Постановление от 25 июня 2025 г. по делу № А03-21383/2023

Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень                                                                                          Дело № А03-21383/2023


Резолютивная часть постановления объявлена 19 июня 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 июня 2025 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Марьинских Г.В.,

судей                                                                  Игошиной Е.В.,

ФИО1

рассмотрел в судебном заседании с использованием системы веб-конференции при ведении протокола помощником судьи Соколовой Ю.П. кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ПромСтройТранс» на решение от 14.11.2024 Арбитражного суда Алтайского края (судья Синцова В.В.) и постановление от 05.02.2025 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Ходырева Л.Е., Аюшев Д.Н., Сластина Е.С.) по делу № А03-21383/2023 по иску общества с ограниченной ответственностью «ПромСтройТранс» (652644, Кемеровская область – Кузбасс, город Белово, поселок городского типа Инской, микрорайон Технологический, дом 15, ИНН <***>, ОГРН <***>) к муниципальному образованию город Камень-на-Оби в лице администрации Каменского района Алтайского края (658700, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>), муниципальному образованию город Камень-на-Оби в лице комитета администрации Каменского района по жилищно-коммунальному хозяйству, строительству и архитектуре (658700, Алтайский край, Каменский район, <...>, ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании денежных средств.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, - комитет администрации Каменского района Алтайского края по финансам, налоговой, кредитной политике (ИНН <***>, ОГРН <***>), глава муниципального образования город Камень-на-Оби Алтайского края ФИО2.

В судебном заседании приняли участие представители: общества с ограниченной ответственностью «ПромСтройТранс» – ФИО3 по доверенности от 20.12.2023, комитета администрации Каменского района Алтайского края по финансам, налоговой, кредитной политике – ФИО4 по доверенности от 16.01.2024.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «ПромСтройТранс» (далее – общество, цессионарий, истец) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к муниципальному образованию город Камень-на-Оби Каменского района Алтайского края в лице: комитета администрации Каменского района по жилищно-коммунальному хозяйству, строительству и архитектуре (далее – комитет), администрации Каменского района Алтайского края (далее – администрация) о взыскании 5 638 547,03 руб. задолженности по оплате товара, 870 332,04 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), с продолжением их начисления с 04.02.2022 по день фактического исполнения обязательства, в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам муниципального унитарного предприятия «Теплосеть города Камень-на-Оби» муниципального образования город Камень-на-Оби Каменского района Алтайского края (ИНН <***>, ликвидировано в процедуре банкротства с исключением из Единого государственного реестра юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ) 28.07.2023, далее – предприятие), установленным решением от 23.09.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-14670/2020.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: комитет по финансам, налоговой и кредитной политике города Барнаула Алтайского края (далее – комитет по финансам), глава муниципального образования город Камень-на-Оби Алтайского края ФИО2 (далее – ФИО2).

Решением от 14.11.2024 Арбитражного суда Алтайского края, оставленным без изменения постановлением от 05.02.2025 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в иске отказано.

Не согласившись с результатами рассмотрения дела, общество обратилось в суд округа с кассационной жалобой, в которой просит решение и постановление отменить, принять новый судебный акт об удовлетворении требований, заявляя о несоответствии рассмотренного судами и положенного в основу отказа в иске нормативно-правового обоснования возникновения субсидиарной ответственности (пункт 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», далее – Закон о банкротстве) заявленному в иске (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

По мнению подателя жалобы, судами не учтены следующие юридически факты, свидетельствующие о наступлении субсидиарной ответственности собственника имущества предприятия (муниципальное образование город Камень-на-Оби Каменского района Алтайского края) по долгам последнего: создание заведомо убыточного юридического лица с уставным капиталом 0,137 млн. руб. и наделение его единственным активом - вспомогательным объектом недвижимости (эстакада) стоимостью 0,134 млн. руб. и финансовым обременением в виде арендных обязательств, не способного к покрытию кредиторской задолженности; не принятие решения о ликвидации предприятия с отрицательными показателями финансовой деятельности уже к 01.07.2016; наращивание кредиторской задолженности, не реальной ко взысканию кредиторами; отсутствие субсидирования в условиях установления экономически необоснованных тарифов.

Отзыв комитета с возражениями по доводам общества приобщен к материалам кассационного производства на основании статьи 279 АПК РФ.

В судебном заседании представители общества и комитета по финансам высказались сообразно занимаемым ими правовым позициям.

Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие в соответствии с положениями части 3 статьи 284 АПК РФ.

Проверив на основании статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа не усматривает основания для удовлетворения кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, предприятие в соответствии со сведениями из ЕГРЮЛ создано 02.09.2015, учредителем юридического лица является муниципальное образование город Камень-на-Оби Каменского района Алтайского края в лице комитета, основным видом деятельности является производство пара и горячей воды (тепловой энергии) (код по ОКВЭД 35.30.1).

Собственником имущества предприятия является муниципальное образование город Камень-на-Оби Каменского района Алтайского края, представителем собственника – комитет.

В рамках дела № А45-14670/2020 общество обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к предприятию о взыскании 5 638 547,03 руб. задолженности по договору поставки от 06.10.2017 № 02.10.17, процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 27.12.2017 по 03.02.2020 в размере 870 332,04 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами с 04.02.2020 по момент фактической оплаты задолженности, а также судебные расходы.

Право требования к предприятию приобретено истцом (цессионарием) у общества с ограниченной ответственностью «Кузбассуглесбыт» (цедент) по договору уступки прав требования (цессии) от 30.04.2019 № 1 (в редакции дополнительного соглашения от 30.08.2019), по условиям которого  цедент уступил, а цессионарий принял права требования, принадлежащие цеденту по договору поставки угольной продукции от 06.10.2017 № 02/10/17, заключенному между цедентом и должником (предприятием), в размере 5 638 547,03 руб. по состоянию на 26.12.2017.

Вступившим в законную силу решением от 23.09.2020 Арбитражного суда Новосибирской области по делу № А45-14670/2020 (далее – решение от 23.09.2020) исковые требования удовлетворены.

Определением от 27.06.2017 по делу № А03-8384/2017 Арбитражным судом Алтайского края принято к производству заявление предприятия о признании его несостоятельным (банкротом); определением от 16.08.2017 введена процедура наблюдения; решением от 19.02.2018 предприятие признано несостоятельным банкротом; определением от 16.06.2023 конкурсное производство в отношении предприятия завершено.

Задолженность общества, установленная Арбитражным судом Новосибирской области в деле № А45-14670/2020, для целей банкротства являлась текущей.

Неудовлетворение в ходе процедуры банкротства предприятия установленных решением от 23.09.2020 текущих требований побудило истца обратиться в дело № А03-8384/2017 с заявлением о привлечении комитета к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия, в удовлетворении которого определением от 07.09.2021 судом отказано в связи с установленным статьей 61.12 Закона о банкротстве правом кредиторов по текущим обязательствам на обращение с таким требованием после завершения конкурсного производства или прекращения производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

С заявлением о привлечении комитета и администрации к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия в деле о его банкротстве также обращался конкурсный управляющий, который просил взыскать солидарно с вышеуказанных лиц в конкурсную массу должника 158 269 917,47 руб.

Определением от 16.07.2019 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-8384/2017 в удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано.

В соответствии с определением о завершении конкурсного производства от 16.06.2023 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-8384/2017 размер текущих обязательств предприятия составил 51 055,59 тыс. руб., из них оплачено 9 533,54 тыс. руб., не погашено 41 522,05 тыс. руб.

Текущие требования общества, по утверждению последнего, к предприятию остались неудовлетворенными.

Полагая, что после завершения конкурсного производства в отношении должника имеются правовые основания для обращения в порядке искового производства к администрации и комитету с заявлением о привлечении их к субсидиарной ответственности по обязательствам предприятия перед обществом, последний обратился в арбитражный суд с иском по настоящему делу.

Суд первой инстанции, с выводами которого согласилась апелляционная коллегия, рассматривая спор, руководствовался статьями 8, 56 ГК РФ, статьями 10, 61.2, 61.3, 61.11, 61.12, 61.14 Закона о банкротстве, статьями 2, 7 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», статьей 14 Федерального закона от 06.10.2003 № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправление в Российской Федерации» (далее – Закон № 131-ФЗ), пунктом 19 статьи 2 Федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении» (далее – Закон о теплоснабжени), пунктами 16, 17, 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53), правовой позиции, приведенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079, не усмотрела оснований для удовлетворения исковых требований.

Оценив положенные в основание требований о привлечении учредителя и собственника имущества предприятия в лице комитета и администрации к субсидиарной ответственности по долгам предприятия доводы, суды пришли к выводу о том, что вменяемые ответчику действия (бездействие) не привели к отрицательному экономическому эффекту для должника, в условиях недоказанности недобросовестности и неразумности их действий, при надлежащем контроле за деятельностью должника, осуществлении по мере возможности ее финансирования, сочли основания для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за доведение предприятия до банкротства отсутствующими.

Сделанные судами выводы соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам, имеющимся в деле доказательствам и подлежащим применению нормам права.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав); правовым основанием иска о привлечении контролирующего лица к субсидиарной ответственности выступают, помимо прочего, правила о деликте, закрепленные в статье 1064 ГК РФ (пункты 2, 6, 22 Постановления № 53).

Пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, на применении которого настаивает общество, предусмотрено, что, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Указанное положение нашло развитие в определении Верховного Суда Российской Федерации от 23.11.2023 № 307-ЭС20-22591(3,4), в соответствии с которым заявление о привлечении к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов является иском, направленным на возмещение убытков контролирующим лицом в ситуации, когда его неразумные и недобросовестные действия (бездействие) оказали такое негативное воздействие на имущественную сферу подконтрольной организации, что совокупный размер активов последней стал недостаточен для проведения расчетов с кредиторами, то есть данные действия (бездействие) послужили необходимой причиной банкротства.

В силу пункта 1 статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В пункте 20 Постановления № 53 судам при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков либо специальные правила о субсидиарной ответственности, - предписано в каждом конкретном случае оценивать, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия, и в случае, если допущенные контролирующим лицом нарушения явились необходимой причиной банкротства, применять нормы о субсидиарной ответственности, а в том случае, когда причиненный контролирующим лицом вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, возлагать на последнего обязанность компенсировать возникшие по его вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ); бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред; вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное (пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Определением от 07.09.2021 Арбитражного суда Алтайского края по делу № А03-8384/2017, оставленным без изменения постановлением от 22.12.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда, установлено, что по смыслу пунктов 1 и 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, устава предприятия контролирующим должника лицом являлся комитет.

Под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством (пункт 16 Постановления № 53).

Указание заявителем, требующим привлечения к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, на конкретные объективные обстоятельства, свидетельствующие, по его мнению, о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, могут быть опровергнуты соответствующими доказательствами и обоснованиями лицом, которое привлекается к субсидиарной ответственности.

Именно контролирующее должника лицо должно представить доказательства, свидетельствующие о том, что использованный должником метод ведения бизнеса отвечал принципу добросовестности, что невозможность удовлетворения требований кредиторов обусловлена объективным отсутствием у должника имущества (кроме ситуации умышленного уменьшения контролирующим лицом имущества должника, приведшим к невозможности исполнения существующих обязательств).

Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно указывает процессуальный оппонент.

Как указано в пункте 22 Постановления № 53, в силу пункта 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве и абзаца первого статьи 1080 ГК РФ, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Во всяком случае, при рассмотрении исков о привлечении к субсидиарной ответственности бремя доказывания должно распределяться судом (часть 3 статьи 9, часть 2 статьи 65 АПК РФ) с учетом необходимости выравнивания возможностей по доказыванию юридически значимых обстоятельств дела, имея в виду, что кредитор, как правило, не имеет доступа к информации о хозяйственной деятельности должника, а контролирующие должника лица, напротив, обладают таким доступом и фактически могут его ограничить по своему усмотрению.

Суд вправе исходить из предположения о том, что виновные действия (бездействие) контролирующих лиц привели к невозможности исполнения обязательств перед кредитором, если установит недобросовестность поведения контролирующих лиц в процессе, например, при отказе или уклонении контролирующих лиц от представления суду характеризующих хозяйственную деятельность должника доказательств, от дачи пояснений либо их явной неполноте, и если иное не будет следовать из обстоятельств дела (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 07.02.2023 № 6-П).

Реализуя собственное бремя доказывания в опровержение презумпции, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, комитет и администрация ссылались на следующие обстоятельства, которые оценены судами и признаны достаточными для вывода об отсутствии предпосылок для субсидиарной ответственности.

Доводам общества о создании планово-убыточного предприятия противопоставлена обязанность органов местного самоуправления исполнять полномочия по решению вопросов местного значения, определенных статьей 14 Закона № 131-Ф3 в сфере обеспечения населения услугами теплоснабжения.

Отклоняя ссылку истца на установление предприятию необоснованно заниженного тарифа на оказываемые услуги, который способствовал убыточному результату деятельности предприятия с первого года его создания, суды обоснованно исходили из полномочий Каменского городского Совета депутатов Каменского района Алтайского края (далее - Совет депутатов), к которым отнесено определение порядка принятия решений о создании, реорганизации и ликвидации муниципальных предприятий, а также об установлении тарифов на услуги муниципальных предприятий и учреждений, выполнение работ, за исключением случаев, предусмотренных федеральными законами.

Судами верно указано на отсутствие у органа местного самоуправления полномочий по установлению тарифов в сфере теплоснабжения.

В силу пунктов 1, 2 статьи 10 Закона о теплоснабжении государственное регулирование цен (тарифов) на тепловую энергию (мощность) осуществляется на основе принципов, установленных названным законом, в соответствии с основами ценообразования в сфере теплоснабжения, правилами регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденными Правительством Российской Федерации, иными нормативными правовыми актами и методическими указаниями, утвержденными федеральным органом исполнительной власти в области государственного регулирования тарифов в сфере теплоснабжения, с учетом особенностей, указанных в частях 2.1 - 2.3 статьи 8 данного Закона. Срок действия установленных тарифов в сфере теплоснабжения и (или) их предельных (минимального и максимального) уровней не может быть менее чем один финансовый год, если иное не установлено федеральными законами, решениями Правительства Российской Федерации.

Тарифы представляют собой регулируемые государством в соответствии с пунктом 1 статьи 424 ГК РФ цены определенных видов ресурсов (товаров, работ, услуг). Цена устанавливается исходя из экономической обоснованности затрат регулируемой организации и доступности ресурсов для потребителей, то есть с соблюдением баланса публичных и частных интересов.

Субъекты, осуществляющие регулируемые виды деятельности, не вправе игнорировать принятые в отношении них уполномоченными органами государственной власти тарифные решения и исчислять стоимость передаваемых ресурсов иным образом, нежели в соответствии с такими решениями (Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2015), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.11.2015).

Тарифы на тепловую энергию для предприятия устанавливались регулятором в установленном законом порядке, ответственность за величину регулируемой цены, определенного органом по тарифам по результатам экспертизы представляемых регулируемой организации документов, на комитет и/или администрацию возложена быть не может.

Суждение общества о неоказании предприятию финансовой помощи, приведшей к наращиванию задолженности последнего перед кредиторами, также являлось предметом оценки нижестоящих судов.

Судами установлено, что в целях снижения финансового бремени предприятия  заключены муниципальные контракты на энергоснабжение для нужд муниципального образования город Камень-на-Оби Каменского района Алтайского края от 03.10.2016 № 89 с акционерным обществом «Алтайкрайэнерго», а также от 01.10.2017 № 4  с акционерным обществом «Алтайэнергосбыт», по которым администрация выступала гарантом по обязательствам предприятия и несла солидарную с ним ответственность по расчетам за электрическую энергию. Всего за период деятельности предприятия по решению судов с администрации района в солидарном порядке взыскано более 50 млн. руб. за потребленную предприятием электрическую энергию.

За счет средств бюджета городского поселения постановлением администрации от 03.11.2015 № 255 «Об утверждении муниципальной Программы «Комплексное развитие систем коммунальной инфраструктуры Каменского района Алтайского края» на 2016 - 2018 годы, постановлением администрации от 08.11.2016 № 631 «О внесении изменений в постановление администрации от 03.11.2015 № 255 «Об утверждении муниципальной Программы «Комплексное развитие систем коммунальной инфраструктуры Каменского района Алтайского края» на 2016 - 2018 годы» предприятию выделены субсидии на ремонт имущества в размере 25 млн. руб.

Кроме того, регулярно проводились совещания при главе района по вопросу деятельности предприятия, что подтверждается протоколом совещания при главе района от 29.03.2017 и планом первоочередных мероприятий по стабилизации его работы, проводились плановые и внеплановые проверки, осуществлялся контроль за его деятельностью.

На протяжении периода уставной деятельности на постоянной основе предприятию передавался уголь из резервного запаса как муниципального образования, так и краевого резервного запаса. Кроме того, специфика деятельности предприятия с момента его создания не позволяла ему получать прибыль в объеме, на которую могут рассчитывать коммерческие организации, с учетом его связанности тарифами на оказание услуг потребителям, платежи которых являлись для предприятия единственным источником пополнения активов для исполнения обязательств перед контрагентами и несения расходов на текущую деятельность. При этом абонентами должника являлись, в том числе, муниципальные учреждения (детские сады, школы, больницы и прочие) и население. Несмотря на убыточную деятельность, предприятие не могло прекратить оказание услуг населению.

Указанные антикризисные мероприятия оценены судами в качестве положительного экономического эффекта для должника, свидетельствуют об оказанной поддержке и участии в деятельности созданного юридического лица, добросовестном поведении, направленном на планомерное поддержание финансовой стабильности должника всеми доступными способами. Операций по нецелевому использованию предоставленных субсидий, совершению убыточных сделок не выявлено.

Факт превышения размера кредиторской задолженности над активами, отраженными в бухгалтерской отчетности должника, сам по себе признан судами не свидетельствующим о невозможности должника исполнить обязательства и не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника. Частая смена руководителей предприятия не признана судами в смысле положений статьи 61.11 Закона о банкротстве основанием для привлечения комитета и/или администрации к субсидиарной ответственности.

Правильно распределив бремя доказывания значимых для дела обстоятельств, оценив возражения ответчиков и положенные в их основу доказательства, суды в конкретной ситуации сочли их достаточным для вывода о добросовестности поведения комитета и администрации по развитию и реализации программ контроля за деятельностью должника, поддержки путем финансирования мероприятий, направленных на достижение цели деятельности с учетом ее специфики и, как следствие, аргументированному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по долгам предприятия.

Суды первой и апелляционной инстанций, исследовав с достаточной полнотой и оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения и установили имеющие существенное значение для дела обстоятельства.

При рассмотрении спора судами также справедливо принято во внимание, что требование обществом к предприятию приобретено по договору цессии в ситуации порога неплатежеспособности последнего, обязывающего его инициировать процесс банкротства (статья 9 Закона о банкротстве).

В ординарной ситуации неисполнение обязательства должником приводит к нарушению прав лица его контрагента, способом, поддерживающим баланс прав и законных интересов сторон, в установленных законом случаях может служить возложение субсидиарной ответственности на собственника имущества по обязательствам должника.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 21.05.2021 № 20-П, субсидиарная ответственность контролирующих лиц является мерой гражданско-правовой ответственности, функция которой заключается в защите нарушенных прав кредиторов общества, восстановления их имущественного положения.

В настоящем случае целью субсидиарного возложения обязанности является не восстановление баланса, а иной интерес, преследуемый обществом при приобретении им в 2019 году сомнительного актива в ситуации осведомленности о ведении с 2017 года в отношении должника процедуры банкротства, создается фикция причинно-следственной связи разнонаправленных по времени бездействия должника, контроля его деятельности комитетом и изменения финансового положения общества путем приобретения прав требования к предприятию.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к правильному выводу об отсутствии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, признании суждений общества о недосубсидировании деятельности должника в покрывающем кредиторскую задолженность в объеме по итогу анализа и оценки доказательств не подтвержденными.

Оснований для иных выводов у суда округа не имеется.

В целом доводы кассационной жалобы сопряжены с обращенным к суду округа требованием об иной оценке доказательств и установлении обстоятельств, отличных от установленных судами обеих инстанций, тогда как полномочия суда округа по пересмотру дела должны осуществляться в целях исправления судебных ошибок в виде неправильного применения норм материального и процессуального права при отправлении правосудия, а не для пересмотра дела по существу (статья 286 АПК РФ, пункты 1, 28, 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений судами норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению решения и постановления, не установлено. Кассационная жалоба по приведенным в ней доводам удовлетворению не подлежит.

В соответствии с требованиями статьи 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины относятся на заявителя кассационной жалобы.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 14.11.2024 Арбитражного суда Алтайского края и постановление от 05.02.2025 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А03-21383/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий                                                                                            Г.В. Марьинских


Судьи                                                                                                                          Е.В. Игошина


ФИО1