Постановление от 8 июня 2023 г. по делу № А75-6504/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень Дело № А75-6504/2021


Резолютивная часть постановления объявлена 07 июня 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 08 июня 2023 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Доронина С.А.,

судей Бедериной М.Ю.,

ФИО1-

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 27.09.2022 (судья Бетхер В.А.) и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2023 (судьи Аристова Е.В., Брежнева О.Ю., Дубок О.В.) по делу № А75-6504/2021 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>), принятые по заявлению финансового управляющего ФИО3 к обществу с ограниченной ответственностью «Западная Сибирь 3» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – общество «Западная Сибирь 3»), ФИО4 о признании недействительными договора купли-продажи нежилого здания от 01.10.2017, договора передачи прав и обязанностей от 01.04.2017 № 1, применении последствий их недействительности.

В заседании принял участие ФИО2

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО2 финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением, уточнённым в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу «Западная Сибирь 3», ФИО4 о признании недействительными:

- договора купли-продажи нежилого здания от 01.10.2017, в отношении нежилого здания, площадью 642,4 кв. м, кадастровый номер: 86:22:0006001:2982, расположенного по адресу: Ханты-Мансийский автономный округ – Югра, город Югорск, улица Промышленная, д. 9А (далее – здание);

- договора от 01.04.2017 № 1 передачи прав и обязанностей по договору от 15.11.2013 № 3380 аренды земельного участка, площадью 1 440 кв. м, кадастровый номер 86:22:0006001:1211 (далее – земельный участок).

Финансовый управляющий просил применить последствия недействительности сделок в виде возврата недвижимого имущества и права аренды земельного участка в конкурсную массу должника.

Определением Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 27.09.2022, оставленным без изменения постановлением Восьмого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2023, заявление удовлетворено.

В кассационной жалобе ФИО2 просит определение суда от 27.09.2022 и постановление апелляционного суда от 01.02.2023 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение.

Доводы кассационной жалобы сводятся к отсутствию у должника на дату заключения сделок неисполненных обязательств перед его кредиторами, (нет признака неплатёжеспособности), недоказанности совершения им сделок с противоправной целью.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на неё, выслушав объяснения должника, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Материалами обособленного спора подтверждается, что между ФИО2 (правообладатель, арендатор) и обществом «Западная Сибирь 3» (новый арендатор) подписан договор от 01.04.2017 № 1 (далее – договор передачи), на основании которой должник передал обществу «Западная Сибирь 3» права и обязанности по договору аренды земельного участка от 15.11.2013 № 3380. Стоимость арендных прав, передаваемых по договору, составляет 750 000 руб.

Между ФИО2 (продавец) и обществом «Западная Сибирь 3» (покупатель) заключён договор купли-продажи от 01.10.2017 (далее - договор купли-продажи), по условиям которого должник продал обществу принадлежащее ему здание по цене 13 000 000 руб. на условиях осуществления расчёта до 31.03.2018 и без возникновения у ФИО2 права залога на указанное имущество.

Расчёт по договору купли-продажи осуществлён по расписке от 31.03.2018, в эту же дату здание передано должником обществу «Западная Сибирь 3», государственная регистрация перехода права собственности осуществлена 14.04.2018.

Между обществом с ограниченной ответственностью «ТрансСиб» (далее – общество «ТрансСиб»), обществом «Западная Сибирь 3», ФИО2 подписано соглашение о зачёте встречных однородных требований от 01.10.2017 (далее – соглашение о зачёте), в соответствии с которым полное/частичное прекращение встречных однородных требований сторон путём зачёта. В частности, названным соглашением прекращены обязательства общества «Западная Сибирь 3» перед ФИО2, в том числе вытекающая из договора купли-продажи, договора передачи прав, на сумму в 14 067 447,93 руб., остаток задолженности составил 1 332 552,07 руб.

Финансовый управляющий, ссылаясь на заключение договоров купли-продажи и передачи со злоупотреблением правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)), связанную с этим недействительной сделок (статья 168 ГК РФ), то, что эти сделки в действительности прикрывали дарение имущества (статья 170 ГК РФ) заинтересованному лицу, обратился в арбитражной суд с рассматриваемым заявлением.

Суды первой и апелляционной инстанций, признавая договоры купли-продажи и передачи недействительными исходили из их притворного характера, заключении данных сделок с целью прикрытия сделки по дарению имущества в пользу аффилированного с должником лица.

Суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций обособленный спор разрешён правильно.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как указано в пункте 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63), в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования арбитражного управляющего о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом Законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ или законодательством о юридических лицах).

Само по себе признание сделки недействительной по мотиву злоупотребления её сторонами гражданскими правами не противоречит действующему законодательству и соответствует сложившейся правоприменительной практике (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 25), абзац четвёртый пункта 4 Постановления № 63, пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»).

Договор, при заключении которого допущено злоупотребление правом, признается недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ по иску лица, чьи права или охраняемые законом интересы нарушает этот договор (пункт 1 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.06.2015, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923).

При этом для квалификации сделки в качестве ничтожной в связи с нарушением принципа добросовестности как основного начала гражданского законодательства на основании совокупного применения статей 10, 168 ГК РФ необходима недобросовестность обеих её сторон в виде их сговора, либо, по крайней мере, активные недобросовестные действия одной стороны сделки и осведомлённость об этом воспользовавшегося сложившейся ситуацией контрагента по сделке (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации 13.05.2014 № 17089/12, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2014), утверждённом Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24.12.2014, а также определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2014 № 67-КГ14-5, установленный в статье 10 ГК РФ запрет злоупотребления правом в любых формах направлен на реализацию принципа, закреплённого в части 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации.

Согласно правовой позиции, приведённой в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 20.10.2015 № 18-КГ15-181, от 01.12.2015 № 4-КГ15-54, под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряжённое с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

Одной из форм негативных последствий является материальный вред, под которым понимается всякое умаление материального блага. Сюда могут быть включены уменьшение или утрата дохода, необходимость новых расходов.

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Следовательно, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления сторонами при её совершении гражданскими правами обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создаёт или создаст в будущем препятствия.

В рассматриваемом случае судами установлено, что ФИО2, ФИО4, ФИО4 являются лицами, контролирующими общество «ТрансСиб», привлечёнными к субсидиарной ответственности по обязательствам данного общества за доведение ими его до банкротства вследствие заключения существенно убыточных сделок, признанных недействительными в установленном законом порядке (вступившее в законную силу определение суда от 23.03.2020 по делу № А60-73261/2017, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 27.07.2020).

Существенно убыточными сделками для общества «ТрансСиб» являлись тринадцать договоров купли-продажи транспортных средств, заключённых в начале 2017 года, на основании которых обществ продало принадлежащее ему транспортные средства. Названные сделки признаны недействительными определением суда от 13.03.2019 и постановлением апелляционного суда от 02.09.2019 по делу № А60-73261/2017 с применением последствий их недействительности, в том числе в виде взыскания с ФИО2 в пользу общества «ТрансСиб» денежных средств в размере 13 274 300 руб.

Мотивам признания тринадцати договоров купли-продажи транспортных средств недействительными являлось их заключение с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов общества «ТрансСиб», в частности, обществу с ограниченной ответственностью «ГазСтрой», в пользу которого с общества «ТрансСиб» вступившим в законную силу решением суда от 05.05.2017 по делу № А60-11453/2017 взыскано 10 902 216,74 руб.

Впоследствии право требование к ФИО2 отчуждено обществом «ТрансСиб» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Юридический консалтинг» (определение суда от 10.04.2021 по делу № А60-73261/2017), являющегося заявителем по настоящему делу о банкротстве, требование которого включено в реестр требований кредиторов ФИО2 определением суда от 27.07.2021.

Из указанной хронологии событий следует, что ФИО2, очевидно осознавая скорое наступление банкротства подконтрольного ему общества «ТрансСиб» осуществил вывод его активов в свою пользу (за месяц до вынесения судебного акта о взыскании с общества денежных средств), после чего приступил к реализации всех своих активов и активов, приобретённых у общества «ТрансСиб», в пользу третьих лиц, в том числе в пользу общества «Западная Сибирь 3», являющегося заинтересованным по отношению к нему лицом.

При этом договоры купли-продажи и передачи являются взаимосвязанными сделками, заключёнными на условиях, недоступных независимым участникам гражданского оборота, о чём свидетельствует передача права аренды земельного участка (01.04.2017) за полгода до фактического приобретения здания, расположенного на этом земельном участке (01.10.2017), предоставление значительной отсрочки по расчёту в рамках договора купли-продажи, отказ должника от обеспечения своих прав залогом здания, осуществление расчётов посредством передачи наличных денежных средств. проведения зачёта.

Фактически общество «Звезда Сибири 3» приняло на себя обязательство нести расходы на оплату арендных платежей, не являясь собственником расположенного на земельном участке здания.

При этом соглашение о зачёте, которым были прекращены взаимные обязательств между обществами «ТрансСиб», «Западная Сибирь 3», ФИО2 неоднократно был предметом судебной проверки в рамках дела № А60-11453/2017. Так, судами указано на недоказанность наличия обязательств между обществами «ТрансСиб», «Западная Сибирь 3», ФИО2, за счёт проведения зачёта которых могли быть прекращены встречных обязательства названных лиц.

Каких-либо доводов и доказательств, опровергающих выводы судов, изложенные в судебных актах по делу А60-11453/2017, которые позволили бы судам в рамках настоящего обособленного спора прийти к иным выводам (пункт 4 совместного постановления Пленумов Верховного суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»), ФИО2 в материалы дела не представлено (статья 65 АПК РФ).

Из изложенного следует, что, заключая договоры купли-продажи и передачи должник и общество «Западная Сибирь 3» изначально осознавали, что эти сделки заключаются с целью сокрытия имущества должника, на которое может быть обращено взыскание в пользу независимых кредиторов, пострадавших от неправомерных действий ФИО2 как лица, контролирующего общество «ТрансСиб», приведших впоследствии к его объективному банкротству, действия в рамках данных правоотношений на протяжении длительного времени были обусловлены противоправными целями и осуществлялись в ущерб интересов гражданско-правового сообщества кредиторов как самого ФИО2 так и подконтрольного ему общества «ТрансСиб».

Указанная совокупность обстоятельств очевидно свидетельствуют о том, что заключение договоров между ФИО2 и обществом «Западная Сибирь 3» изначально было сопряжено с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления ими гражданских прав, обусловлено незаконной целью нарушения права и законные интересы кредиторов должника, что влечёт ничтожность сделок на основании статьи 168 ГК РФ. В связи с чем вывод судов первой и апелляционной инстанций о наличии оснований для признания договора недействительным является правильным.

Доводы кассатора об отсутствии у него на дату заключения оспариваемых сделок признаков неплатёжеспособности судом округа отклоняются, поскольку ФИО2 являясь лицом, контролирующим общество «ТрансСиб», очевидно осознавал скорое наступление объективного банкротства названного юридического лица, возможность его привлечения к гражданско-правовой ответственности за неправомерные, недобросовестные действия, что, в свою очередь, предоставит независимым кредиторам право получить удовлетворения, в том числе за счёт его имущества. В такой ситуации формальное отсутствие задолженности перед кредиторами не может выступать основанием для освобождения должника от ответственности за его очевидно недобросовестные действия в гражданском обороте (статья 1, 10 ГК РФ).

С учётом изложенного, суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ).

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ основаниями для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Ханты-Мансийского автономного округа - Югры от 27.09.2022 и постановление Восьмого арбитражного апелляционного суда от 01.02.2023 по делу № А75-6504/2021 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий С.А. Доронин


Судьи М.Ю. Бедерина


ФИО1