Постановление от 12 марта 2025 г. по делу № А15-5412/2017

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А15-5412/2017
г. Краснодар
13 марта 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 27 февраля 2025 года. Постановление изготовлено в полном объеме 13 марта  2025 года.


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Калашниковой М.Г., судей Андреевой Е.В. и Резник Ю.О., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Уджуху Р.З., при участии конкурсного управляющего должника – публичного акционерного общества «Ухтанефтегазстройснаб» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО1, его представителя ФИО2 (доверенность от 01.07.2024), от ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 08.11.2023), в отсутствие ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации в сети Интернет, рассмотрев кассационные жалобы ФИО3 и ФИО8 на определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 24.05.2024 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2024 по делу № А15-5412/2017, установил следующее.

В рамках дела о банкротстве ПАО «Ухтанефтегазстройснаб» (далее – должник) конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7

Определением от 07.06.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 20.09.2021, суды признали наличие оснований для привлечения  к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7;  рассмотрение заявления в части определения суммы подлежащей взысканию с контролирующих должника лиц приостановлено.

Постановлением суда кассационной инстанции от 15.12.2021 судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции с указанием на необходимость установления периода, в который у должника возникли признаки объективного банкротства, оценки указанных бывшим руководителем мер, которые он предпринимал для выхода должника из кризиса на предмет разумности и реальности их выполнения; при установлении обстоятельств, свидетельствующих о невыполнении руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве, суду предложено установить обязательства, которые возникли после указанной даты; указано на необходимость выяснить вопрос о том, как должник использовал отчужденное имущество и продолжал ли осуществление хозяйственной деятельности после отчуждения имущества по сделкам  с ФИО9 и ООО «Стройтехника», явилось ли отчуждение имущества следствием осуществления контролирующими должника лицами недобросовестной бизнес-модели с переводом бизнеса должника на иное лицо и привело ли именно отчуждение имущества к банкротству должника; при недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения ответчиков, влекущего иную ответственность, указано на необходимость рассмотреть вопрос о возмещении данными лицами убытков.

Определением от 24.05.2024, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 18.11.2024, суды признали наличие оснований для привлечения  к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7;  рассмотрение заявления в части определения суммы подлежащей взысканию с контролирующих должника лиц приостановлено; с ФИО3 взыскано 6 745 521,70 рублей.

В кассационной жалобе ФИО3 просит отменить судебные акты, ссылаясь на неизвещение о рассмотрении обособленного спора; невыполнение указаний суда кассационной инстанции; пропуск конкурсным управляющим срока исковой давности.

В кассационной жалобе ФИО8 просит отменить судебные акты, ссылаясь на ненадлежащее извещение его о рассмотрении обособленного спора; отсутствие у него и ФИО7 статуса контролирующих должника лиц, неподписание им протоколов об одобрении сделок; отсутствие оснований для вывода о том, что сделки привели к неплатежеспособности должника.

В отзыве управляющий просит в удовлетворении жалоб отказать.

В судебном заседании представитель ФИО3 и управляющий поддержали доводы жалоб и отзыва.

В судебном заседании объявлялся перерыв до 27.02.2025

В судебном заседании представители ФИО3 и управляющего повторили доводы жалобы и отзыва.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что судебные акты надлежит изменить.

Как видно из материалов дела, определением от 03.10.2017 принято заявление о признании должника банкротом; определением от 19.12.2017 введена процедура наблюдения; решением от 25.05.2018 должник признан банкротом; открыто конкурсное производство.

Конкурсный управляющий обратился с заявлением, в котором просил привлечь к субсидиарной ответственности: бывшего руководителя должника ФИО3 – за несвоевременную подачу заявления о признании должника банкротом, ссылаясь на то, что она не позднее 24.03.2017 должна была узнать о наличии у должника признаков неплатежеспособности, поскольку в бухгалтерском балансе за 2016 год сумма кредиторской задолженности значительно превышала сумму активов должника; ФИО3 и ФИО5, ФИО8, ФИО6, ФИО7, являвшихся членами совета директоров должника, в связи с внесением недостоверных сведений о месте нахождения должника в Республике Дагестан; одобрением сделок должника по отчуждению имущества ФИО9 и ООО «Стройтехника» при неравноценном встречном предоставлении, которые привели к банкротству должника.

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266) признана утратившей силу статья 10 Закона о банкротстве «Ответственность должника и иных лиц в деле о банкротстве»; Федеральный закон от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве». Согласно пункту 3 статьи 4 Закона № 266 рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закон о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу названного закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона № 266. Исходя из общих принципов действия норм гражданского и процессуального законодательства во времени, закрепленных в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и в части 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, поданные с 01.07.2017, подлежат рассмотрению с учетом процессуальных положений норм главы III.2 Закона о банкротстве. При этом, если действия (бездействие) контролирующих должника лиц, положенные в обоснование заявления о привлечении их к субсидиарной ответственности, имели место до 01.07.2017, то к этим отношениям применяются материально-правовые нормы о субсидиарной ответственности, действовавшие до даты вступления в силу Закона № 266.

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества; имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством; настоящим Федеральным законом предусмотрены иные случаи. В силу пункта 2 статьи 9 Закона о банкротстве заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

По смыслу пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве  и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление № 53), при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона. Аналогичные положения содержатся в пунктах 1, 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 22 постановления № 53, если несколько контролирующих должника лиц действовали совместно, они несут субсидиарную ответственность за доведение до банкротства солидарно. В целях квалификации действий контролирующих должника лиц как совместных могут быть учтены согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том числе соисполнительство, пособничество и т.д. Пока не доказано иное, предполагается, что являются совместными действия нескольких контролирующих лиц, аффилированных между собой.

Как установили суды со ссылкой на анализ финансового состояния, должник занимался переработкой грузов на базе временного хранения. Уставом должника предусмотрено, что к компетенции Совета директоров относится избрание генерального директора и досрочное прекращение его полномочий, одобрение крупных сделок и сделок с заинтересованностью. Членами Совета директоров являлись ФИО5, ФИО8, ФИО6 ФИО7 и ФИО3 (являлась также руководителем должника).

Как следует из протокола заседания Совета директоров от 11.04.2016, на заседании присутствовали все члены Совета директоров, которые единогласно приняли решение по вопросу о согласии на совершение генеральным директором ФИО3 сделки с ФИО9 по продаже железнодорожного тупика протяженностью 1710 м по цене 450 тыс. рублей, земельного участка площадью 11 920 кв. м (категория земель – земли населенных пунктов, разрешенное использование – для обслуживания железнодорожного тупика) по цене 270 тыс. рублей, 4-х этажного здания административно-бытового корпуса общей площадью 710,5 кв. м по цене 780 тыс. рублей.

Имущество продано ФИО9 по договору купли-продажи от 11.04.2016. Указанный договор признан недействительным в рамках дела о банкротстве должника. В рамках этого обособленного спора суды установили, что ФИО3 (руководитель и член Совета директоров должника), является участником и директором ООО «Ухтанефтегазстрой» с размером доли в уставном капитале 100%. Из журнала регистрации договоров контрагентов, заключенных ООО «Ухтанефтегазстрой», следует, что ФИО9 передал ООО «Ухтанефтегазстрой» в аренду помещения и подъездные пути, приобретенные у должника по оспариваемому договору от 11.04.2016; ООО «Ухтанефтегазстрой» осуществляло аналогичную деятельность по тому же адресу, что и должник. С учетом изложенного суды пришли к выводу о фактической аффилированности ФИО9 и должника, установив, что  имущество должника, выбывшее из его владения по оспариваемому договору, фактически использовалось лицами, аффилированными с должником. Суды также установили, что имущество реализовано должником ФИО9 по цене в 9,6 раза дешевле по сравнению с рыночной стоимостью.

Как следует из протокола заседания Совета директоров от 01.07.2016, на заседании присутствовали все члены Совета директоров, которые единогласно приняли решение по вопросу о согласии на совершение генеральным директором ФИО3 сделки с ООО «Стройтехника» по продаже  нежилого здания – склада-навеса по цене                               1 250 000 рублей, нежилого здания – закрытого неотапливаемого склада по цене                                 2 370 000 рублей, нежилого здание – склада-навеса по цене 1 250 000 рублей, нежилого здания – гаража по цене 980 000 рублей, расположенных на земельном участке площадью 65 995 кв. м, принадлежащем должнику на основании договора аренды от 18.08.2009. Указанное имущество продано ООО «Стройтехника» по договору купли-продажи от 05.07.2016.

Как следует из протокола заседания Совета директоров от 01.07.2016, на заседании присутствовали все члены Совета директоров, которые единогласно приняли решение по вопросу о согласии на совершение генеральным директором ФИО3 сделки с ООО «Стройтехника» по продаже автопогрузчика HANGCHACPQD18N-RW020-Y, крана мостового, крана козлового КК20 32А, автокрана на базе КРАЗ-257 КС-4561А, крана мостового с раздельным приводом, фронтального погрузчика, бензоэлектростанции DDEDPG7553E, крана башенного МСК 10 20, автопогрузчика 4045р, тепловоза ТГМ 23В, крана башенного портального с балочной стрелой КП 300, крана мостового с раздельным приводом, по цене 9 415 000 рублей, и заключению с ООО «Стройтехника» соглашения о зачете взаимных требований.  Указанное имущество продано ООО «Стройтехника» по договору купли-продажи от 04.07.2016.

Как установили суды в рамках обособленного спора об оспаривании названных сделок, в счет оплаты по указанным договорам должник и общество заключили соглашения о зачете взаимных требований от 05.07.2016 и 04.07.2016, согласно которым обязательства должника перед обществом по оплате спорных договоров купли-продажи прекращены путем их зачета за счет обязательств должника по договорам подряда от 01.08.2013 и 14.10.2013. Суды признали сделки по отчуждению имущества недействительными, указав на то, что спорное имущество передано в пользу покупателя  безвозмездно ввиду недоказанности наличия обязательств должника перед ООО «Стройтехника», положенных в основание зачета. В рамках данного спора суды также установили, что ФИО3 (бывший руководитель и член Совета директоров должника) и ФИО5 (акционер и председатель Совета директоров должника, а также участник ООО «Стройтехника» с размером доли 25%), являются братом и сестрой.

Кроме того, в рамках обособленных споров о признании недействительными сделок по отчуждению имущества должника суды установили, что управляющий выявил указание неверной информации в бухгалтерском балансе должника за 2016 год (активы увеличены, а кредиторская задолженность уменьшена, что не соответствовало данным уполномоченного органа), указав, что исходя из бухгалтерской отчетности, представленной в налоговый орган, после совершения оспариваемых сделок должник стал отвечать признаку недостаточности имущества.

Суды, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, пришли к выводу о том, что в результате указанных сделок выведено ликвидное имущество должника, необходимое для продолжения его хозяйственной деятельности, с целью недопущения обращения на него взыскания кредиторов, при этом имущество осталось под контролем аффилированных должнику лиц, а сделки привели к невозможности дальнейшего осуществления должником хозяйственной деятельности и его банкротству.

Таким образом, суды, установив, что члены Совета директоров, в состав которого входил и руководитель должника, единогласно принимали решения о совершении сделок по отчуждению имущества должника в пользу аффилированных лиц (согласно представленным в материалы дела протоколам заседаний Совета директоров) в отсутствие получения должником равноценного встречного предоставления, обоснованно признали доказанным наличие оснований для привлечения бывшего руководителя должника и членов Совета директоров к субсидиарной ответственности за совершение действий по одобрению и заключению заведомо убыточных сделок, исполнение которых привело к  невозможности осуществления должником хозяйственной деятельности и в итоге к его банкротству. Основания для иной оценки установленных судами обстоятельств обособленного спора у суда кассационной инстанции отсутствуют.

При рассмотрении вопроса о наличии оснований для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, суды пришли к выводу о том, что после сдачи в налоговый орган бухгалтерского баланса за 2016 год, согласно которому размер обязательств существенно превышал размер активов должника, принимая во внимание совершение в 2016 году сделок по выводу активов, используемых в хозяйственной деятельности должника, существенное снижение выручки должника, руководитель должника не позднее 25.04.2017 должен был обратиться  с заявлением о банкротстве. Размер обязательств, возникших после указанной даты, установлен в сумме 6 745 521,70 рублей. Указанный вывод судов ФИО3 документально не опровергла. Основания для иной оценки установленных судами обстоятельств обособленного спора у суда кассационной инстанции отсутствуют.

Суды оценили доводы о совершении руководителем должника действий по выведению должника из кризиса (суды установили, что на 31.12.2016 размер кредиторской задолженности составлял 57 087 000 рублей) и пришли к выводу о том, что направление коммерческих предложений контрагентам при совершении действий по выводу имущества должника в пользу аффилированных лиц нельзя признать выполнением  экономически обоснованного плана, направленного на преодоление кризиса. Относимые и допустимые доказательства наличия у должника в указанный период временных финансовых трудностей, реального к исполнению экономически обоснованного плана вывода должника из финансового кризиса в материалах дела отсутствуют.

Довод о пропуске управляющим срока исковой давности отклоняется: как установили суды, о наличии оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности управляющий мог узнать не ранее получения им информации об аффилированности должника и контрагентов по оспариваемым сделкам (14.11.2019), а также после получения в 2020 году от уполномоченного органа бухгалтерских балансов за 2015, 2016, 2017 годы, при изучении которых он установил неверное отражение информации об активах и обязательствах должника в бухгалтерской документации, переданной управляющему. С заявлением о привлечении контролирующих должника лиц и уточнением данного заявления управляющий обратился соответственно в июне и июле 2020 года.

Доводы ФИО3 и ФИО8 о том, что они не извещены надлежащим образом о времени и места рассмотрения настоящего обособленного спора, отклоняются. Как видно из материалов дела, ФИО8 знал как о рассмотрении спора, так о существе предъявленных к нему требований: в материалы дела представлен его отзыв                                (т. 1,  л. д. 145 –1148). Как следует из протокола судебного заседания (т. 5, л. д. 95), в судебном заседании 27.09.2023 объявлена резолютивная часть определения суда первой инстанции; в материалах дела имеется поступившее в электронном виде 26.09.2023 ходатайство представителя ФИО3 о рассмотрении спора в отсутствие ответчика, в котором указано на дату и время судебного заседания: 27.09.2023 10 часов 30 минут           (т. 5,  л. д. 93). Согласно части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлеченные к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи. Нарушение судом первой инстанции срока изготовления полного текста определения не является основанием для отмены судебных актов, принимая во внимание, что апелляционные жалобы поданы ответчиками с учетом даты полного текста определения и рассмотрены апелляционным судом по существу.

В данном случае суды установили наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника как за неподачу заявления о банкротстве должника, так и за совершение действий, которые привели к банкротству должника. Принимая во внимание, что размер субсидиарной ответственности, определяемый в связи с неподачей заявления  о банкротстве должника, полностью поглощается размером субсидиарной ответственности, подлежащий взысканию за невозможность полного погашения требований кредиторов по обязательствам должника, а также установленную судами невозможность определения размера субсидиарной ответственности до реализации имущества должника и расчета с кредиторами, основания для взыскания с ФИО3 6 745 521,70 рублей отсутствовали, принимая во внимание, что по итогам расчетов с кредиторами может возникнуть ситуация, в которой размер непогашенных требований будет меньше определенной судами суммы.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судами, суд кассационной инстанции на основании пункта 2 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации полагает возможным изменить судебные акты, исключив из резолютивной части абзац о взыскании с ФИО3 6 745 521,70 рублей.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Дагестан от 24.05.2024 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.11.2024 по делу № А15-5412/2017 изменить, исключив из резолютивной части абзац о взыскании с ФИО3 6 745 521,70 рублей, в остальной части судебные акты оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

М.Г. Калашникова

Судьи

Е.В. Андреева

Ю.О. Резник