Постановление от 13 марта 2019 г. по делу № А73-14560/2016

Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000,

официальный сайт: http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ



№ 06АП-7705/2018
13 марта 2019 года
г. Хабаровск
Резолютивная часть постановления объявлена 12 марта 2019 года. Полный текст постановления изготовлен 13 марта 2019 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Козловой Т.Д.

судей Гричановской Е.В., Жолондзь Ж.В.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1

при участии в заседании:

от ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 08.08.2018 № 27АА1273400;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО5 Евгеньевны

на определение от 06.12.2018

по делу № А73-14560/2016

Арбитражного суда Хабаровского края

вынесенное судьей Чумаковым Е.С.

по совместному заявлению ФИО2, акционерного общества «Солид Банк»

к ФИО5

о признании сделки недействительной

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) индивидуального предпринимателя ФИО6

УСТАНОВИЛ:

Индивидуальный предприниматель ФИО6 (далее – предприниматель ФИО6, должник) 19.10.2016 обратился в Арбитражный суд Хабаровского края с заявлением о признании себя несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 07.12.2016 (резолютивная часть от 01.12.2016) в отношении предпринимателя ФИО6 введена реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО7, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа» (далее – ФИО7).

Решением суда от 04.09.2017 (резолютивная часть от 28.08.2017) должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО7

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) предпринимателя ФИО6 в арбитражный суд с совместным заявлением обратились конкурсные кредиторы ФИО2 (далее – ФИО2) и акционерное общество «Солид Банк» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее - АО «Солид Банк») о признании сделки – договора займа, заключенного между ФИО6 и ФИО5 (далее – ФИО5), недействительным.

Определением суда от 06.12.2018 совместное заявление удовлетворено.

В апелляционной жалобе ФИО5 просит отменить определение суда от 06.12.2018 и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

По мнению заявителя апелляционной жалобы, обжалуемое определение суда незаконно, необоснованно и принято с нарушением норм материального права.

В отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 выразил несогласие с доводами жалобы, просил оставить обжалуемый судебный акт без изменения как законный и обоснованный.

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу, дав по ним пояснения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили.

Изучив материалы дела, с учетом доводов апелляционной жалобы и отзыва на неё, заслушав присутствовавшего в судебном заседании представителя, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Положениями статьи 213.32 Закона о банкротстве предусмотрено, что заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

Из разъяснений, изложенных в пунктах 9, 9.1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63) следует, что судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом если исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств суд придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд самостоятельно определяет характер спорного правоотношения и нормы права, подлежащие применению, признает сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Поскольку, в рассматриваемом случае ФИО2 и АО «Солид Банк» оспаривается договор займа от 02.03.2014, а производство о несостоятельности (банкротстве) в отношении должника возбуждено 24.10.2016, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что оспариваемая сделка находится за пределами годичного срока подозрительности применительно к пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, следовательно, по данному основанию не может быть признана недействительной.

Вместе с тем, в силу разъяснений, изложенных в пункте 17 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, следует, что в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации, далее - ГК РФ).

Так, пунктом 1 статьи 166 ГК РФ предусмотрено, что сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Из положений статьи 168 ГК РФ следует, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В силу пункта 1 статьи 9 ГК РФ граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права. Вместе с тем, в силу статьи 10 названного Кодекса не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 №32) содержится указание на то, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Так, конкурсные кредиторы предпринимателя ФИО6 – ФИО2 и АО «Солид Банк», обращаясь в суд первой инстанции с совместным заявлением об оспаривании договора займа от 02.03.2014, указали, в том числе и на то, что указанный договор является безденежным, совершенным в ущерб интересам кредиторов должника, а также при злоупотреблении сторонами правом, с целью искусственного создания кредиторской задолженности, осуществления контроля над процедурой банкротства.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенной нормы права для признания мнимой сделки необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон.

Также мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Вместе с тем, по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества либо ценных бумаг (пункт 1 статьи 807 ГК РФ).

Договор займа в силу статьи 808 ГК РФ является реальным договором и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему займодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей.

Согласно разъяснениям, приведенным в абзаце 3 пункта 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06. 2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

С учетом вышеизложенного, предметом доказывания по рассматриваемому обособленному спору является факт реального предоставления заемщику денежных средств в соответствии с условиями заключенного договора.

Так, при рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции, сторонам договора в порядке статьи 65 АПК РФ предлагалось представить доказательства наличия в марте 2014 года у ФИО5 денежных средств в указанной в договоре сумме для предоставления их предпринимателю ФИО6 в заем, доказательства передачи денежных средств (обналичивания в банке с целью их передачи последнему), а также доказательства расходования спорных денежных средств.

Однако, в нарушении правил доказывания, документов, подтверждающих факт реальности заемных денежных отношений, помимо копий договора займа и расписки, не представлено.

Вместе с тем, согласно разъяснениям, изложенных в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение.

Между тем, сведений о декларациях по налогу на доходы физических лиц, а также иных сведений о доходах ФИО5 в материалы рассматриваемого обособленного спора не представлено.

В силу положений статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, с учетом вышеизложенных обстоятельств, суд первой инстанции правомерно расценил нежелание сторон оспариваемой сделки представить в порядке статьи 65 АПК РФ доказательства в опровержение утверждений кредиторов должника о безденежном характере заключенного договора займа как отказ опровержения указанного факта.

Также, оценив договор займа от 02.03.2014 на предмет наличия признаков, предусмотренных пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу, что отсутствие в спорный период времени сведений о доходах ФИО5 свидетельствуют в свою очередь об отсутствии доказательств финансовой возможности последней для предоставления предпринимателю ФИО6 спорных денежных средств.

На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции считает правильным вывод суда первой инстанции о том, что в рассматриваемом случае воля сторон по заключению спорного договора не направлена на установление заемных правоотношения, а подписанный договор займа от 02.03.2014 является безденежным и обладает признаками мнимой сделки, направленной лишь на искусственное создание подконтрольной задолженности кредитора, следовательно, данные действия привели к нарушению прав и законных интересов кредиторов предпринимателя ФИО6

Таким образом, суд первой инстанции, правомерно расценил действия сторон по заключению спорного договора, как недобросовестные.

Из положений статьи 10 ГК РФ следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. Оценивай действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведении, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимом информации.

По своей правовой природе злоупотребление правом является нарушением запрета, установленного в статье 10 ГК РФ, в связи с чем, злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Вместе с тем, как верно отмечено судом первой инстанции, поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только по обоснованному заявлению другой стороны, но и по инициативе суда, если имеет место отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались.

Добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей. Установление же судом факта злоупотребления правом одной из сторон влечет принятие мер, обеспечивающих защиту интересов добросовестной стороны от недобросовестного поведения другой стороны.

Однако, подписание оспариваемого договора займа с целью создания искусственной кредиторской задолженности, что в свою очередь влечет нарушение баланс интересов иных кредиторов должника, может быть совершено как с аффилированным должнику лицом, так и с дружественным по отношению к должнику кредитором.

Применительно к рассматриваемому обособленному спору, суд первой инстанции указал, что фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у сторон нет цели достижения заявленных результатов.

Более того, волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Реальной целью мнимой сделки может быть, в том числе, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника. В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся.

Суд первой инстанции, оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные в материалы дела документы и сведения в обоснование реальности намерений предпринимателя ФИО6 и ФИО5 на установление заемных правоотношений, пришел к правильному выводу о наличии расхождения волеизъявления указанных лиц с их действительной волей.

Пунктом 1 статьи 181 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 №100-ФЗ) предусмотрено, что течение срока исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Из разъяснений, изложенных в пункте 10 постановления Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 №32 следует, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. Исковая давность по такому требованию в силу пункта 1 статьи 181 ГК РФ составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

В силу пункта 101 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае, не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения.

Вместе с тем, в рассматриваемом обособленном споре оспаривается договор займа от 02.03.2014, следовательно, к требованию кредиторов подлежит применению пункт 1 статьи 181 ГК РФ в редакции Федерального закона № 100-ФЗ, а также необходимость установления дня, когда кредиторы, оспаривающие указанный договор, узнали или должны были узнать о заключении договора займа от 02.03.2014.

Так, требование АО «Солид Банк» принято к производству судом первой инстанции 06.02.2017, требование ФИО2 – 28.03.2017, требования ФИО5 – 21.03.2017.

ФИО2 и АО «Солид Банк» обратились с совместным заявлением в суд первой инстанции 26.09.2018, следовательно, трехлетний срок исковой давности по рассматриваемому обособленному спору не пропущен.

При таких обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для признания заключенного между ФИО6 и ФИО5 договора займа от 02.03.2014 недействительным.

Выводы суда сделаны на основе полного и всестороннего исследования всех обстоятельств дела, с правильным применением норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

При таких обстоятельствах основания для отмены или изменения определения суда от 06.12.2018 и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В силу статьи 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд



ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 06.12.2018 по делу №А73-14560/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.



Председательствующий

Т.Д. Козлова


Судьи

Е.В. Гричановская



Ж.В. Жолондзь