Решение от 25 апреля 2023 г. по делу № А40-296932/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ГОРОДА МОСКВЫ 115225, г.Москва, ул. Большая Тульская, д. 17 http://www.msk.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А40-296932/22-139-2376
24 апреля 2023 года
г. Москва


Резолютивная часть решения объявлена 19 апреля 2023 года Полный текст решения изготовлен 24 апреля 2023 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи Вагановой Е.А. при ведении протокола судебного заседания секретарем Бруяко Т.Г. рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

Публичного акционерного общества "Транснефть" (123112, Город Москва, Пресненская Набережная, Дом 4, Строение 2, ОГРН: 1027700049486, Дата присвоения ОГРН: 24.07.2002, ИНН: 7706061801)

к Управлению Федеральной антимонопольной службы по г.Москве (107078, город Москва, проезд Мясницкий, дом 4, строение 1, , ОГРН: 1037706061150, Дата присвоения ОГРН: 09.09.2003, ИНН: 7706096339)

третьи лица: 1) ООО «Мони» (ИНН 1831125956); 2) ООО «Транснефть надзор» (ИНН 7715965306), 3) АО «Сбербанк-АСТ» (7707308480)

о признании незаконным решения и предписания от 30.11.2022 № 077/07/00-17120/2022 при участии: от заявителя – Курилов С.А., дов. № 191 от 25.11.2022; от ответчика – Мещряков Д.С., дов. № ЕС-113 от 26.12.2022; от третьих лиц – 1) не явился, извещен; 2) Алёхин А.А., дов. от № 271 от 10.12.2021; 3) не явился, извещен;

УСТАНОВИЛ:

ПАО «Транснефть» обратилось в арбитражный суд с заявлением к Московскому УФАС России о признании недействительными решения и предписания от 30.11.2022 по делу № 077/07/00-17120/2022.

Заявитель полностью поддержал заявленные требования.

Антимонопольный орган относительно удовлетворения заявленных требований возражал по доводам письменного отзыва.

Представитель третьего лица – ООО «Транснефть Надзор» поддержал позицию заявителя.

Остальные третьи лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, в том числе публично путем размещения информации в картотеке арбитражных дел на сайте (www.//kad.arbitr.ru) в соответствии с положениями ч. 6 ст. 121 АПК РФ, явку своих представителей не обеспечили.

Дело рассмотрено в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ.

Исследовав материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, оценив представленные доказательства в их


совокупности и взаимосвязи, арбитражный суд считает, что заявленные требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом, обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие) (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Бремя доказывания обстоятельств, на которые ссылается лицо в обоснование своих требований и возражений в соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лежит на лице, которое ссылается на указанные обстоятельства.

Как следует из материалов дела, 05.10.2022 на электронной площадке https://utp.sberbank-ast.ru размещено извещение об осуществлении редукциона по лоту

№ 0001-207-К-Y03-00470-2023 «02-ТНН/услуга/01.2023 Оказание транспортных услуг для нужд Обособленного подразделения «Казанское управление строительного контроля». Организатором закупки являлось ПАО «Транснефть». Заказчик закупки – ООО «Транснефть Надзор». Итоги закупки подведены 09.11.2022.

ООО «Мони» – участник № 3, полагая, что отклонение его заявки от участия в закупке было необоснованным, обратилось в Московское УФАС России с жалобой на действия организатора закупки.

Решением Московского УФАС России от 30.11.2022 по делу № 077/07/0017120/2022 жалоба ООО «Мони» признана обоснованной, в действиях ПАО «Транснефть» установлено нарушение требований пункта 2 части 1 статьи 3 Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее – Закон о закупках), выразившееся в неправомерном установлении в закупочной документации допускного требования к участникам закупки об отсутствии у участника закупки на дату подведения итогов


расторгнутых в течение 2х лет до даты подведения итогов в одностороннем порядке по инициативе ПАО «Транснефть» или ОСТ в связи с неисполнением / ненадлежащим исполнением со стороны участника закупки обязательств по договору и/ или расторгнутых в течение 2х лет до даты подведения итогов в судебном порядке в связи с неисполнением / ненадлежащим исполнением со стороны участника закупки обязательств по договору, несоответствие которому стало основанием для отклонения заявки ООО «Мони» от участия в закупке.

Одновременно Московским УФАС России выдано обязательное для исполнения предписание от 30.11.2022 по делу № 077/07/00-17120/2022, в соответствии с которым на ПАО «Транснефть» возложены обязанности:

- отменить итоговый протокол закупки от 09.11.2022 № 0001-207-К-Y03-00470- 2023/И;

- определить новую дату рассмотрения заявок и подведения итогов, а также разместить информацию об указанных изменениях в источниках, предусмотренных законодательством;

- провести пересмотр заявок на участие в закупке без учета п. 9.8 закупочной документации (Инструкции для участника закупки) с учетом решения Комиссии от 30.11.2022 по делу № 077/07/00-17120/2022;

- продолжить осуществление закупки в соответствии с положениями Гражданского кодекса РФ, Закона о закупках, Положения о закупках и закупочной документации.

Не согласившись с указанными решение и предписание Московского УФАС России заявитель обратился в суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суд руководствовался следующим.

В соответствии с частью 10 статьи 3 Закона о закупках любой участник закупки вправе обжаловать в антимонопольном органе в порядке, установленном статьей 18.1 Федерального закона 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции), с учетом особенностей, установленных этой статьей, действия (бездействие) заказчика, комиссии по осуществлению закупок, оператора электронной площадки при закупке товаров, работ, услуг, если такие действия (бездействие) нарушают права и законные интересы участника закупки в предусмотренных указанной нормой случаях.

В частности, такое обжалование допускается в случае осуществления заказчиком закупки с нарушением требований Закона о закупках и (или) порядка подготовки и (или) осуществления закупки, содержащегося в утвержденном и размещенном в единой информационной системе положении о закупке такого заказчика.

ООО «Мони» обратилось в антимонопольный орган с жалобой о признании незаконным действий заказчика, комиссии по осуществлению закупок об отклонении его заявки от участия в закупке по пункту 9.8 Инструкции для участника закупки в связи несоответствием участника требованию об отсутствии у него договоров, расторгнутых в течение 2х лет до даты подведения итогов в одностороннем порядке по инициативе ПАО «Транснефть» или ОСТ и/или расторгнутых в течение 2х лет до даты подведения итогов в судебном порядке в связи с неисполнением / ненадлежащим исполнением со стороны участника закупки обязательств по договору.

В своей жалобе в антимонопольный орган ООО «Мони» не оспаривало правомерность предъявления организатором закупки самого требования к участнику закупки, установленного в п.9.8 Инструкции, а было не согласно с отклонением его заявки от участия в закупки, полагая, что факты расторжения со стороны ОСТ договоров в течение 2-х лет до даты подведения итогов закупки у него отсутствовали.

Однако, оспариваемым решением Московское УФАС России признало незаконным само допускное требование к участнику закупки, предусмотренное п. 9.8


Инструкции, указав, что наличие фактов неисполнения, ненадлежащего исполнения обязательств перед ПАО «Транснефть» либо ОСТ может подтверждаться исключительно судебным актом, вступившим в законную силу, поскольку в ином случае конкурсная комиссия может по своему усмотрению применять к любому участнику закупки спорное требование, что ставит участников закупки в неравное положение. Также Московское УФАС России пришло к выводу о том, что спорное требование к участнику закупки носит неизмеряемый характер в виду отсутствия критериев обоснованности направления уведомлений о расторжении договоров.

В связи с этим довод Московского УФАС России о том, что жалоба ООО «Мони» была рассмотрена исключительно на отклонение его заявки от участия в закупки и закупочная документация антимонопольным органом на предмет ее законности не исследовалась, противоречит оспариваемому решению.

Учитывая, что ООО «Мони» в жалобе довод о допустимости включения в закупочную документацию требования об отсутствии расторгнутых договоров не заявляло, соответствующее требование закупочной документации не оспаривало, не соглашаясь лишь с отклонением его заявки по этому основанию, суд приходит к выводу о том, что при рассмотрении жалобы антимонопольный орган вышел за пределы заявленных доводов жалобы, что является недопустимым в силу положений части 13 статьи 3 Закона о закупках, предусматривающих, что рассмотрение жалобы антимонопольным органом должно ограничиваться только доводами, составляющими предмет обжалования.

Как разъяснено в п. 17 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.05.2018) антимонопольный орган не вправе выходить за пределы доводов жалобы, по собственной инициативе устанавливать иные нарушения в действиях (бездействии) заказчика при рассмотрении жалоб.

Указанное нарушение со стороны антимонопольного органа само по себе свидетельствует о недействительности оспариваемого решения антимонопольного органа и выданного на его основании предписания.

Кроме того, как разъяснено в пункте 12 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с применением Федерального закона от 18.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.05.2018) (далее – Обзор практики от 16.05.2018), подача участником заявки для участия в конкурсе свидетельствует о принятии им условий его проведения, содержащихся в конкурсной документации.

В Письме ФАС России от 25.06.2019 № МЕ/53183/19 разъяснено, что из частей 10, 11 статьи 3 Закона о закупках и статьи 18.1 Закона о защите конкуренции следует, что жалоба на положения документации о закупке может быть направлена в антимонопольный орган до окончания срока подачи заявок на участие в закупке.

Как разъяснено в пункте 2 Письма ФАС России от 23.01.2018 № ИА/3655/18 «О рассмотрении жалоб на действия (бездействие) заказчика при закупке товаров, работ, услуг» жалоба, поданная с пропуском срока, вытекающего из частей 10, 11 статьи 3 Закона о закупках, подлежит оставлению без рассмотрения.

Таким образом, в случае несогласия ООО «Мони» с положениями закупочной документации, оно было вправе обжаловать эти положения в антимонопольный орган в порядке статьи 18.1 Закона № 135-ФЗ только до истечения срока подачи заявок на участие в торгах.

Согласно Извещению о проведении закупки, срок подачи заявок на участие в закупки истек 17.10.2022.

ООО «Мони» до окончания срока подачи заявок не выражало несогласия с условиями проведения закупки, конклюдентно согласилось (пункт 1 статьи 8 ГК РФ) на


все условия закупочной документации в момент подачи им заявки на участие в закупке. Кроме этого, ООО «Мони» в составе заявки представлена форма 1, в которой прямо указано, что участник сообщает о согласии участвовать в закупке на условиях и в сроки, установленных в закупочной документации.

В жалобе в антимонопольный орган, поданной ООО «Мони» после отклонения его заявки от участия в закупке, состоявшегося 09.11.2022, не содержалось доводов о том, что закупка проводилась на иных условиях, нежели те, что были установлены в закупочной документации.

Таким образом, при рассмотрении жалобы ООО «Мони» Московское УФАС России в нарушение требований ч. 10 и ч. 11 ст. 3 Закона о закупках, в отсутствие на это волеизъявления заявителя жалобы и по истечении возможного срока проверки обоснованности требований закупочной документации, осуществило ревизию закупочной документации на предмет ее соответствия Закону о закупках и пришло к выводу о том, что неоспариваемое ООО «Мони» требование закупочной документации не соответствует положениям п. 2 ч. 1 ст. 3 Закона о закупках.

По мнению суда, такое поведение Московского УФАС России, осуществленное в обход императивных предписаний Закона о закупках, является недопустимым и свидетельствует о недействительности оспариваемого решения и выданного га его основании предписания.

Как следует из оспариваемого решения, ПАО «Транснефть» вменено нарушение требований п. 2 ч. 1 ст. 3 Закона о закупках, предусматривающих необходимость соблюдения при проведении закупок принципов равноправия, справедливости, отсутствия дискриминации и необоснованных ограничений конкуренции по отношению к участникам закупки.

Однако в указанной норме не содержится конкретных правовых предписаний относительно порядка проведения закупок, которые могут быть нарушены при проведении закупки. В ней лишь перечислены общие принципы, которым необходимо следовать при проведении закупок.

Указанные принципы предусматривают необходимость установления единых требований ко всем участникам одной закупки и недопустимость использования разных требований или критериев оценки заявок участников.

В пункте 6 Обзора судебной практики от 16.05.2018, Верховный Суд РФ раскрыл содержание указанных принципов, указав, что заказчик вправе устанавливать требования к участникам закупки, исходя из своих потребностей, а уменьшение числа участников закупки в результате применения к ним требований не является нарушением принципа равноправия, если требования являются едиными для всех участников закупки и не преследуют цель обеспечить победу в закупке определенного участника.

В определении от 31.07.2017 № 305-КГ17-2243 Верховный Суд РФ указал, что включение заказчиком в документацию о закупке дополнительных требований, предъявляемых к участникам закупки, безусловно, сужает круг потенциальных участников проводимых закупок. Вместе с тем, такие действия могут быть признаны нарушением антимонопольного законодательства, Закона о закупках лишь в случае, когда они привели к необоснованному ограничению конкуренции, созданию неоправданных барьеров хозяйствующим субъектам при реализации ими права на участие в конкурентных процедурах закупки. Верховный Суд РФ также отметил, что требования к участникам закупки могут рассматриваться как нарушающие действующее законодательство, если антимонопольный орган докажет, что это условие включено в документацию о закупках специально для того, чтобы обеспечить победу конкретному хозяйствующему субъекту, а формирование условий закупки не соответствует целям и потребностям проводимых заказчиком процедур.


По настоящему делу антимонопольный орган не установил, что требование закупочной документации, предусмотренное п. 9.8 Инструкции было установлено специально для обеспечения победы определенного лица либо, что оно по-разному применялось к разным участникам закупки.

Следовательно, вывод антимонопольного органа о нарушении ПАО «Транснефть» п. 2 ч. 1 ст. 3 Закона о закупках опровергается обстоятельствами настоящего дела.

Утверждение антимонопольного органа о том, что установление указанного требования может повлечь действия заказчика по расторжению договора с участником закупки уже в процессе закупки в целях воспрепятствовать его участию в закупке носит гипотетический характер.

Кроме того, Московское УФАС России в силу презумпции добросовестности (ст.ст. 1, 10 ГК РФ) не имело оснований исходить из заведомо недобросовестных намерений ПАО «Транснефть» при формировании требований закупочной документации.

По настоящему делу не установлено, что ООО «Транснефть Надзор» безосновательно расторгло договор от 19.03.2022 № ТНН-73-20/05-04 с ООО «Мони» в целях последующего отклонения его заявки от участия в закупке.

Законодательство и судебная практика в части регулирования закупочных процедур базируются на принципе свободы выбора заказчиком порядка подготовки и проведения процедур, условий закупочной деятельности и предполагают возможность ее осуществления наиболее приемлемым для заказчика (в зависимости от особенностей осуществления хозяйственной деятельности) способом в соответствии с Положением о закупке в целях удовлетворения его потребностей. Пункт 9 ч. 10 ст. 4 Закона о закупках прямо предусматривает возможность устанавливать требования к участникам закупки.

Согласно подходу, изложенному в Определении СКЭС Верховного Суда Российской Федерации от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597, Определении СКЭС Верховного Суда РФ от 29.11.2016 № 305-КГ16-10399, постановлениях Президиума ВАС РФ от 25.05.2010 № 15658/09, от 20.04.2010 № 18162/09, от 12.02.2008 № 12210/07, проявление надлежащей осмотрительности предполагает, что при выборе контрагента субъекты предпринимательской деятельности, как правило, оценивают не только условия сделки и их коммерческую привлекательность, но и деловую репутацию, платежеспособность контрагента, риск неисполнения обязательств и предоставление обеспечения их исполнения, наличие у контрагента необходимых ресурсов (производственных мощностей, технологического оборудования, квалифицированного персонала) и соответствующего опыта; а при совершении значимых сделок, например, по поводу дорогостоящих объектов недвижимости, изучают историю взаимоотношений предшествующих собственников и принимают тому подобные меры.

Отсутствие у претендента ранее расторгнутых по его вине договоров по причине ненадлежащего исполнения им обязательств позволяет учитывать ранее полученный опыт, свидетельствующий о высокой вероятности неисполнения участником закупки своих обязательств, а также судить о его квалификации и способности выполнить в конкретные сроки объем работ, предусмотренный документацией о закупке. Установление такого требования целесообразно и оправданно для выявления среди участников недобросовестных исполнителей, а также лиц, участвующих в закупках только с целью получения неосновательного обогащения за счет средств организаций с государственным участием.

Как разъяснено в п. 23 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 4, (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 16.02.2022), целесообразность установления в закупочной документации тех или иных требований к участникам, а также критериев оценки поступающих от участников предложений не может выступать в качестве


самостоятельного предмета оценки антимонопольного органа. Заказчикам предоставлено право сформировать свою систему закупок в зависимости от особенностей осуществления деятельности, установив при необходимости дополнительные требования к участникам закупки.

При оценке действительной потребности заказчика в установлении конкретных требований к участникам закупки антимонопольному органу необходимо учитывать, что определение своих хозяйственных потребностей, способов и порядка их удовлетворения, определение приемлемости рисков, которые возникают в ходе удовлетворения этих хозяйственных потребностей, в том числе риска несостоятельности контрагента, риска нарушения контрагентом сроков исполнения его обязательств, риска ненадлежащего исполнения со стороны контрагента и т.д., является исключительной компетенцией самого заказчика.

Исходя из положения пункта 1 статьи 1 Закона о закупках в торгах могут участвовать лишь те лица, которые соответствуют названным целям. Поэтому включение в документацию о торгах условий, которые в итоге приводят к исключению из круга участников размещения заказа лиц, не отвечающих таким целям, не может рассматриваться как ограничение доступа к участию в торгах и не является нарушением статьи 17 Закона о защите конкуренции.

Принимая решение по делу, Московское УФАС России фактически выразило мнение об избыточности требования закупочной документации о подтверждении участником закупки своей деловой репутации. При этом дискриминационный характер требования и его направленность на ограничение конкуренции антимонопольным органом не установлены.

В связи с изложенным, позиция антимонопольного органа основана на его субъективном усмотрении и не содержит предусмотренных ч. 10 ст. 3 Закона о закупках оснований для оспаривания результатов закупки.

Таким образом, вывод антимонопольного органа о нарушении ПАО «Транснефть» пункта 2 части 1 статьи 3 Закона о закупках несостоятелен. Предусмотренное п.9.8 Инструкции требование установлено в закупочной документации и применено в отношении всех участников закупки.

Относительно наличие на момент проведения спорной закупки факта расторжения договора с ООО «Мони» со стороны организации «Транснефть», послужившего основанием для отклонения заявки участника, суд полагает необходимым отметить следующее.

В оспариваемом решении Московского УФАС указано, что в соответствии с доводами жалобы заявитель не получал уведомления о расторжении договора, что презюмирует действительность и легитимность договора на дату подведения итогов закупки.

Таким образом, антимонопольный орган не только необоснованно признал незаконным требование закупочной документации (п. 9.8. Инструкции для участника закупки), но и указал, что заявка ООО «Мони» была отклонена необоснованно, так как у данного лица расторгнутые по его вине договоры с ПАО «Транснефть» и организациями системы «Транснефть» отсутствовали.

Между тем данный вывод следует признать ошибочным.

В ходе проведения закупки конкурсной комиссией ПАО «Транснефть» был установлен факт расторжения со стороны ООО «Транснефть Надзор» в одностороннем порядке договора с ООО «Мони» от 19.03.2020 № ТНН-73-20/05-04 по причине неоднократного нарушения контрагентом своих обязательств.

Как следует из материалов дела, заявление ООО «Транснефть Надзор» от 28.09.2022 № ТНН-05-04-07/16034 о расторжении с 01.10.2022 договора от 19.03.2020 № ТНН-73-20/05-04 было направлено в адрес «Мони» следующими способами:


- 30.09.2022 письмо о расторжении договора передано на доставку в отделение связи Почты России (квитанция ED225896601RU). Согласно отчету об отслеживании отправления с указанным почтовым идентификатором Почты России, зафиксирована неудачная попытка вручения 19.10.2022 и отказ адресата (ООО «Мони») от вручения 23.10.2022;

- 30.09.2022 с адреса электронной почты ООО «Транснефть Надзор» (В.А. Горбунов начальник транспортного отдела) GorbunovVA@tnn.transneft.ru на адрес электронной почты заявителя bosa222@yandex.ru (соответствует адресу, указанному в жалобе в антимонопольный орган, установлен приказом ООО «Мони» от 15.07.2020 № 11);

- 30.09.2022 с вышеуказанного адреса письмо направлено на адрес электронной почты czarnabialy@gmail.ru (соответствует адресу, установленному в разделе 16 договора);

- 30.09.2022 представители ООО «Транснефть Надзор» прибыли по адресу регистрации ООО «Мони» (Удмуртская Республика, г. Ижевск ул. Молодежная д. 82 офис 76) для вручения уведомления нарочно (22.08.2022 указанный адрес зарегистрирован МРИ ФНС № 11 по Удмуртской Республике в качестве адреса ООО «Мони»). Офис по указанному адресу оказался закрыт, о чем составлен соответствующий акт.

В соответствии с абз. 2 ч. 1 ст. 165.1 ГК РФ юридически значимое сообщение считается доставленным и в тех случаях, если оно поступило лицу, которому оно направлено (адресату), но по обстоятельствам, зависящим от него, не было ему вручено или адресат не ознакомился с ним.

Согласно п. 9.1 договора от 19.03.2020 № ТНН-73-20/05-04 договор может быть расторгнуть по заявлению одной из сторон, договор считается расторгнутым с момента вручения заявления о расторжении, если более поздняя дата не указана в самом заявлении. В случае направления заявления о расторжении договора почтовым отправлением договор считается расторгнутым на 10 день с даты передачи заявления о расторжении договора на почту, если иная более поздняя дата не указана в самом заявлении.

Как разъяснено в п. 67 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 сообщение считается доставленным, если адресат уклонился от получения корреспонденции в отделении связи, в связи с чем она была возвращена по истечении срока хранения. Риск неполучения поступившей корреспонденции несет адресат. Если в юридически значимом сообщении содержится информация об односторонней сделке, то при невручении сообщения по обстоятельствам, зависящим от адресата, считается, что содержание сообщения было им воспринято, и сделка повлекла соответствующие последствия (например, договор считается расторгнутым вследствие одностороннего отказа от его исполнения).

С учетом изложенного, письмо ООО «Транснефть Надзор» о расторжении договора следует считать доставленным ООО «Мони» надлежащим образом. Многочисленные повторные направления писем в адрес контрагента подтверждают добросовестность действий ООО «Транснефть Надзор».

Уклонение ООО «Мони» от получения почтовой корреспонденции по своему месту нахождения, а также иными способами, напротив свидетельствует о злоупотреблении с его стороны.

Таким образом, у участника на дату рассмотрения заявки имелся факт расторжения договора организацией системы «Транснефть» в одностороннем порядке, в связи с чем действия конкурсной комиссии по отклонению заявки участника соответствуют положениям закупочной документации и требованиям закона.

С учетом изложенного вывод антимонопольного органа об отсутствии оснований для отклонения заявки ООО «МОНИ» является необоснованным.


Более того, сделав указанный вывод, антимонопольный орган ниже сделал оговорку о том, что факт расторжения договора составляет предмет гражданско-правового спора, разрешать который Московское УФАС России не уполномочено.

Однако, данная оговорка об отсутствии полномочий сама по себе нивелирует сделанный выше вывод о том, что договор расторгнут не был.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание, что при вынесении оспариваемого решения и выданного на его основании предписания антимонопольный орган вышел за пределы своей компетенции, признав обоснованной жалобу в отношении торгов в отсутствие доказательств того, что действия организатора и заказчика торгов повлекли ограничения конкуренции на рынке соответствующих услуг (см. Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 06.06.2022 № 305-ЭС22-763 по делу № А40-97169/2021), отсутствуют основания считать, что оспариваемые решение и предписание приняты Московским УФАС России в пределах его полномочий в целях предупреждения и пресечения монополистической деятельности, формирования конкурентного товарного рынка, создания условий его эффективного функционирования.

В соответствии с частью 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

Судом указанные обстоятельства установлены, в связи с чем, требования заявителя подлежат удовлетворению с возложением на заинтересованное лицо обязанности устранить нарушения прав и законных интересов заявителя в установленном порядке (п. 3 ч. 4 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судом рассмотрены все доводы лиц, участвующих в деле, однако они не опровергают установленных судом обстоятельств и не могут являться основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Расходы по госпошлине относятся на антимонопольный орган в порядке ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 65, 68, 71,110, 167 - 170, 176, 197-201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Признать недействительным решение и предписание Московского УФАС

России от 30.11.2022 по делу № 077/07/00-17120/2022. Проверено на соответствие действующему законодательству.

Взыскать с Московского УФАС России в пользу ПАО «Транснефть» судебные

расходы в размере 3 000 (Три тысячи) рублей 00 копеек в виде государственной

пошлины, уплаченной за подачу заявления в суд по настоящему делу.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в

Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья: Е.А. Ваганова