Решение от 6 марта 2020 г. по делу № А40-227838/2019

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-227838/2019-104-1856
г. Москва
06 марта 2020 года
Резолютивная часть решения объявлена 18 февраля 2020 г.

Решение в полном объеме изготовлено 06 марта 2020 г.

Арбитражный суд города Москвы в составе:

Председательствующего судьи Бушмариной Н.В. (единолично),

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело

по иску общества с ограниченной ответственностью «УК «Инжстройсвязь» (109387, МОСКВА ГОРОД, УЛИЦА КРАСНОДОНСКАЯ, ДОМ 16А, ЭТ 3 ПОМ Х КОМ 1, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 21.06.2011, ИНН: <***>)

к ФИО2

о привлечении к субсидиарной ответственности

при участии:

от истца: ФИО3 (дов. от 05.11.2019, документ об образовании,), ФИО4 (доверенность от 05.11.2019, документ об образовании представлен в предыдущем заседании),

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Юг-Новотех» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к единственному участнику и бывшему генеральному директору ООО «Компания «Соль-О» ФИО2 (далее – ответчик) о привлечении его к субсидиарной ответственности и взыскании с него в порядке субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Компания «Соль-О» 1 000 000 руб. задолженности по договору займа от 15.10.2015 №15/10-2015, 637 808 руб. 22 коп. процентов за пользование займом за период с 17.20.2015 по 24.12.2018, начиная с 25.12.2018 по ставке 20% годовых на сумму долга по день фактической оплаты долга, 135 143 руб. 83 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 17.04.2017 по 24.12.2018, начиная с 25.12.2018 по дату фактической уплаты долга в размере 1 000 000 руб. по ключевой ставке Банка России; 3 000 000 руб. задолженности по договору займа от 12.05.2016 №12/05, 146 196 руб. 72 коп. процентов за пользование займом, 542 942 руб. 96 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 31.10.2016 по 24.12.2018, начиная с 25.12.2018 по дату фактической уплаты долга в размере 3 000 000 руб. по ключевой ставке Банка России, 50 310 руб. государственной пошлины (с учетом принятых в порядке ст. 49 АПК РФ уточнений исковых требований).

Ответчик в заседание суда не явился, надлежащим образом извещен, о дате, времени и месте рассмотрения дела. Дело рассматривается в порядке ст. ст. 123, 156 АПК РФ, в отсутствие не явившихся представителей ответчика.

Изучив все материалы дела, в том числе предмет и основание заявленного иска, исследовав и оценив все представленные по делу доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд считает, что в удовлетворении исковых требований следует отказать в связи со следующим.

В обоснование исковых требований истец ссылается на то, что между ООО «УК «Инжстройсвязь» (Займодавец) и ООО «Компания «Соль-О» был заключен договор займа №15/10-2015 от 15.10.2015, по платежному поручению № 41 от 16.10.2015 ООО «УК «Инжстройсвязь» перечислило ООО «Компания «Соль-О» 1 000 000 руб. Кроме того, между ООО «УК «Инжстройсвязь» (Займодавец) и ООО «Компания «Соль-0» был заключен договор займа № 12/05 от 12.05.2016 и по платежному поручению № 252 от 13.05.2016 ООО «УК «Инжстройсвязь» перечислило ООО «Компания «Соль-О» 3 000 000 руб.

Однако ООО «Компания «Соль-О» обязательство по возврату денежных средств не исполнило, в связи с чем ООО «УК «Инжстройсвязь» обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением о взыскании с ООО «Компания «Соль-О» задолженности по договорам займа, процентов за пользование займом, процентов за пользование чужими денежными средствами.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2019 по делу № А40-318665/2018 с ООО «Компания «Соль-О» в пользу ООО «УК «Инжстройсвязь» по договору займа № 15/10-2015 от 15.10.2015 взыскан 1 000 000 руб. задолженности, 637 808 руб. 22 коп. процентов за пользование займом за период с 17.20.2015 по 24.12.2018, начиная с 25.12.2018г. по ставке 20% годовых на сумму долга по день фактической оплаты долга, 135 143 руб. 83 коп. проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 17.04.2017 по 24.12.2018, начиная с 25.12.2018 по дату фактической уплаты долга в размере 1 000 000 руб. по ключевой ставке Банка России; по договору займа № 12/05 от 12.05.2016 задолженность в размере 3 000 000 руб., 146 196 руб. 72 коп. проценты за пользование займом, 542 942 руб. 96 коп. проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 31.10.2016 по 24.12.2018, начиная с 25.12.2018 по дату фактической уплаты долга в размере 3 000 000 руб. по ключевой ставке Банка России, 50 310 руб. государственной пошлины.

Решение Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2019 по делу № А40- 318665/2018 ООО «Компания «Соль-О» не исполнено.

МИФНС № 46 по г. Москве 21.06.2019 в отношении ООО «Компания «Соль-О» внесена запись об исключении из Единого государственного реестра юридических лиц в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недействительности.

Как усматривается из выписки ЕГРЮЛ ответчик с 27.08.2009 являлся единственным участником общества, а с 19.06.2003 и до прекращения деятельности общества также являлся генеральным директором ООО «Компания «Соль-О».

Требования истца удовлетворены не были, ООО «Компания «Соль-О» прекратило свою деятельность.

В обоснование исковых требований истец указывает на то, что ФИО2 как генеральный директор и единственный участник ООО «Компания «Соль-О» действовал неразумно и недобросовестно, так как зная о наличии задолженности не предпринял никаких действий к прекращению либо отмене процедуры исключения общества из ЕГРЮЛ.

Истец считает, что ответчик в силу пунктов 1-3 ст. 53.1, ст. 399, п. 2 ст. 64.2, ст. 401 ГК РФ, п. 3.1 ст. 3, ст. 44 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» должен нести субсидиарную ответственность по обязательствам ООО «Компания «Соль-О».

Таким образом, истец указывает на то, что размер ответственности бывшего руководителя ООО «Компания «Соль-О» ФИО2, привлекаемого к субсидиарной ответственности по обязательствам ликвидированного ООО «Компания «Соль-О», равен размеру неисполненного обязательства по решению Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2019 по делу № А40- 318665/2018.

Данные факты послужили основанием для обращения в суд.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд исходил из следующего.

В соответствии с п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (п. 3 ст. 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Согласно п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» применяя положения статьи 53.1 ГК РФ об ответственности лица, уполномоченного выступать от имени юридического лица, членов коллегиальных органов юридического лица и лиц, определяющих действия юридического лица, следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входило названное лицо, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий связана с риском предпринимательской и (или) иной экономической деятельности.

Так, п. 3.1 ст. 3 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» предусмотрено, что исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п.п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества.

ООО «Компания «Соль-О» исключено из ЕГРЮЛ на основании подпункта «б» п.5 ст. 21.1 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Предусмотренный настоящей статьей порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях:

б) наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись об их недостоверности, в течение более чем шести месяцев с момента внесения такой записи.

Исходя из п. 1 ст. 399 ГК РФ до предъявления требования к субсидиарному должнику кредитор должен предъявить требование к основному должнику. При этом кредитор вправе предъявить требование к субсидиарному должнику лишь в случае, если основной должник отказался удовлетворить требования кредитора или кредитор не получил от него в разумный срок ответа на предъявленное требование.

Ведение предпринимательской деятельности посредством участия в хозяйственных правоотношениях через конструкцию хозяйственного общества (как участие в уставном капитале с целью получение дивидендов, так и участие в органах управления обществом с целью получения вознаграждения) – как правило, означает, что в конкретные гражданские правоотношения в качестве субъекта права вступает юридическое лицо.

Именно с самим обществом юридически происходит заключение сделок и именно от самого общества его контрагенты могут юридически требовать исполнения принятых на себя обязательств, несмотря на фактическое подписание договора-документа с конкретным физическим лицом, занимающим должность руководителя. Как и любое общее правило, эти положения рассчитаны на добросовестное поведение участников оборота, предполагающее, в том числе, надлежащее исполнение принятых на себя обществом обязательств.

Как указано в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 по делу № 306-ЭС19-18285 привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов и при его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (ст. 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»).

Так как любое общество (принимая на себя права и обязанности, исполняя их) действует прямо или опосредованно через конкретных физических лиц - руководителей организации, гражданское законодательство для стимулирования добросовестного поведения и недопущения возможных злоупотреблений со стороны физических лиц-руководителей в качестве исключения из общего правила (ответственности по обязательствам юридического лица самим юридическим лицом) – предусматривает определенные экстраординарные механизмы защиты нарушенных прав кредиторов общества.

Таким образом, физическое лицо, осуществляющее функции руководителя, подвержено не только риску взыскания корпоративных убытков (внутренняя ответственность управляющего перед своей корпораций в лице участников корпорации), но и риску привлечения к ответственности перед контрагентами управляемого им юридического лица (внешняя ответственность перед кредиторами общества).

Однако в силу экстраординарности указанных механизмов ответственности руководителя перед контрагентами управляемого им общества, законодательством и судебной практикой выработаны как материальные условия (основания) для возложения такой ответственности (наличие всей совокупности которых должно быть установлено судом), так и процессуальные правила рассмотрения подобных требований.

Как для субсидиарной (при фактическом банкротстве), так и для деликтной ответственности (например, при отсутствии дела о банкротстве, но в ситуации юридического прекращения деятельности общества (исключение из ЕГРЮЛ)) необходимо наличие убытков у потерпевшего лица, противоправности действий причинителя (при презюмируемой вине) и причинно-следственной связи между данными фактами. Ответственность руководителя перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым им обществом обязательства, а в ситуации, когда неспособность удовлетворить требования кредитора наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а, в частности, искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

Учитывая, что такая ответственность является исключением из правила о защите делового решения менеджеров, по данной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, при оценке метода ведения бизнеса конкретным руководителем (в результате которого отдельные кредиторы не получили удовлетворения своих притязаний от самого общества) - кредитор, не получивший должного от юридического лица и требующий исполнения от физического лица-руководителя, должен обосновать наличие в действиях руководителя умысла либо грубой неосторожности, непосредственно повлекшей невозможность исполнения в будущем обязательства перед контрагентом.

Не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в добросовестности действий руководителя должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать отсутствие намерений погасить конкретную дебиторскую задолженность.

Выводы суда о неправомерности действий исполнительного органа должны быть основаны на объективной информации, с бесспорностью подтверждающей, что его действия не имели разумной деловой цели, а были направлены исключительно на создание неблагоприятных последствий, либо основаны на совокупном анализе всех заявленных доводов и представленных документов.

Таким образом, для привлечения единоличного исполнительного органа к субсидиарной ответственности доказыванию подлежит в силу ст. 65 АПК РФ состав правонарушения, включающий наличие вреда, противоправность поведения причинителя вреда, причинно-следственную связь между противоправным поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Согласно п. п. 2, 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Порядок и основания привлечения единоличного исполнительною органа общества к субсидиарной ответственности по обязательствам общества установлены законом.

Таким образом, из изложенного выше следует, что само по себе исключение юридического лица из реестра в результате действий (бездействия), которые привели к такому исключению (отсутствие отчетности, расчетов в течение долгого времени), равно как и неисполнение обязательств и наличие непогашенной задолженности общества перед его кредиторами не является достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности в соответствии с п. 3.1, введенной Федеральным законом от 28.12.2016 N 488-ФЗ в ст. 3 Закона N 14-ФЗ.

Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подп. 1-3 ст. 53.1 ГК РФ, привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Данная позиция отражена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 306-ЭС19-18285.

Однако, истцом, каких-либо доказательств в подтверждение того, что долг возник вследствие действий (бездействия) ответчика, суду не представлено.

Судом установлено, что в материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о противоправности действий ответчика.

Кроме того, истец не был лишен возможности контроля за решениями, принимаемыми регистрирующим органом в отношении своего контрагента по сделке как недействующего юридического лица, а также возможности своевременно направить в регистрирующий орган заявление о том, что его права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением недействующего юридического лица из Единого государственного реестра юридических лиц.

Учитывая, что истец, действуя разумно и добросовестно, самостоятельно мог заявить возражения в отношении внесения записи об исключении юридического лица из ЕГРЮЛ, а также обратиться в суд с заявлением о признании ООО «Компания «Соль-О» несостоятельным (банкротом), отсутствуют какие-либо основания для взыскания убытков с ответчика ввиду его бездействия по заявлению соответствующих возражений в регистрирующий орган.

Кроме того, Федеральным законом от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» внесены изменения в Закон об обществах с ограниченной ответственностью, в частности ст. 3 дополнена п. 3.1 в следующей редакции: «Исключение общества из единого государственного реестра юридических лиц в порядке, установленном федеральным законом о государственной регистрации юридических лиц для недействующих юридических лиц, влечет последствия, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации для отказа основного должника от исполнения обязательства. В данном случае, если неисполнение обязательств общества (в том числе, вследствие причинения вреда) обусловлено тем, что лица, указанные в п. п. 1 - 3 ст. 53.1 ГК РФ, действовали недобросовестно или неразумно, по заявлению кредитора на таких лиц может быть возложена субсидиарная ответственность по обязательствам этого общества».

Согласно ст. 4 Федерального закона № 488-ФЗ от 28.12.2016 настоящий Федеральный закон вступает в силу по истечении ста восьмидесяти дней после дня его официального опубликования, за исключением положений, для которых настоящей статьей установлен иной срок вступления их в силу (ст. 4 Закона № 488-ФЗ от 28.12.2016).

Поскольку вышеназванный Федеральный закон опубликован 29.12.2016, изменения в ст. 3 Федерального закона № 14-ФЗ от 08.02.1998, в части ее дополнения пунктом 3.1, вступили в законную силу 28.06.2017.

В Федеральном законе № 488-ФЗ от 28.12.2012 отсутствует прямое указание на то, что изменения, вносимые в Закон об обществах с ограниченной ответственностью, распространяются на отношения, возникшие до введения его в действие.

В данном случае истец ссылался на неисполнение обязательств со стороны ООО «Компания «Соль-О» по договору займа от 15.10.2015 № 15/10-2015, возникших в 2015 году и по договору займа от 12.05.2016 № 12/05, возникших в 2016 году (решение Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2019 по делу № А40-318665/18), и неисполнение руководителем ООО «Компания «Соль-О» обязанности по подаче заявления о приостановлении ликвидации общества.

Следовательно, вменяемые ответчику истцом недобросовестные или неразумные действия (бездействие), указываемые им в качестве противоправного поведения, влекущего субсидиарную ответственность указанного лица по обязательствам общества, имели место до 28.06.2017, то есть до вступления в силу положений п. 3.1 статьи 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью.

С учетом изложенного, суд полагает необходимым отметить, что положения п. 3.1 ст. 3 Закона об обществах с ограниченной ответственностью не подлежат применению в данном случае.

При этом, истец не воспользовался правом, предусмотренным положениями п. 4 ст. 21.1 Закона о государственной регистрации юридических и не направил в установленный законом срок в регистрирующий орган свои возражения относительно предстоящего исключения ООО «Компания «Соль-О» из ЕГРЮЛ, в связи с чем оно несет негативные последствия не предъявления такого требования.

Кроме того, истец устно пояснил суду, что имеется предусмотренное Законом о банкротстве основание для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности по обязательствам общества за неисполнение обязанности по подаче в арбитражный суд заявления о банкротстве должника.

Согласно п. 1 ст. 61.10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно ст. 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

- удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами;

- органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- органом, уполномоченным собственником имущества должника – унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

- обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

- должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества;

- имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных п. 1 ст. 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Соответственно, для определения даты, с которой у руководителя должника возникла обязанность по подаче заявления о признании должника банкротом необходимо определить дату, с которой у должника возникла неплатежеспособность и (или) недостаточность имущества.

Согласно ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

Размер ответственности в соответствии с со ст. 61.12 Закона о банкротстве равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.

Невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Исходя из ст. 61.12 Закона о банкротстве, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного п. 2 ст. 9 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае, истец полагает, что ответчик должен был инициировать процесс банкротства должника не позднее марта 2019 года. На иной период возникновения обязанности по подаче в суд заявления о несостоятельности должника общество не ссылалось и соответствующие обстоятельства не доказывало.

При таких обстоятельствах у суда не имеется оснований для возложения на ФИО2 субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве по обязательствам должника, вытекающим (как следует из решения Арбитражного суда города Москвы от 13.02.2019 по делу А40-318665/18) из договоров займа от 15.10.2015 и от 12.05.2016, то есть возникшим до марта 2019 года.

Данная правовая позиция нашла отражение в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.10.2019 № 305-ЭС19-9992.

Исследовав и оценив указанные обстоятельства, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении иска, поскольку истцом не представлены доказательства в обоснование своей правовой позиции.

Расходы по оплате государственной пошлины по иску распределяются в порядке ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст. ст. 4, 9, 27, 41, 63-65, 71, 110, 112, 121, 122, 123, 156, 167-171, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

СУДЬЯ: Н.В. Бушмарина