Решение от 3 июня 2021 г. по делу № А68-12171/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТУЛЬСКОЙ ОБЛАСТИ

300041, Россия, г. Тула, Красноармейский пр., д. 5

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Тула

Дело № А68-12171/2019

Резолютивная часть решения объявлена 27 мая 2021 года.

Решение в полном объеме изготовлено 03 июня 2021 года.

Арбитражный суд Тульской области в составе судьи К.Т. Захарова,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению

общества с ограниченной ответственностью Антикризисная консалтинговая группа «Навигатор» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – Общество, истец)

к обществу с ограниченной ответственностью «Абсолют» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – Компания, ответчик)

о взыскании задолженности и процентов за пользование чужими денежными средствами,

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора:

общество с ограниченной ответственностью «Объединенные спиртовые заводы» (ИНН <***>; далее – ООО «ОСЗ»), Управление Федеральной налоговой службы по Тульской области (ИНН <***>; далее – налоговый орган), Федеральная служба по финансовому мониторингу (ИНН 7708234633),

при участии

от истца: ФИО2, представитель по доверенности,

от ответчика: ФИО3, представитель по доверенности,

от третьих лиц: не явились, извещены надлежащим образом,

установил:

Общество обратилось в суд с иском к Компании о взыскании, с учетом последующих уточнений, задолженности по агентскому договору от 15.03.2012 в размере 1 763 462,58 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами (далее – процентов) в размере 517 187,23 руб. за период с 10.01.2017 по 24.02.2021 (право требования уступлено истцу (цессионарий) ООО «ОСЗ» (цедент) по договору уступки права требования (цессии) № 190625 от 25.06.2019).

В ходе судебного заседания представитель истца поддержал заявленные требования в полном объеме.

Ответчик против удовлетворения иска возражал по основаниям, изложенным в отзывах, указал на мнимость агентского договора, ходатайствовал о снижении размера взыскиваемых процентов.

ООО «ОСЗ» в представленном в суд отзыве поддержало требования Общества.

Налоговый орган представил письменные пояснения по существу рассматриваемого спора.

Федеральная служба по финансовому мониторингу сообщила, что проинформирована о наличии рассматриваемого дела.

В ходе судебного разбирательства (04.03.2020 и 07.12.2020) в целях установления имеющих для дела обстоятельств в качестве свидетеля была допрошена ФИО4 (сотрудник Компании).

Кроме того, по ходатайству ответчика судом была назначена почерковедческая и техническая экспертиза представленных истцом актов сверки взаимных расчетов.

Заслушав представителей сторон и пояснения свидетеля, исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный суд установил следующее.

15.03.2012 ответчик (принципал) и ООО «ОСЗ» (агент) заключили агентский договор, по условиям которого агент обязался за вознаграждение совершать по поручению от имени и за счет принципала юридические и иные действия, направленные на оказание содействия принципалу в заключении договоров поставки производимой принципалом продукции (спирта этилового) с потенциальными покупателями (клиентами), а принципал – уплатить за оказанные услуги агентское вознаграждение, размер которого согласуется сторонами в соответствующем акте (п. 1.1, 1.2 и 2.1.8 договора).

31.12.2015 ответчик и ООО «ОСЗ» подписали соглашение о расторжении агентского договора, согласно п. 3 и 4 которого на момент расторжения договора принципал имеет перед агентом задолженность в сумме 4 503 006 руб., которую обязуется погасить в срок не позднее 31.12.2016 (т. 1 л.д. 17).

25.06.2019 ООО «ОСЗ» (кредитор) и истец (новый кредитор) заключили договор уступки права требования (цессии) № 190625, по условиям которого цедент передал цессионарию основанное на агентском договоре от 15.03.2012 право требования к Компании на сумму 1 763 462,58 руб., (т. 1 л.д. 13).

Согласно п. 3 договора цессии принадлежность кредитору прав (требований) подтверждается соглашением о расторжении агентского договора и актами сверки взаимных расчетов по состоянию на 11.03.2016 и на 01.01.2019 (т. 1 л.д. 15-17, 71, 80).

К новому кредитору переходят все права (требования), связанные с уступаемыми правами (требованиями), в т.ч. права на проценты за неправомерное пользование чужими денежными средствами (п. 4 договора цессии).

Поскольку Компания спорную задолженность не оплатила, Общество направило ответчику претензионное письмо, а затем обратилось в суд с настоящим иском.

Возражая против удовлетворения предъявленного требования, принципал указал на отсутствие доказательств, подтверждающих факт оказания услуг по агентскому договору, а также на непредставление в суд оригиналов приложенных к иску документов. Как указывает ответчик, акты сверки, представленные истцом в материалы дела, Компания не подписывала и Обществу или ООО «ОСЗ» не направляла.

Истец приведенные ответчиком доводы полагал необоснованными. В качестве подтверждения факта исполнения агентского договора указал на содержание не оспоренного Компанией соглашения о расторжении агентского договора, при подписании которого стороны подтвердили наличие задолженности принципала перед агентом на сумму 4 503 006 руб. Кроме того, Общество представило копии подписанных со стороны ответчика информационных писем и актов приема-передачи оказанных услуг за 2014-2015 годы (на общую сумму более 27 000 000 руб.), а также доказательства оплаты оказанных услуг как до, так и после расторжения агентского договора (т. 1 л.д. 72-73, т. 2 л.д. 44-78, т. 3 л.д. 26-51). Как пояснил истец, оригиналы актов сверки и соглашения о расторжении агентского договора у цессионария отсутствуют, согласно пояснениям цедента (ООО «ОСЗ»), обмен соответствующими документами производился сторонами договора по электронной почте. В подтверждение доводов относительно электронного документооборота Общество представило копию составленного в нотариальной форме протокола осмотра доказательств (т. 1 л.д. 117-141).

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО4 пояснила, что в течение спорного периода работала в Компании в должности главного бухгалтера. Акты сверки, представленные истом в материалы дела, ей не подписывались и по электронной почте никому не направлялись. Задолженность Компании перед ООО «ОСЗ» была полностью погашена платежными поручениями от 26.03.2019 и от 15.04.2019 (т. 1 л.д. 72-73).

Определением от 21.12.2020 суд по ходатайству Компании назначил судебную экспертизу, проведение которой поручил эксперту ООО «Скала» ФИО5.

Согласно заключению эксперта подпись на представленных истцом актах сверки от 31.12.216 и от 31.12.2019 выполнена не ФИО4 (сотрудником ответчика), а иным лицом с подражанием подписи ФИО4. Ответить на вопрос относительно соответствия оттиска печати, содержащегося на спорных актах сверки, оттиску печати Компании эксперт затруднился по причине того, что для проведения экспертизы были представлены копии, а не оригиналы актов сверки (т. 3 л.д. 112-161).

В ответ на запрос суда Межрайонная ИФНС России № 5 по Тульской области представила копию книги покупок Компании за 1 квартал 2015 года в разрезе контрагента ООО «ОСЗ», подтверждающую наличие между сторонами определенных хозяйственных операций на сумму более 10 000 000 руб. (т. 3 л.д. 21-22); пояснила, что в период со 2-го по 4-й квартал 2015 года вычеты и реализация Компанией по контрагенту ООО «ОСЗ» не заявлены, копии книг покупок ответчика за период с 2012 года по 2014 год у налогового органа не сохранились.

Сведения аналогичного содержания также представлены ИФНС России № 21 по г. Москве (книга продаж ООО «ОСЗ» за 2015 год (т. 3 л.д. 93-94)).

25.02.2021 ответчик в ходе судебного заседания представил копию решения № 5 от 26.06.2019 Межрайонной ИФНС России № 5 по Тульской области о привлечении Компании к ответственности за совершение налогового правонарушения. В названном решении, принятом по результатам проверки хозяйственной деятельности ответчика за период с 01.01.2014 по 31.12.2016, налоговым органом сделан вывод о формальности документооборота между Компанией и ООО «ОСЗ» (т. 4 л.д. 18-59). На основании сделанных налоговым органом выводов ответчик уточнил позицию по спору, указал на мнимость агентского договора и, соответственно, отсутствие оснований для оплаты спорной задолженности. В подтверждение факта исполнения решения налогового органа об уплате недоимок и пени Компания представила копии соответствующих платежных поручений.

Налоговый орган представил в материалы дела полный текст решения № 5 от 26.06.2019 (т. 4 л.д. 78-133), в представленном отзыве поддержал довод ответчика о мнимости агентского договора, указал на установленный в ходе проверки факт отсутствия реальных хозяйственных операций между Компанией и ООО «ОСЗ» по спорному агентскому договору, что подтверждается отгрузкой принципалом продукции покупателям, не указанным в отчетах агента, что свидетельствует об отсутствии необходимости заключения агентского договора; наличие в штате Компании специалистов, которые могли выполнять работу, предусмотренную агентским договором; взаимозависимость Компании и ООО «ОСЗ»; ведение ООО «ОСЗ» хозяйственной деятельности при значительных оборотах с низкой налоговой нагрузкой, минимизация налоговых платежей, путем уменьшения налоговой базы по НДС; при допросе в качестве свидетелей сотрудников Компании отсутствуют конкретные сведений об обстоятельствах финансово-хозяйственного взаимодействия с агентом; при визуальном сопоставлении подписи руководителя Компании ФИО6 на агентском договоре установлено ее явное несоответствие подписи ФИО6 на актах приема-передачи оказанных услуг, информационных писем.

Истец, в свою очередь, указал на недобросовестное поведение ответчика, который, принимая во внимание дату принятия решения налогового органа (26.06.2019), представил в суд соответствующее доказательство только 25.02.2021. Возражая против доводов, изложенных в решении налогового органа, Общество обратило внимание на отсутствие запрета на заключение договоров между взаимозависимыми лицами, на наличие у принципала права на заключение прямых договоров с клиентами, привлеченными вне рамок агентского договора, а также на специфику деятельности агента, сотрудники которого, имея целью представление интересов принципала, могли не информировать потенциальных клиентов о том, что являются сотрудниками иной организации. Истец обратил внимание на то обстоятельство, что лица, управлявшие деятельностью Компании (ФИО6 и ФИО7) при проведении проверки по существу спорного вопроса не допрашивались. При этом ФИО4 (главный бухгалтер Компании), опрошенная в ходе налоговой проверки в качестве свидетеля, наличие хозяйственных отношений между принципалом и агентом подтверждала (т. 4 л.д. 104 (стр. 105-107 решения налогового органа)).

Принимая во внимание имеющиеся в материалах дела доказательства, суд предложил Компании представить дополнительные доказательства, подтверждающие мнимость спорного договора, а также пояснить причины, по которым ответчик длительное время исполнял указанный договор (подписывал первичную документацию, частично оплачивал оказанные услуги, отражал соответствующие операции в налоговой отчетности).

Пояснений по существу поставленных вопросов, а также дополнительных доказательств ответчик не представил, о фальсификации представленных Обществом документов (соглашения о расторжении агентского договора, информационных писем, актов приема-передачи оказанных услуг) не заявил.

В соответствии с требованиями ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ч. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В силу ч. 3.1 ст. 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

Рассмотрев приведенные сторонами доводы и представленные доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено п. 1 ст. 1005 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по агентскому договору одна сторона (агент) обязуется за вознаграждение совершать по поручению другой стороны (принципала) юридические и иные действия от своего имени, но за счет принципала либо от имени и за счет принципала.

В соответствии с п. 1 ст. 1008 ГК РФ в ходе исполнения агентского договора агент обязан представлять принципалу отчеты в порядке и в сроки, которые предусмотрены договором. При отсутствии в договоре соответствующих условий отчеты представляются агентом по мере исполнения им договора либо по окончании действия договора.

Принципал обязан уплатить агенту вознаграждение в размере и в порядке, установленных в агентском договоре (ст. 1006 ГК РФ).

В силу ст. 309 и 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.

Из содержания решения налогового органа, принятого по результатам проведенной в отношении Компании проверки, следует, что налоговым органом исследовалась первичная документация, связанная с исполнением спорного агентского договора (агентский договор и соглашение о его расторжении, акты приема-передачи оказанных услуг и т.д.).

Соответствующие хозяйственные операции были отражены в налоговой отчетности ответчика, что подтверждается копиями книги покупок Компании за соответствующий период.

При изложенных обстоятельствах суд находит необоснованным довод ответчика об отсутствии в материалах дела доказательств (в т.ч. оригиналов соответствующих документов), подтверждающих факт оказания спорных услуг.

Возражая против удовлетворения предъявленных требований, Компания также сослалась на мнимость агентского договора, в подтверждение чего указала на решение налогового органа.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом (п. 1 и 2 ст. 167 ГК РФ).

В ст. 69 АПК РФ, в которой закреплен перечень случаев, при которых сторона освобождается от доказывания фактов, на которые она ссылается в обоснование своих требований или возражений, не содержится указания на то, что решения налоговых органов обладают свойством преюдиции при рассмотрении споров в порядке общего искового производства.

Соответственно, представленное ответчиком решение № 5 от 26.06.2019 Межрайонной ИФНС России № 5 по Тульской области о привлечении Компании к ответственности за совершение налогового правонарушения само по себе не подтверждает довод ответчика о мнимости агентского договора и оценивается судом наряду с другими доказательствами.

Из содержания имеющихся в материалах дела и не оспоренных ответчиком доказательств следует, что агентский договор в течение длительного времени исполнялся сторонами, что подтверждается подписанием актов сдачи-приемки оказанных услуг, информационных писем, соглашения о расторжении агентского договора, отражение соответствующих хозяйственных операций в налоговой отчетности и частичной оплатой оказанных услуг.

Причины, по которым Компанией оформлялись названные документы при отсутствии, как утверждает принципал, реального встречного предоставления, ответчик не обосновал.

О фальсификации представленных истцом доказательств Компанией не заявлено. Ходатайства о проведении почерковедческой экспертизы в отношении соглашения о расторжении агентского договора или актов сдачи-приемки оказанных услуг ответчик также не заявлял.

В силу положений ст. 421 ГК РФ, устанавливающей принцип свободы договора, оценка экономической целесообразности заключения и исполнения спорного договора не может в рассматриваемом случае свидетельствовать о его мнимости.

При изложенных обстоятельствах, а также учитывая пояснения истца относительно специфики хозяйственной деятельности агента, суд приходит к выводу о том, что мнимость агентского договора ответчиком не подтверждена.

Представленными в материалы дела доказательствами подтверждается факт оказания ООО «ОСЗ» Компании услуг по агентскому договору, а также наличие у ответчика задолженности по их оплате и ее размер.

Право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона (п. 1 ст. 382 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 384 ГК РФ если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

Уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону (п. 1 ст. 388 ГК РФ).

Соответственно, требование истца о взыскании с ответчика 1 763 462,58 руб. задолженности по оплате оказанных услуг подлежит удовлетворению.

Обществом также заявлено требование о взыскании с Компании 517 187,23 руб. процентов за указанный выше период, начисленных на соответствующий размер задолженности.

Согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ в действующей редакции в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

Факт просрочки исполнения обязательства по оплате агентского вознаграждения подтверждается материалами дела.

Расчет процентов ответчиком не оспорен, судом проверен и признан верным.

Ходатайство Компании о снижении размера взыскиваемых Обществом процентов судом отклоняется, поскольку согласно правовой позиции, изложенной в абз. 4 п. 48 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», К размеру процентов, взыскиваемых по п. 1 ст. 395 ГК РФ, по общему правилу, положения статьи 333 ГК РФ не применяются (п. 6 ст. 395 ГК РФ)

Таким образом, суд полагает, что требование истца о взыскании с ответчика процентов также подлежит удовлетворению.

В соответствии со ст. 168 АПК РФ при вынесении решения суд распределяет судебные расходы.

Согласно ч. 1 ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Истцом за рассмотрение иска уплачена государственная пошлина в размере 33 738 руб., что подтверждается платежным поручением № 118 от 23.09.2019.

Соответственно, указанная сумма подлежит взысканию с ответчика в пользу истца в счет возмещения расходов по оплате государственной пошлины.

Вместе с тем, при уточненной цене иска подлежит уплате государственная пошлина в размере 34 403 руб.

Пунктом 16 Постановление Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 N 46 установлено, что в тех случаях, когда до окончания рассмотрения дела государственная пошлина не была уплачена (взыскана) частично либо в полном объеме ввиду увеличения истцом размера исковых требований после обращения в арбитражный суд с исковым заявлением, то суд, в случае удовлетворения заявленных требований, взыскивает государственную пошлину с другой стороны непосредственно в доход федерального бюджета применительно к ч. 3 ст. 110 АПК РФ.

Таким образом, с ответчика в доход федерального бюджета следует взыскать 665 руб. государственной пошлины.

Принимая во внимание полное удовлетворение предъявленного истцом требования, понесенные Компанией в связи с проведением судебной экспертизы расходы (70 000 руб., уплаченные по платежным поручением от 20.11.2020 и от 17.12.2020 (т. 3 л.д. 102)) относятся на ответчика в полном объеме.

Руководствуясь статьями 167-170 АПК РФ, арбитражный суд

РЕШИЛ:

взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Абсолют» в пользу общества с ограниченной ответственностью Антикризисная консалтинговая группа «Навигатор» 2 280 649,81 руб., в том числе 1 763 462,58 руб. основного долга, 517 187,23 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, а также 33 738 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Абсолют» в доход федерального бюджета 665 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Двадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Тульской области в месячный срок со дня его принятия.

Судья

К.Т. Захаров