Постановление от 1 апреля 2026 г. АС Вологодской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, <...>

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург

02 апреля 2026 года Дело № А13-15237/2022

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Казарян К.Г.,

ФИО1,

при ведении протокола помощником судьи Плешковым Г.М.,

при участии от конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ГарантСтрой» ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 02.09.2024), от ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 19.06.2025),

рассмотрев 19.03.2026 в открытом судебном заседании, проведенном с использованием системы веб-конференции, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ГарантСтрой» ФИО2 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 14.08.2025 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2025 по делу

№ А13-15237/2022,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 14.12.2022 на основании заявления общества с ограниченной ответственностью «Управление отделочных работ № 19» возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ГарантСтрой», адрес: 160901, <...>,

ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество).

Определением от 29.08.2023 в отношении Общества введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением от 13.12.2023 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО2

Конкурсный управляющий ФИО2 23.08.2024 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в котором просил привлечь ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в размере 1 066 707 руб.

Определением суда первой инстанции от 14.08.2025, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2025, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий ФИО2, ссылаясь на несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела, просит отменить определение от 14.08.2025 и постановление от 16.12.2025, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению подателя жалобы, ФИО4 не опроверг доводы заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности, уклонился от представления доказательств своей непричастности к банкротству должника, при этом суд не исследовал причины, имеющие значение для разрешения настоящего обособленного спора, в том числе причины банкротства должника, а также неверно распределил бремя доказывания.

Податель жалобы указал на непередачу ФИО4 конкурсному управляющему документов и товарно-материальных ценностей должника, привлечение им номинального руководителя с целью сокрытия реального бенефициара банкротства должника.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы кассационной жалобы, представитель ФИО4 возражал против ее удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, однако своих представителей в заседание кассационной инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, Общество создано 10.04.2017, о чем в единый государственный реестр юридических лиц внесена запись

№ <***>; основными видами деятельности юридического лица являлись инженерные изыскания, инженерно-техническое проектирование, управление проектами строительства, строительный контроль и авторский надзор, техническое консультирование в этих областях; Общество имело лицензию на осуществление деятельности по монтажу, техническому обслуживанию и ремонту средств обеспечения пожарной безопасности зданий и сооружений.

Руководителем и учредителем Общества с 10.04.2017 по 24.11.2017 являлся ФИО4, с 25.11.2017 по дату признания должника банкротом – ФИО6.

Ввиду непередачи ответчиком финансово-хозяйственной документации должника, отражающей отчуждение в 2020 году основных средств на

1 270 000 руб., что не позволило конкурсному управляющему сформировать конкурсную массу для расчетов с кредиторами, конкурсный управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением, в обоснование которого сослался на пункты 1, 2 и 4 части 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), просил учесть, что ФИО6 является номинальным руководителем и учредителем должника, а ФИО4 – фактическим, при этом его действия были направлены на уклонение от исполнения решения суда.

В дополнении к заявлению конкурсный управляющий отметил, что само по себе наличие судебного акта об истребовании у ФИО6 документов не исключает возможности их истребования у ФИО4

Возразив против доводов заявления, ФИО4 указал, что управляющий к нему за документами не обращался, вся документация передана ФИО6 по акту от 28.10.2021.

Суд первой инстанции, исследовав представленные в материалы дела документы в их совокупности и взаимосвязи, оценив позиции участвующих в деле лиц, придя к выводу о недоказанности конкурсным управляющим наличия оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам Общества в удовлетворении заявления отказал.

Суд апелляционной инстанции вывод суда первой инстанции поддержал.

Проверив законность обжалуемых судебных актов и обоснованность доводов, приведенных в кассационной жалобе, Арбитражный суд Северо-Западного округа не усмотрел оснований для ее удовлетворения.

В силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве предусмотрено, что под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться в том числе в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения; в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 данной статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника); иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Согласно пункту 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53) предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 16 Постановления

№ 53, под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласовании, заключении или одобрении сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), даче указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначении на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создании и поддержании такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

В пункте 23 Постановления № 53 указано, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) Закона о банкротстве. Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности.

Судами установлено, что оспоренные конкурсным управляющим сделки, их условия и результат не свидетельствуют об их совершении недобросовестно, с целью причинения убытков Обществу, выходе таких сделок за пределы обычного предпринимательского риска.

В действиях ФИО4 по снятию денежных средств и распоряжению расчетным счетом должника противоправного умысла на причинение вреда кредиторам не установлено.

Суды отметили отсутствие связи между поведением либо действиями ФИО4 и объективным банкротством должника.

Положениями подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и непередачей контролирующим лицом документов бухгалтерского учета и (или) отчетности, в результате которой существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

В силу разъяснений, данных в пунктах 19 и 24 Постановления № 53, конкурсный управляющий должен предоставить пояснения о том, каким образом отсутствие у него документов фактически повлияло на проведение процедур банкротства и проведение расчетов с конкурсными кредиторами. Привлекаемое к субсидиарной ответственности лицо имеет возможность данную презумпцию опровергнуть, доказав, что недостатки представленной управляющему документации или ее отсутствие не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, к невозможности определения и идентификации основных активов должника.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции ФИО4 в опровержение довода конкурсного управляющего о непередаче документации конкурсному управляющему представил датированный 28.10.2021 акт передачи ФИО6 документов.

С заявлением об истребовании у ФИО4 документации должника конкурсный управляющий не обращался.

При этом суд первой инстанции установил, что конкурсный управляющий не раскрыл перед сторонами отсутствие каких именно документов не позволило ему сформировать конкурсную массу.

Суд кассационной инстанции согласен с выводами судов двух инстанций, которые не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам, считает, что обжалуемые судебные акты приняты с соблюдением норм материального и процессуального права.

Доводы кассационной жалобы подлежат отклонению, поскольку, по существу, тождественны доводам, которые являлись предметом рассмотрения судов первой и апелляционной инстанций, направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных судами на основании исследования имеющихся в деле доказательств, по причине несогласия заявителя жалобы с оценкой судов; при этом переоценка установленных обстоятельств не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных статьями 286, 287 АПК РФ.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 – 288 АПК РФ, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципа состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Иная оценка подателем жалобы установленных судами фактических обстоятельств дела и толкование положений закона не означает, что при рассмотрении дела была допущена судебная ошибка.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 АПК РФ безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 03.02.2026 конкурсному управляющему ФИО2 была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы. В связи с отказом в удовлетворении кассационной жалобы с Общества на основании подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации следует взыскать в доход федерального бюджета 50 000 руб. государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 14.08.2025 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2025 по делу № А13-15237/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «ГарантСтрой» ФИО2 – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ГарантСтрой» (ОГРН <***>, ИНН <***>) в доход федерального бюджета

50 000 руб. государственной пошлины.

Председательствующий Н.Ю. Богаткина

Судьи К.Г. Казарян

ФИО1