерного общества «Нефтяной Поток» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – общество «Нефтяной Поток») к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В судебном заседании приняли участие ФИО9 – представитель ФИО2 по доверенности от 31.08.2023, ФИО10 – представитель ФИО4 по доверенности от 26.04.2022, ФИО11 – представитель акционерного общества «Нефтяной Поток» по доверенности от 30.11.2023, ФИО12 – представитель конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Нью Петрол Тюмень» ФИО7 по доверенности от 13.01.2023 в режиме онлайн, Лобанова Ольга Николаевна, ФИО13 – представитель ФИО5 по доверенности от 16.07.2024, ФИО14 – представитель ФИО3 по доверенности от 30.01.2024 в здании суда округа.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве общества «Нью Петрол Тюмень» конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Тюменской области от 05.02.2024 (с учётом определения об исправлении опечатки от 04.02.2024), оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 20.06.2024, признано доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности общества «Нефтяной поток», общества «Андреапольский НПЗ», банк, ФИО3, ФИО6, ФИО2, ФИО4 и ФИО5 по обязательствам должника; рассмотрение заявления в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до окончания мероприятий по формированию конкурсной массы и расчётов с кредиторами.

В кассационных жалобах общество «Нефтяной поток», банк в лице конкурсного управляющего Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» (далее - ГК «АСВ»), ФИО3, ФИО6, ФИО2, ФИО4 и ФИО5 просят определение суда от 05.02.2024 и постановление апелляционного суда от 20.06.2024 отменить.

В обоснование доводов кассационных жалоб их подателями указано на неправильное применение судами положений подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве); необоснованное применение судами ко всем указанным лицам субсидиарной ответственности без учёта степени их вовлеченности в процесс управления должником и фактов принятия определённых хозяйственных (управленческих) решений, действительно повлиявших на наступление банкротства; незначительности этих сделок применительно к масштабам деятельности должника; фактический возврат имущества по реституции в конкурсную массу и в связи с этим отсутствие причинение вреда кредиторам; наступление объективного банкротства должника ранее совершения сделок; отсутствие у кассаторов статуса лиц, контролирующих общество «Нью Петрол Тюмень».

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационных жалобах, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

1. Закон, подлежащий применению.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Совокупность юридически значимых действий, с которым конкурсный управляющий связывает наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, совершены с декабря 2019 года по 2020 год.

В обозначенный период времени отношения по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности регулировались положениями главы III.2 Закона о банкротстве в действующей редакции.

Таким образом, применение судами положений главы III.2 Закона о банкротстве, является правомерным, соответствующим общему принципу действия закона во времени (статья 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

2. Статус лиц, контролирующих должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Законом, в целях настоящего Закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ), пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Установление фактического контроля не всегда обусловлено наличием юридических признаков аффилированности (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53)). Напротив, конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий, в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника. Следовательно, статус контролирующего лица устанавливается, в том числе через выявление согласованных действий между бенефициаром и подконтрольной ему организацией, которые не возможны при иной структурированности отношений.

Из названных норм следует, что при решении вопроса о том, является ли физическое (юридическое) лицо контролирующим должника лицом либо не является таковым, необходимо исходить из того, что в предмет доказывания в этом случае включается возможность одного лица оказывать влияние на другое лицо. Лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло или состоит в отношениях родства с лицами, входящими в состав органов должника.

При установлении указанной возможности необходимо учитывать в совокупности все обстоятельства по каждому конкретному делу.

В рассматриваемом случае судами установлено, что банк, общество «Андреапольский НПЗ», общество «Нью Петрол Тюмень» являются аффилированными лицами, входящими в одну группу взаимосвязанных компаний под общим управлением единого центра принятия решений акционерного общества «Новый Поток» (далее - общество «Новый поток»), подконтрольного ФИО8

Основным видом экономической деятельности общества «Нью Петрол Тюмень» является розничная торговля моторным топливом в специализированных магазинах.

В период с 28.08.2019 по 29.11.2019 согласно сведениям из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) до 12.12.2019 полномочия единоличного исполнительного органа (директора) должника исполнял ФИО3; с 12.12.2019 полномочия возложены на ФИО6

Одновременно с замещением должности генерального директора должника, ФИО3 с 27.10.2017 по 01.06.2023 также являлся генеральным директором общества «Нефтяной поток», которое является 100 % участником должника.

При этом с 29.11.2019 держателем 99 % пакета акций общества «Нефтяной поток» являлся ФИО6

В свою очередь генеральным директором общества «Андреапольский НПЗ» (лицо, в пользу которого отчуждены все производственные активы) является ФИО2

В рамках рассмотрения дела № А40-160002/2019 установлено, что ФИО2 являлся работником (получал заработную плату с мая 2017 года по май 2019 года) в обществе «Новый Поток».

ФИО4 являлся исполняющим обязанности председателя Правления Банка с 06.03.2018, председателем Правления Банка с 23.04.2018; полномочия его прекращены 02.03.2021.

ФИО5 на основании доверенности от 21.04.2019, зарегистрированной в реестре от 21.05.2019 № 77/392-н/77-2019-4-258, предоставлены полномочия на осуществление сделок от имени Банка, как заместителя председателя Правления Банка.

Оценив указанные обстоятельства в совокупности и взаимосвязи, суды первой и апелляционной инстанций, установив, что все ответчики входили в одну группу аффилированных лиц (под общим управлением общества «Новый поток»), имелась возможность одного лица оказывать влияние на другое лицо, получали от этого имущественную выгоду (сбережение активов внутри корпорации путём их перераспределения), в том числе совместно совершали действия по выводу активов должника в преддверии его банкротства, впоследствии признанных недействительными в установленном законом порядке, пришли к правильному выводу о наличии у них статуса лиц, контролирующих общество «Нью Петрол Тюмень».

Доводы кассаторов об отсутствии у них статуса контролирующих лиц, подлежат отклонению, поскольку они фактически выступали в качестве соисполнителей деликта, то есть их действия были согласованы, скоординированы и направлены на реализацию общего намерения – вывод активов должника (сеть АЗС) в условиях объективного банкротства, совершение чего в конечном итоге привело к утрате последним принадлежащих ему активов, прибыли от их использования (пункт 22 Постановления № 53), за счёт которых возможно погашение кредиторской задолженности, что приводит к одним и тем же материально-правовым последствиям при разрешения вопроса об ответственности названных лиц за совершение ими юридически значимых действий.

3. Привлечение контролирующих лиц к субсидиарной ответственности за признание должника несостоятельным вследствие их поведения (невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц).

В качестве оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий сослался на то, что ответчики участвовали в одобрении, заключении и исполнении сделок по выбытию активов и переводу бизнеса, являются соучастниками (соисполнителями) неправомерного вывода активов с должника на общество «Андреапольский НПЗ» и подлежат привлечению к субсидиарной ответственности солидарно с руководителями должника.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника является формой ответственности контролирующего должника лица за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта контролирующего лица - неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого должник теряет способность исполнять свои обязательства.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия (бездействие) ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определения Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019

№ 305-ЭС19-10079, от 18.08.2023 № 305-ЭС18-17629(5-7)).

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 Постановления № 53).

Как разъяснено в пункте 20 Постановление № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Процесс доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности упрощён законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Согласно одной из таких презумпций предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в ситуации, когда имущественным правам кредиторов причинён существенный вред в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (подпункт 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, абзац первый пункта 23 Постановления № 53).

Второй из таких презумпций предусмотрено, что отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур банкротства, предполагает наличие вины руководителя.

Третья презумпция устанавливает взаимосвязь между действиями контролирующих лиц и банкротством должника, в случае если последний либо его единоличный исполнительный орган привлечён к уголовной, административной ответственности или ответственности за налоговые правонарушения и сумма этой ответственности превышает пятьдесят процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, определённой на дату закрытия реестра требований кредиторов.

Стоит отметить, что формулирование законодателем презумпций субсидиарной ответственности контролирующего лица призвано облегчить процесс доказывания, а не ограничить истца в возможности ссылаться и на иные обстоятельства, свидетельствующие о наличии основания ответственности за доведение организации до банкротства.

Материалами обособленного спора подтверждается, что между публичным акционерным обществом «Московский кредитный банк» (далее – общество «Московский кредитный банк») (займодавец) и обществом с ограниченной ответственностью «АНПЗ-Продукт» (ИНН <***>, ОГРН <***>) (далее - заёмщик) заключён договор займа от 26.08.2016 № 4655/16 (далее – кредитный договор), согласно которому заёмщику были предоставлены денежные средства в сумме 70 000 000 долларов США.

Также 26.08.2016 между обществом «Нью Петрол Тюмень» (далее - поручитель) и обществом «Московский кредитный банк» был заключён договор поручительства от 26.08.2016 № 465505/16 (далее - договор поручительства), в соответствии с которым поручитель принял на себя обязательство солидарно с заёмщиком в полном объёме отвечать перед банком за исполнение заёмщиком обязательств по кредитному договору.

Впоследствии после выставления требований независимым кредитором (обществом «Московский кредитный банк») об исполнении солидарных обязательств по договору поручительства, в период с 08.02.2019 по 20.05.2019 между Банком и обществом «Нью Петрол Тюмень» (заёмщик) заключено девятнадцать кредитных договоров, по условиям которых Банк предоставил должнику денежные средства в общем размере 1 989 272 000 руб. на условиях целевого использования для пополнения оборотных средств. В обеспечения исполнения данных обязательств между сторонами заключены договоры залога недвижимого имущества.

Между обществом «Андреапольский НПЗ» в лице генерального директора ФИО2, банком в лице заместителя правления ФИО5 и обществом «Нью Петрол Тюмень» в лице ФИО6, на основании доверенности от 28.11.2019 (зарегистрированной в реестре от 28.11.2019 № 72/38-н/72-2019-8-251) заключено соглашение о переходе прав и обязанностей от 02.12.2019 (далее – соглашение от 02.12.2019), согласно которому должник передаёт, а общество «Андреапольский НПЗ» принимает в полном объёме права и обязанности общества «Нью Петрол Тюмень» по девятнадцати кредитным договорам.

Во исполнение соглашения от 02.12.2019 между обществом «Нью Петрол Тюмень» (продавец) и обществом «Андреапольский НПЗ» (покупатель) заключены договоры купли-продажи от 02.12.2020 имущества, помимо этого заключены шестнадцать договоров купли-продажи от 02.12.2019 транспортных средств.

Между обществом «Андреапольский НПЗ» (арендодатель) и обществом «Нью Петрол Тюмень» (арендатор) заключён договор аренды имущества от 03.12.2019 и четырнадцать договоров аренды автомобилей от 03.12.2019, по условиям которых должнику предоставлены транспортные средства и имущественный комплекс, ранее ему принадлежащие и отчуждённые в пользу общества «Андреапольский НПЗ».

Неисполнение должником обязательств по соглашению в размере 1 118 472 810,18 руб. послужило основанием для обращения общества «Андреапольский НПЗ»в арбитражный суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника.

Управляющий, ссылаясь на подозрительный характер пятнадцати договоров купли-продажи, договора аренды, соглашения о переходе прав и обязанностей, заключённых между обществом «Нью Петрол Тюмень» и общества «Андреапольский НПЗ», обратился в арбитражный суд с заявлением о признании сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

Заявления объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции от 11.11.2020 в редакции определения суда от 11.11.2020 об исправлении опечатки, принял новый судебный акт. Постановлением апелляционного суда от 26.05.2021, оставленным без изменения постановлением суда округа от 19.08.2021 заявление временного управляющего удовлетворено, оспариваемые сделки признаны недействительными, применена реституция в виде возврата в конкурсную массу имущественного комплекса, объединяющего тридцать четыре автозаправочных станции и одно административное здание, в удовлетворении заявления общества «Андреапольский НПЗ» отказано.

Суды исходил из того, что в результате заключения соглашения, договоров купли-продажи, аренды, должником были отчуждены почти все имеющиеся у него основные средства, необходимые для ведения бизнеса в пользу аффилированного с ним лица для целей последующего использования этого же имущества на условиях возмездного предоставления без риска обращения на него взыскания для расчётов с кредиторами в условиях экономического дефолта общества «Нью Петрол Тюмень».

Судами установлено, что после совершения контролирующими лицами сделок, результатом которых стал перевод всего бизнеса общества «Нью Петрол Тюмень» на общество «Андреапольский НПЗ», должник лишился возможности ведения прежней основной предпринимательской деятельности.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 03.02.2020 по делу № А40-220599/19 установлено, что денежные средства, выведенные через АО «Интерпром капитал» из группы компаний Новый Поток были необходимы в качестве оборотных средств, они были «возвращены» банком обратно, но уже в качестве кредитов.

При этом денежные средства заёмщиками «возвращались» в соответствии с рыночными ставками кредитования юридических лиц; проценты за пользование денежными средствами платились банку, что приводило к значительному вымыванию ликвидности из группы компаний Новый поток, в том числе должника.

Соответственно имущественный вред, помимо утраты активов, выражался в необходимости несения значительных дополнительных финансовых затрат на аренду имущества у ЗАО «Андреапольский НПЗ», которое в нарушение требований закона выбыло из собственности должника, уплаты налогов, а также в виде наращивания задолженности перед независимыми кредиторами по причине выбранной модели аккумулирования и распределения денежных средств внутри группы компаний Новый поток (формировались «центры убытков»).

С учётом изложенного, оценив представленные в материалы обособленного спора доказательств и установив совершение ответчиками действий, направленных на безвозмездный перевод активов (всего бизнеса) в преддверии банкротства должника на другое общество, совершенных в целях сохранения во владении конечных бенефициаров автозаправочных станции со всем оборудованием, административным зданием, транспортными средствами, суды двух инстанций пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения общества «Нефтяной поток», общества «Андреапольский НПЗ», банка, ФИО3, ФИО6, ФИО2, ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд округа считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, доказательства исследованы и оценены по правилам статьи 71 АПК РФ, обособленный спор разрешён правильно.

В данном случае путём совершения ряда убыточных сделок по выведению из имущественной сферы должника активов с помощью лиц, привлекаемых к субсидиарной ответственности, занимающих те или иные должности в обществах, входящих в группу компаний Новый Поток и выполняющих каждый свою роль (подписание сделок, их одобрение, получение конечного результата), с целью их сохранения в пользу иных членов данной группы, от указанных действий наступил кумулятивный эффект который в конечном итоге повлёк за собой банкротство должника.

В отношении доводов о том, что судами не дана оценка сделкам на предмет их масштабности и оказания влияния на деятельность должника, не установлено наличие причинно-следственной связи между совершенными сделками и фактически наступившим объективным банкротством должника, суд округа отмечает следующее.

Как правило, при оценке доводов о доведении должника до банкротства фактом совершения сделок во внимание принимается не столько их стоимость, сколько их роль в утрате должником возможности восстановить платежеспособность, поэтому даже незначительная, применительно к балансу должника сделка, тем более совокупность сделок, могут оказать решающее значение для предприятия.

Вменяемые управляющим ответчикам совокупность деликтов безусловно является значительными по негативным последствиям применительно к масштабам деятельности общества «Нью Петрол Тюмень», что, в свою очередь, свидетельствует о правильном определении судам первой и апелляционной инстанции гражданско-правовой ответственности в виде субсидиарной ответственности.

Вопреки возражениям кассаторов сам по себе факт возврата имущества не опровергает доведение общества до банкротства, а применение последствий недействительности сделок не исключает возможности привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности; удовлетворение требований кредиторов за счет реализации имущества, возвращенного в конкурсную массу, подлежит учету при определении размера субсидиарной ответственности в связи с чем не приведет к двойному взысканию денежных средств с контролирующих должника лиц.

Иные доводы, приведённые кассаторами в жалобах, не могут быть приняты во внимание на данной стадии процесса, поскольку они направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств по делу, что находится за пределами полномочий судебной коллегии (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

постановил:

определение от 05.02.2024 Арбитражного суда Тюменской области и постановление от 20.06.2024 Восьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А70-10545/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы акционерного общества «Нефтяной поток», ФИО2, ФИО3, коммерческого банка «Интерпромбанк» (акционерное общество), ФИО4, ФИО5, ФИО6 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

ПредседательствующийС.А. ФИО15

СудьиВ.А. Зюков

О.В. Кадникова