Постановление от 19 апреля 2023 г. по делу № А45-20010/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень Дело № А45-20010/2017


Резолютивная часть постановления объявлена 19 апреля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 19 апреля 2023 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Доронина С.А.,

судей Качур Ю.И.,

ФИО1-

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4 на определение от 29.11.2022 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Гофман Н.В.) и постановление от 02.02.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Сбитнев А.Ю., Апциаури Л.Н., Усанина Н.А.) по делу № А45-20010/2017 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Элком» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – общество «Элком», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО5 о привлечении ФИО3, ФИО2, ФИО6, ФИО7, ФИО4, ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве общества «Элком» конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании доказанным наличия оснований для привлечения ФИО3, ФИО2, Рихтера М.Г., ФИО7, ФИО4, ФИО8 к субсидиарной ответственности, приостановлении рассмотрения заявления до окончания расчётов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчётов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 29.11.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.02.2023, ФИО3, ФИО2, ФИО6, ФИО7, ФИО4 привлечён к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «Элком», в удовлетворении остальной части заявления отказано, производство по рассмотрению заявления приостановлено до окончания расчётов с кредиторами должника.

В кассационных жалобах ФИО2, ФИО3, ФИО4 просят определение суда от 29.11.2022 и постановление апелляционного суда от 02.02.2023 отменить в части их привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, принять в этой части новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего или направлении обособленного спора на новое рассмотрение.

Доводы кассационных жалоб сводятся к тому, что в период, когда руководство должником осуществлял ФИО2, каких-либо сделок, впоследствии ставших причиной банкротства, не совершалось, общество «Элком» в этот период осуществляло обычную хозяйственную деятельность; договор купли-продажи не являлся существенно убыточным для должника, доказательств обратного в материалах обособленного спора не имеется; судами ненадлежащим образом исполнена обязанность по извещению ФИО3, ФИО4 о дате и времени рассмотрения настоящего обособленного спора.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность определения и постановления, суд округа пришёл к следующим выводам.

1. Компетенция суда кассационной инстанции.

В соответствии со статьями 286, 287 АПК РФ суд округа проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанции, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Таким образом, суд кассационной инстанции проверяет законность определения суда от 29.11.2022 и постановления апелляционного суда от 02.02.2023 только в той части, которая обжалована в суд, в данном случае в части привлечения ФИО2, ФИО3, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

2. Закон, подлежащий применению.

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

Совокупность юридически значимых действий, с которым конкурсный управляющий связывает наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, носила длящийся характер и совершена в течение 2013 - 2016 годов.

В обозначенный период времени отношения по привлечению контролирующих лиц к субсидиарной ответственности регулировались положениями статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ (в период действия этого закона совершались действия, приведшие с позиции конкурсного управляющего, к банкротству должника).

Таким образом, применение судами первой и апелляционной инстанций положений статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ является правомерным, соответствующему общему принципу действия закона во времени (статья 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ)).

Учитывая тот факт, что предусмотренное статьёй 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьями 61.11, 61.12 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), может быть применён к статье 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

3. Статус лиц, контролирующих должника.

Положения Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ не содержали дефиниции «контролирующих должника лиц».

Вместе с тем, в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 3 Постановления № 53, по общему правилу необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника лиц является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия. Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.).

Указанные положения являются конкретизацией подпунктов 1, 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве, согласно которым лицо предполагается контролирующим, если оно

- являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

- извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 ГК РФ.

Контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и её кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.) (пункт 7 Постановления № 53).

В рассматриваемом случае ФИО3 исполнял обязанности руководителя должника в период с 13.01.2010 по 10.01.2013, ФИО2 – в период с 14.06.2013 по 12.02.2015; ФИО4 являлся учредителем должника в период с 29.12.2014 по 05.05.2016.

Таким образом, ФИО3, ФИО2, ФИО4 обладают статусом контролирующих лиц применительно к положениям пункта 3 Постановления № 53.

4. Привлечение к субсидиарной ответственности контролирующих лиц за признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц (невозможность полного погашения требований кредиторов вследствие действий контролирующих лиц).

В качестве оснований для привлечения ФИО3, ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника конкурсный управляющий указал на совершение ими сделок, приведших к утрате должником принадлежащих ему активов и наступлению признаков объективного банкротства.

В частности, антикризисный менеджер указывал на то, что:

- балансовая стоимость активов должника на последнюю отчётную дату, предшествующую введению процедуры наблюдения, конкурсного производства (2015 год), составляла 13 223 000 руб.;

- вступившим в законную силу определением суда от 19.06.2019 признана недействительной цепочка подозрительных сделок, в том числе договор купли-продажи от 15.03.2016 № 17, заключённая в интересах ФИО4, ФИО3 (конечные бенефициары), результатом совершения которой стала утрата должником актива стоимостью 1 509 000 руб.;

- между должником (займодавец) и ФИО4 (заёмщик) заключены договоры займа от 19.02.2016 № 3, от 17.03.2016 № 5, в рамках которых общество «Элком» передало ФИО4 денежные средства в общем размере 3 563 100 руб.; денежные средства не возвращены должнику, обязательства прекращены посредством проведения зачёта;

- между должником (займодавец) и ФИО3 (заёмщик) заключён договор займа от 11.03.2013, в рамках которых общество «Элком» передало ФИО3 денежные средства в общем размере 9 000 000 руб.; денежные средства не возвращены должнику, обязательства прекращены посредством проведения зачёта, акты сверки задолженности за период 01.01.2013 - 31.12.2014 со стороны должника подписаны ФИО2;

- с расчётного счёта общества «Элком» 27.03.2014 осуществлена выдача займа обществу «СибСервис» в размере 8 400 000 руб.; денежные средства не возвращены должнику, на указанную дату руководство обществом «Элком» осуществлял ФИО2, учредителем общества «СибСервис» являлся ФИО3, который распорядился полученными денежными средствами по своему усмотрению.

Субсидиарная ответственность контролирующего лица, предусмотренная пунктом 4 статьи 10 ранее действующей редакции Закона о банкротстве (пункт 1 статьи 61.11 действующей редакции Закона о банкротстве), по своей сути является ответственностью данного лица по собственному обязательству - обязательству из причинения вреда имущественным правам кредиторов, возникшего в результате неправомерных действий (бездействия) контролирующего лица, выходящих за пределы обычного делового риска, которые явились необходимой причиной банкротства должника и привели к невозможности удовлетворения требований кредиторов (обесцениванию их обязательственных прав).

Субсидиарная ответственность по обязательствам должника является формой ответственности контролирующего должника лица за доведение до банкротства, вред в таком случае причиняется кредиторам в результате деликта контролирующего лица - неправомерного вмешательства в деятельность должника, вследствие которого должник теряет способность исполнять свои обязательства.

Так, согласно абзацу третьему пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо в случае недостаточности имущества должника несёт субсидиарную ответственность по его обязательствам. Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если, в частности, в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 названного Закона, причинён вред имущественным правам кредиторов. Аналогичные правила в настоящее время закреплены в пунктах 1 и 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Квалифицирующим признаком сделки, ряда сделок, при наличии которых к контролирующему лицу может быть применена упомянутая презумпция доведения до банкротства, являются значимость этих сделок для должника (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно их существенная убыточность и направленность на причинение вреда кредиторам путём не имеющего разумного экономического обоснования уменьшения (обременения) имущественной массы.

Существенная убыточность сделки является оценочной категорией, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела, размер сделки применительно к масштабам деятельности должника и в этой связи определяет, является ли убыточность существенной с учётом представленных доказательств.

В рассматриваемом случае, такие квалифицирующие признаки судами первой и апелляционной инстанций установлены. В частности, судами указано на то, что сумма денежных средств, выбывшая из собственности должника по итогу совершения указанных конкурсным управляющим сделок сопоставима с масштабами деятельности должника (активы предприятия на 2015 год составляли 13 223 000 руб.), в результате их совершения у должника образовался непокрытый активами убыток в размере 5 467 000 руб. (финансовый результат за 2015 год представляет из себя убыток в размере 7 812 000 руб.), приведший в конечном итоге к возникновению у общества «Элком» признаков объективного банкротства (превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью активов).

Следовательно, выводы судов о наличии оснований для привлечения ФИО3, ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника являются обоснованными, сделанными при правильном применении положений пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве к фактическим обстоятельствам дела.

Фактические обстоятельства установлены судам первой и апелляционной инстанций в результате полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств в их совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, обособленный спор разрешён правильно.

Доводы ФИО3, ФИО4 об их ненадлежащем извещении арбитражным судом первой инстанции о дате и времени рассмотрения настоящего обособленного спора подлежат отклонению.

В соответствии с частью 6 статьи 121 АПК РФ лица, участвующие в деле, после получения определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, а лица, вступившие в дело или привлечённые к участию в деле позднее, и иные участники арбитражного процесса после получения первого судебного акта по рассматриваемому делу самостоятельно предпринимают меры по получению информации о движении дела с использованием любых источников такой информации и любых средств связи.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления неблагоприятных последствий в результате непринятия мер по получению информации о движении дела, если суд располагает информацией о том, что указанные лица надлежащим образом извещены о начавшемся процессе, за исключением случаев, когда лицами, участвующими в деле, меры по получению информации не могли быть приняты в силу чрезвычайных и непредотвратимых обстоятельств.

В пункте 17 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» разъяснено, что применяя данную норму, судам следует исходить из положений части 6 статьи 121 и части 1 статьи 123 АПК РФ, в соответствии с которыми арбитражный суд к началу судебного заседания, совершения отдельного процессуального действия должен располагать сведениями о получении лицом, участвующим в деле, иным участником арбитражного процесса копии первого судебного акта по делу либо иными сведениями, указанными в части 4 статьи 123 АПК РФ.

Согласно абзацу второму части 4 статьи 121 АПК РФ судебные извещения, адресованные гражданам, в том числе индивидуальным предпринимателям, направляются по месту их жительства.

В силу пункта 1 статьи 20 ГК РФ местом жительства признается место, где гражданин постоянно или преимущественно проживает.

В соответствии с частью 1 статьи 122 АПК РФ копия судебного акта направляется арбитражным судом по почте заказным письмом с уведомлением о вручении либо путём вручения адресату под расписку непосредственно в арбитражном суде или по месту нахождения адресата, а в случаях, не терпящих отлагательства, путём направления телефонограммы, телеграммы, по факсимильной связи или электронной почте либо с использованием иных средств связи.

В силу части 1 статьи 123 АПК РФ лица, участвующие в деле, считаются извещёнными надлежащим образом, если к началу судебного заседания арбитражный суд располагает сведениями о получении адресатом копии определения о принятии искового заявления или заявления к производству и возбуждении производства по делу, направленной ему в порядке, установленном названным Кодексом, или иными доказательствами получения лицами, участвующими в деле, информации о начавшемся судебном процессе.

Материалами обособленного спора подтверждается, что определение о принятии заявления конкурсного управляющего к производству и назначении предварительного судебного заседания направлялось судом первой инстанции ФИО3, ФИО4 по адресу их проживания, также указанным ими в апелляционной и кассационной жалобах, соответствующие почтовые отправления были вручены ответчикам в установленном законом порядке (в материалах дела имеются соответствующие уведомления (том 1, лист дела 12)).

Более того, ФИО4 обращался в арбитражный суд первой инстанции через электронную систему подачи документов с ходатайством об ознакомлении с материалами обособленного спора (том 1, лист дела 47), финансовым управляющим ФИО9, выступающей на стороне ФИО3 в силу возложенных на неё обязанностей в рамках дела № А45-25949/2019 (абзац четвёртый пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве), также заявлялось ходатайство о возобновлении производства по обособленному спору (том 1, лист дела 104).

Таким образом, вопреки доводам ФИО3, ФИО4 арбитражным судом первой инстанции надлежащим образом исполнена обязанность по извещению ответчиков о дате и времени рассмотрения настоящего обособленного спора.

Иные доводы, приведённые кассаторами в жалобах, не могут быть приняты во внимание на данной стадии процесса, поскольку они направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств по делу, что находится за пределами полномочий судебной коллегии (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено, в связи с чем кассационные жалобы удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 29.11.2022 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 02.02.2023 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-20010/2017 оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО2, ФИО3, ФИО4 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий С.А. Доронин


Судьи Ю.И. Качур


ФИО1