Решение от 24 июня 2019 г. по делу № А55-2980/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД Самарской области

443045, г.Самара, ул. Авроры,148, тел. (846) 226-56-17

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

24 июня 2019 года

Дело №

А55-2980/2019

Резолютивная часть решения объявлена 17 июня 2019 года

Решение в полном объеме изготовлено 24 июня 2019 года

Арбитражный суд Самарской области

в составе

судьи Каленниковой О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Смирнягиной С.А.,

рассмотрев в судебном заседании 17 июня 2019 года дело по иску

Федерального казенного учреждения "Исправительная колония № 13 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Самарской области", 443527, с. Спиридоновка, Самарская область, Волжский район, ул. Набережная участок 35

к Федеральному государственному унитарному предприятию "Центр информационно-технического обеспечения и связи Федеральной службы исполнения наказаний" Самарский филиал, 394072, г. Воронеж, Воронежская область, ул. Иркутская д. 1 А; Россия 445359, г. Жигулевск, Самарская область, ул. Радиозаводская д. 7

о взыскании 25 524 руб. 20 коп.

при участии:

от истца - представитель ФИО1, доверенность от 07.04.2017 №64/ТО/41-вн.1-9,

от ответчика - не явился, извещен

Установил:

Федеральное казенное учреждение "Исправительная колония № 13 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Самарской области" обратилось в Арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением к Федеральному государственному унитарному предприятию "Центр информационно-технического обеспечения и связи Федеральной службы исполнения наказаний" Самарский филиал о взыскании 25 524 руб. 20 коп., в том числе 23 623 руб. 80 коп. - неосновательное обогащение, возникшее вследствие неосновательного сбережения денежных средств по оплате тепловой энергии в течение 2014 года, 1 900 руб. 40 коп. - проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 07.06.2017 по 31.05.2018.

Определением от 13.02.2019 исковое заявление принято к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со ст. 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От истца 07.03.2019 поступили дополнительные документы и пояснения, которые судом приобщены к материалам дела.

От ответчика 06.03.2019 поступил отзыв на исковое заявление, в котором ответчик указал на ненаправление ему актов об оказании услуг от 28.10.2014 № 807, от 31.10.2014 № 851, от 30.11.2014 № 936, от 29.12.2014 № 1047 и соответствующие им счета-фактуры от 28.10.2014 № 1014, от 31.10.2014 № 1048, от 30.11.2014 № 1170, от 29.12.2014 № 1310, на общую сумму 23 623 руб. 80 коп.

Кроме того, ответчик пояснил, что истцом не представлено доказательств факта несения расходов по коммунальным платежам, а также расчета коммунальных услуг (показания приборов учета либо пояснения по расчетному методу определения стоимости коммунальных услуг, потребленных ответчиком). В нарушение ч.5. ст. 4. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено доказательств соблюдения истцом досудебного порядка урегулирования спора в части направления ответчику претензии в юридический адрес истца. Одновременно ответчик указывает на неполучение копии искового заявления и прилагаемых к нему документов.

Помимо этого, ответчиком заявлено о пропуске срока исковой давности.

Истец 29.03.2019 представил письменные возражения по ходатайству ответчика о пропуске срока исковой давности, кроме того, ходатайствовал о рассмотрении дела о общим правилам искового производства.

В ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства суд пришел к выводу о том, что имеются основания для рассмотрения дела по общим правилам искового производства, предусмотренные частью 5 статьи 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а именно: необходимо выяснить дополнительные обстоятельства или исследовать дополнительные доказательства.

Определением от 08.04.2019 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства в соответствии с ч. 5 ст. 227 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ответчик явку представителя в судебное заседание не обеспечил.

Корреспонденция, направленная ответчику по адресу его места нахождения, указанному в выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, а именно: 445359, Россия, г. Жигулевск, Самарская область, ул. Радиозаводская д. 7, возвращена отправителю органом почтовой связи с отметкой об истечении срока хранения.

Суд счел ответчика в силу п.2 ч.4 ст. 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации извещенным надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в исковом заявлении, отзыве на исковое заявление, суд не находит оснований для удовлетворения исковых требований по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между истцом (ссудодателем) и ответчиком (ссудополучателем) 20.12.2013 был заключен договор №2/БП-2013 безвозмездного пользования объектом нежилого фонда, закрепленного на праве оперативного управления за Федеральным казенным учреждением "Исправительная колония № 13 Управления Федеральной службы исполнения наказаний по Самарской области", предметом которого являлась передача в безвозмездное пользование последнему торгового зала магазина площадью 15,2 кв. м., являющегося частью помещения магазина общей площадью 31,1 кв. м., для использования в целях организации розничной торговли продуктами питания и первой необходимости для нужд осужденных, отбывающих наказание в учреждении.

Согласно п. 2.4.2 договора ссудополучатель обязался поддерживать объект в исправном состоянии, производить за свой счет текущий ремонт и нести коммунальные расходы; самостоятельно или за свой счет принимать все необходимые меры для обеспечения функционирования всех инженерных систем занимаемого объекта: центрального отопления, горячего и холодного водоснабжения, канализации, электроснабжения (п. 2.4.3 договора); ссудополучатель обязался заключить договор с организациями – поставщиками услуг ТЭР на поставку этих услуг в качестве абонента и (или) субабонента, а также по уборке и вывозу ТБО с территории, непосредственно примыкающей к объекту (п. 2.4.8 договора).

В соответствии с актом приема-передачи объекта нежилого фонда, прилагаемым к договору, передаваемый в безвозмездное пользование объект благоустроен в части подключения к системе отопления от групповой котельной.

Истец указал, что учреждение является самостоятельным производителем тепловой энергии для собственных нужд. На праве оперативного управления учреждения находятся две котельные. Однако ответчик, пользуясь помещением площадью 31, 1 кв.м., не несет коммунальные расходы, при этом помещение, будучи оборудованным отопительными приборами центрального отопления, в течение отопительного периода в названном году от теплоснабжения не отключалось.

Таким образом, истец полагает, что ответчик без установленных сделкой оснований приобрел тепловую энергию за счет истца, вследствие чего сберег денежные средства по оплате тепловой энергии в 2014 году.

С целью возмещения действительной стоимости затраченной на отопление переданного в безвозмездное пользование помещения в 2014 году истец направил ответчику акты об оказании услуг от 28.10.2014 № 807, от 31.10.2014 № 851, от 30.11.2014 № 936, от 29.12.2014 № 1047 и соответствующие им счета-фактуры от 28.10.2014 № 1014, от 31.10.2014 № 1048, от 30.11.2014 № 1170, от 29.12.2014 № 1310, на общую сумму 23 623 руб. 80 коп., в ответ на которые ответчик в письме от 23.06.2015 № 108-513 запросил дополнительную информацию, необходимую ему для оплаты. Названная информация направлена ответчику письмом с регистрируемым почтовым отправлением 44352728003509, которое получено адресатом 13.08.2015.

Поскольку оплата произведена не была, истец в порядке досудебного урегулирования спора направил ответчику претензии от 27.04.2017 № 64/ТО/41/21-2536 и №64/ТО/41/21 от 19.06.2017 (почтовое извещение №44352755700105).

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

Согласно ст. 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно статье 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 Кодекса. Правила, предусмотренные главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли. Для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимо, во-первых, чтобы обогащение одного лица (приобретателя (ответчика) произошло за счет другого (потерпевшего (истца), и, во-вторых, чтобы такое обогащение произошло при отсутствии установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований или последующем их отпадении. При этом не имеет значения, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения обогатившегося, самого потерпевшего или третьих лиц либо произошло помимо их воли.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, каждое лицо, участвующее в деле должно доказать те обстоятельства, на которые оно ссылается как на обоснование своих требований и возражений.

Распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования. Исходя из объективной невозможности доказывания факта отсутствия правоотношений между сторонами, суду на основании статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо делать вывод о возложении бремени доказывания обратного (наличие какого-либо правового основания) на ответчика.

Ответчик заявил о пропуске срока исковой давности.

В соответствии со статьей 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии с п. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу п. 1 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно ст. 208 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом; требования вкладчиков к банку о выдаче вкладов; требования о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина. Однако требования, предъявленные по истечении трех лет с момента возникновения права на возмещение такого вреда, удовлетворяются за прошлое время не более чем за три года, предшествовавшие предъявлению иска, за исключением случаев, предусмотренных Федеральным законом от 6 марта 2006 года N 35-ФЗ "О противодействии терроризму"; требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения (статья 304); другие требования в случаях, установленных законом.

Пунктом 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2001 г. N 15, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2001 г. N 18 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснялось, что в соответствии со статьей 200 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права, независимо от того, кто обратился за судебной защитой: само лицо, право которого нарушено, либо в его интересах другие лица в случаях, когда закон предоставляет им право на такое обращение.

Аналогичная правовая позиция впоследствии нашла отражение в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности".

Согласно разъяснению, содержащемуся в указанном выше пункте, при обращении в суд органов государственной власти, органов местного самоуправления, организаций или граждан с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов других лиц в случаях, когда такое право им предоставлено законом (часть 1 статьи 45 и часть 1 статьи 46 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, часть 1 статьи 52 и части 1 и 2 статьи 53, статья 53.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), начало течения срока исковой давности определяется исходя из того, когда о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, узнало или должно было узнать лицо, в интересах которого подано такое заявление.

Возражая против заявленного ответчиком пропуска срока исковой давности, истец указал, что норма ч. 2 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает начало течения срока исковой давности по обязательствам с определенным сроком исполнения - по окончании срока исполнения, а по обязательствам, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, - со дня предъявления кредитором требования об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования. При этом срок исковой давности, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня возникновения обязательства.

По мнению истца, содержание гл. 60 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяет сделать вывод о том, что обязательство вследствие неосновательного обогащения является обязательством с неопределенным сроком исполнения, моментом возникновения названных обязательств является момент предъявления кредитором подобного требования должнику. Ссылок на доказательства наличия между истцом и ответчиком соглашений о порядке и сроках возмещения неосновательного обогащения, заявление не содержит.

Таким образом, истец указывает, что вышеприведенные нормы, в совокупности с доказательствами, имеющимися в материалах дела, свидетельствуют о том, что начало течения срока исковой давности, применительно к рассматриваемому исковому заявлению, устанавливается с момента предъявления истцом требования об исполнении ответчиком обязательства вследствие неосновательного обогащения, который, в свою очередь, подтверждается датой направления в адрес ответчика (его филиала) претензии № 64/ТО/41/21-2536. Указанная дата определена как 27.04.2017 С указанной даты начинается исчисление срока исковой давности, установленного ч. 1 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации Окончание указанного срока исковой давности приходится на дату 26.04.2020.

Начало течения десятилетнего ограничительного срока для защиты нарушенного права, устанавливаемого абз. 2 ч. 2 ст. 200 Гражданского кодекса Российской Федерации определяется с момента возникновения обязательства. Применительно к обязательствам вследствие неосновательного обогащения, датой возникновения последнего следует считать дату, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Применительно к обстоятельствам рассматриваемого спора, даты возникновения обязательств определяются исходя из приобщенных к материалам дела актов об оказании услуг от 28.10.2014 № 807, от 31.10.2014 № 851, от 30.11.2014 № 936, от 29.12.2014 № 1047 и соответствующих им счетов-фактур от 28.10.2014 № 1014, от 31.10.2014 № 1048, от 30.11.2014 № 1170, от 29.12.2014 № 1310. Исходя из календарной даты наиболее раннего из указанных документов, десятилетний срок истекает 27.10.2024.

Таким образом, истец полагает, что на момент подачи искового заявления срок исковой давности не истек.

Однако ссылка истца на 10-летний срок исковой давности в соответствии с п. 2 ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации основана на ошибочном толковании норм Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об исковой давности по обязательствам, вытекающим из договора. Пункт 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации распространяет свое действие лишь на обязательства, срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования, что в настоящем случае отсутствует.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43 (ред. от 07.02.2017) "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" началом течения такого десятилетнего срока, за исключением случаев, предусмотренных пунктом 1 статьи 181 и абзацем вторым пункта 2 статьи 200 ГК РФ, является день нарушения права. Если иное прямо не предусмотрено законом, для целей исчисления этого срока не принимается во внимание день, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, и указанный срок не может быть восстановлен.

Как следует из п.п. 24, 25 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 N 43, по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Срок исковой давности по требованию о взыскании неустойки (статья 330 ГК РФ) или процентов, подлежащих уплате по правилам статьи 395 ГК РФ, исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу, определяемому применительно к каждому дню просрочки.

По смыслу указанных разъяснений данная норма распространяется и на требования о взыскании неосновательного обогащения, составляющего стоимость потребленной тепловой энергии, которая оплачивается по истечении каждого календарного месяца потребления. Как указал истец, он направлял в адрес ответчика ежемесячные акты об оказании услуг. Поэтому о неоплате тепловой энергии за период 2014 года истец был осведомлен по истечении каждого месяца.

Ссылка истца на определение начала течения срока исковой давности с момента направления претензии №64/ТО/41/21-2536 от 27.04.2017 также признается судом необоснованной, так как нарушает положения ст. 196 Гражданского кодекса Российской Федерации. Иное приведет к тому, что истец будет обладать возможностью произвольно изменять момент начала исчисления срока исковой давности своим односторонним действием, выбирая момент оплаты понесенных расходов и (или) направления соответствующей претензии.

Поскольку истец заявил о взыскании суммы неосновательного обогащения за 20114 года, а исковое заявление поступило в арбитражный суд 06.02.2019, суд приходит к выводу о пропуске срока исковой давности.

При указанных обстоятельствах в удовлетворении требований о взыскании 23 623 руб. 80 коп. - неосновательного обогащения, возникшего вследствие неосновательного сбережения денежных средств по оплате тепловой энергии в течение 2014 года, следует отказать.

В силу пункта 2 статьи 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации на сумму неосновательного денежного обогащения подлежат начислению проценты за пользование чужими средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации) с того времени, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

Истец просил взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами вследствие их неосновательного обогащения, которые по расчету истца составили сумму в размере 1 900 руб. за период с 07.06.2017 по 31.05.2018.

В силу пункта 1 статьи 207 Гражданского кодекса Российской Федерации с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство и т.п.), в том числе возникшим после истечения срока исковой давности по главному требованию.

Поскольку требование о взыскании неосновательного обогащения удовлетворению не подлежит, основания для удовлетворения требования истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами также отсутствуют.

В силу ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины подлежат отнесению на истца и понесены им при подаче искового заявления.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.

Судья

/
О.Н. Каленникова