Решение от 5 февраля 2026 г. АС Иркутской области

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ИРКУТСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Седова, стр. 76, г. Иркутск, Иркутская область, 664025,

тел. <***>; факс <***>

https://irkutsk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации



Р Е Ш Е Н И Е


г. Иркутск Дело №А19-16386/2025

«06» февраля 2026 года

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 26 января 2026 года.

Решение в полном объеме изготовлено 06 февраля 2026 года.

Арбитражный суд Иркутской области в составе судьи Куклиной Л.А., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шипициной Е.А., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью «ББК» (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664025, <...>)

к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Иркутской области (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664007, <...>)

третье лицо: Управление Федеральной налоговой службы по Иркутской области (ОГРН <***>, ИНН <***>, адрес: 664007, <...>),

Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Иркутской области (адрес: 664027, <...>)

о признании недействительным решения от 19.03.2025г. № 10-37/2,

при участии в судебном заседании представителей:

от заявителя: ФИО1 – генеральный директор, представлен паспорт; ФИО2 – представитель по доверенности, представлен паспорт, диплом; ФИО3 – представитель по доверенности, представлен паспорт, диплом;

от ответчика: ФИО4 – представитель по доверенности, представлено служебное удостоверение, диплом; ФИО5 – представитель по доверенности, представлено служебное удостоверение, диплом;

от третьих лиц:

от налогового органа: ФИО4 – представитель по доверенности, представлено служебное удостоверение, диплом;

от Уполномоченного по защите прав предпринимателей в Иркутской области: ФИО6 – представитель по доверенности, представлено удостоверение, диплом;

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ББК» (далее – заявитель, Общество, ООО «ББК») обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с заявлением к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 25 по Иркутской области (далее – ответчик, налоговый орган) о признании недействительным решения от 19.03.2025г. № 10-37/2 о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения.

Представители Общества, заявленные требования поддержали по основаниям, изложенными в заявлении и дополнительных пояснениях.

Представители налогового органа с требованиями не согласились по основаниям, изложенным в отзыве и дополнительных пояснениях.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Федеральной налоговой службы по Иркутской области.

Представитель третьего лица требования заявителя не признал, сославшись на законность и обоснованность оспариваемого решения.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Иркутской области.

Представитель Уполномоченного по защите прав предпринимателей в Иркутской области поддержал заявленные требования.

Дело рассмотрено в порядке статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по имеющимся доказательствам, исследовав которые, заслушав доводы и возражения представителей участвующих в деле лиц, суд установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «ББК» зарегистрировано в качестве юридического лица в реестре юридических лиц под основным государственным регистрационным номером <***>.

Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №25 по Иркутской области на основании решения от 27.12.2023г. № 09-13/2 в отношении Общества с ограниченной ответственностью «ББК» проведена выездная налоговая проверка по всем налогам, сборам, страховым взносам за период с 01.01.2020г. по 31.12.2021г.

Результаты проведенной проверки отражены в акте от 12.07.2024г. №09-20/17.

Налоговый орган, рассмотрев материалы проверки и возражения налогоплательщика, принял решение от 19.03.2025г. № 10-37/2, которым ООО «ББК» привлечено к ответственности, предусмотренной п. 1 ст. 119, п. 3 ст. 122, п. 1 ст. 126 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Налоговый кодекс), с учетом смягчающих обстоятельств, в виде штрафов в общей сумме 827 205,50 рубля. Также данным решением обществу доначислены налоги в сумме 48 868 144 руб., в том числе налог на добавленную стоимость (далее – НДС) за 4 квартал 2020 года, 1-4 кварталы 2021 года в сумме 26 801 059 руб., налог на прибыль организаций за 2020 и 2021 годы в общей сумме 22 067 085 рублей.

Основанием для вынесения оспариваемого решения послужили установленные налоговым органом обстоятельства, свидетельствующие, что налогоплательщик, применяющий упрощенную систему налогообложения (далее – УСН), при ведении финансово-хозяйственной деятельности осуществлял формальное дробление бизнеса с ООО «Фидес», направленное на снижение предельных показателей до установленных законодательством, позволяющих применять специальный налоговый режим каждым из хозяйствующих субъектов.

ООО «ББК», не согласившись с принятым решением, обратилось в УФНС России по Иркутской области с апелляционной жалобой и дополнениями к ней, в которой просило решение инспекции от 19.03.2025г. № 10-37/2 отменить полностью.

Управление, рассмотрев апелляционную жалобу ООО «ББК», решением от 26.06.2025г. № 3800-2025/000679/4, оставил ее без удовлетворения.

Заявитель, полагая, что решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №25 по Иркутской области от 19.03.2025г. № 10-37/2 не соответствует требованиям закона, а также нарушает его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Общество в качестве основания незаконности оспариваемого решения указало на несогласие с выводами инспекции о нарушении Обществом положений п. 1 ст. 54.1 НК РФ, что привело к занижению налоговой базы по НДС и по налогу на прибыль организаций (превышение предельной величины доходов, установленной п. 4 ст. 346.13 НК РФ) в результате создания Обществом схемы дробления бизнеса.

Также заявитель указал на допущенные, по его мнению, инспекцией при вынесении оспариваемого решения процессуальные нарушения, выразившиеся в проведении дополнительных мероприятий налогового контроля лицом, не включенным в состав должностных лиц, проводивших выездную налоговую проверку ООО «ББК».

Исследовав доказательства по делу: заслушав объяснения представителей лиц, участвующих в деле, ознакомившись с письменными доказательствами, суд приходит к следующему.

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, основанием для признания недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, является наличие одновременно двух условий: их несоответствие закону или иному нормативному правовому акту и нарушение прав и законных интересов лица, обратившегося в суд с соответствующим требованием, в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

В силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Согласно статье 57 Конституции Российской Федерации, пункту 1 статьи 3, подпункту 1 пункта 1 статьи 23 и статье 45 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги в срок, установленный законодательством о налогах и сборах.

В Постановлении от 14.07.2005г. №9-П Конституционный Суд Российской Федерации указал, что конституционная обязанность платить законно установленные налоги и сборы имеет публично-правовой, а не частноправовой (гражданско-правовой) характер. Ее реализация в соответствующих правоотношениях предполагает субординацию, властное подчинение одной стороны другой, а именно: налогоплательщику вменяется в обязанность своевременно и в полном объеме уплатить суммы налога, а налоговому органу, действующему от имени государства, принадлежит полномочие обеспечить ее исполнение налогоплательщиком. Налогоплательщик не вправе распоряжаться по своему усмотрению той частью принадлежащего ему имущества, которая в виде определенной денежной суммы подлежит взносу в казну, соответствующие же органы публичной власти наделены правомочием в односторонне-властном порядке, путем государственного принуждения взыскивать с лица причитающиеся налоговые суммы, - иначе нарушались бы воплощенный в статье 57 Конституции Российской Федерации конституционно защищаемый публичный интерес и связанные с ним права и законные интересы налогоплательщиков, публично-правовых образований, государства в целом.

Судами высшей инстанции, в том числе, определением Верховного Суда РФ от 22.07.2016г. №305-КГ16-4920, неоднократно указывалось на то, что избежание налогообложения в результате совершения действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, является неправомерным поведением участника гражданского оборота, не совместимым с указанными положениями статьи 3 Кодекса, поскольку приводит к возникновению у лиц, обязанных к уплате налога, неоправданного преимущества в сравнении с другими налогоплательщиками, нарушению публичного интереса.

Согласно подпункту 2 пункта 1 статьи 31 Налогового кодекса Российской Федерации налоговые органы вправе проводить налоговые проверки в порядке, установленном Налоговым кодексом Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 82 Налогового кодекса Российской Федерации налоговый контроль проводится должностными лицами налоговых органов в пределах своей компетенции, в том числе, посредством налоговых проверок.

Статьей 87 Налогового кодекса Российской Федерации предусмотрены следующие виды налоговых проверок налогоплательщиков, плательщиков сборов, плательщиков страховых взносов и налоговых агентов:

1) камеральные налоговые проверки;

2) выездные налоговые проверки.

Целью камеральной и выездной налоговых проверок является контроль за соблюдением налогоплательщиком, плательщиком сборов, плательщиком страховых взносов или налоговым агентом законодательства о налогах и сборах.

По смыслу п. 1 ст. 171 НК РФ применение налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость является правом налогоплательщика. Таким образом, для применения вычетов по налогу на добавленную стоимость налогоплательщик обязан доказать правомерность своих требований. При этом документы, представленные налогоплательщиком (счета-фактуры), должны соответствовать требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает правовые последствия.

На основании п. 1 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные ст. 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на таможенную территорию РФ.

При рассмотрении вопроса о правомерности предъявления сумм налога на добавленную стоимость к налоговому вычету необходимо оценивать комплекс представленных заявителем вычетов документов и проведенных контрольных мероприятий. Документы, представленные налогоплательщиком для подтверждения правомерности вычетов, должны содержать сведения, позволяющие впоследствии налоговому органу определить достоверность осуществления хозяйственной операции.

В силу п. 1 ст. 252 Налогового кодекса Российской Федерации налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов.

Согласно п. 1 ст. 252 Налогового кодекса Российской Федерации для целей гл. 25 НК РФ расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации, и (или) документами, косвенно подтверждающими произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке, проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором).

При этом, представляемые налогоплательщиком документы, отражающие определенные хозяйственные операции, с которыми связаны те или иные последствия в сфере налоговых правоотношений, должны содержать сведения, соответствующие действительным обстоятельствам.

Налоговые органы в рамках проверок обоснованности полученной налогоплательщиком налоговой экономии руководствуются положениями ст. 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации, в которой закреплены пределы осуществления прав по исчислению налоговой базы и (или) суммы налога, сбора, страховых взносов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Согласно пункту 2 статьи 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 данной статьи, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Согласно системного толкования статей 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации одним из условий для получения вычета по НДС является принятие на учет товаров в соответствии с правилами бухгалтерского учета и документальным оформлением факта приобретения товаров.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011г. № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом.

Согласно положениям ст. 346.11 Налогового кодекса Российской Федерации УСН организациями и индивидуальными предпринимателями применяется наряду с иными режимами налогообложения, предусмотренными законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

Переход к УСН или возврат к иным режимам налогообложения осуществляется организациями и индивидуальными предпринимателями добровольно в порядке, предусмотренном гл. 26.2 Налогового кодекса Российской Федерации.

Применение УСН организациями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на прибыль организаций, также организации, применяющие УСН, в проверяемом периоде не признавались налогоплательщиками НДС.

Пунктом 4 ст. 346.13 Налогового кодекса Российской Федерации (в действующей редакции) установлено, что если по итогам отчетного (налогового) периода доходы налогоплательщика, определяемые в соответствии со ст. 346.15 и с пп. 1 и 3 п. 1 ст. 346.25 НК РФ, превысили 200 млн. руб. (до 2020 года - 60 млн. руб., в 2020 году - 150 млн. руб.), и (или) в течение отчетного (налогового) периода допущено несоответствие требованиям, установленным пп. 1 - 11, 13, 14 и 16 - 21 п. 3 ст. 346.12 и п. 3 ст. 346.14 НК РФ, и (или) средняя численность работников налогоплательщика превысила ограничение, установленное пп. 15 п. 3 ст. 346.12 НК РФ, более чем на 30 человек, такой налогоплательщик считается утратившим право на применение УСН с начала того квартала, в котором допущены указанные превышения доходов налогоплательщика и (или) средней численности его работников и (или) несоответствие указанным требованиям.

При этом, суммы налогов, подлежащих уплате при использовании иного режима налогообложения, исчисляются и уплачиваются в порядке, предусмотренном законодательством о налогах и сборах для вновь созданных организаций или вновь зарегистрированных индивидуальных предпринимателей.

Дробление бизнеса представляет собой разделение единой предпринимательской деятельности между несколькими формально самостоятельными лицами, по факту принадлежащих одному (или группе) выгодоприобретателей, с целью налоговой экономии (оптимизации) от применения специальных режимов или получения налоговых льгот.

При проведении налоговых проверок и выявлении такого способа уклонения от уплаты налогов, как «дробление бизнеса», налоговые органы руководствуются общими подходами к доказыванию наличия признаков «дробления бизнеса» в действиях налогоплательщиков, основанными на анализе судебной практики, изложенными в обзорах судебной практики (письма ФНС России от 16.07.2024г. № БВ-4-7/8051@, от 11.08.2017г. № СА-4-7/15895@), в разъяснениях о применении положений ст. 54.1 НК РФ (письмо ФНС России от 10.03.2021г. № БВ-4-7/3060@), а также актуальными правовыми позициями Верховного Суда Российской Федерации, отраженными в п. 11 - 14 Обзора практики применения арбитражными судами положений законодательства о налогах и сборах, связанных с оценкой обоснованности налоговой выгоды, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.12.2023г., п. 4 Обзора практики рассмотрения судами дел, связанных с применением глав 26.2 и 26.5 НК РФ в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018.

Как следует из материалов дела, основанием для принятия указанного решения послужили выводы налогового органа о нарушении Обществом требований п. 1 ст. 54.1, ст. ст. 169, 171, 172, 173, 252, 249, 254, 264, 247, 250, 271, 273, 274 НК РФ при несоответствии ограничений, установленных п. 4 ст. 346.13 НК РФ в части величины налогооблагаемого дохода.

Как указал налоговый орган, данные нарушения повлекли неисчисление и неуплату налога на добавленную стоимость (далее по тексту – НДС) за 4 квартал 2020 года, 1-4 кварталы 2021 года, неисчисление и неуплату налога на прибыль организаций за 2020, 2021 годы. Основанием для доначисления налогов послужили выводы налогового органа о необоснованном занижении Обществом налогов к уплате в бюджет в результате осуществления финансово-хозяйственной деятельности в группе компаний: ООО «ББК» и взаимозависимого лица ООО «Фидес», в результате чего группой компаний превышено ограничение, установленное п. 4 ст. 346.13 НК РФ в части величины полученных налогооблагаемых доходов.

Обращаясь в Арбитражный суд, заявитель выразил несогласие с выводами налогового органа относительно вменения Обществу применения схемы дробления бизнеса с привлечением ООО «Фидес». Заявитель не согласен с утверждением налогового органа в оспариваемом решении о том, что налогоплательщик манипулировал доходами обеих организаций, распределяя, при этом, размер дохода каждой из организаций, и прогнозируя их совокупный доход таком образом, чтобы лимиты применения УСН не были превышены. Как указано заявителем, совокупный доход Общества и ООО «Фидес» для применения УСН до 4 квартала 2020 года и после не был близок к пороговым значениям, за 2020 год совокупный доход компаний также не превысил такого значения для целей УСН. ООО «ББК» и ООО «Фидес» являются самостоятельными и рентабельными компаниями, независимыми друг от друга. Таким образом, Общество полагает, что налоговым органом не доказан умысел на применение Обществом схемы дробления бизнеса и допущение установленных налоговым органом нарушений, что, по мнению налогоплательщика, исключает его привлечение к ответственности за совершение налогового правонарушения и доначисление налоговых обязательств.

Как установлено в ходе мероприятий налогового контроля, ООО «ББК» с 28.11.2011г. осуществляло финансово-хозяйственную деятельность по продаже лекарственных препаратов, имея соответствующую лицензию с 24.02.2012г.. При этом доходы Общества с 2011-2013 годы не превышали порогового значения применяемого налогового спецрежима (далее по тексту - УСН). Далее, с 05.06.2013г. создано ООО «Фидес», которое вело аналогичную финансово-хозяйственную деятельность, имея соответствующую лицензию с 06.09.2013г. С учетом особенностей хозяйственной деятельности и получения лицензии фактически за 3 месяца до окончания 2013 года, ООО «Фидес» в первый год своей деятельности доходов не имело. В 2014 году, то есть в первый же год совместной и аналогичной деятельности совокупный доход ООО «ББК» и ООО «Фидес» приблизился к пороговому значению установленного лимита для УСН и составил 59 491 600 руб. (при максимальном 60 000 000 руб.). При этом, доходы ООО «Фидес», то есть вновь созданной компании, в 3,5 раза превысили доходы ООО «ББК». Далее, в период с 2015 по 2019 годы совокупный доход группы компаний, действительно, не превышал и не приближался к пороговому значению лимита для УСН. Однако величина доходов из года в год каждой организации носила не стабильный характер, разница между доходами также была значительной. Например, в 2015 году доходы ООО «Фидес» превысили доходы ООО «ББК», а уже в 2016 году доходы ООО «ББК» в 3 раза превысили доходы ООО «Фидес» и, при этом, в 4 раза превысили свои же доходы за предыдущий 2015 год.

С учетом изложенного, а также того, что ФИО1 и ФИО7 имели контрольный пакет доли в уставном капитале ООО «ББК» и являлись учредителями ООО «Фидес», в период с 2015 по 2019 годы доходы группы компаний перераспределялись и планировались именно с учетом исключения возможности превышения лимитов УСН. Кроме того, с учетом специфики деятельности организаций, наличия фактически единственного покупателя ГБУЗ «Областной онкологический диспансер», ограниченного круга поставщиков, осуществления деятельности в условиях государственных закупок, бенефициары знали о доходах организаций и прогнозировали их с точки зрения лимитов для УСН.

Именно совместная деятельность ООО «ББК» и ООО «Фидес» в условиях «дробления» бизнеса минимизировала риски группы компаний на претензии со стороны контролирующих органов и сохранение УСН. Таким образом, довод налогоплательщика об отсутствии умысла на «дробление бизнеса» при создании ООО «Фидес» является несостоятельным, а отсутствие суммарного превышения дохода в последующий период до 2020 года, существенного значения не имеет.

Более подробно критерии применения Обществом схемы дробления бизнеса, установленные налоговым органом в ходе проведенной выездной проверки, изложены в таблице.


Критерий

Признак

Обстоятельства, установленные в ходе ВНП

стр. Решения


Направленность на получение налоговой выгоды

Снижение риска превышения предельных значений доходной части

Создание ООО «Фидес», дублирующего функции ООО «ББК»

стр. 2, 104, 134


Взаимозависимость участников

Родственные связи между руководителями/должностными лицами

У организаций общие учредители мать и дочь Б-ны, с 09.11.2020 ФИО1 становится единственным учредителем

стр. 99

Общий адрес регистрации

Использование единого адреса для ведения деятельности – <...>

стр. 81, 48

Наличие одного бенефициара

Консолидация денежных средств, а именно - совместное использование полученной чистой прибыли. Чистая прибыль ООО «ББК» и чистая прибыль ООО «Фидес» в конечном итоге зачисляются на депозитные счета ФИО1

стр. 175


Отсутствие самостоятельной хозяйственной деятельности

Использование активов друг друга и несение расходов без последующей компенсации

ББК наделяет своими активами ООО «Фидес» при создании (для получения лицензии) и получении первого гос.контракта в качестве гарантии

стр. 17, 137

Получение лицензии ООО «Фидес» с использованием недостоверных сведений (в работниках), которые также использовались ранее ООО «ББК»

стр. 25-26, 28

Один из участников группы компаний «ББК» несет расходы за другого участника, при этом расходы друг другу не компенсируются, осуществляется финансовая поддержка участников в группе путем несения расходов друг за друга

стр. 88, 103

Единство поставщиков, заказчиков, вида и перечня поставляемой продукции

Взаимоотношения с единственным заказчиком ГБУЗ «Областной онкологический диспансер»

стр.69

Поставка лекарственных средств в адрес заказчика одинаковой номенклатуры и назначения использования

стр. 146

Наличие совместных административных ресурсов для ведения административно-хозяйственной деятельности

Совместное использование телефонной и интернет связи, IP-адресов для контактов с заказчиком и поставщиками

стр. 40

Организации имеют единый административный аппарат управления и сотрудников

стр. 19, 35

Представление интересов группы компаний «ББК» по взаимоотношениям с государственными органами и иными контрагентами (не входящими в схему дробления бизнеса) осуществляется одними и теми же лицами: ФИО8 с налоговыми органами, ФИО9 в госзакупках, ФИО1 с контрагентами по поставкам товаров, набору кадров в приемную комиссию и т.д.

стр. 100-103

Сертификат электронной подписи для участия в торгах и от ООО «Фидес» и от ООО «ББК» получен ФИО9, которая согласно справкам 2-НДФЛ являлась работником только ООО «ББК»

стр. 103


Идентичное получение внереализационных доходов в виде процентов по вкладам путем «задержки оплаты»

стр. 184


Формальный характер договоров

Идентичный вид взаимодействия с поставщиками

Идентичная модель взаимоотношений с поставщиками в виде заключения договоров комиссии

стр. 81

Заключение договоров субкомиссии

При отсутствии ресурсов у одной компании для выполнения заключенного госконтракта, заключается договор субкомисии

стр. 95

Идентичность товарно-транспортных документов

Рассматривая транспортно-экспедиционные документы поставщиков (комитентов) установлено, что у комиссионеров (ООО «ББК», ООО «Фидес») совпадают адреса поставки, номера телефонов представителей грузополучателей, уполномоченные лица грузополучателей: факты того, что одни и те же уполномоченные лица по приему товаров (сотрудники ГБУЗ «Областной онкологический диспансер») расписывались в транспортных накладных по взаимоотношениям между поставщиками (комитентами) и комиссионерами (ООО «ББК», ООО «Фидес»), свидетельствует о том, что сотрудники ООО «ББК», ООО «Фидес» при приеме товаров от поставщиков (комитентов) не присутствовали.

стр. 69, 102


Также Обществом указано, что создание и сохранение ООО «Фидес» было обусловлено конкретными деловыми целями, не связанными с получением необоснованной налоговой выгоды. Как указывает заявитель, причиной создания ООО «Фидес» явилось наличие конфликта между ФИО1 и ФИО10 (руководителем ООО «ББК» в тот момент). Последний не желал развивать бизнес. Поскольку ФИО1 не желала работать совместно с ФИО10, и он не хотел ее трудоустраивать, она вынуждено создала ООО «Фидес». По мнению налогоплательщика, ФИО11 и ФИО12 подтверждают такую позицию Общества. При этом, одновременное существование Общества и ООО «Фидес» было обусловлено снижением риска утраты лицензируемого бизнеса.

Суд находит указанный довод Общества необоснованным в силу следующего.

В ходе мероприятий налогового контроля допрошена ФИО1, которая сообщала свою версию о причинах трудоустройства в ООО «ББК». Свидетель сообщила, что в ООО «ББК» она устроилась на работу вынуждено, так как предыдущий руководитель и один из учредителей (ФИО10) бросил компанию в один день. В обязательствах компании были госконтракты, поэтому ФИО1 была вынуждена вступить в должность генерального директора ООО «ББК» и выкупить долю ФИО10 Со слов свидетеля, задачи работать в ООО «ББК» у ФИО1 не было. Также ФИО1 в ходе допроса пояснила, что ООО «Фидес» было создано с целью осуществления поставок лекарственных средств от иностранных производителей, в то время как ООО «ББК» занималось поставками лекарств от отечественных производителей. ФИО1 в ходе допроса о конфликте в ООО «ББК» и нежелании ФИО10 ее трудоустраивать не упоминала. О наличии конфликта указывала только ФИО7.

Кроме того, отказ ФИО10 трудоустраивать ФИО1 в ООО «ББК», с учетом того, что семья Б-ных владела контрольным пакетом доли в уставном капитале Общества – 67% (ФИО1 33,3% и ФИО7 33.3%), не может расцениваться в качестве существенной причины для создания подконтрольного ООО «Фидес».

К компетенции общего собрания участников относятся помимо принятия решений об основных направлениях Общества, и «иные вопросы», предусмотренные законодательством, в том числе, в компетенцию Общего собрания включаются вопросы трудового регулирования. Соответственно, участники Общества, ФИО1 и ФИО7 имели рычаг управления для оформления ООО «ББК» трудовых отношений с ФИО1, и указание налогоплательщика на противодействие ФИО10 в этом вопросе не согласуется с его возможностями. Кроме того, согласно сведениям о доходах физического лица (по форме 2-НДФЛ), представленных в отношении ФИО1 за 2012-2015 годы, следует, что ФИО1 получала доход в виде заработной платы и иных выплат в указанный период от ООО «Бристол-Майерс СКВИББ». Следовательно, в 2013 году необходимости трудоустройства именно в ООО «ББК» у нее не было.

В ходе дополнительных мероприятий налогового контроля была допрошена ФИО13 (бывший работник ООО «ББК»), которая сообщила о существовании конфликта между ФИО10 и ФИО1, объяснив его причиной «разные подходы в дальнейшем развитии организации». При этом, свидетель дополнила, что о наличии конфликта ей стало известно со слов ФИО7. Таким образом, ФИО11 не была непосредственным свидетелем конфликта, знает о его существовании со слов ФИО7, следовательно, выражает не собственное мнение о конфликте, а мнение другого человека.

Также в ходе дополнительных мероприятий налогового контроля допрошена ФИО12, которая работала бухгалтером в ООО «Бизнес Инвест» с 2011 по 2013 годы и ООО «ББК» в 2013 году. При этом, каких-либо сведений о наличии конфликта между ФИО10 и ФИО1 не сообщила.

Учитывая кончину ФИО10 14.11.2020г., непосредственно участвующего в конфликте с ФИО1, выяснить его мнение о сути конфликта и обстоятельствах, возможно, вынудивших его продать свою долю в уставном капитале ООО «ББК», а также сопоставить их с доводами налогоплательщика, не представляется возможным. Кроме того, ФИО1 для дачи показаний в ходе проведения дополнительных мероприятий налогового контроля в налоговый орган не явилась.

В то же время ФИО1 и ФИО7, учредив ООО «Фидес», не развивают собственный бизнес в индивидуальном направлении, а дублируют деятельность ООО «ББК», используя наработанные связи и контакты с поставщиками и заказчиком. Следовательно, сведения об имеющемся конфликте, побудившем Б-ных создать ООО «Фидес», не подтверждены, поэтому налоговый орган, анализируя финансово-хозяйственную деятельность указанных организаций, основывался на фактических обстоятельствах их взаимоотношений, свидетельствующих о ведении ООО «ББК» и ООО «Фидес» единого бизнеса.

Кроме того, довод Общества о наличии конфликта, послужившего причиной создания новой организации, имеет относительное значение для вопроса применения схемы уклонения от налогообложения, реализованной в 2020 году. У налогоплательщика нет четкого указания о том, когда этот конфликт начался и как он развивался в течение 7 лет с момента создания ООО «Фидес» до 2020 года. Учитывая, что ООО «ББК» создается незадолго до указанных событий (в 2011 году), при его создании ФИО10 избирается учредителями в качестве руководителя Общества с тремя долями учредительства, в том числе, и ФИО1 Далее, в течение всего периода существования ООО «ББК», ФИО7 продолжает получать заработную плату за выполнение трудовых обязанностей, и являться учредителем организации, так же как ФИО1, следовательно, якобы существующий конфликт, обозначенный налогоплательщиком, никак не повлиял на участие семьи Б-ных в бизнесе и не может рассматриваться в качестве деловой цели создания ООО «Фидес».

Таким образом, свидетельские показания бывших сотрудников ООО «ББК» - ФИО11 и ФИО12 по вопросу существования конфликта между учредителями ООО «ББК» не раскрыли конкретных обстоятельств, которые побудили ФИО1 и ФИО7 принять решение о создании ООО «Фидес», при этом, сохраняя доли участия в ООО «ББК», а также место финансового директора организации.

Аргументы о возможной потере лицензируемого бизнеса в случае отсутствия лицензии у ООО «Фидес» носят предположительный характер и каких-либо фактов угрозы утраты лицензии со стороны ООО «ББК» в случае ликвидации ООО «Фидес», и в обратном случае, налогоплательщиком не представлено. Кроме того, указанный довод противоречит занятой налогоплательщиком позиции о ведении независимой финансово-хозяйственной деятельности каждой из организаций. Изложив мнение о «взаимовыручке» указанных организаций для минимизации предпринимательских рисков, Общество подтверждает позицию налогового органа о едином механизме ведения бизнеса в группе компаний.

Общество приводит данные ЭКГ-рейтинга (комплексной оценки субъектов предпринимательской деятельности, определяющая уровень их благонадежности, социальной и экологической ответственности) ООО «Фидес» в подтверждение реальности осуществления хозяйственной деятельности организации, а также о наличии собственной высокой деловой репутации. Общество отмечает также, что наличие опыта в госзакупках является важным фактором при выборе заказчиком своих поставщиков. По мнению Общества, учитывая осуществление ООО «Фидес» поставок жизненно важных лекарств, срывы поставок могли привести к тяжелым последствиям, и приводит ряд примеров. Данный довод приводится Обществом в обоснование позиции о сохранении лицензируемого бизнеса и деловой цели создания ООО «Фидес».

Налоговым органом сделаны, по мнению суда, обоснованные выводы о деятельности ООО «ББК» и взаимозависимого ООО «Фидес» под единым руководством заинтересованных лиц в целях сохранения льготного режима налогообложения. Осуществление ООО «ББК» и ООО «Фидес» деятельности, социально значимой для населения и государства в целом, не опровергалось Инспекцией. Налоговым органом установлено, что именно деловая репутация ООО «ББК», его накопленный опыт работы с поставщиками, а также опыт в сфере госзакупок был предоставлен для использования ООО «Фидес» в целях заключения госконтрактов. Без данного ресурса, только что созданное юридическое лицо ООО «Фидес», не имеющее никакого опыта договорных отношений, не смогло бы заключить с заказчиком первый крупный контракт в сфере поставок жизненно важных лекарств на сумму 36 млн. рублей. И только благодаря усилиям ФИО7 и ФИО1 ООО «Фидес» в последующие периоды приобрело собственный опыт взаимоотношений в области госзакупок.

Приведенную заявителем судебную практику суд не может принять во внимание, поскольку обстоятельства ведения финансово-хозяйственной деятельности налогоплательщиками, изложенные в судебных решениях различны обстоятельствам, установленным в отношении группы компаний ООО «ББК». Общество в ходе судебного разбирательства ссылалось на конкретное дело, рассмотренное Четвертым арбитражным апелляционным судом (№А58-3666/2024), при этом, суд обращает внимание, что указанные судебные акты по конкретному делу не могут быть применены в качестве прецедента при рассмотрении настоящего судебного спора об оспаривании решения налогового органа от 19.03.2025г., ввиду невозможности оценки и сравнения обстоятельств дел.

Кроме того, сведений о наличии претензий со стороны лицензируемых органов как к ООО «ББК», так и к ООО «Фидес», которые угрожали бы потерей лицензии либо приостановлении ее действия, Обществом не представлены.

Так, по данным сайта ФГИС «Единый реестр контрольных (надзорных) мероприятий», в отношении ООО «Фидес» и ООО «ББК» территориальным органом Федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Иркутской области проведены плановые проверки лишь в 2022 году и 2023 году, соответственно.

Кроме того, заявитель, выражая несогласие с выводами налогового органа, содержащимися в оспариваемом решении, настаивает на ведении самостоятельной финансово-хозяйственной деятельности как ООО «ББК», так и ООО «Фидес».

Суд находит данный довод необоснованным.

В ходе проведенной проверки налоговым органом установлено, что и ООО «ББК», и ООО «Фидес» в проверяемом периоде осуществляли посредническую деятельность по поставке лекарственных средств одинаковой номенклатуры для единственного заказчика - ГБУЗ «Областной онкологический диспансер». Поставщиками лекарственных средств являлись одни и те же фармацевтические компании без разделения на страну их производителя, а участие в госзакупках обеими организациями чередовалось во времени. Обе организации в адрес заказчика осуществляли поставки одноименных товаров, используя одинаковых поставщиков. Так, ООО «ББК» заключило госконтракты на поставку 32 наименований товаров, ООО «Фидес» - 35 наименований. При этом, в отношении 16 позиций (50 % у ООО «ББК», 46% у ООО «Фидес») наименования лекарственных препаратов совпадают, из которых в отношении 11 позиций (69%) не только совпадает наименование, но и поставщик товара. Причем большая часть поставляемых обеими организациям лекарственных средств относится к препаратам одинакового направления использования, что подтверждается информацией, полученной от Территориального органа федеральной службы по надзору в сфере здравоохранения по Иркутской области от 22.05.2024г. № 02-54/1797. При этом, по мнению Общества, выявленное совпадение несущественно и не может является основанием для выводов налогового органа, содержащихся в оспариваемом решении.

Таким образом, наличие одинаковых поставщиков-комитентов у обеих организаций обеспечивает им возможность попеременного заключения контрактов с единственным поставщиком в целях перераспределения налогооблагаемых доходов от посреднической деятельности.

Кроме того, из общего количества поставщиков лекарственных препаратов (по 11 у каждой из организаций), имеется 6 одинаковых поставщиков (55%). Причем с 4 поставщиками договоры комиссии заключены ООО «ББК» и ООО «Фидес» в один день (ООО «Медипал-Онко», ООО «Компания Фармстор», АО «Мастерфаст», ООО «Биотэк»). При этом, для поставки лекарственных средств «Бавенсио» и «Эксджива» в рамках заключенных госконтрактов с ГБУЗ «Областной онкологический центр» сначала ООО «ББК» заключает госконтракт с заказчиком, а затем с разницей в один месяц ООО «Фидес» заключает госконтракт с этим же заказчиком на поставку одноименного товара, но на большую стоимость.

Также при анализе первичных документов от одинаковых поставщиков за 2020-2021 годы наблюдается снижение количества поставок в адрес ООО «ББК» и увеличение количества поставок в адрес ООО «Фидес» независимо от номенклатуры товара, которой располагает поставщик. Причем сокращается не только количество поставок, но и сумма поставок. Следует также отметить, что ООО «ББК» и ООО «Фидес» использовали один адрес электронной почты, с которого в период 2020-2021 годов в адрес общего поставщика ООО «Медилон-Фармимэкс» направлялись заявки на поставку лекарственных средств.

Обе организации поставляли в течение 2014-2021 годов лекарственные препараты импортного производства. Причем доля лекарственных препаратов импортного производства у ООО «ББК» составляет – 97% (31 наименование из 32), у ООО «Фидес» - 86% (30 наименований из 35). Согласно свидетельским показаниям ФИО7, ООО «Фидес» создавалось для комиссионной торговли иностранными лекарственными препаратами, поскольку ООО «ББК» осуществляло реализацию препаратов отечественных производителей. Фактически же не существовало разделения между происхождением товаров, которые реализовывали ООО «ББК» и ООО «Фидес». В 2014 году доля заключенных ООО «Фидес» госконтрактов на поставку лекарственных препаратов импортного производства составила 100%, а у ООО «ББК» доля таких контрактов составила 50%.

Незначительное совпадение номенклатуры поставляемых товаров в 2020 году, а также объективные причины общности поставщиков и договорной модели, по мнению Общества, не могут являться доказательствами вмененной группе компаний схемы «дробления бизнеса».

Однако, в ходе мероприятий налогового контроля установлено совпадение у ООО «ББК», и у ООО «Фидес» не только поставляемых лекарственных средств, но и использование одинаковой логистики – схемы поставки товаров: одна и та же транспортно-экспедиционная компания, одно и то же место погрузки, одно и то же место разгрузки, одни и те же уполномоченные лица по приему товара – сотрудники ГБУЗ «Областной онкологический диспансер», одинаковое отсутствие при приеме товаров сотрудников ООО «ББК», ООО «Фидес». При этом, отсутствие в каком-либо единичном периоде совпадений номенклатуры, по убеждению суда, не опровергает вывод налогового органа о наличии совокупности признаков, свидетельствующих об идентичности деятельности анализируемых организаций, в том числе, по признаку совпадения номенклатуры поставляемых товаров. Анализ налогового органа свидетельствует о наличии одинаковых источников поставки товара, а именно одинаковых поставщиков. Тем самым обе организации – и ООО «ББК», и ООО «Фидес» могли осуществить поставку товаров «несовпадающей» номенклатуры, поскольку одни и те же поставщики-комитенты: ООО «Медилон-Фармимэкс», ООО «Медикал Онко», ООО «Компания Фармстор», ООО «Авета».

Наличие одинаковых поставщиков-комитентов у обеих организаций обеспечивало им возможность попеременного заключения контрактов с единственным поставщиком в целях перераспределения налогооблагаемых доходов от посреднической деятельности. Кроме того, из общего количества поставщиков лекарственных препаратов (по 11 у каждой из организаций), имеется 6 одинаковых поставщиков (55%). Причем с 4 поставщиками договоры комиссии заключены ООО «ББК» и ООО «Фидес» в один день (ООО «Медипал-Онко», ООО «Компания Фармстор», АО «Мастерфаст», ООО «Биотэк»). При этом, для поставки лекарственных средств «Бавенсио» и «Эксджива» в рамках заключенных госконтрактов с ГБУЗ «Областной онкологический центр», сначала ООО «ББК» заключает госконтракт с заказчиком, а затем с разницей в один месяц ООО «Фидес» заключает госконтракт с этим же заказчиком на поставку одноименного товара, но на большую стоимость (пример приведен на стр. 148-149 Решения).

Вышеуказанные факты в совокупности и взаимосвязи свидетельствуют о перераспределении объемов продаж между участниками группы компаний ООО «ББК» и об отсутствии между организациями различных сфер корпоративного влияния, поскольку руководящими должностными лицами финансово-хозяйственная деятельность обществ воспринимается как единый бизнес (на стр. 147-152).

Кроме того, при исполнении госконтрактов с ГБУЗ «Областной онкологический диспансер», ООО «ББК» и ООО «Фидес» используют договорные взаимоотношения в виде договоров субкомиссии, с помощью которых реализуют в адрес друг друга лекарственные средства.

Например, между ООО «Фидес» (Комиссионер) и ООО «ББК» (Субкомиссионер) заключен договор субкомиссии от 08.12.2020г. № 1, согласно которому ООО «ББК» обязуется по поручению ООО «Фидес» совершать сделки по продаже лекарственных средств от своего имени, но за счет ООО «Фидес». Комиссионер обязуется выплатить Субкомиссионеру вознаграждение, предусмотренное договором. Согласно спецификации (документ не содержит даты составления) к указанному договору ООО «Фидес» передает на реализацию ООО «ББК» лекарственный препарат Зелбораф. Согласно товарной накладной от 09.12.2020г. № 90, отчету комитенту от 09.12.2020г. № 90 товар был реализован ООО «ББК» в адрес ГБУЗ «Областной онкологический диспансер» в декабре 2020 года в полном объеме по цене за единицу товара, указанную в спецификации к договору субкомиссии от 08.12.2020г. № 1. Товар реализован в рамках исполнения контракта от 27.11.2020г. № 358-ОЗ/20, заключенного между ООО «ББК» и ОГБУЗ «Областной онкологический диспансер».

Указанный препарат согласно товарной накладной от 07.12.2020г. № 20120700031 приобретен ООО «Фидес» у поставщика ООО «Ирвин-2» в количестве 3 штук по цене за единицу 53 498,61 руб. (в т.ч. НДС) в рамках договора комиссии от 01.10.2018г. № 972-ПК/2018. Отчет комитенту ООО «Ирвин-2» о реализации товара в рамках договора комиссии не представлен.

Вышеуказанные факты в совокупности и взаимосвязи (поставка товаров одноименной номенклатуры, используя одних и тех же поставщиков; попеременное заключение контрактов с единственным заказчиком; поставка отечественных и импортных препаратов обеими организациями, а также используемая модель договорных взаимоотношений с поставщиками в виде посреднических договоров), по убеждению суда, свидетельствуют о перераспределении объемов продаж между участниками группы компаний ООО «ББК» и об отсутствии между организациями различных сфер корпоративного влияния, поскольку руководящими должностными лицами финансово-хозяйственная деятельность обществ воспринимается как единый бизнес.

ФИО1 и ФИО7, учитывая их родственные связи, осуществляя трудовую деятельность в ООО «ББК» и являясь учредителями организации, использовали накопленный опыт и информированность заказчика и поставщиков о деятельности ООО «ББК» для создания аналогичной модели хозяйствования в учрежденном ими ООО «Фидес». Причем деятельность ООО «Фидес» была построена на поставке медицинских препаратов для лечения именно онкологических, а не иных заболеваний, поскольку ООО «ББК» уже была отлажена схема приобретения и сбыта данного вида препаратов в адрес заказчика. И заказчик и большинство поставщиков ООО «Фидес» были выбраны те же, что и у ООО «ББК». Согласно свидетельским показаниям ФИО1 осуществлением внешних операций по поиску поставщиков и заказчиков в ООО «Фидес» занималась именно ФИО1 по распоряжениям руководителя организации, поскольку находилась у нее в прямом подчинении (протокол допроса свидетеля от 26.02.2024г. № 09-2). Договорная модель взаимоотношений с поставщиками в виде договора комиссии, выбранная по инициативе ООО «ББК», была также использована во взаимоотношениях ООО «Фидес» с поставщиками.

Из документов по финансово-хозяйственной деятельности ООО «Фидес» и ООО «ББК» следует, что организации совместно используют активы друг друга, не перевыставляя возникающие расходы по оплате используемых ресурсов. Так, совместно используются сведения об адресе места нахождения организаций, номере абонентского ящика, адреса электронной почты, телефонных номерах, расходы за которые несет только ООО «ББК».

Например, юридический адрес ООО «ББК»: <...>, указывается в качестве фактического адреса в документах ООО «Фидес» по взаимоотношениям с поставщиками:

- МРЦПК ИРНИТУ - в договорах от 06.11.2019г. № 1716-ГАС-УМС/ПК-19/юр, от 26.11.2020г. № 1681-ГАС-УМС/301205.1-20, в акте сдачи-приемки выполненных работ (услуг) по договору от 26.11.2020г. № 1681-ГАС-УМС/301205.1-20 указанный адрес заявлен ООО «Фидес» в качестве почтового адреса;

- ООО «Экофарм плюс» - в договоре комиссии от 16.08.2019г. № 171-08/19 на реализацию лекарственных препаратов указанный адрес заявлен ООО «Фидес» в качестве фактического адреса. В качестве почтового адреса заявлен: 664025, г. Иркутск, а/я 68, расходы за услуги абонирования которого несет ООО «ББК»;

- ООО «Авета» - в договоре комиссии от 10.01.2019г. № 1 на реализацию лекарственных препаратов указанный адрес заявлен ООО «Фидес» в качестве почтового адреса;

- ООО «Компания «ФАРМСТОР» - в договоре комиссии от 09.06.2016г. № 002 на реализацию лекарственных препаратов указанный адрес заявлен ООО «Фидес» в качестве фактического адреса;

- ООО «Альянс» - в товарной накладной от 30.01.2020г. № 1820 на поставку стройматериалов в качестве адреса грузополучателя ООО «Фидес» указан юридический адрес ООО «ББК»: <...>.

Телефонные номера (3952) 33-39-04, 33-39-06, абонентом которых является ООО «ББК», и расходы, оплату которых несет ООО «ББК», заявлены ООО «Фидес» в качестве контактных телефонов в документах по взаимоотношениям со всеми поставщиками лекарственных препаратов и иными контрагентами.

Кроме того, в документах по взаимоотношениям с поставщиками товаров ООО «Фидес» в качестве контактного телефонного номера указывает телефон сотрудника ООО «ББК» ФИО9 - 89******796.

Также в материалах проверки имеются документы, полученные от ООО «Компания «Тензор», по взаимоотношениям с ООО «ББК» о выдаче квалифицированного сертификата электронной подписи «КриптоПро CSP». Указанный сертификат используется юридическими лицами для удостоверения подписи на документах, оборот которых между контрагентами осуществляется в электронном виде.

Согласно представленному «Листу ознакомления с информацией, содержащейся в квалифицированном сертификате» владельцем квалифицированного сертификата указано ООО «ББК», генеральный директор – ФИО1, адрес электронной почты для связи с организацией указан - kke38@mail.ru. Указанный адрес зарегистрирован на ФИО8 - главного бухгалтера ООО «Фидес».

Данным документом подтверждается, что ООО «Компания «Тензор» в адрес ООО «ББК» передан квалифицированный сертификат электронной подписи, который получен 15.07.2019г. ФИО14 (по доверенности от 15.07.2019г.). Копия доверенности ООО «Компания «Тензор» не представлена.

ФИО14 является супругом ФИО8, следовательно, ООО «ББК» получен квалифицированный сертификат электронной подписи документов с помощью сотрудника ООО «Фидес» - ФИО8

Все вышеописанные обстоятельства подтверждают довод налогового органа о едином кадровом составе ООО «ББК» и ООО «Фидес», когда официально трудоустроенный сотрудник ООО «Фидес» осуществляет функции бухгалтера и иные действия в ООО «ББК» (например, по получению квалифицированного сертификата электронной подписи). Данные факты опровергают довод Общества о независимости юридических лиц.

Согласно документам и информации, полученным в ходе проверки на основании ст. 93.1 НК РФ от ПАО «Ростелеком» по взаимоотношениям с ООО «ББК», следует, что по договору от 01.03.2014г. №57995 в адрес ООО «ББК» были оказаны услуги связи с абонентских номеров: <***> и (3952) 333-906. Адресом установки указанных телефонных номеров является юридический адрес ООО «ББК» - <...>.

Договоры между ПАО «Ростелеком» и ООО «Фидес» на предоставление услуг телефонной связи не заключались. ООО «Фидес» в расчетах за использование телефонных номеров <***> и (3952) 333-906 не участвует. ООО «ББК» не перевыставляются счета в адрес ООО «Фидес», компенсация расходов не осуществляется.

По расчетным счетам ООО «Фидес» оплата за услуги связи производилась в адрес ПАО «МТС» и Филиала ООО «ТТК-СВЯЗЬ» «Макрорегион Сибирь». Согласно представленным вышеуказанными организациями документам следует, что в адрес ООО «Фидес» оказывались услуги доступа к сети интернет.

Кроме того, при исполнении госконтрактов с ГБУЗ «Областной онкологический диспансер», ООО «ББК» и ООО «Фидес» используют договорные взаимоотношения в виде договоров субкомиссии, с помощью которых реализуют в адрес друг друга лекарственные средства, регулируя таким образом размер доходов каждой организации.

При указанных выше обстоятельствах доводы Общества о ведении самостоятельной финансово-хозяйственной деятельности как ООО «ББК», так и ООО «Фидес», суд находит необоснованными. Общество, отрицая в отдельности каждый из приведенных в оспариваемом решении доказательств использования Обществом схемы дробления бизнеса, не оценивает совокупность собранных доказательств.

В заявлении Обществом указано на наличие, по его мнению, непоследовательности и противоречивости суждений, допущенных налоговым органом при формировании выводов в оспариваемом решении.

Оценивая указанный довод Общества, суд пришел к следующим выводам.

В заявлении Общество приводит таблицы, в которых отражены сравнения позиций налогового органа и налогоплательщика относительно собранных доказательств совершенного ООО «ББК» налогового правонарушения. Представленные Обществом таблицы содержат в себе аргументы налогового органа в пользу совершенного налогового правонарушения и соответствующие ему контраргументы налогоплательщика. Анализа же о том, в чем именно заключается непоследовательность выводов налогового органа, Общество не представило. При этом, в таблице о противоречивости выводов налогового органа, Обществом прокомментированы выявленные противоречия. Из приведенных таблиц следует, что Обществом приведены единичные доводы налогового органа, каждому из которых Обществом дана отдельная оценка, без учета совокупности собранных Инспекцией доказательств. При этом, каждый из изложенных в таблицах доводов является фактически либо отдельным доводом оцениваемых или ранее поступивших возражений, либо является частью приведенного ранее довода. Вместе с тем, оценка всем доводам Общества содержится в тексте оспариваемого решения налогового органа.

Доводы Общества, приводимые им неоднократно, относительно длительного ведения предпринимательской деятельности ООО «Фидес» и ООО «ББК» без предъявляемых претензий со стороны налоговых органов и отсутствия превышения лимита суммарного дохода для целей применения упрощенной системы налогообложения, с учетом установленных обстоятельств, а также изложенной позиции налогового органа, по мнению суда, не могут оказать влияния для переоценки выводов налогового органа относительно доказанности выявленных нарушений налогового законодательства, изложенных в оспариваемом решении. Суд обращал внимание на то, что проверяемым налоговым периодом финансово-хозяйственной деятельности группы компаний ООО «ББК», являлся период 2020-2021гг. Соответственно, совершенные нарушения требований ст.54.1 НК РФ в виде «дробления бизнеса», рассматривались налоговым органом именно в указанный проверяемый налоговый период, когда и произошло превышение пределов совокупного дохода ООО «ББК» и ООО «Фидес» с учетом требований ст. 346.13 Налогового кодекса Российской Федерации.

Также Общество ошибочно полагает, что налоговым органом вменение схемы дробления бизнеса основано лишь на констатации факта взаимозависимости ООО «ББК» и ООО «Фидес» на основании родственных связей, а также незначительного финансирования ООО «Фидес». Также Общество настаивает на том, что ООО «Фидес» вело самостоятельную финансово-хозяйственную деятельность, соответствующую критериям, описанным в судебной практике и письмах ФНС.

Однако, суд акцентирует внимание, что налоговым органом приведен перечень совокупных доказательств, указывающих на ведение бизнеса в условиях его дробления.

Также налогоплательщиком высказаны доводы относительно доказанности налоговым органом умысла Общества, направленного на неуплату налогов. Однако, в оспариваемом решении указано, что умысел проверяемого налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды связан с сохранением льготного режима налогообложения с целью неуплаты сумм НДС и налога на прибыль, а также получения бенефициарами большей суммы дивидендов.

Так, в 2019 году, когда происходит смена руководителя ООО «ББК»: с ФИО10 на ФИО1, и фактическое управление бизнесом переходит в руки семьи Б-ных, доходы группы компаний резко возрастают: с 48 280 тыс. руб. за 2018 год до 103 262 тыс. руб. за 2019 год (на 53%).

Следовательно, довод Общества о том, что ФИО1 не могла повлиять на доход ООО «ББК» в 2020 году не соответствует действительности, поскольку уже с 10.09.2019г. и до конца 2019 года ООО «ББК» заключает 25 контрактов с ГБУЗ «Областной онкологический диспансер», которые подписывает от имени руководителя организации ФИО1, а также заявки на участие в электронных процедурах ООО «ББК» для заключения контрактов подписываются ФИО1 Следовательно, именно ФИО1 принимались решения об участии ООО «ББК» в тендерах, от результатов которых зависит в дальнейшем получение предпринимательского дохода организации. Таким образом, ФИО1, в качестве одного из учредителей и генерального директора Общества принимает решения, которые непосредственно влияют на величину полученных доходов ООО «ББК», начиная с сентября 2019 года. В 4 кв.2020 года совокупный размер доходов группы компаний «ББК» превысил лимит, установленный п. 4 ст. 346.13 НК РФ для применения УСН, следовательно, в данный период реализовались риски применяемой схемы хозяйствования.

При этом, как уже отмечено судом, определение момента, когда налогоплательщик начал применять указанную схему ведения бизнеса, в целях применения п. 1 ст. 54.1 НК РФ существенного значения не имеет, поскольку для установления факта нарушения налогового законодательства необходимо фактическое превышение лимитов, установленных п. 4 ст. 346.13 НК РФ для применения льготного режима налогообложения.

Необходимо также отметить, что мнение Общества об отсутствии прямой зависимости доказанности умысла налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды с фактическим превышением лимитов совокупных доходов, носящего, при этом, единичный характер на протяжении длительного времени существования ООО «Фидес» и ООО «ББК», суд находит несостоятельным. В оспариваемом решении указано, что умысел проверяемого налогоплательщика на получение необоснованной налоговой выгоды связан с сохранением льготного режима налогообложения с целью неуплаты сумм НДС и налога на прибыль, а также получения бенефициарами большей суммы дивидендов. При этом, с учетом того, что приближение к лимитам превышения совокупных доходов группой компаний ООО «ББК» произошло лишь в 2014 году, а само превышение совокупных лимитов – в 2020 году, фактически организации работали, достигая поставленную цель в виде сохранения льготных режимов налогообложения и впоследствии получения необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, мероприятия налогового контроля в отношении Общества проведены лишь после допущенных нарушений ст. 346.13 НК РФ.

Как следует из п.2 Письма ФНС России от 18.10.2024г. № СД-4-2/11836@ «О направлении рекомендаций по применению статьи 6 Федерального закона № 176-ФЗ», дробление бизнеса - это разделение единой предпринимательской деятельности между несколькими формально самостоятельными лицами (организациями, индивидуальными предпринимателями) (далее - группа лиц), в отношении которых осуществляется контроль одними и теми же лицами, направленное исключительно или преимущественно на занижение сумм налогов путем применения специальных налоговых режимов.

Таким образом, из указанного выше определения следует, что нарушение ст.54.1 НК РФ в виде «дробления бизнеса» может быть вменено организации при наличии совокупности двух факторов: ведение предпринимательской деятельности группой лиц с учетом их подконтрольности, а также ведение такой деятельности с целью занижения сумм налога путем применение специальных налоговых режимов. При отсутствии в деятельности анализируемых налоговым органом одного из перечисленных признаков «дробления бизнеса» приводит к невозможности вменения нарушения требований ст.54.1 НК РФ. Также более подробно признаки дробления бизнеса перечислены в Письмах ФНС России от 11.08.2017г. № СА-4-7/15895@, от 10.03.2021г. № БВ-4-7/3060@

По результатам проведенных мероприятий налогового контроля установлена взаимозависимость, подконтрольность и согласованность действий ООО «ББК» и ООО «Фидес», ведение деятельности данных организаций как единого хозяйствующего субъекта. По результатам проверки и дополнительных мероприятий налогового контроля Инспекцией установлена система функционирования группы компаний «ББК»: ООО «ББК» и взаимозависимого ООО «Фидес», в рамках ведения единого бизнеса под управлением ФИО1 и ФИО7.

Несмотря на существование двух, якобы независимых юридических лиц, организации не существовали как самостоятельные субъекты предпринимательской деятельности с собственными деловыми целями, а выполняли роль инструментов для минимизации налоговых обязательств своего бенефициарного владельца, применяя льготный режим налогообложения в виде УСН. Деятельность созданного ООО «Фидес» дублировала деятельность существовавшего ООО «ББК», используя аналогичные механизмы ведения хозяйственного процесса (единый заказчик, одинаковые поставщики, одинаковая номенклатура поставляемого товара, единая кадровая система и пр.). Более подробно указанные обстоятельства изложены на стр. 18, Разделе 2.6 оспариваемого решения, а также указаны выше в виде таблицы.

При этом, как указывалось ранее, именно в 4 квартале 2020 года совокупный доход группы компаний превысил лимит для применения режима УСН.

Именно из наличия совокупности факторов, указывающих на применение схемы «дробление бизнеса» стало возможным вменение ООО «ББК» нарушение норм налогового законодательства. Поскольку в иных периодах такая совокупность отсутствовала, мероприятия налогового контроля на предмет применение схемы дробления бизнеса, не проводились.

При этом, довод Общества о том, что совокупный лимит доходов группы компаний ООО «ББК» превышен за счет необоснованно вмененных в качестве доходов процентов по вкладам, суд считает необоснованным.

В ходе проведения мероприятий налогового контроля Инспекцией определен размер доходной части организаций группы компаний «ББК», в которую включены прочие доходы (проценты по вкладам), в результате чего общая сумма доходов группы компаний в 2020 году составила 156 810 761 руб. При этом, суммы процентов по вкладам в сумме 9 011 240 руб. налоговым органом включены в сумму доходов на основании пп. 2 п. 1 ст. 248, п. 6 ст. 250, п. 1 ст. 346.15 НК РФ, в соответствии с которыми проценты, полученные по договору банковского вклада, учитывается в составе внереализационных доходов. Довод Общества о том, что он не мог управлять размером полученных доходов, поскольку проценты на остаток по счетам начислялись кредитной организацией, не соответствует имеющимся документам по взаимоотношениям с банком.

Согласно представленным ПАО «Промсвязьбанк» (Банк) дополнительным соглашениям к договору банковского счета № ДБС04/009802 от 29.11.2016г., заключенным с ООО «ББК» (Клиент), в период 2020-2021 годы банк начисляет и выплачивает Клиенту проценты за пользование Банком денежными средствами, находящимися на счете Клиента. Дополнительными соглашениями устанавливаются периоды и размер процентной ставки для начисления дохода. Указанные дополнительные соглашения со стороны ООО «ББК» подписаны руководителем организации ФИО1

Также в отношении ООО «Фидес» представлены ПАО «Промсвязьбанк» дополнительные соглашения к договору банковского счета № ДБС04/009908 от 30.11.2016г., в которых содержатся аналогичные условия начисления дохода на остаток денежных средств на счете Клиента, что и в отношении ООО «ББК». Дополнительные соглашения подписаны от имени руководителя ООО «Фидес» ФИО7

Таким образом, руководители ООО «ББК» и ООО «Фидес» располагали сведениями об условиях, при соблюдении которых организации могли получить доход в виде процентов на остаток по счетам, а также определить период получения и размер причитающегося дохода. Следовательно, имели возможность своевременно выявить риск превышения установленного законодательством лимита для УСН в 150 000 тыс.руб. в 2020 году.

Общество полагает, что налоговым органом не представлено доказательств причинения ущерба бюджету, в то время как у Общества стабильно росла налоговая нагрузка. Однако, как указано в оспариваемом решении налогового органа (стр. 217), налоговая выгода выражалась в виде применения льготного режима налогообложения, налоговая выгода Общества заключалась в незаконном применении ООО «ББК» и ООО «Фидес» льготных налоговых режимов, повлекших потерю бюджета в виде неуплаты налога исходя из расчета налога на прибыль консолидированных доходов группы компаний.

Общество указывает на наличие деловой цели для создания и сохранения ООО «Фидес», что, по его мнению, исключает возможность вменения нарушений ст.54.1 НК РФ.

Однако, данный аргумент Общества был оценен, как в ходе проведенной выездной налоговой проверки, так и в ходе судебного разбирательства. Позиция налогового органа по данному поводу нашла свое отражение, в тексте оспариваемого решения с учетом новых приводимых доводов об обстоятельствах о причинах создания ООО «Фидес». В целом, позиция Общества по данному вопросу сводится к указанию в качестве причин создания ООО «Фидес» - конфликта между ФИО1 и ФИО10, а также необходимость снижения рисков потери лицензируемого бизнеса. При этом, как уже отмечено выше, довод Общества о наличии конфликта, послужившего причиной создания новой организации, имеет относительное значение для вопроса применения схемы уклонения от налогообложения, реализованной в 2020 году.

Более того, заявитель указал о необоснованном отвержении представленных Обществом доказательств конфликта между ФИО10 и ФИО1 При этом, Общество полагает, что именно указанная причина вынудила ФИО1 создать ООО «Фидес». Иными словами, по мнению Общества, указанная «объективная» причина создания ООО «Фидес» нивелирует ведение совместного бизнеса группой компаний с признаками «дробления бизнеса».

В ходе мероприятий налогового контроля, с учетом позиции Общества, налоговым органом предприняты исчерпывающие меры, направленные на установление наличия либо отсутствии конфликта между ФИО10 и ФИО1 В частности, допрошены ФИО1, ФИО12, ФИО11 При этом, последняя была допрошена именно по ходатайству Общества, указывающего на данного свидетеля, как на лицо, которому известна истинная причина конфликта. Оценка установленных обстоятельств подробно указана на стр. 142-146 оспариваемого решения. Выражая несогласие с выводами налогового органа в этой части, налогоплательщик проводит переоценку добытых налоговым органом доказательств. При этом, вывод налогового органа о том, что основной целью создания нового юридического лица (ООО «Фидес») являлось: перераспределение дохода от предпринимательской деятельности, в том числе снижение риска превышения предельных значений доходной части, в интересах ООО «ББК» с целью сохранения льготного режима налогообложения, не является основным признаком для вменения установленных нарушений налогового законодательства, приведших к «дроблению бизнеса». Подтверждение вмененных Обществу нарушений налогового законодательства изложено в оспариваемом решении и подтверждается совокупностью собранных доказательств.

Также Обществом ни в ходе мероприятий налогового контроля, ни в ходе досудебного обжалования решения налогового органа, ни в ходе судебного разбирательства не представлено каких-либо данных указывающих на наличие у ООО «ББК» рисков потери лицензируемого бизнеса, приведших к вынужденному созданию ООО «Фидес». При этом, после утраты ООО «Фидес» в ноябре 2023 года лицензии на осуществление фармацевтической деятельности, организацией не предприняты действия для получения новой лицензии. Следовательно, отсутствовала потребность в продолжении ООО «Фидес» осуществляемой деятельности в целях страхования рисков ООО «ББК» по утрате лицензируемого бизнеса. При этом, состоявшийся факт утраты ООО «Фидес» лицензии не принес негативных последствий для деятельности ООО «ББК». Напротив, в 2024 году ООО «ББК» заключило 66 контрактов на общую сумму 1 064 336 918 руб., что превышает суммарное количество и сумму контрактов, заключенных совместно обеими организациями в 2022-2023 годах. Кроме того, ООО «ББК» в 2024 году расширило круг заказчиков: помимо ГБУЗ «Областной онкологический диспансер» заключены контракты с ГБУЗ «ОИКБ», ИОЦ «СПИД», Министерство здравоохранения Иркутской области. Таким образом, показатели деятельности ООО «ББК» в сфере заключения контрактов на поставку лекарственных препаратов в постпроверочном периоде, без участия ООО «Фидес», подтверждают выводы налогового органа о намеренном создании нового юридического лица (ООО «Фидес») с целью перераспределения дохода от предпринимательской деятельности, в том числе, снижения риска превышения предельных значений доходной части, в интересах ООО «ББК» с целью сохранения льготного режима налогообложения.

По мнению Общества, при вынесении оспариваемого решения по итогам проведенной выездной налоговой проверки, Инспекция должна была предложить Обществу альтернативную законную модель поведения, позволяющую достигнуть заявленных деловых целей.

В обоснование своих доводов, Общество приводит п.26 Письма ФНС России от 10.03.2021 № БВ-4-7/3060@ и выдержку из решения Арбитражного суда Республики Саха (Якутия) от 16.05.2025г. по делу № А58-3666/2024, согласно которому налоговым органом, при оспаривании законности ведения финансово-хозяйственной деятельности проверяемого налогоплательщика с взаимозависимым лицом и вменении признаков дробления бизнеса, не представлено доказательств, почему Общество должно было предпочесть риски сотрудничества с неизвестными контрагентами против взаимоотношений с взаимозависимым контрагентом.

Однако, как уже судом отмечено выше, в приведенном решении суда по конкретному дела рассматриваются иные обстоятельства ведения проверяемым налогоплательщиком бизнеса. В данном решении суда идет речь об оспаривании сделки с взаимозависимым лицом в условиях дробления бизнеса. При этом, суд, опровергая выводы налогового органа относительно отсутствия деловой цели для указанной сделки, указывает на несостоятельность выводов Инспекции с учетом отсутствия предложенной альтернативы исполнения обязательств проверяемым налогоплательщиком по договору подряда с учетом привлечения иных контрагентов. Иными словами, суд, в данном случае указывает на деловую независимость и самостоятельность выбора контрагентов. О схожей ситуации речь идет и в п.26 Письма ФНС России от 10.03.2021г., то есть о необходимости оценки деловой цели в условиях спорной сделки при наличии признаков дробления бизнеса.

Однако, в рассматриваемом случае с ООО «ББК», налоговым органом установлено параллельное, единое ведение бизнеса двумя взаимозависимыми копаниями, фактически осуществляющими единую финансово-хозяйственную деятельность под управлением одного руководителя.

На основании изложенного, суд считает, что Обществом не приведено каких-либо новых доказательств порочности выводов налогового органа о нарушении ООО «ББК» налогового законодательства, а напротив содержатся лишь повторение ранее, неоднократно приводимых доводов о несогласии с выводами налогового органа. Позиция налогоплательщика, в данном случае, по его мнению, усилена лишь анализом и цитированием судебного акта, содержащего в себе описание отличных от настоящего дела событий и выявленных нарушений налогового законодательства.

Также Общество указало, что займы между компаниями предоставлялись на возвратной и возмездной основе, при этом обратное налоговым органом не доказано.

Однако, в ходе мероприятий налогового контроля, из анализа событий создания и ведения финансово-хозяйственной деятельности ООО «Фидес» установлено, что первое поступление денежных средств на счет осуществлено 28.06.2013г. в виде займа от учредителя ФИО7 в размере 10 000 руб., который расходуется на оплату государственной пошлины для получения лицензии и на оплату услуг за ведение расчетного счета. Далее, 27.12.2013г. от ООО «ББК» поступает 10 000 руб. в качестве займа, которые используются Обществом на оплату банку за установку и обслуживание системы «Банк-клиент». При этом, вопреки доводам Общества, налоговым органом установлено, что в течение 2013-2014 годов возврат предоставленного займа с расчетного счета ООО «Фидес» не осуществлялся. Далее, на расчетный счет ООО «Фидес» 09.01.2014г. поступают денежные средства от ООО «ББК» для заключения контракта: денежная сумма в размере 3 647 000 руб. Указанные денежные средства, полученные от ООО «ББК» в качестве займа расходуется ООО «Фидес» в качестве обеспечения гарантии, необходимой для заключения первого контракта с ГБУЗ «Областной онкологический диспансер», который был заключен 13.01.2014г.

Из указанного однозначно следует, что изначально ООО «ББК» организует взаимозависимому лицу основные активы для начала ведения деятельности, что в совокупности с иными, добытыми в ходе мероприятий налогового контроля доказательствами, по мнению суда, подтверждает выводы налогового органа относительно допущенных нарушений налогового законодательства со стороны ООО «ББК» в проверяемом налоговом периоде

Общество указало, что выплата дивидендов не может являться основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

Вместе с тем, налоговым органом установлено, что основными источниками доходов семьи Б-ных являются дивиденды, полученные от группы компаний ООО «ББК», выплата которых обусловлена применением специального налогового режима УСН с использованием схемы «дробления бизнеса», предоставляющей налогоплательщику налоговые преимущества, позволяющие необоснованно увеличивать размеры чистой прибыли, по сравнению с конкурентами, являющимися плательщиками НДС, на суммы неуплаченного НДС. Сумма фактически выплаченных дивидендов ООО «ББК» и ООО «Фидес» за проверяемый период в пользу ФИО1 составила 237 005 тыс. руб., в пользу ФИО7 10 291 тыс. рублей. При этом, сумма полученных ФИО1 и ФИО7 дивидендов превышает размер чистой прибыли организаций за проверяемый период (стр. 216). Фактически суммы неуплаченного НДС увеличили прибыль участников схемы, что позволило перераспределить полученные необоснованные доходы организаций в доходы физических лиц - бенефициаров.

При этом, установленный факт получения большей суммы дивидендов в качестве полученной необоснованной налоговой выгоды также не является единственным признаком, свидетельствующим о действиях проверяемого налогоплательщика по созданию схемы «дробления бизнеса».

Приведенная в обоснование заявленного довода судебная практика не может быть принята судом в качестве основания для изменения изложенной в оспариваемом решении позиции, поскольку содержит выводы, основанные на обстоятельствах, не тождественных обстоятельствам, установленным в ходе оспариваемых мероприятий налогового контроля.

Общество утверждает, что у компании отсутствовала возможность манипулирования доходами в условиях госзакупок, поскольку условия их проведения полностью диктуются государственным заказчиком, а победа в тендере не является гарантированной.

Суд считает, что данный довод является необоснованным.

Несмотря на, отсутствие прямой возможности манипулирования итогами проводимых государственных закупок, с учетом наличия у группы компаний ООО «ББК» фактически единственного заказчика в виде ГБУЗ «Областной онкологический диспансер», а также постоянного и ограниченного перечня поставщиков лекарственных средств (с учетом специфики наименования и вида, поставляемых в ГБУЗ «Областной онкологический диспансер» лекарственных средств), создание однотипного и взаимозависимого ООО «Фидес», продиктовано, в том числе, участием в процедурах госзакупок с целью получения конкурентных преимуществ, что также может быть расценено в качестве цели применения схемы «дробления бизнеса». Как установлено в ходе мероприятий налогового контроля, участие в госзакупках обеих организаций чередовалось во времени (стр.146-147).

Общество указало, что налоговым органом не разрешен вопрос о правомерной модели поведения налогоплательщика, поскольку, по мнению заявителя, налоговый орган в решении установил незаконный «стандарт поведения». Также налогоплательщик указывает на применение Инспекцией непоследовательного подхода при оценке доказательств.

Оценив указанные доводы заявителя, суд пришел к следующим выводам.

Выражая указанную выше позицию, в качестве примера, приведена позиция суда, содержащаяся в Постановлении Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.01.2023г. № 17АП-15866/2022-АК по делу № А50-16421/2022. Согласно которой «в силу принципа свободы экономической деятельности (статья 8 часть 1 Конституции Российской Федерации) налогоплательщик осуществляет предпринимательскую деятельность самостоятельно, на свой риск, и вправе самостоятельно и единолично оценивать ее эффективность и целесообразность.

Хозяйствующие субъекты самостоятельно по своему усмотрению выбирают способы достижения результата от предпринимательской деятельности. В полномочия налоговых органов входит лишь контроль за соблюдением налогоплательщиками законодательства о налогах и сборах, а не вменение им доходов исходя из собственного видения способов достижения налогоплательщиками экономического результата с меньшими затратами.

По смыслу правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Постановлении от 24.02.2004г. № 3-П, судебный контроль также не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов».

При этом, суд отмечает, что цитирование указанного выше решения суда приведено Обществом без учета контекста обстоятельств рассмотренного судом конкретного дела.

Кроме того, суд считает, что в оспариваемом решении, вопреки доводам Общества, налоговый орган «не диктовал налогоплательщику, как вести бизнес», а констатировал выявленные в ходе мероприятий налогового контроля нарушения налогового законодательства, квалифицируя их в соответствии с действующим законодательствам, руководствовался общими подходами к доказыванию наличия признаков «дробления бизнеса» в действиях налогоплательщиков.

Кроме того, суд отмечает, что разрешение вопроса о добросовестности либо недобросовестности налогоплательщика при совершении действий, имеющих своим результатом получение налоговой выгоды, связано с установлением и исследованием фактических обстоятельств и представленных доказательств, подлежащих оценке арбитражным судом в совокупности и взаимосвязи с учетом положений статьи 71 АПК РФ.

Таким образом, в данном случае оценка деятельности группы компаний ООО «ББК» подлежит с учетом всей совокупности установленных обстоятельств относительно истинных налоговых обязательств, а также соблюдения требований налогового законодательства при ведении им финансово-хозяйственной деятельности в анализируемый налоговый период.

Кроме того, мнение Общества о применении системного непоследовательного подхода налогового органа при оценке полученных доказательств, является субъективным мнением Общества, направленно исключено на простое отрицание каждого конкретного доказательства без учета их совокупности, полученных в ходе мероприятий налогового контроля, а также на переоценку собранных Инспекцией доказательств.

Приводя возможные процессуальные последствия отсутствия оценки доводов Общества, налогоплательщик фактически выражает убежденность в принятии в будущем судом решения по настоящему рассматриваемому спору, с нарушением принципа состязательности сторон, а также отсутствия в будущем решении суда оценки доводов и доказательств налогоплательщика. Указанное, является недопустимым. В указанном доводе Общества содержится ссылка на Определение Верховного Суда РФ, в котором основанием для отмены судебного решения послужило именно нарушение принципа состязательности сторон. При этом, ссуд считает необходимым отметить, что действующим законодательством предусмотрено право обжалования решения суда, в случае несогласия с ним, в вышестоящую инстанцию, как заявителем, так и ответчиком. В настоящем в судебном процессе ни одна из сторон судом не лишена возможности представления доводов и доказательств относительно своей позиции.

Обществом в подтверждение самостоятельности и управленческой компетенции бывшего руководителя ООО «Фидес» - ФИО7 представлены диплом, трудовая книжка и рукопись последней.

Однако, представленные документы, по мнению суда, не могут служить доказательствами, опровергающими выводы налогового органа, изложенные в оспариваемом решении, поскольку лишь подтверждают факт наличия у ФИО7 высшего образования, ведение ею трудовой деятельности. Факт наличия высшего образования, ведение трудовой деятельности, написание рукописного текста не может указывать на самостоятельность ФИО7, и больше относятся к документам, характеризующим ее как личность, а не руководителя ООО «Фидес», действующего, как утверждает налогоплательщик самостоятельно и независимо от ООО «ББК».

Кроме того, Обществом указано о допущенном налоговым органом нарушении процедуры проведения дополнительных мероприятий налогового контроля, выразившихся в проведении таких мероприятий лицом, не включенным в состав должностных лиц, которым поручено проведение выездной налоговой проверки в отношении ООО «ББК».

Как указал заявитель, должностные лица, которым было поручено проведение указанной выездной налоговой проверки на момент начала проведения дополнительных мероприятий налогового контроля не состояли в штате сотрудников отдела выездных налоговых проверок № 2 Межрайонной ИФНС России № 25 по Иркутской области: с заместителем начальника отдела ФИО15 служебный контракт расторгнут на основании приказа Инспекции, государственный налоговый инспектор отдела ФИО16 приказом Инспекции назначена на иную должность в другой отдел Межрайонной ИФНС России № 25 по Иркутской области. В связи с чем распоряжением начальника Межрайонной ИФНС России № 25 по Иркутской области проведение всех контрольных мероприятий в рамках выездной налоговой проверки ООО «ББК» поручено заместителю начальника выездных проверок № 2 ФИО17; контроль за проведением дополнительных мероприятий налогового контроля и оформление их результатов возложены на начальника отдела выездных налоговых проверок № 2 ФИО18

Налоговое законодательство не содержит положений, обязывающих налоговый орган знакомить налогоплательщика с внутренними приказами.

Необходимо также отметить, что дополнение к акту налоговой проверки по существу является обобщением письменных материалов и доказательств, полученных в результате проведенных дополнительных мероприятий налогового контроля. Оно не является ненормативным актом, влекущим какие-либо правовые последствия для налогоплательщика, так как фиксирует лишь установленные налоговым органом дополнительные обстоятельства.

Таким образом, фактическое проведение мероприятий налогового контроля заместителем начальника отдела выездных налоговых проверок № 2 ФИО17 и дальнейшее подписание дополнения к акту налоговой проверки начальником отдела выездных налоговых проверок № 2 ФИО18 соответствует указанному выше распоряжению начальника налогового органа и не влечет за собой нарушения требований п. 6.1 ст. 101 Налогового кодекса Российской Федерации.

В заявлении Общество также указывает, что при рассмотрении апелляционной жалобы, вышестоящий налоговый орган оставил без внимания ключевые доводы Общества. Суд обращает внимание, что УФНС России по Иркутской области рассмотрена апелляционная жалоба на обжалуемое в настоящем деле решение, о чем вынесено решение об оставлении апелляционной жалобы без удовлетворения. При этом, в решении Управления указано, что иные доводы заявителя, приведенные в апелляционной жалобе, оценка которых не нашла отражения в тексте указанного решения, не имеют самостоятельного значения для разрешения спора по существу. При таких обстоятельствах, довод Общества об оставлении без оценки каких-либо доводов, содержащихся в его апелляционной жалобе, является необоснованным.

При вынесении оспариваемого решения налоговым органом учтены в качестве обстоятельств, смягчающих ответственность ведение социально значимой деятельности и осуществление Обществом благотворительной деятельности.

Иные обстоятельства, смягчающие ответственность, установлены не были.

Сумма штрафов по результатам рассмотрения материалов проверки ООО «ББК» уменьшена налоговым органом в 16 раза, что отвечает требованиям справедливости и соразмерности (налоговым органом учтены смягчающие обстоятельства).

Таким образом, суд приходит к выводу, что налоговый орган, принимая оспариваемое решение, действовал в рамках законодательства о налогах и сборах Российской Федерации.

Решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №25 по Иркутской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 19.03.2025г. № 10-37/2, по мнению суда, не нарушает права и законные интересы заявителя.

Всем существенным доводам заявителя судом дана соответствующая оценка. Иные доводы и пояснения заявителя судом рассмотрены и оценены, однако на выводы суда не влияют.

Согласно части 3 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если арбитражный суд установит, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решения и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и не нарушают права и законные интересы заявителя, суд принимает решение об отказе в удовлетворении заявленного требования.

Оценив с учетом положений статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №25 по Иркутской области о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 19.03.2025г. № 10-37/2 соответствует действующему законодательству и не нарушает права и законные интересы заявителя.

При таких обстоятельствах в удовлетворении заявленного требования следует отказать.

Настоящее решение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет», по адресу: https://kad.arbitr.ru/.

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия решения на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

решил:

в удовлетворении требований отказать.


Решение может быть обжаловано в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после его принятия.


Судья Л.А. Куклина