Решение от 7 февраля 2024 г. по делу № А51-2090/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-2090/2023
г. Владивосток
07 февраля 2024 года
Резолютивная часть решения объявлена 07 февраля 2024 года.

Полный текст решения изготовлен 07 февраля 2024 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Нестеренко Л.П.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассматривает в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Верадо» (ИНН <***>, ОГРН <***>, дата государственной регистрации 23.09.2014)

к Дальневосточному таможенному управлению (ИНН <***>, ОГРН , дата государственной регистрации 03.06.1992)

о признании незаконным решения

при участии: от заявителя – ФИО2 по доверенности от 09.01.2023, от ответчика – ФИО3 по доверенности от 27.12.2023 № 115,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Верадо» обратилось с заявлением в арбитражный суд о признании незаконным решения Дальневосточного таможенного управления от 10.11.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №№ 10702070/160320/0051134, 10702070/160320/0051181, 10702070/160320/0051389, 10702070/160320/0051422.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 30.01.2024 объявлен перерыв до 13 часов 15 минут 07.02.2024, о чем лица, участвующие в деле, уведомлены в соответствии с Постановлением Пленума ВАС РФ от 25.12.2013 № 99 «О процессуальных сроках» путем размещения информации о перерыве и продолжении судебного заседания в информационном сервисе «Календарь судебных заседаний» на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». По окончанию перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда при участии тех же представителей сторон.

В обоснование заявленных требований представитель общества по тексту заявления, указал, что у таможни отсутствовали основания для непринятия первого метода определения таможенной стоимости и вынесения оспариваемого решения, поскольку заявитель представил все имеющиеся у него и необходимые для подтверждения заявленной таможенной стоимости документы, в полном объеме выполнив обязанность по подтверждению таможенной стоимости, определенной по первому методу.

Представитель таможни по тексту письменного отзыва, а также в судебном заседании по заявленным требованиям возразил, указал, что заявленная декларантом таможенная стоимость значительно отличалась от ценовой информации, имеющейся в таможне, что является признаком её недостоверности; предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях, в связи с чем, таможенный орган обоснованно пришел к выводу о невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Из материалов дела судом установлено, что в 2020 году ООО «Верадо» на таможенную территорию Евразийского экономического союза ввезены и помещены под таможенную процедуру выпуска для внутреннего потребления по ДТ №№ 10702070/160320/0051134, 10702070/160320/0051181, 10702070/160320/0051389, 10702070/160320/0051422 товары - пленка декоративная из полимеров винилхлорида, предназначенная для упаковки продукции промышленного и бытового назначения.

В период с 16.08.2022 по 26.10.2022 в отношении ООО «Верадо» ДВТУ после выпуска товаров проведена проверка документов и сведений, представленных при совершении таможенных операций по спорным ДТ, в части таможенной стоимости товаров, результаты которой отражены в акте проверки документов и сведений после выпуска товаров и (или) транспортных средств от 26.10.2022 № 10700000/211/261022/А035.

По результатам проверки таможенным органом установлено, что заявленные обществом сведения о таможенной стоимости товаров, в частности по ДТ №№ 10702070/160320/0051134, 10702070/160320/0051181, 10702070/160320/0051389, 10702070/160320/0051422, не соответствуют положениям пунктов 9, 10 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, пунктов 1, 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, пункта 3 статьи 40 ТК ЕАЭС

На основании акта проверки документов и сведений после выпуска товаров и (или) транспортных средств от 26.10.2022 № 10700000/211/261022/А035 принято решение от 10.11.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные, в том числе в ДТ №№ 10702070/160320/0051134, 10702070/160320/0051181, 10702070/160320/0051389, 10702070/160320/0051422, в части таможенной стоимости.

В результате изменения сведений в части таможенной стоимости увеличилась сумма начисленных таможенных платежей.

Не согласившись с решением таможенного органа, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере экономической деятельности, общество обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы лиц, участвующих в деле, проанализировав законность оспариваемого решения, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения требований заявителя в силу следующего.

В соответствии со статьей 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решения и действие (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, могут быть обжалованы в арбитражном суде, если они не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на него какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

В соответствии с положениями Договора о Евразийском экономическом союзе с 01.01.2018 в Евразийском экономическом союзе осуществляется единое таможенное регулирование в соответствии с Таможенным кодексом Евразийского экономического союза и регулирующими таможенные правоотношения международными договорами и актами, составляющими право Союза, а также в соответствии с положениями Договора.

В пункте 1 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) определено, что положения главы 5 «Таможенная стоимость товаров» базируются на общих принципах и правилах, установленных статьей VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года (ГАТТ 1994).

По правилам пункта 2 указанной статьи 38 таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Согласно пункту 9 статьи 38 ТК ЕАЭС определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса).

Пунктом 15 указанной статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 Кодекса. В случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 Кодекса, применяемыми последовательно.

Этой же статьей ТК ЕАЭС определено, что при невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии со статьями 41 и 42 Кодекса в качестве основы для определения таможенной стоимости товаров может использоваться либо цена, по которой оцениваемые, идентичные или однородные товары были проданы на таможенной территории Союза, в соответствии со статьей 43 Кодекса, либо расчетная стоимость товаров в соответствии со статьей 44 Кодекса. Декларант имеет право выбрать очередность применения указанных статей при определении таможенной стоимости ввозимых товаров.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении условий, указанных в данном пункте.

Порядок и условия применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1) предусмотрены статьей 39 ТК ЕАЭС, согласно которой таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

В случае если для определения таможенной стоимости ввозимых товаров невозможно применить статьи 39, 41 - 44 Кодекса, определение таможенной стоимости товаров осуществляется в соответствии со статьей 45 Кодекса (абзац 5 пункта 15 статьи 38 ТК ЕАЭС).

В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются дополнительные начисления, к которым относятся и расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза, а если Комиссией в зависимости от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров, и особенностей такой перевозки (транспортировки) определены иные места, - до места, определенного Комиссией.

Пунктом 1 Решения Коллегии ЕАЭК от 22.05.2018 № 83 «О расчете дополнительных начислений при определении таможенной стоимости товаров» установлено, что в случае, если дополнительные начисления указанные в подпунктах 4 и 5 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС, относятся ко всем или нескольким наименованиям товаров ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, определение величины дополнительных начислений, подлежащих добавлению к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за каждое наименование товара, осуществляется пропорционально величине, определяемой отношением веса брутто каждого наименования товара к общему весу брутто товаров, к которым относятся такие дополнительные начисления.

В случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и метод 1 (метод по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется (пункт 2 статьи 39 ТК ЕАЭС).

Пунктом 1 статьи 104 ТК ЕАЭС установлено, что товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

В соответствии с пунктами 2 и 3 статьи 108 ТК ЕАЭС, если в документах, указанных в пункте 1 статьи 108 Кодекса, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

Документы, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации должны быть у декларанта на момент подачи таможенной декларации, за исключением случаев, когда исходя из особенностей таможенного декларирования товаров, установленных законодательством государств-членов о таможенном регулировании в соответствии с пунктом 8 статьи 104 Кодекса или определенных статьями 114 - 117 Кодекса, такие документы могут отсутствовать на момент подачи таможенной декларации.

Одним из правил таможенной оценки является наделение таможенных органов правом убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости исходя из действительной стоимости ввозимых товаров, которое реализуется при проведении таможенного контроля.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

При проведении таможенного контроля таможенные органы применяют в том числе такую форму таможенного контроля как таможенная проверка (статья 322 ТК ЕАЭС).

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

По правилам пункта 3 статьи 324 ТК ЕАЭС проверка таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, может проводиться как до, так и после выпуска товаров.

В соответствии с пунктом 3 статьи 326 Кодекса по результатам проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатой после выпуска товаров, таможенным органом принимаются решения в соответствии с настоящим Кодексом, а по результатам проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в иных случаях - в соответствии с законодательством государств-членов о таможенном регулировании.

Таможенная проверка - форма таможенного контроля, проводимая таможенным органом после выпуска товаров с применением иных установленных настоящим Кодексом форм таможенного контроля и мер, обеспечивающих проведение таможенного контроля, предусмотренных настоящим Кодексом, в целях проверки соблюдения лицами международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов о таможенном регулировании (пункт 1 статьи 331 ТК ЕАЭС).

Подпунктом 2 пункта 6 статьи 331 ТК ЕАЭС установлено, что при проведении таможенной проверки таможенными органами могут проверяться достоверность сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации.

В соответствии со статьей 332 ТК ЕАЭС таможенные органы проводят таможенный контроль после выпуска товаров в течение 3 (трех) лет со дня окончания нахождения товаров под таможенным контролем.

Согласно пункту 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа.

Подпунктом «б» пункта 11 Порядка внесения изменений в ДТ №289 предусмотрено, что после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в ДТ, производится при выявлении по результатам проведенного таможенного контроля (в том числе в связи с обращением) или иного вида государственного контроля (надзора), осуществляемого таможенными органами в пределах своей компетенции в соответствии с законодательством государств-членов: недостоверных сведений, заявленных в ДТ; несоответствия сведений, заявленных в ДТ, сведениям, содержащимся в документах, подтверждающих сведения, заявленные в ДТ; необходимости внесения дополнений в сведения, заявленные в ДТ.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума ВС РФ №49), таможенные органы вправе убеждаться в достоверности декларирования таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с их действительной стоимостью.

Признаки недостоверности сведений о стоимости сделки могут проявляться, в частности, в ее значительном отличии от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов (пункт 10 Постановления Пленума ВС РФ № 49).

Из пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза" (далее - Постановление Пленума № 49) следует, что при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

Положенные в основу заявленного требования доводы общество мотивирует достоверностью представленных таможенному органу сведений о таможенной стоимости ввезенного товара и предоставлением для ее подтверждения необходимого пакета документов

В тоже время из материалов дела следует, что основанием для принятия оспариваемого решения послужило выявление признаков, указывающих на то, что заявленные обществом при декларировании товаров сведения и представленные к таможенному оформлению документы могут являться недостоверными.

В частности, в акте проверки отмечено, что индекс таможенной стоимости товаров, ввезенных по спорным ДТ, составил 1,3 долл.США/кг.

Согласно сведениям с базы данных «Малахит» отклонение заявленных индексов таможенной стоимости товаров составило: по ДТ №№ 10702070/160320/0051134, 10702070/160320/0051181 по ФТС России - 35,32%.; по ДВТУ - 32,29%; по ДТ №№ 10702070/160320/0051389, 10702070/160320/0051422 по ФТС России - 35%; по ДВТУ - 32,29%.

Кроме того, ДВТУ выявлено, что аналогичные товары того же производителя, задекларированные иными участниками внешнеэкономической деятельности, например, в ДТ 10702070/030919/0176713, 10702070/101019/0209239, 10702070/101219/0261171, 10702070/191119/0242518, 10702070/261019/0222162, 10702070/290120/0022461, 10702070/291019/0224065, имеют уровень заявленной и принятой таможенными органами стоимости товаров 2,02 - 2,31 долл. США за кг.

При этом указанный уровень цен идентичных (однородных) товаров сложился по прямым поставкам между иными российскими импортерами и производителем товаров – компанией «ZHEJING MSD NEW MATERIAL CO., LTD».

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что у таможни имелись законные основания для проведения проверки заявленной таможенной стоимости, в силу которого у декларанта были запрошены дополнительные пояснения и документы по факторам, влияющим на значительно низкую цену декларируемых товаров по сравнению с ценой на идентичные или однородные товары.

Между тем, достоверность и количественная определенность заявленной таможенной стоимости не были подтверждены в ходе таможенного контроля, исходя из содержания и характера представленных коммерческих документов и документов, сопутствующих спорным поставкам, что в рассматриваемой ситуации не устранило сомнения таможни в обоснованности применения первого метода таможенной стоимости.

Как подтверждается материалами дела, при таможенном оформлении ввезенного товара и в ходе контрольных мероприятий обществом в качестве подтверждающих документов по ДТ №№ 10702070/160320/0051134, 10702070/160320/0051181, 10702070/160320/0051389, 10702070/160320/0051422 были представлены следующие документы: внешнеторговый контракт от 01.02.2020 № 15 PVSPRING_VER-FOB, приложения к контракту, инвойсы, коносаменты, упаковочные листы, заявления на перевод с дополнительными соглашениями, отчеты агента, прайс-листы, запрос у инопартнера экспортной декларации, ведомость банковского контроля, выписки по счетам.

В частности, в отношении товаров по ДТ №10702070/160320/0051134 обществом были представлены приложение от 05.03.2020 №31, инвойс №VER-FOB-031 от 05.03.2020, упаковочный лист, отчеты агента от 13.03 №1509,1508 и другие документы.

В части товаров по ДТ №10702070/160320/0051181 декларантом были представлены приложение от 04.03.2020 №34, инвойс от 04.03.2020 №VER-FOB-034, прайс-лист, отчет агента от 13.03.2020 №1489 и другие документы.

В части товаров по ДТ №10702070/160320/0051389 декларантом были представлены приложение от 17.02.2020 №19, инвойс от 17.02.2020 №VER-FOB-019, прайс-лист, отчет агента от 07.03.2020 №1389 и другие документы.

В части товаров по ДТ №10702070/160320/0051422, обществом были представлены приложение от 06.03.2020 №20, инвойс №VER-FOB-020 от 06.03.2020, прайс-лист, отчеты агента от 22.03.2020 №1519, 1521,1513, и другие документы.

Анализ указанных документов показывает, что по условиям пункта 1.1 внешнеторгового контракта от 01.02.2020 № 15 PVSPRING_VER-FOB, заключенного ООО «Верадо» (Покупатель) с китайской компанией ZHEJIANG SPRINGAIR GROUP CO., LTD (Продавец), продавец продал, а покупатель купил товары для промышленного производства, товары народного потребления, различные виды пленку, пленки ПВХ и т.д. в соответствии с приложениями на каждую конкретную партию товара, которые являются неотъемлемой частью данного контракта.

Согласно пункту 1.3 контракта перевозка товаров осуществляется морским транспортом. Отправителем товара в рамках данного контракта может являться третья сторона по инструкции продавца.

Продавец является отправителем товара, а также может назначить отправителя и несет все затраты и риски, связанные с отгрузкой товара и его доставкой до указанного порта в стране отправления (пункт 1.4 контракта).

В пункте 2.1 контракта определено, что общая стоимость настоящего договора 1000000 долл. США, FOB Shanghai, Ningbo,Yantian, Shenzhen, Tianjing, Qingdao (Инкотермс 2010).

В силу пункта 3.1 контракта покупателем производится оплата за партию товара следующим образом: - 30% предоплата с момента подписания приложения на поставку до отгрузки на судно; - 70% в течение 90 дней после отгрузки на судно (после получения коносамента).

Покупатель имеет право оплатить товар до момента его поставки на территорию РФ, условия оплаты отдельной партии товаров могут быть согласованы в приложении на конкретную поставку.

На основании пункта 3.3 контракта оплата за поставляемый товар осуществляется на реквизиты продавца в соответствии с дополнением к контракту, оплата может быть произведена в адрес третьего лица.

С учетом достигнутых договоренностей между сторонами внешнеэкономической сделки в приложениях к контракту была согласована поставка товаров «пленка декоративная из полимеров винилхлорида, непористая, неармированная, неслоистая, без подложки» различных размеров, в том числе: в приложении от 05.03.2020 № 31 на сумму 55487,71 долл.США; в приложении от 04.03.2020 № 34 на сумму 27733,51 долл.США; в приложении от 17.02.2020 №19 на общую сумму 27800,06 долл.США; в приложении от 06.03.2020 №20 на сумму 83270,13 долл.США.

Аналогичная стоимость товаров была указана в инвойсах, выставленных инопартнером.

В этой связи в графах 22, 42, 45 спорных деклараций общество заявило указанную стоимость ввезенных товаров и произвело исчисление таможенных платежей от указанной стоимости, включая расходы на перевозку.

Между тем достоверность указанных сведений не нашла своего подтверждения в ходе проверки документов и сведений после выпуска товаров, что обоснованно было принято ДВТУ в качестве основания для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами», исходя из следующего.

По условиям вышеуказанных приложений к контракту оплата производится покупателем в течение 60 дней с момента отгрузки товара продавцом.

Оплата товара должна быть произведена по следующим банковским реквизитам: бенефициар – компания «ZHEJING SPRINGAIR GROUP CO., LTD», банк бенефициара – Hangzhou United Rubal Commercial Bank Co Ltd.

В целях подтверждения цены, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, обществом в материалы дела представлены:

к ДТ № 10702070/160320/0051134 заявления на перевод: от 18.05.2020 № 83 на сумму 70 000 долл. США, согласно которому денежные средства в размере 26 678,95 долл. США переведены на счет компании ZHEJIANG SPRINGAIR GROUP CO.,LTD; от 18.05.2020 № 85 на сумму 11 111,94 долл. США, согласно которому денежные средства в размере 2 785,19 долл. США переведены на счет компании Estar (Н.К) electronics Co., Limited (Гонконг); от 19.05.2020 № 86 на сумму 57 701,15 долл. США, согласно которому денежные средства в размере 26 023,57 долл. США переведены на счет компании Zhejiang Huarong Battery Co., Ltd (Китай).

к ДТ № 10702070/160320/0051181 заявления на перевод от 18.05.2020 № 84, согласно которому денежные средства в размере 12 639,11 долл. США переведены на счет компании Changzhou Fushijing Decorative Materials Co., Ltd (Китай); от 19.05.2020 № 86 на сумму 57 701,15 долл. США, согласно которому денежные средства в размере 3 307,43 долл. США переведены на счет компании Zhejiang Huarong Battery Co., Ltd (Китай); от 20.05.2020 № 89 на сумму 29 555,34 долл. США, согласно которому денежные средства в размере 11 786,97 долл. США переведены на счет компании Estar (Н.К) electronics Co., Limited (Гонконг).

к ДТ № 10702070/160320/0051389 заявления на перевод: от 19.05.2020 № 87, согласно которому денежные средства в размере 21 132,20 долл. США переведены на счет компании Estar (Н.К) electronics Co., Limited (Гонконг); от 20.05.2020 № 89 на сумму 29 555,34 долл. США, согласно которому денежные средства в размере 989,83 долл. США переведены на счет компании Estar (Н.К) electronics Co., Limited (Гонконг); от 21.05.2020 № 91 на сумму 78 305 долл. США, согласно которому денежные средства в размере 5 678,03 долл. США переведены на счет компании ZHEJIANG SPRINGAIR GROUP CO.,LTD.

к ДТ № 10702070/160320/0051422 заявления на перевод: от 19.05.2020 № 88 на сумму 70 200,05 долл. США, согласно которому денежные средства в размере 30 363,05 долл. США переведены на счет компании Zhejiang Bessman Machine Co., Ltd (Китай); от 21.05.2020 № 91 на сумму 78 305 долл. США, согласно которому денежные средства в размере 39 257,52 долл. США переведены на счет компании ZHEJIANG SPRINGAIR GROUP CO.,LTD; от 22.05.2020 № 93 на сумму 33 315,24 долл. США, согласно которому денежные средства в размере 13 649,56 долл. США переведены на счет компании Hangzhou Haoyong Electrical Tools Co., Ltd (Китай).

Таким образом, фактически частичная оплата инвойсовой стоимости товаров произведена в адрес третьих лиц, роль и статус которых в отношении товаров либо связь с Продавцом не установлена.

То обстоятельство, что осуществление платежей на счета третьих лиц было осуществлено в соответствии с дополнительными соглашениями к контракту от 18.05.2020 № 61, № 63, № 64, от 19.05.2020 № 65, № 66, названных выводов суда не отменяет, учитывая, что неотъемлемой частью контракта являются приложения на каждую товарную партию, которыми было зафиксировано соглашение сторон по оплате товара на счета продавца.

При этом документов, обосновывающих объективные причины перевода денежных средств в адрес третьих лиц, не имеющих отношения к производству и продвижению данных товаров, декларантом не представлены.

В частности, в ходе судебного разбирательства общество представило письмо инопартнера от 27.07.2023 на его запрос от 19.07.2023 о статусе компаний, на счета которых были направлены платежи по спорным поставкам, из содержания которого следует только информация о реквизитах иностранных компаний и сфере их деятельности, но не основания для осуществления валютных расчетов с указанными организациями.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС при применении основного метода таможенной оценки ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Однако представленные заявителем документы и пояснения не доказывают осуществление обществом платежей в пользу продавца.

С учетом изложенного суд поддерживает вывод таможенного управления о противоречии представленных в ходе проверки документов и сведений после выпуска товаров дополнительных соглашений к контракту условиям контракта, выраженным в приложениях от 05.03.2020 №31, от 04.03.2020 №34, от 17.02.2020 №19 и от 0906.03.2020 №20, что по смыслу пункта 3 статьи 39 ТК ЕАЭС является ограничением для применения первого метода определения таможенной стоимости товаров.

Одновременно суд принимает во внимание справочную информацию о правилах получения валютной выручки и ее хранения на зарубежных счетах компаниями материкового Китая, доведенной до ДВТУ письмом ФТС России от 05.08.2022 №16-73/44869 с приложением письма Представителя Таможенной службы Российской Федерации в Китайской Народной Республике от 03.08.2022 №25-13-16/0805, согласно которой валютные платежи в рамках внешней торговли должны осуществляться по принципу «получатель валютной выручки – экспортер, отправитель валютного перевода – импортер».

При таких обстоятельствах осуществление обществом валютных платежей в пользу третьих лиц, взаимоотношения которых с продавцом импортируемого товара не следуют из коммерческих и платежных документов, вступает в противоречие с действующим правовым регулированием в стране вывоза спорных товаров.

Довод о наличии у декларанта возможности осуществления перечислений иным лицам в счет исполнения своих обязательств по внешнеторговому контракту не отменяет обязанность общества документально подтвердить заявленную таможенную стоимость количественно определяемыми документами, что соответствует общим требованиям применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, установленным пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, тогда как в спорной ситуации сопоставимость стоимости ввозимых товаров с размером осуществляемых валютных операций не усматривается.

Указание заявителя на то, что документальное подтверждение оплаты ввезенного товара прослеживается из ведомости банковского контроля, судом не принимается, поскольку по материалам уголовного дела и акта камеральной таможенной проверки от 24.05.2022 №10702000/210/240522/А000043 стоимость ввезенных в рамках контракта от 01.02.2020 №15 PVSPRING_VER-FOB товаров по 11 таможенным декларациям была установлена в ином размере, что превышает стоимость задекларированных товаров по этим же декларациям на 545 828,72 долл.США.

В этой связи размер отраженных в ведомости банковского контроля платежей по контракту не соответствует реальной стоимости импортированных товаров и свидетельствует о том, что сведения указанного документа не могут служить доказательством исполнения обществом своих обязательств по оплате ввезенных товаров в полном объёме.

Соответственно в ходе таможенного контроля цена ввозимого товара была подтверждена декларантом документами и пояснениями, имеющими неустранимые противоречия и несоответствия, в связи с чем вывод таможенного управления об отсутствии документального подтверждения и количественной определенности таможенной стоимости товаров по спорным ДТ нашел подтверждение в материалах дела.

Кроме того, суд учитывает, что в рамках проверки документов и сведений после выпуска товаров общество не исполнило запросы таможенного управления и не представило экспортные декларации по товарам, заявленным в ДТ 10702070/160320/0051181, 10702070/160320/0051389, 10702070/160320/0051422, а также сведения о соответствии заявленной таможенной стоимости ввозимых товаров рыночной стоимости аналогичных товаров по информации страны отправления.

Так, в рамках камеральной проверки у общества в пункте 3 требования от 16.08.2022 № 12-02-16/14052 ДВТУ запросило представить в течение 20 календарных дней с даты получения данного требования, помимо прочего экспортные декларации с переводом.

На данное требование Общество направило письма ООО «Верадо» продавцу от 20.08.2022 и продавца обществу от 24.08.2022, содержащие просьбу декларанта о предоставлении экспортных деклараций и ответ продавца о направлении запрашиваемых документов по мере получения. Однако на момент завершения Проверки (26.10.2022) данные документы не представлены таможенному органу.

Экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

Сведения, содержащиеся в экспортной декларации страны вывоза, представляются в таможенный орган страны отправления продавцом товара, у которого отсутствует заинтересованность в предоставлении таможенному органу страны отправления сведений, отличных от сведений, содержащихся в коммерческих документах по сделке, тем более приводящих к завышению таможенной стоимости вывозимого товара.

Представление обществом пояснений о невозможности представить экспортные декларации не свидетельствует о предоставлении доказательств, подтверждающих приобретение товара по цене, сформированной в отсутствие условий и обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, и существовавшей в условиях внешнеторгового оборота в период ввоза спорных товаров для неограниченного круга лиц.

Довод заявителя о запросе таможенными органами у Общества экспортных деклараций по значительному объему ДТ не имеет значения для рассмотрения настоящего спора, поскольку Общество, являясь профессиональным участником внешнеэкономической деятельности, должно предпринимать заблаговременные меры по получению дополнительных документов и сведений, обосновывающих заявленный уровень таможенной стоимости. Более того, данный довод не соответствует действительности, поскольку на момент проведения спорной проверки таможенными органами с мая 2022 года проводилась всего одна таможенная проверка в отношении поставок Общества, срок представления документов по которой к августу 2022 года уже истекал. Иных проверок с августа 2020 года до февраля 2023 года, кроме спорной, в отношении Общества не проводилось. Таким образом, у Общества была реальная возможность представить запрошенные таможенным органом документы, более того в связи с тем, что срок их представления по первоначальному требованию был продлен.

Что касается указания общества на то, что таможенный орган не был лишен возможности самостоятельно запросить экспортные декларации у иностранного продавца или путем межведомственного международного сотрудничества, судом также не принимается, поскольку наличие у таможенного органа полномочий по направлению соответствующего запроса в компетентные органы иностранного государства не отменят предусмотренную законом обязанность лица, осуществляющего ввоз импортного товара, подтвердить обоснованность применения первого метода определения таможенной стоимости.

По смыслу статей 38, 325 ТК ЕАЭС обязанность по представлению документов и сведений, подтверждающих заявленную таможенную стоимость, возлагается на декларанта, вследствие чего риск неполного представления обществом подтверждающих документов в ходе таможенного контроля относится на декларанта и не позволяет последнему восполнять недостатки представленных документов в ходе судебного разбирательства, поскольку по правилам главы 24 АПК РФ законность и обоснованность решения таможенного органа проверяется на дату его принятия, в связи с чем судебное разбирательство не может подменять собой таможенный контроль, имевший место на определенную дату.

Выводы суда согласуются с разъяснениями абзаца второго пункта 14 Постановления Пленума ВС РФ №49.

Что касается экспортной декларации, представленной при таможенном оформлении товаров по ДТ № 10702070/160320/0051134, то судом установлено, что на основании контракта №15 PVSPRING_VER-FOB от 01.02.2020 по условиям FOB к вывозу заявлен товар «пленка» на сумму 55487,71, что согласуется со сведениями, заявленными в ДТ.

В тоже время в нарушение Порядка заполнения таможенной декларации КНР на экспорт/импорт товаров, доведенного письмом ФТС России от 15.04.2019 №16-31/22462, в графе «Грузоотправитель» указанной экспортной декларации наименование иностранной компании отражено без приведения 18-значного кода юридического лица, в графе «Дата отправки» сведения о дате экспорта указаны через знак «-», тогда как формат даты предполагает указание только цифр: сначала год, потом месяц, потом дата

В поле «Код порта отправки» отсутствует цифровой 6-значный код. В соответствии с пунктом 22 Порядка заполнения в поле «Пункт пропуска отправки» должно содержать наименование на китайском языке и код пункта пропуска, из которого вышло транспортное средство международной перевозки с задекларированными товарами. Код пункта пропуска указывается в соответствии с «Классификатором пунктов пропуска Китая», утверждаемым ГТУ КНР. Все коды пунктов пропуска в указанном классификаторе содержат 6 знаков.

В поле «форма сделки» также отсутствует цифровой код классификатора видов сделки, этих норм в соответствии с их официальным толкованием, практикой применения и доктриной в соответствующем иностранном государстве.

В этой связи выявленные в экспортной декларации несоответствия заполнения соответствующих граф обосновано исключили возможность таможенному органу рассматривать данный документ в качестве документа, подтверждающего достоверность заявленной таможенной стоимости по ДТ №10702070/160320/0051134.

Кроме того, согласно дополнительно представленному ответчиком письму Представителя Таможенной службы Российской Федерации в Китайской народной республике от 16.08.2023 № 25-13-16/0871 по результатам проверки экспортных деклараций по номерам коносаментов и контейнеров, датам выпуска товаров спорные товары фактически были выпущены в КНР на экспорт по экспортным декларациям, номера которых отличаются от тех, которые представлены заявителем в материалы дела.

С учетом изложенного, суд считает, что сведения о заявленной декларантом таможенной стоимости в нарушение пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС не являются количественно определяемыми и документально подтвержденными, что является ограничением для применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

Делая указанный вывод, суд отмечает, что письменные пояснения, обосновывающие низкий уровень заявленной цены товара при наличии данных о ввозе аналогичных товаров на территорию ЕАЭС по цене, превышающей указанную декларантом стоимость товаров, последним подготовлены не были.

При этом представление обществом прайс-листов продавца, сформированных в пределах цены товаров, установленной приложением, не может служить доказательством принятия мер по подтверждению заявленной таможенной стоимости, учитывая, что данные прайс-листы не обусловлены соответствующими статистическими, технологическими и сравнительными данными.

Указанная в прайс-листе информация по выбору лица, реализующего товар, может быть как публичной, так и адресованной к конкретному контрагенту с учетом фактически сложившихся правоотношений последнего с продавцом товара. При этом информация прайс-листа может являться лишь справочной либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости.

Какой-либо информации, позволяющей определить стоимостные характеристики товаров по спорным ДТ, исходя из их качества, внешнего вида и коммерческой привлекательности, представленные обществом пояснения на запрос таможни, а равно коммерческие документы по спорным поставкам не содержат.

Делая указанный вывод, суд принимает во внимание, что в ходе таможенного оформления товаров по ДТ №№10702070/160320/0051134, 10702070/160320/0051181, 10702070/160320/0051389, 10702070/160320/0051422 обществом были представлены прайс-листы, согласно которым стоимость одних и тех же товаров варьировалась по разным поставкам в течение одного временного периода.

В частности, из товар «пленка декоративная ПВХ 0,17-0,25 мм *1800 мм» по данным прайс-листа от 04.03.2020, приложенного К ДТ №10702070/160320/0051181 – 51,86 долл.США/рулон, в прайс-листе 05.03.2020, приложенного к ДТ №№ 10702070/160320/0051134, составляет 51,88 долл.США/рулон, а по данным прайс-листа от 06.03.2020, приложенного к ДТ №10702070/160320/0051422, стоимость этого же товара составляет уже 51,90 долл.США/рулон.

Данное ценовое отклонение относительно одних и тех же товаров нашло отражение в коммерческих документах по спорным поставкам, в соответствии с которыми стоимость одних и тех же товаров на сопоставимые даты была указана в различных ценах.

Адресность прайс-листов Продавца, представленных к спорным ДТ, то есть их предназначение непосредственно ООО «Верадо», свидетельствует о том, что указанные в них цены товаров не являются свободными рыночными, а сформированы под влиянием неизвестных условий, количественное определение которых также невозможно по причине отсутствия соответствующей информации в прайс-листах.

Исходя из положений подпункта 2 пункта 1 статьи 39, пункта 2 статьи 39 ТК ЕАЭС, если продажа товаров или их цена зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено, то цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости товаров и метод первый не применим.

При таких обстоятельствах следует признать, что материалами дела не подтверждается формирование отпускной стоимости ввозимых товаров в отсутствие условий и обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено.

Оценивая доводы ДВТУ о том, что дополнительные начисления за вознаграждение агенту (посреднику) и расходы по перевозке товаров, включенные в структуру таможенной стоимости товаров, заявленных в ДТ № 10702070/160320/0051134, не являются количественно определенными и документально подтвержденными, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются следующие дополнительные начисления: расходы в размере, в котором они осуществлены или подлежат осуществлению покупателем, но не включены в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, к которым относятся: расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза, а если Комиссией в зависимости от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров, и особенностей такой перевозки (транспортировки) определены иные места, - до места, определенного Комиссией.

В соответствии с пунктом 3 статьи 40 ТК ЕАЭС указанные в пункте 1 настоящей статьи дополнительные начисления к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, производятся на основании достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации. При отсутствии такой информации метод 1 не применяется.

Из содержащихся в ДТС-1 сведений следует, что декларантом к таможенной стоимости товаров по ДТ № 10702070/160320/0051134 добавлены расходы за вознаграждение агенту (посреднику) в размере 4 000 руб., расходы по перевозке товаров до г. Владивостока в размере 114 002,2 руб., по ДТ № 10702070/160320/0051181 - расходы за вознаграждение агенту (посреднику) в размере 2 000 руб., расходы по перевозке товаров до г. Владивостока в размере 57 741,37 руб., по ДТ № 10702070/160320/0051389 - расходы за вознаграждение агенту (посреднику) в размере 2 000 руб., расходы по перевозке товаров до г. Владивостока в размере 51 988,48 руб., по ДТ № 10702070/160320/0051422 -расходы за вознаграждение агенту (посреднику) в размере 6 000 руб., расходы по перевозке товаров в размере 169 064,73 руб.

В подтверждение указанных дополнительных начислений обществом при таможенном оформлении представлены договор оказания агентских услуг №14-А от 21.10.2014, заключенный с ООО «Транспортно-экспедиционная сеть – ДВ» (агент),

В подтверждение оплаты услуг перевозки по ДТ № 10702070/160320/0051134, декларантом были представлены: отчет агента 13.03.2020 № 1508, отчет агента от 13.03.2020 № 1509, платежное поручение от 23.09.2021 № 502, письмо от 24.09.2021 в адрес ООО «ТЭС-ДВ» о зачете денежных средств по представленному платежному поручению в счет оплаты отчетов агента.

В подтверждение оплаты услуг перевозки по ДТ № 10702070/160320/0051181, декларантом были представлены: отчет агента 13.03.2020 № 1489, платежное поручение от 23.09.2021 № 502 на сумму 1 000 000 руб., письмо от 24.09.2021 в адрес ООО «ТЭС-ДВ» о зачете денежных средств по представленному платежному поручению в счет оплаты отчетов агента.

В подтверждение оплаты услуг перевозки по ДТ № 10702070/160320/0051389, декларантом были представлены: отчет агента 07.03.2020 № 1389, платежное поручение от 23.09.2021 № 502 на сумму 1 000 000 руб., письмо от 24.09.2021 в адрес ООО «ТЭС-ДВ» о зачете денежных средств по представленному платежному поручению в счет оплаты отчетов агента.

В подтверждение оплаты услуг перевозки по ДТ № 10702070/160320/0051422, декларантом были представлены: отчет агента 14.03.2020 № 1513, отчет агента от 14.03.2020 № 1519, отчет агента от 14.03.2020 № 1521, платежное поручение от 15.06.2021 № 314 на сумму 1 000 000 руб., письмо от 15.06.2021 в адрес ООО «ТЭС-ДВ» о зачете денежных средств по представленному платежному поручению в счет оплаты отчетов агента.

В ходе дополнительной проверки - платежные поручения от 23.09.2021 № 502, от 15.06.2021 № 314 и заявление от 15.06.2021 об уточнении платежа.

Сравнительный анализ данных документов со сведениями, заявленными обществом в ДТС-1, показывает их количественную сопоставимость и, как следствие, необоснованность вывода таможни о неполноте структуры заявленной таможенной стоимости по указанной ДТ.

То обстоятельство, что сумма денежных средств по платежному поручению №314 от 15.06.2021 превышает общий размер транспортных услуг по всем перечисленным в этом платежном документе отчетам агента, не свидетельствует об отсутствии документального подтверждения спорных расходов, поскольку отчеты агента содержат подробную расшифровку оказанных обществу услуг и агентского вознаграждения, достоверность которых таможенным управлением не опровергнута.

Ссылки таможенного управления на то, что в нарушение пункта 5.3 указанного договора, оплата оказанных услуг была произведена декларантом несвоевременно, также не учитываются судом как признак недостоверности заявленных дополнительных начислений, поскольку нарушение срока оплаты агентских услуг не отменяет сам факт их оплаты, подтвержденный обществом и агентом в ходе таможенного контроля.

С учетом изложенного суд не усматривает оснований считать, что размер дополнительных начислений по спорным ДТ является документально неподтвержденным и количественно неопределенным.

Давая оценку доводам таможенного органа о невключении в состав дополнительных начислений по всем спорным декларациям стоимости дополнительных расходов в сумме 6000 руб. за контейнер, предусмотренных дополнительным соглашением №1 от 21.10.2014 к агентскому договору, суд отмечает следующее.

Анализ данного соглашения показывает, что агент оказывает принципалу дополнительные услуги по сопровождению груза, которые включают в себя: - помощь в оформлении необходимых документов, - организацию эффективной системы отслеживания грузов, - составление оперативно-суточного плана перевозки грузов, - согласование условий перевозки с контрагентами, - комплекс работ по организации подготовки, отправки и приема груза.

В свою очередь из имеющихся в материалах дела отчетов агента следует, что объем оказанных обществу услуг составили фрахт, сопутствующие услуги (топливный сбор) и агентское вознаграждение.

Каких-либо сведений и документов, подтверждающих оказание обществу агентом иных услуг, не перечисленных в указанных отчетах, из материалов проверки не следует и, более того, не было подтверждено ООО «Транспортно-экспедиционная сеть – ДВ» в ходе таможенного контроля.

В этой связи, принимая во внимание, что в силу прямого указания подпункта 1 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене за эти товары добавляются расходы в размере, в котором они осуществлены или подлежат осуществлению покупателем, суд приходит к выводу о том, что в отсутствие доказательств оказания обществу соответствующих услуг наличие соглашения сторон по стоимости дополнительных услуг не является безусловным доказательством их оказания декларанту.

В этой связи суд не усматривает оснований считать, что структура заявленной таможенной стоимости товаров по спорным ДТ является неполной.

При этом ошибочность отдельных выводов таможни в целом не свидетельствует об отсутствии оснований для принятия решения от 10.11.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары, после выпуска товаров, поскольку документами, представленными в ходе таможенного контроля, заявленная стоимость товаров по спорным ДТ не была подтверждена в заявленном размере, равно как был доказан объективный характер значительного отличия цен на задекларированные товары от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможни, в связи с чем не были устранены сомнения в достоверности заявленной таможенной стоимости.

При таких обстоятельствах следует признать, что материалами дела не подтверждается формирование отпускной стоимости ввозимых товаров в отсутствие условий и обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено.

В этой связи таможня обоснованно в порядке пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары, фактически отказав декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенных товаров по первому методу определения таможенной стоимости.

При этом представленные коммерческие документы относительно спорной поставки содержали сведения о стоимости ввозимых товаров, равной величине заявленной таможенной стоимости по спорным декларациям ДТ, в отсутствие объективных причин её значительного отклонения от ценовой информации, имеющейся в распоряжении таможни.

Как разъяснено в пункте 11 Постановления Пленума ВС РФ №49, в порядке реализации положений пункта 2 статьи 313, пункта 15 статьи 325 Таможенного кодекса декларант вправе предоставить пояснения об экономических и иных разумных причинах значительного отличия стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, имеющейся у таможенного органа, которые должны быть приняты во внимание при вынесении окончательного решения.

Лицо, ввозящее на таможенную территорию товар по цене, значительно отличающейся от сопоставимых цен идентичных (однородных) товаров, должно обладать документами, подтверждающими действительное приобретение товара по такой цене и доступными для получения в условиях внешнеторгового оборота (пункт 12 Постановления Пленума ВС РФ №49).

Между тем, как подтверждается материалами дела, исходя из представленных декларантом документов, у ДВТУ в ходе таможенного контроля отсутствовала возможность убедиться в том, что стоимость товаров, ввезенных по спорным ДТ, является количественно определенной, поскольку заявленные ценовые характеристики указанных товаров не представилось возможным сопоставить с результатами декларирования в стране вывоза.

С учетом изложенного, обстоятельства, выявленные в ходе таможенного контроля, свидетельствуют о заявлении ОО «Верадо» недостоверных сведений о таможенной стоимости товаров, задекларированных в ДТ № 10702070/160320/0051134, 10702070/160320/0051181, 10702070/160320/0051389, 10702070/160320/0051422, поскольку анализ имеющихся в материалах дела доказательств в своей совокупности свидетельствует о том, что общество представило при таможенном оформлении спорных товаров документы, содержащие недостоверные сведения о цене задекларированных товаров.

Суд полагает, что со стороны декларанта отсутствовала должная степень раскрытия информации, позволившая таможенному органу в ходе контрольных мероприятий удостовериться в наличии всех необходимых сведений, подтверждающих обоснованность в рассматриваемом случае первого метода определения таможенной стоимости товаров, заявленных в спорной ДТ.

В силу пункта 9 статьи 38 ТК ЕАЭС определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров.

Как указывалось ранее, таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Учитывая изложенное, суд считает, что стоимость сделки, являющаяся основой для определения таможенной стоимости по первому методу обществом по спорной ДТ не подтверждена, заявленная декларантом в спорной ДТ таможенная стоимость и сведения, относящиеся к ее определению, не основаны на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Исходя из установленных обстоятельств по делу, суд соглашается с выводами таможенного органа, изложенными в оспариваемом решении о том, что декларантом при заявлении таможенной стоимости товаров по спорной ДТ не соблюдены требования пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, что является основанием в неприменении метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами и принятия заявленной таможенной стоимости в соответствии со статьей 39 ТК ЕАЭС.

Изложенные обстоятельства позволяют сделать вывод о том, что декларант не устранил сомнения таможенного органа относительно правомерности выбора декларантом метода по стоимости сделки с возимыми товарами, следовательно, у таможенного органа имелись основания для принятия в порядке пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары по ДТ №№ 10702070/160320/0051134, 10702070/160320/0051181, 10702070/160320/0051389, 10702070/160320/0051422, фактически отказав декларанту в принятии таможенной стоимости ввезенных товаров по первому методу определения таможенной стоимости.

Выбор источника ценовой информации должен быть произведен таможней из числа источников, отраженных в системах специальной таможенной статистики (подпункт 7 пункта 3 статьи 351 ТК ЕАЭС), которая ведется таможенными органами в целях обеспечения задач, возложенных на таможенные органы, а не любых базах данных, формирование которых таможенными органами не контролируется, а потому достоверность которых не может быть обеспечена.

Как установлено судом, таможенная стоимость задекларированного в спорных ДТ товара скорректирована с применением метода по стоимости сделки с однородными товарами по правилам, предусмотренным статьей 42 ТК ЕАЭС.

Согласно статье 37 ТК ЕАЭС «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведенные из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми.

Проверка соблюдения принципа последовательного применения методов определения таможенной стоимости товара и источника ценовой информации, выбранного таможней для изменения сведений о таможенной стоимости товаров по спорным ДТ, показала, что метод определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с однородными товарами» (третий метод) был выбран таможней последовательно, а выбранный источник ценовой информации сопоставим по коммерческим и качественным характеристикам со сведениями о товарах, заявленных в спорных декларациях.

В этой связи суд приходит к выводу о том, что при выборе источника ценовой информации требования статьи 42 ТК ЕАЭС были таможней соблюдены.

Таким образом, поскольку у таможни имелись правовые основания для принятия оспариваемого решения, доводы заявителя о нарушении его прав и законных интересов оспариваемым решением суд отклоняет.

С учетом изложенного, в рассматриваемом случае решение Дальневосточного таможенного управления от 10.11.2022 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ №№ 10702070/160320/0051134, 10702070/160320/0051181, 10702070/160320/0051389, 10702070/160320/0051422, не может быть признано незаконным, поскольку не нарушает права и законные интересы общества.

В соответствии с частью 3 статьи 201 АПК РФ в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

При изложенных обстоятельствах в своей совокупности, суд в силу части 3 статьи 201 АПК РФ отказывает заявителю в удовлетворения его требований и в соответствии со статьей 110 АПК РФ относит на него судебные расходы по уплате государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

р е ш и л:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.


Судья Нестеренко Л.П.