Решение от 10 марта 2019 г. по делу № А45-42827/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А45-42827/2018
город Новосибирск
11 марта 2019 года
резолютивная часть решения объявлена 4 марта 2019 года

решение в полном объеме изготовлено 11 марта 2019 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Айдаровой А.И., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассматривает в судебном заседании в помещении арбитражного суда по адресу: 630102, <...>, зал № 508, дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Системные проекты» (ОГРН <***>), г. Новосибирск, к 1) ФИО2, г. Новосибирск; 2) ФИО3, г. Новосибирск,

о взыскании убытков в размере 1 398 772 рубля 25 копеек,

при участии в судебном заседании представителей:

истца – ФИО4, доверенность от 19.11.2018г., паспорт;

ответчиков - 1) ФИО5, нотариально удостоверенная доверенность от 04.09.2018, зарегистрирована в реестре за № 54/95-н/54-2018-4-58, паспорт; 2) ФИО5, нотариально удостоверенная доверенность от 13.12.2018, зарегистрирована в реестре за № 54/52-н/54-2018-5-273, паспорт,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Системные проекты» (далее- истец) обратилось с иском к ФИО2 (далее - ответчик 1) и ФИО3 (далее – ответчик 2) о взыскании убытков в размере 1 398 772 рубля 25 копеек (с учетом заявления истца об уменьшении размера исковых требований, удовлетворённого судом).

Ответчики в отзыве на иск просят отказать в удовлетворении исковых требований, ссылаясь на необоснованность исковых требований в полном объеме, отсутствия оснований для доводов о существенном завышении размера заработной платы, не соответствующего рыночным показателям и финансовым показателям деятельности общества.

Как следует из материалов дела, исковые требования мотивированы тем, что общество с ограниченной ответственностью «Системные Проекты» (далее также - общество) было создано 13 августа 2007 года. Участниками общества являются: ФИО6, ФИО2, ФИО7, ФИО8, с размером доли в уставном капитале общества по 25% у каждого.

ФИО3 (сын участника общества ФИО2) занимал должность генерального директора общества с 1 февраля 2017 года по 17 сентября 2018 года, что подтверждается решением внеочередного общего собрания участников общества 31 января 2017 года № 1/2017; решением общего собрания участников общества от 17.09.2018, согласно которому полномочия ФИО3 были прекращены. Новым генеральным директором общества избран ФИО9.

После прекращения полномочий единоличного исполнительного органа ФИО3 передал новому генеральному директору имеющиеся у него документы, в частности: трудовой договор № 10 от 01.02.2017 с генеральным директором ООО «Системные Проекты» ФИО3; дополнительное соглашение № 1 от 01.07.2017 к трудовому договору; дополнительное соглашение № 2 от 01.01.2018 к трудовому договору; бухгалтерскую справку ООО «Системные Проекты» от 17.09.2018.

Из анализа данных документов следует, что изначально трудовым договором от 01.02.2017 г. № 10 ФИО3 был установлен должностной оклад в размере 7 000 рублей (0, 2 тарифной ставки), а также надбавка в размере 1 750 рублей. Настоящий договор является договором по совместительству.

Из раздела 3 трудового договора следует, что:

3.1.Работник как Генеральный директор Общества самостоятельно решает все вопросы деятельности Общества, отнесенные к его компетенции настоящим трудовым договором. Уставом Общества, локальными нормативными актами Общества и действующим законодательством Российской Федерации

3.2.Работник является единоличным исполнительным органом Общества и действует от имени Общества без доверенности.

3.3.Работник имеет право:

3.3.1.Без доверенности действовать от имени Общества и представлять его интересы во всех государственных и иных органах и организациях.

3.3.2.Распоряжаться имуществом и денежными средствами Общества для достижения целей, предусмотренных назначением Общества.

3.3.3.Принимать на работу и увольнять работников Общества в соответствии с трудовым законодательством, применять к ним предусмотренные законом меры.

3.3.4.Издавать приказы и давать указания, обязательные для всех работников Общества.

3.3.5.Подписывать все финансовые документы, открывать в банках расчетные и иные счета, заключать от имени Общества сделки, выдавать доверенности.

3.3.6.Утверждать должностные и нормативно-технические инструкции, инструкции по вопросам техники безопасности, противопожарной безопасности и т.п.

3.3.7.Определять состав и предел сведений, составляющих коммерческую и иную тайну Общества, порядок ее защиты.

3.3.8.Поручать решение отдельных вопросов, относящихся к компетенции Генерального директора, другим должностным лицам - заместителям и руководителям структурных подразделений Общества.

3.3.9.Осуществлять иные полномочия, предусмотренные законодательством и Уставом Общества.

Дополнительным соглашением № 1 от 01.07.2017 г. должностной оклад был увеличен до 23 200 рублей в месяц, надбавка к должностному окладу составила - 5 800 рублей.

Дополнительным соглашением № 2 от 01.01.2018 г. должностной оклад был увеличен до 80 000 рублей в месяц, надбавка - до 20 000 рублей.

Пунктом 6.3 Дополнительного соглашения № 2 установлена ежемесячная премия в размере 53 600 рублей и доплата к премии - 13 400 рублей.

Трудовой договор № 10, дополнительное соглашение № 1 и дополнительное соглашение № 2 от имени общества были подписаны участником общества ФИО2.

Из бухгалтерской справки следует, что ФИО3, как лицо, имеющее доступ к счету общества, перечислял себе указанные суммы.

Из анализа трудового договора и дополнительных соглашений к нему, истец установил, что договор и дополнительные соглашения к нему между ФИО3 и обществом подписаны от имени общества неуполномоченным лицом.

После смены генерального директора общества в сентябре 2018 года и получения трудового договора с ФИО3 и дополнительных соглашений к нему общество направило запросы о предоставлении информации ФИО3 и ФИО2 (копии запросов прилагаются). Общество просило предоставить информацию об обстоятельствах заключения трудового договора и дополнительных соглашений, однако ни ФИО3, ни ФИО2 на запросы не ответили.

Истец полагает, что ответчики своими действиями причинили убытки обществу. Участник общества ФИО2 и бывший единоличный исполнительный орган общества ФИО3 действовали в ущерб интересам общества. ФИО2, не имея соответствующих полномочий, подписала трудовой договор и дополнительные соглашения к нему, увеличивающие размер заработной платы и устанавливающие премии.

ФИО3, понимая, что ФИО2 действует без полномочий, тем не менее, перечислял с расчетного счета общества на свой личный счет денежные средства в качестве заработной платы.

Из банковской выписки по расчетному счету ООО «Системные Проекты» за период с февраля 2017 года по сентябрь 2018 года следует, что ФИО3 в июне-декабре 2017 года получал заработную плату в размере 25 230 рублей.

Подобная заработная плата является разумной и обоснованной, исходя из занимаемой должности ФИО3, работы по совместительству и установленного периода рабочего времени: не более 8 часов в неделю, то есть в один рабочий день не более 1-2 часов.

ФИО3 занимал должность генерального директора, работая по совместительству.

Зарплаты других сотрудников общества сопоставимы с зарплатой ФИО3, выплачиваемой в 2017 году. Так, зарплата ФИО8, руководителя обособленного подразделения в г. Красноярске, составляла 65 510 рублей в 2016 году и 75 589 рублей в конце 2017-го и в 2018 году, что следует из выписки по счету ООО «Системные Проекты» за период с февраля 2017 года по сентябрь 2018 года, при этом ФИО8 работал и работает в ООО «Системные Проекты» по основному месту работы полный рабочий день – подтверждается дополнительным соглашением № 4 от 29.04.2016 к трудовому договору № 4/2013 от 01.03.2013.

Анализ вакансий на должность «Директор» в сфере «Информационные технологии», размещенных на сайте https://nsk.zarplata.ru/ (скриншоты страниц сайта), позволяет сделать вывод, что средняя зарплата в месяц составляет 75 тыс. рублей в городе Новосибирске и 80 тыс. рублей в городе Красноярске. С учетом 8-часовой рабочей недели зарплата ФИО3 должна составлять 15-16 тыс. рублей в месяц.

Представленные ответчиками справки-обзоры средних заработных плат в г. Новосибирске не являются релевантными и относимыми доказательствами, т.к. обзор подготовлен на основе анализа зарплат в крупных компаниях, количество сотрудников, выручка и чистая прибыль которых гораздо выше, чем в ООО «Системные Проекты».

Таким образом, с учетом условий работы ФИО3 разумной и обоснованной заработной платой, которая могла бы ему выплачиваться, является сумма в размере 25 230 рублей.

При этом отсутствует экономическая целесообразность и обоснованность повышения заработной платы единоличного исполнительного органа в 2018 году в 5,5 раз.

Повышение заработной платы ФИО3 с 25 230 рублей до 145 290 рублей было осуществлено при отсутствии соответствующих финансовых возможностей. Ответчиками не представлено доказательств в обоснование экономической целесообразности такого повышения.

Таким образом, необоснованное повышение заработной платы директором самому себе либо повышение заработной платы директору одним из участников общества без соответствующих полномочий, не может расцениваться как обычная хозяйственная деятельность общества и должно рассматриваться с выяснением всех обстоятельств и причин такого повышения.

Так, в соответствии с Отчетом о финансовых результатах Общества за январь-декабрь 2017 года в 2016 году чистая прибыль Общества составила 859 тыс. рублей, а в 2017 – 971 тыс. рублей, что подтверждается отчетом о финансовых результатах ООО «Системные Проекты за январь-декабрь 2017. За шесть месяцев 2018 года чистая прибыль составила 129 тыс. рублей. За аналогичный период 2017 года – 194 тыс. (копия Отчета о финансовых результатах ООО «Системные Проекты» за январь-июнь 2018 года прилагается). Выручка общества за первые полгода 2018 года составила 7 590 000 рублей; за такой же период в 2017 году – 7 949 000 рублей. По итогам 2017 года чистая прибыль общества увеличилась на 13 %, что могло бы стать основанием для повышения заработной платы в пропорциональных размерах.

Подобные действия единоличного исполнительного органа нельзя назвать разумными и осуществленными в соответствии с интересами Общества. То же само касается и определения заработной платы Исполнительному директору Общества ФИО9 и техническому директору ФИО10 В соответствии с выпиской по счету общества заработная плата каждого из них составляет 85 260 рублей в месяц. Заработная плата исполнительному и техническому директорам, также работающим неполный день, установлена ФИО3 без учета финансовых показателей общества, без проведения анализа зарплат на аналогичных должностях в других компаниях и т.д.

Таким образом, увеличение заработной платы единоличного исполнительного органа Общества ФИО3 не обосновано и экономически нецелесообразно в условиях небольшого повышения финансовых показателей Общества в 2017 году и их снижения в 2018-м.

Разумным и обоснованным размером заработной платы ФИО3 за период с января 2018 года по август 2018 года истец считает сумму в размере 25 230 рублей. Все денежные средства, полученные сверх указанной суммы, являются убытками общества.

Согласно расчету суммы исковых требований, изложенных истцом в заявлении об уменьшении исковых требований от 28.02.2019, размер убытков за период с января 2018 года по сентябрь 2018 года составляет 1 398 772,25 руб. Размер убытков рассчитан, исходя из разницы между размером ежемесячной заработной платы в 2017 году, который составлял 25 230 руб., и фактически полученной заработной платой в 2018 году в сумме 145 290 руб. ежемесячно. Соответственно, расчет компенсации при увольнении также пересчитан, исходя из 25 230 руб. Компенсация, таким образом, должна была по расчету истца составить вместо 553 581 руб.25 коп. 115 289 руб.00 коп. (75 690 + 24 110 + 14 489).

Согласно ч. 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием) (ч. 2 ст. 44 Закона об ООО, ч. 1 ст. 53 ГК РФ).

Увеличение лицом, осуществляющим функции единоличного исполнительного органа, своей заработной платы и (или) выплата себе премий без соответствующего решения уполномоченного органа общества являются основанием для взыскания с него убытков.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30 июля 2013 г. № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» не является основанием для отказа в удовлетворении требования о взыскании с директора убытков сам по себе тот факт, что действие директора, повлекшее для юридического лица негативные последствия, в том числе совершение сделки, было одобрено решением коллегиальных органов юридического лица, а равно его учредителей (участников), либо директор действовал во исполнение указаний таких лиц, поскольку директор несет самостоятельную обязанность действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В то же время наряду с таким директором солидарную ответственность за причиненные этой сделкой убытки несут члены указанных коллегиальных органов.

Согласно ч. 4 ст. 44 Закона об ООО в случае, если в соответствии с положениями данной статьи ответственность несут несколько лиц, их ответственность перед обществом является солидарной.

Истец полагает, что ФИО3 и ФИО2, будучи родственниками (сын и мать), своими совместными, согласованными, незаконными действиями, не совпадающими с интересами Общества, причинили Обществу убытки в виде перечислений денежных средств Общества в счет заработной платы ФИО3 Соответственно, они несут солидарную ответственность, в связи с чем истец просит взыскать солидарно с ответчиков убытки.

Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (п.п. 1, 2 ст. 15 ГК РФ).

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Противоправное поведение ответчиков заключается в подписании трудового договора и приложений к нему ФИО2 без соответствующих полномочий, а также перечислением ФИО3 денежных средств общества на свой личный счет.

В соответствии с ч. 5 ст. 44 Закона об ООО с иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличным исполнительным органом общества, членом коллегиального исполнительного органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

Суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума ВАС РФ № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке, скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица); совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица.

Истец ссылается также на то, что ФИО3 не созвал очередное общее собрание участников общества в пределах четырехмесячного срока после окончания финансового года.

В ходе судебного разбирательства установлено, что трудовой договор и дополнительные соглашения к нему действительно являются сделками с заинтересованностью.

Согласно абз. 2 ч. 1 ст. 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее - Закон об ООО) договор между обществом и лицом, осуществляющим функции единоличного исполнительного органа общества, подписывается от имени общества лицом, председательствовавшим на общем собрании участников общества, на котором избрано лицо, осуществляющее функции единоличного исполнительного органа общества, или участником общества, уполномоченным решением общего собрания участников общества.

Пунктом 4.25 устава общества предусмотрен такой же порядок заключения договора с генеральным директором общества. Следовательно, также должны заключаться дополнительные соглашения либо изменения к договору, заключенному с исполнительным органом общества.

На общем собрании участников Общества 31 января 2017 года не ставился на голосование вопрос о наделении кого-либо из участников общества полномочиями на заключение от имени общества трудового договора с генеральным директором и дополнительных соглашений к нему.

Председательствующим на общем собрании участников Общества 31 января 2017 года был избран ФИО9 (действующий на основании доверенности от имени участника общества ФИО6). Соответственно, именно ФИО9 имел право подписывать трудовой договор с ФИО3, а не ФИО2, являющаяся заинтересованным лицом в заключении трудового договора.

Однако доказательства того, что ФИО2 и ФИО3, подписывая трудовой договор и дополнительное соглашение № 2 от 01.01.2018 к трудовому договору № 10 от 01.02.2017, действовали в своих личных интересах, а не в интересах общества, истцом в порядке статьи 65 АПК РФ, не представлено. Обществом в лице иных участников при приеме ФИО3 на работу не была исполнена обязанность по заключению трудового договора с ФИО3

Согласно статье 67 Трудового кодекса РФ трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трех рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом.

При рассмотрении спора суд пришел к выводу о необоснованности доводов истца в части заключения трудового договора неуполномоченным лицом, поскольку при фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе. Даже в отсутствие подписанного уполномоченным лицом трудового договора между обществом и работником возникли трудовые отношения (статья 16 Трудового кодекса РФ), а также обязанность общества выплачивать ФИО3 заработную плату.

Суд пришел к выводу о согласованности заработной платы с одним из учредителей общества и отсутствию доказательств того, что общество и его участники не знали о трудовом договоре, поскольку допустив ФИО3 к исполнению обязанностей генерального директора, за все время с 1 февраля 2017 года по 17 сентября 2018 года, они не интересовались необходимостью заключения трудового договора с директором и определению условий трудового договора, определению иного размера заработной платы, нежели установленного трудовым договором, директор общества трудовой договор не скрывал от общества, после прекращения полномочий передал обществу все необходимые документы, поэтому доводы истца о неправомерности действий единоличного исполнительного органа и участника общества не могут быть приняты судом во внимание.

При отсутствии заключения трудового договора в письменной форме, общество нарушило бы положения трудового законодательства. Поэтому заключение трудового договора даже с заинтересованным лицом – одним из участников общества - суд полагает оправданным действием со стороны ответчиков.

В соответствии с п.10 Постановления Пленума ВАС РФ от 16 мая 2014 г. N 28 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью» положения пункта 1 статьи 45 и пункта 1 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, пункта 1 статьи 78 и пункта 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах не исключают возможности квалификации в качестве крупной сделки и (или) сделки с заинтересованностью заключаемого с работником общества договора или его отдельных положений.

При решении вопроса о том, нарушает ли интересы юридического лица заключение трудового договора, судам следует оценивать, насколько его условия отвечали обычным условиям трудовых договоров, заключаемых со специалистами аналогичной квалификации и соответствующего профессионального уровня, с учетом характера обязанностей сотрудника, в том числе о неразглашении информации, неконкуренции (после увольнения), масштаба и прибыльности бизнеса и т.п.

В силу статьи 135 Трудового кодекса РФ заработная плата конкретного работника устанавливается в трудовом договоре в соответствии с действующим у данного работодателя системами оплаты труда, которые разрабатываются на основе требований трудового законодательства.

Из выписки из ЕГРЮЛ следует, что общество занималось деятельностью по обработке данных, предоставлению услуг по размещению информации и связанной с этим деятельности (ОКВЭД 63.11), а также иными видами деятельности.

Из штатного расписания за 2017 следует, что в штате общества находилось 5 работников с окладом в размере от 46 400 руб. (директора) до 22 500 руб. (ведущего инженера).

Из штатного расписания за 2018 года следует, что штат общества увеличился до 7 единиц, в том числе были введены новые штатные единицы: исполнительный директор и технический директор. Размер окладов был повышен у администрации, в частности, оклад директора составил 80 000 руб., исполнительного директора – 40 000 руб., технического директора – 40 000 руб. При этом в графе примечание указано, что у ФИО3 место работы – основное.

Из финансовых показателей деятельности общества следует, что в 2017 году общество получило чистую прибыль в размере 976 000 руб. по сравнению с 2016 годом имеется рост чистой прибыли.

Общество, ссылаясь на то, что размер заработной платы в 2018 г. был установлен с учетом совместительства, со значительным превышением размера заработной платы директора по сравнению с 2017 годом, надлежащих доказательств того, что установленный в 2018 году в дополнительном соглашении оклад не соответствовал объему выполняемой директором работы, уровню его квалификации, времени, необходимого для выполнения обязанностей директора, не представило, сославшись формально лишь на средние статические показатели заработной платы, полученные им в органах статистики во время рассмотрения спора.

Как следует из справок-обзоров средних заработных плат аналогичных должностей в иных компаниях в г. Новосибирске за период с 01.06.2018 г. по 01.10.2018 г. и контррасчета, представленного ответчиками, в котором показан размер выплат заработной платы ФИО3 за каждый месяц за аналогичный период, такие выплаты были либо значительно меньше средней рыночной заработной платы аналогичной должности (июнь 2017 г. - декабрь 2017 г., март 2018 г.), либо соответствовали ей (январь 2018 г., февраль 2018 г., апрель 2018 г. - сентябрь 2018 г.), а заработная плата ФИО3 в период с июня по декабрь 2017 года была значительно ниже заработной платы иных работников общества, находящихся в подчинении у ФИО3 - ФИО8, ФИО11, ФИО12

Доводы истца о том, что представленные ответчиками сведения, предоставленные консалтинговым центром «Вакансия Плюс» (л.д. 52-57, т.1) не являются релевантными, поскольку масштаб деятельности указанных в них компаний существенно превышает масштаб деятельности истца, а именно, несмотря на то, что информация предоставлена по обособленным подразделениям в количестве от 5 до 10 человек, обороты в указанных компаниях превышают 1, 5 млн в месяц, тем не менее, они показывают, что в крупных компаниях директора обособленных подразделений получают в среднем 126 000 руб. (в 2017 году), 127 500 руб. (в 2018 году).

И ни в одних из представленных статических сведений истцом и ответчиками заработная плата генерального директора в размере 25 320 руб., не указана как средняя заработная плата аналогичных должностей в иных компаниях в г. Новосибирске, как в 2017, так и 2018 году.

Так, истец обратился с запросом в Территориальный орган службы государственной статистики по Новосибирской области (Новосибирскстат) о предоставлении информации о средней начисленной заработной плате руководителей организаций такого же профиля, что и ООО «Системные проекты» (по виду деятельности и среднесписочной численности сотрудников).

В письме от 07.02.2019 № 20-16-10/62 Новосибирскстат представил информацию по нескольким категориям организаций и работников.

Так, представлена общая информация по профессиональной группе «Руководители учреждений, организаций и предприятий» (включая профессии «Директор», «Генеральный директор») по Новосибирской области. За октябрь 2017 года средняя начисленная заработная плата составила 90 182 рубля. За другие периоды по данной группе информация не представлена.

Из представленных сведений также следует, что в 2018 году средняя заработная плата работников организаций, не относящихся к субъектам малого предпринимательства по виду экономической деятельности «Деятельность по обработке данных, предоставление услуг по размещению информации и связанная с этим деятельность» (код по ОКВЭД 63.11) составила 81 425 руб. ((68621, 5 + 68384, 1 + 96 795, 9 +74 573, 1 + 110238, 8 + 75 568,9 + 76094, 7): 7). Таким образом, установленный дополнительным соглашением № 2 оклад в размере 80 000 руб. соответствовал средним рыночным значениям заработной платы в 2018 году по предприятиям Советского района (истец также располагается в Советском районе г. Новосибирска). Также из представленных истцом в материалы дела сведений, размещенных на сайте https://nsk.zarplata.ru/ (скриншоты страниц сайта), следует, что средняя зарплата в месяц составляет 75 тыс. рублей в городе Новосибирске.

Поэтому договоры истца о том, что ни по одному из критериев средняя заработная плата сотрудников в отрасли, к которой относится деятельность ООО «Системные Проекты», не составляла больше 70 тыс. рублей в 2018 году, не могут быть приняты судом во внимание как обоснованные.

Доводы истца о том, что представленная информация относится к сотрудникам, которые работают полный рабочий день, тогда как ФИО3 работал по совместительству всего 8 часов в неделю, также не подтвержден документально, в представленной истцом информации отсутствуют сведения о начислении размеров заработной платы с учетом полного или неполного рабочего дня. Из штатного расписания за 2018 год следует, что место работы ФИО3 было основным. При таких обстоятельствах суд не может прийти к выводу об обоснованности размера заработной платы в сумме 25 230 руб. в 2018 году, который должен был выплачиваться ФИО3

При таких обстоятельствах суд полагает правомерными доводы ответчиков о том, что сравнение истцом размера заработной платы, установленного в трудовом договоре в 2017 году, с заработной платой, установленной в 2018 году, не является корректным и не свидетельствует о существенном ее повышении в 2018 году, приведшем к возникновении у общества убытков, так как из представленных истцом и ответчиком статистических сведений следует, что заработная плата директора ответчика в 2017 году была ниже средних показателей заработной платы в 2017 году, а в 2018 году размер заработной платы ФИО3 вполне сопоставим с рыночными показателями из статистических сведений.

Таким образом, заявленные к возмещению расходы истца на выплату заработной платы Семенову И.В. как генеральному директору не являются для него убытками, поскольку объективно (вне зависимости от действий ответчиков) у общества имелась обязанность нести эти расходы - выплачивать заработную плату, о чем также свидетельствует и то, что истец (участники истца) не установили иной размер заработной платы для генерального директора, а размер выплат заработной платы не превышал среднерыночный показатель в той же местности и соответствовал заработной плате иных работников истца.

В отсутствие доказательств того, что размер заработной платы превысил размер заработной платы для данного вида работы и осуществления деятельности в спорный период времени, а также доказательства тог, что действия ответчиков были направлены на причинение обществу убытков, исковые требования удовлетворению не подлежат.

В связи с уменьшением размера исковых требований, государственная пошлина подлежит возврату истцу из дохода федерального бюджета в силу статьи 333.40 Налогового кодекса РФ.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180-182, 318, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Возвратить истцу из дохода федерального бюджета 3 333 рубля 00 коп. государственной пошлины. Выдать справку на возврат госпошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения арбитражного суда в законную силу.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд (г. Томск).

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа (г. Тюмень) при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.

Решение, выполненное в форме электронного документа, подписанное усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Судья А.И. Айдарова