Постановление от 24 июля 2024 г. по делу № А27-16516/2020

Арбитражный суд

Западно-Сибирского округа



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень Дело № А27-16516/2020


Резолютивная часть постановления объявлена 24 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объёме 24 июля 2024 года


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Шаровой Н.А.,

судей Ишутиной О.В.,

ФИО1,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего ФИО2 (далее - управляющий) на определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.11.2023 (судья Селищева В.Е.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2024 (судьи Кудряшева Е.В., Сбитнев А.Ю., Фролова Н.Н.) по делу № А27-16516/2020 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «МКСервис» (ИНН <***>, ОГРН <***>, далее - общество «МКСервис», должник), принятые заявлению управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6.

Суд установил:

в деле о банкротстве должника управляющий заявил привлечении ФИО7, ФИО4, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 7 339 159,61 руб.

Определением суда от 29.11.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 02.02.2024, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе (с дополнениями) управляющий просит обжалуемые судебные акты отменить, заявление удовлетворить; в обоснование ссылается на отсутствие по вине ФИО3 определённости по поводу состава переданной ею следующему руководителю документации; наличие возбуждённого 25.12.2018 по заявлению ФИО6 и не оконченного уголовного дела по факту мошеннических действий в отношении должника по перечислению в период руководства обществом ФИО3 в адрес предпринимателя ФИО8 7,7 млн. руб.; наличие у должника дебиторской задолженности в сумме более 5,83 млн. руб., выявление и получение которой в имущественную сферу должника было исключено вследствие непередачи документации должника в интересах и по усмотрению контролирующих должника лиц; необоснованность выводов судов о неликвидности дебиторской задолженности.

Учитывая надлежащее извещение участвующих в обособленном споре лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее также – АПК РФ).

В соответствии с частью 1 статьи 286 АПК РФ арбитражный суд округа проверяет законность решений, постановлений, принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемых судебных актов, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество «МКСервис» учреждено 17.09.2013, основным видом деятельности общества являлось «управление недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе», дополнительными - «управление эксплуатацией жилого и нежилого фонда за вознаграждение или на договорной основе».

В 2019 году под управлением должника находилось 13 многоквартирных домов.

По итогам 2019 года в упрощённой бухгалтерской отчётности должника числились финансовые и другие оборотные активы в сумме 5 830 тыс. руб. (материалы отчёта временного управляющего должника, представлены в электронном виде 17.02.2021).

Руководителями должника являлись в периоды:

с 17.09.2013 по 23.08.2018 – ФИО3,

с 23.08.2018 по 21.12.2018 – ФИО4,

с 21.12.2018 по 04.03.2021 – ФИО5

Участники должника в период с 17.09.2013 по 15.03.2021 - ФИО6 и ФИО3

В деле есть подписанный ФИО6 приказ об увольнении 05.02.2020 ФИО5 с должности руководителя, соответствующая запись в трудовой книжке. Следующая запись - о работе в обществе с ограниченной ответственностью «Зеленый город» (очевидно также управляющей компании).

Вместе с тем ФИО6 нового руководителя не назначил, что не освобождает его от обязанности обеспечивать законные интересы должника и его внешних кредиторов.

Решением суда от 20.02.2021 общество «МКСервис», признано банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждён ФИО2

Определением суда от 27.04.2022 принято его заявление о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Непередача значимой для формирования конкурсной массы документации должника указана в качестве основания субсидиарной ответственности всех ответчиков (устные уточнения управляющего об ответственности по указанной презумпции только ФИО5 письменный отказ от требований к остальным не повлекли и судом не приняты).

Также управляющий просил привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника за совершение мнимой сделки с ИП ФИО8

По данным бухгалтерского баланса по состоянию на 31.12.2019 размер дебиторской задолженности ООО «МКСервис» составлял 5,83 млн. руб.

ФИО3 заявила, что пост руководителя покинула в августе 2018 года ввиду корпоративного конфликта с ФИО6, взыскала с должника задолженность по заработной плате в сумме более 400 тыс. руб., продолжила деятельность по управлению МКД посредством другого общества – общества с ограниченной ответственностью «Комфортная среда», под управление которого перешла часть МКД, управляемых ранее должником.

ФИО3 сослалась на передачу ФИО4 документации, печати должника, ключа ЭЦП; указала на то, что вся информация по формированию дебиторской задолженности в период её руководства хранилась в программе 1С Бухгалтерия, установленной на рабочем компьютере в офисе должника, после прекращения её полномочий руководителя общества, документация там же и осталась.

ФИО6 15.10.2018 обратился в правоохранительные органы с заявлением, на основании которого 25.12.2018 возбуждено уголовное дело по факту мошеннических действий в отношении должника перечислением с 01.01.2015 по 31.07.2018 денежных средств в сумме 7,7 млн. руб. на расчётный счёт ИП ФИО8

В заявлении ФИО6 указал также на то, что после освобождения ФИО3 офиса должника документы по его финансово-хозяйственной деятельности не обнаружены.

Вместе с тем, 16.10.2018 в офисе документация должника была обнаружена, произведено изъятие документации должника за период 2015-2017 годов, относящейся к правоотношениям с ИП ФИО8, по приобретению хозяйственного инвентаря и моющих средств (том 14 листы 112-124).

В суд были представлены копии материалов уголовного дела (в электронном виде 01.03.2023), содержащие справки по исследованию, в том числе, информационных данных электронной версии программы 1С ООО «МКСервис».

14.03.2019 по расписке ФИО3 произведён возврат документации, флэш-накопителей, портативных компьютеров (том 17 лист 17).

ФИО3 не дала суду внятных пояснений о том, что конкретно находилось на вышеуказанных носителях, однако отрицала факт удержания каких-либо документов, относящихся к хозяйственной деятельности должника, в том числе, по формированию дебиторской задолженности

Фактов обращения в суд ФИО6 или последующих руководителей с требованиями к ФИО3 о передаче документации должника не установлено.

Управляющий 07.06.2021 обращался с заявлением об истребовании у бывшего руководителя ФИО5 бухгалтерской и иной документации должника, печати, штампов, материальных и иных ценностей.

Определением суда от 01.09.2021 заявление управляющего удовлетворено.

В октябре 2021 года управляющему учредителем ФИО6 и руководителем ФИО5 переданы документы по работнику ФИО9, учредительные документы и печать должника, материалы аудиторских проверок (том 13 листы 102-104).

Управляющему 03.12.2021 выдан исполнительный лист, 08.09.2022 возбуждено исполнительное производство, в ходе которого документы не переданы.

ФИО5 заявлял об отзыве исполнительного листа, указывая на то, что все необходимые сведения по дебиторской задолженности могли быть получены конкурсным управляющим из МП «РИЦ» и программы 1С Бухгалтерия.

ФИО5 не раскрыл и не подтвердил причину отсутствия у него документации должника, с соответствующими требованиями к ФИО3 и ФИО4 не обращался.

По итогам инвентаризации имущества в состав конкурсной массы включена лишь дебиторская задолженность в сумме 451,9 тыс. руб. на основании данных, полученных конкурсным управляющим из МП «РИЦ», осуществлявшего с 01.04.2019 до 31.07.2020 начисление платежей за жилищно-коммунальные услуги на основании договора от 01.04.2019 №3-3/19. Указанная задолженность уменьшилась на 120 тыс. руб.

В уголовном деле имеется информация о том, что со счета должника на счёт ИП ФИО8 за период с 01.01.2016 по 31.07.2018 перечислено 6 761 124,42 руб., из которых большая часть перечислена ФИО8, затем им снята наличными в банкомате, в оставшейся сумме направлена на уплату страховых взносов, обязательных платежей, услуг банка, а также возвращена обществу «МКСервис».

ИП ФИО8 сформированы отчёты, согласно которым в период с 01.01.2016 по 31.07.2018 должнику оказано услуг на сумму 9 084 906,55 руб.

Должник оплатил услуги на общую сумму 9 288 984,12 руб., из них 7 051 124,42 руб. с расчётного счета, в остальной сумме – из кассы.

Балансовая стоимость активов должника составляла в 2016 году – 7799 тыс. руб., в 2017 году – 7821 тыс. руб., в 2018 году – 6417 тыс. руб., тогда как в год в адрес ИП ФИО8 должник перечислял около 3600 тыс. руб.

В период правоотношений с ИП ФИО8 под управлением должника находилось 13 МКД, но в штатном расписании должника за 2016-2018 годах отсутствовали дворники, уборщики помещений, консьержи.

Допрошенные в рамках уголовного дела граждане ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14, (дворники, уборщики) пояснили, что с ИП ФИО8 не знакомы, но числились его работниками, при этом заработную плату получали в офисе должника.

ФИО3 пояснила суду, что для удобства ИП ФИО8 привозил денежные средства в офис должника, где и производился расчёт с работниками, привлечёнными для уборки обслуживаемых должником МКД; инвентарь хранился у должника; дворники, уборщики хозяйственный инвентарь, моющие средства, заработную плату получали в офисе должника, а конкретные указания по работе - от инженеров должника.

Показания инженера должника – ФИО15, осуществлявшего контроль за работой дворников и уборщиков, об отсутствии отношения ИП ФИО8 к обслуживанию находящегося под управлением должника фонда оценены как личное мнение инженера.

ФИО16 с начала октября 2017 года работала дежурным диспетчером, заявление о приёме на работу писала в офисе должника, заявление приняла ФИО3, заработную плату получала в кассе офиса должника, вместе с ФИО16 консьержами работали ФИО17, ФИО18 и ФИО19

ФИО16, ФИО17, ФИО18 ФИО19, а также ряд других допрошенных в рамках уголовного дела лиц, осуществлявших в спорный период уборку территорий и помещений МКД, находившихся под управлением должника, не являлись застрахованными лицами ни ООО «МКСервис», ни ИП ФИО8, с учётом чего суд пришёл к выводу об отсутствии оснований полагать, что они являлись работниками именно должника, каковыми сами себя считали (так, суд учёл, что работниками должника считали себя и лица, формально трудоустроенные у ИП ФИО8).

Двойная оплата труда работников не установлена, неравноценность встречных предоставлений по сделкам должника с ИП ФИО8 в качестве оснований требования к ФИО3 не заявлена.

В реестр требований кредиторов должника включена кредиторская задолженность в сумме 6 169 770,59 руб. долга, 270 087,73 руб. штрафных санкций, сформировавшаяся за период с ноября 2018 года по 2020 год, то есть уже после прекращения полномочий ФИО3 в качестве руководителя должника и правоотношений должника с ИП ФИО8, существенная убыточность сделок с ИП ФИО8 или факт утраты должником возможности продолжать осуществление хозяйственной деятельности именно в результате совершения сделки с ИП ФИО8 не обоснованы, сделки не оспаривались, вред не доказан.

В октябре 2018 года должником был получен промежуточный отчёт об отмеченных фактах при выполнении согласованных процедур в отношении финансовой и нефинансовой информации ООО «МКСервис» за период с 01.01.2018 по 06.08.2018, в котором, в том числе, сделаны выводы об отсутствии контроля над фактическим выполнением услуг, оформлением актов выполненных ИП ФИО8 работс нарушением действующего законодательства, однако собственники помещений в МКД претензий должнику не предъявляли.

Собственники помещений в МКД приняли решение о передаче функций управляющей компании организации, подконтрольной ФИО3 (общество «Комфортная среда»). Перевод на последнее бизнеса должника после ухода ФИО3 в качестве оснований субсидиарной ответственности не заявлен.

Установленные выше обстоятельства повлекли отказ в удовлетворении заявления, так, суды исходили из того, что факт надлежащей передачи кем-либо из руководителей должника лиц следующему правопреемнику документации должника не установлен, вместе с тем, её отсутствие не повлияло на формирование конкурсной массы вследствие низкой ликвидности дебиторской задолженности (неплатёжеспособности населения) и истечения на дату открытия (20.02.2021) конкурсного производства исковой давности для взыскания дебиторской задолженности, образовавшейся до 01.04.2019 (если допустить, что её сумма составляла более 5 млн. руб.); бездействие контролирующих должника лиц по передаче в МП «РИЦ» данных по задолженности, образовавшейся до 01.04.2019, по взысканию дебиторской задолженности, им не вменялось; иных активов у должника фактически не имелось; в отношении требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности за совершение мнимой сделки с ИП ФИО8 суды исходи из того, что рассмотрение уголовного дела не завершено, в деле есть документы, подтверждающие оказание услуг должнику по уборке мест общего пользования МКД, организации контрольно-пропускного режима МКД; те обстоятельства, что все работники, выполнявшие обслуживание МКД, считали себя работниками должника, а не ИП ФИО8, для которого должник являлся единственным контрагентом, о мнимости правоотношений должника с этим лицом не свидетельствует; собственники помещений в пяти МКД, которыми ранее управлял должник, в августе и октябре 2018 года приняли решение о выборе иной управляющей компании, при этом шесть МКД остались под управлением должника до 2020 года.

Рассмотрев кассационную жалобу, изучив материалы дела, проверив в соответствии со статьями 286, 288 АПК РФ законность принятых судебных актов, суд кассационной инстанции считает их подлежащими отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции с учётом следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11. Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несёт субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве с даты принятия арбитражным судом решения о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства прекращаются полномочия руководителя должника.

Руководитель должника в течение трёх дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу ему бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей.

В соответствии с подпунктами 2, 4 пункта 2 статьи 61.11. Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учёта и (или) отчётности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Отсутствие документов, отвечающих требованиям законодательствао полноте, непрерывности, достоверности бухгалтерского учёта, корреспонденции счетов и других, не позволяет управляющему осуществлять мероприятия конкурсного производства (установить активы, проанализировать правовые основания их выбытия, оспорить подозрительные сделки, взыскать задолженность, привлечь к ответственности виновных лиц).

Во вторую очередь реестра требований кредиторов должника включены обязательные платежи за 2015-2016 годы в сумме 899 301,29 руб., в третью очередь – обязательства перед налоговым органом, ресурсоснабжающими организациями, исполнителями услуг, возникшие с января 2018 года по июль 2020 года в общей сумме 6 169 770,59 руб.

Так, стороны указывают, что на 31.12.2019 размер дебиторской задолженности составлял 5,83 млн. руб., который при выполнении мероприятий по взысканию предполагается достаточным для погашения кредиторской задолженности соответствующего периода.

Из реестра усматривается, что к периоду руководства ФИО3 относится неустойка в сумме 24 тыс. руб. - определение суда от 28.04.2021 (26.04.2021 – резолютивная часть), остальные включённые в реестр требования возникли после её увольнения 06.08.2018.

Вместе с тем на 31.07.2018 у должника имелась задолженность перед обществами «ЭССК» (434,8 тыс. руб.), «Кемеровская генерация» (1,852 млн. руб.).

В 2015 году создано общество с ограниченной ответственностью «Комфортная среда», руководителем которого является ФИО20, которому перешли под управление многоквартирные дома, управляемые должником в период руководства ФИО3, которая к первому обществу также имеет отношение (постановление суда общей юрисдикции по делу № 5-313 /2020, лист 45 том 15).

Несмотря на то, что в реестр требований кредиторов должника не включались возникшие в период руководства ФИО3 требования кредиторов к должнику, а должник после её увольнения в августе 2018 года продолжил деятельность по управлению оставшимися МКД, за счёт чего исполнил обязательства, возникшие до 06.08.2018, ответственность ФИО3 за непередачу первичных учётных документов, подтверждающих дебиторскую задолженность населения (для целей её взыскания следующими руководителями ФИО4, ФИО5) не исключается.

Наличие дебиторской задолженности в существенном размере ФИО3 подтверждает в возражениях от 14.07.2023 – лист 84 том 15).

Как отмечено, на 31.12.2019 размер дебиторской задолженности установлен в размере 5,83 млн. руб.

Имеющийся в деле расчёт задолженности населения перед должником (лист 39 том 17) явных или существенных проблем с дисциплиной платежей за коммунальные услуги не демонстрирует.

Доводы ответчиков о неликвидности дебиторской задолженности не основаны на доказательствах, однако приняты судами без учёта презумпции наличия причинно-следственной связи между неправомерными действиями контролирующих должника лиц и банкротством должника в случае отсутствия документации должника, значимой для проверки правомерности выбытия активов, формирования конкурсной массы.

ФИО3 указывает на ознакомление её с отчётом по результатам проверки деятельности должника за период с 01.01.2018 по 06.08.2018, содержание которого (по её утверждению) подтверждает наличие в распоряжении ФИО4 документации должника, ссылается на непредъявление к ФИО3 требований о передаче документации.

Вместе с тем в акте приёма-передачи документов от ФИО3 к ФИО4 пообъектно указаны передаваемые документы и предметы, но нет указания на передачу регистров бухгалтерского учёта, первичных учётных документов должника.

Изъятая органами следствия документация должника не касается дебиторской задолженности (лист 5 том 14), как нет в материалах уголовного дела и документов о деятельности должника (лист 12 том 14).

В деле есть опись материалов уголовного дела, которая об изъятии органами следствия документов, необходимых для формирования конкурсной массы, не свидетельствует.

По существу после увольнения ФИО3 у должника остались только активы в виде дебиторской задолженности, установить которую не представилось возможным.

В заказанном участником должника ФИО6 (для проверки деятельности ФИО3) отчёте от 26.10.2018 аудитором отмечено отсутствие учётных регистров (журналы-ордера, анализы счета, оборотно-сальдовые ведомости, главная книга, книга доходов и расходов и другие), а также то, что бухгалтерские регистры, формируемые компьютерными программами, не подписаны электронной подписью (лист 23 том 1), в компьютерных бухгалтерских программах и базах должника отсутствует защита от несанкционированных изменений за предыдущие периоды; документы на материальных носителях хранятся в условиях, не обеспечивающих из сохранность и целостность (лист 25 том 1), инвентаризация в 2017 году и проверяемом периоде 2018 года не проведена, правильность отражения остатков на 01.01.2018 не подтверждена, в актах с ИП ФИО8 не указаны виды, периоды, единицы измерения оказанных услуг, объекты (МКД), хотя в договорах предусмотрено, что оплата производится за фактически оказанный объем услуг; кроме того наименования и единицы измерения услуг не конкретизированы и в договорах, что препятствует оценке условий сделок на предмет соответствия рыночным ценам на аналогичные услуги.

В отношении периода, относящегося к ответственности лиц, контролировавших должника после ФИО3, у должника МКД в управлении были, но в материалах дела в целом отсутствуют какие-либо документы, раскрывающие показатели его финансово-хозяйственной деятельности, несмотря на то, учёт осуществлялся с привлечением услуг МП «РИЦ», не проанализированы безналичные операции этого периода.

Установленные обстоятельства трудовых отношений диспетчеров, консьержей, дворников, уборщиков, являющихся по всем внешним признакам работниками именно должника (так, они сами считают своим работодателем именно должника, получают от него указания, в офисе должника им выдаётся инвентарь, расходные материалы, заработная плата, их координируют инженеры должника, работники знакомство с ИП ФИО8 отрицают) сами по себе создают презумпцию мнимости трудовых отношений работников именно с ИП ФИО8, вызывают предположениео неравноценности встречных предоставлений по договору между должником и ИП ФИО8

Неясно, в чём именно состоял функционал предпринимателя, необходимость его посредничества между работниками и должником, непосредственно организовывавшим уборку дворов, общих помещений, контроль доступа в МКД, обеспечивавшим работников инвентарём, расходными материалами, выплачивающим им заработную плату, а также, как следствие возникает презумпция недостоверности бухгалтерского учёта должника в соответствующей части.

В 2015, 2106, 2017 годах у ИП ФИО8 трудоустроено 9 человек, годовой доход каждого из которых составил от 14 до 124 тыс. руб. (в месяц от 1,5 до 10 тыс. руб.), максимальный фонд оплаты труда в месяц около 50 тыс. руб. (лист 15 том 14), вместе с тем должник выплачивал в месяц ИП ФИО8 от 240 до 350 тыс. руб. (акт сверки, картотека арбитражных дел, 26.06.2023, 11:46).

Подписанные представителями собственников помещений в МКД акты за 2018 год по необъяснимой причине представлены в материалы дела ФИО3 (26.06.2023, 11:46), хотя по её логике относятся к деятельности ИП ФИО8, кроме того, в актах исполнитель услуг не указан.

В этот же период (2015, 2106, 2017 годов) у должника трудоустроены 25 человек, уровень оплаты труда которых более соответствует экономической ситуации (годовой доход работников в среднем от 200 до 685 тыс. руб.).

Часть работников со всей очевидностью получали оплату труда, не будучи оформленными.

За период 2015 год - июль 2018 года на счёт ИП ФИО8 от должника поступило в безналичном порядке 6,761 млн. руб., доход предпринимателя по указанным безналичным операциям определён в сумме 5,742 млн. руб., вместе с тем его расходы за этот период (включая его собственный налог по УСН) не превышают 840 тыс. руб. (лист 182 том 14).

Кроме этого из кассы должника ИП ФИО8 получил дополнительно 2,237 млн. руб.

Отсутствие приговора по итогам расследования уголовного дела не исключает оценку в рамках настоящего обособленного спора собранных доказательств.

Из материалов дела не усматривается объективных доказательств отношения ИП ФИО8 к организации работ (услуг) в отношении МКД, находившихся под управлением должника, а документы, относящиеся к ИП ФИО8, приняты (вероятно от органов следствия) именно ФИО3 (лист 17 том 17).

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону.

По смыслу пункта 3 статьи 61.11 Закона о банкротстве для применения презумпции, закреплённой в подпункте 1 пункта 2 данной статьи, наличие вступившего в законную силу судебного акта о признании такой сделки недействительной не требуется (пункт 23 пункта 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53).

В деле имеются (в томе 14 с листа 120) результаты восстановления экспертом в рамках уголовного дела оборотно-сальдовой ведомости по счетам должника, согласно которым за период 2016 года — август 2018 года обороты должника - 710 млн. руб., выручка - 75 млн. руб., расходы - 47 млн. руб., движение по кассе - более 44 млн. руб., а также о возврате должником ФИО3 в безналичном порядке займов 7,528 млн. руб., но в обнаруженных экспертом документах отражено предоставление должнику займов должнику наличными денежными средствами.

Указанные выше расходы должника в соотношении с размером его выручки о необходимости заимствования не свидетельствуют, что не получило оценки, равно не проверены добросовестные причины разного порядка предоставления и возврата займов ФИО3

Соответствующим доказательствам судами оценка не дана, уклонение ФИО3 от обоснования своих деловых решений относится к её рискам, более того, в условиях ненадлежащего ведения бухгалтерского учёта должника в период её руководства.

Управляющий заявлял о несправедливости правоотношений с ИП ФИО8 (лист 125 том 14), вместе с тем анализ установленных в рамках уголовного дела поступлений денежных средств должнику от населения, его объективных хозяйственных расходов, направления и законности расходования существенной разницы (прибыли) не проведён, управляющий не был обязан судами уточнить свою правовую позицию применительно к установленным финансовым показателям должника в подтверждение требований к ответчикам.

Непередача первичных учётных документов в данном случае действительно исключает взыскание дебиторской задолженности, поскольку договор с МП «РИЦ» должник заключил только 01.04.2019.

ФИО4, ФИО5, а равно участник должника ФИО6, освободивший последнего руководителя в феврале 2020 года, указывают, что не имели документов для взыскания дебиторской задолженности, но не заявляли вытекающих из этого обстоятельства требований каждый к своему предшественнику (о передаче документов, привлечении к ответственности за невозможность взыскания в пользу должника актива), что не должно относиться к экономическим рискам независимых кредиторов должника.

Отсутствие поступлений в конкурсную массу от граждан по судебным приказам (в отношении обнаруженной управляющим дебиторской задолженности 2021 года в сумме 451 тыс. руб.) не обосновывает правомерность бездействия контролирующих должника лиц в отношении дебиторской задолженности, возникшей до указанного периода.

Контролирующие должника лица не обеспечили составление, сохранность, передачу своим правопреемникам бухгалтерского учёта должника, каждый из них не заявлял своевременно требований о принудительной передаче документации о дебиторах, не принимал меры ко взысканию задолженности в пределах исковой давности.

Из материалов дела усматривается сдача некоего имущества должника в аренду, однако, сведения об объектах аренды в имеющихся у управляющего документах не отражены.

Фактически суды освободили от ответственности контролирующих должника лиц, которыми не опровергнуты установленные статьёй 61.11 Закона о банкротстве презумпции в виде отсутствия, недостоверности бухгалтерского учёта должника, что исключило формирование конкурсной массы, наличия у совершенных сделок признаков подозрительности, бездействия контролирующих должника лиц по своевременному истребованию у предшественников документации, взысканию дебиторской задолженности, привлечению предшественников к ответственности за отсутствие документации, пропуск исковой давности.

Именно ответчики несут бремя доказывания неликвидности активов, однако их необоснованная позиция по этому вопросу воспринята судами при освобождении от ответственности.

Неполно установлено отражённое судом первой инстанции в обжалуемом определении обстоятельство обнаружения 16.10.2018 в офисе документация должника (по хозяйственным операциям только с ИП ФИО8 или иная дополнительная, её значение для целей конкурсного производства).

Выводы судов об отказе в удовлетворении требований к ФИО4, ФИО5, ФИО6 не мотивированы, а управляющий не был обязан надлежащим образом изложить основания требований к каждому из них, раскрыть в соответствующем порядке подтверждающие документы, привести обоснованные расчёты.

Из материалов дела не усматривается характер и финансовые результаты деятельности должника после увольнения ФИО3, что возможно, как минимум, на основе безналичных операций должника и данных МП «РИЦ».

Как дело о банкротстве в целом, так и настоящий обособленный спор имеют публично-правовой характер, рассматриваемые вопросы касаются прав сообщества кредиторов и уполномоченного органа, принцип свободы реализации процессуальных прав ограничен, поскольку конкурсный управляющий реализует такие права не на свой риск, а за счёт имущественных интересов указанного сообщества, поэтому обязан действовать добросовестно, разумно в интересах должника, кредиторов и общества, надлежащим образом формулировать предмет, основания требований к каждому из ответчиков, исполнять обязанность по раскрытию доказательств.

Судами неправильно отнесены на конкурсную массу должника последствия бездействия контролирующих его лиц, а равно истолковано в их пользу отсутствие документации, позволяющей управляющему надлежащим образом выполнять мероприятия конкурсного производства.

Согласно пункту 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», дело может быть направлено на новое рассмотрение на основании пункта 3 части 1 статьи 287 АПК РФ, если для разрешения спора и применения норм права требуется установление нижестоящими судами обстоятельств, которые ранее судами не устанавливались, и между сторонами существует спор, имели ли место данные обстоятельства.

При новом рассмотрении суду первой инстанции необходимо устранить указанные недостатки, рассмотреть вопрос о привлечении к участию в деле ИП ФИО8, обязать управляющего исполнить процессуальную обязанность по конкретизации требований к каждому из ответчиков (учитывая статус, период и характер исполнения обязанностей), раскрыть в соответствующем порядке подтверждающие доказательства; выяснить добросовестность бездействия управляющего в части раскрытия результатов финансово-хозяйственной деятельности должника в период после увольнения ФИО3 (оснований требований к остальным ответчикам); установить значимые для правильного разрешения спора обстоятельства, оценить по правилам статьи 71 АПК РФ подтверждающие доказательства, правильно распределить бремя доказывания и риски уклонения от опровержения установленных статьёй 61.11 Закона о банкротстве презумпций.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 3 части 1 статьи 287, частью 1 статьи 288, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Кемеровской области от 29.11.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2024 по делу № А27-16516/2020 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Кемеровской области.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий Н.А. Шарова


Судьи О.В. Ишутина


ФИО1