Постановление от 6 апреля 2023 г. по делу № А65-27733/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-4396/2021

Дело № А65-27733/2019
г. Казань
06 апреля 2023 года
Резолютивная часть постановления объявлена 30 марта 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 06 апреля 2023 года.


Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Васильева П.П.,

судей Богдановой Е.В., Минеевой А.А.,

при участии до и после перерыва представителя:

конкурсного управляющего ФИО1 – ФИО2, доверенность от 10.01.2023,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.11.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2023

по делу № А65-27733/2019

по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» ФИО1 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление»,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 25.09.2019 заявление общества с ограниченной ответственностью «Связьбурмонтаж» (далее – ООО «Связьбурмонтаж») о признании общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» (далее – ООО «Нефтегазовое монтажное управление», должник) несостоятельным (банкротом) принято к производству.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.12.2019 в отношении ООО «Нефтегазовое монтажное управление» введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3 (далее – ФИО3).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.06.2020 ООО «Нефтегазовое монтажное управление» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1 (далее – ФИО1).

В Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего ФИО1 о признании недействительной сделкой договора № 1-КП купли-продажи спецтехники от 15.05.2021, заключенного между ООО «Нефтегазовое монтажное управление» и ФИО4 (далее – ФИО4), и применении последствий недействительности сделки (вх. 22779).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.11.2022 в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2023 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.11.2022 оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, конкурсный управляющий ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить, принять новый судебный акт, которым заявление конкурсного управляющего ФИО1 удовлетворить.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает, что договор купли-продажи спецтехники № 1-КП от 15.05.2020 был заключен в процедуре наблюдения (менее чем за месяц до введения процедуры конкурсного производства), что свидетельствует о выводе активов из конкурсной массы должника в целях недопущения обращения взыскания и удовлетворения требований кредиторов; соглашение о расторжении договора купли-продажи № 1-КП от 29.04.2020, акт возврата от 14.05.2020, а также договор купли-продажи № 1-КП от 15.05.2020 конкурсному управляющему переданы не были; денежные средства, внесенные ФИО4 в кассу ООО «Нефтегазовое монтажное управление», не были зачислены ни на один расчетный счет; в материалах дела отсутствуют сведения о цели приобретения ФИО4 спецтехники; ФИО4 не зарегистрировала приобретенную спецтехнику, что свидетельствует о мнимости сделки и злоупотреблении правом со стороны ответчиков.

В судебном заседании 23.03.2023 в порядке, предусмотренном статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российский Федерации (далее - АПК РФ), объявлен перерыв до 10 часов 15 минут 30.03.2023, о чем размещена информация на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, после окончания перерыва судебное заседание продолжено.

В судебном заседании, проведенном до и после перерыва, представитель конкурсного управляющего поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, просил обжалуемые судебные акты отменить. В представленном в материалы дела отзыве ФИО4 возражает против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем на основании части 3 статьи 284 АПК РФ кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 35 АПК РФ.

Проверив законность судебных актов, правильность применения норм материального и процессуального права в пределах, установленных статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия кассационной инстанции не находит оснований для их отмены в силу следующего.

Как установлено судами и следует из материалов дела, 15.05.2020 между ООО «Нефтегазовое монтажное управление» в лице директора ФИО5 (далее – ФИО5) (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор № 1-КП купли-продажи спецтехники, в соответствии с условиями которого продавец продал, а покупатель купил машину горизонтально-направленного бурения, марки: JT920C, зав. № Х09204137901, № двиг. 42401913, цвет: красный, год изготовления 2012.

Согласно пункту 1.1 договора, цена товара определена сторонами в договоре в размере 1 100 000,40 руб.

Исходя из пункта 2.1 договора, оплата производится в течение 5 календарных дней с момента подписания настоящего договора. Датой оплаты считается дата поступления денежных средств в кассу продавца (пункт 2.2 договора).

Согласно акту приема-передачи к договору, подписанному продавцом и покупателем, машина горизонтально-направленного бурения передана покупателю.

Согласно информации Управления Гостехнадзора по Республике Татарстан, спорная машина горизонтально-направленного бурения в органах Гостехнадзора по Республике Татарстан не зарегистрирована.

Полагая, что указанная сделка является недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку указанная сделка привела к отчуждению ликвидного имущества должника в отсутствие встречного исполнения, при наличии задолженности перед иными кредиторами, а также заключена в процедуре наблюдения, свидетельствует о выводе активов из конкурсной массы должника, обратился с настоящим заявлением в суд.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, исходил из следующего.

В рассматриваемом случае судом первой инстанции установлено, что оспариваемая сделка совершена 15.05.2020, дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 25.09.2019, следовательно, может быть оспорена по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды, отклоняя довод конкурсного управляющего об отсутствии финансовой возможности ФИО4 приобрести данную спецтехнику, отметили следующее.

Из материалов дела следует, что согласно пункту 2.2 оспариваемого договора купли-продажи от 15.05.2020 указано, что оплата производится путем внесения денежных средств в кассу продавца.

Судом первой инстанции установлено, что ФИО4 по расписке от 23.04.2020 получила в долг от ФИО6 денежные средства в сумме 700 000 руб., которые, в свою очередь, были возвращены ФИО6, что подтверждается распиской от 23.11.2021.

Кроме того, судом первой инстанции установлена возможность ФИО6 предоставить заем ФИО4, что подтверждается копией расписки от 20.04.2020, согласно которой ФИО6 получила в долг денежные средства в сумме 1 000 000 руб. от ФИО7

Как следует из материалов дела, 01.02.2020 ФИО4 в ООО «ХКФ Банк» получен кредит в сумме 143 285 руб., который погашен на дату 22.06.2021, о чем свидетельствует справка банка и кредитный договор.

Судом также установлено, что в 2011 году ФИО4 продала квартиру за 2 850 000 руб., принадлежавшую ей на праве собственности, часть денежных средств от продажи квартиры хранились у ответчика.

Согласно ответу УФНС России по Республике Татарстан сведения о доходах ФИО7 за период 2019 – 2020 года отсутствуют.

Вместе с тем, судом первой инстанции установлено, что ФИО7 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя, из налоговой декларации за 2019 год которого следует, что ФИО7 задекларирован доход в размере 10 084 138 руб., в 1 квартале 2020 года предпринимателем задекларирован доход в размере 2 358 156 руб.

Судом первой инстанции указано, что ФИО6, как учредитель и директор ООО «Химтомснаб», заинтересована в получении установки ГНБ в аренду от ФИО4, для чего ФИО6 передала ФИО4 в долг 700 000 руб. на цели приобретения установки ГНБ у ООО «Нефтегазовое монтажное управление». Возврат займа предполагался за счет арендных платежей от аренды установки ГНБ. ООО «Химтомснаб» планировало использовать установку ГНБ при выполнении работ по контрактам с иными лицами. В последующем, в связи с инициированными судебными разбирательствами установка ГНБ ФИО4 на учет не поставлена и в аренду ООО «Химтомснаб» не передана.

Также судом первой инстанции установлено, что в связи с проживанием ФИО4 в г. Томске, для приобретения установки ГНБ по оспариваемой сделке был привлечен ФИО8, который осматривал данную технику перед покупкой и которому были перечислены денежные средства в сумме 1 100 000,4 руб. для оплаты в ООО «Нефтегазовое монтажное управление» за приобретенную установку ГНБ, что подтверждается представленными банковскими документами.

По договору аренды от 20.08.2021 спорная установка ГНБ передана в аренду ИП ФИО9, в последующем по акту от 08.10.2021 спорная установка ГНБ возвращена ФИО4

Арендная плата, полученная ФИО4 от ФИО9, составила 52 500 руб.

Возможность реального использования ИП ФИО9 спорной установки ГНБ подтверждена договором подряда с АО «Сибирская аграрная группа», локальным сметным расчетом, актом о приемке выполненных работ, платежными поручениями об оплате выполненных работ.

Также судом первой инстанции установлено признание бывшим руководителем должника ООО «Нефтегазовое монтажное управление» ФИО5 факта оплаты за приобретенную технику ФИО4 1 100 000,4 руб. по приходному кассовому ордеру, представленному в материалы дела.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции указал, что материалами дела подтверждается наличие у ответчика денежных средств в сумме 1 100 000 руб. для приобретения машины ГНБ у ООО «Нефтегазовое монтажное управление».

Также суд первой инстанции отметил отсутствие доказательств занижения стоимости имущества на момент заключения сделки.

Кроме того, суды, отклоняя довод конкурсного управляющего о занижении стоимости имущества на момент заключения сделки и отсутствие равноценного встречного исполнения, исходили из следующего.

Судом первой инстанции установлено, что согласно договору купли-продажи спецтехники № 0023/1 от 16.09.2014 ООО «Нефтегазовое монтажное управление» приобрело машину горизонтально-направленного бурения, марки: JT920C, зав. № Х09204137901, № двиг. 42401913, у ООО «ГНБброкер» за 1 100 000 руб.

Суд первой инстанции, учитывая вышеизложенное, отметил, что по оспариваемой сделке должник продал технику за ту же цену, за которую приобрел ее 6 лет назад.

Кроме того, суды, отклоняя довод конкурсного управляющего ФИО1 об участии ФИО10 в шести юридических лицах в разные периоды с 2003 года по 2021 год, а также об отсутствии какой-либо экономической целесообразности в приобретении спецтехники, указали, что пять организаций из указанных шести занимались выполнением строительных работ по прокладке местных трубопроводов, линий связи и линий электропередачи методом горизонтально направленного бурения (ГНБ) с применением специализированной техники - установки-машины ГНБ.

При этом суды также указали, что участие ФИО10 в юридических лицах не имеет правового значения при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Таким образом, суд первой инстанции, учитывая вышеизложенные обстоятельства, а также отсутствие в материалах дела доказательств занижения стоимости имущества на момент заключения сделки либо отсутствие равноценного встречного исполнения, а также оплату денежных средств ответчиком, пришел к выводу об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласился.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемых судебных актах, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судами первой и апелляционной инстанций, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального права и норм процессуального права.

Согласно пункту 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недеи?ствительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой сторонои? сделки, в том числе в случае, если цена этои? сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условии?, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условии? и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пунктом 4 Постановления Пленума № 63 предусмотрено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Пунктом 1 статьи 10 названного кодекса установлена недопустимость действий граждан и юридических лиц исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В силу пункта 3 статьи 10 ГК РФ в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.

По смыслу вышеприведенных норм, добросовестным поведением является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

По общему правилу, сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

Правонарушение, заключающееся в необоснованной передаче должником имущества другому лицу, причиняющее ущерб конкурсной массе и, как следствие, наносящее вред имущественным правам кредиторов должника, например, вследствие неравноценности встречного исполнения со стороны контрагента должника, является основанием для признания соответствующих сделок, действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Вопрос о допустимости оспаривания таких сделок, действий на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Президиумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации и Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886(1), от 31.08.2017 № 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 № 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069, от 09.03.2021 № 307-ЭС19-20020 (8,10) и др.).

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, исходя из общеправового принципа "специальный закон отстраняет общий закон", определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора.

При этом баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом, и тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, пункт 32 постановление Пленума № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ, в связи с чем, поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ и по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

В рассматриваемом случае, судами установлено, что вмененные ответчику нарушения в полной мере укладываются в диспозицию статьи 61.2 Закона о банкротстве, подлежащей применению в качестве специального средства противодействия недобросовестным действиям в преддверии банкротства, грубо нарушающим права кредиторов.

При этом суды отметили отсутствие оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Разрешая настоящии? спор, суды первои? и апелляционнои? инстанции? деи?ствовали в рамках предоставленных им полномочии? и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Доводы, приведенные в кассационнои? жалобе, подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушении? норм материального и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку, по сути, сводятся к несогласию заявителя жалобы с произведеннои? судами оценкои? обстоятельств спора, исследованных доказательств и сделанных на их основании выводов; доводы заявителя кассационнои? жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом исследования судов первои? и апелляционнои? инстанции, получивших надлежащую правовую оценку.

Довод заявителя кассационной жалобы о недоказанности факта оплаты ФИО4 спецтехники по оспариваемой сделке, подлежит отклонению, поскольку факт оплаты подтверждается представленным в материалы дела оригиналом приходно-кассового ордера № 19 от 15.05.2020 на сумму 1 100 000, 4 руб. о передаче денежных средств руководителю должника ФИО5, платежными банковскими документами о перечислении этой же суммы привлеченному ответчиком ФИО8 При этом, факт оплаты ответчиком приобретенного имущества конкурсным управляющим или иными лицами не опровергнут, каких-либо возражений или доказательств не представлено.

Ссылка кассатора об отсутствии сведений о дальнейшем внесении ФИО5 1 100 000, 4 руб. в кассу должника не свидетельствует о наличии оснований для удовлетворения заявления, поскольку сам факт оплаты ответчиком доказан, дальнейшее распоряжение руководителем должника ФИО5 денежными средствами не может быть истолковано как противоправное поведение ответчика.

Каких-либо иных аргументов и доказательств в обоснование своей позиции о ничтожности сделки, в том числе аффилированности ответчика и должника, которые позволили бы прийти к иным выводам, заявителем кассационной жалобы не заявлено и не представлено, в связи с чем, при таких обстоятельствах суд округа соглашается с выводами судов об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве и статей 10, 168 ГК РФ.

Доводы заявителя кассационнои? жалобы по существу направлены на переоценку доказательств и установление фактических обстоятельств, отличных от тех, которые были установлены судами, по причине несогласия заявителя жалобы с результатами указаннои? оценки судов, что не входит в круг полномочии? арбитражного суда кассационнои? инстанции, перечисленных в статьях 286, 287 АПК РФ, и основаны на ином толковании норм права, подлежащих применению при рассмотрении настоящего спора.

Несогласие заявителя жалобы с выводами судов, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование к ним положении? закона, не свидетельствует о неправильном применении судами норм материального и процессуального права.

Поскольку нарушении? норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационнои? жалобы отсутствуют.

Так как при подаче кассационнои? жалобы заявителю была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, с ООО «Нефтегазовое монтажное управление» за рассмотрение кассационнои? жалобы подлежит взысканию в доход федерального бюджета 3 000 рублеи? государственнои? пошлины на основании статьи 110 АПК РФ, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса России?скои? Федерации.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса России?скои? Федерации, Арбитражныи? суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.11.2022 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.01.2023 по делу № А65-27733/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Нефтегазовое монтажное управление» в доход федерального бюджета 3 000 (три тысячи) рублей государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья П.П. Васильев


Судьи Е.В. Богданова


А.А. Минеева