Решение от 5 сентября 2020 г. по делу № А29-167/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Орджоникидзе, д. 49а, г. Сыктывкар, 167982

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А29-167/2020
05 сентября 2020 года
г. Сыктывкар


Резолютивная часть решения объявлена 04 сентября 2020 года,

решение в полном объёме изготовлено 05 сентября 2020 года.

Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи Босова А. Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

при участии представителей

от истца: ФИО2 (генеральный директор),

ФИО3 (по доверенности от 09.01.2020 № 7),

от ответчика: ФИО4,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску

общества с ограниченной ответственностью «Аспект»

(ИНН: <***>, ОГРН: <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО4

(ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>)

о взыскании неустойки

и установил:

общество с ограниченной ответственностью «Аспект» (Общество) обратилосьв Арбитражный суд Республики Коми с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО4 (Предприниматель)о взыскании 89 470 440 рублей неустойки по договору возмездного оказания от 04.10.2016 № 26-П/2016 (Договор) за период с 29.06.2017 по 20.01.2019.

Исковые требования основаны на статьях 310, 708 и 330 Гражданского кодекса Российской Федерации (Гражданский кодекс) и мотивированы следующим. Во исполнение Договора и дополнительного соглашения к нему от 28.04.2017 № 1 Предприниматель (субсубподрядчик) обязался перед Обществом (субподрядчиком) выполнить инженерно-изыскательские работы по трём объектам («Обустройство Западно-Тэбукского нефтяного месторождения 2018 г.», «Строительство и реконструкция трубопроводов Расьюского нефтяного месторождения» и «Обустройство Джъерского нефтяного месторождения»),осуществить сопровождение и получить положительное заключение Главгосэкспертизы (четвёртый этап). К выполнению работ четвёртого этапа Предприниматель не приступал, допущенные им недостатки устранило в процессе прохождения государственной экспертизы общество «ВелтГрупп», что подтверждается, кроме прочего, и экспертным заключением от 17.06.2019 № 1009/СЭ (с. 47), подготовленным по поручению арбитражного суда в рамках дела А29-8224/2017 по иску Предпринимателя к Обществу о взыскании задолженности по Договору. Проектная документация и результаты инженерных изысканий были направлены для прохождения государственной экспертизы самим Обществом. За допущенные нарушения Предприниматель должен понести имущественную ответственность в виде неустойки, предусмотренной в пунктах 6.2.1 (за нарушение срока окончания услуг) и 6.2.2 (за нарушение сроков выполнения отдельных этапов услуг) Договора.

Определением от 16.01.2020 исковое заявление принято к производствуи назначено к рассмотрению в предварительном заседании на 19.02.2020.

В отзыве от 24.01.2020 ответчик полностью отклонил предъявленныек нему требования со ссылкой на статью 431 Гражданского кодекса и пункт 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» (Постановление № 49). По мнению Предпринимателя, в результате ошибочного толкования условий Договора Общество пытается вменить ему в обязанность то,в отношении чего стороны со всей очевидностью не могли договариваться. Так,в силу части 11 статьи 49, пункта 16 статьи Градостроительного кодекса Российской Федерации (Градостроительный кодекс), пунктов 2 и 13 Положенияоб организации и проведении государственной экспертизы проектной документации и результатов инженерных изысканий (утверждено постановлением Правительства Российской Федерации от 05.03.2007 № 145), первого раздела Договора («Понятия (термины)»), заказчиком и одновременно застройщикомв отношении трёх объектов, по которым Предприниматель производил инженерные изыскания, является общество «Лукойл-Коми». Понятие «сопровождение и получение положительного заключения Главгосэкспертизы»не раскрыто ни в разделе 1, ни в разделе 3 Договора, поэтому указанный термин должен толковаться исключительно как обязанность согласовать вместес заказчиком материалы инженерных изысканий, подготовленных при оказании услуг по Договору при внесении оперативных изменений в эти материалыпо требованию экспертизы, и обязанность оплатить повторную экспертизу,в случае если необходимость её проведения будет вызвана некачественным оказанием ответчиком услуг по Договору. Элементов поручения Договорне содержит. Более того, Общество не являлось ни застройщиком, ни техническим заказчиком и, как следует из доверенности от 10.04.2017 № ЛК-528, выданной обществом «Лукойл-Коми» генеральному директору Общества ФИО2, истец не имел права поручать (делегировать) ответчику собственные полномочия по представлению на государственную экспертизу материалов инженерно-изыскательских работ, подготовленных при исполнении Договора. Ответчик также обратил внимание суда и на то, каким образом в календарном плане осуществлён расчёт услуг: 1 360 000 рублей — это 10 процентов от цены Договора, при этом стоимость трёх этапов определена с применением понижающего коэффициента 0,9. Иными словами, 1 360 000 рублей — это не стоимость «четвёртого этапа»,о котором стороны не договаривались, а отложенный платёж, который подлежал перечислению после получения положительного заключения Главгосэкспертизы. После того, как результаты работ были переданы истцу, порядок и сроки предоставления документов на государственную экспертизу от ответчика зависеть не могли. В пунктах 1.5 и 3.1.5 положительных заключений экспертизы отражено, что Предприниматель является исполнителем инженерных изысканий и тем лицом, которое в оперативном порядке исправляло возникшие замечания. Предприниматель считает, что Общество действует недобросовестно.

Общество дополнило материалы дела подробными письменными возражениями от 19.02.2020, в которых, в частности, подчеркнуло: контрагенты изначально выделили сопровождение и получение положительного заключенияв отдельный этап. В силу части 1 статьи 49 Градостроительного кодекса ответчик был вправе самостоятельно направить документы на экспертизу. Ответчик неправомерно считает сумму 1 360 000 рублей удержанием, поскольку оно прямо запрещено в пункте 6.10 Договора.

В дополнении от 16.03.2020 к отзыву Предприниматель уточнил, чтопод «отложенным платежом» он понимает такой платёж, который подлежал перечислению после получения положительного заключения Главгосэкспертизы. Из преддоговорной переписки сторон видно, что о единоличном предоставлении Предпринимателем документов на экспертизу речи никогда не велось. Такая обязанность лежала на Обществе, что следует из протокола от 12.04.2017 совещания, проведённого истцом и обществами «Научно-исследовательскийи проектный институт нефти и газа Ухтинского государственного технического университета» и «Современные нефтегазовые технологии».

По ходатайству ответчика к делу приобщена копия экспертного заключения, подготовленного на основании определения Арбитражного суда Республики Коми от 27.06.2019 по делу А29-14000/2017. Предприниматель также просил истребовать у общества «Лукойл-Коми» объяснения относительно того,на ком лежала обязанность представлять результат инженерно-изыскательских работ по спорным объектам для прохождения государственной экспертизы, а также осуществить сопровождение и получение её положительного заключения. Рассмотрев ходатайство, суд отказал ответчику в истребовании доказательств, поскольку мнение на этот счёт заказчика (общества «Лукойл-Коми»), которыйне являлся стороной сделки, не влияет на договорные условия Договора, согласованные Обществом и Предпринимателем.

Ответчик также заявил два ходатайства о назначении судебной экспертизы (14.08.2020 и 19.08.2020).

Согласно первому ходатайству специальное исследование требовалось для того, чтобы разъяснить вопросы толкования раздела 1 Договора («Понятия (термины)»), в частности эксперту, по мнению Предпринимателя, следовало определить, кто обладал правом представлять результаты инженерных изысканий на государственную экспертизу, каков порядок предоставления этих результатов, мог ли истец поручить ответчику обратиться в государственную экспертную организацию, зависели ли от ответчика сроки направления названных результатов на государственную экспертизу.

Во втором ходатайстве предложено поставить перед экспертом такие вопросы: соответствуют ли законам или иным нормативным актам, другим условиям договоров обязательство ответчика «Сопровождение и получение положительного заключения Главгосэкспертизы» и требование истца к ответчику представить в качестве самостоятельного объекта экспертизы результаты выполненных изысканий. По мнению Предпринимателя, эксперт также должен ответить на вопрос, какие действия должен был совершить ответчик исходяиз пункта 3.2.3 Договора.

Из ответов Предпринимателя, которые были даны на уточняющие вопросы суда, предложенные к проведению экспертизы нельзя отнести к определённому роду и виду, однако специальное исследование необходимо, с точки зрения ответчика, для того, чтобы правильно истолковать спорные положения Договорав лингвистическом и правовом смысле.

Представители ответчика сочли ходатайства подлежащими отклонениюи указали, что при наличии решения Арбитражного суда Республики Коми от 03.03.2020 по делу А29-8224/2017, оставленного без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 07.08.2020 (Решение, Постановление), настоящее дело может быть рассмотрено без назначения экспертизы.

При рассмотрении двух ходатайств суд исходил из того, что требование одной из сторон договора подряда о назначении судебной экспертизы не создаёт обязанности суда её назначить (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.03.2011 № 13765/10).

Кроме того, предложенные Предпринимателем подэкспертные вопросы касаются не инженерно-технической области, а толкования Договора, то есть прямой обязанности суда, исполнению которой служит механизм, предусмотренный в статье 431 Кодекса.

Оценив предмет спора, материально-правовое и фактическое обоснование исковых требований, а также аргументы сторон, касающиеся необходимости привлечения эксперта и целесообразности несения дополнительных издержек, суд пришёл к выводу, что совокупности имеющихся доказательств будет достаточно для разрешения дела по существу и отказал Предпринимателю в удовлетворении обоих ходатайств.

Стороны приобщили к делу дополнительные письменные возражения, которые в целом повторяют ранее изложенные аргументы.

Предприниматель со ссылкой на Решение, обратил внимание на то, что контрагент Общества (общество «СНГТ») на основании уведомления от 09.06.2017 расторгнул с ним договор субподряда от 12.09.2016 № 1-А/2016, следовательно, обязательства истца перед заказчиком прекратились, поэтому Общество не вправе требовать неустойку от ответчика (субсубподрядчика). Кроме того, ответчикв заявлении от 04.09.2020 просил уменьшить неустойку до 951 298 рублей 09 копеек, исчислив её по двойной ключевой ставке.

В дополнении от 01.09.2020 Общество скорректировало арифметическую неточность в расчёте и просило взыскать с Предпринимателя за указанный период 89 470 440 рублей неустойки. Уточнение принято судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Установлено, что Общество (субподрядчик) и Предприниматель (субсубподрядчик) заключили Договор с дополнительным соглашением от 28.04.2017 № 1 (т. 1, л. д. 9 — 16), по условиям которого субсубподрядчик обязался в течение срока действия Договора и на его условиях оказатьв соответствии с календарным планом и заданиями субподрядчика услугипо выполнению инженерно-изыскательских работ по объектам «Обустройство Западно-Тэбукского нефтяного месторождения в 2018 году» (с 04.10.2016по 15.12.2016), «Строительство и реконструкция трубопроводов Расьюского нефтяного месторождения» (с 04.10.2016 по 10.11.2016) и «Обустройство Джъерского нефтяного месторождения в 2018 году» (с 04.10.2017 по 28.06.2017),а субподрядчик — принять результат работ и оплатить его.

В пункте 2.3 Договора определено, что результатом работ являются технические отчёты по результатам инженерных изысканий для подготовки проектной и рабочей документации и получение положительного заключения ФГУ «Главгосэкспертиза России» по трём названным объектам.

Согласно пункту 3.1.7 Договора (в редакции упомянутого дополнительного соглашения) к обязанностям Предпринимателя отнесено получение от своего имени (самостоятельно) либо по доверенности, выданной субподрядчиком, оформленной в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, всех необходимых документов в государственных и муниципальных органах и в иных сторонних организациях, согласований от государственныхи контролирующих органов, разрешений на оказание услуг от контролирующих органов (если потребуется), всех недостающих исходных данных для оказания услуг (получение от соответствующих структурных подразделений исходных данных и согласования со всеми заинтересованными сторонами).

Общая стоимость услуг — 13 608 000 рублей — установлена в протоколе согласования договорной цены, в том числе 9 439 200 рублей по объекту «Обустройство Западно-Тэбукского нефтяного месторождения» (этап I), 648 360 рублей — «Строительство и реконструкция трубопроводов Расьюского нефтяного месторождения» (этап II), 2 159 640 рублей — «Обустройство Джьерского нефтяного месторождения» (этап III) и 1 360 800 рублей за услугипо сопровождению и получению положительного заключения Главгосэкспертизы (согласно календарному плану данные услуги должны быть оказаны с 28.03.2017 по 28.06.2017).

По завершению оказания услуг по спорным объектам в сроки, предусмотренные календарным планом, Предприниматель должен передать Обществу акт сдачи-приёмки оказания услуг, а также технические отчётыпо результатам инженерных изысканий, которые должны быть представленына бумажном носителе в пяти экземплярах и в электронном виде в двух экземплярах (пункт 5.3 Договора).

В пункте 5.4 Договора предусмотрено, что при завершении оказания услуг субсубподрядчик представляет субподрядчику акт сдачи-приёмки оказанных услуг, а субподрядчик в течение тридцати календарных дней со дня получения акта обязан направить субсубподрядчику подписанный акт или мотивированный отказ от приёмки выполненных работ. В случае заявления мотивированного отказаот подписания акта сторонами составляется акт с перечнем и сроками выполнения необходимых доработок.

На основании пункта 3.1.9 Договора субсубподрядчик за свой счёт обязан устранить все замечания субподрядчика к оказанным услугам, если данные замечания не противоречат заданию, при этом субсубподрядчик в полном объёме принимает участие в согласовании материалов инженерных изысканий, при проведении внешних экспертиз в отношении оказанных субсубподрядчиком услуг (пункт 3.1.10 Договора).

В пункте 6.10 Договора стороны условились, что любое удержание из сумм, подлежащих выплате субсубподрядчику, запрещается.

За нарушение срока окончания услуг по вине субсубподрядчика на срокдо 10 рабочих дней он уплачивает неустойку в размере 0,5 процента от стоимости услуг за каждый день просрочки. При задержке сдачи услуг свыше 10 рабочих дней — в размере 1 процента от стоимости услуг по Договору за каждый день просрочки (пункт 6.2.1 Договора).

За нарушение предусмотренных календарным планом сроков выполнения отдельных этапов услуг на срок не свыше 10 рабочих дней Предпринимательв пункте 6.2.2 Договора обязался заплатить неустойку в размере 0,5 процентаот договорной стоимости своевременно не выполненного этапа за каждый день задержки. При задержке выполнения отдельны этапов услуг на срок свыше 10 рабочих дней субсубподрядчик уплачивает неустойку в размере 1 процентаот стоимости своевременно не выполненного этапа за каждый день задержки.

Результаты трёх этапов работ получили положительное заключение государственной экспертизы: по первому этапу 19.12.2017 (т. 1, л. д. 142 — 151; т. 2, л. д. 1 — 63), по второму — 10.10.2017 (т. 2, л. д. 64 — 103), по третьему — 13.11.2017 (т. 1, л. д. 113 — 137).

В отношении работ первого этапа контрагенты подписали акт от 19.12.2016 № 24 на сумму 9 439 200 рублей, второго — акт от 10.11.2016 № 22 на сумму 648 360 рублей, третьего — акт от 15.12.2016 № 23 на сумму 2 159 640 рублей (т. 1, л. д. 72 — 73).

Акт от 20.12.2017 № 19 «за выполнение окончательных работ (услуг)»на сумму подписан лишь Предпринимателем, в акте имеется выполненная ответчиком от руки приписка: «Акт подписывается в одностороннем порядке,ООО «Аспект» претензий и ответов на Акт не предъявило» (т. 1, л. д. 110).

Основанием для обращения Общества за судебной защитой послужили описанные выше обстоятельства. При рассмотрении дела и оценке доводов сторон суд исходил из следующего.

По общему правилу, односторонний отказ от исполнения обязательстваи одностороннее изменение его условий не допускаются (статьи 309 и 310 Кодекса).

При рассмотрении дела суд исходил из того, что отношения сторонпо смешанному договору регулируются нормами глав 37 (подряд) и 39 (возмездное оказание услуг) Кодекса.

Конституирующими признаками обоих договоров являются двусторонность и возмездность, при этом взаимоотношения в рамках каждойиз сделок подчиняются правилу встречного исполнения, в силу которогона исполнителя (подрядчика) возлагается обязанность оказать услуги (выполнить работы), а на заказчика — принять эти услуги и оплатить их на условиях, предусмотренных договором (статьи 702, 709, 711, 720 и 779 — 781 Кодекса).

В силу статьи 758 Кодекса по договору подряда на выполнение проектныхи изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуетсяпо заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат,при этом заказчик также обязан передать подрядчику задание на проектированиеи иные исходные данные, необходимые для составления технической документации (пункт 1 статьи 759 Кодекса).

К обязанностям подрядчика относится, в частности, выполнение работв соответствии с заданием и иными исходными данными на проектированиеи договором, а также согласование готовой технической документациис заказчиком, а при необходимости вместе с заказчиком — с компетентными государственными органами и органами местного самоуправления (статья 760 Кодекса).

В пункте 1 статьи 721 Кодекса предусмотрено, что качество выполненной подрядчиком работы должно соответствовать условиям договора подряда. Результат выполненной работы должен в момент передачи заказчику обладать свойствами, указанными в договоре или определёнными обычно предъявляемыми требованиями, и в пределах разумного срока быть пригодным для установленного договором использования.

По смыслу указанных норм, основанием для оплаты выполненных исполнителем работ является фактическое выполнение предусмотренных договором подряда проектных и изыскательских работ и их принятие заказчиком.

Сдача результата работ подрядчиком и приёмка его заказчиком оформляются актом, подписанным обеими сторонами (пункт 4 статьи 753 Кодекса).

Подрядчик должен представить суду доказательства того, чтов установленный договором срок заказчик уведомлялся о готовности результата работ к приёмке, а также доказательства сдачи результата работ (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.08.2015 № 302‑ЭС15-8288).

В силу пункта 1 статьи 329 и пункта 1 статьи 330 Кодекса исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой — определённой законом или договором денежной суммой, которую должник обязан уплатить кредиторув случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

На основании части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требованийи возражений.

Общие правила распределения бремени доказывания предусматривают освобождение от доказывания входящих в предмет доказывания обстоятельств,к числу которых процессуальное законодательство относит обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным решением по ранее рассмотренному делу (статья 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). В данном основании для освобождения от доказывания проявляется преюдициальность как свойство законной силы судебных решений, общеобязательность и исполнимость которых в качестве актов судебной власти обусловлены её прерогативами.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает,что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определённости (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 № 30-П).

В рамках дела А29-8224/2017 было рассмотрено исковое заявление Предпринимателя к Обществу о взыскании задолженности по Договору, при этом в составе долговых обязательств Общества была заявлена и сумма в 1 360 800 рублей, причитавшаяся истцу за направление и сопровождение проектной документации и результатов инженерных изысканий при прохождении государственной экспертизы. Иск удовлетворён частично.

Как усматривается из Решения и Постановления, суды двух инстанций пришли к выводу, что субсубподрядчик выполнил работы не до концаи не обеспечил доказательств выполнения поименованной части работ (финального этапа). Апелляционный суд, кроме прочего, заключил, что буквальное содержание Договора и его приложений свидетельствует о согласовании отдельного этапа работ, а не гарантийного удержания.

В силу статьи 431 Кодекса при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нём слови выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договорав целом.

Если указанные правила не позволяют определить содержание договора,то должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учётом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В пункте 43 Постановления № 49 разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закреплёнными в статье 1 Кодекса, другими положениями Кодекса, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Кодекса).

Буквальное значение определяется с учётом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумнои добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Кодекса), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобыне позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из её незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Кодекса). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

При толковании Договора суд не только учитывал выводы, изложенныев Решении и Постановлении, но и руководствовался указанными правилами толкования, принимал во внимание не только значение использованных сторонами языковых единиц (слов, словосочетаний и синтаксических конструкций),но и композицию текста Договора (очерёдность и взаимное расположение разделови пунктов, из которых состоит анализируемый текст), а также структуру календарного плана.

Получение положительного заключения Главгосэкспертизы являлось одним из результатов услуг (пункт 2.3 Договора). Из пункта 2.4 Договора следует, чтов календарном плане определены сроки оказания услуг по этапам. Наконец, сопровождение материалов по результатам инженерных изысканий в надзорных органах и иных организациях является частью всего комплекса работ (пункт 1.20 Договора). В календарном плане предусмотрен специальный срок для выполнения услуг по сопровождению и получению положительного заключения Главгосэкспертизы (с 28.03.2017 по 28.06.2017, то есть услуги должны были быть оказаны по завершении первых трёх этапов), а также определена стоимость этих услуг. Они поименованы в колонке «Наименование услуг по договору и основных этапов».

Таким образом, само себе отсутствие указания в календарном планена четвёртый этап не свидетельствует о том, что он не был согласован и оценен контрагентами. Получение от Предпринимателя результатов инженерных изысканий без дальнейшего сопровождения документации и получения положительного заключения государственной экспертизы не составляло для Общества самостоятельного экономического интереса.

Отсутствие у Предпринимателя доверенности для оказания услуг в рамках четвёртого этапа, по оценке суда, не снимало с него договорных обязательстви при проявлении субсубподрядчиком соответствующей инициативы (при обращении к Обществу или — при посредстве последнего — к самому заказчику) могло быть без труда преодолено, поскольку каких-либо препятствий для выдачи заказчиком доверенности субсубподрядчику из материалов дела не усматривается.

Основываясь на изложенном, суд признаёт законным требование Обществао взыскании с ответчика договорной неустойки. Вместе с тем суд не может согласиться с предложенным стороной истца механизмом расчёта имущественных санкций.

Поскольку Общество просит об одновременном начислении неустойкикак за нарушение срока выполнения четырёх этапов, так и за нарушение срока окончания услуг в целом, постольку неустойка за отдельные этапы не должна начисляться позднее даты исполнения всех работ (28.06.2017). После указанной даты субсубподрядчик может быть привлечён только за нарушение конечного срока выполнения всех работ. Применение иного механизма расчёта в настоящем случае привело бы к неправомерному удвоению размера имущественной ответственности Предпринимателя.

Таким образом, за нарушение срока по первому этапу правомерно начислять неустойку с 16.12.2016, по второму — с 11.11.2016, по третьему —с 16.12.2016, при этом по всем трём этапам начисление должно ограничиваться 28.06.2017. Неустойка за период с 29.06.2017 по 20.01.2019 (финальная дата, согласно пояснениям представителем Общества, избрана произвольно — привязана к дате претензии) рассчитывается на всю стоимость услуг по Договоруи включает ответственность за просрочку по четвёртому этапу.

Сумма неустойки, исчисленной по описанному механизму, превышает цену иска, поэтому суд признаёт верной уточнённую сумму требований (89 470 440 рублей).

Иной расчёт, произведённый судом, означал бы выход за пределы исковых требований и, как следствие, нарушение принципов законности, равноправияи состязательности (статьи 6, 8, 9, 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), поскольку суд не вправе рассматривать требования, которые не соответствуют интересам истца и противоречат его волеизъявлению (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.08.2018 № 305-ЭС18-4373, от 29.09.2015 № 305-ЭС15-8891 и от 16.09.2015 № 304-КГ15-5008).

Вместе с тем суд частично согласился с доводами ответчика относительно необходимости снизить неустойку по правилам статьи 333 Кодекса.

Снижение размера неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности, допускается в исключительных случаях, если она явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (статья 333 Кодекса, пункт 77 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7«О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»; далее — Постановление № 7).

Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае её чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств направлена на реализацию требования части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 Кодекса речь идёт не о праве суда, а по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причинённого в результате конкретного правонарушения (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 № 263-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО5 на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, в силу чего только суд вправе дать оценку указанному критерию, исходя из своего внутреннего убеждения и обстоятельств конкретного дела.

Неустойка является одним из средств защиты имущественных интересов кредитора в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства должником. Неустойка взыскивается сверх убытков и используется в обороте в тех случаях, когда кредитору, связанному встречным обязательством, критически важно стимулировать должника к надлежащему исполнению его обязательства.

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредиторне обязан доказывать возникновение у него убытков (пункт 1 статьи 330 Кодекса, пункт 74 Постановления № 7).

В пользу довода Предпринимателя о чрезмерности неустойки свидетельствует очевидный дисбаланс интересов, допущенный в разделе 6 Договора («Ответственность Сторон»): многоуровневая система неустоек ориентирована на различные случаи неисправности субсубподрядчика, тогда какс Общества, в силу пункта 6.3 Договора, может быть, по сути, взыскана лишь неустойка за просрочку оплаты, причём эта неустойка начисляется по ставке 0,01 процента, а общий её размер ограничен пятью процентами от полной стоимости услуг.

Как видно из пунктов 6.2.1 и 6.2.2 Договора, размер имущественной ответственности Предпринимателя перед Обществом в пятьдесят и сто раз больше.

Судом принято во внимание и то, что Договор не являлся публичным,а следовательно, Предприниматель, действуя без порока воли (пункт 2 статьи 1, статья 421 Кодекса), был вправе не заключать его, если условия сделки, показались ему невыгодными. Вместе с тем надлежит учесть и особое положение на рынке заказчика — общества «Лукойл-Коми» (репутация, сфера деятельности, оборотыи проч.), сотрудничество с которым, пусть и опосредованное, приносит контрагентам стабильный и высокий доход. Таким образом, отказавшисьот Договора, Предприниматель со всей очевидностью лишился бы существенной доли прибыли (вероятность совершения аналогичной по рентабельности сделкина территории Республики Коми практически равна нулю), что не освобождает его от стандартных предпринимательских рисков (абзац 3 пункта 1 статьи 2 Кодекса).

Основываясь на изложенном, суд пришёл к выводу, что условияоб ответственности сторон, которые закреплены в разделе 6 Договораи на содержание которых ответчик едва ли мог повлиять, существенно смещают баланс интересов в пользу Общества.

Вопреки мнению ответчика, прекращение обществом «СНГТ» (подрядчиком) договорных отношений с Обществом (субподрядчиком),не освобождает Предпринимателя (субсубподрядчика) от ответственностипо Договору, однако данное обстоятельство также учтено при решении вопросаоб уменьшении неустойки: суд считает недопустимой ситуацию, когда просрочка может санкционироваться бесконечно долго (поскольку в настоящем случае Предприниматель уже не имеет возможности завершить исполнение четвёртого этапа).

Обстоятельств, которые позволили суду применить правила статей 401, 405 и 406 Кодекса, не установлено.

Руководствуясь дискреционными полномочиями, предусмотреннымив статье 333 Кодекса, учитывая баланс интересов сторон и действуя с целью безусловной реализации компенсаторной и превентивной функции неустойки, суд пришёл к выводу о необходимости снизить заявленную ко взысканию сумму, исчислив её согласно изложенной выше схеме и по ставке 0,1 процента за каждый день просрочки, так как именно эта ставка наиболее широко используютсяв гражданском обороте.

Неустойка по первому этапу составит 1 840 644 рубля: 9 439 200 рублей * 195 дней [16.12.2016 — 28.06.2017] * 0,1%;

по второму этапу — 149 122 рубля 80 копеек: 648 360 рублей * 230 дней [11.11.2016 — 28.06.2017] * 0,1%;

по третьему этапу — 421 129 рублей 80 копеек: 2 159 640 рублей * 195 дней * [16.12.2016 — 28.06.2017] * 0,1%.

Далее неустойка (по четвёртому этапу и договору в целом) начисляетсяна всю цену Договора за период с 29.06.2017 по 20.01.2019: 13 608 000 рублей * 571 день * 0,1% = 7 770 168 рублей.

Всего с Предпринимателя в пользу Общества взыскиваются 10 181 064 рубля 60 копеек.

Отказ во взыскании неустойки либо дальнейшее её снижение в равной мере стимулировали бы должника к будущему неисполнению принятых обязательстви означали бы что лицо, допустившее длительные просрочки, не претерпевает,по сути, никаких негативных последствий.

Если размер заявленной неустойки снижен арбитражным судомпо правилам статьи 333 Кодекса на основании заявления ответчика, расходы истца по государственной пошлине не возвращаются в части сниженной суммыиз бюджета и подлежат возмещению ответчиком исходя из суммы неустойки, которая подлежала бы взысканию без учета её снижения (абзац 3 пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 — 171, 176 и 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

1.Исковые требования удовлетворить частично.

2.Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО4 (ИНН: <***>, ОГРНИП: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Аспект» (ИНН: <***>, ОГРН: <***>) 10 181 064 рубля 60 копеек неустойки и 200 000 рублей судебных расходов по государственной пошлине. В удовлетворении требованийв остальной части отказать. Исполнительный лист выдать по ходатайству взыскателя после вступления решения в законную силу.

3.Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объёме.

Кассационная жалоба на решение может быть подана в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотренияв арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья А. Е. Босов