Постановление от 19 мая 2024 г. по делу № А29-12199/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Нижний Новгород Дело № А29-12199/2021 20 мая 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 14.05.2024.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Прытковой В.П., судей Белозеровой Ю.Б., Ионычевой С.В.

при участии представителей от акционерного общества «Транснефть-Север»: ФИО1 по доверенности от 22.12.2022 № 21-06/333 от ФИО2: ФИО3 по доверенности от 12.08.2022

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Транснефть-Север»

на определение Арбитражного суда Республики Коми от 18.12.2023 и на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 19.02.2024 по делу № А29-12199/2021

по ходатайству финансового управляющего ФИО4 о завершении процедуры реализации имущества ФИО2

и у с т а н о в и л :

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 финансовый управляющий её имуществом ФИО4 обратился в Арбитражный суд Республики Коми с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника.

Кредитор ФИО2 – Общество с ограниченной ответственностью «Транснефть-Север» (далее – Общество) ходатайствовало о неосвобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед ним.

Арбитражный суд Республики Коми определением от 18.12.2023, оставленным без изменения постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 19.02.2024, завершил процедуру реализации имущества, освободив ФИО2 от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами в части применения к ФИО2 правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств, Общество обратилось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит их в указанной части отменить, направить дело на новое рассмотрение.

В кассационной жалобе заявитель приводит следующие доводы.

Суды двух инстанций пришли к неверному выводу об отсутствии в действиях ФИО2 признаков недобросовестности. Из материалов дела следует, что должник незаконно распорядился денежными средствами в сумме 17 500 000 рублей, списанными с расчетного счета Общества в безакцептном порядке по исполнительному листу. При этом полученные денежные средства ФИО2 незамедлительно перевела на расчетный счет своего отца ФИО5 Впоследствии решение о взыскании с кредитора задолженности в пользу должника было отменено, однако денежные средства ФИО2 не возвратила. Осуществление действий по распоряжению денежными средствами, являющимися предметом незавершенного судебного спора, повлекло образование у ФИО2 задолженности, послужившей единственной причиной последующего банкротства должника.

ФИО2 несвоевременно исполнила обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве. О невозможности возврата Обществу денежных средств должнику стало известно не позднее 20.03.2019, однако заявление о банкротстве подано 07.10.2021. Такое длительное неисполнение обязанности по обращению в арбитражный суд, по мнению кредитора, обусловлено исключительно желанием ФИО2 дождаться истечения срока для оспаривания сделки по распоряжению денежными средствами.

Должник в ходе рассмотрения дела о банкротстве представил суду недостоверные сведения о своем имущественном положении, о месте фактического проживания, а также скрывал источники дополнительных доходов. Размер заработной платы ФИО2 (19 110 рублей 59 копеек) не позволял ей обеспечивать себя и несовершеннолетнего ребенка, внести денежные средства на депозит арбитражного суда для оплаты вознаграждения финансового управляющего, а также привлечь профессиональных юристов для оказания юридической помощи по делу о банкротстве. Кроме того, собственную квартиру должник сдал в аренду по договору найма от 14.04.2022 за 25 000 рублей в месяц, проживает совместно с матерью, и скрыл данное обстоятельство от кредиторов.

Таким образом, кредитор указал на наличие в действиях должника признаков недобросовестности, исключающих возможность его освобождения от дальнейшего исполнения обязательств, однако суды не дали надлежащей оценки приведенным Обществом доказательствам.

Отзывы на кассационную жалобу в суд округа не поступили.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, Арбитражный суд Республики Коми решением от 29.04.2022 признал ФИО2 несостоятельной (банкротом), ввел в отношении нее процедуру реализации имущества, утвердил финансовым управляющим ФИО4

Реестр требований кредиторов должника сформирован в сумме 17 251 000 рублей, из которых 17 242 572 рубля 10 копеек – требования Общества.

Требования кредиторов погашены на сумму 130 347 рублей.

Финансовый управляющий представил в суд первой инстанции ходатайство о завершении процедуры реализации имущества должника, а также отчет о результатах проведения процедуры, иные документы, предусмотренные Законом о банкротстве.

Суды первой и апелляционной инстанций, удовлетворив ходатайство финансового управляющего и завершив процедуру реализации имущества должника, исходили из того, что все необходимые мероприятия проведены, причин для ее продления не имеется. Суды пришли к выводу о возможности освобождения ФИО2 от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, Арбитражный суд Волго-Вятского округа не установил правовых оснований для их отмены.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее – освобождение гражданина от обязательств).

Закрепленные в законодательстве о несостоятельности граждан положения о неосвобождении от обязательств недобросовестных должников направлены на исключение возможности получения должником несправедливых преимуществ и обеспечение тем самым защиты интересов кредиторов. Возможность применения правила об освобождении должника от исполнения обязательств зависит от его добросовестности.

Обычным способом прекращения гражданско-правовых обязательств и публичных обязанностей является их надлежащее исполнение.

Институт банкротства граждан предусматривает иной – экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, – списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина – предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им.

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие, помимо прочего, честное сотрудничество с кредиторами.

В обоснование позиции об отсутствии оснований для освобождения ФИО2 от исполнения обязательств перед Обществом последнее ссылается на то, что должник совершил недобросовестные действия – перечислил полученные от кредитора денежные средства отцу, вследствие чего Общество утратило возможность получить их обратно после принятия судом апелляционной инстанции определения о повороте исполнения решения Ухтинского городского суда Республики Коми о взыскании выкупной цены ренты; кроме того, в ходе процедуры банкротства ФИО2 скрывала свое место жительства и сообщила недостоверные сведения относительно финансового положения.

Проанализировав в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства применительно к аргументам Общества, суды двух инстанций пришли к выводу, что с учетом конкретных фактических обстоятельств настоящего спора оснований для неприменения к ФИО2 правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредитором не имеется.

Суды исследовали обстоятельства, в результате которых у ФИО2 возникло обязательство перед Обществом, и установили следующее.

ФИО5 (отец должника) являлся получателем постоянной ренты от Общества на основании договора от 12.05.1997 № Р-4.

ФИО5 и ФИО2 заключили договор уступки права требований, по условиям которого получатель ренты безвозмездно передал должнику право требования по договору от 12.05.1997 № Р-4.

Общество направило ФИО2 уведомление об отказе от дальнейшей выплаты ренты путем её выкупа с выкупной ценой 24 240 рублей.

Денежные средства в указанной сумме, а также накопленный доход за период между последней рентной выплатой и моментом её выкупа, перечислены на счет должника 31.08.2017.

Между сторонами возник спор относительно определения выкупной цены ренты, в связи с чем ФИО2 обратилась в Ухтинский городской суд Республики Коми, который решением от 10.05.2018 по делу № 2-83/2018, оставленным без изменения апелляционным определением Верховного суда Республики Коми от 23.07.2018 по делу № 33-4558/2018, удовлетворил иск должника и взыскал в его пользу с Общества 17 504 210 рублей.

Денежные средства в пользу ФИО2 списаны со счета Общества инкассовым поручением от 06.09.2018 № 251.

Должник тремя платежами от 10.09.2018 перечислил данные денежные средства своему отцу ФИО5

Впоследствии Президиум Верховного суда Республики Коми постановлением от 19.12.2018 по делу № 44г-27/2018 отметил апелляционное определение от 23.07.2018 и направил дело на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

По результатам повторного рассмотрения дела Верховный суд Республики Коми апелляционным определением от 11.02.2019 по делу 33-485/2019 отменил решение от 10.05.2018, отказал должнику в удовлетворении иска и осуществил поворот исполнения судебного акта путем взыскания с ФИО2 в пользу Общества денежных средств в размере 17 504 210 рублей.

Невозможность исполнить требования перед данным кредитором послужила основанием для обращения ФИО2 в арбитражный суд с заявлением о собственном банкротстве.

В ходе производства по делу финансовый управляющий оспорил операции по перечислению денежных средств в пользу ФИО5, указав, что они осуществлены при злоупотреблении правом в целях причинения вреда имущественным интересам кредиторов.

Арбитражный суд Республики Коми определением от 22.11.2022 удовлетворил заявление.

Второй арбитражный апелляционный суд постановлением от 16.03.2023 отменил определение, отказал финансовому управляющему в удовлетворении заявления. Апелляционный суд указал, что в материалах дела отсутствуют доказательства, подтверждающие осуществление платежей со злоупотреблением права, поскольку на

момент их совершения ФИО2 имела законные основания для распоряжения денежными средствами, присужденными ей на основании вступившего в законную силу решения суда общей юрисдикции. На момент совершения платежей у должника отсутствовали признаки неплатежеспособности, какие-либо неисполненные обязательства перед кредиторами.

Суды двух инстанций, проанализировав выводы, изложенные в постановлении от 16.03.2023, пришли к выводу об отсутствии оснований для иной оценки действий ФИО2 в рамках рассмотрения вопроса об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Суды согласились с позицией, изложенной в постановлении от 16.03.2023, о том, что последующая отмена Президиумом Верховного суда Республики Коми вступившего в законную силу апелляционного определения, которым была подтверждена законность взыскания в пользу ФИО2 денежных средств, находилась вне воли и влияния должника.

Апелляционный суд также принял во внимание пояснения представителя должника, в соответствии с которыми подобное распоряжение ФИО2 денежными средствами, полученными от Общества, обусловлено тем, что спорная сумма изначально причиталась её отцу ФИО5

Позиция должника соответствует установленным по делу обстоятельствам, так как именно ФИО5 изначально являлся получателем пожизненной ренты от Общества.

В кассационной жалобе Общество настаивает на том, что отказ в признании недействительными сделок по перечислению должником денежных средств своему отцу не препятствует квалификации данных действий как недобросовестных при рассмотрении вопроса о применении или неприменении к ФИО2 правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств.

С учетом того, что данные платежи оспаривались финансовым управляющим по основанию их совершения при злоупотреблении правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), указанная позиция кредитора не может быть признана судом округа обоснованной.

При этом Общество реализовало предоставленное ему право на кассационное обжалование постановления апелляционного суда от 16.03.2023, суд округа постановлением от 03.08.2023 оставил обжалованный судебный акт без изменения. В кассационной жалобе кредитор приводил доводы, аналогичные заявленным в настоящем споре, и они получили надлежащую правовую оценку. Таким образом, кредитор фактически стремится заново обжаловать постановление от 16.03.2023 способом, который не предусмотрен действующим законодательством, что недопустимо.

Общество также полагает, что ФИО2, доподлинно осведомленная о невозможности исполнения перед ним обязательств на сумму более 17 000 000 рублей, намеренно затягивала подачу заявления о собственном банкротстве, преследуя недобросовестную цель – обеспечение истечения срока давности для оспаривания сделок по перечислению денежных средств её отцу по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

Указанный аргумент кредитора был предметом рассмотрения судов и мотивированно отклонен, со ссылкой на то, что задолженность перед Обществом частично погашалась в ходе исполнительного производства.

Суд апелляционной инстанции учёл пояснения ФИО2, согласно которым существенное ухудшение её материального состояния, повлекшее невозможность дальнейшего возврата Обществу денежных средств, было обусловлено стечением негативных факторов, в том числе расторжением брака.

Кредитор отмечает, что задолженность перед ним погашалась в несущественных (с учетом размера долга) суммах, однако каких-либо самостоятельных мер по этому поводу он не принимал. При этом объем долгового обязательства позволял Обществу инициировать процедуру банкротства ФИО2 в тот период, когда невозможность должника возвратить денежные средства стала ему очевидна.

Кроме того, заявление финансового управляющего о недействительности операций по перечислению ФИО2 денежных средств ФИО5 было рассмотрено по существу, доводы должника о пропуске срока исковой давности для оспаривания сделок отклонены.

Общество также сослалось на совершение ФИО2 иных недобросовестных действий, препятствующих применению к ней правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами, а именно на предоставление недостоверных сведений относительно имущественного положения, препятствование сбору информации о движении денежных средств по расчетным счетам должника, сокрытие сведений о наличии дополнительного дохода от сдачи в аренду жилого помещения.

Указанные доводы рассмотрены и отклонены судами двух инстанций как не соответствующие материалам дела.

В качестве адреса регистрации и фактического проживания в заявлении о банкротстве ФИО2 указала <...>.

Договор сдачи данного жилого помещения в аренду был заключен спустя пять месяцев после обращения должника в суд, 14.03.2022 со сроком действия с 15.03.2022 по 15.02.2023. Факт заключения данного договора ФИО2 не скрывала, о чем свидетельствует то обстоятельство, что его копия представлена в материалы дела финансовым управляющим до даты введения в отношении должника процедуры реализации имущества.

Суды установили, что денежные средства, вырученные от аренды квартиры, поступали в конкурсную массу, не скрывались ФИО2 в ходе процедуры реализации имущества.

Из материалов дела следует, что должник в пояснениях указывал, что в отдельные периоды 2020 года и после возбуждения дела о банкротстве проживала совместно с матерью в принадлежащей последней квартире.

Как отметил апелляционный суд, указанное обстоятельство не повлекло каких-либо негативных последствий для процедуры банкротства, так как ФИО2 активно участвовала в деле, предоставила финансовому управляющему доступ в жилое помещение, расположенное по адресу <...>, не скрывала место фактического проживания.

В отношении аргумента о сокрытии должником доходов, суды установили, что должник получал не только заработную плату по месту трудоустройства (в размере 19 110 рублей ежемесячно), но и алименты, а также социальные выплаты на несовершеннолетнего ребенка.

Позиция Общества о несущественном размере алиментов опровергается материалами дела и отчетом финансового управляющего об использовании денежных средств должника, в котором отражено ежемесячное получение алиментов в различных суммах, в том числе 37 776 рублей 50 копеек, 23 561 рубль 28 копеек, 15 000 рублей, 14 959 рублей 84 копейки, а также социальных выплат на ребенка в размере 76 538 рублей 42 копейки, 15 860 рублей. Доказательств того, что совокупности поступающих должнику денежных средств было недостаточно для обеспечения должника и его несовершеннолетнего ребенка, в связи с чем у ФИО2 имелся

какой-либо иной, не раскрытый перед финансовым управляющим и судом, источник дохода, в деле не имеется.

Суды не усмотрели совершения ФИО2 противозаконных действий, связанных с уклонением от раскрытия информации о расходовании денежных средств, полученных от Общества.

В частности, должник 27.11.2021 представил в суд пояснения, в которых отметил, что для сбора соответствующих документов ему необходимо время, предоставив имеющиеся выписки по счетам.

Затем 06.12.2021 суд первой инстанции вынес резолютивную часть определения об истребовании необходимых сведений напрямую у публичного акционерного общества «Сбербанк России».

Суды пришли к выводу о том, что в подобной ситуации ФИО2 обоснованно могла рассчитывать на то, что необходимые документы и сведения будут предоставлены в суд кредитной организацией. Такое поведение не свидетельствует о наличии в действиях должника признаков недобросовестности.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

– вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

– гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

– доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Совокупность установленных по делу обстоятельств позволила судам прийти к выводу о том, что должник не совершил каких-либо действий, которые применительно к пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве могут быть квалифицированы как основание для отказа в освобождении ФИО2 от дальнейшего исполнения обязательств перед Обществом.

Приведенные в кассационной жалобе доводы не опровергают выводы судов, основанные на исследованных доказательствах, установленных обстоятельствах и нормах права, и не свидетельствуют о наличии в принятых судебных актах нарушений норм материального или процессуального права, приведших к допущению судебной ошибки.

Несогласие заявителя с результатами оценки судами имеющихся в материалах дела доказательств и выводами, сделанными на их основе, достаточным основанием для отмены определения и постановления являться не может, поскольку такая позиция Общества по сути направлена на переоценку имеющихся в деле доказательств и установленных судами фактических обстоятельств, что в силу положений статьи 286

Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в суде кассационной инстанции недопустимо.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебных актов, судом округа не выявлено.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы судом округа не рассматривался, поскольку в статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при подаче кассационных жалоб по данной категории дел не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Коми от 18.12.2023 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 19.02.2024 по делу № А29-12199/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «Транснефть- Север» – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий В.П. Прыткова

Судьи Ю.Б. Белозерова

С.В. Ионычева