Постановление от 1 июля 2024 г. по делу № А57-8227/2019

ДВЕНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-8227/2019
г. Саратов
02 июля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена  «25» июня 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен  «02» июля 2024 года.


Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Судаковой Н.В.,

судей Грабко О.В. Измайловой А.Э.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания Шайкиным Д.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1

на определение Арбитражного суда Саратовской области от 25 апреля 2024 года по делу                    № А57-8227/2019

об отказе в удовлетворении жалобы ФИО1 на действия конкурсного управляющего акционерного общества «Жировой комбинат» ФИО2

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) акционерного общества «Жировой комбинат» (410065, <...> Октября, д. 112А, ОГРН <***>, ИНН <***>),

при участии в судебном заседании: представителя конкурсного управляющего акционерного общества «Жировой комбинат» ФИО2 – ФИО3, действующего на основании доверенности от 11 июня 2024 года, представителя общества с ограниченной ответственностью «Группа Компаний «Русагро» - ФИО4, действующей на основании доверенности от 14 декабря 2023 года, 



УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Саратовской области от 09.04.2021 акционерное общество «Жировой комбинат» (далее – АО «Жировой комбинат», должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО5 (далее – ФИО5)

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 24.11.2021 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6 (далее - ФИО6).

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2022 определение Арбитражного суда Саратовской области от 24.11.2021 отменено. Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2 (далее – ФИО2, конкурсный управляющий).

27.11.2023 ФИО1 (далее – ФИО1) обратился с жалобой о признании незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего ФИО2,  выразившихся в непринятии мер по оспариванию сделки должника.

Определением Арбитражного суда Саратовской области от 25.04.2024 в удовлетворении жалобы ФИО1 отказано.

ФИО1, не согласившись с указанным определением, обратился в Двенадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение суда от 25.04.2024, удовлетворить жалобу в полном объеме. 

В обоснование жалобы апеллянт указывает, что конкурсным управляющим ФИО2 обязанность по оспариванию сделок не исполнена. По мнению апеллянта, усматривалась совокупность обстоятельств, достаточных для признания сделок по отчуждению исключительных прав должника недействительной (между аффилированными лицами, по заниженной цене, оплата по договору от 12.04.2017 об отчуждении исключительных прав не произведена; несмотря на регистрацию перехода прав на товарные знаки, производство продукции с их использованием ни АО «Жировой комбинат», ни иными компаниями холдинга не прекращалось). По мнению апеллянта, бездействие конкурсного управляющего по неоспариванию сделок свидетельствует о защите интересов мажоритарного кредитора общества с ограниченной ответственностью «Группа компаний «Русагро» (далее – ООО «ГК «Русагро»), использовавших в своих интересах спорное имущество. ФИО1 обращает внимание суда апелляционной инстанции на тот факт, что поскольку он является лицом, привлекаемым к субсидиарной ответственности, соответственно имеет право обжаловать действия конкурсного управляющего. Считает, что он не должен был доказывать основания для оспаривания сделки должника. Полагает, что судом первой инстанции не дана оценка действиям конкурсного управляющего при рассмотрении настоящего обособленного спора. Согласно позиции ФИО1 процессуальное поведение конкурсного управляющего не отвечает требованиям добросовестности.

В представленных отзывах на апелляционную жалобу конкурсный управляющий ФИО2 и Союз арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «ДЕЛО» возражали против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просили обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего ФИО2 и ООО «ГК «Русагро» возражали против доводов, изложенных в апелляционной жалобе, просили обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле о  банкротстве, в судебное заседание не явились. Информация о месте и времени судебного заседания размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (kad.arbitr.ru), что подтверждено отчётом о публикации судебных актов на сайте.

В соответствии с частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие извещенных  лиц.

Проверив законность принятого по делу судебного акта, правильность применения норм материального права в пределах, установленных статьей 268 АПК РФ, выслушав лиц, участвующих в деле, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия апелляционной инстанции не находит правовых оснований для удовлетворения поданной по делу апелляционной жалобы, исходя из нижеследующего.

Дела о несостоятельности (банкротстве) в силу части 1 статьи 223 АПК РФ и пункта 1 статьи 32 Закона о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Согласно статье 60 Закона о банкротстве кредиторы вправе обращаться в арбитражный суд с жалобами о нарушении их прав и законных интересов, в том числе и на действия (бездействие) арбитражных управляющих.

По смыслу данной нормы, основанием удовлетворения жалобы на действия арбитражного управляющего является установление арбитражным судом факта несоответствия этих действий законодательству о банкротстве и нарушение такими действиями прав и законных интересов кредиторов.

При рассмотрении жалобы в соответствии с положениями статьи 65 АПК РФ лицо, обратившееся в суд, обязано доказать факт незаконности действий (бездействия) арбитражного управляющего, а также факт того, что действия (бездействие) управляющего нарушили права и законные интересы кредиторов и должника, а арбитражный управляющий, в свою очередь, вправе представить доказательства, свидетельствующие о соответствии спорных действий (бездействия) требованиям добросовестности и разумности исходя из сложившихся обстоятельств.

Из материалов дела следует, что 12.04.2017 между АО «Жировой комбинат» (правообладатель) и Эс Бренд ЛТД (приобретатель) был заключен договор об отчуждении исключительных прав, по условиям которого правообладатель передает, а приобретатель принимает исключительные права на товарные знаки №329687, №304434, №368123, №409974, №417174, №538313, №591865, №129686, №196118, №359856. Цена договора составила 285 000 руб. 00 коп. Переход прав зарегистрирован 01.06.2017.

Как указывает ФИО1, несмотря на регистрацию перехода прав на товарные знаки, производство продукции с их использованием АО «Жировой комбинат» не прекращалось.

13.06.2018 между ЭС Брендс ЛТД (per. № НЕ 361762) и Кварлитинк Холдинг Лимитед (per. № 228725) был заключен договор об отчуждении исключительных прав, по условиям которого ЭС Брендс ЛТД передает, а Кварлитинк Холдинг Лимитед принимает исключительные права на товарные знаки в количестве 32 шт., в том числе на товарные знаки № 329687, № 304434, № 368123, № 409974, № 417174, № 538313, № 591865, № 129686,                         № 196118, № 359856. Цена договора составила 69 700 Евро. Переход прав зарегистрирован 18.12.2018 на основании заявления, поданного 10.10.2018.

Согласно заявлению ФИО1 передача документов на регистрацию была обусловлена заключением 01.10.2018 корпоративного соглашения между ФИО1, ФИО7 и ФИО8 (КДЛ ООО «ГК «Русагро»), в котором была установлена цена сделки по передаче холдинга «Солнечные продукты», взаимные обязательства сторон, порядок управления объединенными холдингами, урегулирование долговых обязательств холдинга. В частности, по условиям соглашения одновременно с передачей контроля над холдингом Солпро (п.2), предусматривалась передача торговых марок, принадлежащих компаниям холдинга Солпро (п.5). Однако, ООО «ГК «Русагро» отказалось от исполнения своих обязательств по соглашению, обратившись с заявлениями о признании компаний холдинга «Солнечные продукты», включая АО «Жировой комбинат» несостоятельными (банкротами).

12.01.2021 по договору об отчуждении исключительных прав, заключенному с Кварлитинк Холдинг Лимитед, права на указанные товарные знаки были переданы                        АО «Жировой комбинат» (Екатеринбург) (100% доля участия в котором принадлежит ООО «ГК «Русагро»). 28.05.2021 произведена государственная регистрация прав на товарные знаки на акционерное общество «Жировой комбинат» (620085, <...>). Дата и номер государственной регистрации договора: 28.05.2021 РД0364799.

Согласно информации, размещенной на сайте https://www.rusagrogroup.ru/ru/biznes/maslozhirovoi-biznes/produkcija/, отчета об оценке от 15.09.2021, содержащего сведения по выручке, товарные знаки «Московский провансаль» с 2018 года (с момента передачи контроля над холдингом «Солнечные продукты») используются для производства, реализации, рекламы товаров масложирового                                 бизнес-направления ООО «ГК «Русагро».

23.08.2023 ФИО1 в адрес конкурсного управляющего ФИО2 направлено требование о принятии мер к оспариванию сделок по отчуждению исключительных прав должника на товарные знаки, возврату нематериальных активов должника в конкурсную массу; взыскания с лиц, неправомерно использующих имущество должника, убытков (компенсации) в соответствии с положениями пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) (в случае признания судом сделки недействительной у конкурсного управляющего появятся основания для взыскания компенсации за неправомерное использование товарных знаков. С учетом предоставленных ООО ГК «Русагро» сведений о выручке, компенсация исходя из двукратного размера стоимости товаров, на которых незаконно размещен товарный знак, составила бы за 2019 год - 11 184 222 292 руб. 00 коп., за 2020 - 11 055 451 326 руб. 00 коп.).

22.09.2023 конкурсный управляющий ФИО2 сообщила, что не усматривает в рассматриваемом случае цепочки недействительных сделок, поскольку на дату совершения первой сделки должник не был подконтролен ООО «ГК «Русагро», представленный отчет об оценке товарных знаков, по мнению конкурсного управляющего, не соответствует требованиям Федерального закона об оценочной деятельности, рыночная стоимость товарных знаков установлена по состоянию на 01.10.2018, а не 12.04.2017, на дату совершения сделки на стороне АО «Жировой комбинат» отсутствовали признаки неплатежеспособности, в связи с чем сделка от 12.04.2017 не может быть оспорена на основании ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В связи с изложенным, конкурсный управляющий отказала в оспаривании сделки должника.

ФИО1 полагая, что имеются основания для признания бездействия конкурсного управляющего ФИО2 по неоспариванию вышеуказанных сделок должника незаконным, обратился с настоящим заявлением в суд.

Отказывая в удовлетворении жалобы ФИО1, суд первой инстанции исходил из того, что материалами дела не установлено обстоятельств, свидетельствующих о допущении конкурсным управляющим ФИО2 бездействия и действий, противоречащих требованиям законодательства о банкротстве и нарушивших права ФИО1 и конкурсных кредиторов.

Апелляционная коллегия не находит оснований для переоценки данных выводов.

В процедуре реализации имущества гражданина как и в конкурсном производстве деятельность арбитражного управляющего должна быть подчинена цели этой процедуры - соразмерному удовлетворению требований кредиторов с максимальным экономическим эффектом, достигаемым обеспечением баланса между затратами на проведение процедуры реализации имущества и ожидаемыми последствиями в виде размера удовлетворенных требований (статья 2 Закона о банкротстве, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018) от 14.11.2018 со ссылкой на определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.04.2018 № 305-ЭС15-10675).

Преследуя эту цель, арбитражный управляющий должен с одной стороны предпринять меры, направленные на увеличение конкурсной массы должника, в том числе на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц, посредством обращения в арбитражный суд с заявлениями о признании недействительными сделок, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником (пункты 2, 3 статьи 129 Закона о банкротстве).

С другой стороны деятельность арбитражного управляющего по наполнению конкурсной массы должна носить рациональный характер, не допускающий бессмысленных формальных действий, влекущих неоправданное увеличение расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, и прочих текущих платежей, в ущерб конкурсной массе и интересам кредиторов (определение Верховного Суда РФ от 29.01.2020 № 308-ЭС19-18779(1,2).

При рассмотрении жалобы на отказ арбитражного управляющего оспорить сделку суду следует установить, проявил ли арбитражный управляющий при таком отказе заботливость и осмотрительность, которые следовало ожидать при аналогичных обстоятельствах от обычного арбитражного управляющего; при этом суд не оценивает действительность соответствующей сделки.

По смыслу норм Закона о банкротстве и разъяснений высшей судебной инстанции конкурсный управляющий обязан анализировать сделки должника и при наличии признаков их недействительности и реальной возможности фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов должен обращаться в арбитражный суд с соответствующими заявлениями; право конкурсного управляющего подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, подлежит реализации не в силу формального исполнения, а при наличии для этого правовых оснований, определенной судебной перспективы и при отсутствии для должника неблагоприятных финансовых последствий, ведущих к уменьшению конкурсной массы.

Судебное оспаривание сделок должника является одним из механизмов пополнения конкурсной массы. Однако, не всякое оспаривание может привести к положительному для конкурсной массы результату.

Как следует из материалов дела, в адрес конкурсного управляющего АО «Жировой Комбинат» поступило требование ФИО1 об оспаривании цепочки сделок по отчуждению исключительных прав на товарные знаки, принадлежащие должнику. По результатам рассмотрения указанного требования, конкурсный управляющий не нашел оснований для удовлетворения требований ФИО1 об оспаривании сделок в связи со следующим.

АО «Жировой комбинат» входило в состав единой экономической группы компаний (холдинг) «Солнечные продукты». С использованием указанных товарных знаков осуществлялось производство масло-жировой продукции.

12.04.2017 между АО «Жировой комбинат» (правообладатель) и Эс Бренд ЛТД (приобретатель) был заключен договор об отчуждении исключительных прав, по условиям которого правообладатель передает, а приобретатель принимает исключительные права на товарные знаки №329687, №304434, №368123, №409974, №417174, №538313, №591865, №129686, №196118, №359856. Цена договора составила 285 000 руб. 00 коп. Переход прав зарегистрирован 01.06.2017.

Согласно позиции ФИО1 в рассматриваемом случае усматривается совокупность обстоятельств, необходимых и достаточных для признания сделки по отчуждению исключительных прав должника на товарные знаки, (переход прав по которой на ЭС Брендс зарегистрирован 01.06.2017) недействительной в соответствии с ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а также на основании ч. 1 ст. 170 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве недействительной может быть признана сделка (действия по исполнению обязательств), совершенная в годичный период подозрительности при неравноценном встречном исполнении обязательств, то есть сделка, по которой исполнение, предоставленное должником, в худшую для него сторону отличается от исполнения, которое обычно предоставляется при сходных обстоятельствах. При этом не требуется доказывать факты, указывающие на недобросовестность другой стороны сделки (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63)).

Квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.

При доказанности обстоятельств, составляющих презумпции, закрепленные в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 постановления Пленума № 63).

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 5 постановление Пленума № 63, для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:  сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Анализируя вышеуказанную сделку, конкурсный управляющий пришел к выводу, что на дату совершения сделки - 12.04.2017 у АО «Жировой Комбинат» отсутствовали признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества, в связи с чем данная сделка не может быть оспорена на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, как и на основании п. 1                    ст. 61.2 Закона о банкротстве, так как сделка совершена в период более двух лет до даты до принятия заявления о признании должника банкротом.

Факт заключения между должником и АО «Россельхозбанк» в 2016 году кредитных договоров не свидетельствует о признаках неплатежеспособности и недостаточности имущества по смыслу Закона о банкротстве.

Анализируя деятельность должника, в том числе на предмет наличия оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по долгам должника, конкурсный управляющий с учетом принятых судебных актов в рамках дела о банкротстве всей группы компаний «Солнечные продукты» пришел к выводу, что ФИО1 был выбран способ финансирования хозяйственной деятельности группы компаний исключительно посредством получения кредитных средств. Вместе с тем, следствием указанного выше способа финансирования явилось отсутствие у компаний холдинга «Солнечные продукты» на 01.10.2018 собственных оборотных средств на производство и на обслуживание кредиторской задолженности, поэтому с указанной даты компании холдинга Солнечные продукты не способны были осуществлять основную деятельность и рассчитываться с кредиторами.

В отношении конкретно АО «Жировой комбинат» с учетом данных бухгалтерского учета и заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства, подготовленным временным управляющим, должник стал неплатежеспособным в 2018 году.

Таким образом, конкурсный управляющий пришел к выводу, что указанный договор не может быть оспорен в соответствии с ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

ФИО1 полагает, что признание судом недействительной сделкой договора об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 12.04.2017 между должником и ЭС Брендс ЛТД приводит к недействительности по правилам ст. 167, 170 ГК РФ последующих сделок, а именно договора об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 13.06.2018, заключенного между ЭС Брендс ЛТД (рег. № HE 361762) и Кварлитинк Холдинг Лимитед (рег. № 228725) и договора об отчуждении исключительного права на товарные знаки и о передаче прав на регистрацию товарных знаков от 13.01.2021, заключенного между Кварлитинк Холдинг Лимитед (рег. № 228725) и АО «Жировой Комбинат» (ИНН <***>).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения; аналогичный подход закреплен в статье 167 ГК РФ.

В случае, если отчуждение спорного имущества произошло на основании последующих сделок, права должника (его кредиторов) защищаются путем предъявления заявления об оспаривании первой сделки по правилам ст. 61.8 Закона о банкротстве к первому приобретателю и виндикационного иска по правилам ст. 301 и 302 ГК РФ к последнему приобретателю, а не с использованием правового механизма, установленного ст. 167 Кодекса.

В случае если имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем одного бенефициара, он принимает решения относительно данного имущества. При этом правопорядок признает совершенной лишь прикрываемую сделку - ту сделку, которая действительно имелась в виду. Именно она подлежит оценке в соответствии с применимыми к ней правилами. В частности, прикрываемая сделка может быть признана судом недействительной по основаниям, установленным ГК РФ или специальными законами.

Также судом первой инстанции обосновано были приняты во внимание следующие обстоятельства.

Как следует из материалов дела, в адрес конкурсного управляющего АО «Жировой Комбинат» поступило требование ФИО1 об оспаривании цепочки сделок по отчуждению исключительных прав на товарные знаки, принадлежащие должнику.

Из заявления ФИО1, следует, что он считает мнимыми следующие сделки:

- договор об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 12.04.2017 между должником и ЭС Брендс ЛТД, в результате заключения которого были преданы права на товарные знаки.

- договор об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 13.06.2018 между ЭС Брендс ЛТД и Кварлитинк Холдинг Лимитед, в результате заключения которого были преданы права на товарные знаки.

- договор об отчуждении исключительного права на товарные знаки и о передачи прав на регистрацию товарных знаков от  12.01.2021  между Кварлитинк Холдинг Лимитед и                      АО «Жировой Комбинат» (ИНН <***>).

Анализируя договор об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 12.04.2017, заключенный между должником и ЭС Брендс ЛТД конкурсный управляющий пришел к выводу, что в данный период должник не был подконтролен ООО «ГК «Русагро», с учетом постановления Арбитражного суда Поволжского округа от 23.06.2020 по делу                       №А57-10966/2019, от 21.07.2020 по делу А57-6120/2019 (дата получения контроля 03.10.2018, спустя 18 месяцев после заключения договора от 12.04.2017).

Кроме того, на дату заключения договора об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 12.04.2017 заявитель жалобы ФИО1 являлся контролирующим должника лицом, одобрившим сделку. Участником должника 12.04.2017 являлось ООО «Ж.К.» (ИНН <***>), генеральным директором которого являлся ФИО1

В связи с указанными обстоятельствами, не имеется оснований считать, что это единая цепочка сделок, направленная на вывод активов в пользу ООО «ГК «Русагро», что позволило бы применять последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу исключительных прав должника на объекты интеллектуальной собственности.

Согласно договору об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 12.04.2017 между должником и ЭС Бренде ЛТД в предмет договора входили 10 (десять) товарных знаков.

Согласно договору об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 13.06.2018 г. между ЭС Бренде ЛТД и Кварлитинк Холдинг Лимитед в предмет договора входили 32 (тридцать два) товарных знака.

Согласно договору об отчуждении исключительного права на товарные знаки и о передачи прав на регистрацию товарных знаков от 12.01.2021 г. между Кварлитинк Холдинг Лимитед и АО «Жировой Комбинат» (ИНН <***>) в предмет договора входили 84 (восемьдесят четыре) товарных знака и 16 (шестнадцать) заявок на товарные знаки.

Для признания нескольких сделок в отношении одного имущества единой цепочкой, заявитель должен доказать, что все сделки являются взаимосвязанными, представляют собой цепочку последовательных действий по выводу активов должника и направлены на достижение единого противоправного результата в виде лишения должника его актива.

Вместе с тем в данном обособленном споре, предметом сделок являются исключительные права на товарные знаки. Рассматриваемые сделки по приобретению и реализации обществами товарных знаков не связаны между собой, имеют своим предметом товарные знаки, в том числе никогда не принадлежавшие должнику. В связи с тем, что предмет сделок в указанных договорах менялся, они не могут являться цепочкой сделок по приобретению и реализации одного и того же товара по цене ниже цены приобретения.

По результатам рассмотрения указанного требования, конкурсный управляющий не нашел оснований для удовлетворения требований ФИО1, так как сделки не являлись единой цепочкой, преследующих единую цель. В результате совершения сделок, которые просил оспорить ФИО1, реализованы товарные знаки, большая часть из которых не принадлежала должнику.

Ссылка ФИО1 на производственные отчеты АО «Жировой комбинат» за октябрь 2018 года указывающие на тот факт, что должник продолжил производить продукцию с использованием товарных знаков «Московский провансаль» (стр. 7 жалобы) была предметом исследования суда первой инстанции и обоснованно отклонена.

Представленные ФИО1 отчеты производственной деятельности за октябрь 2018 года, как верно указал суд первой инстанции, не могут являться доказательством того, что должник продолжил производить продукцию с использованием товарных знаков.

Данные производственные отчеты относятся к филиалу «Московский жировой комбинат», заверены подписью исполнительного директора ФИО9 Указанные документы являются документами бухгалтерского учета и указывают на количество товара, которое находилось на дату составления отчета в производстве или на складе организации.

01.10.2018 между АО «Жировой комбинат» и ЗАО «Самараагропромпереработка» заключен договор хранения и оказания услуг №Д-139218/10-2018, по условиям которого должник обязуется хранить, принимать, передавать сырье и материалы. Хранение осуществляется на складе по адресу: 109518, <...> (адрес филиала «Московский жировой комбинат»).

Сведения о данном договоре хранения также отражены в анализе финансового состояния АО «Жировой комбинат». Поскольку договор хранения заключен 01.10.2018, то и складские отчеты, представленные заявителем жалобы, датируются начиная с октября 2018 года.

Кроме того, в октябре 2018 года ФИО1 являлся контролирующим должника лицом, следовательно не мог не знать, что складские отчеты относятся к договору хранения и оказания услуг №Д-139218/10-2018, а не к производственной деятельности должника.

Представленные ФИО1 ОСВ по счету 10 «Материалы» также не могут являться доказательством производства продукции с использованием товарных знаков. Счет 10 «Материалы» предназначен для обобщения информации о наличии и движении сырья, материалов, топлива, запасных частей, инвентаря и хозяйственных принадлежностей, тары и     т.п. ценностей организации (в том числе находящихся в пути и переработке).

Подробно изучив представленные заявителем ОСВ по счету 10 за 2017-2018 года, конкурсный управляющий АО «Жировой комбинат» указывает на то, что данные документы содержат лишь данные об остатках материалов, ранее использовавшихся при изготовлении продукции. Так, например, ОСВ по счету 10 за 2017 год (МЖК) содержит такие позиции, как «Ведро 3л. Московский провансаль» (стр. 11), «крышка 10л. Московский провансаль» (стр. 57,58), «платинка на стакан ПП Московский провансаль» (стр. 92) и т.д., что не может являться доказательством производства должником продукции после реализации товарного знака, так как подтверждает лишь наличие материалов и сырья, которое ранее закупалось для дальнейшего изготовления готовой продукции.

Товарные знаки были реализованы 12.04.2017 по договору об отчуждении исключительного права на товарные знаки, заключенного между должником и ЭС Брендс ЛТД, следовательно после 01.06.2017 должник не мог получать выручку от использования товарных знаков.

Заявителем не доказан факт использования АО «Жировой комбинат» товарных знаков 196118, 129686, 304434, 329687, 368123, 409974, 417174, 538313, 591865, 359856 после их реализации 12.04.2017, а следовательно и получения должником выручки от использования вышеуказанных товарных знаков за период с 01.06.2017 по 31.12.2018 (после даты реализации).

На основании вышеизложенного, договор об отчуждении исключительного права на товарные знаки от 12.04.2017 не может быть оспорен на основании ст. 170 ГК РФ в виду отсутствия доказательств мнимости сделки.

Кроме того, судом апелляционной инстанции учтено, что постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.03.2022 определение арбитражного суда Саратовской области от 24.11.2021 было отменено. Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО2 (ИНН <***>, рег.номер 19861, адрес для корреспонденции: 119146, г. Москва, а/я № 20), член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «ДЕЛО» (125284, <...>, а/я № 22).

В ходе рассмотрения вопроса об утверждения конкурсного управляющего апелляционным судом принято во внимание, что на собрании кредиторов АО «Жировой комбинат» 06.04.2021 абсолютное большинство независимых кредиторов (7,74%) ходатайствовало об избрании в качестве саморегулируемой организации Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «ДЕЛО». ООО «ГК «Русагро», обладающее большинством голосов (89,81 %) на собрании кредиторов, голосовало за избрание кандидатуры для утверждения в качестве конкурсного управляющего из числа членов ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих».

Таким образом, вышеуказанные обстоятельства исключают возможность действия конкурсного управляющего ФИО2 в интересах ООО «ГК «Русагро».

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции считает доводы апелляционной жалобы о наличии заинтересованности конкурсного управляющего ФИО2 и ООО «ГК «Русагро» несостоятельными.

Правовой подход, согласно которому контролирующее должника лицо (к которому предъявлены требования о привлечении к субсидиарной ответственности и (или) о взыскании убытков) в полном объеме обладает правами на участие в деле при рассмотрении вопросов связанных с формированием конкурсной массы, то есть влияющих на размер его ответственности, изложенный в определении Верховного Суда РФ № 307-ЭС21-9176 от 30.09.2021 не позволяет бенефициарам должников оспаривать сделки, совершенные с их согласия и в интересах.

С учетом указанной позиции Верховного суда Российской Федерации, суд первой инстанции верно отметил, что права ФИО1 в результате не оспаривания данных сделок, совершенных с его согласия, не могут быть нарушены и не подлежат судебной защите.

Как верно указал суд первой инстанции, обращение с заявлением об оспаривании сделок должника является правом, а не обязанностью арбитражного управляющего. Управляющий должен обращаться с заявлением об оспаривании сделок при достаточных основаниях, преждевременное (необоснованное) обращение будет свидетельствовать о неразумном исполнении своих обязанностей. Кроме того, оспаривание сделок в отсутствие достаточных оснований может повлечь лишь дополнительные расходы по делу о банкротстве вместо ожидаемого пополнения конкурсной массы, учитывая, что в силу положений, установленных действующим законодательством о банкротстве, мероприятия конкурсного производства должны способствовать достижению целей и задач конкурсного производства - пополнение конкурсной массы должника, обеспечение удовлетворения требований конкурсных кредиторов.

Таким образом, в нарушение статьи 65 АПК РФ, ФИО1 не приведены факты и доказательства того, что конкурсным управляющим не исполнялись или исполнялись ненадлежащим образом обязанности по оспариванию сделок, не доказано, что такое неисполнение или ненадлежащее исполнение нарушило права или законные интересы кредиторов, а также повлекло или могло повлечь за собой убытки, причиненные должнику или его кредиторам.

Суд апелляционной инстанции считает обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что в рамках имеющихся у него полномочий конкурсным управляющим проведен анализ сделок должника на предмет перспективности их оспаривания с целью пополнения конкурсной массы, и сделан вывод о нецелесообразности оспаривания указанных сделок.

При этом, заявителем жалобы не представлено каких-либо доказательств в подтверждение доводов о причинении убытков неоспариванием конкурсным управляющим указанных сделок. Не представлено доказательств того, что в случае оспаривания указанных сделок они были бы признаны недействительными и привели бы к пополнению конкурсной массы.

Доводы заявителя о бездействии конкурсного управляющего по оспариванию сделок и перспективности оспаривания всех указанных заявителями сделок, являются несостоятельными и подлежат отклонению, поскольку не нашли своего подтверждения при исследовании материалов дела и оценке представленных доказательств.

При изложенных обстоятельствах в действиях (бездействии) конкурсного управляющего не имеется каких-либо нарушений прав должника и кредиторов, конкурсный управляющий действовал добросовестно и разумно, в связи с чем у суда первой инстанции не имелось правовых оснований для удовлетворения жалобы ФИО1

С учетом изложенного, доводы апеллянта не нашли своего подтверждения при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции. Следовательно, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены или изменения обжалуемого судебного акта не имеется.

В силу требований подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации государственная пошлина при рассмотрении апелляционной жалобы по данной категории споров составляет 3 000 руб. 00 коп.

Соответствующие разъяснения отражены в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2024), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.05.2024.

Принимая во внимание, что государственная пошлина ФИО1 не уплачена, с ФИО1 подлежит взысканию в доход федерального бюджета государственная пошлина в сумме 3 000 руб. 00 коп. за подачу апелляционной жалобы. 

В соответствии с частью 1 статьи 177 АПК РФ постановление, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в установленном порядке в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

Руководствуясь статьями 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Саратовской области от 25 апреля 2024 года по делу                                №А57-8227/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в размере 3 000 руб. 00 коп. 

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в кассационном порядке в течение одного месяца со дня изготовления постановления в полном объеме через арбитражный суд первой инстанции, принявший определение.



Председательствующий судья                                                                                Н.В. Судакова



Судьи                                                                                                                         О.В. Грабко



А.Э. Измайлова