Решение от 16 июня 2023 г. по делу № А67-11839/2022

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМ СКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077,

http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Томск Дело № А67-11839/2022 16.06.2023

13.06.2023 – дата объявления резолютивной части решения Судья Арбитражного суда Томской области Е.Б. Дигель,

при ведении протокола судебного заседания до перерыва секретарем ФИО1, после перерыва помощником ФИО2

рассмотрев в судебном заседании исковое заявление Администрации Заречного сельского поселения (ИНН <***>, ОГРН <***>; 634521, <...>)

к обществу с ограниченной ответственностью «Восточная водяная компания» (ИНН <***>, ОГРН <***>; 634583, <...>)

о признании недействительным договора аренды муниципального имущества от 01.05.2012 № 5,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, Управление Федеральной антимонопольной службы по Томской области (ИНН <***>, ОГРН <***>; 634009, <...>),

при участии:

от истца – представитель ФИО3 по доверенности от 20.03.2023 № 5, пасп., дипл. (до перерыва),

от ответчика – представитель ФИО4 по доверенности от 12.07.2022, пасп., дипл.,

от третьего лица – представитель ФИО5 по доверенности от 09.01.2023 № 3, пасп., дипл.,

У С Т А Н О В И Л:

Администрации Заречного сельского поселения (далее – истец, Администрация Заречного сельского поселения) обратилась в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Восточная водяная компания» (далее – ответчик, ООО «Восточная водяная компания») о признании недействительным договора аренды муниципального имущества от 01.05.2012 № 5; судебное заседание назначено на 05.06.2023, в порядке ст. 163 АПК РФ в судебном заседании объявлен перерыв до 13.06.2023.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено УФАС Томской области.

В судебном заседании представитель истца (до перерыва) требования поддержал, со ссылкой на положения ст. ст. 166, 168 ГК РФ, ст. 41.1 Закона о водоснабжении указал на недействительность оспариваемого договора; уточнил, что требование о признании недействительным заявлено только в отношении договора аренды от 01.05.2012 № 5; пояснил, что истец не заявляет требований о применении последствий недействительности сделки в виде возврата арендованного имущества; исковые требования заявлены в связи с


вынесением УФАС по Томской области соответствующего предупреждения; считал возможным применить срок исковой давности.

Представитель ответчика против удовлетворения исковых требований возражал, указал на пропуск истцом срока исковой давности (ст. 181 ГК РФ); пояснил, что нормы ст. 41.1 Закона о водоснабжении введены после заключения оспариваемого договора, в связи с чем, не могут быть применимы к отношениям сторон.

Представитель УФАС по Томской области считала исковые требования обоснованными, подлежащими удовлетворению; пояснила, что указание в предупреждении от 15.07.2022 положений ст. 41.1 Закона о водоснабжении носит информативный характер.

Как следует из материалов дела, 20.03.2012 Администрацией Заречного сельского поселения объявлен аукцион на право заключения договоров аренды муниципального имущества (извещение № 200312/0146817/01, л.д. 40-42).

Указанный аукцион признан несостоявшимся на основании п. 129 приказа ФАС России от 10.02.2010 № 67 (по окончании срока подачи заявок на участие в аукционе подана только одна заявка) (л.д. 43-45).

В результате проведенного аукциона между Администрацией Заречного сельского поселения (арендодатель) и ООО «Восточная водяная компания» (арендатор) как единственным участником аукциона подписан договор аренды муниципального имущества от 01.05.2012 № 5 (л.д. 40-49), предметом которого является предоставление арендодателем за обусловленную сторонами договора плату во временное владение и пользование муниципального имущества в отношении системы коммунальной инфраструктуры и иных объектов коммунального имущества (далее по тексту – объект), состав и описание которого приведены в Приложении № 1, которое будет использовано последним для оказания коммунальных услуг (холодное водоснабжение) потребителям на территории Заречного сельского поселения (пункт 1.1 договора).

Актом приема-передачи от 01.05.2012 имущество, указанное в Приложении № 1 (водонапорные башни, водопроводные сети, насосная станция, скважины), передано ООО «Восточная водяная компания» (л.д. 48).

На основании ст. 39.1 Закона о защите конкуренции УФАС по Томской области Администрации Заречного сельского поселения выдано предупреждение от 15.07.2022 № 070/01/15-498/2022, в котором со ссылкой на положения ст. 41.1 Федерального закона от 07.12.2011 № 416-ФЗ «О водоснабжении и водоотведении» (далее – Закон о водоснабжении) указано, что передача прав владения и (или) пользования объектами муниципального имущества должна была осуществляться на основании концессионного соглашения, поскольку срок эксплуатации имущества с даты его ввода в эксплуатацию превышает 5 лет. Истцу предписано устранить допущенные нарушения путем уведомления ответчика о ничтожности оспариваемого договора (л.д. 53-57, 103-105).

Полагая, что договор аренды муниципального имущества от 01.05.2012 № 5 является недействительной сделкой, нарушающей требования закона (ст. 168 ГК РФ), истец обратился в суд с настоящим иском.

Исследовав материалы дела, оценив в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, суд считает исковые требования истца не подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (п. 1 ст. 167 ГК РФ).

Согласно ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного


правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Истец связывает недействительность договора с несоблюдением положений ст. 41.1 Закона о водоснабжении, устанавливающей, что объекты коммунальной инфраструктуры, срок эксплуатации которых превышает 5 лет, должны передаваться исключительно по концессионным соглашениям.

В связи с принятием Федерального закона от 07.05.2013 № 103-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О концессионных соглашениях» и отдельные законодательные акты Российской Федерации» (далее – Закон № 103-ФЗ), вступившего в силу с 01.01.2014, за исключением отдельных положений, передача прав владения и (или) пользования объектами теплоснабжения, централизованными системами горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения, отдельными объектами таких систем, находящимися в государственной или муниципальной собственности, осуществляется с учетом требований, установленных ст. 41.1 Закона о водоснабжении.

В соответствии с ч. 1 ст. 41.1 Закона о водоснабжении передача прав владения и (или) пользования централизованными системами горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения, отдельными объектами таких систем, находящимися в государственной или муниципальной собственности, осуществляется по договорам аренды таких систем и (или) объектов, которые заключаются в соответствии с требованиями гражданского законодательства, антимонопольного законодательства Российской Федерации и принятых в соответствии с ними иных нормативных правовых актов Российской Федерации с учетом установленных Законом о водоснабжении особенностей, или по концессионным соглашениям, заключенным в соответствии с требованиями законодательства Российской Федерации о концессионных соглашениях, за исключением случая, предусмотренного частью 1 статьи 9 Закона о водоснабжении.

Согласно ч. 3 ст. 41.1 Закона о водоснабжении в случае, если срок, определяемый как разница между датой ввода в эксплуатацию хотя бы одного объекта из числа объектов централизованных систем горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения или одной системы из числа таких систем, одного отдельного объекта таких систем, находящегося в государственной или муниципальной собственности, и датой опубликования извещения о проведении конкурса, превышает пять лет либо дата ввода в эксплуатацию хотя бы одного такого объекта или одной такой системы, одного отдельного объекта таких систем не может быть определена, передача прав владения и (или) пользования такими объектами или системами осуществляется только по концессионным соглашениям (за исключением предоставления в соответствии с антимонопольным законодательством Российской Федерации указанных прав на это имущество лицу, обладающему правами владения и (или) пользования сетью инженерно-технического обеспечения, в случаях, если это имущество является частью соответствующей сети инженерно-технического обеспечения и данные часть сети и сеть являются технологически связанными в соответствии с законодательством о градостроительной деятельности).

Таким образом, если все объекты водоснабжения и водоотведения, в отношении которых планируется передача прав владения и (или) пользования, были введены в эксплуатацию менее чем за пять лет до момента опубликования извещения о проведении конкурса, в отношении таких объектов может быть заключен договор аренды, в ином случае – только концессионное соглашение.

Концессионное соглашение заключается путем проведения конкурса на право его заключения (за исключением случаев, предусмотренных законом), порядок проведения конкурса и существенные условия данного соглашения урегулированы Федеральным


законом от 21.07.2005 № 115-ФЗ «О концессионных соглашениях» (далее – Закон № 115- ФЗ).

При этом согласно ч. 33 ст. 41.1 Закона о водоснабжении договоры аренды объектов водоснабжения и водоотведения, находящихся в государственной или муниципальной собственности, заключенные с нарушением требований ч. 3 ст. 41.1 Закона о водоснабжении, являются ничтожными.

Следует отметить, что ч. ч. 5, 6 ст. 5 Закона № 103-ФЗ был установлен переходный период, позволяющий со дня официального опубликования (08.05.2013) названного Закона и до 01.01.2015 передавать права владения и (или) пользования централизованными системами горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения, отдельными объектами таких систем, находящимися в государственной или муниципальной собственности, без учета требований, предусмотренных частями 3 и 4 статьи 41.1 Закона о водоснабжении, по договорам аренды таких систем и (или) объектов на срок до трех лет до передачи прав владения и (или) пользования такими системами и (или) объектами победителю конкурса на право заключения концессионного соглашения, если такие системы и (или) объекты входят в состав объекта концессионного соглашения или в состав иного передаваемого концедентом концессионеру по концессионному соглашению имущества.

Переходный период со дня официального опубликования указанного Федерального закона и до 1 января 2015 года установлен для целей недопущения нарушения требований Закона о водоснабжении и Закона о теплоснабжении, прежде всего, во избежание создания препятствий для бесперебойной работы источников водоснабжения и тепловой энергии (постановления Седьмого арбитражного апелляционного суда от 30.10.2017 № 07АП- 8319/2017 по делу № А03-9650/2017, от 11.11.2019 № 07АП-8750/2019(1,2) по делу № А276707/2019, от 29.08.2018 № 07АП-7000/2018 по делу № А03-4930/2018).

Вместе с тем, оспариваемый договор аренды заключен 01.05.2012, т.е. до установления Законом № 103-ФЗ специальных норм права, регулирующих правоотношения по передаче прав владения и (или) пользования объектами водоснабжения, находящихся в государственной или муниципальной собственности.

В соответствии с п. 1 ст. 4 ГК РФ акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие.

В определении Конституционного Суда РФ от 19.12.2017 № 2978-О также указано, что общим (основным) принципом действия закона во времени является распространение его на отношения, возникшие после его введения в действие, и только законодатель вправе распространить новые нормы на отношения, которые возникли до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу.

Согласно ч. ч. 2, 3 ст. 8 Федерального закона от 03.11.2015 № 307-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в связи с укреплением платежной дисциплины потребителей энергетических ресурсов» (далее – Закон № 307-ФЗ) действие положений ст. 41.1 Закона о водоснабжении распространяется на отношения, связанные с заключением договоров аренды централизованных систем горячего водоснабжения, холодного водоснабжения и (или) водоотведения, отдельных объектов таких систем, находящихся в государственной или муниципальной собственности, извещения о проведении конкурсов на право заключения которых опубликованы после дня вступления в силу настоящего Федерального закона (05.12.2015).

Таким образом, исходя из положений ч. ч. 5, 6 ст. 5 Закона № 103-ФЗ, ч. ч. 2, 3 ст. 8 Закона № 307-ФЗ, принимая во внимание действие гражданского законодательства во времени (ст. 4 ГК РФ), установленные законодательством специальные нормы права (ст. 41.1 Закона о водоснабжении), регулирующие правоотношения по передаче прав владения и (или) пользования объектами водоснабжения, находящимся в государственной или муниципальной собственности, применяются к договорам, заключаемым после 08.05.2013, с учетом переходного периода до 01.01.2015.


В соответствии со ст. 4 ГК РФ действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

По отношениям, возникшим до введения в действие акта гражданского законодательства, он применяется к правам и обязанностям, возникшим после введения его в действие. Отношения сторон по договору, заключенному до введения в действие акта гражданского законодательства, регулируются в соответствии со статьей 422 настоящего Кодекса.

Согласно п. 2 ст. 422 ГК РФ закон, принятый после заключения договора и устанавливающий обязательные для сторон правила, иные, чем те, которые действовали при заключении договора, распространяет свое действие на отношения сторон по такому договору лишь в случае, когда в законе прямо установлено, что его действие распространяется на отношения, возникшие из ранее заключенных договоров.

Таким образом, как положения ст. 4 ГК РФ, так и положения ст. 422 ГК РФ допускают в качестве исключения из общего правила, применимого к договорным отношениям, прямое указание законодателя на применение закона с обратной силой к уже существующим отношениям. При этом даже в случае прямого указания закона на его немедленное применение или применение с обратной силой необходимо учитывать правовую позицию о недопустимости лишения прав в результате такого применения, высказанную в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15.02.2016 № 3-П (пункт 31 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2020)).

В рассматриваемом случае оспариваемый договор аренды заключен 01.05.2012, т.е. до введения Законом № 103-ФЗ специального порядка регулирования передачи объектов водоснабжения, находящихся в государственной и муниципальной собственности. При этом ни положениями Закона № 103-ФЗ, ни положениями Закона о водоснабжении не предусмотрено, что специальное правовое регулирование распространяется на договоры аренды, заключенные до введения такого порядка (в частотности, что действующие договоры аренды подлежат расторжению с последующим повторным проведением конкурсных процедур и т.п.).

С учетом изложенного, специальный порядок, установленный ст. 41.1 Закона о водоснабжении, к оспариваемому договору аренды от 01.05.2012 не применим.

В то же время, в силу п. 1 ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

На момент заключения оспариваемого договора особенности порядка заключения договоров в отношении государственного и муниципального имущества были регламентированы ст. 17.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) (в соответствующей редакции), согласно которой заключение договоров аренды, договоров безвозмездного пользования, договоров доверительного управления имуществом, иных договоров, предусматривающих переход прав владения и (или) пользования в отношении государственного или муниципального имущества, не закрепленного на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, может быть осуществлено только по результатам проведения конкурсов или аукционов на право заключения этих договоров.

Исключением из общего порядка являлось заключение договора аренды с лицом, подавшим единственную заявку на участие в конкурсе или аукционе, в случае, если указанная заявка соответствовала требованиям и условиям, предусмотренным конкурсной документацией или документацией об аукционе, а также лицом, признанном единственным участником конкурса или аукциона (п. 15 ч. 1 ст. 17.1 Закона о защите конкуренции).

Из материалов дела следует, что оспариваемый договор аренды заключен с ООО «Восточная водяная компания» как единственным участником аукциона, признанного


несостоявшимся на основании п. 129 приказа ФАС России от 10.02.2010 № 67 (по окончании срока подачи заявок на участие в аукционе подана только одна заявка).

Таким образом, истцом были проведены торги, созданы условия для конкуренции хозяйствующих субъектов, которым была предоставлена возможность заявить о своем желании приобрести право на заключение договора аренды, однако аукцион признан несостоявшимся ввиду отсутствия таких желающих, за исключением ООО «Восточная водяная компания», оказавшегося единственным лицом, принявшим участие в аукционе.

При таких обстоятельствах заключение оспариваемого договора аренды от 01.05.2012 с ООО «Восточная водяная компания» как единственным участником аукциона соответствовало п. 15 ч. 1 ст. 17.1 Закона о защите конкуренции.

Более того, указанный правовой подход также выражен в п. 151 приказа ФАС России от 10.02.2010 № 67 (в редакции, действующей на момент заключения оспариваемого договора), согласно которому в случае признания аукциона несостоявшимся по причине подачи единственной заявки либо признания участником аукциона только одного заявителя, с таким лицом организатор аукциона обязан заключить договор на условиях, которые были предусмотрены заявкой на участие и аукционной документацией.

C учетом изложенного, оспариваемый договор аренды от 01.05.2012 на момент его заключения соответствовал требованиям, установленным действующим законодательством, в том числе антимонопольным.

Ответчиком заявлено о пропуске истцом срока исковой давности (ст. 181 ГК РФ).

В соответствии со ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно пункту 101 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая – к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ). Общие положения о начале течения срока исковой давности в данном случае не применяются, поскольку п. 1 ст. 181 ГК РФ является специальной нормой по отношению к ст. 200 ГК РФ (определение Верховного Суда РФ от 05.07.2016 № 18-КГ16-63).

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ) (пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).

Из материалов дела следует, что имущество, являющееся предметом аренды по оспариваемому договору, передано ответчику по акту приема-передачи 01.05.2012. Соответственно, применительно к положениям ст. 181 ГК РФ, пункту 101 Постановления


Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25, срок исковой давности в рассматриваемом случае следует исчислять именно с указанной даты (01.05.2012).

Принимая во внимание дату подачи иска (20.12.2022, л.д. 59), позицию истца в части возможности применения положений об исковой давности, суд признает обоснованным довод ответчика о пропуске истцом срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Суд также отмечает, что в пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Исходя из системного толкования пункта 1 статьи 1, пункта 3 статьи 166 и пункта 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации иск лица, не являющегося стороной ничтожной сделки, о применении последствий ее недействительности может также быть удовлетворен, если гражданским законодательством не установлен иной способ защиты права этого лица и его защита возможна лишь путем применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Из смысла указанных норм следует, что отсутствие заинтересованности в применении последствий недействительности ничтожной сделки является самостоятельным основанием для отказа в иске. При этом материально-правовой интерес в применении последствий ничтожности сделки имеют лица, чьи имущественные права и (или) охраняемые законом интересы будут непосредственно восстановлены в результате приведения сторон ничтожной сделки в первоначальное фактическое положение (определение Верховного Суда РФ от 01.06.2016 № 302-ЭС15-19746 по делу № А19-20235/2014, постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 06.04.2021 № 07АП-274/2021 по делу № А676497/2020).

Таким образом, лицо, обращающееся с требованием о признании сделки недействительной, должно доказать наличие защищаемого права или интереса. Заинтересованность лица устанавливается исходя из наличия у этого лица материально-правового интереса в признании сделки ничтожной, в чью правовую сферу эта сделка вносит неопределенность и может повлиять на его правовое положение.

В судебном заседании представитель истца пояснил, что требование о применении последствий недействительности сделки администрацией не заявляется, обращение с иском обусловлено необходимостью выполнения требований УФАС по Томской области, содержащихся в предостережении от 15.07.2022.

Судебная защита нарушенных прав направлена на восстановление прав, целью защиты является восстановление нарушенного или оспариваемого права (ст. 12 ГК РФ, ст. 4 АПК РФ).

Как указывал неоднократно Конституционный Судом РФ (постановления от 06.06.1995 № 7-П, от 13.06.1996 № 14-П, определение от 18.01.2011 № 8-О-П), суды при рассмотрении дела обязаны исследовать по существу его фактические обстоятельства и не должны ограничиваться только установлением формальных условий применения нормы; иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту, закрепленное статьей 46 (часть 1) Конституции Российской Федерации, оказывалось бы существенно ущемленным.

Принимая во внимание указанную позицию истца, суд не усматривает наличие у Администрации Заречного сельского поселения материально-правового интереса в виде нарушенного права, подлежащего защите, поскольку истец не преследует достижение какой-либо самостоятельной правовой цели (фактически прекратить арендные отношения и возвратить имущество), а предъявление иска носит формальный характер и направлено на выполнение требований УФАС по Томской области. Указанный вывод подтверждается также занимаемой истцом позицией по делу (в частности, истец сам указывает, что нормы законодательства, предусматривающие передачу объектов водоснабжения и водоотведения


по концессионным соглашениям, введены после заключения оспариваемого договора; истец считает возможным применить срок исковой давности).

Таким образом, поскольку оспариваемый договор аренды от 01.05.2012 соответствовал законодательству, действующему на момент его заключения, положения ст. 41.1 Закона о водоснабжении о специальном правовом регулировании порядка передачи объектов коммунальной инфраструктуры к рассматриваемому случаю не применимы, у истца отсутствует материально-правовой интерес в виде нарушенного права, подлежащего защите, а также заинтересованность в применении последствий недействительности сделки, истцом пропущен срок исковой давности на признание договора недействительным (ст. 181 ГК РФ), основания для удовлетворения исковых требований отсутствуют.

Истец от уплаты государственной пошлины освобожден (ст. 333.37 НК РФ), в связи с чем, основания для взыскания государственной пошлины по делу отсутствуют (пункт 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 11.07.2014 № 46 «О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах»).

Руководствуясь статьями 110, 167-171 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований отказать.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его вынесения (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.

Судья Е.Б. Дигель

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 17.05.2023 6:19:00

Кому выдана Дигель Евгения Борисовна