Решение от 31 марта 2021 г. по делу № А55-25459/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443001, г.Самара, ул. Самарская,203Б, тел. (846) 207-55-15

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

31 марта 2021 года

Дело №

А55-25459/2020

Резолютивная часть решения объявлена 25 марта 2021 года. Полный текст решения изготовлен 31 марта 2021 года.

Арбитражный суд Самарской области

в составе

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2

рассмотрев 25 марта 2021 года в судебном заседании дело по исковому заявлению Общества с ограниченной ответственностью "РН-Снабжение-Самара"

к Обществу с ограниченной ответственностью "Союз-Техно"

третье лицо - АО «Самаранефтегаз»

о взыскании

при участии в заседании

от истца – ФИО3 по доверенности от 31.12.2020

от ответчика – ФИО4 по доверенности от 11.01.2021

от 3-го лица – ФИО5 по доверенности от 01.01.2021

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "РН-Снабжение-Самара" обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением о взыскании с Общества с ограниченной ответственностью "Союз-Техно" неустойки в виде пени за просрочку поставки продукции в размере 12 269 208 руб. 69 коп.

Ответчик против иска возражает согласно письменным возражениям и дополнениям к ним, заявлено ходатайство об уменьшении неустойки ввиду ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Третье лицо поддерживает позицию истца согласно письменным объяснениям.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд находит иск подлежащим частичному удовлетворению по следующим основаниям.

В обоснование правоотношений с ответчиком истец ссылается на заключенный между ООО «РН-Снабжение-Самара» (покупатель) и ООО «Союз-Техно» (поставщик) договор поставки материально-технических ресурсов № 136019/00382Д от 07.05.2019 (дата фактического подписания договора посредством электронной подписи на ЭТП «ТЭК-Торг» - 22.05.2019), подписана к нему спецификация № 1013344989 от 13.05.2019 (дата фактического подписания - 22.05.2019).

Согласно условиям договора и спецификации ответчик обязан был поставить в адрес истца товар на сумму 201 822 473,10 руб., в которую включались услуги ПНР и ШМР. Точное наименование, количество товара, а также срок (период) поставки указаны в спецификации.

Согласно п. 8.1.1. договора за нарушение поставщиком обязательств по поставке товара в соответствии с настоящим договором покупатель имеет право взыскать с поставщика неустойку в размере 0,1% от стоимости не поставленного в срок товара за каждый день просрочки, но не более чем 30% от стоимости непоставленного товара.

Поскольку при исполнении условий договора ответчиком были допущены нарушения сроков поставки товара, истцом рассчитана неустойка за просрочку поставки товара в размере 12 269 208,69 руб.

По факту нарушения сроков поставки истец направлял ответчику посредством электронной почты претензию исх. № 12/2678 от 25.12.2019 с требованием оплатить неустойку.

Ответчик согласно ответу исх. № 19 от 22.01.2020 не признал предъявленные требования об оплате неустойки, претензию оставил без удовлетворения.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

В обоснование возражений ответчик указывает на то, что согласно спецификации продукция приобретается покупателем в рамках агентского договора, конечным собственником продукции, поставляемой по настоящей спецификации, является принципал - АО «Самаранефтегаз».

Ответчик ссылается на длительность определения истцом поставщика в рамках закупочной процедуры. Заключение договора поставки между истцом и ответчиком происходило в рамках процедуры определения поставщика по Лоту 1230. ООО «Союз-Техно» направило свое коммерческое предложение для участия в закупке 22.11.2018, в то время как определение поставщика и заключение с ним договора истец осуществил только 22.05.2019 а длительность определения поставщика существенно сократила для поставщика срок поставки оборудования. Ответчик ссылается на п. 3.3. договора и на длительную переписку по изменению номенклатуры товара по спецификации, только 20.08.2019 исх. № 19/8166 истец согласовал изменение номенклатуры ОРД по договору и таким образом, истцом за 8 дней до даты поставки, была изменена номенклатура товара.

По объяснениям ответчика, в связи с изменением номенклатуры товара по спецификации, в ответ на письмо истца исх. №19/8166 ООО «Союз-Техно» письмом № 165 от 23.08.2019 просило ООО «РН-Снабжение-Самара» о переносе окончательного срока поставки по следующему графику: 5 комплектов в срок до 06.09.2019; 10 комплектов в срок до 13.09.2019; 11 комплектов в срок до 20.09.2019; 16 комплектов в срок до 27.09.2019

Таким образом, ответчик направил в адрес истца предложение на изменение условий договора письмом № 19/9038 от 11.09.2019 истец подтвердил согласование АО «Самаранефтегаз» сроков поставки согласно графику, указанному ООО «Союз-Техно» в письме № 165 от 23.08.2019, к указанному письму прилагалась копия письма АО «Самаранефтегаз» № СНГ 18/2-7096 от 05.09.2019, которым конечный собственник продукции подтвердил сроки поставки согласно графику, указанному ООО «Союз-Техно» в письме № 165 от 23.08.2019. После получения от ответчика предложения об изменении сроков поставки по спецификации, истец направил данную оферту в адрес своего

контрагента по агентскому договору - АО «Самаранефтегаз». Получив от него согласование предложенных ответчиком сроков поставки (исх. № СНГ 18/2-7096 от 05.09.2019), истец подтвердил это согласование письмом № 19/9038 от 11.09.2019 в адрес ООО «Союз-Техно». Ответчик ссылается на то, что в рамках исполнения спецификации истец менял её условия относительно номенклатуры товара исключительно путем направления ответчику соответствующих писем при отсутствии прямых возражений контрагента и, таким образом, изменение срока поставки путем направления подтверждающего письма соответствует положениям ст. 434, 438 ГК РФ и сложившемуся деловому обороту сторон при исполнении спецификации № 1013344989 от 13.05.2019 к договору поставки № 136019/00382Д от 07.05.2019.

Ответчик указывает на выявленную ошибку при составлении спецификации № 1013344989, допущенную покупателем (истцом) при суммировании стоимости комплектующих каждого блока спецификации. В связи с данным обстоятельством, общая стоимость спецификации занижена покупателем на 4 400 007,31 руб., что возможно проверить методом простого сложения стоимости всех товаров спецификации. Истец произвел оплату товара по спецификации с занижением общей стоимости товара на общую сумму 4 400 007, 31 руб., что свидетельствует о получении покупателем неосновательного обогащения (ст. 1102 Гражданского Кодекса РФ).

Ответчик при указанных обстоятельствах считает расчет пени, произведенный истцом, не соответствующим фактическим обстоятельствам поставки по

спецификации, а именно: в расчете не учтено согласование сторонами сроков поставки согласно графику, указанному ООО «Союз-Техно» в письме № 165 от 23.08.2019, и из расчета пени, который необходимо произвести с учетом изменения сроков поставки, подлежат вычету 4 400 007, 31 руб. неосновательно недоплаченные истцом ответчику.

Ответчик ходатайствует о применении ст. 333 ГК РФ об уменьшении неустойки, ссылаясь на контррасчет штрафных санкций, произведенный ответчиком с учетом корректировки сторонами планового срока поставки, исходя из однократной учетной ставки Банка России.

Ответчик полагает необходимым применить к контррасчету штрафных санкций положения об экстраординарности обстоятельств, при которых осуществлялась спорная поставка, и применить к сумме штрафных санкций, указанных в контррасчете, ст. 333 ГК РФ об уменьшении неустойки ввиду ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства и экстраординарности обстоятельств поставки, ссылаясь при этом на Определение Конституционный Суд РФ от 21 декабря 2000 г. по делу N 263-О, согласно которому, предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод одного лица не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в части первой статьи 333 ГК Российской Федерации речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Ответчик считает, что истец не подтвердил наличие причиненного его деятельности какого-либо ущерба со стороны ответчика при осуществлении спорной поставки товара.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12. 2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика на основании статьи 333 ГК РФ судам следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого пользования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

Снижение неустойки ниже однократной учетной ставки Банка России на основании соответствующего заявления ответчика допускается лишь в экстраординарных случаях, когда убытки кредитора компенсируются за счет того, что размер платы за пользование денежными средствами, предусмотренный условиями обязательства (заем, кредит, коммерческий кредит), значительно превышает обычно взимаемые в подобных обстоятельствах проценты.

Экстраординарность и исключительность обстоятельств спорной поставки по спецификации ответчик связывает со следующими обстоятельствами: ответчик, не получал предварительной оплаты от истца, т.к. в соответствии с п. 6.2. договорапоставки оплата за поставленный Товар осуществляется по факту поставки в течение 60 календарных дней, но не ранее чем через 45 календарных дней после исполнения обязательств по поставке.

Таким образом, в период ожидания поставки по спецификации не возникло правовой ситуации, когда ответчик нарушает срок поставки и при этом в период нарушения обязательств по договору неправомерно пользуется денежными средствами истца, полученными в качестве предварительной оплаты.

Ответчик считает, что обстоятельства, указанные выше, доказывают факт отсутствия каких-либо предварительных затрат и последующих убытков итсца, связанных с исполнением договора и спецификации.

Ответчик ссылается на отчет о произведенных монтажах оборудования, поставленного в рамках выполнения обязательств по спецификации № 1013344989от 13.05.2019 (дата фактического подписания - 22.05.2019). Шеф-монтажные и пуско-наладочные работы входят в предмет спецификации и подлежат отдельной оплате. Шеф-монтаж первого комплекта оборудования, поставленного по спецификации,осуществлен 13.01.2020. Таким образом, с момента первой поставки, который согласно расчету цены иска состоялся 23.09.2019 до момента его монтажа на месторождении заказчика прошло 111 дней.

Данный факт подтверждает позицию ответчика о том, что заказчик не планировал незамедлительно использовать оборудование (в том числе в качестве замены вышедшему из строя оборудованию для недопущения остановки производственного процесса или для выполнения производственной программы на 2019 год). Следовательно, ответчик не причинил истцу убытков. Обратного истцом не доказано.

Истец в расчете цены иска в столбце 6 указывает стоимость каждой единицы товара, от которой производит начисление штрафных санкций, утверждая, что это цена товара по спецификации. Однако при сравнении одноименных наименований товара, их стоимость, указанная в расчете (соответствует стоимости по счетам-фактурам), отличается в сторону уменьшения от стоимости спецификации 1013344989.

В представленном ответчиком контррасчете штрафных санкций расчет произведен по каждой позиции товара и установлена общая сумма, на которую ответчик уменьшил стоимость поставки для истца - 4 400 004,90 руб. Ответчик при осуществлении поставки уменьшил стоимость товара и истец согласился с таким уменьшением, приняв товар без замечаний и оплатив его стоимость, указанную в счетах-фактурах. При этом дополнительное соглашение сторон об изменении стоимости товара не заключалось.

Предусмотренная договором неустойка 0,1 % ежедневно составляет 36,5% в год, что существенно превышает средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств. В контррасчете штрафных санкций ответчиком произведен расчет штрафных санкций с учетом однократной учетной ставки Банка России, действовавшей в период начисления истцом штрафных санкций на основании ст. 395 ГК РФ с учетом согласования истцом корректировки планового срока поставки (письма 19/9038 от 11.09.2019, СНГ 18/2-7096 от 05.09.2019).

В соответствии с п. 3.3. договора в случае выявления поставщиком в ходе исполнения настоящего договора противоречий, ошибок, пропусков или расхождений, содержащихся в технических требованиях, такие противоречия, ошибки, пропуски или расхождения не должны использоваться поставщиком в ущерб качеству товара.

Ответчик направил в адрес истца письма исх. № 127 от 08.07.2019, исх. 137 от 17.07.2019 о необходимости изменения номенклатуры товара по спецификации. В результате длительной переписки по изменению номенклатуры товара по спецификации, истец только 20.08.2019 (исх. № 19/8166) согласовал изменение номенклатуры ОРД по договору. Таким образом, истцом за 8 дней до даты поставки, была изменена номенклатура товара.

В рамках исполнения спецификации, как изложено выше, истец менял её условия относительно номенклатуры товара исключительно путем направления ответчику соответствующих писем при отсутствии прямых возражений контрагента. Таким образом, изменение срока поставки путем направления подтверждающего письма соответствует положениям ст. 434, 438 ГК РФ и сложившемуся деловому обороту сторон при исполнении спецификации.

Истец против снижения неустойки возражает, в дополнение своей позиции по иску ссылается на пункт19.13. договора поставки, в котором закреплено условие о том, что любые приложения, изменения и дополнения к договору действительные и являются неотъемлемой частью договора при условии, если они совершены в письменной форме, подписаны надлежащим образом уполномоченными представителями сторон собственноручно, либо с использованием ЭЛ. Исключение составляют случаи изменения реквизитов сторон, которые являются действительными при наличии письменного уведомления от соответствующей стороны.

Ссылаясь на пункт 1 ст. 452 ГК РФ, п. 14.6 Положения ПАО «НК «Роснефть» «О закупке товаров, работ, услуг» № П2-08 Р-0019 (Версия 3.00), введено Приказом ПАО «НК «Роснефть» от 13.12.2018 № 799, согласно которому, изменение сроков поставки подлежит оформлению дополнительным соглашением к ранее заключенному договору и проведению новой закупки, истец считает письма о переносе срока (исх. № 165 от 23.08.2019, исх. № 19/9038 от 11.09.2019) ненадлежащим образом оформленным изменением существенного условия договора поставки и не может учитываться при расчете пени за просрочку поставки.

Относительно довода ответчика о допущенной ошибке при составлении спецификации № 1013344989 от 13.05.2019, а именно, занижение общей стоимости товара на 4 400 000,00 руб., истец со ссылкой на раздел 14 Положения «О закупке товаров, работ, услуг» № П2-08 Р-0019 (Версия 3.00) указывает на выраженное поставщиком согласие с общей стоимостью поставленного товара, не заявив возражений, т.е. выразил свое волеизъявление.

Относительно ссылки ответчика на факторинговую схему обслуживания поставок и, как следствие, улучшение условий оплаты для покупателя за поставленный товар истец указывает на то, что оплата за поставленный товар осуществляется покупателем непосредственно на счет ПАО «Промсвязьбанк» на условиях генерального соглашения, заключенного между ООО «Союз-Техно» и ПАО «Промсвязьбанк» № 042-ВР-03-19 от 23.10.2019, истец не являлся инициатором данного соглашения, в то время, как для ответчика обращение к факторинговой схеме вызвано необходимостью получения кредита под поставку товара по договору с истцом.

Истец считает недопустимым ссылаться на улучшенные условия оплаты по договору поставки и находить это одним из оснований применения взаимозачета, так как теряется смысл договорной неустойки (способ обеспечения исполнения обязательства).

Истец считает, что ответчиком были нарушены права покупателя на получение товара в срок и согласно п. 8.1.1. договора ответчик обязан оплатить установленную договором неустойку за нарушение основного обязательства, не доказывая при этом причинение ему убытков (п. 1 ст. 330 ГК РФ).

С доводом ответчика о том, что ООО «РН-Снабжение-Самара» является ненадлежащим истцом, истец не согласен, т.к. между заказчиком продукции (АО «Самаранефтегаз») и истцом был заключен агентский договор № 134 ОД/(16)д/171(16)д/3600016/0137Д от 20.07.2016, согласно п. 1.1. которого, агент обязуется за вознаграждение совершать по поручению принципала от своего имени, но за счет принципала сделки по приобретению в собственность принципала оборудования и продукции... для принципала или в его интересах. При этом агент осуществляет юридическую и коммерческую защиту интересов принципала при выполнении его поручений (в случаях необходимости обращения в судебные органы, осуществляет оформление необходимых документов и ведение дела в судебном порядке... (абз. Р п. 2.1.).

Ссылаясь на позицию, изложенную в определении ВС РФ № 303-ЭС16-14396 от 27.12.2016, истец указывает на агентский договор, содержащий условия о ведении истцом дел по защите прав принципала в судах, как на доказательство надлежащего истца. Данную позицию со ссылкой на ст. 1005 ГК РФ поддерживает третье лицо.

По объяснениям третьего лица по доводу об изменении путем обмена письмами номенклатуры товара по спецификации и сроков поставки, истцом и ответчиком не только не достигнуто взаимное соглашение об изменении сроков поставки, установленных договором, но из переписки сторон спора следует, что изменение номенклатуры товара по спецификации не могло повлиять на сроки поставки и ответчик, предлагая изменение спецификации, гарантировал поставку продукции в срок, установленный договором. По доводу о занижении ответчиком стоимости товара по спецификации, влекущемнеобходимость расчета пени исходя из уменьшенной ответчиком стоимости товара, третье лицо считает, что сторонами спорного договора не изменялось условие о цене поставляемого товара. Факт выставления ответчиком счета-фактуры за поставленный товар с неверным указанием его стоимости, не влечет изменения условий договора, не влияет на обязательства сторон по нему и не лишает ответчика права взыскания с истца разницы между уплаченной истцом и установленной договором стоимости товара.

Третье лицо считает верным произведенный истцом расчет пени за просрочку поставки товара исходя из его стоимости, установленной спорным договором поставки.

По ходатайству об уменьшении неустойки согласно ст. 333 ГК РФ третье лицо считает не доказанными обстоятельства, являющиеся основанием снижения неустойки: явная несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства; получение истцом необоснованной выгоды при взыскании неустойки; наличие вины истца в нарушении сроков поставки товара; содействие истца увеличению размера ответственности либо не принятие разумных мер для ее уменьшения.

Как следует из материалов дела, истец (покупатель) и ответчик (поставщик) заключили договор поставки материально-технических ресурсов № 136019/00382Д от 07.05.2019 и подписали к нему спецификацию № 1013344989 от 13.05.2019 (дата фактического подписания посредством электронной подписи на ЭТП «ТЭК-Торг» – 22.05.2019), в соответствии с которыми, поставщик обязуется передать в собственность, покупатель обязуется принять и оплатить товар (оборудование). Спецификацией установлена дата поставки товара 28.08.2019.

Документы, представленные ответчиком в обоснование возражений, подтверждают факт согласования истцом корректировки указанного срока поставки (письма 19/9038 от 11.09.2019, СНГ 18/2-7096 от 05.09.2019) в соответствии с графиком поставки, предложенным ответчиком письмом № 165 от 23.08.2019, а именно: 5 комплектов оборудования должны быть поставлены в срок до 06.09.2019, 10 комплектов должны быть поставлены в срок до 13.09.2019, 11 комплектов должны быть поставлены в срок до 20.09.2019, 16 комплектов должны быть поставлены в срок до 27.09.2019.

Истец возражает в отношении наличия факта переноса сроков поставки, о чем выражает свою позицию в пояснениях на возражения ответчика на исковое заявление.

При установлении состоятельности доводов ответчика о согласовании истцом изменения срока поставки, суд исходит из системного толкования закона, изложенного в ст. 431 ГК РФ, согласно которой, при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путём сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учётом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Согласно ранее существующим взаимоотношениям сторон по изменению условий договора, ответчик направил истцу письма исх. № 127 от 08.07.2019, исх. 137 от 17.07.2019 о необходимости изменения номенклатуры товара по спецификации. Письмом от 20.08.2019 исх. № 19/8166 истец согласовал изменение номенклатуры товара по договору, при этом дополнительное соглашение к договору сторонами не заключалось, что свидетельствует о наличии фактов изменения сторонами условий договора посредством направления друг другу соответствующих писем и без подписания соответствующего двустороннего дополнительного соглашения к договору.

Во исполнение обязательств по договору ответчик поставил в адрес истца товар на общую сумму 197 422 468 руб. 13 коп.

Согласно условиям договора и спецификации ответчик обязан был поставить в адрес истца товар на сумму 201 822 473,10 руб., в которую, как утверждает истец, включались услуги пуско-наладочных и шеф-монтажных работ (ПНР и ШМР). Однако из дословного толкования спецификации и счетов-фактур, подтверждающих поставку товара, выявляется несоответствие заявлений истца о цене товара.

Сумма всех позиций товара, за исключением ПНР и ШМР, при сложении в спецификации составляет 201 822 473 руб. 03 коп., сумма всех поставленных позиций товара при сложении цены всех счетов-фактур, относящихся к спорной поставке, составляет 197 422 468 руб. 13 коп. Разница между стоимостью товара по спецификации и стоимостью, по которой товар продан ответчиком истцу, составляет 4 400 004 руб. 90 коп. При условии, что ответчик поставил, а истец принял товар по указанным выше ценам, в отсутствие последующих взаимных претензий сторон о цене товара, усматривается согласование снижения стоимости товара по спецификации за исключением ПНР и ШМР без подписания сторонами соответствующего двустороннего дополнительного соглашения к договору.

Согласно п. 4.1. договора Базис поставки товара, график и сроки поставки, а также иные условия поставки оговариваются по каждой партии товара отдельно и отражаются в приложении (спецификации). Под партией товара понимается количество товара одного наименования и качества, подлежащего отгрузке в определенный срок (период поставки), указанный в графике приложения (спецификации) к договору, в адрес одного грузополучателя/получателя.

В п. 8.1.1. договора указано, что за нарушение поставщиком обязательств по поставке товара в соответствии с настоящим договором покупатель имеет право взыскать с поставщика неустойку в размере 0,1% от стоимости не поставленного в срок товара за каждый день просрочки, но не более чем 30% от стоимости непоставленного товара. При этом пеня рассчитывается за период с даты истечения срока поставки до даты исполнения поставщиком обязательств по поставке.

В связи с тем, что ответчик допустил нарушение срока поставки товара, истцом на основании п. 8.1.1 договора рассчитана неустойка за нарушение сроков оплаты из расчета 0,1% от стоимости товара за каждый день просрочки. По факту нарушения сроков поставки истец направлял ответчику посредством электронной почты претензию исх. № 12/2678 от 25.12.2019 с требованием оплатить неустойку, которую ответчик оставил без исполнения. Согласно расчету истца сумма неустойки составляет 12 269 208 руб. 69 коп.

Согласно ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Согласно п.1 ст.457 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар в срок, предусмотренный договором поставки.

В соответствии со ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Ответчик в возражениях на исковое заявление указывает, что поскольку истец не является собственником товара, полученного по договору поставки, он не может быть признан надлежащим истцом по заявленному требованию, ввиду отсутствия у него субъективного права, подлежащего защите. Указанное заявление мотивирует тем, что в спецификации отмечено, что оборудование приобреталось истцом в рамках агентского договора. Конечным собственником оборудования является принципал - АО «Самаранефтегаз». По смыслу статьи 1005 ГК РФ и статьи 4 АПК РФ, с учетом общих положений обязательственного права агент вправе обращаться в суд от своего имени только за защитой собственного права, возникшего из сделок с третьими лицами во исполнение указаний принципала или перешедшего к агенту от принципала в порядке уступки права требования. Ответчик со ссылкой на правоприменительную практику, указывает, что заявленное истцом (агентом) требование о взыскании неустойки с ответчика направлено на защиту не его собственного права, а права третьего лица – принципала АО «Самаранефтегаз» (Определение ВС РФ № 306-ЭС16-14396 от 27.12.2016, Постановление Президиума ВАС РФ от 19.03.2013 по делу № 13537/12, Постановление АС Западно-Сибирского округа по делу N А46-13544/2015 от 25.10.2016, п. 10 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 13.08.2004 № 81 «Обзора практики применения арбитражными судами Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации»).

Суд данную позицию считает несостоятельной, ввиду того, что по условиям агентского договора № 134 ОД/(16)д/171(16)д/3600016/0137Д от 20.07.2016 агент (истец) осуществляет юридическую и коммерческую защиту интересов принципала при выполнении его поручений (в случаях необходимости обращения в судебные органы, осуществляет оформление необходимых документов и ведение дела в судебном порядке.

Ответчиком заявлено ходатайство на основании ст. 333 ГК РФ о снижении размера неустойки в соответствии с контррасчетом штрафных санкций исходя из однократной учетной ставки Банка России и применении к указанному в расчете ответчика размеру неустойки разъяснений п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12. 2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 ГК РФ» (в действующей редакции) об уменьшении ниже однократной ставки Банка России ввиду экстраординарности обстоятельств поставки.

Ответчик в обоснование ходатайства об уменьшении неустойки указывает, что размер неустойки, заявленный истцом в размере 36,5 % годовых = 0,1%*365 дней, считает чрезмерно завышенным. В подтверждение отсутствия причинения истцу убытков фактом нарушения срока поставки, ответчик предоставил суду сводный отчет о произведенных монтажах оборудования, поставленного в рамках выполнения обязательств по Спецификации № 1013344989. Шеф-монтажные и пуско-наладочные работы входят в предмет спецификации и подлежат отдельной оплате. Шеф-монтаж первого комплекта оборудования, поставленного по спецификации, осуществлен 12.01.2020, т.е. через 111 дней с момента поставки первой партии товара, что подтверждает отсутствие у истца острой производственной необходимости в использовании поставленного оборудования непосредственно на дату поставки.

В обоснование экстраординарности обстоятельств спорной поставки по спецификации ответчик указывает, что не получал предварительной оплаты от истца. Неустойка, является мерой гражданско-правовой ответственности, носит компенсационный характер, и не может служить источником обогащения лица, требующего ее уплаты. В соответствии с п. 6.2. договора оплата за поставленный товар осуществляется по факту поставки в течение 60 календарных дней, но не ранее, чем через 45 календарных дней после исполнения обязательств по поставке. Таким образом, в период ожидания поставки по спецификации, не возникло правовой ситуации, когда ответчик нарушает срок поставки и при этом в период нарушения обязательств по договору неправомерно пользуется денежными средствами истца, полученными в качестве предварительной оплаты.

Ответчик также указывает на снижение цены товара с 201 822 473 руб. 10 коп. до 197 422 468 руб. 13 коп., ссылаясь на разницу цены в 4 400 004 руб. 90 коп, указанную в спецификации и счетах-фактурах по спорной поставке. Истец с таким уменьшением согласился, приняв товар без замечаний к сопроводительным документам и оплатив его стоимость, указанную в счетах-фактурах. Так же ответчик ссылается на подтвержденный документально факт изменения истцом номенклатуры товара за 8 дней до даты поставки, указанной в спецификации. Ответчик документально подтверждает, что на основании генерального договора об общих условиях факторингового обслуживания поставок внутри России № 042-ВР-03-19 от 23.10.2019, заключенного между ООО «Союз-Техно» и ПАО «Промсвязьбанк», последнее получило право требования оплаты поставленного товара по договору. На основании условий факторинга ООО «РН-Снабжение-Самара» получило льготный период 30 дней по оплате товара по договору. Таким образом, срок оплаты товара для истца увеличился с 60 до 90 дней, что значительно улучшило положение истца в сделке.

Согласно части 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе ее уменьшить.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Как следует из буквального смысла положений статьи 330 ГК РФ, договорная неустойка устанавливается по соглашению сторон и, соответственно, ее размер, порядок исчисления, условия применения также определяются исключительно по их усмотрению. Гражданский кодекс Российской Федерации лишь устанавливает требования к форме такого соглашения сторон о неустойке (статья 331 ГК РФ), а именно, соглашение о неустойке должно быть совершено в письменной форме.

При этом стороны вправе предусмотреть за неисполнение одного обязательства одновременное применение штрафа и пени, что соответствует положениям статьи 421 ГК РФ и правовой позиции, изложенной в пункте 80 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", согласно которому если заявлены требования о взыскании неустойки, установленной договором в виде сочетания штрафа и пени за одно нарушение, а должник просит снизить ее размер на основании статьи 333 ГК РФ, суд рассматривает вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств исходя из общей суммы штрафа и пени.

Таким образом, положения Гражданского кодекса Российской Федерации прямо устанавливают, что физические и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе; они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. Суд принимает во внимание правовую позицию, изложенную в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.06.2017 № 305-ЭС17-624 по делу № А40-208730/2015, что сумма начисляемой неустойки должна коррелировать с реальным объемом неисполненного обязательства. В противном случае, будет иметь место нарушение принципа юридического равенства, предусмотренного ч.1 ст. 1 ГК РФ, поскольку для кредитора будут создаваться преимущественные условия в виде компенсации не только за неисполненное обязательство.

Как указано в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2000 N 263-О и N 277-О, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств. Предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, т.е., по существу, - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации, согласно которой осуществление прав и свобод одного лица не должно нарушать права и свободы других лиц.

Именно поэтому в статье 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Поскольку в силу пункта 1 статьи 330 ГК РФ по требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков, но вправе в опровержение заявления ответчика о снижении неустойки представить доказательства, свидетельствующие о том, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего в гражданском обороте разумно и осмотрительно при сравнимых обстоятельствах. Даная правовая позиция изложена в пункте 74 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств".

Учитывая, что неустойка носит компенсационный характер, принимая во внимание конкретные обстоятельства дела, и что в материалах дела не имеется доказательств того, что из-за просрочки исполнения обязательства по поставке товара со стороны ответчика у истца возникли убытки, соразмерные начисленной неустойке, истцом в опровержение заявления ответчика о снижении неустойки не представлены доказательства, свидетельствующие о том, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего в гражданском обороте разумно и осмотрительно, принимая во внимание разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 № 81, суд приходит к выводу, что размер установленной сторонами в договоре ответственности, применительно к конкретным обстоятельствам дела является явно несоразмерным характеру и последствиям нарушения ответчиком обязательства по поставке товара.

С учетом изложенного, суд, руководствуясь положениями Гражданского кодекса Российской Федерации признает исковые требования обоснованными в части взыскания неустойки в виде пени с учетом установленного факта согласования сторонами корректировки срока поставки в соответствии с графиком поставки, предложенным ответчиком письмом № 165 от 23.08.2019.

Однако суд считает возможным применить к правоотношениям сторон статью 333 ГК РФ, приняв во внимание расчет штрафных санкций, выполненный ответчиком исходя из однократной учетной ставки Банка России (проверен судом и признан правильным), и разъяснения п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12. 2011 г. № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 ГК РФ» (в действующей редакции) снизить размер неустойки до 841 142 руб. 31 коп. Суд считает такой размер ответственности достаточным для восстановления нарушенных прав истца и соответствующим принципам добросовестности и разумности, который обеспечивает баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

При указанных обстоятельствах, иск следует удовлетворить частично.

Расходы по уплате государственной пошлины согласно статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат взысканию с ответчика в пользу истца в сумме 84 346 руб.

Выдать истцу справку на возврат излишне уплаченной по платежному поручению от 11.09.2020 №49266 госпошлины в сумме 2 029 руб.

Руководствуясь ст. 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Иск удовлетворить частично. Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Союз-Техно», 443013, <...>, помещение Н2, ИНН <***>, в пользу Общества с ограниченной ответственностью «РН-Снабжение-Самара» неустойку в виде пени в размере 841 142 руб. 31 коп. и расходы по уплате госпошлины в сумме 84 346 руб. В остальной части в иске отказать.

Выдать истцу справку на возврат излишне уплаченной по платежному поручению от 11.09.2020 №49266 госпошлины в сумме 2 029 руб.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г. Самара в течение месяца с даты принятия с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья

/
ФИО1