Решение от 21 сентября 2022 г. по делу № А40-111884/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Дело № А40-111884/22-122-784
21 сентября 2022 года
г. Москва



Резолютивная часть решения объявлена 15 сентября 2022 года

Полный текст решения изготовлен 21 сентября 2022 года


Арбитражный суд в составе: судьи Девицкой Н.Е.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

с использованием средств аудиозаписи в ходе судебного заседания.

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ООО "Вентфан"

к ФАС

третье лицо: ООО «Производственное предприятие «Благовест – С+»

о признании незаконным отказ в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства

при участии:

от заявителя – ФИО2 (паспорт, приказ №1 от 15.09.2020г.)

от ответчика – ФИО3 (уд., диплом, дов. от 16.09.2021г.)

от третьего лица – ФИО4 (паспорт, диплом, дов. от 01.01.2022г.)

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Вентфан» (Заявитель, ООО «Вентфан», общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением об оспаривании решения ФАС России от 06.04.2022 (исх. № НГ/32691/22) об отказе в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства Российской Федерации.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечено ООО «ПП Благовест-С+» (Третье лицо, общество «ПП Благовест-С+»).

В судебном заседании представитель Заявителя поддержал заявленные требования, указав на незаконность и необоснованность оспариваемого акта по доводам, указанным в заявлении и возражениях на отзывы заинтересованного лица и Третьего лица, отметив, что оспариваемый акт не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в связи с необоснованным отказом контрольным органом в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства по основаниям, прямо противоречащим требованиям действующего антимонопольного законодательства Российской Федерации. Также в судебном заседании представитель Заявителя настаивал на необоснованности действий Третьего лица по установлению предельных минимальных цен реализации принадлежащего ему товара, поскольку фактически указанные действия свидетельствуют о координации Третьим лицом деятельности иных субъектов на рассматриваемом товарном рынке с навязыванием им невыгодных условий реализации такого товара. В свою очередь, как настаивал в судебном заседании представитель Заявителя, установление предельных минимальных цен товара ограничивает хозяйствующих субъектов в выборе ими способа его реализации и, как следствие, ведет к ущемлению их прав и законных интересов и, как следствие, ограничению их количества ввиду невозможности свободного осуществления предпринимательской деятельности. При этом, как указал в судебном заседании представитель Заявителя, признаки безосновательной координации Третьим лицом деятельности своих контрагентов были исчерпывающе доказаны им при подаче соответствующего заявления в контрольный орган, однако указанные обстоятельства были необоснованно проигнорированы административным органом, что, в свою очередь, лишило Заявителя возможности защиты и восстановления своих нарушенных прав в административном порядке. Между тем, как указал представитель Заявителя, немотивированность принятого контрольным органом по его заявлению решения является самостоятельным и безусловным основанием к удовлетворению заявленного обществом требования. При таких данных в судебном заседании представитель Заявителя настаивал на обоснованности заявленного требования и, как следствие, просил суд о его удовлетворении.

Представитель Ответчика в судебном заседании требования не признала по мотивам, изложенным в представленном отзыве, пояснив, что отказ контрольного органа в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства был обусловлен отсутствием каких-либо доказательств действительного ограничения действиями Третьего лица доступа на товарный рынок либо осуществления хозяйствующими субъектами деятельности на указанном рынке. Кроме того, как указала в судебном заседании представитель заинтересованного лица, материалами дела не подтверждается факт осуществления координирующим лицом и координируемыми лицами своей деятельности на различных товарных рынках, что, в свою очередь, исключает возможность квалификации антимонопольным органом действий Третьего лица как нарушающих требования действующего антимонопольного законодательства Российской Федерации. При таких данных в судебном заседании представитель Ответчика настаивала на законности и обоснованности оспариваемого решения и, как следствие, просила суд об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Представитель Третьего лица – ООО «ПП Благовест-С+» в судебном заседании заявленные требования не признал, возражал против их удовлетворения по доводам, изложенным в представленном отзыве, дополнительно отметив, что его действия по мониторингу розничных цен на товарном рынке направлены на недопущение реализации контрафактной продукции и не могут быть расценены как нарушение требований действующего антимонопольного законодательства Российской Федерации.

Рассмотрев материалы дела, выслушав объяснения представителей Заявителя, Ответчика и явившегося Третьего лица, изучив и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, арбитражный суд приходит к выводу о том, что заявленные требования необоснованны и не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу приведенной нормы удовлетворение заявленных требований возможно при одновременном наличии двух условий: если оспариваемое решение уполномоченного органа не соответствует закону и нарушает права и охраняемые законом интересы заявителя.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между Заявителем, осуществляющим розничную продажу вентиляционного оборудования, и Третьим лицом, выступающим официальным представителем компании «Soler&Palau;» на территории Российской Федерации, был заключен договор поставки от 29.07.2021 № 349/07/2021.

Согласно п. 1.1 Договора Третье лицо обязуется передать в собственность Заявителя вентиляционное оборудование, а Заявитель обязуется принимать и оплачивать товар в порядке и на условиях, заключенного договора.

В соответствии с п. 9.1 указанного договора Заявитель приобретает товар у Третьего лица для его последующей реализации третьим лицам.

При этом, согласно п. 9.5 договора покупатель не вправе размещать в открытом доступе (в том числе путем публикации в рекламных материалах, размещения на сайте, прайс-лист) информацию о продаже товара третьим лицам по цене ниже, чем установленная поставщиком минимальная публикуемая розничная цена.

В целях контроля за соблюдением своими контрагентами указанных условий Третье лицо осуществляет мониторинг розничных цен в интернет-магазинах, реализующих продукцию в розницу.

Материалами дела подтверждается, что 26.11.2021 Третье лицо направило Заявителю письмо, в котором сообщило о нарушении обществом требований п. 9.5 договора при продаже на маркетплейсе OZON, а также Третье лицо направило претензию о нарушении Заявителем условий договора.

Кроме того, 23.12.2021 Третье лицо направило в адрес общества письмо, в котором сообщило, что в связи с нарушением ООО «Вентфан» п. 9.5 договора и непринятием мер по соблюдению его условий, в соответствии с п. 9.7 договора он был расторгнут обществом «ПП Благовест-С+» с 27.12.2021. Помимо прочего, Третье лицо направило претензию маркетплейсу OZON о несоблюдении Заявителем минимальной розничной цены.

Не согласившись с указанными действиями Третьего лица, полагая предъявленные им требования о недопустимости реализации товара по стоимости ниже установленной им предельной минимальной цены фактической координацией экономической деятельности, приводящей к ущемлению прав и законных интересов покупателей спорного товара и нарушающей требования ч. 5 ст. 11 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее — Закон о защите конкуренции), Заявитель обратился с жалобой в антимонопольный орган.

Письмом от 06.04.2022 (исх. № НГ/32691/22) антимонопольный орган отказал Заявителю в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства на основании ч. 9 ст. 44 Закона о защите конкуренции, не усмотрев к тому достаточных оснований.

Не согласившись с указанными действиями контролирующего органа, полагая допущенной со стороны Третьего лица координацию экономической деятельности, лишающей участников товарного рынка экономической самостоятельности и приводящей к ущемлению прав и законных интересов покупателей товара, Заявитель обратился в Арбитражный суд г. Москвы с требованием о признании спорных действий антимонопольного органа незаконными.

Судом проверено и установлено соблюдение Заявителем срока на обращение в суд, предусмотренного ч. 4 ст. 198 АПК РФ.

Полномочия административного органа, рассмотревшего заявление и совершившего оспариваемые действия, определены ст.ст. 23, 39.1 Закона о защите конкуренции, п. 5.3.1.1. положения о Федеральной антимонопольной службе, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2004 № 331. Таким образом, оспариваемые действия совершены антимонопольным органом в пределах предоставленной законом компетенции.

Отказывая в удовлетворении заявленного требования, суд соглашается с позицией Ответчика, при этом исходит из следующего.

Согласно поступившему в антимонопольный орган заявлению ООО «Вентфан», Третьим лицом в заключенных с обществом, а также с ООО «МЕГАВАТТ-КЛИМАТ», ООО «БОНА КОМПАНИ», ИП ФИО5 договорах на реализацию продукции установлено требование о недопустимости ее последующей реализации по цене ниже, чем установленная поставщиком минимальная публикуемая розничная цена.

Ссылаясь на незаконность действий Третьего лица, Заявитель настаивает на допущенном обществом «ПП Благовест-С+» нарушении требований ч. 5 ст. 11 Закона о защите конкуренции, согласно которой физическим лицам, коммерческим организациям и некоммерческим организациям запрещается осуществлять координацию экономической деятельности хозяйствующих субъектов, если такая координация приводит к любому из последствий, которые указаны в ч.ч. 1-3 указанной статьи, которые не могут быть признаны допустимыми в соответствии со ст.ст. 12, 13 Закона о защите конкуренции или которые не предусмотрены федеральными законами.

При этом, положениями ч.ч. 1-3 ст. 11 указанного закона запрещены действия, приводящие к установлению или поддержанию цен (тарифов), скидок, надбавок (доплат) и (или) наценок; повышению, снижению или поддержанию цен на торгах; разделу товарного рынка по территориальному принципу, объему продажи или покупки товаров, ассортименту реализуемых товаров либо составу продавцов или покупателей (заказчиков); сокращению или прекращению производства товаров; отказу от заключения договоров с определенными продавцами или покупателями (заказчиками); такие соглашения приводят или могут привести к установлению цены перепродажи товара, за исключением случая, если продавец устанавливает для покупателя максимальную цену перепродажи товара; такими соглашениями предусмотрено обязательство покупателя не продавать товар хозяйствующего субъекта, который является конкурентом продавца. Данный запрет не распространяется на соглашения об организации покупателем продажи товаров под товарным знаком либо иным средством индивидуализации продавца или производителя; такие соглашения приводят к манипулированию ценами на оптовом и (или) розничных рынках электрической энергии (мощности).

В силу п. 14 ст. 4 Закона о защите конкуренции координация экономической деятельности - согласование действий хозяйствующих субъектов третьим лицом, не входящим в одну группу лиц ни с одним из таких хозяйствующих субъектов и не осуществляющим деятельности на товарном рынке, на котором осуществляется согласование действий хозяйствующих субъектов. Не являются координацией экономической деятельности действия хозяйствующих субъектов, осуществляемые в рамках «вертикальных» соглашений.

Таким образом, как правильно указано в оспариваемом отказе антимонопольного органа, для квалификации нарушения в качестве координации экономической деятельности необходимо установить, что координирующее лицо и координируемые хозяйствующие субъекты осуществляют деятельность на разных товарных рынках.

В соответствии с п. 52 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 04.03.2021 № 2 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением судами антимонопольного законодательства» при рассмотрении споров о законности отказов антимонопольных органов в возбуждении дел о нарушении антимонопольного законодательства судам необходимо учитывать, что по смыслу положений ч.ч. 1 и 2 ст. 44 Закона о защите конкуренции на стадии возбуждения дела о нарушении антимонопольного законодательства антимонопольный орган не рассматривает по существу вопрос о наличии нарушения, но анализирует, приведены ли в заявлении обстоятельства, которые могут свидетельствовать о наличии в действиях конкретного лица признаков нарушения антимонопольного законодательства, и представлены ли в подтверждение этих обстоятельств доказательства (либо указано на невозможность представления определенных документов и лицо, у которого они могут быть истребованы). Антимонопольный орган также не связан квалификацией указанных в заявлении действий, которую дает заявитель, а самостоятельно дает им квалификацию, в том числе на стадии возбуждения дела, исходя из содержания заявления и приложенных к нему доказательств.

В связи с этим при оценке законности отказа в возбуждении дела по основаниям, предусмотренным п.п. 1, 2 ч. 9 ст. 44 Закона о защите конкуренции, арбитражный суд проверяет правильность выводов антимонопольного органа о возможной квалификации нарушения, а также полноту проверки доводов заявителя, свидетельствующих о возможном наличии нарушения антимонопольного законодательства в поведении соответствующих лиц.

Между тем, как явствует из материалов дела и установлено административным органом, Заявитель и Третье лицо осуществляют деятельность на одном товарном рынке — розничной продажи вентиляционного оборудования, что, в свою очередь, исключает возможность квалификации действий общества «ПП Благовест-С+» как координации экономической деятельности, нарушающей требования действующего антимонопольного законодательства Российской Федерации.

Приведенные Заявителем доводы об обратном, обоснованные ссылкой на выписки из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Вентфан», ООО «ПП Благовест-С+», ООО «МЕГАВАТТ-КЛИМАТ», ООО «БОНА КОМПАНИ», ИП ФИО5, согласно которым основные виды деятельности указанных лиц отличаются друг от друга и свидетельствуют об осуществлении ими деятельности на разных товарных рынках, отклоняются судом как безосновательные, поскольку основной вид деятельности хозяйствующего субъекта не исключает его возможность осуществлять иные виды деятельности, в настоящем случае — деятельность по розничной продаже вентиляционного оборудования.

При этом, каких-либо доказательств, опровергающих факт осуществления указанными лицами вышеуказанного вида деятельности, Заявителем не представлено, что, в свою очередь, опровергает его утверждение об осуществлении указанными лицами своей предпринимательской деятельности на разных товарных рынках.

Кроме того, формулируя итоговый вывод об отказе в удовлетворении заявленного требования, суд также принимает во внимание и объяснения Третьего лица, согласно которым его действия по мониторингу розничных цен направлены на недопущение и пресечение продажи контрафактной продукции, поскольку указанная продукция предлагается к продаже по цене, которая значительно ниже стоимости оригинальной продукции. Таким образом, установление Третьим лицом предельной минимальной цены продажи товара и последующий мониторинг стоимости такого товара позволяет обществу «ПП Благовест-С+» выявлять продажу контрафактной продукции под маркировкой принадлежащей ему продукции.

При этом, указанные действия Третьего лица, по мнению суда, положениям действующего антимонопольного законодательства Российской Федерации не противоречат.

Приведенные же Заявителем доводы об обратном, обоснованные ссылками на необходимость осуществления такого мониторинга со стороны таможенных, правоохранительных и антимонопольных органов, отклоняются судом как не имеющие правового значения для настоящего спора, поскольку признакам координации экономической деятельности спорные действия Третьего лица в любом случае не соответствовали, а потому у антимонопольного органа в настоящем случае отсутствовали правовые и фактические основания для принятия в отношении общества «ПП Благовест-С+» каких-либо мер реагирования.

Кроме того, оценивая приведенные Заявителем в рассматриваемой части доводы, суд также обращает внимание и на то обстоятельство, что наличия каких-либо последствий из числа перечисленных в ч.ч. 1-3 ст. 11 Закона о защите конкуренции вследствие спорных действий Третьего лица обществом также не доказано, что, в свою очередь, исключает возможность квалификации указанных действий как нарушающих требования действующего антимонопольного законодательства Российской Федерации.

Безусловных и убедительных доказательств обратного Заявителем в настоящем случае не доказано.

Приведенные же обществом доводы о немотивированности и необоснованности оспоренного по делу решения контрольного органа отклоняются судом как не соответствующие действительности, поскольку из содержания указанного решения (исх. № НГ/32691/22 от 06.04.2022) очевидно явствуют мотивы его принятия административным органом и причины, по которым контрольный орган отклонил приведенные Заявителем доводы и представленные им доказательства. Фактически приведенные обществом в рассматриваемой части доводы представляют собой констатацию факта его несогласия с принятым заинтересованным лицом решением, что, однако же, в отсутствие доказательств ошибочности и необоснованности такого решения не может являться основанием к удовлетворению заявленного требования в контексте ст.ст. 198, 200, 201 АПК РФ.

Таким образом, суд признает выводы антимонопольного органа, изложенные в оспариваемом решении, правильными и соответствующими представленным в дело доказательствам, а доводы Заявителя об обратном – направленными исключительно на изыскание всевозможных способов отмены принятого контролирующим органом решения, с которым Заявитель не согласен, что не может являться основанием к удовлетворению заявленного требования.

При таких данных суд признает, что оспариваемый Заявителем отказ антимонопольного органа (исх. № НГ/32691/22 от 06.04.2022) в возбуждении дела о нарушении антимонопольного законодательства Российской Федерации не только полностью соответствует требованиям законодательства, но и не нарушает права и законные интересы Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (что необходимо к доказыванию со стороны Заявителя в контексте ст.ст. 198, 200, 201 АПК РФ). Доказательств обратного обществом в нарушение требований ст. 65 АПК РФ не представлено, что также свидетельствует в пользу отсутствия в настоящем случае правовых и фактических оснований к удовлетворению заявленного требования.

Суд приходит к выводу о том, что совокупность условий, предусмотренных ч. 1 ст. 198 АПК РФ и необходимых для признания незаконным оспариваемого ненормативного правового акта, отсутствует, оспариваемый акт является законным, обоснованным, принят в полном соответствии с требованиями антимонопольного законодательства Российской Федерации и не нарушает прав и законных интересов Заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, в связи с чем заявленные требования удовлетворению не подлежат (ч. 3 ст. 201 АПК РФ).

Судом проверены все доводы Заявителя, однако они не опровергают установленные судом обстоятельства и не могут являться основанием для удовлетворения заявленных требований.

Госпошлина распределяется по правилам ст. 110 АПК РФ и относится на Заявителя.

На основании вышеизложенного, и руководствуясь ст.ст. 29, 64-68, 75, 110, 167-170, 198-201 АПК, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать полностью.

Проверено на соответствие действующему законодательству.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


Судья Н.Е. Девицкая