Решение от 10 февраля 2023 г. по делу № А33-85/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



РЕШЕНИЕ

10 февраля 2023 года


Дело № А33-85/2022

Красноярск


Резолютивная часть решения объявлена 03 февраля 2023 года.

В полном объеме решение изготовлено 10 февраля 2023 года.


Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Полищук Е.В., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Водоканал Абанского района" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о признании предписания незаконным,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора:

- муниципального образования Устьянский сельсовет в лице администрации Устьянского сельсовета Абанского района Красноярского края;

- субъекта Российской Федерации - Красноярский край в лице Правительства Красноярского края;

- Министерства промышленности, энергетики и жилищно-коммунального хозяйства Красноярского края (ИНН <***>; ОГРН <***>)

в присутствии в судебном заседании:

от заявителя: ФИО1 – представителя по доверенности от 13.09.2021, личность и полномочия удостоверены удостоверением адвоката №1938;

от ответчика: ФИО2 – представителя по доверенности от 02.11.2022 №24-00-17/12-874-2022, личность удостоверена паспортом, представлен диплом;

от третьего лица (муниципальное образование Устьянский сельсовет в лице администрации Устьянского сельсовета Абанского района Красноярского края) : ФИО3 – представителя по доверенности от 16.01.2023, личность удостоверена паспортом, представлен диплом.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО4, с использованием средств аудиозаписи,



установил:

общество с ограниченной ответственностью "Водоканал Абанского района" (далее - заявитель) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением к Управлению Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю (далее - ответчик) о признании предписания №28403 от 29.09.2021 года незаконным.

Заявление принято к производству суда. Определением от 17.01.2021 возбуждено производство по делу.

Определением от 24.02.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено муниципальное образование Устьянский сельсовет в лице администрации Устьянского сельсовета Абанского района Красноярского края.

Определением от 30.06.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены субъект Российской Федерации - Красноярский край в лице Правительства Красноярского края, Министерство промышленности, энергетики и жилищно-коммунального хозяйства Красноярского края.

Представитель ответчика возражали против заявленных требований в соответствии с доводами, изложенными в отзыве, дал пояснения.

В судебном заседании, в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявлен перерыв до 13 час. 30 мин. 03.02.2023 года, о чем вынесено протокольное определение. Лицам, участвующим в деле, сообщено, что после перерыва судебное заседание будет продолжено в зале судебного заседания № 328 здания Арбитражного суда Красноярского края по адресу <...>.

Сведения о перерыве в судебном заседании размещены на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте разбирательства для участия в судебном заседании после перерыва не явились, явку уполномоченных представителей не обеспечили. Сведения о дате и месте слушания размещены на сайте Арбитражного суда Красноярского края. В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание продолжено в отсутствие лиц, участвующих в деле.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

Общество с ограниченной ответственностью "Водоканал Абанского района" зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц за основным государственным регистрационным номером <***>.

На основании решения о проведении плановой выездной проверки от 24.08.2021 № 525, принятого исполняющим обязанности начальника территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю в г. Канске - исполняющим обязанности главного санитарного врача по г. Канску, Абанскому, Дзержинскому, Иланскому, Ирбейскому, Канскому, Нижнеингашскому и Тасеевскому районам, № 242100410001000542465, контрольного (надзорного) мероприятие в едином реестре контрольных (надзорных) мероприятий, в отношении общества с ограниченной ответственностью "Водоканал Абанского района" в период с 08.09.2021 по 29.09.2021 проведена проверка, в ходе которой выявлены нарушения обязательных требований действующего законодательства.

По результатам проверки составлен акт выездной плановой проверки от 29.09.2021 №28396, выдано предписание от 29.09.2021 №28403, согласно которому Обществу надлежит устранить следующие нарушения:

1.1. п. 3 ст. 18 Федерального закона от 30.03.1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», выразившиеся в отсутствии на водные объекты, используемые в целях питьевого, хозяйственно-бытового водоснабжения (водозаборная скважина, водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина, водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина, водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1.; водозаборная скважина, водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина, водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1), санитарно-эпидемиологических заключений о соответствии водных объектов санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водных объектов;

1.2. п. 77 главы IV Санитарно-эпидемиологические требования к качеству воды питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», п. п. 5, 7 ст. 25 Федерального закона от 07 декабря 2011 г. № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении», выразившиеся в отсутствии согласованной с органами, осуществляющими государственный санитарно-эпидемиологический надзор (контроль), программы производственного контроля качества питьевой воды централизованного водоснабжения на водные объекты: водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1.; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1;

1.3. п. 77 главы IV СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», п.п. 2, 4 ст. 25 Федерального закона от 07 декабря 2011 г. № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении», выразившееся в не проведении производственного контроля качества питьевой воды централизованного водоснабжения (скважины по адресам: <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1.; <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1), в местах водозабора, перед поступлением в распределительную сеть, а также в точках водоразбора внутренней и наружной сети; отсутствии результатов лабораторных исследований качества питьевой воды;

1.4. п. 77 главы IV. Санитарно-эпидемиологические требования к качеству воды питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», выразившееся в отсутствии возможности отбора проб питьевой воды (отсутствии кранов) для проведения лабораторных исследований в местах водозабора по адресам: <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1.; <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1;

1.5. п. п. 1.4, 1.11 СанПиН 2.1.4.1110-02 «Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения», выразившееся в не представлении (отсутствии) проектов зон санитарной охраны (ЗСО), проектов хозяйственно-питьевого водоснабжения (водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1.; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1);

1.6. п. 1.13 СанПиН 2.1.4.1110-02 «Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения», выразившееся в отсутствии (не представлении) санитарно-эпидемиологических заключений о соответствии проектов ЗСО санитарным правилам, не представлении (отсутствии) документов, подтверждающих утверждение ЗСО с органами исполнительной власти (водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1.; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1);

1.7. п. 3.2.1.5 СанПиН 2.1.4.1110-02 «Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения», выразившееся в не оборудовании водозаборов аппаратурой для систематического контроля соответствия фактического дебита при эксплуатации водопровода проектной производительности, предусмотренной при его проектировании и обосновании границ ЗСО (скважины по адресам: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1.; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1).

Срок исполнения предписания установлен до 09.09.2022.

Полагая, что предписание от 29.09.2021 № 28403 противоречит требованиям нормативных актов и нарушает его права, заявитель обратился в Арбитражный суд Красноярского края с настоящим заявлением.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы лиц, участвующих в деле, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

На основании части 1 статьи 13 Гражданского кодекса Российской Федерации ненормативные акты государственного органа или органа местного самоуправления, не соответствующие закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.

Согласно пункту 2 статьи 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражные суды рассматривают в порядке административного судопроизводства возникающие из административных и иных публичных правоотношений экономические споры и иные дела, связанные с осуществлением организациями и гражданами предпринимательской и иной экономической деятельности, в том числе, об оспаривании ненормативных правовых актов органов местного самоуправления, решений и действий (бездействия) органов местного самоуправления, иных органов и должностных лиц, затрагивающих права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности

Порядок рассмотрения дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц регулируется главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Из содержания статей 198, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) следует, что для признания оспариваемого ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными, суд должен установить наличие одновременно двух условий:

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту,

- оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

При этом, исходя из правил распределения бремени доказывания, установленных статьями 65, 198, 200 АПК РФ, обязанность доказывания факта нарушения своих прав и законных интересов возлагается на заявителя.

Согласно статье 1 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» (далее – Федеральный закон № 52-ФЗ) федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор - деятельность по предупреждению, обнаружению, пресечению нарушений законодательства Российской Федерации в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения в целях охраны здоровья населения и среды обитания

В соответствии с пунктом 1 статьи 46 Федерального закона № 52-ФЗ федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор осуществляют органы и учреждения, представляющие собой единую государственную централизованную систему.

На основании пункта 1 статьи 49 Федерального закона № 52-ФЗ должностными лицами, уполномоченными в соответствии с настоящим Федеральным законом осуществлять федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, являются главные государственные санитарные врачи и их заместители, руководители структурных подразделений и их заместители, специалисты органов, осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор. Перечень специалистов, уполномоченных осуществлять федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, устанавливается положением, утвержденным Правительством Российской Федерации.

Согласно пункту 8 Положения о федеральном государственном санитарно-эпидемиологическом контроле (надзоре), утвержденным Постановлением Правительства РФ от 30.06.2021 № 1100 должностными лицами, уполномоченными на осуществление государственного контроля (надзора), являются, в том числе,

- руководитель Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека - Главный государственный санитарный врач Российской Федерации (его заместители), руководители территориальных органов Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека - главные государственные санитарные врачи по субъектам Российской Федерации (их заместители), а также руководители структурных подразделений территориальных органов - главные государственные санитарные врачи по городам, районам и на транспорте (их заместители);

- должностные лица органов государственного контроля (надзора), в должностных обязанностях которых в соответствии с должностным регламентом или должностной инструкцией предусмотрены полномочия по осуществлению государственного контроля (надзора).

Пунктом 9 Положения N 1100 предусмотрено, что должностными лицами, уполномоченными на принятие решений о проведении контрольных (надзорных) мероприятий, являются должностные лица, указанные в подпунктах "а" - "л" пункта 8 настоящего Положения.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 57 Закона N 248-ФЗ основанием для проведения контрольных (надзорных) мероприятий, за исключением случаев, указанных в части 2 настоящей статьи, может быть наступление сроков проведения контрольных (надзорных) мероприятий, включенных в план проведения контрольных (надзорных) мероприятий.

Плановые контрольные (надзорные) мероприятия проводятся на основании плана проведения плановых контрольных (надзорных) мероприятий на очередной календарный год, формируемого контрольным (надзорным) органом и подлежащего согласованию с органами прокуратуры (часть 1 статьи 61 Закона N 248-ФЗ).

При выявлении нарушения санитарного законодательства, а также при угрозе возникновения и распространения инфекционных заболеваний и массовых неинфекционных заболеваний (отравлений) должностные лица, осуществляющие федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, имеют право выдавать гражданам и юридическим лицам предписания, обязательные для исполнения ими в установленные сроки, в том числе, об устранении выявленных нарушений санитарно-эпидемиологических требований (пункт 2 статьи 50 Федерального закона № 52-ФЗ).

В соответствии с пунктом 1 Положения об Управлении Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю, утвержденного приказом Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека от 09.07.2012 № 696 (далее – Положение) Управление осуществляет функции по контролю и надзору в сфере обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, защиты прав потребителей и потребительского рынка.

В соответствии с пунктом 8.1.6 Положения в компетенцию Управления входит осуществление федерального государственного санитарно-эпидемиологического надзора, в том числе применение порядке, установленном законодательством РФ, мер по пресечению выявленных нарушений требований санитарного законодательства, технических регламентов и (или) устранение последствий таких нарушений, выдача предписаний об устранении выявленных нарушений требований санитарного законодательства, технических регламентов и привлечение к ответственности лиц, допустивших такие нарушения.

Как следует из материалов дела, проверка в отношении общества с ограниченной ответственностью "Водоканал Абанского района" проведена на основании решения о проведении плановой выездной проверки от 24.08.2021 № 525, принятого исполняющим обязанности начальника территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю в г. Канске - исполняющим обязанности главного санитарного врача по г. Канску, Абанскому, Дзержинскому, Иланскому, Ирбейскому, Канскому, Нижнеингашскому и Тасеевскому районам,. Номер контрольного (надзорного) мероприятие в едином реестре контрольных (надзорных) мероприятий № 242100410001000542465.

Таким образом, судом установлено и материалами дела подтверждается, что решение о проведении плановой выездной проверки 24.08.2021 № 525, а также оспариваемое предписание вынесено уполномоченными должностными лицами в пределах установленной компетенции, проверка согласована с Прокуратурой Красноярского края. Информация о проведении проверки размещена в свободном доступе в сети "Интернет" на сайтах Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю и Генеральной прокуратуры Российской Федерации.

Частью 7 статьи 73 Федерального закона № 248-ФЗ установлено, что срок проведения выездной проверки не может превышать десять рабочих дней. В отношении одного субъекта малого предпринимательства общий срок взаимодействия в ходе проведения выездной проверки не может превышать пятьдесят часов для малого предприятия и пятнадцать часов для микропредприятия, за исключением выездной проверки, основанием для проведения которой является пункт 6 части 1 статьи 57 настоящего Федерального закона и которая для микропредприятия не может продолжаться более сорока часов. Срок проведения выездной проверки в отношении организации, осуществляющей свою деятельность на территориях нескольких субъектов Российской Федерации, устанавливается отдельно по каждому филиалу, представительству, обособленному структурному подразделению организации или производственному объекту. Сроки проведения выездных проверок в пределах сроков, установленных настоящей статьей, устанавливаются положением о виде контроля.

По окончании проведения контрольного (надзорного) мероприятия, предусматривающего взаимодействие с контролируемым лицом, составляется акт контрольного (надзорного) мероприятия (часть 2 статьи 87 Закона N 248-ФЗ).

Согласно части 13 статьи 65 Закона № 248-ФЗ срок проведения контрольного (надзорного) мероприятия, установленный настоящим Федеральным законом, может быть приостановлен уполномоченным должностным лицом контрольного (надзорного) органа на основании мотивированного представления инспектора в случае, если срок осуществления экспертиз или испытаний превышает срок проведения контрольного (надзорного) мероприятия, на срок осуществления экспертиз или испытаний. Срок осуществления экспертиз или испытаний определяется соответствующими правовыми актами, принятыми в отношении экспертиз или испытаний.

Пунктом 8 части 2 статьи 91 Федерального закона № 248-ФЗ установлено, что грубым нарушением требований к организации и осуществлению государственного контроля (надзора), муниципального контроля является, в числе прочего, нарушение сроков проведения контрольного (надзорного) мероприятия.

Решением о проведении плановой выездной проверки от 24.08.2021 № 525 сроки проверки установлены с 08.09.2021 по 21.09.2022 (10 рабочих дней).

10.09.2021 исполняющим обязанности начальника территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю в г. Канске - исполняющим обязанности главного санитарного врача по г. Канску, Абанскому, Дзержинскому, Иланскому, Ирбейскому, Канскому, Нижнеингашскому и Тасеевскому районам принято решение о приостановлении проведения проверки с 10.09.2021 по 27.09.2021 в связи с проведением экспертизы (исследования, испытания): питьевой воды на санитарно-химические и радиологические исследования.

По результатам проверки составлен акт выездной плановой проверки от 29.09.2021 №28396, выдано предписание от 29.09.2021 №28403.

Согласно акту проверки от 29.09.2021 №28396 проверка проведена в период с 08.09.2021 по 29.09.2021, при этом в срок проведения выездной проверки не включен период, в который поведение выездной проверки приостанавливалось в связи с необходимостью проведения лабораторных испытаний отобранных проб (образцов): питьевой воды на санитарно-химические и радиологические исследования, с 09.09.2021 по 27.09.2021.

Принимая во внимание изложенное, административным органом не нарушены сроки проведения проверки, с учетом приостановления срока проведения проверки для проведения экспертизы, фактический срок проведения выездной проверки не превысил десять рабочих дней.

Предписание от 29.09.2021 № 28403 выдано уполномоченным должностным лицом компетентного органа в соответствии с частью 2 статьи 50 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», подпунктом «м» пункта 8 Положения от 30.06.2021 № 1100.

Указанный вывод соответствует Постановлению Третьего арбитражного апелляционного суда по делу от 22.12.2022 № А33-4036/2022, Постановлению Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.07.2022 по делу № А60-1310/2022.

Требования Закона № 248-ФЗ административным органом соблюдены.

Предписание от 29.09.2021 № 28403 обжаловано заявителем руководителю Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю – Главному санитарному врачу по Красноярскому краю. 03.11.2021 Обществом получено ответ об отказе в удовлетворении жалобы.

Таким образом, обществом соблюдён досудебный порядок урегулирования спора, предусмотренный Федеральным законом от 31.07.2020 N 248-ФЗ "О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации"

Как следует из материалов настоящего дела, в ходе проведения плановой проверки административным органом в деятельности Общества установлены нарушения обязательных требований действующего законодательства Российской Федерации в сфере санитарно-эпидемиологического благополучия человека.

Федеральный закон от 30.03.1999 № 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" направлен на обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения как одного из основных условий реализации конституционных прав граждан на охрану здоровья и благоприятную окружающую среду.

В силу ст. 8 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ "О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения" граждане имеют право на благоприятную среду обитания, факторы которой не оказывают вредного воздействия на человека.

В соответствии со статьей 11 Федерального закона N 52-ФЗ индивидуальные предприниматели и юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны: выполнять требования санитарного законодательства, а также постановлений, предписаний осуществляющих федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор должностных лиц; разрабатывать и проводить санитарно-противоэпидемические (профилактические) мероприятия; обеспечивать безопасность для здоровья человека выполняемых работ и оказываемых услуг, а также продукции производственно-технического назначения, пищевых продуктов и товаров для личных и бытовых нужд при их производстве, транспортировке, хранении, реализации населению; осуществлять производственный контроль, в том числе посредством проведения лабораторных исследований и испытаний, за соблюдением санитарно-эпидемиологических требований и проведением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий при выполнении работ и оказании услуг, а также при производстве, транспортировке, хранении и реализации продукции; проводить работы по обоснованию безопасности для человека новых видов продукции и технологии ее производства, критериев безопасности и (или) безвредности факторов среды обитания и разрабатывать методы контроля за факторами среды обитания; своевременно информировать население, органы местного самоуправления, органы, осуществляющие федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, об аварийных ситуациях, остановках производства, о нарушениях технологических процессов, создающих угрозу санитарно-эпидемиологическому благополучию населения; осуществлять гигиеническое обучение работников.

На основании пунктов 1, 3 статьи 39 указанного закона на территории Российской Федерации действуют федеральные санитарные правила, утвержденные федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, в порядке, установленном Правительством Российской Федерации. Соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

Согласно пункту 1.1. предписания административным органом установлены нарушения п. 3 ст. 18 Федерального закона от 30.03.1999 г. № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», выразившиеся в отсутствии на водные объекты, используемые в целях питьевого, хозяйственно-бытового водоснабжения (водозаборная скважина, водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина, водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина, водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1.; водозаборная скважина, водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина, водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1), санитарно-эпидемиологических заключений о соответствии водных объектов санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водных объектов.

Исследовав материалы дела, суд приходит к выводу, что требования административного органа, изложенные в пункте 1 оспариваемого предписания, основаны на нормах действующего законодательства. К указанному выводу суд пришёл, учитывая следующее.

Частью 1 статьи 18 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ установлено, что водные объекты, используемые в целях питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, а также в лечебных, оздоровительных и рекреационных целях, в том числе водные объекты, расположенные в границах городских и сельских населенных пунктов (далее - водные объекты), не должны являться источниками биологических, химических и физических факторов вредного воздействия на человека.

Критерии безопасности и (или) безвредности для человека водных объектов, в том числе предельно допустимые концентрации в воде химических, биологических веществ, микроорганизмов, уровень радиационного фона устанавливаются санитарными правилами (часть 2 статьи 18).

Использование водного объекта в конкретно указанных целях допускается при наличии санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии водного объекта санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водного объекта (часть 3 статьи 18).

Для охраны водных объектов, предотвращения их загрязнения и засорения устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации согласованные с органами, осуществляющими федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор, нормативы предельно допустимых вредных воздействий на водные объекты, нормативы предельно допустимых сбросов химических, биологических веществ и микроорганизмов в водные объекты (часть 4 стать 18).

Согласно частям 1, 2 статьи 19 Федерального закона от 30.03.1999 N 52-ФЗ питьевая вода должна быть безопасной в эпидемиологическом и радиационном отношении, безвредной по химическому составу и должна иметь благоприятные органолептические свойства. Организации, осуществляющие горячее водоснабжение, холодное водоснабжение с использованием централизованных систем горячего водоснабжения, холодного водоснабжения, обязаны обеспечить соответствие качества горячей и питьевой воды указанных систем санитарно-эпидемиологическим требованиям.

В силу части 1 статьи 43 Водного кодекса Российской Федерации (далее - Водный кодекс) для целей питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения должны использоваться защищенные от загрязнения и засорения поверхностные водные объекты и подземные водные объекты, пригодность которых для указанных целей определяется на основании санитарно-эпидемиологических заключений.

Пунктом 15 статьи 2 Федерального закона от 07.12.2011 № 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении" (далее Федеральный закон о водоотведении) определено, что организация, осуществляющая холодное водоснабжение и (или) водоотведение (организация водопроводно-канализационного хозяйства), - юридическое лицо, осуществляющее эксплуатацию централизованных систем холодного водоснабжения и (или) водоотведения, отдельных объектов таких систем. В целях настоящего Федерального закона к организациям, осуществляющим холодное водоснабжение и (или) водоотведение (организациям водопроводно-канализационного хозяйства), приравниваются индивидуальные предприниматели, осуществляющие эксплуатацию централизованных систем холодного водоснабжения и (или) водоотведения, отдельных объектов таких систем.

Согласно части пункту 1 статьи 23 Федерального закона о водоотведении организация, осуществляющая холодное водоснабжение с использованием централизованной системы холодного водоснабжения, обязана подавать абонентам питьевую воду, соответствующую установленным требованиям, с учетом особенностей, предусмотренных настоящей статьей и частью 7 статьи 8 настоящего Федерального закона.

В соответствии с пунктом 3 статьи 23 Федерального закона о водоотведении забор воды для холодного водоснабжения с использованием централизованных систем холодного водоснабжения должен производиться из источников, разрешенных к использованию в качестве источников питьевого водоснабжения в соответствии с законодательством Российской Федерации. При отсутствии таких источников либо в случае экономической неэффективности их использования забор воды из источника водоснабжения и подача организацией, осуществляющей холодное водоснабжение, питьевой воды абонентам осуществляется по согласованию с территориальным органом федерального органа исполнительной власти, осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор.

В соответствии с п. 75 СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий» качество и безопасность питьевой и горячей воды должны соответствовать гигиеническим нормативам.

Из системного толкования приведенных норм следует, что обязанность по обеспечению качества питьевой воды, подаваемой абонентам с использованием централизованных систем водоснабжения, возложена законом на водоснабжающие организации (то есть общество, которому объекты водоснабжения переданы по концессионному соглашению), следовательно, именно они должны получать санитарно-эпидемиологическое заключение о соответствии водных объектов санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водных объектов. (указанный вывод соответствует судебной практике, постановление Арбитражного суда Восточно-Сибирского округа от 22.01.2018 по делу № АЗЗ-5534/2017).

При проведении проверки административным органом установлено, что на водные объекты, используемые заявителем в целях питьевого, хозяйственно-бытового водоснабжения, не представлены (отсутствуют) санитарно-эпидемиологические заключения о соответствии водного объекта санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водного объекта (скважины по адресам: <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1.; <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1).

Заявитель, ссылается на Приложение № 1 к концессионному соглашению, в котором указано, что передаваемое ООО «Водоканал Абанского района» имущество готово к эксплуатации, то есть к предоставлению услуг по холодному водоснабжению. ООО «Водоканал Абанского района» указывает, что неоднократно обращалось в Администрацию Устьянского сельсовета Абанского района Красноярского края с запросами о предоставлении проектов зон санитарной охраны и санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии водного объекта санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водного объекта. Однако ответ на сегодняшний день не получен.

Суд отклоняет указанный довод заявителя на основании следующего.

Согласно части 1 статьи 3 Закона № 115-ФЗ (в редакции, действовавшей на дату заключения соглашения) по концессионному соглашению одна сторона (концессионер) обязуется за свой счет создать и (или) реконструировать определенное этим соглашением имущество (недвижимое имущество или недвижимое имущество и движимое имущество, технологически связанные между собой и предназначенные для осуществления деятельности, предусмотренной концессионным соглашением, за исключением случаев, если концессионное соглашение заключается в отношении объекта, предусмотренного пунктом 21 части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона) (далее - объект концессионного соглашения), право собственности на которое принадлежит или будет принадлежать другой стороне (концеденту), осуществлять деятельность с использованием (эксплуатацией) объекта концессионного соглашения, а концедент обязуется предоставить концессионеру на срок, установленный этим соглашением, права владения и пользования объектом концессионного соглашения для осуществления указанной деятельности.

Согласно части 2 статьи 3 Закона № 115 концессионное соглашение является договором, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных федеральными законами.

К отношениям сторон концессионного соглашения применяются в соответствующих частях правила гражданского законодательства о договорах, элементы которых содержатся в концессионном соглашении, если иное не вытекает из настоящего Федерального закона или существа концессионного соглашения.

Частью 9 статьи 3 Закона о концессионных соглашениях предусмотрена возможность предоставления концедентом во владение и в пользование концессионера имущества, принадлежащего концеденту на праве собственности, образующего единое целое с объектом концессионного соглашения и (или) предназначенного для использования в целях создания условий осуществления концессионером деятельности, предусмотренной концессионным соглашением (далее - иное передаваемое концедентом концессионеру по концессионному соглашению имущество).

В этом случае концессионным соглашением устанавливаются состав и описание такого имущества, цели и срок его использования (эксплуатации) концессионером, порядок возврата такого имущества концеденту при прекращении концессионного соглашения.

Концессионным соглашением могут устанавливаться обязательства концессионера в отношении такого имущества по его модернизации, замене морально устаревшего и физически изношенного оборудования новым более производительным оборудованием, иному улучшению характеристик и эксплуатационных свойств такого имущества, а также по осуществлению за свой счет страхования риска его случайной гибели и (или) случайного повреждения.

Согласно части 1 статьи 10 Закона о концессионных соглашениях к существенным условиям концессионного соглашения относятся, в частности: обязательства концессионера по созданию и (или) реконструкции объекта концессионного соглашения, соблюдению сроков его создания и (или) реконструкции; описание, в том числе технико- экономические показатели, объекта концессионного соглашения; срок передачи концессионеру объекта концессионного соглашения; цели и срок использования (эксплуатации) объекта концессионного соглашения; объем инвестиций, который концессионер обязуется обеспечить в целях создания и (или) реконструкции объекта концессионного соглашения в течение всего срока действия соглашения.

Согласно п. 2.2 Устава Общества предметом его деятельности является, в том числе, сбор, очистка и распределение воды.

Концессионным соглашением № 1, заключенным 25.09.2018 между Обществом (Концессионер) и администрацией Устьянского сельсовета Абанского района Красноярского края (Концедент), предусмотрено, что последний обязан предоставить концессионеру на срок установленный Соглашением, права владения и пользования объектом Соглашения и иным имуществом в целях обеспечения осуществления указанной в настоящем разделе деятельности.

Пунктом 3 Концессионного соглашения № 1 от 25.09.2018 предусмотрено, что объектом Соглашения являются объекты коммунального хозяйства, в том числе объекты водоснабжения и технически связанные с ним объекты с. Устьянск, Абанского района Красноярского края, предназначенные для осуществления деятельности, указанной в пункте 1 настоящего соглашения, подлежащие созданию и реконструкции.

Концедент предоставляет Концессионеру во временное владение и пользование имущество, которое образует единое целое с Объектом Соглашения и/или предназначено для использования по общему назначению с Объектом Соглашения, в целях осуществления Концессионером деятельности, указанной в пункте 1 настоящего Соглашения (ранее и далее Иное имущество), на срок с даты его передачи, указанной в пункте 106 настоящего Соглашения, и по дату его возврата Конценденту, определяемую в соответствии с разделом VII настоящего Соглашения.

В силу п. 1 Соглашения Концессионер (Общество) обязуется за свой счет и/или за счет привлеченных средств:

реконструировать и ввести в эксплуатацию имущество, состав и описание которого приведены в разделе II настоящего Соглашения и приложении № 1 к настоящему Соглашению (далее - Объект Соглашения), право собственности на которое принадлежит мни будет принадлежать Концеденту;

осуществлять холодное водоснабжение, транспортировку холодной воды, забор воды и водоподготовку, подключение к централизованной системе холодного водоснабжения, подвоз воды в случаях, предусмотренных законодательством Российский Федерации в сфере водоснабжения использованием Объекта Соглашения и Иного имущества.

Кроме того, согласно п. 66 Соглашения с даты начала эксплуатации (даты подписания Соглашения) до даты прекращения действия наставшего Соглашения Концессионер должен обеспечить непрерывную круглогодичную деятельность Объекта в соответствии с настоящим Соглашением, требованиям законодательства Российской Федерации и правилами об эксплуатации и техническом обслуживании Объекта, разрабатываемыми Концессионером, и не прекращать (не приостанавливать) эту деятельность без согласия Концедента.

Концессионер обязан использовать (эксплуатировать) Объект Соглашения в установленном Соглашением порядке в целях осуществления деятельности, указанной в п. 1 настоящего Соглашения.

Согласно акту приема-передачи объекта Соглашения от 23.10.2018, подписанному Концедентом - главой Устьянского сельсовета Абанского района Красноярского края и директором Общества, Концессионер (Общество) принял во владение и пользование Объекты Соглашения.

Пунктом 91 Концессионного Соглашения от 23.10.2018 установлено, что Концессионер обязан осуществлять деятельность по использованию (эксплуатации) объекта Соглашения и(или) Иного имущества в соответствии с требованиями, установленными законодательством Российской Федерации, с том числе:

требования к передаче имущественных и иных прав, необходимых для реконструкции (модернизации) и эксплуатации Объектов иного имущества;

требования к обеспечению аварийно-спасательных работ на Объекте Соглашения;

гарантии беспрепятственного доступа на объекты в составе Объекта Соглашения представителей органов, обеспечивающих надзор и контроль за деятельностью по реконструкции (модернизации) и эксплуатации Объекта Соглашения и объектов иного имущества;

иные требования.

Согласно пункту 4.3 части 1 статьи 17 Федерального закона от 06.10.2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" в целях решения вопросов местного значения органы местного самоуправления поселений, муниципальных районов, муниципальных округов, городских округов, городских округов с внутригородским делением и внутригородских районов обладают помимо прочего полномочиями в сфере водоснабжения и водоотведения, предусмотренными Федеральным законом "О водоснабжении и водоотведении".

Исходя из положений части 1 статьи 6 Федерального закона от 07.12.2011 № 416-ФЗ "О водоснабжении и водоотведении" полномочиям органов местного самоуправления городских поселений, городских округов по организации водоснабжения и водоотведения на соответствующих территориях относятся:

1) организация водоснабжения населения, в том числе принятие мер по организации водоснабжения населения и (или) водоотведения в случае невозможности исполнения организациями, осуществляющими горячее водоснабжение, холодное водоснабжение и (или) водоотведение, своих обязательств либо в случае отказа указанных организаций от исполнения своих обязательств;

2) определение для централизованной системы холодного водоснабжения и (или) водоотведения поселения, городского округа гарантирующей организации;

3) согласование вывода объектов централизованных систем горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения в ремонт и из эксплуатации;

4) утверждение схем водоснабжения и водоотведения поселений, городских округов;

5) утверждение технических заданий на разработку инвестиционных программ;

6) согласование инвестиционных программ;

8) принятие решений о порядке и сроках прекращения горячего водоснабжения с использованием открытых систем теплоснабжения (горячего водоснабжения) и об организации перевода абонентов, объекты капитального строительства которых подключены (технологически присоединены) к таким системам, на иную систему горячего водоснабжения в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом;

9) заключение соглашений об условиях осуществления регулируемой деятельности в сфере водоснабжения и водоотведения в случаях, предусмотренных настоящим Федеральным законом;

9.1) установление нормативов состава сточных вод;

10) иные полномочия, установленные настоящим Федеральным законом.

1.1. Полномочия органов местного самоуправления, предусмотренные частью 1 настоящей статьи, на территории сельского поселения осуществляются органами местного самоуправления муниципального района, на территории которого расположено сельское поселение, если иное не установлено законом субъекта Российской Федерации.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу части 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Наличие умысла концедента (совершение им недобросовестных действий) по передаче объектов водоснабжения в эксплуатацию Заявителя в непригодном состоянии не доказано. Заявитель, исходя из принципа свободы договора (статья 421 ГК РФ), принимая во внимание, что предпринимательская деятельность ведется с учетом коммерческих рисков, перед принятием решения о заключении Соглашения должен был оценить как свои возможности исполнять Соглашение на изложенных в нем условиях, а также все обстоятельства, влияющие на степень коммерческого риска, к числу которых относится, в том числе, и состояние передаваемого во владение Заявителя имущества.

Факт осуществления Обществом деятельности, предусмотренной Соглашением, им не оспаривается. Следовательно, заявитель как хозяйствующий субъект, осуществляющий деятельность по использованию объектов Соглашения с 2018 года, с момента передачи ему объектов водоснабжения обязан соблюдать требования санитарного законодательства, связанные с эксплуатацией указанных объектов, а довод относительно изначальной передачи объектов водоснабжения в эксплуатацию Заявителя в непригодном состоянии отклоняется судом, поскольку обязанность по получению санитарно-эпидемиологического заключения в силу закона возложена на заявителя.

Общество, осуществляя деятельность по использованию водных объектов в целях питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, независимо состояния переданных объектов водоснабжения, обязано исполнять требования санитарного законодательства, связанные с эксплуатацией данных объектов, в этой связи. требования пункта 1.1. предписания законны.

Согласно пункту 1.2 предписания установлены нарушения пункта 77 главы IV Санитарно-эпидемиологические требования к качеству воды питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», п. п. 5, 7 ст. 25 Федерального закона от 07 декабря 2011 г. № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении», выразившиеся в отсутствии согласованной с органами, осуществляющими государственный санитарно-эпидемиологический надзор (контроль), программы производственного контроля качества питьевой воды централизованного водоснабжения на водные объекты: водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1.; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1.

Согласно пункту 1.3 предписания административным органом установлены нарушения п. 77 главы IV СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», п.п. 2, 4 ст. 25 Федерального закона от 07 декабря 2011 г. № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении», выразившееся в не проведении производственного контроля качества питьевой воды централизованного водоснабжения (скважины по адресам: <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1.; <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1), в местах водозабора, перед поступлением в распределительную сеть, а также в точках водоразбора внутренней и наружной сети; отсутствии результатов лабораторных исследований качества питьевой воды.

В соответствии с п. 77 СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий» хозяйствующие субъекты, осуществляющие водоснабжение и эксплуатацию систем водоснабжения, должны осуществлять производственный контроль по программе производственного контроля качества питьевой воды, разработанной и согласованной в соответствии с Правилами осуществления производственного контроля качества и безопасности питьевой воды, горячей воды (далее - Правила), установленными постановлением Правительства Российской Федерации от 06.01.2015 № 10 (Собрание законодательства Российской Федерации, 2015, № 2, ст. 523) и приложениями № 2 - № 4 к Санитарным правилам.

Согласно п. 1 Правил настоящие Правила устанавливают порядок осуществления производственного контроля качества и безопасности питьевой воды, горячей воды, подаваемой абонентам с использованием централизованных систем водоснабжения, организациями, осуществляющими холодное и горячее водоснабжение, в том числе гарантирующими организациями.

В силу п. 3 Правил производственный контроль осуществляется в целях обеспечения качества и безопасности воды в бактериологическом и физическом отношении, безвредности воды по химическому составу, благоприятности органолептических и других свойств воды для человека, в том числе ее температуры, при централизованном водоснабжении и включает в себя: а) отбор проб воды; б) проведение лабораторных исследований и испытаний на соответствие воды установленным требованиям; в) контроль за выполнением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в процессе водоснабжения.

В силу ч. 1 ст. 25 Федерального закона о водоотведении производственный контроль качества питьевой воды, горячей воды, подаваемой абонентам с использованием централизованных систем водоснабжения, включает в себя отбор проб воды, проведение лабораторных исследований и испытаний на соответствие воды установленным требованиям и контроль за выполнением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в процессе водоснабжения.

В соответствии с ч. 2 ст. 25 Федерального закона № 416-ФЗ производственный контроль качества питьевой воды осуществляется организацией, осуществляющей холодное водоснабжение.

Согласно ч. 5 ст. 25 Федерального закона о водоотведении программа производственного контроля качества питьевой воды разрабатывается организацией, осуществляющей холодное водоснабжение, и согласовывается с территориальным органом федерального органа исполнительной власти, осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор

Согласно части 6 статьи 25 ФЗ о водоотведении Программа производственного контроля качества питьевой воды, горячей воды включает в себя:

1) перечень показателей, по которым осуществляется контроль;

2) указание мест отбора проб воды, в том числе на границе эксплуатационной ответственности организаций, осуществляющих холодное водоснабжение, горячее водоснабжение, и абонентов;

3) указание частоты отбора проб воды.

В силу части 7 указанной статьи, перечень показателей, по которым осуществляется производственный контроль качества питьевой воды, горячей воды, и требования к установлению частоты отбора проб воды устанавливаются федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор.

Заявитель не оспаривает возложенную на него обязанность по необходимости наличия согласованной с органами, осуществляющими государственный санитарно-эпидемиологический надзор (контроль), программы производственного контроля качества питьевой воды централизованного водоснабжения на водные объекты и необходимости проведения производственного контроля качества питьевой воды

Вместе с тем, заявитель указывает, что в 2020-2021 годах ООО «Водоканал Абанского района» СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий» разработаны производственные программы на 2022-2026 годы, которые направлены на согласование в Управление. В согласовании данных программ отказано в связи с их несоответствием требованиям нового СанПиНа.

Заявитель пояснил, что при обращении ООО «Водоканал Абанского района» в Управление для согласования показателей химического состава питьевой воды, подлежащих производственному контролю, Управление в письме от 15 декабря 2021 года указало, что для формирования перечня химических веществ, которые потенциально могут присутствовать в воде водоисточников необходимо представить в наш адрес следующие материалы за период не менее трех последних лет. Между тем, ООО «Водоканал Абанского района» является пользователем объектов водоснабжения только с 23 октября 2018 года (с даты передачи имущества по Концессионному соглашению и подписания акта приема-передачи). В связи с чем, общество полагает, в связи с отсутствием возможности собирать пробы и иные документы за период последних трех лет у Общества на момент проведения проверки, пункты 1.2, 1.3 предписание не соответствуют действующему законодательству.

Суд не соглашается с доводами заявителя, ввиду следующего.

Проведение производственного контроля регламентировано статьями 11 и 32 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» и санитарными правилами СП 1.1.1058-01 «Организация и проведение производственного контроля за соблюдением санитарных правил и выполнением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий».

Так, согласно статье 11 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ индивидуальные предприниматели и юридические лица в соответствии с осуществляемой ими деятельностью обязаны выполнять требования санитарного законодательства, в том числе осуществлять производственный контроль, в том числе посредством проведения лабораторных исследований и испытаний, за соблюдением санитарно-эпидемиологических требований и проведением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий при выполнении работ и оказании услуг, а также при производстве, транспортировке, хранении и реализации продукции;

Согласно статье 32 Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ производственный контроль, в том числе проведение лабораторных исследований и испытаний, за соблюдением санитарно-эпидемиологических требований и выполнением санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий в процессе производства, хранения, транспортировки и реализации продукции, выполнения работ и оказания услуг, а также условиями труда осуществляется индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами в целях обеспечения безопасности и (или) безвредности для человека и среды обитания таких продукции, работ и услуг.

При осуществлении производственного контроля, предусмотренного пунктом 1 настоящей статьи, могут использоваться результаты выполненных при проведении специальной оценки условий труда исследований (испытаний) и измерений вредных и (или) опасных производственных факторов, проведенных испытательной лабораторией (центром), аккредитованной в соответствии с законодательством Российской Федерации об аккредитации в национальной системе аккредитации, но не ранее чем за шесть месяцев до проведения указанного производственного контроля.

Заявителем не представлено доказательств принятия достаточных мер для соблюдения норм действующего законодательства по согласованию с органами, осуществляющими государственный санитарно-эпидемиологический надзор (контроль), программы производственного контроля, проведению производственного контроля качества питьевой воды (например запрос необходимых документов у предыдущего пользователя объектами коммунального хозяйства), а также доказательств объективной невозможности исполнения вышеизложенных требований закона.

Таким образом, суд признает обоснованным и законным, не нарушающим права заявителя пункты 1.2, 1.3 оспариваемого предписания.

Пунктом 1.4 оспариваемого предписания установлено, что обществом в нарушение п. 77 главы IV. Санитарно-эпидемиологические требования к качеству воды питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования к содержанию территорий городских и сельских поселений, к водным объектам, питьевой воде и питьевому водоснабжению, атмосферному воздуху, почвам, жилым помещениям, эксплуатации производственных, общественных помещений, организации и проведению санитарно-противоэпидемических (профилактических) мероприятий», выразившееся в отсутствии возможности отбора проб питьевой воды (отсутствии кранов) для проведения лабораторных исследований в местах водозабора по адресам: <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1.; <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1.

Как указывалось ранее, в соответствии с п. 77 СанПиН 2.1.3684-21 хозяйствующие субъекты, осуществляющие водоснабжение и эксплуатацию систем водоснабжения, должны осуществлять производственный контроль по программе производственного контроля качества питьевой воды, разработанной и согласованной в соответствии с Правилами осуществления производственного контроля качества и безопасности питьевой воды, горячей воды, установленными постановлением Правительства Российской Федерации от 06.01.2015 № 10.

Согласно п. 18 Правил осуществления производственного контроля качества и безопасности питьевой воды отбор проб воды осуществляется в местах отбора воды: а) из источника питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения; б) после водоподготовки и приготовления горячей воды перед поступлением воды в распределительную сеть; в) в распределительной сети.

Взятие проб (образцов) указанных объектов осуществляется в соответствии с требованиями ГОСТ 31942-2012 «Вода. Отбор проб для микробиологического анализа».

Согласно п. 5.1 ГОСТ 31942-2012 при отборе проб должны быть обеспечены асептические условия и защита проб от пыли и попадания брызг.

Пунктом 6.2.2 ГОСТ 31942-2012 установлены способы отбора проб из скважин и колодцев для целей по 6.2.1 с использованием стационарно установленного насоса и постоянно установленного металлического крана, которые приведены в таблице 2.

Цель отбора пробы

Место отбора

Отбор проб с применением

предварительной откачки воды насосом

дезинфекции крана

6.2.1а)

В водоносном горизонте

Да (продолжительная)

Да

6.2.1б)

В водопункте (скважина, колодец)

Нет (минимальная)

Да

6.2.1в)

В точке потребления

Нет

Нет

Система подачи воды из скважин и колодцев, в которых стационарно установлен насос, должна иметь металлический кран или выходное отверстие. При наличии крана отбор проб проводят в соответствии с требованиями 5.1.3.

Использование насоса при отборе проб для цели а) означает, что насос должен работать до тех пор, пока не установится постоянное значение температуры спускаемой воды и ее электрической проводимости или не будет откачано не менее трех - пяти объемов столбов воды в водопункте, после чего проводят отбор проб воды.

Использование насоса при отборе проб для цели б) означает, что требуется минимальное время работы насоса только для обеспечения потока воды, необходимого для смывания дезинфектанта, которым был обработан кран, после чего проводят отбор проб воды.

Отбор проб воды для цели в) проводят без предварительного спуска воды (при производственном режиме работы насоса) и дезинфекции крана.

В силу п. 6.1.3 ГОСТ 31942-2012 с кранов, предназначенных для отбора проб заранее удаляют загрязнения (смазку, окалину, накипь, слизь и т.п.), которые могут попасть в пробу при заполнении емкости и повлиять на результаты анализа. Для очистки крана используют щетки, ерши или другие средства, чтобы очистить внешнюю и, сколько это возможно, внутреннюю поверхность крана. После механической очистки кран промывают от загрязнений, полностью открывая и закрывая его несколько раз.

Непосредственно перед отбором пробы кран стерилизуют, предпочтительно фламбированием (обработка крана горящим тампоном, смоченным 96%-ным этиловым спиртом).

Согласно п. 8.5 СП 31.13330.2021 СНИП2.04.-84 «Водоснабжение. Наружные сети и сооружения», утв. приказом Минстроя РФ от 27.12.21 № 1016/пр в конструкции скважины необходимо предусматривать возможность проведения измерений дебита, уровня, отбора проб воды, а также проведения ремонтно-восстановительных работ при применении импульсных, реагентных и комбинированных методов регенерации при эксплуатации скважин.

Оспаривая пункт 1.4. предписания общество указывает, что установка кранов для отбора проб на скважинах ООО «Водоканал Абанского района» невозможна, поскольку водозаборы неотапливаемые, а кран устанавливается на оголовке скважины либо на трубе, ведущей от скважины к водонапорной башне, соответственно, в зимнее время при отрицательных температурах остатки воды в механизме крана замерзают, что может привести к разрыву и утечке воды. Во избежание прорывов в системе водоснабжения, обществом установлены штуцеры с заглушками, на которые при необходимости отбора проб накручиваются краны.

Из анализа приведенных норм права следует, что, Общество для подтверждения соответствия воды установленным требованиям обязано обеспечить условия для взятия проб воды из источника питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения. При этом эти условия могут обеспечиваться, в том числе наличием постоянно установленного металлического крана в местах водозабора.

Нормативно не установлена возможность применения заглушек, на которые указывает заявитель. Требованиями законодательства определена необходимость беспрепятственного доступа проверяющих лиц к местам отбора проб, а также обеспечения асептических условий и защиты проб от пыли и попадания брызг.

Из материалов дела не следует, что использованные заявителем заглушки обеспечивают соблюдение указанных требований. Доводы об объективной невозможности установки кранов документально не подтверждены.

Как следует из материалов дела, в ходе проведения плановой выездной проверки Общества 08.09.2021 проводился осмотр (визуальное обследование) территорий, производственных объектов Общества (с применением фотосъёмки), а также отбирались пробы воды.

Согласно протокола осмотра (визуального обследования) № 25936 установлено, что отсутствует возможность отбора проб питьевой воды (отсутствуют краны) для проведения лабораторных исследований в местах водозабора п (скважины по адресам:

- <...>, сооружение 1;

- водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1;

- водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1.;

- водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1;

- водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1;

- водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1).

Вместе с тем, исходя из протокола взятия проб (образцов) питьевой воды от 08.09.2021, составленным в присутствии представителя Общества осуществлено взятие проб (образцов) в месте осуществления деятельности ООО «Водоканал Абанского района» по адресам:

- питьевая вода из РВЧ системы централизованного водоснабжения по адресу: <...>, сооружение 1;

- вода питьевая из водозаборной скважины по адресу: <...>, сооружение 1;

- питьевая вода из РВЧ системы централизованного водоснабжения по адресу: <...>, сооружение 1;

- вода питьевая из водозаборной скважины по адресу: <...>, сооружение 1.

Фотоматериалами подтверждается, что на объекте <...>. отсутствует возможность отбора проб, так как на оборудовании скважины имеется заглушка (заваренная трубка) (фото №№ 5,6.).

Изучив фото объекта <...>, сооружение 1, судом установлено, что на данном объекте отсутствует возможность отбора проб, так как скважина полностью закрыта и доступ к ней исключен, что подтверждается фото№№ 3,4.

Также согласно фото, Объект: <...>, сооружение 1. На данном объекте отсутствует возможность отбора проб, так как скважина полностью закрыта и доступ к ней исключен, что подтверждается фото №№ 1,2.

Таким образом, суд установил, что административным органом правомерно обществу вменено нарушение, выразившееся в отсутствии возможности отбора проб питьевой воды (отсутствии кранов, как одного из возможных вариантов обеспечения отбора проб воды) для проведения лабораторных исследований в местах водозабора по адресам: <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1.

Вместе с тем, материалами дела не подтверждено, что на объекте <...>, сооружение 1 отсутствует возможность отбора проб. Административный орган пояснил, что на оборудовании скважины со слов ФИО5 - должностного лица, выдавшего предписание, имеется заглушка. Однако фотографий, подтверждающех указанное обстоятельство, не имеется, следовательно ,суд не может объективно установить наличие либо отсутствие возможности отбора проб на указанном объекте, в связи с чем, а также принимая во внимание, что протоколом отбора проб подтверждается взятие проб воды на данном объекте, суд находит неправомерным указание административным органом в предписании на необходимость устранения нарушения в отношении объекта по адресу: <...>, сооружение 1.

Административный орган в письменных пояснениях указывает, что в указании адреса: <...>, в предписании допущена техническая ошибка, поскольку согласно протоколу о взятии проб (образцов) от 08.09.2021 отбор проб воды по указанному адресу произведён из водозабора.

Учитывая изложенное, суд полагает подлежащим удовлетворению требование заявителя о признании недействительным пункта 1.4 предписания от 29.09.2021 № 28403 в части указания адресов: <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1.

Пунктом 1.5 оспариваемого предписания административным органом установлено нарушение п. п. 1.4, 1.11 СанПиН 2.1.4.1110-02 «Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения», выразившееся в не представлении (отсутствии) проектов зон санитарной охраны (ЗСО), проектов хозяйственно-питьевого водоснабжения (водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1.; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1).

Пунктом 1.6. оспариваемого предписания административным органом установлено нарушение п. 1.13 СанПиН 2.1.4.1110-02 «Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения», выразившееся в отсутствии (не представлении) санитарно-эпидемиологических заключений о соответствии проектов ЗСО санитарным правилам, не представлении (отсутствии) документов, подтверждающих утверждение ЗСО с органами исполнительной власти (водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1.; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водонапорная башня по адресу: <...>, сооружение 1).

На основании части 1 статьи 55 Водного кодекса Российской Федерации собственники водных объектов осуществляют мероприятия по охране водных объектов, предотвращению их загрязнения, засорения и истощения вод, а также меры по ликвидации последствий указанных явлений. Охрана водных объектов, находящихся в федеральной собственности, собственности субъектов Российской Федерации, собственности муниципальных образований, осуществляется исполнительными органами государственной власти или органами местного самоуправления в пределах их полномочий в соответствии со статьями 24 - 27 настоящего Кодекса.

Пунктом 1 статьи 18 Федерального закона № 52-ФЗ закреплено, что водные объекты, используемые в целях питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, а также в лечебных, оздоровительных и рекреационных целях, в том числе водные объекты, расположенные в границах городских и сельских населенных пунктов, не должны являться источниками биологических, химических и физических факторов вредного воздействия на человека.

Согласно ст. 18 Федерального закона № 52-ФЗ водные объекты, используемые в целях питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, в том числе водные объекты, расположенные в границах городских и сельских населенных пунктов не должны являться источниками биологических, химических и физических факторов вредного воздействия на человека.

В силу ч. 3 ст. 18 Федерального закона № 52-ФЗ использование водного объекта в конкретно указанных целях допускается при наличии санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии водного объекта санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водного объекта.

На основании ч. 2 ст. 19 Федерального закона № 52-ФЗ организации, осуществляющие, в том числе, холодное водоснабжение обязаны обеспечить соответствие качества питьевой воды санитарно-эпидемиологическим требованиям.

Согласно ст. 3 Водного кодекса Российской Федерации одним из принципов, на которых основывается водное законодательство и изданные в соответствии с ним нормативные правовые акты, является приоритет использования водных объектов для целей питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения перед иными целями их использования.

Частью 1 статьи 43 Водного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что для целей питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения должны использоваться защищенные от загрязнения и засорения подземные водные объекты, пригодность которых для указанных целей определяется на основании санитарно-эпидемиологических заключений.

В силу ч. 3 ст. 1, Федерального закона № 416-ФЗ от 07.12.2011 «О водоснабжении и водоотведении» установлено, что требования к качеству и безопасности воды, подаваемой с использованием централизованных и нецентрализованных систем горячего водоснабжения, холодного водоснабжения, в том числе открытых систем теплоснабжения (горячего водоснабжения), устанавливаются законодательством Российской Федерации в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения и законодательством о техническом регулировании (далее также - установленные требования).

Согласно части 3 статьи 23 Федерального закона № 416-ФЗ забор воды для холодного водоснабжения с использованием централизованных систем холодного водоснабжения должен производиться из источников, разрешенных к использованию в качестве источников питьевого водоснабжения в соответствии с законодательством Российской Федерации. При отсутствии таких источников либо в случае экономической неэффективности их использования забор воды из источника водоснабжения и подача организацией, осуществляющей холодное водоснабжение, питьевой воды абонентам осуществляется по согласованию с территориальным органом федерального органа исполнительной власти, осуществляющего федеральный государственный санитарно-эпидемиологический надзор.

При этом в соответствии с ч. 1 ст. 23 Федерального закона № 416-ФЗ организация, осуществляющая холодное водоснабжение с использованием централизованной системы холодного водоснабжения, обязана подавать абонентам питьевую воду, соответствующую установленным требованиям,

Постановлением Главного государственного санитарного врача Российской Федерации от 14.03.2002 № 10 введены в действие с 01.06.2002 Санитарные правила и нормы «Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения». СанПиН 2.1.4.1110-02», утвержденные Главным государственным санитарным врачом Российской Федерации 26.02.2002, которые определяют требования к организации и эксплуатации зон санитарной охраны (ЗСО) источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения и обязательны для исполнения гражданами, индивидуальными предпринимателями и юридическими лицами (п. 1.3 СанПиН 2.1.4.1110-02).

Согласно пункту 1.11 СанПиН 2.1.4.1110-02 проект ЗСО должен быть составной частью проекта хозяйственно - питьевого водоснабжения и разрабатываться одновременно с последним. Для действующих водопроводов, не имеющих установленных зон санитарной охраны, проект ЗСО разрабатывается специально.

Как указывалось ранее и следует из анализа концессионного соглашения от 23.10.2018 и норм действующего законодательства, обязанность по обеспечению качества питьевой воды, подаваемой абонентам с использованием централизованных систем водоснабжения, возложена законом на водоснабжающие организации (то есть Общество).

Пунктом 3 Концессионного соглашения № 1 от 25.09.2018 предусмотрено, что объектом Соглашения являются объекты коммунального хозяйства, в том числе объекты водоснабжения и технически связанные с ним объекты с. Устьянск, Абанского района Красноярского края, предназначенные для осуществления деятельности, указанной в пункте 1 настоящего соглашения, подлежащие созданию и реконструкции.

Заявитель, оспаривая указанные пункты предписания, не спорит, что переданные объекты водоснабжения используются для питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, при этом проекты ЗСО на объекты водоснабжения отсутствуют, при этом указывает на отсутствие на момент проведения проверки обязанности разработки таких проектов в связи с установленными концессионном соглашением сроками разработки проекта зоны санитарной охраны (ЗСО), получение санитарно-эпидемиологического заключения, так их разработка запланирована в следующие сроки:

- Красноярский край, Абанский район, ВНБ, <...> - на 2023 год;

- Красноярский край, Абанский район, ВНБ, <...> - на 2024 год;

- Красноярский край, Абанский район, ВНБ, <...> – на 2025 год;

- Красноярский край, Абанский район, ВНБ, <...> – на 2026 год;

- Красноярский край, Абанский район, ВНБ, <...> – на 2027 год.

Суд, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приведённые доводы заявителя полагает необходимым указать следующее.

Пунктом 1.4 СанПиН 2.1.4.1110-02 «Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения» предусмотрено, что ЗСО организуются на всех водопроводах, вне зависимости от ведомственной принадлежности, подающих воду как из поверхностных, так и из подземных источников. Основной целью создания и обеспечения режима в ЗСО является санитарная охрана от загрязнения источников водоснабжения и водопроводных сооружений, а также территорий, на которых они расположены.

Основной целью создания и обеспечения режима в зонах санитарной охраны является санитарная охрана от загрязнения источников водоснабжения и водопроводных сооружений, а также территорий, на которых они расположены.

Зоны санитарной охраны организуются в составе трех поясов: первый пояс (строгого режима) включает территорию расположения водозаборов, площадок всех водопроводных сооружений и водопроводящего канала. Его назначение - защита места водозабора и водозаборных сооружений от случайного или умышленного загрязнения и повреждения. Второй и третий пояса (пояса ограничений) включают территорию, предназначенную для предупреждения загрязнения воды источников водоснабжения.

Санитарная охрана водоводов обеспечивается санитарно-защитной полосой.

В каждом из трех поясов, а также в пределах санитарно-защитной полосы, соответственно их назначению, устанавливается специальный режим и определяется комплекс мероприятий, направленных на предупреждение ухудшения качества воды.

Пунктом 1.6 СанПиН 2.1.4.1110-02 предусматривает, что организации ЗСО должна предшествовать разработка ее проекта, в который включаются:

а) определение границ зоны и составляющих ее поясов;

б) план мероприятий по улучшению санитарного состояния территории ЗСО и предупреждению загрязнения источника;

в) правила и режим хозяйственного использования территорий трех поясов ЗСО.

При разработке проекта ЗСО для крупных водопроводов предварительно создается положение о ЗСО, содержащее гигиенические основы их организации для данного водопровода.

Пунктом 1.13 СанПиН 2.1.4.1110-02 установлено, что проект зон санитарной охраны с планом мероприятий должен иметь заключение центра государственного санитарно-эпидемиологического надзора (в настоящее время - Управления Роспотребнадзора по Красноярскому краю) и иных заинтересованных организаций, после чего утверждается в установленном порядке.

Согласно постановлению Правительства Красноярского края от 15.10.2009 № 525-п «О порядке утверждения проектов зон санитарной охраны водных объектов, используемых для питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения» уполномоченным органом исполнительной власти расноярского края по утверждению проектов зон санитарной охраны является Министерство природных ресурсов и экологии Красноярского края (п. 2 Приложения к постановлению Правительства Красноярского края от 15.10.2009 №525-п).

Министерством природных ресурсов и экологии Красноярского края по запросам Управления предоставляется информация о лицах, обратившихся за утверждением в установленном порядке проектов зон санитарной охраны.

Отсутствие утвержденного проекта и установленных границ ЗСО источника водоснабжения означает, что для указанного водного объекта не организована защита расстоянием в виде поясов ЗСО, не разработаны с учетом характеристик водоисточника защитные, охранные, ограничительные мероприятия, целью которых является максимальное снижение микробного и химического загрязнения воды источника, на картах градостроительного регулирования не нанесены границы земель, в пределе которых ограничена хозяйственная деятельность, не регулируются хозяйственная деятельность и не установлены земли, расположенные в первом и втором поясах зон санитарной охраны, являющихся ограниченными в обороте и не подлежащими передаче в частную собственность.

Порядок утверждения проектов зон санитарной охраны водных объектов, используемых для питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения утвержден постановлением Правительства Красноярского края от 15.10.2009 № 525-П «О порядке утверждения проектов зон санитарной охраны водных объектов, используемых для питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения»

Пункт 1.17 СанПиН 2.1.4.1110-02 предусматривает, что отсутствие утвержденного проекта ЗСО не является основанием для освобождения владельцев водопровода, владельцев объектов, расположенных в границах ЗСО, организаций, индивидуальных предпринимателей, а также граждан от выполнения требований, предъявляемых настоящими СанПиН.

Согласно пункту 1.13 СанПиН 2.1.4.1110-02 соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

Границы поясов зон санитарной охраны определяются в соответствии с разделом II СанПиН 2.1.4.1110-02.

Таким образом, отсутствие утвержденного проекта ЗСО является нарушением норм действующего законодательства и не является основанием для освобождения Заявителя от исполнения требований действующего санитарного законодательства.

Из анализа вышеприведенных нормативных положений следует, что обязанность по обеспечению качества питьевой воды, подаваемой абонентам с использованием централизованных систем водоснабжения, возложена законом на водоснабжающие организации.

Из анализа пунктов 66, 91 Концессионного соглашения от 25.09.2018 следует, что концессионер с даты начала эксплуатации обязан обеспечить деятельность Объекта в соответствии с требованиями, установленными законодательством Российской Федерации.

Таким образом, Общество, эксплуатируя объекты, определенные концессионным соглашением, должно соблюдать требования действующего законодательства в сфере санитарно-эпидемиологического благополучия населения.

Обязанность по обеспечению качества питьевой воды, подаваемой абонентам с использованием централизованных систем водоснабжения, возложена законом на водоснабжающие организации, то есть на Общество, следовательно, именно оно должно обеспечить наличие санитарно-эпидемиологического заключения о соответствии используемых водных объектов санитарным правилам и условиям безопасного для здоровья населения использования водных объектов с даты начала эксплуатации. Указанное обстоятельство подтверждается и условиями пунктов 61,91 Соглашения.

Пунктами 1,5, 1, 6 предписания установлено нарушение обществом норм публичного права, предусматривающих обязательное наличие проектов зон ЗСО и соответствующих санитарно-эпидемиологических заключений, которые не предусматривают отсрочку исполнения данных требований, а не нарушение гражданско-правовых обязательств, предусмотренных концессионным соглашением, учитывая, что обязанность по разработке проектов ЗСО возникла у заявителя в силу закона с момента принятия обязательств водоснабжающей организации, то есть с момента заключения концессионного соглашения и передачи ему объектов водоснабжения.

Сроки исполнения обязательств заявителя по гражданскому договору установлены для сторон этого договора, в то время как исполнения публично-правовой обязанности устанавливается нормами публичного права и не может быть изменена соглашением сторон, так как закон связывает наличие обязанности по разработке проектов ЗСО и получением санитарно-эпидемиологических заключений с наличием концессионного соглашения, предусматривающего обязанность заявителя по разработке проектов зон ЗСО, и передачей объектов и, соответственно, всех обязанностей концессионеру (заявителю).

По концессионному соглашению эта обязанность (по разработке проектов зон санитарной охраны (ЗСО) передана заявителю, следовательно, в оспариваемом предписании административный орган правомерно указывает на отсутствие проекта ЗСО как на нарушение норм публичного права. Нарушение изложенных норм права объективно существовало на момент вынесения оспариваемого предписания и субъектом, обязанным выполнять указанные требования норм публичного права, является заявитель, следовательно нарушения, указанные в пунктах 1.5, 1.6 предписания правомерно отражены в оспариваемом предписании.

При ином толковании приведенных норм, складывается ситуация, когда отсутствует субъект, ответственный за подготовку проектов ЗСО длительный период (с момента заключения концессионного соглашении и до момента наступления сроков разработки проектов ЗСО), что недопустимо, учитывая цель создания проектов ЗСО – охрана жизни и здоровья граждан, обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения.

Оценивая довод заявителя со ссылкой на дело № А33-16019/2021, суд указывает, что выводы по настоящему делу о субъекте, обязанном разрабатывать проекты зон ЗСО с учетом представленного в материалы дела концессионного соглашения не противоречат выводам судом по указанному делу. Кроме того, в рамках дела А33-16019/2021 рассматривался гражданско-правовой спор о надлежащем или ненадлежащем исполнении обязательств по концессионному соглашению, суд устанавливал, на кого возложена соответствующая обязанность по концессионному соглашению и исполнена она или нет.

В рамках настоящего дела рассматриваются публично-правовой спор, и суд устанавливает, на кого в соответствии с законом и с учетом условий концессионного соглашения о передаче соответствующей обязанности, возложена соответствующая публично-правовая обязанность, предусмотрена ли законом возможность передачи соответствующей обязанности субъекту коммунального хозяйства и исполнена ли она им или нет.

При этом, вывод о том, что законом обязанность по разработке проекта ЗСО возложена на орган местного самоуправления, но может быть передана субъекту коммунального хозяйства по договору, соответствует выводам, изложенным в судебных актах по делу А33-16019/2021. Поскольку по условиям концессионного соглашения эта обязанность не передана концессионеру, суд в деле А33-16019/2021 пришел к выводу, что такая обязанность осталась за органом местного самоуправления, следовательно, в его действиях имеется бездействие в рамках гражданско-правовых обязательств по разработке проектов ЗСО.

В настоящем деле указанная обязанность по концессионному соглашению передана заявителю и в нарушение норм публичного права не исполнена им, то есть имеет место нарушение, указанное в пунктах 1.5 и 1.6 предписания.

Суд отмечает, что наступление определенных экономических последствий в результате выполнения обществом указанных в оспариваемых пунктах предписания законных требований непосредственно связано с предпринимательским риском общества, как лица, осуществляющего самостоятельную, на свой риск деятельность, направленную на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг (пункт 1 статьи 2 ГК РФ). Поэтому, сама по себе принадлежность иным лицам объектов недвижимого имущества, эксплуатируемого обществом, а равно необходимость выполнения обществом мероприятий, в целях приведения условий осуществления предпринимательской деятельности в соответствии с требованиями санитарно-эпидемиологических норм и правил, не может быть признана достаточным основанием для признания предписания управления в оспариваемой части неисполнимым.

Таким образом общество, осуществляя деятельность по использованию водных объектов в целях питьевого и хозяйственно-бытового водоснабжения, обязано исполнять требования санитарного законодательства, связанные с эксплуатацией данных объектов, в этой связи. требования пункта 1.5 предписания, в части требования разработки проектов зон санитарной охраны (ЗСО), пункта 1.6 предписания законны.

Вместе с тем, согласно пункту 1.11 СанПиН 2.1.4.1110-02 проект ЗСО должен быть составной частью проекта хозяйственно - питьевого водоснабжения и разрабатываться одновременно с последним. Для действующих водопроводов, не имеющих установленных зон санитарной охраны, проект ЗСО разрабатывается специально.

Как следует из материалов дела, по концессионному соглашению обществу переданы действующие объекты коммунального хозяйства, что не оспаривается сторонами, в связи с чем, заявитель обязан разработать проекты ЗСО в отношении переданных объектов, обязанность по разработке проектов хозяйственно-питьевого водоснабжения на заявителя не возложена, в связи с чем пункт 1.5 оспариваемого предписания в части указания на необходимость разработки проектов хозяйственно-питьевого водоснабжения подлежит признанию недействительным.

Пунктом 1.7. оспариваемого предписания административным органом установлено нарушение п. 3.2.1.5 СанПиН 2.1.4.1110-02 «Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения», выразившееся в не оборудовании водозаборов аппаратурой для систематического контроля соответствия фактического дебита при эксплуатации водопровода проектной производительности, предусмотренной при его проектировании и обосновании границ ЗСО (скважины по адресам: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1.; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1; водозаборная скважина по адресу: <...>, сооружение 1).

Согласно п. 3.2.1.5 СанПиН 2.1.4.1110-02 «Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения» все водозаборы должны быть оборудованы аппаратурой для систематического контроля соответствия фактического дебита при эксплуатации водопровода проектной производительности, предусмотренной при его проектировании и обосновании границ ЗСО.

Требованиям п. 3.2.1.5 СанПиН 2.1.4.1110-02 «Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов питьевого назначения» предшествовали требования п. 3.2.1.5 СанПиН 2.1.4.027-95 «Зоны санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов хозяйственно-питьевого назначения. Санитарные правила и нормы», которым в свою очередь предшествовали требования п. 6.1.6 СанПиН 2640-82 «Положение о порядке проектирования и эксплуатации зон санитарной охраны источников водоснабжения и водопроводов хозяйственно-питьевого назначения». Следовательно, требования об оборудовании всех водозаборов аппаратурой для систематического контроля соответствия фактического дебита при эксплуатации водопровода проектной производительности, предусмотренной при его проектировании и обосновании границ ЗСО существовали до 2002 года.

Дебит скважины — объём воды, добываемой из скважины за единицу времени. Максимальный дебит скважины отражается в паспорте на скважину. Для контроля использованного количества дебита воды необходимо устанавливать прибор учета (аппаратура для систематического контроля соответствия фактического дебита).

Согласно п. 1.17 СанПиН 2.1.4.1110-02 отсутствие утвержденного проекта ЗСО не является основанием для освобождения владельцев водопровода, владельцев объектов, расположенных в границах ЗСО, организаций, индивидуальных предпринимателей, а также граждан от выполнения требований, предъявляемых настоящими СанПиН.

Заявитель указывает, что у ООО «Водоканал Абанского района» отсутствует возможность оборудовать водозаборы аппаратурой для систематического контроля соответствия фактического дебита при эксплуатации водопровода проектной производительности, предусмотренной при его проектировании и обосновании границ ЗСО.

Во-первых, зоны санитарной охраны (ЗСО) для объектов водоснабжения, эксплуатируемых ООО «Водоканал Абанского района» в связи установленными сроками разработки проекта зоны санитарной охраны (ЗСО), получения санитарно-эпидемиологического заключения запланированы, следовательно в настоящее время (на даты вынесения предписания) контролировать соответствие фактического дебита воды проектному, так как нет проекта и обоснования границ ЗСО.

Во-вторых, водозаборные скважины сделаны в 1991, 1968, 1990, 1968 и 1977 годах, что подтверждается приложением № 1 к концессионному соглашению. На момент их бурения и оборудования требования об установке такой аппаратуры отсутствовали, в связи с чем, установка этого оборудования не была предусмотрена в конструкции скважины.

В соответствии с пунктом 8.5 СП 31.13330.2021 СНИП 2.04.02-84 «Водоснабжение. Наружные сети и сооружения», утвержденных приказом Минстроя РФ от 27 декабря 2021 года № 1016/пр, в конструкции скважины необходимо предусматривать возможность проведения измерений дебита, уровня, отбора проб воды, а также проведения ремонтно-восстановительных работ при применении импульсных, реагентных и комбинированных методов регенерации при эксплуатации скважин.

Таким образом, по мнению заявителя, поскольку изначально в конструкции скважин не было предусмотрено возможности установки аппаратуры для систематического контроля соответствия фактического дебита при эксплуатации водопровода проектной производительности, предусмотренной при его проектировании и обосновании границ ЗСО, в настоящее время сделать это невозможно.

Суд отклоняет доводы заявителя о недействительности пункта 1.7 оспариваемого предписания, учитывая установленную в рамках настоящего дела обязанность заявителя по разработке проектов зон санитарной охраны (ЗСО), и получении санитарно-эпидемиологических заключений о соответствии проектов ЗСО санитарным правилам с момента заключения концессионного соглашения, а также принимая во внимание ранее сделанный судом вывод о необходимости соблюдения водоснабжаюшей организаций норм действующего законодательства в области охраны жизни и здоровья граждан, обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения. Доказательств объективной невозможности исполнения вышеизложенных требований законодательства в материалы дела не представлено.

Таким образом, суд признает обоснованным и законным, не нарушающим права заявителя пункт 1.7 оспариваемого предписания.

Часть 2 статьи 201 АПК РФ предусматривает, что арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

С учетом установленных обстоятельств по делу, суд полагает заявление подлежащим частичному удовлетворению.

Согласно статье 110 АПК РФ судебные расходы, в том числе связанные с уплатой государственной пошлины по делу, относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных требований.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение арбитражным судом настоящего заявления составляют 3000 рублей и подлежат взысканию с Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю и жилищного контроля Красноярского края в пользу общества с ограниченной ответственностью «Водоканал Абанского района».

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписано усиленной квалифицированной электронной подписью судьи и считается направленным лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа (код доступа - ).

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 174, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Красноярского края



РЕШИЛ:

заявленные требования удовлетворить частично.

Признать недействительным предписание Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю (ИНН <***>, ОГРН <***>) от 29.09.2021 № 28403 в следующей части: пункт 1.4 в части указания адресов: <...>, сооружение 1; <...>, сооружение 1; пункт 1.5 в части указания проектов хозяйственно-питьевого водоснабжения.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с Управления Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека по Красноярскому краю (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью «Водоканал Абанского района» (ИНН <***>, ОГРН <***>) 3000 рублей судебных расходов по уплате государственной пошлины.


Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.




Судья

Е.В. Полищук