Постановление от 17 мая 2022 г. по делу № А10-5974/2018

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А10-5974/2018
17 мая 2022 года
город Иркутск




Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Первушиной М. А.,

судей: Зуевой М.В., Парской Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Томашевской Т.Н.,

при участии в судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи в помещении Арбитражного суда Республики Бурятия представителя индивидуального предпринимателя ФИО1 – ФИО2 (доверенность от 24.11.2020, паспорт),

в помещении Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа представителя конкурсного управляющего ФИО3 – ФИО4-О (доверенность от 20.01.2020, паспорт),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО1 на постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 02 февраля 2022 года по делу № А10-5974/2018 Арбитражного суда Республики Бурятия,

установил:

общество с ограниченной ответственностью Строительно-производственная компания «Терра» обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании общества с ограниченной ответственностью «Байкал-Транс» (далее - ООО «Байкал-Транс», должник) несостоятельным (банкротом).

Решением Арбитражного суда Республики Бурятия от 27 июля 2020 года ООО «Байкал-Транс» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего возложено на ФИО3 (далее - конкурсный управляющий ФИО3).

Индивидуальный предприниматель ФИО1 (далее - ФИО1) обратилась в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о включении в реестр требований кредиторов ООО «Байкал-Транс» требования в размере 36 849 129 рублей 60 копеек.

Определением суда от 09 августа 2021 года требования ФИО1 основанные на договоре о переводе долга № 1221/8601/0198/006/13 от 23.06.2016 в размере 20 363 112 рублей 42 копейки выделены в отдельное производство.

Определением Арбитражного суда Республики Бурятия от 29 октября 2021 года требование ФИО1 в размере 10 714 621 рубля 78 копеек включено в реестр требований кредиторов должника с очередностью удовлетворения в третью очередь. Требование в размере 5 773 395 рублей 40 копеек признано обоснованным и подлежащим удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

Постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 02 февраля 2022 года, определение суда первой инстанции отменено в части включения в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ФИО1 в размере 10 714 621 рубля 78 копеек. В указанной части принят новый судебный акт о признании требования ФИО1 в размере 10 714 621 рубля 78 копеек обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

ФИО1, не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, обратилась в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит его отменить, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права.

Из кассационной жалобы следует, что поведение ФИО1 является вынужденной мерой и не преследовало цели причинить вред другим кредиторам должника. Период погашения задолженности перед ПАО «Сбербанк» и АО «Россельхозбанк» в данном деле не имеет значения, поскольку обязательство по договорам поручительства у ФИО1 возникло задолго до возбуждения дела о банкротстве должника. Апелляционная жалоба подана не уполномоченным на то лицом, так как арбитражный управляющий ФИО3 на момент подачи жалобы был отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий ФИО3 считает доводы, изложенные в ней несостоятельными, ссылаясь на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не направили, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив соответствие выводов Четвертого арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о необоснованности доводов кассационной жалобы и отсутствии оснований для ее удовлетворения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, между ПАО «Сбербанк» и ООО «Байкал-Транс» заключен договор № 8601198-30983-1 от 22.07.2013 об открытии возобновляемой кредитной линии, исполнение которого обеспечено поручительством (договор № 8601198-30983-1/п6 от 28.07.2015) и залогом имущества ФИО1

Решением Октябрьского районного суда г. Улан-Удэ по делу № 2-4940/2017 от 19.10.2017 исковые требования ПАО «Сбербанк» к должнику и его поручителям удовлетворены в сумме 8 856 224 рублей 92 копеек, обращено взыскание на заложенное имущество.

По состоянию на 18.06.2019 остаток задолженности по кредитному договору составлял 3 792 224 рубля 92 копейки.

В соответствии с договором купли-продажи от 27.06.2019 заключенным между ФИО1 (продавец) и ФИО5 (покупатель) реализовано имущество продавца, находящееся в залоге в ПАО «Сбербанк» в обеспечение исполнения кредитного договора.

Платежным поручением от 27.06.2019 ФИО5 исполнил обязательство по договору купли-продажи и перечислил в ПАО «Сбербанк» 3 792 224 рубля 92 копейки.

Между ООО «Байкал-Транс» и ОАО «Российский Сельскохозяйственный банк» 24.06.2015 заключен договор об открытии кредитной линии в сумме 15 000 000 рублей исполнение которого обеспечено договором поручительства № 155900/0085-9/1 от 24.06.2015.

Определением Советского районного суда г. Улан-Удэ от 20.05.2016 по делу № 2-2482/2016 утверждено мировое соглашение, заключенное между ОАО «Российский Сельскохозяйственный банк», ООО «Байкал-Транс», ФИО1 по условиям которого ответчики признали свои обязательства в размере 15 608 101 рубль 36 копеек и обязались добровольно погасить сумму задолженности до 25.04.2019.

В период с 03.08.2018 по 04.10.2018 ФИО1 как поручитель погасила задолженность в сумме 6 922 396 рублей 86 копеек.

Ссылаясь на введение в отношении должника процедуры банкротства и на исполнение обязательств за должника, ФИО1 обратилась в арбитражный суд с настоящим требованием.

Арбитражный суд первой инстанции, удовлетворяя заявление в размере 10 714 621 рубля 78 копеек и включая его в реестр требований кредиторов должника с очередностью удовлетворения в третью очередь, исходил из факта исполнения ФИО1 (поручителем и залогодателем) обязательств за ООО «Байкал-Транс».

Четвертый арбитражный апелляционный суд, отменяя определение суда первой инстанции в части включения в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования ФИО1 в размере 10 714 621 рубля 78 копеек и в указанной части принимая новый судебный акт о признании требования ФИО1 в размере 10 714 621 рубля 78 копеек обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходил из следующего.

В стандартной практике гражданского оборота исполнение поручителем или залогодателем требования перед кредитором за должника влечет суброгацию (статьи 365 и 387 Гражданского кодекса Российской Федерации). То есть к поручителю, исполнившему обязательство, переходят права кредитора по этому обязательству и права, принадлежавшие кредитору как залогодержателю, в том объеме, в котором поручитель удовлетворил требование кредитора.

Однако в рамках дела о банкротстве основного заемщика суброгационное требование поручителя приобретает корпоративный характер. Поэтому подобное требование исполнившего обязательство поручителя не может конкурировать с рядовыми гражданско-правовыми требованиями независимых кредиторов и не дает в рассматриваемом случае права на включение в реестр (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.05.2018 № 308-ЭС18-5319).

Судом установлено, что в рамках настоящего дела поручителем и залогодателем является аффилированное к должнику лицо - ФИО1, которая на момент заключения кредитной и обеспечительной сделок, являлась контролирующим должника (учредителем и руководителем) лицом.

После выхода из состава участков должника ФИО1 не утратила контроль за должником, поскольку до введения в отношении должника процедуры конкурсного производства предоставляла займы, в том числе в условиях невозврата денег по ранее выданным, вносила на счет должника выручку от продажи нефтепродуктов.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его заимодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Вместе с тем, в силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах") объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Наличие поручительства от лица, входящего в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является обычной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора.

Предполагается, что от кредитования одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

В такой ситуации на сомнительность поведения лица, исполнившего обязательство, будет указывать отклонение поведения кредитора от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть, по сути, использовании им своего права во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника.

Особенность настоящей ситуации состоит в том, что ФИО1, будучи осведомленной о реальном имущественном положении должника, исполнила обязательства перед ПАО «Сбербанк России» после возбуждения в отношении должника дела о банкротстве (05.10.2018), перед АО «Россельхозбанк» непосредственно перед возбуждения в отношении должника дела о банкротстве, в то время как задолженность взыскана судебными актами от 19.10.2017, 20.05.2016.

Кроме того, судом установлено, что на момент исполнения ФИО1 обязательств перед ПАО «Сбербанк России», АО «Россельхозбанк» за ООО «Байкал-Транс» у должника имелись неисполненные обязательства в значительном размере перед различным кредиторами (ООО «Статуссиб» по договору от 20.10.2016 в размере23 637 517 рублей, ПАО «Совкомбанк» от 23.08.2016 на сумму 1 230 430 рублей 27 копеек, ФИО6 по обязательствам от 16.12.2013, 07.04.2014 на сумму 16 700 952 рубля 22 копейки, ОАО «РУК ЖКХ» от 28.12.2015 на сумму 97 262 рубля; АКБ «Держава» от 29.09.2016 на сумму 2 189 310 рублей 37 копеек, ОООО СПК «Терра» 06.02.2017, 13.02.2017 на сумму 3 675 769 рублей 10 копеек; ГКУ «Служба единого заказчика» от 19.12.2016 на сумму 3 546 932 рубля 12 копеек).

Погашение задолженности за ООО «Байкал-Транс» осуществлялось ФИО1 в период, когда ООО «Байкал-Транс» перестало исполнять обязательства перед иными (независимыми) кредиторами, то есть отвечало признакам неплатежеспособности.

В определении от 15.02.2018 № 305-ЭС17-17208 Верховный Суд Российской Федерации подчеркнул, что обязательства должника перед своими учредителями (участниками), вытекающие из такого участия, носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью. Закон при этом не лишает их права на удовлетворение своих требований, однако это право реализуется после расчетов с другими кредиторами за счет оставшегося имущества должника (пункт 1 статьи 148 Закона о банкротстве, пункт 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Предполагается, что главная цель поручительства, выданного входящего в группу компаний с должником, заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения обязательств перед кредитором и при отсутствии кризисных факторов и процедуры банкротства в отношении должника поручитель не имел намерения взыскивать денежные средства, перечисленные в счет исполнения обязательств перед кредитором.

Недопущение включения в реестр требований кредиторов должника необоснованных требований относится к сфере интересов конкурсных кредиторов должника, имеющих намерение максимально полно удовлетворить имеющиеся к должнику требования.

Таким образом, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу, что возникновение у ФИО1 требования, имеющего корпоративную природу, не может повлечь установления данного требования в реестре требований кредиторов должника.

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что апелляционная жалоба подана не уполномоченным на то лицом, так как арбитражный управляющий ФИО3 на момент подачи апелляционной жалобы был отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, судом округа отклоняется, поскольку согласно материалам дела (т.4 л.д.141) апелляционная жалоба конкурсным управляющим ФИО3 подана через в Арбитражный суд Республики Бурятия 16.11.2021, тогда как ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Байкал-Транс» определением Арбитражного суда Республики Бурятия от 24.11.2021.

Нарушение норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу, что постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 02 февраля 2022 года по делу № А10-5974/2018 Арбитражного суда Республики Бурятия основано на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, принято с соблюдением норм материального и норм процессуального права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда от 02 февраля 2022 года по делу № А10-5974/2018 Арбитражного суда Республики Бурятия оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

Судьи


М.А. Первушина

М.В. Зуева

Н.Н. Парская