Решение от 18 сентября 2020 г. по делу № А54-5099/2018

Арбитражный суд Рязанской области

ул. Почтовая, 43/44, г. Рязань, 390000; факс (4912) 275-108;

http://ryazan.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №А54-5099/2018
г. Рязань
18 сентября 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 15 сентября 2020 года.

Полный текст решения изготовлен 18 сентября 2020 года.

Арбитражный суд Рязанской области в составе судьи Матина А.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью Научно-производственная коммерческая фирма "Комплектстройсервис" (ОГРН <***>; <...>, лит. А, помещение Н2) в лице представителя-участника общества ФИО2 (г. Рязань)

к ФИО3 (г. Рязань)

к ФИО4 (г. Рязань)

к ФИО5 (г. Рязань)

при участии в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общества с ограниченной ответственностью "Каскад-стройПроект" (ОГРН <***>), общества с ограниченной ответственностью Научно-производственная коммерческая фирма "Комплектстройсервис" (ОГРН <***>, 390044, <...>), финансового управляющего ФИО6 - ФИО7 (ИНН <***>, 390044, г. Рязань-44, а/я14), Федерального казенного учреждения "Научно-исследовательский центр "ОХРАНА" Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации (ОГРН <***>, 111024 <...>)

о признании недействительными лицензионного договора о предоставлении права использования полезной модели от 14.10.2014 и дополнительного соглашения от 20.11.2015, прекращении права пользования ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" полезной моделью № 146936 - управляющим магнитом охранного извещателя ИО 102-20 и полезной моделью № 146933 - тревожной кнопкой, взыскании 17 647 526 руб.82 коп. лицензионного вознаграждения, взыскании расходов на оплату услуг представителя по ведению дела в суде в размере 60 000 рублей.

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО8, представитель по доверенности №62АБ 1390387 от 14.01.2020, личность установлена на основании паспорта;

от ООО НПКФ "Комплектстройсервис": не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания;

от ответчиков ФИО4 и ФИО5: ФИО9, представитель по доверенности №62АБ 1306439 от 03.06.2020, личность установлена на основании паспорта;

от ответчика ФИО3: не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания;

от третьего лица ФКУ "Научно-исследовательский центр "ОХРАНА" Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации: не явился, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания;

от третьих лиц (ООО "Каскад-стройПроект", финансового управляющего ФИО6 - ФИО7, ООО Научно-производственная коммерческая фирма "Комплектстройсервис"): не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте судебного заседания;

установил:

ФИО2 обратилась в Арбитражный суд Рязанской области с исковым заявлением о признании недействительными лицензионного договора о предоставлении права использования полезной модели от 14.10.2014 и дополнительного соглашения от 20.11.2015, заключенных ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" с ФИО10, ФИО3.

Определением от 28.08.2018 суд привлек в качестве соответчиков ФИО4, ФИО5, ФИО3.

От истца 14.02.2019 в материалы дела поступило ходатайство об отказе от исковых требований к ООО Научно-производственная коммерческая фирма "Комплектстройсервис" и о привлечении его к участию в деле в качестве третьего лица не заявляющего самостоятельных требований.

Определением от 19.02.2019 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью Научно-производственная коммерческая фирма "Комплектстройсервис" (ОГРН <***>).

От истца 11.03.2019 в материалы дела заявление об уточнении процессуального статуса ООО Научно-производственная коммерческая фирма "Комплектстройсервис", также от истца поступило заявление, в котором отзывает заявление об отказе от исковых требований к ООО Научно-производственная коммерческая фирма "Комплектстройсервис".

От истца 11.03.2019 в материалы дела поступило заявление об уточнении исковых требований, в котором просит суд:

Признать недействительным лицензионный договор от 14 октября 2014 года, заключенный ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" (ОРГН <***> ИНН <***>) с ФИО10 и ФИО3, о предоставлении права использования полезной модели № 146936 -управляющего магнита охранного извещателя ИО 102-20 и полезной модели № 146933 - тревожной кнопки.

Признать недействительным дополнительное соглашение от 20 ноября 2015 года к лицензионному договору от 14 октября 2014 года, заключенное ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" (ОРГН <***> ИНН <***>) с ФИО10 и ФИО3, о предоставлении права использования полезных моделей №№ 146936 и 146933.

В порядке применения последствий признания лицензионного договора и дополнительного соглашения к нему недействительными взыскать с ФИО3 в пользу ООО НПКФ "Комплектстройсервис" (ОРГН <***> ИНН <***>) 8 823 763 руб. 41 коп. ( Восемь миллионов восемьсот двадцать три тысячи семьсот шестьдесят три рубля 41 копейку) лицензионного вознаграждения полученного за период с октября 2014 года по февраль 2018 года.

В порядке применения последствий признания лицензионного договора и дополнительного соглашения к нему недействительными взыскать с наследников ФИО10: ФИО4 и ФИО5 солидарно в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества с учетом равенства наследственных долей в пользу ООО НПКФ "Комплектстройсервис" (ОРГН <***> ИНН <***>) 8 823 763 Руб.41 коп (Восемь миллионов восемьсот двадцать три тысячи семьсот шестьдесят три рубля 41 копейку) лицензионного вознаграждения полученного ФИО10 за период с октября 2014 года по февраль 2018 года

Прекратить право пользования ООО НПКФ "Комплектстройсервис" (ОРГН <***> ИНН <***>) полезной моделью № 146936 - управляющим магнитом охранного извещателя ИО 102-20 и полезной моделью № 146933- тревожной кнопкой.

Взыскать с ответчиков расходы по уплате госпошлины с ФИО3 6000 рублей, и 6000 рублей с ФИО4 и ФИО5 солидарно в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества.

Взыскать с ответчиков с пользу истца в равных долях расходы на оплату услуг представителя по ведению дела в суде с ФИО3 в размере 30 000 рублей и с ФИО4 и ФИО5 в размере 30 000 рублей солидарно в пределах стоимости перешедшего к ним наследственного имущества. Уточнения судом приняты.

Определением от 05.11.2019 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, финансового управляющего ФИО6 - ФИО7.

Определением от 04.02.2020 суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора Федеральное казенное учреждение "Научно-исследовательский центр "ОХРАНА" Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации.

От директора ООО НПКФ "Комплектстройсервис" ФИО11 06.08.2020 в материалы дела поступило уточненное заявление о фальсификации доказательства, а именно акта приема-передачи изменений конструкторской документации в соответствии с патентами от 21.10.2015.

Ходатайство ФИО11 о фальсификации доказательств судом рассмотрено и отклонено в связи с отсутствием правовых оснований. Так, заявитель указывает, что сомневается, что подпись выполнена ФИО10, однако надлежащих доказательств тому не представил, о проведении судебной экспертизы не заявил. Суду на обозрение представлен оригинал указанного документа. Суд не находит правовых оснований для удовлетворения заявления о фальсификации, поскольку заявитель в обоснование фальсификации доказательства указывает на то, что не указаны обстоятельства, при которых была представлена в суд копия данного акта, нет отметки "Верно", имеют место намерения сторон, подписавших акт совершить мнимую сделку, не одобренную общим собранием участников, иными словами, оспаривает не сам документ, как доказательство, представленное в материалы дела, а достоверность и правомерность отражения сведений, указанных в оспариваемом акте.

В то же время иными материалами дела подтверждается исполнение обеими сторонами оспариваемых сделок своих обязательств, как то оплата по оспариваемому договору и последующее использование обществом прав на полезные модели в своей производственной деятельности.

Кроме того судом учитывается, что заявление о фальсификации сделано директором ООО НПКФ "Комплектстройсервис" ФИО11. Однако согласно вступившему в законную силу судебному акту по делу №А54-5146/2018 решение общего собрания участников общества ООО НПКФ "Комплектстройсервис" от 15.02.2018 об избрании его директором признано недействительным (т. 14 л.д. 31-43). Кроме того мировым судьей судебного участка №23 судебного района Советского районного суда г. Рязани вынесено постановление от 27 мая 2020 года по делу №1-01/2020 (т. 14 л.д. 44-61).

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание проводилось в отсутствие о третьих лиц (ФКУ "Научно-исследовательский центр "ОХРАНА" Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации, ФИО3, ООО"Каскад-стройПроект", финансового управляющего ФИО6 - ФИО7, ООО Научно-производственная коммерческая фирма "Комплектстройсервис", ООО НПКФ "Комплектстройсервис"), извещенных надлежащим образом о времени и месте рассмотрения спора в порядке, предусмотренном статьями 121-123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Представитель истца в судебном заседании иск поддержал по доводам, изложенным в исковом заявлении, с учетом уточнений, пояснив, что оспариваемые сделки являются сделками с заинтересованностью, крупными сделками, повлекшими ущерб для общества; в оспариваемых сделках также имеются признаки мнимости, так как действия сторон не были направлены на их исполнение (техническая документация не передавалась, дополнительное соглашение зарегистрировано значительно позднее, чем заключено, продукция с использованием полезной модели не производилась).

Представитель ответчика полагал доводы истца необоснованными, ссылаясь на пропуск срока исковой давности, указывая, что оспариваемые сделки исполнялись и общество, производя и поставляя третьим лицам продукцию, произведенную с использованием полезной модели, имело положительный финансовый результат, подтвержденный бухгалтерской отчетностью. Заявленный иск является недобросовестной попыткой истца преодолеть вынесенные и вступившие в законную силу судебные акты судов общей юрисдикции, согласно которым с общества взыскана задолженность по оспариваемым сделкам.

Рассмотрев материалы дела, заслушав пояснения представителя ответчика, третьих лиц, оценив и исследовав представленные доказательства, арбитражный суд находит исковые требования не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Материалами дела установлено, что ФИО2 является участником общества с ограниченной ответственностью Научно-производственная коммерческая фирма "Комплектсройсервис", ОГРН <***> с размером доли в уставном капитале общества - 31,25% . Указанная доля в уставном каптале общества складывается из супружеской доли - 25 % и наследственной доли после смерти мужа ФИО6 - 6,25%.

Указанные обстоятельства подтверждаются свидетельством о праве на наследство по закону на имя ФИО2 и свидетельством о праве собственности (на супружескую долю) ФИО2, выпиской из ЕГРЮЛ ООО НПКФ "Комплектстройсервис" (т. 1 л.д. 14-15, 40-56).

В соответствии с п. 6.9 Устава ООО НПКФ "Комплектстройсервис" доли в уставном капитале Общества переходят к наследникам граждан независимо от согласия остальных Участников Общества в подтверждение чего представлена копия Устава ООО "НПКФ "Комплектстройсервис", утвержденного общим собранием учредителей 14.04.2010 года (т. 1 л.д.32-39).

ФИО10 и ФИО3 являются патентообладателями на полезную модель №146933 "Тревожная кнопка" и №146936 "Охранный магнитконтактный извещатель", что подтверждается выданными патентами на полезные модели (т. 1 л.д. 22, 26).

14 октября 2014 года директором ООО НПКФ "Комплектстройсервис" (Лицензиат) ФИО10 с одной стороны (полномочия подтверждаются протоколом от 15.02.2013, т.1 л.д. 65-66) и ФИО10 и ФИО3 (Лицензиары) с другой стороны был заключен лицензионный договор о предоставлении права использования полезной модели (далее - договор, т. 1 л.д. 16-20; т. 3 л.д. 29-33).

Согласно п. 1.1 оспариваемого договора Лицензиары предоставляют Лицензиату, удостоверенное патентом право использования полезной модели, в установленных настоящим договором пределах, а Лицензиат обязуется уплатить Лицензиарам обусловленное вознаграждение.

Как указано в п. 1.2. договора объектом по договору является право пользования патентами на следующие технические решения (далее - полезные модели):

- Управляющий магнит охранного извещателя ИО 102-20. Патент на полезную модель №146936; заявка № 2014125862 приоритет от 26.06.2014;

- Тревожная кнопка. Патент на полезную модель №146933; заявка № 2014124164 приоритет от 16.06.2014.

В соответствии с п. 2.1.3 договора Лицензиары предоставляют Лицензиату право использовать полезные модели следующими способами: изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот продукции, произведенной с использованием полезных моделей, усовершенствование запатентованных технических решений.

Согласно п. 3.1.-3.2 договора вся техническая документация, необходимая и достаточная для использования полезных моделей, передается Лицензиату в течение 10 (десяти) рабочих дней с момента заключения Договора. О передаче технической документации и других материалов составляется приемосдаточный акт за подписями обеих сторон.

По условиям п.6.1.-6.2, 6.3 договора установлена сумма вознаграждения Лицензиарам за право использования полезных моделей в виде ежемесячных платежей из расчета 300 000 (Триста тысяч ) рублей 00 коп. без НДС, без учета НДФЛ. Выплата вознаграждения производится ежемесячно, начиная с месяца заключения Договора, путем перечисления денежных средств на счета Лицензиаров не позднее 27 числа текущего месяца в равных долях. Обязанность исчисления и уплаты Налога на доход физических лиц лежит на Лицензиате.

Лицензионный договор согласно п. 12.1. заключен сроком на 5 (Пять) лет.

В силу п. 14.1.-14.2. Настоящий договор подлежит государственной регистрации в федеральном органе исполнительной власти по интеллектуальной собственности. Договор вступает в силу с момента его государственной регистрации.

Оспариваемый договор зарегистрирован, номер государственной регистрации: РДО 162521, дата государственной регистрации: 25.11.2014, что подтверждается Уведомлением о государственной регистрации предоставления права использования но лицензионному договору, а также изменениями в патенты и приложениями к патентам на полезную модель (т. 1 л.д. 23-25, 27).

Сторонами подписал Акт приема-передачи изменений конструкторской документации в соответствии с патентами №146936, №126933 (т. 14 л.д. 28).

Сторонами оспариваемого договора 20.11.2015 заключено Дополнительное соглашение к Лицензионному договору о предоставлении права использования полезными моделями от 14 октября 2014 г. (далее - дополнительное соглашение, т.1 л.д. 31; т. 3 л.д. 34)

По условиям п.1.1. дополнительного соглашения от 20.11.2015 года к указанному лицензионному договору установлена сумма вознаграждения Лицензиарам за право использования полезных моделей в виде ежемесячных платежей из расчета 500 000 (Пятьсот тысяч ) рублей 00 коп. без НДС, без учета НДФЛ.

Во исполнение договора и дополнительного соглашения согласно расчету истца ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" перечислило ФИО10 и ФИО3 за период с октября 2014 по февраль 2018 денежные средства в размере 8823763,41 руб. ФИО10 и в размере 8823763,41 руб. ФИО3, что подтверждается бухгалтерскими балансами общества (т.1 л.д. 28-31) и справками 2-НДФЛ (т.1 л.д. 118-127; т.2 л.д. 22-35; т.3 л.д. 81-82, т.4 155-158).

Согласно копии записи акта о смерти ФИО10 умер 20.02.2018 года (т.1 л.д. 64, 88).

Согласно материалам наследственного дела наследниками ФИО10 являются ФИО4 и ФИО5 (т.1 л.д. 90-105, 109, 117; т.2 л.д. 36).

В иске истец указывает, что решение об одобрении сделки с заинтересованностью (так как одним из лицензиаров выступает директор лицензиата, ФИО10) и одобрении крупной сделки не принималось.

Справками о доходах физического лица 2-НДФЛ за 2014, 2015, 2016, 2017 годы в отношении ФИО3 и ФИО10, представленных как истцом самостоятельно, так и полученных судом от налогового органа (т.1 л.д. 118-127; т.2 л.д. 22-35; т.3 л.д. 81-82, т.4 155-158) подтверждается перечисление обществом в адрес ФИО3 и ФИО10 денежных средств во исполнение оспариваемых договора и дополнительного соглашения.

Оспариваемые сделки, по мнению истца, являются для общества крупными. Цена лицензионного договора от 14.10.2014 года - 18 000 000 рублей. Балансовая стоимость активов ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" за последний отчетный период, предшествующий заключению данного договора - отчетный год 2013 года (согласно балансу) составляет - 46 750 000 руб. Цена дополнительного соглашения к лицензионному договору от 20 ноября 2015 года составляет - 24 000 000 рублей. Балансовая стоимость активов ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" за последний отчетный период, предшествующий заключению данного договора - отчетный год 2014 года (согласно балансу) составляет- 57 683 000 рублей. Таким образом, стоимость заключенного лицензионного договора и дополнительного соглашения к нему превышает 25% стоимости имущества общества по данным бухгалтерской отчетности. Однако решения об одобрении указанных крупных сделок общим собранием участников общества не принимались.

Истец, полагая, что обществом с ограниченной ответственностью "НПКФ "Комплекстройсервис" заключены крупные сделки и сделки с заинтересованностью с нарушением установленного ст. ст. 45 и 46 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" от 08.02.1998 года № 14-ФЗ обратился в суд с настоящим иском.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд исходит из следующего.

В силу пункта 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Согласно пункту 2 статьи 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 45 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" сделки, в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями настоящей статьи.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица:

являются стороной сделки или выступают в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом;

занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

В соответствии с ч. 1 ст. ст. 46 "Крупные сделки" Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" от 08.02.1998 № 14-ФЗ Крупной сделкой считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы обычной хозяйственной деятельности и при этом: связанная с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.

Решение об одобрении крупной сделки принимается общим собранием участников общества (часть 3 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ).

Согласно части 4 статьи 46 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ иск о признании недействительной крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, может быть заявлен обществом, членом совета директоров (наблюдательного совета) общества или его участниками (участником), обладающими не менее чем одним процентом общего числа голосов участников общества.

Как следует из положений пункта 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 N 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" Суд отказывает в удовлетворении иска о признании недействительной крупной сделки или сделки с заинтересованностью, если будет доказано наличие хотя бы одного из следующих обстоятельств:

1) голосование участника общества, обратившегося с иском о признании сделки, решение об одобрении которой принимается общим собранием участников (акционеров), недействительной, хотя бы он и принимал участие в голосовании по этому вопросу, не могло повлиять на результаты голосования (абзац четвертый пункта 5 статьи 45 и абзац четвертый пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац четвертый пункта 6 статьи 79 и абзац четвертый пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах);

2) к моменту рассмотрения дела в суде сделка одобрена в предусмотренном законом порядке (абзац шестой пункта 5 статьи 45 и абзац шестой пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац шестой пункта 6 статьи 79 и абзац шестой пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах);

3) ответчик (другая сторона оспариваемой сделки или выгодоприобретатель по оспариваемой односторонней сделке) не знал и не должен был знать о ее совершении с нарушением предусмотренных законом требований к ней (абзац седьмой пункта 5 статьи 45 и абзац седьмой пункта 5 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью, абзац седьмой пункта 6 статьи 79 и абзац седьмой пункта 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах).

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать о ее совершении с нарушением порядка одобрения крупных сделок, судам следует учитывать то, насколько это лицо могло, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие у сделки признаков крупной сделки и несоблюдение порядка ее одобрения. В частности, контрагент должен был знать о том, что сделка являлась крупной и требовала одобрения, если это было очевидно любому разумному участнику оборота из характера сделки, например, при отчуждении одного из основных активов общества (недвижимости, дорогостоящего оборудования и т.п.). В остальных случаях презюмируется, что сторона сделки не знала и не должна была знать о том, что сделка являлась крупной. Применительно к сделкам с заинтересованностью судам надлежит исходить из того, что другая сторона сделки (ответчик) знала или должна была знать о наличии элемента заинтересованности, если в качестве заинтересованного лица выступает сама эта сторона или ее представитель, изъявляющий волю в данной сделке, либо их супруги или родственники, названные в абзаце втором пункта 1 статьи 45 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и абзаце втором пункта 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах. Если в ходе рассмотрения дела будет установлено, что заинтересованность была неявной для обычного участника оборота, то ответчик считается добросовестным. При этом истец может представить доказательства того, что по обстоятельствам конкретного дела сторона сделки - физическое лицо или представитель стороны сделки - юридического лица тем не менее знали или должны были знать об указанной неявной аффилированности.

Согласно пункту 3 постановления Пленума N 28 лицо, предъявившее иск о признании сделки недействительной на основании того, что она совершена с нарушением порядка одобрения крупных сделок или сделок с заинтересованностью, обязано доказать следующее: 1) наличие признаков, по которым сделка признается соответственно крупной сделкой или сделкой с заинтересованностью, а равно нарушение порядка одобрения соответствующей сделки; 2) нарушение сделкой прав или охраняемых законом интересов общества или его участников, т.е. факт того, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или его участнику, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них. В отношении убытков истцу достаточно обосновать факт их причинения, доказывания точного размера убытков не требуется.

Судом установлено, что истец, ФИО2 является участником общества с ограниченной ответственностью Научно-производственная коммерческая фирма "Комплектсройсервис", с размером доли в уставном капитале общества - 31,25% (указанная доля в уставном каптале общества складывается из супружеской доли - 25 % и наследственной доли после смерти мужа ФИО6 - 6,25%.). Данные обстоятельства не оспариваются ответчиками и подтверждаются свидетельством о праве на наследство по закону на имя ФИО2 и свидетельством о праве собственности (на супружескую долю) ФИО2, выпиской из ЕГРЮЛ в отношении ООО НПКФ "Комплектстройсервис" (т. 1 л.д. 14-15, 40-56).

Сторонами оспариваемого договора и дополнительного соглашения выступает ООО НПКФ "Комплектстройсервис" (Лицензиат) в лице директора ФИО10 с одной стороны и ФИО10 (один из Лицензиаров) с другой стороны, из чего суд приходит к выводу, что оспариваемые сделки по смыслу статьи 45 Закона № 14-ФЗ являются сделками, в совершении которых имеется заинтересованность.

Согласно балансу общества за 2013 год балансовая стоимость активов ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" за последний отчетный период, предшествующий заключению оспариваемого договора - отчетный год 2013 года составляет - 46 750 000 руб., в то время как цена лицензионного договора от 14.10.2014 года составляет 18 000 000 рублей.

Согласно балансу общества за 2014 год балансовая стоимость активов ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" за последний отчетный период, предшествующий заключению данного договора - отчетный год 2014 года составляет- 57 683 000 рублей, в то время как цена дополнительного соглашения к лицензионному договору от 20 ноября 2015 года составляет - 24 000 000 рублей.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что стоимость заключенного лицензионного договора и дополнительного соглашения к нему превышает 25% стоимости имущества общества по данным бухгалтерской отчетности, что соответствует критериям крупных сделок применительно к статье 46 Закона № 14-ФЗ.

В то же время решения об одобрении общим собранием участников общества указанных крупных сделок, сделок с заинтересованностью в материалы дела не представлено.

В то же время ответчиками заявлено о пропуске срока исковой давности.

Срок исковой давности по требованиям о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности исчисляется по правилам пункта 2 статьи 181 ГК РФ и составляет один год.

Согласно части 6 статьи 45, части 4 статьи 46 Закона № 14-ФЗ срок исковой давности по требованию о признании крупной сделки, сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, недействительной в случае его пропуска восстановлению не подлежит.

Согласно части 7 статьи 45 Закона № 14-ФЗ положения настоящей статьи не применяются, в том числе, к сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности общества, при условии, что обществом неоднократно в течение длительного периода времени на схожих условиях совершаются аналогичные сделки, в совершении которых не имеется заинтересованности, в том числе к сделкам, совершаемым кредитными организациями в соответствии со статьей 5 Федерального закона "О банках и банковской деятельности".

При этом суд отказывает в удовлетворении требований о признании крупной сделки, совершенной с нарушением порядка получения согласия на ее совершение, недействительной при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе, если не доказано, что совершение данной сделки повлекло или может повлечь за собой причинение убытков обществу или участнику общества, обратившемуся с соответствующим иском, либо возникновение иных неблагоприятных последствий для них (часть 5 статьи 46 Закона № 14-ФЗ).

Исходя из совокупного толкования названных положений Закона, крупная сделка и сделка с заинтересованностью являются оспоримыми.

В соответствии со ст. 166 ГК РФ оспоримая сделка может быть признана недействительной только судом. Признание оспоримой сделки недействительной в силу ст. 12 ГК РФ является самостоятельным способом защиты путем направления в суд соответствующего требования.

В п. 20 совместного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" установлено, что сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, или крупная сделка, заключенная от имени общества генеральным директором (директором) или уполномоченным им лицом с нарушением требований, предусмотренных соответственно статьями 45 и 46 Закона № 14-ФЗ является оспоримой и может быть признана судом недействительной по иску общества или его участника.

В пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ от 16.05.2014 № 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" (далее – Постановление № 28) разъяснено, что иски о признании крупных сделок и сделок с заинтересованностью недействительными и применении последствий их недействительности могут предъявляться в течение срока, установленного пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации для оспоримых сделок.

При этом срок давности по иску о признании недействительной сделки, совершенной с нарушением порядка ее одобрения, исчисляется с момента, когда истец узнал или должен был узнать о том, что такая сделка требовала одобрения в порядке, предусмотренном законом или уставом, хотя бы она и была совершена раньше. Предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка одобрения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, если из предоставлявшихся участникам при проведении этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой сделки (например, если из бухгалтерского баланса следовало, что изменился состав основных активов по сравнению с предыдущим годом).

В силу п. 2 ст. 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Судом установлено, что основание недействительности оспариваемого договора и дополнительного соглашения со ссылкой на положения статей 45 и 46 Закона № 14-ФЗ было заявлено участником в исковом заявлении, поданном в Арбитражный суд Рязанской области 18.06.2018 (что подтверждается входящим штампом Арбитражного суда Рязанской области на исковом заявлении – т. 1 л.д. 7) , хотя ей, как участнику общества о наличии оспариваемых сделок должно было быть известно не позднее 22.03.2016 – с момента её участия в общем собрании участников (т. 2 л.д. 94-100, т. 4 л.д. 72-78).

Принимая во внимание, что оспариваемые сделки совершены до 01.01.2017, то (учитывая пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.06.2018 № 27) при оценке обстоятельств осведомленности участника общества об их совершении подлежит применению разъяснение, содержащееся в абзаце 2 пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.05.2014 № 28, согласно которому предполагается, что участник должен был узнать о совершении сделки с нарушением порядка одобрения крупной сделки или сделки с заинтересованностью не позднее даты проведения годового общего собрания участников (акционеров) по итогам года, в котором была совершена оспариваемая сделка, если из предоставлявшихся участникам при проведении этого собрания материалов можно было сделать вывод о совершении такой сделки.

Так, в справках о доходах физического лица 2-НДФЛ за 2014, 2015, 2016, 2017 годы в отношении ФИО3 и ФИО10, представленных как истцом самостоятельно, так и полученных судом от налогового органа (т.1 л.д. 118-127; т.2 л.д. 22-35; т.3 л.д. 81-82, т.4 155-158) указаны полученные Лицензиарами от общества суммы с соответствующим кодом "1300" - "Доходы, полученные от использования авторских или иных смежных прав" (т. 1 л.д. 147-149, т. 2 л.д. 141-144).

Также, в соответствии с пунктом 39 Положения по бухгалтерскому учету "Учет нематериальных активов" (ПБУ 14/2007), утвержденного Приказом Минфина России от 27.12.2007 № 153н (Зарегистрировано в Минюсте России 23.01.2008 № 10975) нематериальные активы, полученные в пользование, учитываются пользователем на забалансовом счете в оценке, определяемой исходя из размера вознаграждения, установленного в договоре. При этом платежи за предоставленное право использования результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, производимые в виде периодических платежей, исчисляемые и уплачиваемые в порядке и сроки, установленные договором, включаются пользователем (лицензиатом) в расходы отчетного периода. Платежи за предоставленное право использования результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, производимые в виде фиксированного разового платежа, отражаются в бухгалтерском учете пользователя (лицензиата) как расходы будущих периодов и подлежат списанию в течение срока действия договора.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что истец, проявляя должную осмотрительность и активно участвуя в деятельности общества, в котором он является участником, при проведении общего собрания в марте 2016 года, потребовав бухгалтерскую документацию (часть из которой представлено самим истцом - бухгалтерские балансы), а именно бухгалтерский баланс, справки 2-НДФЛ и забалансовые счета общества, мог узнать о наличии оспариваемых договора и дополнительного соглашения, так как в указанных документах отражаются финансовые результаты исполнения обществом оспариваемых сделок.

Учитывая изложенное, принимая во внимание то обстоятельство, что участник хозяйственного общества, проявляя должную осмотрительность и используя предоставленные ему права, вправе самостоятельно получать необходимые сведения, в том числе и о совершении обществом различного вида сделок, пришел к обоснованному выводу о том, что участник общества, ФИО2, могла узнать о заключении оспариваемого договора и дополнительного соглашения не позднее даты проведения ежегодного общего собрания участников ООО "НПКФ "Комплектстройсервис", проводимого по итогам 2014 года и 2015 годов.

Также, несмотря на ее непосредственное участие в общем собрании участников общества 22.03.2016 истец не проявила должной осмотрительности, не приняв во внимание финансовый результаты деятельности общества, не потребовал представить забалансовые счета, расшифровку статей расходов (справки 2-НДФЛ), заключенные обществом договоры.

Доводы истца о том, что ей не предоставлялись документы о хозяйственной деятельности общества со ссылками на судебные акты по делу №А54-3629/2015, судом не принимаются, так как предметом рассматриваемого спора являлись документы за период начиная с 01.01.2012 по 2014 год, в то время как, принимая участие в общем собрании участников общества 22.03.2016 истец не воспользовалась правами, предоставленными ей Законом № 14-ФЗ как участнику общества, указанное решение не оспорила, дополнительно документации не затребовала.

С учетом вышеизложенного требования истцом ФИО2 – заявлены за пределами срока исковой давности, что в соответствии с абзацем второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации, является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Как указано в пункте 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

Кроме того, судом при принятии решения об отказе в удовлетворении заявленных требований учтены следующие фактические обстоятельства настоящего дела.

Из материалов дела следует, что истцом не представлены доказательства причинения ущерба обществу в результате совершения оспариваемых сделок.

Для признания сделки, свершенной с заинтересованностью недействительной по иску общества или учредителя/участника недостаточно установления факта несоблюдения порядка ее одобрения.

В соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 16 мая 2014 года № 28 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием крупных сделок и сделок с заинтересованностью" под обычной хозяйственной деятельностью следует понимать любые операции, которые приняты в текущей деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, занимающихся аналогичным видом деятельности, сходных по размеру активов и объему оборота, независимо от того, совершались ли такие сделки данным обществом ранее.

Под обычной хозяйственной деятельностью следует понимать любые операции, которые приняты в текущей деятельности соответствующего общества либо иных хозяйствующих субъектов, занимающихся аналогичным видом деятельности, сходных по размеру активов и объему оборота, независимо от того, совершались ли такие сделки данным обществом ранее.

К сделкам, совершаемым в процессе обычной хозяйственной деятельности, могут относиться сделки по приобретению обществом сырья и материалов, необходимых для осуществления производственно-хозяйственной деятельности, реализации готовой продукции, получению кредитов для оплаты текущих операций (например, на приобретение оптовых партий товаров для последующей реализации их путем розничной продажи).

Так, согласно выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" указаны следующие сведения о видах экономической деятельности по Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности: 26.30.6 Производство охранно-пожарной сигнализации и аналогичных приборов, 26.51.7 Производство приборов и аппаратуры для автоматического регулирования или управления, 27.33 Производство электроустановочных изделий, 46.69.5 Торговля оптовая производственным электротехническим оборудованием, машинами, аппаратурой и материалами, 46.69.9 Торговля оптовая прочими машинами, приборами, аппаратурой и оборудованием общепромышленного и специального назначения, 71.12.12 Разработка проектов промышленных процессов и производств, относящихся к электротехнике, электронной технике, горному делу, химической технологии, машиностроению, а также в области промышленного строительства, системотехники и техники безопасности. Имеются сведения о лицензии: Деятельность по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту средств обеспечения пожарной безопасности зданий и сооружений.

Судом учитываются доводы, приводимые самим истцом в отзывах по делу, о том, что производство и продажа оборудования охранно-пожарной сигнализации и аналогичных приборов является основным видом деятельности общества, а также представленные в материалы дела налоговым органом книги покупок и книги продаж ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" (т.5 л.д. 54-56, представлены в электронном виде), из чего суд приходит к выводу о том, что, учитывая обороты общества, отраженные в бухгалтерских и первичных документах, оспариваемые сделки являются для общества сделками, совершенными в процессе обычной хозяйственной деятельности необходимые для производства и реализации охранно-пожарной сигнализации и аналогичных приборов.

В материалы дела ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" представил бухгалтерскую отчетность ООО НПКФ "Комплектстройсервис" за периоды с 2013 по 2016 годы. Из анализа вышеуказанной бухгалтерской отчетности следует:

- запасы (к которым, в том числе, относится и готовая продукция) в 2014 году составляли 33 573 тыс. руб., выручка за 2014 год - 172 536 тыс. руб.;

- запасы в 2015 году - 37 799 тыс. руб., выручка за 2015 год - 165 857 тыс. руб.;

- запасы в 2016 году - 41 559 тыс. руб., выручка за 2016 год - 166 205 тыс. руб. Таким образом, за указанный период запасы Общества увеличивались каждый год,

Указанные обстоятельства свидетельствуют о непрерывном производстве продукции. Выручка за разные периоды в среднем превышает запасы в 4 раза, что свидетельствует о реализации новой готовой продукции Общества.

Вопреки мнению истца, представленные в материалы дела первичные документы (УПД и товарные накладные, т. 5 л.д. 115-116,121-177; т. 6, л.д. 20-25, 78-160; т. 7-12), согласно которым ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" поставляло третьим лицам продукцию, не свидетельствуют о поставке продукции без использования полезных моделей, предоставленных по спорным договору и дополнительному соглашению. Так, согласно пояснениям Федерального казенного учреждения "Научно-исследовательский центр "ОХРАНА" Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации, являвшегося разработчиком Национального стандарта Российской Федерации ГОСТ Р 52435-2015 "Технические средства охранной сигнализации" (т.14 л.д. 101-102) ФКУ "НИЦ "Охрана" Росгвардии присваивает условное обозначение техническому средству охраны в соответствии с ГОСТ Р 52435-2015, ранее в соответствии с ОСТ 25-829-78, по заявке предприятия-изготовителя или разработчика технического средства охраны. Данное обозначение распространяется на конкретное изделие в течении всего срока жизненного цикла продукции. Вместе с тем, серийные изделия могут проходить модернизацию или модификацию в части конструктивного исполнения, а кроме того, разные конструктивные исполнения одного и того же изделия могут иметь различные условные обозначения в зависимости от своего назначения. Таким образом, по условному обозначению (маркировке) не всегда можно определить подвергалось ли изделие модернизации или модификации.

Учитывая изложенное, а также то, что материалами дела подтверждается исполнение ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" оспариваемых договоров (оплата в адрес Лицензиаров), а также подтвержденные факты поставок оборудования с маркировкой "управляющий магнит охранного извещателя ИО 102-20", суд приходит к выводу о том, что истцом не доказано причинение ущерба обществу, а именно то, что в производственной деятельности ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" не использовало полезные модели, права на которые были переданы обществу по оспариваемым сделкам, в связи с чем доводы истца о нанесенных обществу в результате оспариваемых сделок убытках судом отклоняются как необоснованные.

Суд критически относится к доводам истца о том, что убытки подтверждаются невозможностью производить продукцию с использованием полезных моделей, так как имеет место заключение договоров аренды на оборудование, на котором могла производиться продукция (т.2 л.д. 52, 70-72, 74), так как представленные истцом договоры аренды имели место в 2018 году и не доказана невозможность производства продукции на протяжении с 2014 по февраль 2018 года.

Отклоняется как необоснованная позиция истца о том, что бремя доказывания использования полезной модели обществом должно быть возложено на ответчиков. Так, исходя из объективных обстоятельств и распределении бремени доказывания, Лицензиар по лицензионному договору не может и не должен доказывать факт использования предоставленного им права на использование полезной модели контрагентом (Лицензиатом) в силу того, что не может и не должен иметь отношение к хозяйственной деятельности контрагента (лицензиата).

Кроме того судом учитываются вступившие в законную силу судебные акты судов общей юрисдикции по делу №33-2390/2019 (т. 5 л.д. 41-46; т. 6 л.д. 69-74; т. 13 л.д. 23-26), в соответствии с которыми с ООО "НПКФ "Комплектстройсервис" в пользу ФИО3 взыскана задолженность по лицензионному договору от 14.10.2014 и дополнительному соглашению к нему. Так, суды апелляционной и кассационной инстанций по указанному делу пришел к следующим выводам.

В соответствии с требованиями п.3 ст.433 ГК РФ и п.2 ст.1235 ГК РФ предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности по лицензионному договору подлежит государственной регистрации в случаях и в порядке, которые предусмотрены ст.1232 ГК РФ. В силу п.1 ст. 1232 ГК РФ, в случаях, предусмотренных ГК РФ, исключительное право на результат интеллектуальной деятельности признается и охраняется при условии государственной регистрации такого результата или такого средства. Положениями п.2 ст. 1232 ГК РФ предусмотрено, что в случаях, когда результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации подлежит в соответствии с названным Кодексом государственной регистрации, предоставление права использования такого результата или такого средства по договору, также подлежат государственной регистрации, порядок и условия которой устанавливаются Правительством Российской Федерации. При несоблюдении требования о государственной регистрации предоставления другому лицу права использования такого результата или такого средства по договору предоставление права использования считается несостоявшимся (п. 6 ст. 1232 ГК РФ). Вместе с тем, из разъяснений п.37 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019г. № 10 "О применении части четвертой Гражданского Кодекса Российской Федерации" следует, что несоблюдение требования о государственной регистрации не влечет недействительности самого договора. В силу пункта 6 статьи 1232 ГК РФ переход исключительного права, его залог или предоставление права использования считается несостоявшимся. Согласно пункту 4 статьи 1234 ГК РФ исключительное право на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации переходит от правообладателя к приобретателю, если соглашением сторон не предусмотрено иное, в момент заключения договора об отчуждении исключительного права, переход исключительного права по которому не подлежит государственной регистрации. Если же переход исключительного права по договору об отчуждении исключительного права подлежит государственной регистрации, то момент перехода исключительного права определяется в силу закона императивно - моментом государственной регистрации перехода такого права. Предоставление права по лицензионному договору считается состоявшимся также с момента государственной регистрации предоставления права. При этом обязательственные отношения из договоров, переход или предоставление права по которым подлежат государственной регистрации, возникают независимо от государственной регистрации (пункты 1 и 2 статьи 433 ГК РФ).Согласно положениям ст. 309 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями. Судом первой инстанции установлено, что дополнительное соглашение от 20.11.2015г. вносит изменение в лицензионный договор о предоставлении права использования модели, заключенного сторонами по настоящему спору от 14.10.2014г. и указанным соглашением стороны достигли договоренности об увеличении размера оплаты Лицензиарам с 300 000 руб. до 500 000 руб. с 20.11.2015 года. Как усматривается из материалов дела и не оспаривается сторонами, все стороны после заключения дополнительного соглашения добросовестно исполняли условия этого дополнительного соглашения. При таких обстоятельствах, факт государственной регистрации указанного дополнительного соглашения позднее даты его заключения не влечет изменение обязательств ответчика ООО НПКФ "Комплектстройсервис", возникших из лицензионного договора о предоставлении права пользования полезными моделями от 14.10.2014г. и дополнительного соглашения к нему от 20.11.2015г., по оплате лицензиатом лицензиарам за предоставленное право пользования полезными моделями вознаграждения в виде ежемесячных платежей из расчета 500000 руб. с даты, оговоренной сторонами этого договора.

Арбитражный суд Рязанской области в рамках настоящего спора учитывает, что согласно части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Преюдициальная связь судебных актов арбитражных судов обусловлена свойством обязательности как элемента законной силы судебного акта, в силу которой в процессе судебного доказывания суд не должен дважды устанавливать один и тот же факт в отношениях между теми же сторонами. Иной подход означает возможность опровержения опосредованного вступившим в законную силу судебным актом вывода суда о фактических обстоятельствах другим судебным актом, что противоречит общеправовому принципу определенности, а также принципам процессуальной экономии и стабильности судебных решений (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 05.02.2007 № 2-П).

Представление настоящего иска судом расценивается как попытка преодоления вступивших в законную силу судебных актов. Одновременно судом учитывается, что действующее процессуальное законодательство не допускает конкуренции судебных актов.

Доводы истца о мнимости оспариваемых сделок судом отклоняются как необоснованные.

В соответствии со статьей 168 ГК РФ сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Исходя из пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной в соответствии со статьей 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон; мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения. То есть стороны не преследуют цели совершения сделки по признакам статьи 153 ГК РФ.

Согласно позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 86 постановления от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

По смыслу статьи 170 ГК РФ наличие воли хотя бы одной из сторон на достижение правового результата, соответствующего совершенной сделке, исключает возможность признания ее недействительной как притворной.

В соответствии с пунктами 1, 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

Оценив в совокупности все обстоятельства дела, в частности подтверждение факта реальности исполнения обеими сторонами оспариваемого договора (подписание и регистрация договора, передача документации по акту, оплата со стороны лицензиата, наличие заключенных и исполненных договоров с третьими лицами по поставке продукции) суд приходит к выводу о том, что спорные договор и дополнительное соглашение не являются мнимыми сделками.

Более того, оспариваемые договор и дополнительное соглашение заключены с реальной экономической целью – производство и последующий сбыт продукции третьим лицам с использованием прав пользования патентами на управляющий магнит охранного извещателя ИО 102-20 и тревожную кнопку.

Иные доводы и аргументы лиц, участвующих в деле, проверены судом и не принимаются во внимание, поскольку не опровергают выводы суда по делу и основаны на неверном толковании норм действующего законодательства, обстоятельств дела.

Согласно части 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны, в связи с чем расходы на оплату услуг представителя и на оплату государственной пошлины по настоящему делу относятся на истца.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Двадцатый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Рязанской области.

На решение, вступившее в законную силу, через Арбитражный суд Рязанской области может быть подана кассационная жалоба в случаях, порядке и сроки, установленные Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Судья А.В. Матин