Постановление от 5 июня 2018 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-1750/18

Екатеринбург

06 июня 2018 г.


Дело № А50-10883/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 30 мая 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 06 июня 2018 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Кангина А. В., Плетневой В. В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Разиной Д.Ф., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Райффайзенбанк» (далее – общество «Райффайзенбанк», Банк) на определение Арбитражного суда Пермского края от 05.12.2017 по делу № А50-10883/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2018 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

Судебное заседание проведено с использованием систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда Пермского края. Материальный носитель видеозаписи приобщен к материалам дела.

В судебное заседание в Арбитражный суд Уральского округа представители лиц, участвующих в деле, не явились.

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Пермского края принял участие представитель общества «Райффайзенбанк» - ФИО1 (доверенность от 11.01.2018).

Определением Арбитражного суда Пермского края от 18.05.2016 принято к производству заявление общества «Райффайзенбанк» о признании ФИО2 (далее – должник) несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением суда от 08.07.2016 в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3.

Решением суда от 13.02.2017 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации имущества гражданина; определением суда от 01.03.2017 финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО4.

Финансовый управляющий имуществом должника ФИО4 05.06.2017 обратился в Арбитражный суд Пермского края с заявлением о признании на основании ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительной сделки по отчуждению должником нежилого помещения площадью 35,1 кв.м с кадастровым номером 59:01:1715068:1330, нежилого помещения площадью 42,5 кв.м с кадастровым номером 59:01:1715068:1362, доли 194/1343 в праве общей долевой собственности на нежилое помещение площадью 286,5 кв.м с кадастровым номером 59:01:1715068:1331, расположенных в <...>, оформленной договором дарения от 14.05.2013 (зарегистрирован 05.06.2013) несовершеннолетним ФИО5 и ФИО6 в лице их законного представителя ФИО7, применении последствий недействительности сделки в виде восстановления права собственности должника на названную недвижимость (с учетом уточнения заявленных требований, принятого судом первой инстанции в порядке, предусмотренном ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

К участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Территориальное управление Министерства социального развития Пермского края по городу Перми, ФИО5, ФИО6

На основании ст. 47 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по ходатайству финансового управляющего 24.10 2017 произведена замена ответчика ФИО7 на ФИО5 в лице законного представителя ФИО7 и ФИО6 в лице законного представителя ФИО7

Определением Арбитражного суда Пермского края от 05.12.2017 (судья Коньшина С.В.) в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2018 (судьи Романов В.А., Мартемьянов В.И., Чепурченко О.Н.) определение суда первой инстанции от 05.12.2017 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «Райффайзенбанк» просит определение суда первой инстанции от 05.12.2017 и постановление суда апелляционной инстанции от 12.02.2018 отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам. Заявитель полагает, что суд формально подошел к исследованию доказательств, не дав оценки заявлению Банка о наличии в спорной сделке признаков злоупотребления правом. Заявитель указывает, что спорная сделка совершена в трехлетний период подозрительности, так как дело о банкротстве возбуждено 18.05.2016, а регистрация перехода права собственности по договору дарения от 14.05.2013 произведена 05.06.2013. Заявитель также обращает внимание, что на момент совершения спорной сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности (наличие задолженности в размере 38 508 руб. 85 коп., в том числе просроченной 23 105 руб. 31 коп.); сделка совершена безвозмездно в отношении заинтересованного лица (ФИО7 является бывшей супругой должника). По мнению Банка, пояснения ответчика о цели дарения (источник получения алиментов) являются противоречивыми: ФИО7 и несовершеннолетние дети не являются субъектами предпринимательской деятельности; при отсутствии у должника (по мнению суда) признаков неплатежеспособности представляется странным выплата алиментов не в денежной форме, а путем предоставления имущества; должник продолжал фактическое использование имущества (ФИО7 не смогла дать четких пояснений об арендаторах и суммах поступивших арендных платежей); из выписок по счету должника следует, что должник периодически осуществлял ежемесячные платежи на содержание детей более 50 000 - 100 000 руб. ежемесячно; согласно нотариально удостоверенному соглашению об уплате алиментов от 02.04.2014 (после спорной сделки) стороны установили задолженность должника в пользу ФИО7 в размере 2 800 000 руб. за период с 01.09.2011 по 31.12.2013; неразумным и экономически неэффективным является выплата алиментов не путем получения и перечисления ответчику должником – субъектом предпринимательской деятельности дохода от самостоятельной сдачи имущества в аренду (перечисление арендных платежей в качестве алиментов с сохранением актива), что позволяет предположить направленность действий на вывод имущества от взыскания кредиторов с сохранением контроля должником за ликвидным активом.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО7 просит обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считая доводы, изложенные в ней, несостоятельными.

В силу ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений ст. 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО2 и ФИО7 25.08.2000 заключен брак.

Решением судьи судебного участка № 6 Дзержинского района г. Перми от 04.08.2011 брак расторгнут, о чем 25.08.2011 составлена запись акта о расторжении брака.

ФИО2 являлся собственником нежилых помещений общей площадью 35,1 кв.м и 42,5 кв.м, а также собственником доли в размере 194/1343 в праве общей долевой собственности на нежилое помещение общей площадью 286,5 кв.м по адресу <...> на основании договора купли-продажи нежилого помещения от 05.07.2012 № 1.

Между ФИО2 (даритель) и ФИО7, действующей за своих несовершеннолетних детей ФИО5 и ФИО6 (одаряемые) 14.05.2013 заключен договор дарения, в соответствии с условиями которого даритель безвозмездно передает в собственность одаряемых следующее недвижимое имущество:

- 1/2 доли в праве ФИО5 и 1/2 доли в праве ФИО6 на нежилое помещение общей площадью 35,1 кв.м, этаж 2, находящееся по адресу: г. Пермь, Дзержинский район, ул. Докучаева, 42;

- 1/2 в праве долевой собственности ФИО5 и 1/2 в праве долевой собственности ФИО6 на нежилое помещение общей площадью 42,5 кв.м, этаж 2, находящееся по адресу: г. Пермь, Дзержинский район, ул. Докучаева, 42;

- 1/2 доли в праве долевой собственности ФИО5 и 1/2 доли в праве ФИО6 от 194/1343 доли в праве долевой собственности на нежилое помещение общей площадью 286,5 кв.м, этаж 1, 2, находящееся по адресу: г. Пермь, Дзержинский район, ул. Докучаева, 42.

Право собственности ФИО5 и ФИО6 на объекты недвижимости зарегистрированы в установленном порядке 05.06.2013.

Между ФИО2 и ФИО7 02.04.2014 подписано соглашение об уплате алиментов, согласно которому стороны определили, что сумма алиментов на содержание совместных несовершеннолетних детей ФИО6 и ФИО5 за период с 01.09.2011 по 31.12.2013 составляет 2 800 000 руб.

Указанный размер алиментов не может быть менее 1/3 всех видов заработка и (или) иного дохода ФИО2

В пункте 2 соглашения закреплено, что ФИО2 уплачивает указанную сумму ФИО7 в срок до 31.12.2016.

Между обществом с ограниченной ответственностью «КГБ» (далее – общество «КГБ», сторона 1) и ФИО7, действующей за своих несовершеннолетних детей ФИО5 (сторона 2) и ФИО6 (сторона 3) 30.12.2014 заключен договор мены, в соответствии с которым сторона 1 меняет 1/2 долю, принадлежащую ей на праве собственности квартиры № 130, расположенной по адресу: <...>, на принадлежащие на правах собственности стороне 2:

- 1/2 долю в праве общей долевой собственности на нежилое помещение общей площадью 42,5 кв.м, расположенное по адресу: Пермский край, г. Пермь, Дзержинский район, ул. Докучаева, <...> этаж;

- 1/2 долю в праве общей долевой собственности на нежилое помещение, общей площадью 35,1 кв.м, расположенное по адресу: Пермский край, г. Пермь, Дзержинский район, ул. Докучаева, <...> этаж;

сторона 2 меняет принадлежащие ей на правах собственности 1/2 долю в праве общей долевой собственности на нежилые помещения общей площадью 42,5 кв.м и 35,1 кв.м на 1/2 долю квартиры № 130, расположенной по адресу: <...>, принадлежащей стороне 1 на праве собственности.

Согласно п. 2 договора сторона 1 меняет 1/2 долю, принадлежащую ей на праве собственности квартиры № 130, расположенной по адресу: <...>, на принадлежащие на правах собственности стороне 3:

- 1/2 долю в праве общей долевой собственности на нежилое помещение общей площадью 42,5 кв.м, расположенное по адресу: Пермский край, г. Пермь, Дзержинский район, ул. Докучаева, <...> этаж;

- 1/2 долю в праве общей долевой собственности на нежилое помещение общей площадью 35,1 кв. м, расположенное по адресу: Пермский край, г. Пермь, Дзержинский район, ул. Докучаева, <...> этаж;

Сторона 3 меняет принадлежащие ей на правах собственности 1/2 долю в праве общей долевой собственности на нежилые помещения общей площадью 42,5 кв.м и 35,1 кв.м на 1/ 2 долю квартиры № 130, расположенной по адресу: <...>, принадлежащей стороне 1 на праве собственности.

Пунктом 1.3 договора предусмотрено, что ориентировочная рыночная стоимость указанной квартиры составляет 3 600 000 руб.

Ориентировочная рыночная стоимость нежилого помещения общей площадью 42,5 кв.м составляет 2 000 000 руб.

Ориентировочная рыночная стоимость нежилого помещения общей площадью 35,1 кв.м составляет 1 700 000 руб. (пункт 1.5 договора).

Стороной 2 и стороной 3 предъявлено предварительное разрешение органа опеки и попечительства на отчуждение по договору мены принадлежащей несовершеннолетним ФИО5 и ФИО6 долей указанных помещений (пункт 1.6 договора).

В результате произведенного обмена в собственность общества «КГБ» поступают целые доли нежилых помещений общей площадью 42,5 кв.м и 35,1 кв.м, расположенных на 2 этаже, и доля 194/1343 во вспомогательных помещениях, расположенных на 1, 2 этажах по адресу: <...>, а в собственность ФИО5 и ФИО6, поступает квартира № 130, расположенная по адресу: <...> - по 1/2 доли в праве общей долевой собственности (пункт 1.7 договора).

В соответствии с п. 2.1 договора обмениваемые по настоящему договору объекты недвижимости признаются сторонами неравноценными. Обмен имущества производится сторонами с доплатой. Сторона 1 производит оплату разницы в ценах обмениваемого по настоящему договору имущества в сумме 100 000 руб. в пользу стороны 2 и 3.

Доплата разницы в ценах производится стороной 1 в момент подписания настоящего договора путем перечисления суммы разницы в равных долях, то есть по 50 000 руб. на счет ФИО5 и на счет ФИО6 (пункт 2.2 договора).

Госрегистрация переходов права собственности на основании договора мены от 30.12.2014 произведена 14.01.2015.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 18.05.2016 по заявлению общества «Райффайзенбанк» возбуждено дело о банкротстве ФИО2

Решением суда от 13.02.2017 ФИО2 признан банкротом, в отношении его имущества введена процедура реализации имущества гражданина, определением суда от 01.03.2017 финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО4

Полагая, что договор дарения от 14.05.2013 совершен должником в трехлетний период до принятия заявления о признании должника банкротом с заинтересованными лицами, при наличии признаков неплатежеспособности должника, в целях причинения имущественного вреда кредиторам, финансовый управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании договора дарения от 14.05.2013 недействительным.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В силу п. 1 ст. 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного Федерального закона.

Согласно п. 7 ст. 213.9 Закона о банкротстве, финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 и 61.3 названного Закона, а также сделок, совершенных с нарушением указанного Закона.

Абзац 2 п. 7 ст. 213.9 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном п. 3 - 5 ст. 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ).

В данном случае, установив, что оспариваемый договор дарения совершен 14.05.2013, то есть до 01.10.2015 и ФИО2 не являлся индивидуальным предпринимателем, суды правильно заключили, что правовым основанием для признания сделки недействительной может являться только нарушение при его совершении требований ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов (п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Из пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» следует, что если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (п. 1 или 2 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для признания сделки недействительной по причине злоупотребления правом обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок; наличие или возможность негативных правовых последствий для прав и законных интересов иных лиц; наличие у стороны по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

В соответствии с абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под вредом имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника, а также иные последствия совершенных должником сделок, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Судами установлено, что в обоснование злоупотребления правом со стороны ФИО2 при заключении оспариваемого договора дарения финансовый управляющий приводил доводы о том, что на момент его заключения (14.05.2013) должник имел неисполненные обязательства перед администрацией Новоильинского городского поселения Нытвенского района Пермского края по договору аренды земельного участка от 19.08.2009 № 208-п за 1-й квартал 2013 года, апрель, май 2013 года в сумме 38 508 руб. 85 коп., в том числе просроченные более 3-х месяцев - в сумме 23 105 руб. 31 коп., в следствие чего сделка совершена в условиях неплатежеспособности должника ФИО2

Рассмотрев доводы и возражения участвующих в споре лиц, исследовав обстоятельства дела, оценив финансовое положение должника, его доход, суммы денежных средств, которые он перечислял ФИО7, обороты по его банковским счетам на момент заключения оспариваемого договора дарения от 14.05.2013, участие должника в уставных капиталах юридических лиц, суды установили, что наличие указанной выше просроченной задолженности в 23 105 руб. 31 коп. на момент совершения договора дарения не свидетельствует о наличии у ФИО2 признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества, спорной сделкой не причинен вред имущественным правам кредиторов должника.

Суд апелляционной инстанции также установил, что из материалов настоящего дела о банкротстве и пояснений финансового управляющего и представителя Банка в заседании апелляционного суда следует, что Банк включен в реестр требований кредиторов ФИО2 ввиду неисполнения последним договора поручительства, в соответствии с которым он обязался отвечать за исполнение общества с ограниченной ответственностью «Металпром» (далее – общество «Металпром») обязательств по кредитному договору с Банком.

Финансовый управляющий и Банк признают, что общество «Металпром» осуществляло исполнение обязательств по кредитному договору вплоть до апреля - мая 2014 года, то есть практически год после совершения оспариваемого дарения.

Длительность промежутка времени между сделкой дарения и нарушением обязательств общества «Металпром» перед Банком в отсутствие иных доказательств того, что финансовое положение общества «Металпром» на май 2013 года и его перспективы должны были составить у ФИО2 представление о неизбежности будущего обращения Банка за исполнением обязательств поручителя, не устанавливает связь между дарением и отношениями Банка и общества «Металпром», в связи с чем не свидетельствует о недобросовестности должника в момент дарения.

То обстоятельство, что в период совершения дарения началась налоговая проверка общества «Металпром», также не свидетельствует, что дарение недвижимости 14.05.2013 представляет собой вывод активов должника с целью избежать привлечения к субсидиарной или иной ответственности по налоговым или иным обязательствам общества «Металпром», так как объем доначисленных по результатам проверки налогов (1 500 000 руб.) и время вынесения соответствующего решения налогового органа допускают обоснованность предположения в 2013 году того, что общество «Металпром» обладало возможностью урегулировать отношения с налоговыми органами за счет собственного имущества, без риска для ФИО2

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, установив, что в Банком и финансовым управляющим в нарушение ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации иного не доказано, суд апелляционной инстанции указал, что последующее участие отчужденного в результате оспариваемого договора дарения имущества в договоре мены, а равно и утверждаемая управляющим отстраненность ФИО7 от решения текущих вопросов эксплуатации имущества не могут служить самостоятельными основаниями для признания сделки дарения совершенной в целях причинения вреда третьим лицам или при очевидно недобросовестном поведении участников сделки.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, и, установив, что на момент заключения оспариваемого договора у должника отсутствовала какая-либо существенная кредиторская задолженность, суды правильно признали, что при заключении договора дарения ФИО2 не действовал исключительно с целью причинения вреда имущественным правам кредитором.

При этом суды отметили, что в отсутствие информации о какой-либо задолженности должника перед кредиторами ФИО7, находящаяся в разводе с ФИО2 с августа 2011 года и действовавшая при заключении договора дарения в интересах своих несовершеннолетних детей, не могла знать о противоправной цели дарителя.

Таким образом, исследовав и оценив по правилам ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, приняв во внимание пояснения ФИО7 о том, что нежилые помещения подарены ФИО2 детям в целях извлечения дохода от аренды данных помещений в счет алиментных обязательств, учитывая, что дарение отцом своим детям недвижимости в целях получения теми дохода от использования данных объектов и использования данного дохода в интересах детей не может быть признано злоупотреблением правом, суды первой и апелляционной инстанций пришли к обоснованному выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемого договора недействительным на основании ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд кассационной инстанции считает данные выводы судов соответствующими установленным ими фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, основанными на верном применении норм права, регулирующих спорные правоотношения.

Доводы кассатора о формальном исследовании доказательств и об отсутствии оценки заявленных требований – судом округа отклоняются как противоречащие содержанию обжалуемых судебных актов. Возражения заявителя являлись предметом рассмотрения судов и мотивированно отклонены (основания и причины отклонения подробно изложены в мотивировочной части обжалуемого постановления апелляционного суда), фактически направлены на переоценку доказательств, что находится за пределами полномочий окружного суда, который проверяет правильность применения судами первой и апелляционной инстанции норм права, а не разрешает вопросы, касающиеся фактических обстоятельств спора и оценки тех или иных доказательств.

Доводы заявителя кассационной жалобы о несогласии с итоговыми выводами судов в связи с наличием у оспариваемой сделки признаков недействительности - основанием для отмены обжалуемых судебных актов не являются в связи со следующим.

В соответствии с процессуальным законодательством и законодательством о банкротстве, право определять предмет и основания заявленных исковых требований принадлежит лицу, обратившемуся с соответствующим заявлением в суд. Суд по своей инициативе определяет круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решает, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.

Однако это не означает, что суд в самостоятельном порядке вправе изменять (в том числе расширять) предмет либо основания заявленного требования. Истец самостоятельно определяет способ защиты своих законных прав и интересов. Процессуальный закон не предоставляет суду полномочий по изменению по своему усмотрению предмета либо основания заявления арбитражного управляющего с целью использования более эффективного способа защиты (такие действия являются нарушением как требований статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, так и принципа равноправия сторон (статья 8 названного Кодекса)).

Суд, рассматривающий конкретный спор, не связан лишь правовой квалификацией спорных отношений, которую предлагают стороны, и должен рассматривать заявленное требование по существу, исходя из фактических правоотношений.

Как следует из содержания обжалуемых судебных актов и материалов дела, судом в соответствии с вышеуказанными нормами процессуального права, исходя из доводов и возражений участников спора и требований арбитражного управляющего (заявителя) - определен предмет доказывания, произведено исследование и установление фактических обстоятельств, входящих в предмет доказывания, произведена надлежащая правовая оценка заявленных доводов, возражений и доказательств, имеющихся в настоящем обособленном споре.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (ст. 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено. Таким образом, доводы, изложенные в кассационной жалобе, правовые выводы судов не опровергают, не подтверждают наличие существенных нарушений норм материального права и норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не являются достаточными основаниями для пересмотра судебных актов в кассационном порядке.

С учетом изложенного, обжалуемые судебные акты следует оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 05.12.2017 по делу № А50-10883/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.02.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «Райффайзенбанк» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий О.Н. Новикова


Судьи А.В. Кангин


В.В. Плетнева