Решение от 1 апреля 2024 г. по делу № А07-28177/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БАШКОРТОСТАН

ул. Гоголя, 18, г. Уфа, Республика Башкортостан, 450076, http://ufa.arbitr.ru/,

сервис для подачи документов в электронном виде: http://my.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А07-28177/2023
г. Уфа
01 апреля 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 22.03.2024

Полный текст решения изготовлен 01.04.2024


Арбитражный суд Республики Башкортостан в составе судьи Шагабутдиновой З. Ф., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению ООО "ГАЛО" (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ООО "ЮРТЭКС+" (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 4 038 671 руб. 28 коп.

третье лицо: ООО «ПО «Зарница»


при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2, по доверенности от 02.12.2022 (онлайн-участие)

от ответчика: ФИО3, по доверенности от 09.10.2023



На рассмотрение Арбитражного суда Республики Башкортостан поступило исковое заявление ООО "ГАЛО" (ИНН <***>, ОГРН <***>) к ООО "ЮРТЭКС+" (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 4 038 671 руб. 28 коп.

От ответчика поступил отзыв, согласно доводам которого дилерским договором, заключенным между ООО "Производственное объединение "Зарница" и ООО "ЮРТЭКС+", не предусмотрена обязанность последнего самостоятельно осуществлять мониторинг сайта ООО "Производственное объединение "Зарница" на предмет ознакомления с новостями и изменениями в его деятельности. Подпунктом 2.6 дилерского договора №Д-0006/18 от 08.02.2018 предусмотрено, что надлежащим уведомлением о любом юридически значимом сообщении является его направление на предусмотренные в нем контактные данные дилера, телефон, электронная почта, сайт. То есть, по мнению ответчика, обязанность информировать дилера о юридически значимых событиях лежит на ООО "Производственное объединение "Зарница". Соответственно, ответчик не знал о признании судом робота-тренажера "Гриша" контрафактной продукцией до получения претензии, направленной истцом 12.07.2023.

Получив претензию от истца, ответчик незамедлительно удалил предложения о продажах робота-тренажера "Гриша" со своего сайта.

Ответчик считает, что реализуя продукцию ООО "Производственное объединение "Зарница", а именно указанные в иске роботы-тренажеры "Гриша", ответчик добросовестно осуществлял свою предпринимательскую деятельность, в соответствии с обычаями делового оборота, не нарушая законов РФ. Ответчик не знал и не мог знать, что производимая ООО "Производственное объединение "Зарница" продукция может нарушать чьи-то исключительные права на произведение.

Ответчик утверждает, что за указанные в иске сделки ООО "ЮРТЭКС+" по продаже робота-тренажера "Гриша" ООО "Производственное объединение "Зарница" уже привлечено судом к ответственности и с него взыскана компенсация в пользу ООО "ГАЛО".

В соответствии с п. 7 дилерского договора производитель предоставляет дилеру 20% дилерской скидки от проданной им продукции, а также продавец вправе устанавливать свою наценку на продаваемую им продукцию производителя.

Из этого, как утверждает ответчик, вытекает разница в сумме взысканной компенсации с ООО "Производственное объединение "Зарница" и в сумме компенсации, требуемой ООО "ГАЛО" с ООО "ЮРТЭКС+" по одним и тем же сделкам в рамках настоящего спора.

Исковые требования ООО "ГАЛО" к ООО "Производственное объединение "Зарница", с учетом требования двойного размера компенсации за каждое нарушение, в Арбитражном суде Республики Татарстан, в части единых сделок с ООО "ЮРТЭКС+" составили:

- закупка №8947905-ГБОУ ДО г. Москвы "Центр детского и юношеского творчества "Бибирево" – 240 000 руб. Требование к ООО "ЮРТЭКС+" по той же закупке с учетом наценки, в настоящем деле составляет 242 780 руб. Разница в сумме – 2780 руб.

- закупка №8952420-ГБОУ ДО г. Москвы "Дворец творчества детей и молодежи "Неоткрытые острова" – 240 000 руб. Требование к ООО "ЮРТЭКС+" по той же закупке с учетом наценки в настоящем деле составляет 382 080 руб. Разница в сумме – 142 080 руб.

- закупка №32211873794-ГАУ Калининградской области Дополнительного образования "Детский юношеский Центр Экологии, Краеведения и Туризма" – 345 600 руб. Требование к ООО "ЮРТЭКС+" по той же закупке с учетом наценки в настоящем деле составляет 363 000 руб. Разница в сумме 17 400 руб.

- закупка №0368200023122000028-ГБПОУ "Ульяновский техникум железнодорожного транспорта" – 345 600 руб. Требование к ООО "ЮРТЭКС+" по той же закупке с учетом наценки в настоящем деле составляет – 529 333,34 руб. Разница в сумме 183 733,34 руб.

- закупка №9387897- ГБОУ г. Москвы "Школа №1000" – 1 036 800 руб. Требование к

ООО "ЮРТЭКС+" по той же закупке с учетом наценки в настоящем деле составляет 1 054 719,94 руб. Разница в сумме 17 919,94 руб.

- закупка №0372200081922000074-ГБОУ Лицей №369 Красносельского района Санкт-Петербурга – 345 600 руб. Требование к ООО "ЮРТЭКС+" по той же закупке с учетом наценки в настоящем деле составляет 491 568,04 руб. Разница в сумме 145 968,04 руб.

Таким образом, разница в общей сумме требований ООО "ГАЛО" к ООО "ЮРТЭКС+" составляет 509 881,32 руб.

Ответчик считает, что решение Арбитражного суда Республики Татарстан полностью охватывает компенсацию ООО "ГАЛО" за совершенные единые сделки, рассматриваемые в данном споре и если с ООО "ЮРТЭКС+" и подлежит взысканию компенсация, то исключительно в размере своей наценки, разницы, не взысканной с ООО "Производственное объединение "Зарница".

Помимо сделок, указанных в п.п. 3,4,5,6,7,8 таблицы расчета иска, истцом заявлены требования по сделкам, указанным в п.п. 1,2,9 той же таблицы расчета суммы иска.

П.1 Закупка №353319 – ГБОУЗ Ставропольского края "Территориальный центр медицины катастроф", заявленная сумма требования с учетом двойного размера компенсации за каждый проданный товар составляет 196 600 руб.

П. 2 Закупка № 693482 – ГБОУЗ г. Москвы "НПЦПЗДиП им. Г.Е. Сухаревой", заявленная сумма требования с учетом двойного размера компенсации за каждый проданный товар составляет 381 150 руб.

П. 3 Закупка №0301200077623000037 – ГБУ Аварийно-спасательная служба Республики Башкортостан, заявленная сумма с учетом двойного размера компенсации за каждый проданный товар, составляет 397 440 руб.

Указанные сделки были совершены 30.08.2018 и 11.02.2020. Учитывая, что с иском к ответчику истец обратился только 28.08.2023, им пропущен срок исковой давности, истекший 13.05.2023.

С учетом вышеизложенного ответчик просил применить последствия пропуска срока исковой давности и взыскать компенсацию в сумме разницы с взысканной суммы в рамках дела №А65-19106/2023.

Истец в возражениях на отзыв с доводами ответчика не согласился, в частности, считает доводы о пропуске срока исковой давности необоснованными, поскольку предметом настоящего спора является взыскание компенсации за конкретные случаи распространения ответчиком контрафакта на закупках. Истец установил указанные конкретные случаи продажи контрафакта в 2023 году после вступления в законную силу решения суда по делу №А65-524/2023 путем анализа сведений из ЕИС «Госзакупки». До этого истцу был известен лишь факт как такового производства третьим лицом и предложения к продаже на своем сайте товаров робот-тренажер «Гриша», что и стало предметом преюдициального спора по делу №А65-524/2023.

Заявляя о пропуске срока исковой давности, ответчик обязан представить доказательства того, когда конкретно истец узнал или должен был узнать о каждом случае продажи именно ответчиком каждой партии контрафакта. Осведомленность истца о том, что третье лицо-производитель предлагает контрафакт к продаже на своем сайте, не влечет осведомленность истца о продаже этого контрафакта ответчиком по настоящему делу. В связи с этим доводы ответчика о применении срока исковой давности к 2-м случаям нарушений также подлежат отклонению.

Ответчик заявил ходатайство о снижении компенсации ниже низшего предела, в обоснование сослался на отсутствие злостного умысла, добросовестностью ответчика, совершение нарушения впервые и то, что оно не является существенной частью его предпринимательской деятельности, размер компенсации является чрезмерным, противоречащим принципам разумности и справедливости, имеющим карательный характер.

Истец представил возражение на ходатайство ответчика о снижении размера компенсации, полагает, что не доказана вся совокупность обстоятельств для снижения, предусмотренная в Постановлении КС РФ от 24.07.2020 40-П «По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского Кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда», которое содержит следующие указания: размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое, при этом, снижение допускается, если такой размер многократно превышает величину причиненных правообладателю убытков (при том, что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено индивидуальным предпринимателем впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью его предпринимательской деятельности и не носило грубый характер. Ответчик ни доказательств многократного превышения размером компенсации размера убытков, ни расчета их с разумной степенью достоверности, не представил.

Истец в свою очередь утверждает о том, что размер его убытков соразмерен заявленной компенсации в связи со следующим.

Действия ответчика привели к тому, что на конкурентных закупках вместо роботов-тренажеров «Гоша-06», были поставлены товары ООО «ПО «Зарница» в количестве 11 шт. Если бы ответчик распространял оригинальный товар, а не контрафакт, то истец за продажу собственных товаров «робот-тренажер «Гоша-06» в количестве 11 шт. по минимальной цене 198 000 рублей получил бы не менее 2 178 000 рублей, что подтверждается прайс-листами истца. Таким образом, многократная разница между убытками истца и заявленной компенсацией отсутствует.

Исследовав представленные доказательства, суд



УСТАНОВИЛ:

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.05.2023 по делу №А65-524/2023 удовлетворены исковые требования ООО «ГАЛО» к ООО «ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ «ЗАРНИЦА». Суд признал актами недобросовестной конкуренции действия общества с ограниченной ответственностью «Производственное объединение «Зарница» (ИНН <***> ОГРН <***>) по изготовлению, предложению к продаже и введению в оборот товара всех моделей «робот-тренажер «Гриша».

Решением по делу №А65-524/2023 установлено наличие у ООО «ГАЛО» исключительной лицензии на конкретные результаты интеллектуальной деятельности – объекты авторского права на основании лицензионного договора; факт незаконного использования указанных объектов в товарах робот-тренажер «Гриша» всех моделей производства ООО «ПО «Зарница».

По правилам части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2011 N 30-П).

Как указывает истец по настоящему делу, ООО «ЮРТЭКС+» (ответчик) является официальным дилером ООО ПО «Зарница», что подтверждается данными с официального сайта ответчика в сети Интернет – www.urteks.ru и на протяжении длительного времени осуществляет распространение товара «робот-тренажер «Гриша» различных моделей, в том числе предлагает их к продаже на сайте www.urteks.ru, а также продает на торгах.

Истец провел анализ ЕИС «Закупки» с целью выявления случаев распространения ответчиком контрафактных товаров. По результатам анализа истцу стало известно о продаже ответчиком с 2018 г. по 2023 г. 11 товаров «робот-тренажер «Гриша» на 9-ти закупочных процедурах, на общую сумму 2 019 335,64 руб.

Результаты анализа и расчет количества нарушений приведены в приложенной таблице, содержащей указание на каждую закупку, количество распространенных на ней контрафактных экземпляров; цену каждого контрафактного экземпляра на закупке; расчет размера компенсации исходя из 2-кратного размера указанной стоимости, умноженного на количество контрафактных экземпляров.

12.07.2023 истец направил в адрес ответчика претензию с требованием прекратить нарушение и выплатить компенсацию в размере двукратной стоимости контрафактных экземпляров в порядке пп. 2 ст. 1301 ГК РФ в размере 4 038 671,28 рублей.

02.08.2023 претензия направлена также на электронную почту ответчика.

Как указывает истец, ответчик удалил с сайта информацию о контрафакте, однако не удовлетворил имущественные требования истца.

Поскольку ответчик осуществил нарушение исключительных прав истца на объекты авторских прав путем распространения (предложения к продаже и продажи) товаров «робот-тренажер «Гриша», истец обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, заслушав представителей сторон, арбитражный суд установил следующее.

Истец является правообладателем в отношении объектов исключительных прав, указанных в лицензионном договоре N4/2011 от 24.05.2011, заключенном между ним и ФИО4, при изготовлении, предложении к продаже и введении в оборот товаров, а именно следующих объектов исключительных прав:

- персонаж «робот-тренажер «Гоша»;

- произведение дизайна - размещение световой индикации правильных и ошибочных действий под оболочкой (кожей) тренажера в районе/области грудной клетки и нижней конечности, в том виде, в котором они описаны в методических рекомендациях к роботу-тренажеру «Гоша-06» 2011 года издания;

- произведение литературы – текст описания робота-тренажера «Гоша», содержащийся в методических рекомендациях к роботу-тренажеру «Гоша-06» 2011 года издания, также размещенный на веб-странице ООО «ГАЛО» по адресу http://www.galo.ru/indexphp?id=175, содержание которой на момент обращения с иском зафиксировано 26.11.2022 г. на веб-странице в сервисе «Web.archive.org» по адресу: https://web.archive.org/web/20221126154413/http://www.galo.ru/index.php?id=175.

Истцом проведено исследование базы данных закупок в системе ЕИС «Госзакупки», в ходе которого им выявлены факты реализации товара «робот-тренажер «Гриша», сходство которого с объектами исключительных прав истца установлено решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.05.2023 по делу А65-524/2023.

Результаты исследования изложены истцом в виде таблицы, содержащей указание на каждую закупку, количество распространенных на ней контрафактных экземпляров, цену каждого контрафактного экземпляра на закупке, стоимость соответствующей модели товара «робот-тренажер «Гриша» у ответчика в соответствующий период, расчет размера компенсации исходя из двукратного размера указанной стоимости, умноженного на количество контрафактных экземпляров.

Согласно расчету истца размер компенсации, рассчитанный на основании подпункта 2 статьи 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения, составляет 4 038 671 руб. 28 коп. за 11 контрафактных экземпляров, проданных ответчиком с 2018 года по 2023 год.

В силу статьи 1254 Гражданского кодекса Российской Федерации если нарушение третьими лицами исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, на использование которых выдана исключительная лицензия, затрагивает права лицензиата, полученные им на основании лицензионного договора, лицензиат может наряду с другими способами защиты защищать свои права способами, предусмотренными статьями 1250 и 1252 настоящего Кодекса.

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации другие лица не могут использовать соответствующие результаты интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом.

Под использованием произведения понимается совершение любого из действий, указанных в статье 1270 Гражданского кодекса Российской Федерации. Самостоятельным нарушением является, в том числе, распространение путем продажи или иного отчуждения экземпляров произведения.

В соответствии с пунктом 91 постановления Пленума ВС РФ N10 от 23.04.2019 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума ВС РФ N10 от 23.04.2019) предложение к продаже экземпляра произведения охватывается правомочием на распространение произведения (подпункт 2 пункта 2 статьи 1270 ГК РФ).

В соответствии со статьей 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости контрафактных экземпляров произведения; 3) в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения тем способом, который использовал нарушитель.

В соответствии с пунктом 59 постановления Пленума ВС РФ N10 от 23.04.2019 компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Истцом представлены сведения о продаже ответчиком с 2018 года по 2023 года 11 товаров "роботов-тренажеров "Гриша" на 9-ти закупочных процедурах на общую сумму 2 019 335,64 руб.

В подтверждение данного обстоятельства истцом представлены сведения о конкурентных процедурах и заключенных по их результатам договорах и государственных контрактах.

Довод ответчика о том, что ему не было известно о нарушении исключительных прав истца, не освобождает ответчика от ответственности.

Согласно п. 3 ст. 1250 Гражданского кодекса Российской Федерации если иное не установлено настоящим Кодексом, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 (взыскание убытков) и пунктом 3 статьи 1252 (взыскание компенсации) настоящего Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Таким образом, в силу закона ответчик, как предприниматель, в любом случае не может быть освобожден от ответственности за нарушение интеллектуальных прав в отсутствие доказательств форс-мажора.

Из материалов дела следует и подтверждается самим ответчиком, что он неоднократно являлся участником закупок на право поставки спорного товара.

Ответчик указывает, что с 2018 года является контрагентом ООО «Производственное объединение «Зарница» и поставляет его товары.

Применимая и к поставкам в рамках законов №44-ФЗ и №223-ФЗ норма, изложенная в п. 1 ст. 460 Гражданского кодекса Российской Федерации обязывает ответчика, как продавца, передавать товар свободным от прав третьих лиц, что включает и обязанность проверки нарушения исключительных прав при продаже товара.

Ответчик, являясь поставщиком производителя продукции, должен был знать о том, что производство и введение в оборот спорного товара осуществляется с использованием объектов интеллектуальных прав Истца, и в любом случае, обязан был проверять спорный товар на предмет свободы от нарушений прав третьих лиц.

Кроме того, согласно сложившейся позиции Суда по интеллектуальным правам, Ответчик, являясь предпринимателем – профессиональным участником рынка торговли непродовольственных товаров, несет ответственность за качество реализуемой им продукции и принимает на себя предпринимательские риски, связанные с возможным нарушением исключительных прав третьих лиц на объекты интеллектуальной собственности, используемые на такой продукции.

Довод ответчика о необходимости расчета компенсации не от цены поставки контрафакта, а от размера наценки ответчика судом отклоняется как противоречащий действующему законодательству, поскольку основан на неправильном толковании норм права.

Ссылка ответчика на взыскание компенсации с производителя контрафакта, не имеет правового значения, поскольку их нарушения последовательны.

Ответчик своими доводами подтверждает, что является дилером третьего лица –производителя, приобретает у него товар со скидкой и затем с наценкой перепродает его конечным покупателям. Следовательно, имеет место ряд последовательных нарушений исключительного права истца: выпуск и продажа контрафакта третьим лицом ответчику; продажа контрафакта ответчиком покупателям.

При этом в рамках дела №А65-19106/2023 третье лицо привлечено к ответственности за совершение собственных нарушений – изготовление и введение контрафакта в оборот путем продажи дилерам – по цене такой продажи. В настоящем же споре истец требует компенсации исключительно за нарушение самого ответчика и рассчитывает ее от цены продажи контрафакта самим ответчиком конечным покупателям.

Таким образом, истец имеет право требовать взыскания компенсации со всех нарушителей, осуществивших последовательное нарушение прав истца по цене контрафакта на соответствующих сделках.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности по части требований.

Суд соглашается с доводами ответчика в этой части.

Ответчик указывает, что сделки были совершены 30.08.2018 и 11.02.2020. Учитывая, что с иском к ответчику истец обратился только 28.08.2023, им пропущен срок исковой давности, истекший 13.05.2023.

С учетом вышеизложенного ответчик просил применить последствия пропуска срока исковой давности и взыскать компенсацию в сумме разницы с взысканной суммы в рамках дела №А65-19106/2023.

В соответствии с п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Кодекса.

В силу ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Из указанного следует, что момент, когда истцу объективно должно было быть известно о нарушении его прав ответчиком, также квалифицируется как дата начала исчисления течения срока исковой давности.

В рамках дела №А65-19106/2023 установлено, что 13.05.2020 ООО «ЮМАН» обратилось к ответчику с запросом коммерческого предложения и по результатам переписки заключило с ответчиком договор поставки от 20.05.2020, позднее получив указанный товар по накладной от 19.06.2020.

Согласно ответу ООО «ЮМАН» 13.05.2020 исполнительный директор ООО «ГАЛО» ФИО5 в рамках телефонного разговора обратился к ООО «ЮМАН» с просьбой осуществить контрольную закупку товара ответчика, что свидетельствует об осведомленности истца о производстве и реализации ответчиком роботов-тренажеров «Гриша».

ООО "ГАЛО", не оспаривая факт обращения к ООО «ЮМАН» 13.05.2020 исходя из уже имевшейся информации о нарушении его прав ООО ПО «Зарница», указало, что установило указанные конкретные случаи продажи контрафакта после вступления в законную силу решения суда по делу №А65-524/2023 путем анализа сведений из ЕИС «Госзакупки», а этого истцу был известен лишь факт как такового производства ответчиком и предложения к продаже на своем сайте товаров робот-тренажер «Гриша», что и стало предметом спора по делу №А65- 524/2023.

Между тем, истцом не представлены убедительные доводы или доказательства, свидетельствующие об объективной невозможности проведения соответствующего анализа ранее 2022 года, а именно в 2020 году, когда истцу уже было известно о производстве ответчиком роботов-тренажеров «Гриша».

Такие действия по мониторингу ЕИС могли быть совершены истцом, поскольку он является обладателем исключительных прав, реализуемых в той же сфере, и, соответственно, как участник профессиональной деятельности располагает (должен располагать) информацией о потенциальных потребителях специфического товара, осуществляющих, как правило, закупки с размещением информации о контрактах на указанном ресурсе, который является открытым и общедоступным.

При таких обстоятельствах, поскольку не совершение правообладателем, осведомленным о самом факте производства товара ответчиком, в течение длительного периода времени действий, направленных на подтверждение размера компенсации, не может влиять на исчисление срока исковой давности, арбитражный суд счел обоснованными доводы ответчика о пропуске срока исковой давности по требованиям, основанным на реализации товара в 2016-2019 годах и по сделкам от 11.02.2020.

О вышеуказанных сделках (контрактах) истцу, как установлено выше, при принятии разумных и осмотрительных мер должно и могло быть известно в мае 2020 года (13.05.2020 + разумный срок на осуществление мониторинга), обратное не доказано, с исковым заявлением истец обратился 05.07.2023 (дата направления через систему «Мой арбитр»), что даже с учетом приостановления течения срока исковой давности на период соблюдения досудебного порядка урегулирования спора в порядке п.3 ст.202 ГК РФ, является обращением за судебной защитой с пропуском срока исковой давности.

Вместе с тем, арбитражный суд отклонил заявление ответчика о пропуске срока исковой давности по пункту 2.10 приложения к иску, поскольку сделка по реализации данного товара заключена 03.08.2020, то есть в пределах трех лет до подачи иска.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что в рамках настоящего дела о сделках, совершенных 30.08.2018 и 11.02.2020 истцу также, как установлено ранее в рамках дела, имеющего преюдициальное значение, при принятии разумных и осмотрительных мер должно и могло быть известно в мае 2020 года. С иском истец обратился 28.08.2023, то есть с пропуском трехлетнего срока исковой давности.

Исходя из изложенного, по требованиям, указанным в пунктах 1,2 таблицы расчета иска на общую сумму 577 750 руб. срок исковой давности пропущен.

В пределах срока исковой давности истцом заявлены требования на сумму в размере 3 460 921,28 руб.

В пункте 35 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 23.09.2015, разъяснено, что при определении размера подлежащей взысканию компенсации суд не вправе по своей инициативе изменять вид компенсации, избранный правообладателем.

Истцом избран второй способ расчета компенсации - исходя из двукратного размера стоимости контрафактных экземпляров произведения, исключительными правами на которое обладает истец.

При этом вопреки позиции ответчика расчет компенсации не может быть произведен исходя из суммы, которая является наценкой за проданный товар, разницей, не взысканной с ООО ПО «Зарница».

Согласно абзацу 6 пункта 61 постановления Пленума ВС РФ N10 от 23.04.2019 при определении размера компенсации за основу следует принимать ту стоимость этих экземпляров (товаров), по которой они фактически продаются или предлагаются к продаже третьим лицам.

Ответчиком заявлено ходатайство о снижении размера компенсации, рассмотрев которое арбитражный суд приходит к следующему.

Постановлением Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П "По делу о проверке конституционности подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросом Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда" рассмотрен вопрос о допустимости снижения размера компенсации за нарушение исключительных прав при выборе истцом способа расчета, предусмотренного пп.2 п.4 ст.1515 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 13.12.2016 N 28-П сформулировал следующие правовые позиции: взыскание компенсации за нарушение интеллектуальных прав, будучи штрафной санкцией, преследующей в том числе публичные цели пресечения нарушений в сфере интеллектуальной собственности, является тем не менее институтом частного права, которое основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений (пункт 1 статьи 1 ГК Российской Федерации) и в рамках которого защита имущественных прав правообладателя должна осуществляться так, чтобы обеспечивался баланс прав и законных интересов участников гражданского оборота, т.е. с соблюдением требований справедливости, равенства и соразмерности, а также запрета на осуществление прав и свобод человека и гражданина с нарушением прав и свобод других лиц (статья 17, часть 3, Конституции Российской Федерации); нельзя исключать, что при некоторых обстоятельствах размер ответственности, к которой привлекается нарушитель прав на объекты интеллектуальной собственности, в сопоставлении с совершенным им деянием может превысить допустимый с точки зрения принципов равенства и справедливости предел и тем самым привести к нарушению статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) Конституции Российской Федерации, а в конечном счете - к нарушению ее статьи 21, гарантирующей охрану достоинства личности и не допускающей наказаний, унижающих человеческое достоинство; отсутствие у суда, столкнувшегося с необходимостью применить на основании прямого указания закона санкцию, явно - с учетом обстоятельств конкретного дела - несправедливую и несоразмерную допущенному нарушению, возможности снизить ее размер ниже установленного законом предела подрывает доверие граждан как к закону, так и к суду.

Положенные в основу этого вывода правовые позиции получили развитие в постановлении от 13.02.2018 N 8-П, где Конституционный Суд Российской Федерации указал, что в каждом конкретном случае меры гражданско-правовой ответственности, устанавливаемые в целях защиты конституционно значимых ценностей, должны определяться исходя из требования адекватности порождаемых ими последствий (в том числе для лица, в отношении которого они применяются) тому вреду, который причинен в результате противоправного деяния, с тем чтобы обеспечивалась их соразмерность правонарушению, соблюдался баланс основных прав индивида и общего интереса, состоящего в защите личности, общества и государства от противоправных посягательств.

Развивая выраженные в постановлении от 13.12.2016 N 28-П позиции о правовой природе компенсации за нарушение исключительного права и о необходимости находить баланс интересов участников соответствующих правоотношений, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 13.02.2018 N 8-П отметил следующее: если при рассмотрении конкретного дела будет выявлено, что применимые нормы ставят одну сторону (правообладателя) в более выгодное положение, а в отношении другой предусматривают возможность неблагоприятных последствий, то суд обязан руководствоваться критериями обеспечения равновесия конкурирующих интересов сторон и соразмерности назначаемой меры ответственности.

Следует обратить внимание на то, что постановлением от 24.07.2020 N 40-П Конституционный Суд РФ отметил, что сформулированные правовые позиции имеют общий (универсальный) характер в том смысле, что должны учитываться не только при применении тех же самых норм Гражданского кодекса Российской Федерации, которые стали непосредственным предметом проверки Конституционного Суда Российской Федерации, и лишь в контексте идентичных обстоятельств дела, но и в аналогичных ситуациях. Соответственно, и в случае взыскания за нарушение исключительного права на одно произведение компенсации, определенной по правилам подпункта 2 пункта 4 статьи 1515 данного Кодекса, должна быть обеспечена возможность ее снижения, если размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом что убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком) и если при этом обстоятельства конкретного дела свидетельствуют, в частности, о том, что правонарушение совершено впервые и что использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью предпринимательской деятельности и не носило грубый характер.

Исходя из совокупности изложенного, Конституционный суд РФ в рассматриваемом постановлении пришел к выводу о том, что впредь до внесения в гражданское законодательство изменений, вытекающих из постановления, суды не могут быть лишены возможности учесть все значимые для дела обстоятельства, включая характер допущенного нарушения, и при наличии соответствующего заявления от него снизить размер компенсации ниже установленной подпунктом 2 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ величины. При этом - с целью не допустить избыточного вторжения в имущественную сферу ответчика, с одной стороны, и, с другой, лишить его стимулов к бездоговорному использованию объектов интеллектуальной собственности - размер такой компенсации может быть снижен судом не более чем вдвое.

Детально изучив постановление Конституционного Суда РФ от 24.07.2020 N 40-П, арбитражный суд приходит к выводу, что изложенное в нем толкование правовых норм и правовая позиция, высказанная в целом по пп.2 п.4 ст.1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (что прямо следует из вышеприведенных положений постановления), применимы в целом к данному подпункту независимо от варианта расчета компенсации по данному способу (исходя из двукратной стоимости контрафактного товара или исходя из двукратной стоимости права использования объекта исключительных прав).

Учитывая, что часть вырученных от реализации товаров денежных средств выплачены истцу в рамках реализации дилерского договора, суд приходит к выводу, что размер подлежащей выплате компенсации многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков, а именно не полученной им прибыли, какие-либо доказательства обратного истцом не представлены. Доказательства того, что ранее ответчик привлекался за нарушение исключительных прав истца, в материалы дела также не представлены.

Продолжение нарушения после получения претензии прекратилось. Данное обстоятельство подтверждает отсутствие грубого характера нарушения.

При таких обстоятельствах арбитражный суд приходит к выводу о наличии оснований для снижения компенсации и о частичном удовлетворении исковых требований на сумму 1 730 460, 64 (3 460 921,28 / 2) руб.

По смыслу норм статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вопрос о распределении судебных расходов по уплате государственной пошлины разрешается арбитражным судом по итогам рассмотрения дела, независимо от того, заявлено ли перед судом ходатайство о его разрешении (п.18 постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах").

В силу ст.110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исходя из частичного удовлетворения искового требования о взыскании компенсации расходы по уплате государственной пошлины подлежат отнесению на сторон пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

Вместе с тем, снижение арбитражным судом размера компенсации за нарушение исключительных прав на объекты интеллектуальной собственности, когда требование о выплате такой компенсации было заявлено правообладателем в минимальном размере, предусмотренном нормами Гражданского кодекса Российской Федерации для соответствующего нарушения, не может - по своим отличительным юридическим параметрам - приравниваться к частичному удовлетворению исковых требований; принятие соответствующего судебного акта фактически означает доказанность нарушения исключительных прав правообладателя (постановление Конституционного Суда РФ от 28.10.2021 N 46-П "По делу о проверке конституционности части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой общества с ограниченной ответственностью "Студия анимационного кино "Мельница"), в связи с чем расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика исходя из того, что исковые требования считаются удовлетворенными на сумму 3 460 921, 23 руб. (без учета снижения, но за вычетом требований, заявленных за пределами срока исковой давности).

Руководствуясь ст. ст. 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

Исковые требования ООО "ГАЛО" (ИНН <***>, ОГРН <***>) удовлетворить частично.

Взыскать с ООО "ЮРТЭКС+" (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ООО "ГАЛО" (ИНН <***>, ОГРН <***>) компенсацию за нарушение исключительного права на произведение в размере 1 730 460 руб. 64 коп., расходы по уплате государственной пошлины в размере 37016 руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу по заявлению взыскателя.

Решение вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме) через Арбитражный суд Республики Башкортостан.

Если иное не предусмотрено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, решение может быть обжаловано в Арбитражный суд Уральского округа при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной или кассационной жалобы можно получить соответственно на Интернет-сайтах Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда www.18aas.arbitr.ru или Арбитражного суда Уральского округа www.fasuo.arbitr.ru.


Судья З.Ф. Шагабутдинова